Проблема кадров в аграрном производстве в условиях модернизации второй половины 1950-х начала 1960-х годов (по материалам Марийской, Мордовской и Чувашской АССР)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 947: 331. 108. 2:338. 431(470. 40/. 43)
Е.Н. БИКЕЙКИН, Т.Ю. ЗАДКОВА
ПРОБЛЕМА КАДРОВ В АГРАРНОМ ПРОИЗВОДСТВЕ В УСЛОВИЯХ МОДЕРНИЗАЦИИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ 1950-х — НАЧАЛА 1960-х ГОДОВ (по материалам Марийской, Мордовской и Чувашской АССР)
Ключевые слова: колхозы, совхозы, машинно-тракторные станции, «тридцатитысячники», председатели колхозов, агрономы, зоотехники, механизаторы, кадровая проблема.
Проанализировано развитие кадрового потенциала сельскохозяйственного сектора экономики Марийской, Мордовской и Чувашской республик. Подробно рассмотрены количественные и качественные характеристики кадров не только управленческого звена, но и специалистов сельского хозяйства и механизаторов.
Ye.N. BIKEIKIN, T. Yu. ZADKOVA PERSONNEL PROBLEM IN AGRARIAN PRODUCTION UNDER CONDITIONS OF THE SECOND HALF OF 1950S — THE BEGINNING OF 1960S MODERNIZATION (BY MATERIALS OF THE MARI, MORDOVIAN AND CHUVASH AUTONOMOUS SSRS)
Key words: collective farms, soviet farms, machine and tractor stations, «thirtythousaders», collective farm chairmen, agronomists, zootechnicians, machine operators, personnel problem. Development of personnel potential of agricultural sphere of the Mari, Mordovian and Chuvash republics economy is analysed consistently in the article. Authors considered in detail quantitative and qualitative characteristics of the administrative group personnel as well as agriculture specialists and machine operators.
Одной из основных проблем в области сельского хозяйства, которую пытались решить в регионах во второй половине 1950-х — середине 1960-х годов, была кадровая проблема, причем вопрос касался как кадров управленческого звена, так и специалистов сельского хозяйства и механизаторов. Многие из руководителей районов, председатели колхозов, директора совхозов были сторонниками традиционных методов управления сельским хозяйством. Для их стиля была характерна «чрезвычайщина», попытки решить сложные хозяйственные вопросы наскоком, путем посылки уполномоченных в колхозы и совхозы, бригады. Известный мордовский журналист-аграрник И. Антонов воспроизвел типичную сцену отправки группы районных работников в хозяйства, когда первый секретарь райкома КПСС напутствовал: «Вам даются чрезвычайные полномочия. Наседайте на председателей и не давайте им покоя. В случае их неподчинения, немедленно докладывайте мне. Мы образуем их быстро. Все силы — на выполнение хлебозаготовок. Остальное на второй план… Надо не уговаривать, а требовать, приказывать…» [1]. Он же отмечал: «В колхозах мне многократно приходилось сталкиваться с деятельностью этих людей, облеченных „чрезвычайными полномочиями“. Чаще всего они подменяли собой председателей колхозов, а многие даже наряды давали за них. Каждое утро в кабинет первого секретаря шли председатель исполкома райсовета, заведующий райсельхозотделом, директор машинно-тракторной станции. Шли, как они говорили, „за командой“, или, иначе сказать, узнать, чем же им заниматься сегодня. Собственной инициативы они были лишены» [1, с. 27, 29].
Оставлял желать лучшего и образовательный уровень руководителей хозяйств. Так, на 1 января 1953 г. из 661 председателя колхозов Мордовской АССР 544 чел. (82,3%) имели начальное образование, 96 (14,5%) — среднее и лишь 21 (3,2%) — высшее [2]. На 1 января 1950 г. в Марийской АССР насчитывался 21 (3,3%) руководитель артели с высшим и незаконченном высшим образованием, в 1956 г. — 60 (10,7%) — средним и незаконченным средним образова-
нием — соответственно 250 (30,4%) и 354 (63,2%) чел. [3, 4]. На 1 апреля 1953 г. из 815 председателей колхозов Чувашии только 14 (1,7%) имели высшее, 202 (24,8%) — среднее и незаконченное высшее образование. Кроме того, в колхозах не хватало специалистов сельского хозяйства. Непосредственно в артелях работали всего 99 агрономов и зоотехников, участковые агрономы и зоотехники обслуживали по 6−8 или даже еще больше хозяйств [5].
Между тем при наличии недостаточно квалифицированных руководящих кадров и недостатке специалистов сельского хозяйства реформировать аграрное производство и жизнь на селе на основе новых принципов было достаточно сложно. Поэтому обсуждение кадровой проблемы стало одним из ключевых уже на сентябрьском (1953 г.) пленуме ЦК КПСС. Решить данную проблему руководство страны попыталось традиционно — путем направления специалистов сельского хозяйства и практиков из числа партийного и советского актива на село в качестве руководителей артелей. Как в начале 1930-х годов, обратились за помощью к населению городов. 25 марта 1955 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР издали постановление «О мерах по дальнейшему укреплению колхозов руководящими кадрами». В нем областным и районным комитетам партии, Советам Министров и райисполкомам было рекомендовано подобрать на добровольных началах для руководящей работы в колхозах опытных работников из числа партийных, советских, хозяйственных кадров, инженерно-технических служащих, рабочих и служащих, коммунистов и беспартийных, способных обеспечить руководство колхозным производством и до 1 июля 1955 г. отправить на постоянную работу в колхозы тридцать тысяч человек [6].
В республиках началась работа по выдвижению «тридцатитысячников». Несмотря на то, что в постановлении ЦК КПСС и СМ СССР от 25 марта 1955 г. говорилось о подборе руководящих кадров для работы в колхозах на добровольных началах, этот принцип неоднократно нарушался. В Краснослободском районе Мордовской АССР все сотрудники райкома партии и райисполкома подали заявления о направлении на работу в колхозы. Но на беседе на бюро в обкоме КПСС выяснилось, что заявления писались под нажимом, и многие не желают ехать в колхозы. Кандидатуры всех 13 человек, рекомендованных Краснослободским Р К КПСС, были отклонены обкомом КПСС как не способные поднять отстающие колхозы либо не желающие поехать в деревню [7]. На 8 июня 1955 г. обком КПСС рекомендовал направить на работу в колхозы 118 чел., в том числе 35 партийных работников, 45 — советских, 24 — руководителей предприятий транспорта и промышленности [7. Д. 318. Л. 32−34]. Из них 17 человек имели высшее образование, в том числе 9 — сельскохозяйственное, 72 — незаконченное высшее, в том числе 12 — сельскохозяйственное, 23 — незаконченное среднее, 6 — начальное [7. Д. 318. Л. 3]. В самой Мордовии «тридцатитысячников» не хватало, и поэтому помощь республике оказали другие области РСФСР. Московский обком КПСС направил в Мордовию в качестве руководителей колхозов в июне 1955 г. 30 человек. Из них имели образование: высшее — 4 человека, незаконченное высшее — 2, среднее и среднетехническое — 20, незаконченное среднее — 4. Среди приехавших преобладали русские — 25 человек, украинцев было 2, мордвы — 1, евреев — 2. Из них 5 человек были начальниками и директорами предприятий, 16 — начальниками цехов, по 2 — мастерами, инженерами, политработниками, по 1 было научных работников и завотделом райисполкома, работника Мосгорсуда [7. Д. 369. Л. 117−118]. Позднее приехало еще 37 человек. В справке Мордовского обкома КПСС отмечалось: «Подавляющее большинство председателей колхозов-тридцатитысячников активно и добросовестно взялись за работу и добились заметных результатов в укреплении общественного хозяйства колхозов. Председателем колхоза „Волна революции“ Ромодановского района был избран посланник Московской парторганизации тов. Денисенко. За год его работы денежные доходы артели возросли с
310 тыс. руб. до 1004 тыс. руб., надои молока — с 802 кг до 1855 кг и выдача на один трудодень денег — с 68 коп. до 3 руб. 3 коп. В 1956 г. средний урожай зернобобовых культур по этому колхозу составил 13,3 ц» [7. Д. 518. Л. 5].
С апреля 1955 г. по март 1957 г. партийные организации Мордовии направили на работу в качестве председателей колхозов 264 человека, в том числе Московская городская партийная организация — 67 [7. Д. 551. Л. 11]. К январю 1958 г. 47,3% руководителей являлись «тридцатитысячниками» [7. Д. 577. Л. 65]. Но из 227 человек, направленных в деревню в 1955 г., к 20 марта 1959 г. осталось 60 [7. Д. 660. Л. 65].
В Чувашской АССР областной комитет КПСС обязал районные комитеты КПСС не позднее 15 января 1954 г. отобрать и направить из числа основных руководящих работников партийного и советского аппарата района 3−5 человек на работу в качестве председателей в отстающие колхозы, а Чебоксарский, Канашский и Алатырский горкомы КПСС — 90 человек для работы председателями колхозов и секретарями партийных организаций машинно-тракторных станций [8]. Было подобрано 123 человек, в том числе 37 специалистов сельского хозяйства, из них были избраны председателями артелей 114 человек [8. Д. 1414. Л. 61].
В рамках кампании «тридцатитысячников» в Чувашской АССР изъявили желание поехать на работу в колхозы 885 человек, из которых обком КПСС на 10 октября 1955 г. отобрал 192. В республику приехало и 18 посланцев Московской областной и городской парторганизаций. Среди рекомендованных были 156 человек чувашей, русских — 46, других национальностей — 8 [8. Д. 1680. Л. 8]. Кроме того, на 32 председателей, избранных в 1955 г. до издания Постановления Ц К КПСС и Совета Министров СССР от 25 марта 1955 г., было распространено это постановление в части денежной доплаты за счет государства и предоставления льгот на председателей экономически слабых колхозов [9]. Для кандидатов в руководители отстающих колхозов в два потока были организованы трехнедельные курсы при Чувашском сельскохозяйственном институте, после которых они прошли стажировку в передовых хозяйствах республики [10]. Некоторые из рекомендованных не были избраны председателями или, хотя были избраны, по разным причинам не стали работать в артелях. К концу 1955 г. в республике председателями колхозов работали 225 «тридцатитысячников», среди них бывших партийных работников 56 человек, советских работников — 37, работников сельского хозяйства — 35, промышленности — 61- имели высшее и среднее образование 157 человек [11]. Всего в 1955—1958 гг. в Чувашской АССР председателями экономически слабых колхозов были направлены 326 «тридцатитысячников» [11. Оп. 44. Д. 172. Л. 168, 266]. Навсегда связал свою судьбу с сельским хозяйством «тридцатитысячник» А. Д. Смалайкин, председатель колхоза «Искра» Красночетайского района. При нем в артели резко увеличились урожайность сельскохозяйственных культур и продуктивность скота, валовое производство всех продуктов, оплата труда колхозников. За выдающиеся производственные показатели Указом Президиума Верховного Совета СССР в 1971 г. А. Д. Смалайкину было присвоено звание Героя Социалистического Труда [12].
В Марийской АССР к июлю 1954 г. по призыву партии на должность председателей колхозов было направлено около 100 человек. После выхода в свет постановления ЦК КПСС от 25 марта 1955 г. в адрес партийных и советских органов начали поступать заявления с просьбой о направлении на работу председателями колхозов. На 10 июня 1955 г. поступило 221 заявление [12. Д. 1030. Л. 48], а к 23 июля 1955 г. — уже свыше 300. После тщательного отбора было рекомендовано на работу в колхозах 155 руководящих партийных, советских и хозяйственных работников [12. Д. 1032. Л. 66], проявивших себя хорошими организаторами на прежней работе. Председателями-«тридцатитысячниками» стали заместитель министра сельского хозяйства Марийской АССР А.И. Рома-
нов, председатель Пектубаевского райисполкома А. В. Яровиков и многие другие. К концу 1955 г. председателями было избрано 195 «тридцатитысячников» [12. Д, 1434. Л. 6]. В колхозы республики прибыло 50 посланцев партийных организаций Москвы, Московской и Ивановской областей, среди них — В. И. Смирнов, Д.Н. Го-родинец и другие [13].
Предпринятые меры позволили значительно улучшить ситуацию с кадрами руководителей артелей не только в количественном, но и в качественном отношении. Весьма показательной в этом плане является динамика уровня образования председателей колхозов (см. табл. 1).
Таблица 1
Состав председателей колхозов Марийской, Мордовской и Чувашской АССР с высшим и среднем специальным образованием в 1953—1961 гг., %*
на 01. 07. 1953 г. на 01. 04. 1959 г. на 01. 04. 1960 г. на 01. 04. 1961 г.
РСФСР 16 45 50 52
Марийская АССР 14 37 44 39
Мордовская АССР 18 51 54 60
Чувашская АССР 13 37 45 44
* Таблица составлена на основе данных: Народное хозяйство РСФСР в 1960 г.: стат. ежегодник. М., 1961. С. 346.
Данные табл. 1 показывают, что 1950-е годы стали временем решающего прорыва в области роста уровня образования руководителей колхозов. В 1953 г. процент председателей колхозов с высшим и средним специальным образованием в трех исследуемых автономиях колебался от 13 (Марийская АССР) до 18 (Мордовская АССР), а в среднем по РСФСР составлял 16. В 1960 г. уже половина председателей колхозов в России имела высшее или среднее специальное образование, а в трех изучаемых автономных республиках этот показатель варьировался от 44 до 54%. В процентном отношении по росту образовательного уровня руководителей артелей лидировала Мордовия. В 1960 г. по сравнению с 1953 г. он увеличился на 36% и опережал общероссийский показатель, равнявшийся 34%. Немного отставали от показателя по РСФСР Чувашская и Марийская АССР, данные роста которых составляли соответственно 32 и 30%. Однако затем ситуация изменилась. В начале 1960-х годов в двух из трех исследуемых автономий произошел спад образовательного уровня председателей колхозов. В Марийской Республике он составил 5%, а в Чувашии 1% от уровня 1960 г. В Мордовии же, как и в целом по России, рост продолжался, но темпы его существенно замедлились, составив от уровня 1960 г 6% по Мордовской АССР и 2% по РСФСР. Данный спад можно объяснить изменениями в кадровой политике хрущевского руководства, когда основной акцент был сделан не на стабильность кадрового состава, а на его активную ротацию.
Что же касается стабильности кадрового состава председателей колхозов, то в 1953—1961 гг. по РСФСР в целом и по всем трем исследуемым автономным республикам в частности отмечен довольно значительный рост количества руководителей артелей со стажем работы в данной должности более трех лет. В РСФСР он достиг 14% (41% в 1953 г. против 55% в 1960 г.). на уровне с общероссийским находился показатель по Мордовии — также 14% (35% в 1953 г. против 49% в 1960 г.). Общий рост по РСФСР и Мордовской АССР более чем в два раза опережал Марийскую АССР, показатель которой равнялся 30% (30% в 1953 г. против 60% в 1960 г.). Выше общероссийских были данные роста по Чувашии — 23% (31% в 1953 г. против 54% в 1960 г.) [14]. Но на рубеже 1960-х годов количество председателей колхозов, имевших стаж в данной должности свыше трех лет, уменьшается. Этот спад не был резким, но имел все признаки направленной тенденции, так как охватил как РСФСР в целом, так и исследуемые авто-
номии в частности. В 1961 г., по сравнению с 1960 г., по России он составлял лишь 1%, по Мордовской АССР — также 1%. В Чувашии спад был существеннее и достиг 3%, тогда как в Марийской АССР он был наиболее высоким из трех исследуемых автономий, составив 8% [14].
Как уже отмечалось выше, основная причина начавшегося спада коренилась в курсе хрущевского руководства на повсеместную ротацию кадров, коснувшуюся и председателей колхозов. Ротация эта далеко не всегда была оправданной. Призванная дать толчок развитию производства (в том числе и сельскохозяйственного), побороть косность, кумовство и другие отрицательные моменты в руководстве, на деле она приводила на руководящие должности неопытных и недолговечных администраторов (в том числе на уровне председателей колхозов), что в целом отрицательно сказывалось на эффективности хозяйственного сектора экономики.
В колхозах не хватало специалистов сельского хозяйства, так как немало их было занято на работе в учреждениях, не имевших прямого отношения к аграрному производству. Вскоре после сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС в колхозы Мордовской АССР было направлено много агрономов и зоотехников, и к середине февраля 1954 г. в артелях работало уже 995 специалистов сельского хозяйства и, таким образом, в среднем на одно хозяйство приходился один специалист, а на крупный колхоз — 2 [15]. К концу марта 1954 г. количество специалистов сельского хозяйства в артелях достигло 1007 человек (619 агрономов и 388 зоотехников) [15. Д. 144. Л. 80]. В 1953 г. на постоянную работу в колхозы Марийской АССР было направлено 500 агрономов и зоотехников, из них около 100 человек рекомендовано на должности председателей артелей [16].
Одной из главных причин отставания сельского хозяйства являлось неудовлетворительное использование техники, особенно в машинно-тракторных станциях, ввиду недостаточной обеспеченности их квалифицированными кадрами, а также большой текучести трактористов, комбайнеров и других механизаторов. Была поставлена задача — укрепить машинно-тракторные станции руководящими работниками и постоянными кадрами механизаторов. В Чувашской АССР после сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС около 400 механизаторов возвратилось на работу в сельское хозяйство [17]. До конца года в штаты МТС было зачислено постоянными рабочими 4825 трактористов, бригадиров тракторных бригад, шоферов и других работников. В 1955 г. постоянных рабочих в МТС насчитывалось 5349, в 1956 г. — 6369, в 1957 г. — 6552 человека [18, 19]. МТС Чувашии укрепились инженерно-техническими кадрами: из промышленности и других отраслей народного хозяйства были направлены в МТС 110 человек для работы в качестве директоров, главных специалистов, заведующих мастерскими и др., в том числе из городов своей республики — 35 человек, из которых большинство — 22 человека — работали до этого в аппарате Министерства сельского хозяйства республики [20]. К лету 1954 г. в постоянный штат машинно-тракторных станций Марийской Республики было зачислено около 6700 трактористов, комбайнеров и других механизаторов [21]. Часть из них ранее работала в МТС, но по разным причинам потеряла связь с сельским хозяйством. Эти люди вновь сели за руль трактора, штурвал комбайна.
Особенно заметными были изменения в составе руководящих работников в МТС автономных республик. Наиболее показательна в этом отношении была ситуация в Мордовской АССР (табл. 2).
Приведенные в табл. 2 данные свидетельствуют о положительной динамике в составе руководящих кадров МТС республики. Так, количество директоров МТС с высшим образованием увеличилось с 7,7 до 60%, со средним — уменьшилось с 60 до 39,4%, количество практиков сократилось с 32,3 до 1,6% соответственно. Число главных инженеров с высшим образованием увеличилось с 17,8 до 47,5%, со средним образованием уменьшилось с 60 до 37,8%, практиков уменьшилось с
70 до 14,7%. Аналогичная ситуация сложилась в кадровом составе главных агрономов, главных зоотехников, заведующих мастерскими и старших ветврачей.
Таблица 2
Образовательный уровень кадрового состава руководящих работников МТС Мордовии (1953−1957 гг.)*
Образо- Директора Главные Главные Главные Зав. мас- Старшие
вание МТС инженеры агрономы зоотехники терскими ветв рачи
1953 1957 1953 1957 1953 1957 1953 1957 1953 1957 1953 1957
высшее 5 39 12 31 41 45 34 48 — 10 51 61
среднее 39 25 8 24 22 19 31 16 10 27 14
практики 21 1 45 9 2 — - - 55 27 —
* Таблица составлена на основе данных: ЦГА РМ. Ф. Р-516. Оп. 1. Д. 2082. Л. 40−41.
Положительная динамика роста образовательного уровня руководящего состава МТС наблюдается также в Чувашской и Марийской АССР. Так, например, до сентябрьского (1953 г.) Пленума Ц К КПСС из 32 директоров МТС Чувашской Республики высшее образование имели лишь 14 человек, среднее — 11, начальное — 7 директоров. Среди главных инженеров с высшим образованием был лишь 1 человек, заведующих мастерскими — 2, все остальные были практики, не имевшие даже среднего технического образования [22]. К началу 1954 г. из 32 директоров МТС 25 были с высшим, 7 — со средним образованием, все главные специалисты — инженеры, агрономы, зоотехники — имели высшее образование [23]. Большую помощь Чувашии в обеспечении МТС квалифицированными кадрами оказала Горьковская областная партийная организация, направившая в конце 1953 г. 65 человек: 25 инженеров и 40 техников. Многие из них показали себя квалифицированными специалистами и умелыми организаторами производства. Так, инженер М. Х. Эпштейн, назначенный главным инженером Янтиковской МТС, вскоре стал ее директором. Он умело руководил коллективом, пользовался большим авторитетом среди механизаторов, руководителей и специалистов сельского хозяйства колхозов и района, за короткое время добился качественного улучшения деятельности МТС, успешно руководил строительством мастерской и других производственно-хозяйственных объектов. Инженер Горьковского завода «Фрезер» И. С. Сергеев, направленный главным инженером в Урмарскую МТС, впоследствии был выдвинут на пост заместителя министра сельского хозяйства республики, затем председателя объединения «Чувашсельхозтехника» [24].
Реорганизация МТС, последовавшая в 1958 г., сопровождалась направлением работавших в них специалистов в колхозы и совхозы, но это не решило проблемы, а в начале 1960-х годов кадровый вопрос обострился, о чем свидетельствуют данные приводимой ниже табл. 3.
Таблица 3
Численность специалистов сельскохозяйственного производства Марийской, Мордовской и Чувашской республик с высшим и среднем специальным образованием (1960−1964 гг.)*
на 1 декабря 1960 г. на 15 ноября 1964 г.
РСФСР 181 046 203 909
Марийская АССР 1026 957
Мордовская АССР 2000 2007
Чувашская АССР 1707 1621
* Таблица составлена на основе данных: Народное хозяйство РСФСР в 1960 г.: стат. ежегодник. М., 1961. С. 343- Народное хозяйство РСФСР в 1964 г.: стат. ежегодник. М., 1965. С. 312.
Как видно из табл. 3, рост численности специалистов с высшим и средним специальным образованием в первой половине 1960-х годов во всех хозяйствах исследуемых автономий был незначительным. Если в РСФСР с 1960 по 1964 г. он составил 12,6% (или 22 863 чел.), то в Мордовии — всего лишь 0,3% (или 7 чел.). В Чувашии и Марийской Республике рост уступил место спаду на 5,1% (или убыль 86 чел.) к уровню 1960 г. в ЧССР и 6,8% (или 69 чел.) к уровню 1960 г. в Марийской АССР. В хозяйствах автономных республик по-прежнему не хватало специалистов сельского хозяйства. Например, в 1963 г. в 42 колхозах Мордовской АССР не хватало агрономов, в 127 — зоотехников [25].
При этом наблюдалась любопытная динамика внутри прослойки специалистов означенных автономий, а именно: имело место резкое увеличение количества агрономов, как правило, за счет снижения количества зоотехников, ветврачей, ветфельдшеров и веттехников. Так, в Мордовской АССР с 1960 по 1964 г. число агрономов увеличилось с 603 до 908 человек, Марийской АССР — с 371 до 454, Чувашской АССР — с 609 до 735 чел. [26, 27]. Вместе с тем увеличение лишь одной категории специалистов (пусть даже такой значимой, как агроном) на фоне количественного снижения других категорий в целом не могло исправить ситуацию с кадрами к лучшему. Для исправления последней требовались комплексные реформы, способные преодолеть последствия хрущевского хозяйственного волюнтаризма и создать выгодные условия для привлечения в сельское хозяйство массы разнопрофильных специалистов.
В первой половине 1960-х годов в регионах предпринимались активные попытки сохранить положительную динамику решения кадрового вопроса. Так, например, 24 сентября 1960 г. бюро Мордовского областного комитета КПСС приняло постановление «О мерах по укреплению экономически слабых колхозов руководящими кадрами и специалистами сельского хозяйства» [28], в котором предложило райкомам КПСС и исполкомам райсоветов рассмотреть положение дел в каждом отстающем колхозе и разработать конкретные мероприятия по их организационно-хозяйственному укреплению. Было решено в отстающих колхозах вести подбор, расстановку руководящих кадров и специалистов сельского хозяйства из числа работоспособных коммунистов, комсомольцев, а также всемерно поддерживать инициативу председателей колхозов, специалистов сельского хозяйства и других работников передовых хозяйств, изъявивших желание перейти работать в отстающие колхозы, бригады, фермы и на другие участки колхозного производства. Пресекалась практика администрирования и частой сменяемости кадров, обращалось особое внимание на организацию экономической учебы, ознакомление с опытом работы передовых колхозов и совхозов. Наиболее инициативная и способная молодежь из экономически слабых колхозов направлялась на учебу в вузы. Прошедший в конце октября 1963 г. XII пленум Мордовского областного комитета партии подвел некоторые итоги реализации постановления 1960 г. и отметил, что, несмотря на определенные успехи в организационно-хозяйственном укреплении экономики колхозов и совхозов, в республике еще имеется большая группа экономически слабых хозяйств, где не решена проблема руководящих кадров [28. Д. 183. Л. 120−124]. В частности, только в 1962 г. в 31 колхозе заменены председатели и в четырех совхозах — директора. В отстающие колхозы и совхозы дополнительно было направлено 84 специалиста сельского хозяйства [28. Д. 197. Л. 97].
В целом за указанный период улучшился качественный состав председателей колхозов автономных республики: среди них увеличилось число лиц, имевших высшее, среднее и специальное образование. Тем не менее оставалась большая текучесть кадров, связанная, в первую очередь, со стремлением органов власти и управления решить проблему ликвидации отставания сельского хозяйства путем замены руководителей артелей. В колхозах стало больше спе-
циалистов сельского хозяйства, но многих хозяйствах (особенно экономически слабых) по-прежнему их не хватало, что во многом объяснялось недостаточной оплатой труда. Пытаясь решить проблему нехватки квалифицированных кадров, руководство республики — вслед за союзным — активно применяло такие пропагандистские методы, как движение «тридцатитысячников». Направление «тридцатитысячников» в деревню было чрезвычайной мерой, вызванной необходимостью ускорить подъем отстающих колхозов, использовать в этих условиях опыт и знания городских специалистов.
Несмотря на некоторые успехи, обеспеченность сельского хозяйства автономных республик Среднего Поволжья квалифицированными кадрами оставалась явно недостаточной. Таким образом, во второй половине 1950-х — середине 1960-х годов, несмотря на попытки реформирования аграрного производства и села Марийской, Мордовской и Чувашской АССР, проблема кадров так и не была решена.
Литература и источники
1. Антонов И. Живая жизнь. Из записок корреспондента / И. Антонов // Литературная Мордовия. 1954. Вып. 8(12). С. 27.
2. Центральный государственный архив Республики Мордовия (далее — ЦГА РМ). Ф. 269-П. Оп. 6. Д. 551. Л. 10.
3. Государственный архив Республики Марий-Эл (далее — ГА РМЭ). Ф. П-1. Оп. 5. Д. 745. Л. 19.
4. Адамов Ю. А. Деятельность советов Марийской АССР по развитию сельского хозяйства в послевоенные годы (1945−1955) / Ю. А. Адамов // Сельское хозяйство Марийской АССР в 1940—1960-е гг.: Тр. Мар. НИИ при Совмине Марийской АССР. Вып. 50. Йошкар-Ола: Респ. типография Госкомиздата Марийской АССР, 1981. С. 45.
5. Шорников А. М. Сельское хозяйство Чувашии за 10 лет / А. М. Шорников. Чебоксары, 1964.
С. 10.
6. Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конфе-
ренций и пленумов ЦК (1898−1986): в 15 т. М.: Политиздат, 1985. Т. 8. С. 501.
7. ЦГА РМ. Ф. 269-П. Оп. 6. Д. 299. Л. 176.
8. Государственный архив современной истории Республики Чувашия (далее — ГАСИ ЧР). Ф.
1. Оп. 25. Д. 745. Л. 4.
9. Государственный исторический архив Республики Чувашия (далее — ГИА ЧР). Ф. 197. Оп. 42. Д. 963. Л. 96−97.
10. ГАСИ ЧР. Ф. 1. Оп. 25. Д. 1680. Л. 8.
11. ГИА ЧР. Ф. 197. Оп. 42. Д. 797. Л. 184.
12. Очерки истории сельского хозяйства и крестьянства Чувашии: в 2 ч. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1989. Ч. 1. С. 266−267.
13. История Марийской АССР: в 2 т. Т. 2. Эпоха социализма (1917−1987). Йошкар-Ола: Мар. кн. изд-во, 1987. Т. 2. С. 223.
14. Народное хозяйство РСФСР в 1960 г.: стат. ежегодник. М.: Статистика, 1961. С. 346.
15. ЦГА РМ. Ф. 269-П. Оп. 6. Д. 140. Л. 229.
16. История Марийской АССР: в 2 т. Т. 2. С. 222−223.
17. История Чувашской АССР: в 2 т. Т. 2. От Великой Октябрьской социалистической революции до наших дней. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1967. Т. 2. С. 148.
18. Народное хозяйство Чувашской АССР: стат. сб. Чебоксары: Чуваш. гос. изд-во, 1957. С. 94.
19. Народное хозяйство Чувашской АССР за 1957 год: стат. сб. Чебоксары: [б.и. ], 1958. С. 229.
20. ГАСИ ЧР. Ф. 1. Оп. 25. Д. 1414. Л. 141.
21. ГА РМЭ. Ф. П-1. Оп. 27. Д. 584. Л. 31.
22. ГАСИ ЧР. Ф. 1. Оп. 25. Д. 1068. Л. 74.
23. ГИА ЧР. Ф. 197. Оп. 42. Д. 963. Л. 68.
24. Очерки истории сельского хозяйства и крестьянства Чувашии: в 2 ч. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1989. Ч. 1. С. 262−263.
25. ЦГА РМ. Ф. 269. Оп. 7. Д. 166. Л. 81.
26. Народное хозяйство РСФСР в 1960 г.: стат. ежегодник. М.: Статистика, 1961. С. 343.
27. Народное хозяйство РСФСР в 1964 г.: стат. ежегодник. М.: Статистика, 1965. С. 312.
28. ЦГА РМ. Ф. 269-П. Оп. 7. Д. 126. Л. 70−74.
БИКЕЙКИН ЕВГЕНИЙ НИКОЛАЕВИЧ — кандидат философских наук, заведующий отделом истории, Научно-исследовательский институт гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия, Россия, Саранск (guniign@list. ru).
BIKEIKIN YEVGENIY NIKOLAEVICH — candidate of philosophical sciences, history department head, Scientific Research Institute of Humanities with Government of Republic Mordovia, Russia, Saransk.
ЗАДКОВА ТАТЬЯНА ЮРЬЕВНА — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник, Научно-исследовательский институт гуманитарных наук при Правительстве Республики Мордовия, Россия, Саранск (guniign@list. ru).
ZADKOVA TATYANAY YURYEVNA — candidate of historical sciences, senior scientific worker, Scientific Research Institute of Humanities with Government of Republic Mordovia, Russia, Saransk.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой