Экономические и наркологические преступления в обособленных социально-экономических системах: взаимосвязь и взаимозависимость

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ПЕСЧАНСКИХ Георгий Владимирович
Доктор экономических наук, профессор, заместитель начальника Управления
Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков
101 990, РФ, г. Москва, ул. Маросейка, 12 Контактный телефон: (495) б0б-08-б1 e-mail: info@fskn. gov. ru
ПЛЕШАКОВ Андрей Александрович
Кандидат военных наук, начальник отдела
Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков
101 990, РФ, г. Москва, ул. Маросейка, 12 Контактный телефон: (495) б0б-08-б1 e-mail: info@fskn. gov. ru
Экономические и наркологические преступления в обособленных социально-экономических системах: взаимосвязь и взаимозависимость
Ключевые слова: обособленные социально-экономические системы- военнослужащие- наркотики- экономические преступления.
Аннотация. Анализируется влияние преступлений, совершаемых в сфере незаконного оборота наркотиков, на количество экономических преступлений в обособленных социально-экономических системах (таких, как воинские части и соединения). Рассмотрены пути решения проблемы противодействия экономической и наркопреступности в данных условиях.
Н аркозависимые лица испытывают постоянную потребность в употреблении наркотических средств, стоимость которых на «черном рынке» достаточно высока. Постоянная необходимость добывать финансовые средства на очередную наркодозу обусловливает тесную взаимосвязь наркопреступлений и преступлений в сфере экономики.
В большинстве случаев финансовые средства для приобретения наркотиков нарко-зависимые лица могут получить только криминальным путем. Кражи, грабежи, совершаемые ими, провоцируют иные преступления в сфере экономической деятельности: приобретение и сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем- легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступными методами [1]
Наиболее рельефно взаимосвязь наркопреступлений и преступлений экономической направленности прослеживается в обособленных социально-экономических системах, таких как воинские коллективы (воинские части и соединения [2- 3. С 8−12]). Потребители наркотиков из числа военнослужащих могут получить средства на их приобретение, как правило, путем хищения имущества, в том числе вещевого военного (обмундирования, снаряжения), а также военно-технического.
Хищение материально-технических ценностей с охраняемых военных объектов должно иметь веские основания, причем более значимые, чем в случае совершения аналогичных деяний на гражданских объектах. Важную роль в процессе формирования мотива на преодоление военизированной охраны играет абстинентный синдром
© Песчанских Г. В., Плешаков А. А., 2010
(«ломка»), наступающий у наркопотребителей при продолжительном перерыве в потреблении наркотиков.
Хищение материально-технических ценностей в Вооруженных Силах Р Ф с полным основанием можно отнести к теневым процессам в российской экономике, которые подрывают как военную, так и экономическую безопасность государства. Только в 2008 г. ущерб от экономических преступлений в ВС РФ составил 2 млрд р.- к материальной и дисциплинарной ответственности было привлечено около 5,5 тыс. должностных лиц. Если пять лет назад хищения военного имущества, взяточничество и растраты составляли четверть всех правонарушений, то в настоящее время этот показатель приближается к 50% [4].
Особую опасность для обороноспособности страны представляют разукомплектование военной техники и вооружения, хищение приборов, узлов и агрегатов. Выведенные из строя боевые машины требуют дорогостоящего восстановительного ремонта с выделением дополнительных бюджетных средств.
Важно отметить, что хищения военно-технического имущества совершаются на территории объектов Министерства обороны Российской Федерации, а последующая реализация похищенного осуществляется за пределами этих объектов. Режимность воинских частей и соединений формирует особый уклад их жизни как обособленных социально-экономических систем, препятствующих, в числе прочего, утрате военнотехнического имущества. Однако «закрытость» от внешнего мира не является непреодолимым препятствием для проникновения наркотиков на данную территорию.
Режимность воинских частей и соединений фактически «закрывает» их от контроля со стороны гражданского общества и правоохранительных органов, но не от утраты военно-технического имущества, от негативного (поражающего) воздействия наркотизации на личный состав.
Чтобы понять и объяснить, почему «закрытость» воинских частей и соединений не в полной мере выполняет свое предназначение и оказывает скорее негативное, чем позитивное влияние на совершение подобных преступлений, авторы статьи предприняли попытку раскрыть специфику взаимоотношений в воинских коллективах как в обособленных социально-экономических системах. Следует акцентировать внимание на особенностях совершения преступлений экономической направленности в воинских частях и соединениях, показать их связь с наркопреступлениями, выявить социально-экономические особенности армейских коллективов, обусловливающие разделение криминальных ролей: «хищение имущества — перепродажа имущества», «наркопотребление — наркопоставка».
В первую очередь рассмотрим структуру армейских коллективов и выделим категории военнослужащих, в большей степени причастные к хищению материально-технических ценностей, и выполняемые ими типичные роли в криминальных «сценариях».
В армейской среде выделяются несколько категорий: 1) военнослужащие рядового и сержантского состава, проходящие срочную службу по призыву (так называемые «срочники») — 2) военнослужащие рядового и сержантского состава, проходящие военную службу по контракту, прапорщики и мичманы («контрактники») — 3) офицерский состав. Эти категории военнослужащих, зачастую антагонистичные, имеют разные жизненные ценности и круг общения, отличаются отношением к исполнению воинского долга, обладают своего рода «корпоративной» этикой, имеют различные уровни материального достатка. Особенности армейской службы делают их закрытыми не только по отношению к внешнему миру, но и друг к другу. В определенном смысле каждая категория военнослужащих может быть рассмотрена как обособленная социально-экономическая система.
Военнослужащие, проходящие срочную военную службу по призыву, считаются наиболее восприимчивой средой для наркопотребления [5].
Потребление наркотиков «срочниками» обусловлено рядом психотравмирующих факторов. По данным социологических исследований, до 80% призывников не желают служить в Вооруженных Силах Р Ф, 12% предпочитают альтернативную службу. Система и практика призыва на военную службу таковы, что основную массу призываемых на военную службу молодых людей характеризует невысокий интеллектуальный и культурный уровень, недостаточное трудолюбие и упорство в достижении поставленных целей. Таким образом, на военную службу призываются преимущественно лица, которые имеют черты характера, предрасполагающие к злоупотреблению алкоголем, наркотическими средствами и психоактивными веществами.
Ежегодно военно-врачебными комиссиями «ограниченно годными» и «не годными к прохождению военной службы» по причине наркомании и алкоголизма признается около 10 тыс. призывников.
Важнейшими психотравмирующими факторами, «подталкивающими» «срочни-ков» к потреблению наркотиков, являются значительные психические и физические нагрузки, необходимость преодолевать различного рода тяготы и лишения военной службы. В отдельных частях эти психотравмирующие факторы усугубляются наличием «неуставных» взаимоотношений между военнослужащими.
В подавляющем большинстве призванные в армию молодые люди лишены мотивации к образцовому исполнению служебных обязанностей- они считают себя «неудачниками», которым не повезло «на гражданке», и в армии находятся на низшей ступеньке социальной лестницы. Под влиянием указанных факторов формируется потенциально криминогенная среда, закрытая как от командиров, так и от органов правопорядка. При негативном воздействии этой среды даже юноши из благополучных семей, характеризовавшиеся до призыва на военную службу положительно, подвергаются морально-психологическим деформациям и попадают в группу риска.
Тяготы и лишения военной службы, предрасполагающие к девиантному поведению, усугубляются тем, что солдаты и сержанты, проходящие службу по призыву, получают крайне низкое денежное содержание. Не имея официальных источников дохода, наркозависимые солдаты и сержанты средства на приобретение наркотиков получают исключительно криминальными способами: отбирают деньги у военнослужащих младшего призыва- совершают кражи из квартир и автомобилей граждан- совершают хищения с целью перепродажи вещевого военного (обмундирования, снаряжения) и военно-технического имущества, приборов, узлов и агрегатов военной техники.
В то же время у «срочников» нет способов реализовать похищенное за пределами части. Они не обладают необходимым положением в армейском коллективе и за период службы не имеют возможности приобрести необходимые для этого связи за пределами части. Чтобы продать похищенное, им необходим «посредник», имеющий возможность свободно выходить за пределы части. Как правило, в роли «посредников» и «распространителей», помогающих им сбывать похищенное имущество и снабжающих «сроч-ников» наркотиками, являются военнослужащие, проходящие военную службу по контракту (так называемые «контрактники»). В исключительных случаях эту роль могут исполнять офицеры или прапорщики.
Категория «контрактников» отличается от «срочников» сравнительно большей дисциплинированностью и устойчивой мотивацией на прохождение военной службы. В основном, это молодые люди старше 20 лет, отслужившие по призыву и поступившие на контрактую службу в воинскую часть по месту жительства. Указанные лица имеют, как правило, среднее (среднее профессиональное) образование, но не могут трудоустроиться по гражданским специальностям.
Как и «срочники», в гражданской жизни «контрактники» считают себя социальными «неудачниками». Однако в армейской среде, на фоне «срочников», это мироощущение не является для них болезненным раздражителем: «срочникам» еще хуже, а «контрактники» уже перешли на следующую ступень воинской иерархии.
Как свидетельствуют социологические исследования, «контрактники» образуют неформальную, но устойчивую, обособленную социально-экономическую общность в среде сержантского и рядового состава. В силу возраста, жизненного опыта и других качеств «контрактники» занимают доминирующее положение в первичных воинских коллективах. «Контрактники» — это бывшие «срочники», которые прошли испытание «дедовщиной» и выдержали ее. Скорее всего, они не были «жертвами» этого негативного явления, иначе они не пошли бы на военную службу вновь.
«Контрактники» и «срочники» выполняют в армии одни и те же функции, но имеют разный социальный статус. Этим обусловливается их постоянное сравнение и даже «соперничество». «Срочники» оправдывают свое положение в армейской иерархии тем, что это — временное явление, и их после демобилизации ожидают радужные жизненные перспективы. «Контрактники» занимают более высокое место в армейской «иерархии», однако имеющийся жизненный статус является пределом их карьерного роста. Это позволяет «срочникам», сравнивая свои предполагаемые жизненные перспективы с будущим «контрактников», ставить себя выше их.
Низкий социальный статус и безысходность положения могут послужить для «контрактника» более сильным психотравмирующим фактором, чем для «срочника», и играть не последнюю роль в принятии решения об употреблении наркотиков или снабжении ими «срочников».
Вследствие того, что «контрактники», как правило, служат в частях, расположенных в районах их проживания, они хорошо знакомы с местным населением и нередко выполняют функции «посредников» между «срочниками», расхищающими военнотехническое имущество, и его «покупателями» за пределами части. Нередко «контрактники» становятся «распространителями» наркотиков в части, выступая своего рода «связующим звеном» между наркодилерами, которые не могут проникнуть на территорию части, и «срочниками», находящимися на казарменном положении.
Можно назвать несколько объективных и субъективных факторов, ведущих к тому, что «контрактники» начинают выполнять указанные роли в криминальной среде. Во-первых, невысокое денежное содержание стимулирует «контрактников» на поиск дополнительного заработка. Во-вторых, доминируя в среде «срочников», «контрактники» своеобразно «мстят» за то, что те имеют более интересные жизненные перспективы, подчиняют их своему влиянию, стремятся самоутвердиться на их фоне. Основой, на которой могут развиваться указанные негативные явления, служит бесконтрольность со стороны отдельных командиров.
Подводя итог вышесказанному, отметим следующее: «закрытость» воинских коллективов солдат и сержантов, проходящих военную службу по призыву, не ограничивает их контакты с перекупщиками военного имущества и распространителями наркотиков. Напротив, когда режимные меры на объектах Минобороны носят формальный характер и сочетаются с бесконтрольностью со стороны командиров, эта «закрытость» ведет к увеличению количества совершаемых преступлений и числа лиц, вовлеченных в криминальную деятельность.
В сравнении с аналогичными преступлениями экономической направленности, совершаемыми вне объектов Министерства обороны РФ, для организации их на территории воинских частей и подразделений необходимы «посредники», которые связывали бы элементы криминальной цепочки вне и внутри этих обособленных социально-экономических систем.
Преодоление режимных мер вызвано, как минимум, халатным исполнением служебных обязанностей соответствующими должностными лицами. В ряде случаев можно говорить даже о преступлениях, совершаемых должностными лицами воинских частей и подразделений. Отмечались инциденты, когда отдельные командиры при выявлении факта хищения военно-технического имущества стремились сокрыть
эти факты. Причины кроются в том, что они, во-первых, не обладают знаниями и навыками, необходимыми для выявления и раскрытия преступлений- во-вторых, могут понести наказание от вышестоящего руководства за низкий уровень воспитательной работы среди подчиненных, вынуждены будут погашать стоимость недостачи из своего денежного довольствия. В условиях военной реформы — сокращения офицерского корпуса — им грозит не просто выговор или лишение премии, а увольнение со службы.
Пытаясь покрыть недостачу, отдельные командиры подразделений сами совершают противоправные деяния (неполная выдача денежного довольствия подчиненным, зарабатывание денег путем использования труда «срочников» в коммерческих организациях, организация хищений в соседних подразделениях или частях и на складах). При этом командиры подразделений, у которых совершено хищение, организуют аналогичное хищение в других подразделениях, и т. д. Начинает действовать известный в армейской среде закон «хлястика». Замыкающим звеном цепочки является списание имущества из Книг учета части, зачастую с использованием коррупционных схем взаимодействия с вышестоящими организациями.
Иными словами, для сокрытия признаков преступления с целью приобретения наркотиков совершается ряд преступлений экономической направленности организаторами, а порой и исполнителями которых становятся офицеры, так как они являются материально ответственными лицами. Совершая одно преступление экономической направленности — хищение имущества для покупки наркотиков, военнослужащий провоцирует совершение еще, как минимум, двух должностных преступлений и целого ряда других преступлений экономической направленности, а именно: приобретение и сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем- легализация («отмывание») денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем. В итоге одно хищение имущества на территории таких обособленных социально-экономических систем, как воинские части и соединения, «провоцирует» до четырех сопутствующих преступлений экономической направленности, совершаемых «посредником» и «покупателем» за пределами части, а также командиром части, представителями вышестоящих организаций, а всего — пять преступлений экономической направленности. Факт потребления наркотика, для приобретения которого похищалось военнотехническое имущество, также провоцирует совершение сопутствующих преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков. Кроме сбыта наркотика потребителю на территории части, имеют место: факт его «доставки» на территорию части «распространителем» из числа военнослужащих- факт сбыта наркодилером за пределами части- легализация («отмывание») денежных средств, приобретенных преступным путем. Всего — четыре преступления, из которых одно имеет экономическую направленность, а три являются наркопреступлениями.
Таким образом, не все этапы преступлений экономической направленности совершаются на территории обособленных социально-экономических систем — воинских частей, и не все участники этих преступлений являются военнослужащими. Однако, к сожалению, имеет место увеличение числа совершаемых преступлений и количества их участников. Следует отметить, что стремление получить средства на одну наркодозу может спровоцировать до шести преступлений экономической направленности.
Для противодействия наркотизации военнослужащих кардинального снижения уровня экономической и иной преступности в Вооруженных Силах Р Ф должны быть предприняты меры, учитывающие особенности ситуации и имеющие высокую эффективность.
Такой негативный фактор, как социальное соперничество между «срочниками» и «контрактниками», доходящее до распределения типовых ролей при совершении преступлений, может быть нейтрализован при переходе на контрактную (добровольную) систему комплектования Вооруженных Сил Р Ф. Это позволит минимизировать
ощущение социальных «неудачников» и сократить девиантные проявления в Вооруженных Силах, исключит необходимость в излишней «закрытости» воинских частей (соединений) и их внутренне «разделение» на относительно закрытые социальноэкономические общности, повысит денежное содержание военнослужащих и устранит «беднейшую» часть военнослужащих с присущими им мотивами обогащения за счет хищения вещевого и военно-технического имущества, снизит влияние на них психотравмирующих факторов. Как следствие, снизятся социальное расслоение, мотивация к злоупотреблению наркотиками, совершению экономических и наркопреступлений.
Повышение экономической привлекательности службы в армии позволит привлекать в Вооруженные Силы Р Ф высокообразованных «контрактников», которых можно вооружать высокоэффективным оружием и которые смогут решать боевые задачи меньшим составом. Также это позволит отказаться от военнослужащих, проходящих службу по призыву, части «контрактников» и высвободить финансовые средства на их содержание.
В настоящее время данный вопрос в России больше обсуждается, чем реализуется. Начальник Генштаба Вооруженных Сил Российской Федерации Н. Макаров в апреле 2010 г. в интервью телеканалу Russia Today заявил, что «полный перевод Российской армии на контрактную основу пока не планируется». По его словам, в ходе подготовки реформы было допущено много ошибок, в связи с чем принято решение оставить службу по призыву. Он также отметил, что «в связи с отсутствием необходимых денежных средств прием добровольцев на контрактную службу будет уменьшен» [6].
Основу Вооруженных Сил Р Ф по-прежнему будет составлять призывной контингент. В этих условиях требуется: повысить контроль за сохранностью вещевого и военно-технического имущества в Вооруженных Силах РФ- выявлять его недостачу, а также истинных, а не номинальных виновных с целью привлечения их к ответственности- противодействовать совершению экономических и наркопреступлений, совершаемых военнослужащими- принимать меры к выявлению и расследованию всех совершенных преступлений, привлечению виновных к уголовной и материальной ответственности.
Вероятно, решающим шагом может быть создание в системе Вооруженных Сил России военной полиции, которая, не имея коррупционных связей с руководством воинских частей, будет выявлять преступления экономической направленности, снижая тем самым степень их латентности.
Важными задачами органов военного управления должны стать выявление лиц, потребляющих наркотики, и минимизации вреда, связанного с их пребыванием на военной службе. При этом выявление фактов немедицинского употребления наркотиков «контрактниками» должно служить основанием к увольнению из рядов Вооруженных Сил России, тогда как при выявлении фактов немедицинского употребления наркотиков «срочниками» (при отсутствии сформировавшейся зависимости от потребления наркотиков — «наркомании») увольнение данных лиц не целесообразно. Употребление наркотиков может превратиться в способ уклонения от военной службы.
Военнослужащие, проходящие службу по призыву, уличенные в потреблении наркотиков, должны направляться для прохождения службы на должности, не связанные с использованием оружия, военной техники и т. п. Кроме того, они должны находиться под постоянным контролем со стороны командиров.
Оценивая эффективность перечисленных мер противодействия совершению военнослужащими экономических и наркопреступлений, можно сказать, что данные негативные явления в Вооруженных Силах Р Ф носят системный характер и наиболее эффективно противодействовать им можно именно системными мерами — путем изменения системы комплектования Вооруженных Сил Р Ф, перевода ее на контрактную (добровольную) основу.
По нашему мнению, указанные системные меры быстрее излечат Вооруженные Силы Р Ф от экономических преступлений, чем иные репрессивно-контрольные. В то же время предпринимаемые командованием частей и правоохранительными органами меры, несомненно, вносят существенный положительный вклад в улучшение криминогенной ситуации в армии.
Источники
1. Бабошкин П. И. Основные направления профилактики преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов среди военнослужащих: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2007.
2. Евенко С. Л. Психология отклоняющегося поведения военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации: автореф. дис. … д-ра психол. наук. М., 2009.
3. Оноколов Ю. П. Наркотизм и пьянство как фактор, способствующий совершению преступлений в армейской среде // Наркоконтроль. 2010. № 3.
4. http: //www. vened. org/rubriki/informatsiya-k-razmyshleniyu/pochemu-rastet-eko-nomicheskaya-prestupnosti-v-armii. html.
5. Харабет К. В. Причины и предупреждение наркотизма в Вооруженных Силах Российской Федерации: дис. … канд. юрид. наук. М., 1996.
6. http: //news. rambler. ru/Russia/head/5 458 838.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой