О предмете современной экономической теории

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник Челябинского государственного университета
НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ
Основан в 1991 году
Экономика № 7 (108) 2008
Выпуск 14
содержание
К 125-летию со дня рождения Ивана Александровича Ильина (1883−1954) — русского философа и публициста. Из книги И. А. Ильина «Путь к очевидности».
5
теория и методология
Варламова З. Н. Исследование соотношения понятий «знание» и «информация»… 7
Гусев Е. В., Савельева И. П., Шиндина Т. А. Методические основы оценки эффективности межфирменных взаимоотношений участников строительного комплекса… 15
Ильичев С. Н. К вопросу формирования системы управления перевозками импортных
транзитных грузов… 19
Лясковская Е. А., Савельева И. П., Шиндина Т. А. Теоретические основы моделирования взаимодействий в строительном комплексе на основе когнитивного подхода… 24
Матвеев Б. А. Методологические основы исследования и измерения статистического
риска… 28
Мохначев С. А. О новом содержании управления конкурентоспособностью высшего
учебного заведения… 35
Носова М. Ю. Качественные методы оценки конкурентоспособности продукта… 40
Седов В. В. О предмете современной экономической теории… 49
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:
А. Ю. Шатин — главный редактор
А. В. Мельников — зам. главного редактора
A. Ю. Шумаков — главный редактор научного направления
Т. А. Верещагина, В. И. Бархатов, А. В. Горшков, А. Ю. Даванков,
B. В. Седов, А. А. Егорова — отв. секретарь
Редколлегия журнала может не разделять точку зрения авторов публикаций. Ответственность за содержание статей и качество перевода аннотации несут авторы публикаций.
С требованиями к оформлению статей можно ознакомиться на сайте ЧелГУ www. csu. ru.
Адрес редакционной коллегии: 454 021 Челябинск, ул. Молодогвардейцев, 70 б, к. 211 Тел.: (351) 799−70−76, факс 779−70−78
Журнал зарегистрирован в Упринформпечати администрации Челябинской области. Рег. № 87 Индекс 73 855 в каталоге российской прессы «Почта России»
Редактор Е. А. Иванова Верстка М. В. Трифоновой
Подписано в печать 15. 05. 08. Формат 60×84 V8. Бумага офсетная. Гарнитура Times. Усл. печ. л. 18,8. Уч. -изд. л. 13,3. Тираж 1000 экз. Заказ 70. Цена договорная
ГОУ ВПО «Челябинский государственный университет» 454 021 Челябинск, ул. Братьев Кашириных, 129
Издательско-полиграфический центр ЧелГУ 454 021 Челябинск, ул. Молодогвардейцев, 57 б
РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА
Власова Е. Я. Концепции исследований и анализ экологических проблем урбанизированных территорий региона… 59
Добындо М. Н. Хозяйственная система региона как объект государственного регулирования в условиях инновационной трансформации экономики… 65
Козлов В. Н., Талалушкина Ю. Н. Реабилитация как фактор социально-экономического
развития территорий радиоактивного загрязнения… 72
Кулькова И. А. Количественная оценка активности трудового поведения занятых
в Уральском регионе… 76
Лукин Ю. Н. Оценка и компенсация ущерба от уничтожения зелёных насаждений
на территории г. Челябинска… 81
Осипов А. К., Зорин Д. М. Управление государственными и муниципальными землями
в населенных пунктах на основе их экономической оценки… 87
ЭКОНОМИКА ПРЕДПРИЯТИЯ
Гатаулин А. М., Аристов С. А. Системный подход к созданию и использованию
имитационных моделей в управлении предприятием… 93
Бахитова Р. Х. Экономический анализ проектных организаций нефтегазового сектора 100
Бобровский В. А. Оценка возможности получения прибыли предприятий чёрной
металлургии… 109
Жемухов А. Х., Хаджиев А. Р., Тарчокова М. В. Стратегия повышения эффективности
функционирования агропромышленного производства… 114
Ильичева Е. В. Отражение экологических обязательств в бухгалтерском учёте
предприятия… 118
Имяреков С. М. Оптимизация заготовительной деятельности потребительской
кооперации… 123
Клейман А. В., Шумаков А. Ю. Повышение эффективности использования ресурсов
предприятия на основе совершенствования управления затратами … 132
Кормин Н. Г. Применение кадровой логистики в управлении персоналом организации. 138
Пестунов М. А. Управленм конкурентоспособностью на основе формирования
интеллектуального капитала… 142
Рябцева Л. В. К вопросу об экономическом моделировании работы цехов комплекса
«сталь-прокат» металлургического производства… 149
SUMMARIES … 155
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ… 160
К 125-летию со дня рождения Ивана Александровича Ильина (1883−1954),
русского философа и публициста Из книги И. А. Ильина «Путь к очевидности»
Государство есть организованное общение людей, связанных между собою духовной солидарностью и признающих эту солидарность не только умом, но поддерживающих ее силою патриотической любви, жертвенной волей, достойными и мужественными поступками…
В жизни народов есть известная мера отсутствия правосознания, безнравственности, безразличия к родине, продажности и трусости, при наличности которой никакое государство не может более существовать, при которой оно оказывается не в состоянии ни поддерживать и ограждать культуру в мирное время, ни оборонять родину во время войны. Бесспорно, государство не призвано проповедовать людям нравственность и добродетель или принуждать людей к любви, совестливости и духовности- напротив, государство скорее предполагает эти достоинства в человеческих душах, как бы подразумевает их и опирается на них, но горе ему, если оно довольствуется тем, что «подразумевает» эти достоинства в своих гражданах и если в его пределах нет свободных организаций и частных сил, которые идут ему навстречу в деле насаждения в душах добра, духовности и патриотизма! Принудить человека к любви и духовности нельзя- но его можно и должно воспитывать к духу и любви, и государственная школа, несомненно, должна быть проникнута этим стремлением. Высшая цель государства отнюдь не в том, чтобы держать своих граждан в трепетной покорности, подавлять частную инициативу и завоевывать земли других народов- но в том, чтобы организовывать и защищать родину на основе права и справедливости, исходя из благородной глубины здорового правосознания. Этой цели государство и призвано служить- а служить ей оно может только через преданное и верное правосознание своих граждан.
В чем же состоит сущность государства? В чем его единая и объективная цель?
Сущность государства состоит в том, что все его граждане имеют и признают, — помимо своих различных и частных интересов и целей, — еще единый интерес и единую цель, а именно: общий интерес и общую цель, ибо государство есть некая духовная община.
Многие личные или частные интересы не исчезают- они остаются, и граждане продолжают их преследовать. У каждого их них свой интерес- каждый хлопочет о себе и для себя. При определении этих частных, эгоистических интересов многие люди могут «понять» друг друга: их интересы будут похожи один на другой, но каждый из них будет действовать эгоистически и своекорыстно. Эти личные интересы не будут сливаться в единый, великий и общий интерес, перед лицом которого все были бы солидарны. Люди остаются конкурентами, но не становятся сотрудниками- они выступают как частные лица, но не как граждане. Жизнь их остается частной жизнью. Они будут склонны бороться друг с другом. И внутренняя установка их душ не сделается ни политической, ни государственной. Ибо политика есть солидарная деятельность ради единой и общей цели. И если эта цель еще не сложилась, если она еще не сознана или если исчезает — то государство уподобляется песчаному морю, которым ветер играет, вздымая
и разбрасывая песчинки врозь. Тогда государство разлагается и погибает в распылении, от параллелизма и конкуренции, во взаимном ожесточении и в гражданской войне.
Без общего интереса, без всеобщей (т. е. всем общей) цели, без солидарности — государство не может существовать. Политическая цель — это та цель, про которую каждый гражданин может сказать: «Это моя цель», и будет при этом прав- и про которую он должен добавить: «Это не только моя цель" — и про которую все граждане вместе и сообща могут добавить: «Это наша общая цель» — и будут при этом правы.
Может ли быть назван гражданином тот, кто не принимает цель своего государства? Такой человек может жить в стране, работать или торговать- но в чем же будет выражаться его гражданство, если ему нет дела до интереса, до цели, до задания, до судьбы данного народа и государства? Он явно будет пользоваться удобствами жизни и правами, но не будет нести ни обязанностей, ни бремени, ни ответственности- он будет паразитом, или приживальщиком, или, в лучшем случае, гостем, но не гражданином. А чтобы стать гражданином, он должен будет принять интерес государства так, как он принимает свой собственный.
Это возможно только двояким образом: или государство опустится до уровня его частного, личного своекорыстия и начнет служить ему (напр., частным выгодам одной партии или одного класса) — тогда вся политическая система окажется извращенной и выродившейся, а государство рано или поздно разложится и рухнет- или же (вторая возможность) — индивидуальная душа поднимется к содержанию истинной государственной цели и настоящего государственного интереса, т. е. человек станет патриотом и гражданином и начнет служить своей родине. Но тогда окажется, что истинная и высшая цель его жизни не отличается по существу от цели его родного государства, напротив — между ними обнаружится истинное и живое тождество. «Мое дело — есть дело моей родины и моего государства, так что, с одной стороны, все вредное моей родине и моему государству не может стать моим делом, а, с другой стороны, дело моего народа и моего государства мне настолько близко и важно, как если бы оно касалось меня самого и моей судьбы» — вот формула истинного патриотического гражданства.
теория и методология
З. Н. Варламова
исследование соотношения понятий «знание» и «информация»
Исследуется экономическая категория «знание», представлены обобщение и анализ точек зрения на соотношение понятий «знание» и «информация». Автор обосновывает необходимость расширенной трактовки категории «знание», в соответствии с которой информацию следует рассматривать как одну из форм его существования. Результаты исследования особенностей различных типов знаний дают возможность выстроить эффективную систему управления ими.
Ключевые слова: экономическая категория, знание, информация, индивидуальное знание, кодифицированное знание, система управления.
Общепризнано, что центральной проблемой изучения знаний как экономической категории является отсутствие четкого системного представления об исследуемой области: размытость границ терминов и понятий, отсутствие сформированных типологий. При этом одним из центральных вопросов для многочисленных исследований в области интеллектуальных ресурсов является вопрос о соотношении понятий «знание» и «информация».
Основатель «экономики знаний» как научной дисциплины Ф. Махлуп1 определяет знание как необходимую людям информацию, используемую ими по определенным правилам, в соответствии с определенными процедурами и с учетом отношения (понимание, ободрение, игнорирование, согласие, отрицание и т. д.) людей к информации.
Б. З. Мильнер в монографии «Управление знаниями"2 не дает точного научного определения этому понятию, однако, как отмечает в своей рецензии на данную монографию Г. Клейнер, приводит несколько образных выражений, позволяющих его (определение) реконструировать следующим образом: «Знания — это информация, соединенная с ценностями организации"3.
В более поздней публикации4, обобщая имеющиеся подходы к определению понятия «знание», Б. З. Мильнер говорит о двух самых распространенных. Первое определение наиболее специфично и практично, второе — общего характера:
Знания представляют собой практическую информацию, которая активно управляет процессами выполнения задач, решения проблем и принятия решения5.
Знания представляют собой любое слово, факт, пример, событие, гипотезу или модель, которые усиливают понимание или исполнение в определенной области деятельности или дисциплины.
В качестве объекта управления знаниями Б. З. Мильнер определяет нематериальные активы организации в следующем составе:
1 См.: Махлуп Ф. Производство и распространение знаний в США: Пер. с англ. М.: Прогресс, 1996.
2 См.: Мильнер Б. З. Управление знаниями. М.: ИНФРА-М, 2003.
3 Клейнер Г. Знания об управлении знаниями // Вопр. экономики. 2004. № 1. С. 152.
4 См.: Мильнер Б. З. Управление знаниями в современной экономике // Проблемы теории и практики управления. 2006. № 9. С. 8−13.
5 Именно такому подходу отвечает авторская (Б. З. Мильнера) концепция управления знаниями как новой функции и нового вида управленческой деятельности.
1) вложения в человеческий капитал и научно-исследовательские работы-
2) интеллектуальный капитал-
3) корпоративная культура, включая моральные ценности и нормы, обладание стандартами, ответственность-
4) торговая марка, бренд, репутация компании, ее имидж-
5) ноу-хау, сферы компетенции, навыки, формализованные знания (патенты, руководства, лицензии, процедуры) —
6) процессы управления (руководство, контроль, обмен информацией, управленческая информация) —
7) сложившаяся устойчивая клиентская база, сеть поставщиков, надежность и качество-
8) профессионализм менеджеров и персонала.
На наш взгляд, попытка автора как можно более полно установить состав элементов, входящих в понятие «знание», отражает факт влияния многочисленных теоретических концепций в области исследования объектов нематериального характера.
В вышеуказанной монографии Б. З. Мильнер разграничивает понятия «знание» и «информация» следующим образом: информация — это факты и данные, описывающие отдельную ситуацию или проблему, а знание, в широком смысле слова, — это понимание того, как что-либо функционирует, некое ноу-хау.
Определяя авторское разграничение понятий «знание» и «информация» как традиционное для современной управленческой науки, В. С. Катькало обоснованно указывает на отсутствие развернутой аргументации позиции автора, в частности уточнения на конкретных примерах неоднозначного суждения о «нечеткой и перемещающейся» границе между знаниями и информацией1, и приводит собственную точку зрения: «…знание может меняться в свете новой информации, но содержание первого четко отличается от второго пониманием взаимосвязей и поведенческих аспектов, т. е. знание зависит от контекста его формирования и развития"2.
У. Букович и Р. Уилльямс3 отождествляют интеллектуальный капитал и знания, включая в данные понятия «все, что имеет стоимость для организации и заключено в работающих в ней людях или возникает из производственных процессов, систем или организационной культуры, включая знания и навыки конкретных людей, нормы и системы ценностей, базы данных, методологии, программное обеспечение, производственный опыт (ноу-хау), лицензии, бренды, торговые секреты и т. д. «4. При этом явные знания рассматриваются авторами в качестве эквивалента информации.
Дж. Стоунхаус отмечает, что любое знание основано на определенной информации, и указывает на необходимость обладать способностью к рассуждению и логическому выводу, чтобы уметь извлекать знания из имеющейся информации5.
1 Мильнер Б. З. Указ. соч. С. 58.
2 Катькало В. С. Управление знаниями как концепция и как функция / Рос. журн. менеджмента. 2004. № 2. С. 169. Рец. на кн.: Мильнер Б. З. Управление знаниями. М.: ИНФРА-М, 2003. Т. 14. 178 с.
3 Букович У., Уилльямс Р. Управление знаниями: руководство к действию: Пер. с англ. М., 2002. С. 6.
4 При этом авторы указывают, в каком случае рассматриваемые понятия не тождественны: «Когда мы говорим & quot-знания"-, а имеем в виду & quot-знания, доступные в организации& quot-, то эти ресурсы попадают под наше определение & quot-интеллектуального капитала& quot-. Однако, если, говоря & quot-знания"-, мы имеем в виду знания отдельных людей, то эти ресурсы могут как являться частью & quot-интеллектуального капитала& quot-, так и не быть ею». Если эти знания не составляют ценности для организации, то они не входят в сферу управления знаниями.
5 См.: СтоунхаусДж. Управление организационным знанием // Менеджмент в России и за рубежом. 1999. № 1. С. 14−26.
Рассматривая информацию в качестве предмета исследования, Е. В. Попов и А. Коновалов дают следующее определение: «Информация — это набор данных (сведений), несущий содержательный характер, являющийся результатом интеллектуальной деятельности человека или группы людей, обладающий определенной ценностью для потребителя этих сведений в свете возможностей снижения неопределенности при принятии решений"1. Таким образом, авторы отмечают в качестве отличительного свойства информации смысловую ценность для потребителя, способствующую снижению неопределенности принятия управленческих решений.
В. Л. Иноземцев определяет информацию как относительно объективную сущность или набор данных о тех или иных производственных и технологических процессах, а знания — как информацию, усвоенную человеком и не существующую вне его сознания2.
Утверждая, что информация и знания качественно различны, В. Л. Иноземцев прослеживает различия по следующим направлениям:
1. Информация, будучи раз произведенной, доступна сколь угодно широкому кругу людей, а ее усвоение тем или иным человеком не предполагает ее отчуждения у кого бы то ни было- напротив, знания, не существующие в объективизированной форме, доступны в своем аутентичном виде только их создателю и в принципе неотчуждаемы, так как любая их передача изменяет их первоначальные качества.
2. Информация тиражируема, а издержки на производство очередной копии носителя ее первоначальной версии с каждым новым этапом технического прогресса стремятся к нулю- создание же новых знаний требует по мере развития информационной системы усвоения все большего объема данных, и поэтому каждый новый успех в приумножении знаний вызывает все большие усилия.
3. Приобретение информации в ее объективированном виде требует все меньших затрат, и в этом отношении информация доступна и демократична- напротив, знания возникают как следствие достижения личностью высокого интеллектуального уровня, обусловленного не только образованием, но часто и наследственными факторами, и в этом отношении знания редки, они становятся основой не равенства, а новой социальной стратификации.
4. Хотя информация весьма специфическим образом переносит свою стоимость на тот продукт, в производстве которого она применяется (как правило, переносимая стоимость значительно выше издержек тиражирования), только лишь знания обладают свойством безграничного самовозрастания.
Автор утверждает, что информация, как и любой другой производственный ресурс, может быть и является объектом собственности (ргорейу). Напротив, знания, в отличие от любого другого производственного ресурса, могут быть и являются лишь объектом владения (possession) и в этом качестве образуют базу для качественно новой хозяйственной системы3.
Базируясь на вышецитируемых положениях работы В. Л. Иноземцева, Е. С. Фаюстова и Е. В. Попов устанавливают различия понятий «знания» и «информация» по трем
1 Попов Е., Коновалов А. Управление издержками производства и потребления информации // Проблемы теории и практики управления. 2007. № 2. С. 18.
2 См.: Иноземцев В. Л. Инвестиции и производительность в постиндустриальной ситуации // Воспроизводство и экономический рост. М.: ТЕИС, 2001. С. 205−218.
3 Представляется, что объектом собственности могут являться кодифицированные и материализованные знания, личностные же знания неотчуждаемы, а поэтому объектом собственности выступать не могут и являются лишь объектом владения.
направлениям: отчуждаемость ресурса, издержки по распространению, доступность ресурса — и определяют знания как экономическую категорию, выражающую субъективно усвоенную информацию и отличающуюся фактором субъективизма от близких по содержанию категорий1. Такой подход к определению знания как экономической категории ограничивается рассмотрением лишь одной формы знания, знания индивидуального, субъективного.
С. М. Климов рассматривает в качестве концептуальной основы, способствующей глубокому пониманию экономической сущности знания, теорию деятельности, разработанную отечественными психологами Л. С. Выгодским, А. Н. Леонтьевым, А. Р. Лурия2.
Опираясь на базовые положения теории деятельности, С. М. Климов формулирует следующие выводы относительно характеристик и роли знания в структуре деятельности:
1. Знание присутствует на всех уровнях в иерархии деятельности.
2. Знание всегда социально. Даже если оно вырабатывается человеком самостоятельно, это всегда происходит на основе, в рамках и с использованием инструментария исторически определенной культуры.
3. Знание инструментально, то есть оно является важнейшим инструментом, опосредующим отношение человека к окружающей среде, организующим его деятельность.
4. Знание — внешнее (объективируемое человеком) и внутреннее — существует в органическом единстве.
5. Обучение в широком смысле этого слова как процесс приобретения знаний и навыков имеет те же свойства и структуру, что и любые другие виды деятельности, то есть здесь также присутствуют мотив деятельности, конкретные действия и операции как стандартизованный, в силу повторяемости, элемент этих действий.
С. М. Климов устанавливает взаимосвязь понятий «знания» и «информация» в двух аспектах: с одной стороны, информация составляет содержание знания, с другой — форму его передачи. Рассматривая вопрос о соотношении понятий «знание» и «информация», С. М. Климов оценивает их роль как факторов процессов деятельности. Так, проводя аналогию с классификацией капитальных благ, используемых в материальном производстве, автор утверждает, что знание — основной ресурс деятельности, а информация — ее оборотный ресурс. Знание обслуживает множество циклов кругооборота капитала, практически не утрачивая своей первоначальной ценности, хотя со временем может устаревать. Информация же постоянно обновляется, заставляя лиц, принимающих решения, вносить коррективы в свою деятельность, в зависимости от состояния внешней и внутренней среды.
В коллективной монографии «Реструктуризация предприятий и компаний», выполненной под общей редакцией И. И. Мазура3, под знаниями понимается высокоструктурированная (классифицированная, с выявленными логическими, семантическими и ассоциативными связями) информация, имеющая практическое значение для бизнеса.
Исследуя возможности измерения знаний, Л. К. Пипия отмечает невозможность их агрегирования, так как знания не могут быть измерены в единой системе мер, в каждом
1 См.: Фаюстова Е. С., ПоповЕ. В. Знания как экономическая категория // Тез. докл. и сообщений VII Всерос. симпозиума, Москва, 11−12 апр. 2006 г. / Под ред. Г. Б. Клейнера. М.: ЦЭМИ РАН, 2006. С. 240−241.
2 См.: Климов С. М. Интеллектуальные ресурсы общества. СПб.: Знание, 2002.
3Мазур И. И. и др. Реструктуризация предприятий и компаний: Справ. пособие / Под ред. И. И. Мазура. М.: Высш. шк., 2000. С. 433. 10
случае они уникальны1. Тем самым автор подчеркивает невозможность сведения знаний к информации, в том числе знаний кодифицированных: «Несмотря на то, что знания могут быть записаны в виде информации, т. е. в определенной знаковой системе, и передаваться при помощи информационных носителей, такая информация может стать знанием только тогда, когда она применяется в человеческой деятельности, т. е. контекстуализи-рована и используется целенаправленно.. . Только человеческая активность гарантирует преобразование набора фактов или информации о последовательности действий в знания об объекте или знания о технологии"2.
В ряде исследований сущность знания и его особенности устанавливаются на основе анализа более широкого круга понятий и категорий.
Так, Е. В. Попов и М. В. Власов на основе проведенного сравнительного анализа понятий «данные», «информация» и «знание» устанавливают следующие специфические свойства знания как ресурса3:
1) знание, в отличие от информации, предполагает наличие мнения и убеждения-
2) знание — функция определенной позиции, точки зрения или намерения-
3) знание, в отличие от информации, предполагает действие-
4) новые знания всегда создаются ради достижения какой-то цели-
5) знание подразумевает значение и имеет зависящий от ситуации относительный смысл.
Г. Клейнер при решении вопроса об отношении информации и знаний считает важным обратиться к научным основам интеллектуальных, в частности экспертных, систем. В теории интеллектуальных систем знания располагаются на более высокой ступени обобщения, чем данные и факты, составляющие информацию. Более того, знания играют роль структур, обеспечивающих организацию данных и фактов. По определению Г. Клейнера, знания представляют собой концентрированную и общественно (а иногда и личностно либо коллективно) апробированную информацию, формирующую своеобразную микромодель окружающего мира4.
Р. Акоф в целях анализа процесса формирования знания использует схему из пяти категорий: «данные — информация — знание — понимание — мудрость». Каждое из представленных в схеме предыдущих понятий является основой для появления следующего, по образному выражению С. М. Климова, «своего рода рудой, из которой добывается элемент нового качества, в соотношении фунт руды на унцию выходящего материала. Но при этом остаток вовсе нельзя считать пустой породой"5.
Данные, по Р. Акофу, — это неупорядоченные символы, рассматриваемые безотносительно к какому-либо контексту. Информация представляет собой выделенную, упорядоченную часть базы данных, обработанную для использования. Знание — это формулировка существующих тенденций или сущностных связей между явлениями, представленными в информации. Знание, в отличие от своей информационной основы, может служить руководством для принятия конкретных решений и действий. Понимание есть выражение закономерности, содержащейся во множестве разрозненных знаний. Мудрость — это оцененное понимание закономерности с точки зрения прошлого и будущего.
1 См.: Пипия Л. К. Потребности и возможности измерения экономики знаний // Инновации. 2006. № 10. С. 78−87.
2 Там же. С. 83.
3 См.: Попов Е. В., ВласовМ. В. Миниэкономические институты производства новых знаний. Екатеринбург: ИЭ УрО РАН, 2006. С. 49.
4 См.: КлейнерГ. Указ. соч. С. 152.
5 Климов С. М. Указ. соч. С. 56.
В теорию менеджмента знаний схема Р. Акофа вошла в следующем модифицированном виде: «данные — информация — знание — мудрость» — или как модель DIKW (Date — Information — Knowledge — Wisdom) (рисунок).
В данной модели «понимание» представлено как одна из координат, в поле которой располагается вектор DIKW.
Понимание принципов
Знание
/По)
f прг
ани
По / ш
)ма

Мудрость
онимание шаблонов
Информация Понимание
Данные
Понимание Модель DIKW1
Различные взгляды исследователей на понимание сущности знания и его связи с информацией С. М. Климов сводит к следующим подходам:
— знание — локальное понятие, присущее конкретному индивидууму в определенное время. Посредством перехода в отчужденную от носителя обобществленную форму (информацию) знание превращается в глобальную категорию (Ю. А. Шрейдер, Т. Давенпорт, Л. Прусак2)3-
— представители другого подхода подчеркивают качественное различие между знанием и информацией, заключающееся в том, что знание конструктивно и определенно, является основой для успешного действия, в то время как информация может и не содержать в себе знания.
В качестве общей позиции авторов С. М. Климов отмечает признание того факта, что необработанная информация не дает решения деловых проблем, не производит стоимости и не укрепляет конкурентоспособности лиц, владеющих ею.
Представленные выше подходы к определению понятий «знание» и «информация» позволяют нам установить те специфические свойства знаний, на которых сторонники второго подхода акцентируют свое внимание (таблица):
— установление сущностных и причинно-следственных связей между явлениями, представленными в информации (Р. Акоф, С. М. Климов, И. И. Мазур), зависимость от контекста формирования и развития, ситуационный смысл (В. С. Катькало, Е. В. Попов, М. В. Власов, Л. К. Пипия) —
— субъективный характер знаний (В. Л. Иноземцев) и их использования (Ф. Махлуп) —
— свойство конструктивности (знания — средство освоения и преобразования действительности, имеют практическое значение для бизнеса, являются руководством
1 Воспроизведено по: Климов С. М. Интеллектуальные ресурсы общества. СПб.: Знание, 2002.
2 Davenport T. Information Ecology: Mastering the Information and Knowledge Environment. N. Y.: Oxford University Press, 1997- Prusak L., Cohen D. British Petroleum'-s Virtual Teamwork Program / Case Study — Ernst & amp- Young Center for Business Innovation, June 1996.
3 С. М. Климов определяет данный подход к менеджменту знаний как информационный. 12
для принятия конкретных решений и действий) (Р. Акоф, Б. З. Мильнер, И. И. Мазур, Е. В. Попов, М. В. Власов, Л. К. Пипия) —
— свойство апробации, признания обществом или отдельными социальными субъектами (Г. Клейнер) —
— сложность процесса извлечения знания из массива информации, требующего способностей к рассуждению, логическому выводу (Дж. Стоунхаус).
Сравнительная характеристика знаний и информации как экономических категорий
Характерис тика Информация Знания Автор подхода
Отчуждаемость ресурса Будучи произведенной, широко доступна, а ее усвоение кем-либо не предполагает отчуждения у кого-либо Не существующие в объективизированной форме в своем аутентичном виде доступны только создателю и в принципе неотчуждаемы, так как любая их передача изменяет их первоначальные качества В. Л. Иноземцев
Издержки по тиражированию Издержки на производство очередной копии стремятся к нулю Каждый новый успех в приумножении знаний вызывает все большие усилия
Доступность ресурса Доступна и демократична. Приобретение информации требует все меньших затрат Редки. Возникают как следствие достижения личностью высокого интеллектуального уровня. Сегодня становятся основой новой социальной стратификации
Специфика процесса переноса стоимости ресурса на готовый продукт Переносимая на производимый продукт стоимость информации значительно выше издержек тиражирования Обладают свойством безграничного самовозрастания
Установление, фиксация сущностных связей между явлениями Информация всегда индивидуальна, конкретна Знание устанавливает сущностные связи между явлениями, представленными в информации. Представляет собой обобщенную форму фиксации тех причинно-следственных связей, которые содержит в себе информация. Зависит от контекста его формирования и развития Р. Акофф С. М. Климов В. С. Катькало
Прогностичность Характеристикой не обладает Знание прогностично С. М. Климов
Конструктивность Характеристикой не обладает Является руководством для принятия конкретных решений и действий Р. Акоф
Роль фактора в процессе деятельности Служит «сырьем» для производства знания — оборотный ресурс деятельности Является фундаментальной основой организации любого процесса — основной ресурс деятельности С. М. Климов
Возможность агрегирования Существует Отсутствует, знание уникально Л. К. Пипия
Таким образом, представленный в статье анализ подходов к определению понятия «знание» еще раз свидетельствует об отсутствии четкого системного представления о предмете исследования, в том числе в вопросе соотношения понятий «знание» и «информация».
На наш взгляд, ответ на данный вопрос может быть найден в типологии знаний1, в частности представленной в работах С. М. Климова и Е. В. Пилипенко2. Так, С. М. Климов указывает на три формы существования знания: индивидуальное (субъективное), кодифицированное и объективированное знание3. Индивидуальное, субъективное знание — это система усвоенных или выработанных понятий, опосредующих отношение человека к действительности. В процессе взаимодействия индивида с окружающей средой или в результате внутренней эволюции эти понятия могут быть организованы в те или иные модели действительности (декларативное знание), а также в схемы или алгоритмы деятельности (умения, ноу-хау)4.
Кодифицированное знание предстает в знаковой форме или в форме символов. Это своеобразные модели моделей, содержащихся в сознании. Их основные функции заключаются в передаче знания в процессе коммуникаций, его фиксации и сохранении.
Объективированное знание — это интеллектуальные модели, воплощенные в объективной форме процессов деятельности, ее инструментов и результатов.
Е. В. Пилипенко придерживается понятия информации как объективированных, кодифицированных в символах и знаках знаний, включенных в коммуникативный процесс- рассматривает информацию как форму существования знаний в экономическом поле5.
В связи с вышеизложенным информацию следует рассматривать как одну из форм существования знаний — кодифицированное знание, один из типов знаний, выделяемый по данному классификационному признаку.
Результаты обобщения различных точек зрения на предмет данного исследования (см. таблицу) приводят к выводу о том, что, стремясь разграничить понятия «знание» и «информация» и устанавливая особенности каждой из этих экономических категорий, авторы подходов, как правило, сужают понятие «знание» до одной из форм его существования, — знания личностного, субъективного (В. Л. Иноземцев, Л. К. Пипия). В процессе преобразования личностного, субъективного знания в кодифицированное знание приобретает новые свойства (доступность, легкость тиражирования (распространения), конкретность, возможность агрегирования), что и дает исследователям определенные основания для разграничения рассматриваемых понятий, вплоть до их противопоставления.
Представленные в таблице характеристики знания и информации и их значения, по сути, отражают специфику двух форм существования знания — личностного и кодифицированного соответственно. Исследование особенностей различных форм существования знаний дает возможность более полно и точно установить содержание понятия «управление знаниями», дифференцировать подходы к созданию, распространению, использованию, трансформации и хранению различных типов знаний, определить те виды знаний, которые более значимы для конкретной организации, разработать эффективные методики их генерирования и коммерциализации.
1 Подробнее см.: Варламова З. Н. Концептуальная модель управления знаниями в организации // Проблемы теории и практики управления. 2007. № 5. С. 51−59.
2 См.: Климов С. М. Указ. соч. С. 52- Пилипенко Е. В. Теоретические основы и методологические подходы к формированию экономики знаний в регионе: Автореф. дис. … д-ра экон. наук. Екатеринбург, 2007.
3 См.: Климов С. М. Указ. соч. С. 52.
4 Е. В. Пилипенко определяет данный тип знаний как знания личностные.
5 См.: Пилипенко Е. В. Указ. соч. С. 12.
Е. В. Гусев, И. П. Савельева, Т. А. Шиндина
МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ОЦЕНКИ ЭФФЕКТИВНОСТИ МЕЖФИРМЕННЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ УЧАСТНИКОВ СТРОИТЕЛЬНОГО КОМПЛЕКСА
Предлагается способ оценки межфирменных взаимоотношений участников строительного комплекса, учитывающий особенности конкурсных процедур, логистического обеспечения, показателей издержек и эффектов. Предлагаемый подход направлен на повышение эффективности результатов организации инвестиционно-строительной деятельности.
Ключевые слова: межфирменные взаимоотношения, логистическое обеспечение, эффективность, инвестиционно-строительная деятельность.
Современные российские предприятия находятся в условиях, когда стабильность их функционирования зависит от гибкости управленческой структуры. Практические акценты управления смещены сегодня с внутрифирменных процессов на межфирменные компромиссы, эффективность функционирования компаний во многом определяется ситуацией на рынке и особенностями организации взаимоотношений с компаниями ближнего и дальнего окружения.
Современный строительный комплекс по форме — это достаточно раздробленное, не управляемое из единого или нескольких центров, множество самостоятельно хозяйствующих субъектов, обладающих своими специфическими особенностями. По экономическому содержанию строительный комплекс обладает разнородностью, представляет собой систему живого и овеществленного труда организаций и предприятий, обеспечивающих создание новых и модернизацию действующих основных фондов производственного и непроизводственного назначения, и выражается в присутствии набора признаков.
Хозяйственные взаимосвязи участников строительного комплекса решаются в условиях современной организации деятельности на основе общения и соглашений. Рыночные условия хозяйствования выдвигают требования к организации межфирменных отношений на базе как основной правовой формы организации и регулирования отношений, так и договоров. Развитие различных форм общения между людьми выдвинуло потребность в предоставлении им возможности по согласованной воле использовать предложенные законодателями правовые модели или самим создавать их. Одной из таких моделей является объединение самостоятельных компаний в процессе договорного взаимодействия. Сегодня договорная деятельность в строительстве многомерна, договорные механизмы присутствуют на всех этапах деятельности, являются важными управленческими объектами и требуют навыков и научных подходов для поиска гармонии сотрудничества. Они представляются нам в качестве жизненно важной научной задачи, решение которой циклично, динамично, стохастично и непрерывно в силу постоянного воздействия внешней среды.
Функционирование строительного комплекса связано с построением договорной системы как основы межфирменных взаимоотношений его участников. По экономической сущности договорная деятельность представляет собой набор действий по формированию хозяйственных межфирменных связей. Оценка межфирменных взаимоотношений одновременно решает две задачи: формирует потребности компаний в участии в структурных объединениях и показывает уровень рыночной самостоятельности (способности заключать контракты) участников строительного комплекса.
Современные подходы к оценке экономических межфирменных взаимоотношений основываются на сущности понятия «эффективность». Развитие подходов к этому понятию привело к современному толкованию эффективности как одной из важнейших качественных характеристик динамической системы с точки зрения соотношения затрат и результатов функционирования этой системы.
Эффективность действий по формированию и развитию межфирменных взаимоотношений целесообразно исследовать по результатам деятельности созданной договорной структуры, используя комплекс характеристик для оценки эффективности договорных взаимодействий.
В комплекс оценочных критериев следует включать: характеристики договорной деятельности и характеристики участников взаимодействий. Общая эффективность межфирменных взаимодействий (ЭфМВ) с учетом характеристик, отражающих качественные и количественные оценочные критерии, может быть определена по формуле
ЭфКМ = f (ЭфТАИ, ЭфКМ, ЭфСВ, ЭфЛД), (1)
где ЭфТАИ — эффективность использования трансакционных издержек-
ЭфКМ — эффективность конкурсного механизма-
ЭфСВ — эффективность схемы взаимоотношений-
ЭфЛД — эффективность логистической деятельности.
Межфирменные взаимоотношения базируются на таких мероприятиях, как планирование и организация бизнес-коммуникаций, т. е. взаимоотношения с партнерами, конкурентами и потребителями, а также на рекламе, стимулировании сбыта, организации связи с общественностью и организации продаж. Все эти мероприятия связаны с транс-акционными издержками, эффективность использования которых зависит от динамики их изменений или соотношения легального и альтернативного наполнения:
ЭфТАИ = f (ТАИл, ТАИа), (2)
где ЭфТАИ — эффективность использования трансакционных издержек-
ТАИл — легальные трансакционные издержки-
ТАИа — альтернативные трансакционные издержки.
При оценке эффективности контрактного механизма в строительной компании следует оценивать группы факторов, показывающих разносторонние результаты деятельности:
— группа финансовых показателей содержит ряд критериев, характеризующих финансовую эффективность договорной политики, и позволяет ответить на вопрос о том, насколько эффективно расходуются инвестиционно-финансовые средства-
— группа организационных показателей позволяет оценить организационные составляющие договорной политики, реализуемой на предприятии. Данные показатели характеризуют уровень конкурентоспособности участников взаимодействий-
— группа специальных показателей включает совокупность факторов для учета особенности строительного комплекса (сметные процедуры, порядок оплаты, технические риски).
Таким образом, общая эффективность контрактного механизма есть функция, зависящая от финансовой, организационной и специальной составляющих:
ЭфКМ = f (ЭФ- ЭО- ЭС), (3)
где ЭфКМ — эффективность конкурсного механизма-
ЭФ — эффективность финансовой составляющей-
ЭО — эффективность организационной составляющей-
ЭС — эффективность специальной составляющей.
Договорная деятельность является основой для формирования связей между участниками строительного комплекса и лежит в основе процессов организации разного типа отношений.
Учитывая большое количество существующих видов контрактов, возникает потребность в решении задачи их выбора, которая сводится к оценке схемы организации взаимоотношений. Эффективность схемы взаимоотношений зависит от семи основных критериев:
где ЭфСВ — эффективность схемы организации взаимоотношений-
ФР — финансовый риск-
УР — управленческий риск-
СС — оценка целесообразности совмещения стадий строительства-
ПР — производственный риск-
ОЗ — оценка ответственности заказчика-
ОГП — оценка ответственности генподрядчика-
ОСП — оценка вариантов привлечения субподрядных организаций.
Результаты логистических взаимоотношений между участниками строительного комплекса оцениваются на основе четырех групп характеристик. Насколько логистическая деятельность отвечает своему предназначению, можно судить по ее результативности, которая определяется доступностью запасов, производительностью, а величина общих затрат на логистику находится в непосредственной связи с желательным уровнем результативности. Технические характеристики, производственные результаты влияют на логистическую деятельность через характеристики логистического сервиса (сервисность). Оценку логистической деятельности в пространстве и времени целесообразно проводить через показатели динамизма. Показатели рентабельности, оборачиваемости средств, затрат на связный капитал, на логистику можно объединить под одним показателем — экономичность. Общая эффективность логистической деятельности представляет собой обобщенную характеристику из представленных показателей:
где ЭфЛД — эффективность логистической деятельности-
ЛР — оценка результативности-
ЛС — оценка сервисности-
ЛД — оценка динамизма-
ЛЭ — оценка экономичности.
Представленные математические модели позволяют оценить эффективность результатов договорной политики в области строительных работ и услуг любой компании и являются универсальным подходом к количественной оценке договорной деятельности как результату межфирменных взаимоотношений компании.
Высокие значения представленных характеристик для оценки эффективности межфирменных взаимодействий свидетельствуют о достаточности уровня договорной деятельности субъекта строительного комплекса, а низкие значения создают основу для формирования объединений в рамках строительного комплекса с целью повышения искомого уровня.
ЭфСВ = f (ФР, УР, СС, ПР, ОЗ, ОГП, ОСП),
(4)
ЭфЛД = f (ЛР, ЛС, ЛД, ЛЭ),
(5)
Создание эффективных компаний и экономических структур в составе строительного комплекса требует активности по развитию их деятельности, к весомому элементу которой относится методика их формирования. Основными составляющими методики служат внутренние предпосылки в виде потребностей и ресурсов, которые способны на основе внешних предпосылок в виде аттракторного характера среды и теоретической базы эффективных форм взаимодействия сформировать (развить) экономическую структуру.
В создании структур, с одной стороны, заинтересованы компании производственного и хозяйственного уровня строительного комплекса, а с другой — органы государственной власти, задачей которых является реализация государственной политики и национальных проектов. Процесс формирования экономических структур включает три этапа: стратегическую концепцию их создания, тактическую политику взаимоотношений участников и оперативное планирование процессов развития. Назначение этих этапов, характер и особенности использования представлены в таблице.
Методика формирования экономических структур
Этап Вид документа Назначение Характер использования Особенности использования
I Концепция формирования экономической структуры Стратегическое управление деятельностью по формированию экономической структуры Обоснование направления и идеологических основ сотрудничества Разрабатывается специалистами и утверждается государственными органами
II Договорная политика участников экономической структуры Проработка сложных организационно-технических вопросов взаимодействия Обоснование мероприятий и методов совместного использования потенциалов партнеров Разрабатывается совместно представителями всех участников структуры
III Календарный план формирования и развития экономической структуры Оперативное управление деятельностью. Выделение исполнителей, их задач, этапов работ, последовательности сроков, ресурсов. Анализ эффективности межфирменных взаимоотношений Директивный адресный документ, увязывающий действия всех участников Координирующий орган, которому поручено выполнять оперативное регулирование
Целью создания экономических структур является решение задач, стоящих:
— перед участниками строительного комплекса в части инвестиционного, технического, социально-политического сопровождения их договорной деятельности, повышения ее эффективности за счет устойчивого взаимодействия между партнерами, в том числе со структурами власти-
— перед государственными органами в части повышения эффективности их регулирующих воздействий.
Использование экономических структур в целях повышения эффективности функционирования строительного комплекса стимулирует развитие процессов самоорганизации и саморегулирования его участников, а также видоизменяет направления управленческих воздействий, используя внутренние резервы участников договорных взаимоотношений в поиске организованного порядка. Основой формирования структур является экономическая оценка результатов договорных отношений, выражающаяся в эффективности межфирменных взаимоотношений. 18
С. Н. Ильичев
К ВОПРОСУ ФОРМИРОВАНИЯ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ пЕРЕВОЗКАМИ ИМпОРТНЫХ ТРАНЗИТНЫХ ГРУЗОВ
Рассмотрены принципы формирования и развития транстерминальных систем, определены проблемы по согласованию транспортных коридоров и региональных систем комбинированных перевозок, разработан механизм формирования системы управления перевозками импортных транзитных грузов.
Ключевые слова: транстерминальные системы, транспортные коридоры, механизм управления перевозкой грузов, специализированнные организации.
В 2002—2003 гг. началось осуществление масштабных проектов по развитию транспортной инфраструктуры международных коридоров. Соответствующие мероприятия по их формированию выделены в отдельную подпрограмму «Международные транспортные коридоры» Федеральной целевой программы «Модернизация транспортной системы России». В этой связи в качестве основной задачи в рамках формирования российских МТК необходимо выделить создание национальных компаний — операторов внешнеторговых интермодальных перевозок, обеспечивающих логистические принципы доставки грузов, полный сервис и контроль за их продвижением по всему маршруту следования на основе сквозных тарифных ставок [1].
Накопленный опыт развития мультимодальных перевозок играет важную роль в формировании транспортного пространства и общего рынка транспортных услуг. Создание международной транспортной инфраструктуры и формирование МТК предполагают применение единой технологии перевозок как основы интеграции национальных транспортных систем в мировую транспортную систему. МТК необходимо формировать в целях развития и улучшения как грузового, так и международного пассажирского сообщения. При этом принципы интермодализма, особенно для обеспечения перевозок грузов, являются основополагающими. Такая постановка проблемы соответствует принятым международным документам и связана с тем, что формирование транспортных коридоров ориентировано главным образом на развитие международной торговли.
Разработка терминальных комплексов должна быть рассчитана как на увеличение объемов и ассортимента перерабатываемых грузов, так и на постепенное расширение функциональных возможностей, в особенности в части оказания снабженческо-сбыто-вых и экспедиционных услуг.
В этой связи автором [2] выделены следующие принципы формирования системы комплексного терминального обслуживания:
1. Применение прогрессивной терминальной технологии перевозочного процесса, основанной на сооружении грузоперерабатывающих и грузонакопительных терминальных комплексов на основных магистральных направлениях и в транспортных узлах в пунктах взаимодействия магистральных видов транспорта и транспорта подвоза-развоза грузов клиентам.
2. Организация комплексной системы транспортно-экспедиционного обслуживания клиентуры с обеспечением единой ответственности экспедиционной службы за доставку груза «от двери до двери» на всем пути его следования- предоставление клиентуре широкой гаммы дополнительных услуг и освобождение ее от технических, технологических и информационных операций, связанных с доставкой груза- предоставление клиентам складских услуг по хранению их продукции (в том числе долгосрочному), позволяющих
19
применять бесскладскую технологию ведения производства промышленных и торговых предприятий, а также коммерческих структур малого бизнеса, направленную на снижение транспортно-складских издержек и повышение качества обслуживания клиентуры.
3. Создание единой системы экономико-правовых взаимоотношений участников системы терминального обслуживания на основе согласования экономических интересов всех участников грузодвижения и введения взаимной материальной ответственности сторон.
4. Обеспечение долевого финансирования объектов системы терминального обслуживания с привлечением бюджетных и внебюджетных источников, включая коммерческие структуры крупного и малого отечественного бизнеса и иностранный капитал.
5. Создание информационного обеспечения грузодвижения, включая контроль за местоположением груза, системы внутри- и межтерминальной связи, системы страхования и проводки грузов.
6. Создание системы государственной поддержки с обеспечением условий наибольшего благоприятствования участникам системы грузодвижения по терминальной технологии на основе введения государственного и муниципального регулирования, включая налогово-лицензионную систему, льготное кредитование инвестиций в объекты системы, льготное налогообложение, выделение земельных участков под строительство терминалов, нормативно-правовое регулирование.
7. Применение логистического подхода к формированию терминальной системы, обеспечивающего непрерывность производственно-транспортно-распределительного процесса, ускорение движения товароматериальных потоков и максимизацию экономического эффекта у всех участников грузодвижения.
Содержание транспортного бизнеса определяется в настоящее время не столько технической и коммерческой эксплуатацией собственно транспортных средств, сколько способностью эффективно управлять товарными и информационными потоками. Поэтому наряду с количественным наращиванием пропускных и провозных возможностей от транспортной системы требуется реализация новых транспортных технологий, основанных на интеграции технологических преимуществ различных видов транспорта, а также на комплексной информатизации транспортно-распределительных процессов.
Механизм формирования системы управления перевозкой импортных транзитных грузов представляет собой совокупность организационно-экономических и правовых мероприятий:
1) по интеграции управления транспортно-распределительными процессами, которая реализуется на основе следующих принципов:
— полного удовлетворения потребностей населения и национальной экономики в грузовых перевозках-
— одинаковой выгоды владельцев транспортных средств и обслуживаемой клиентуры-
— взаимной материальной и правовой ответственности за конечные результаты товародвижения-
— прямой зависимости экономического положения участников процесса перемещения грузов от конечных результатов работы-
— сотрудничества участников процесса товародвижения на основе договорных отношений-
— предоставления максимальных удобств и услуг, освобождения клиентов от выполнения ими несвойственных функций-
2) по организации комбинированных перевозок, в частности по созданию специализированных организаций — мегаоператоров с возложением на них функций:
— принятия груза и осуществления операций по его перевозке-
— заключения соглашений с транспортными предприятиями о перевозке-
— обеспечения грузовладельца информацией о месте нахождения груза и его состоянии.
Одним из принципиальных вопросов, который возникает при создании фирмы — мегаоператора перевозок, является определение ее сферы деятельности или, другими словами, совокупности перевозок, организацией которых должна заниматься фирма. Крайними случаями являются отдельно взятая перевозка и совокупность всех перевозок, выполняемых предприятиями России [3]. В связи с этим возможны два варианта деятельности мегаоператоров:
— фирма-мегаоператор создается для организации комбинированных перевозок, выполняемых транспортным коридором. Само формирование транспортного коридора осуществляется таким образом, чтобы значительная часть перевозок начиналась и заканчивалась в пределах коридора-
— фирма-мегаоператор создается для организации комбинированных перевозок в некотором регионе.
В интересах эффективной работы мегаоператоров необходимо осуществить исследование по следующим направлениям:
— определение структуры и функции региональных экспедиторов-
— определение оптимального варианта и функции оператора перевозок в транспортном коридоре в увязке и во взаимодействии с региональными транспортными экспедиторами-
— определение наилучшего варианта создания информационного обеспечения комбинированных перевозок и его использования в транспортных коридорах-
3) по экономико-математическому обоснованию создания и использованию регионально-распределительных центров как регуляторов материальных потоков. Эти мероприятия позволяют определить:
— целесообразность участия центра в обслуживании материального потока с точки зрения концепции «точно в срок" —
— экономическую целесообразность участия центра в канале грузопотоков в целях экономии эксплуатационных расходов-
— оптимальную партию груза, формируемую центром, условия создания его на канале грузопотоков в зависимости от мощности материальных потоков.
Основная задача каналов грузопотоков — доставка «точно в срок» и в полной сохранности — в современных условиях решается на основе применения принципов логистики. В связи с тем, что доставку «точно в срок» нужно осуществлять с минимальными затратами трудовых, материальных и денежных ресурсов, при построении логистического канала грузопотока кроме системного подхода должен быть выполнен принцип оптимальности. Следовательно, должны быть оптимизированы технологические и технические параметры системы.
Оптимизацию необходимо производить с применением модели размещения терминалов (логистических центров) и модели обслуживания материального потока с участием распределительных центров.
В рамках модели размещения терминалов (логистических центров) задачу размещения и идентификации зон принадлежности можно описать следующим образом. Вначале
определяются границы зон принадлежности на основе теории нечетких множеств. В границах каждой зоны устанавливается множество грузоотправителей и грузополучателей. Это множество разделяется на ряд подмножеств — локальных зон доставки грузов, каждое из которых представляет собой набор грузоотправителей и грузополучателей. При разбивке множеств на подмножества учитываются географический фактор, мощность микропотоков, формирующихся у грузоотправителей и грузополучателей, размещение их относительно друг друга. В границах каждой локальной зоны имеется своеобразный центр ее тяжести, от которого и определяется расстояние до грузообразующего центра. Границы зоны идентифицируются на основе эвристических соображений. В уже определенной зоне находится возможное расположение мест грузопереработки и хранения. Разбивка всей зоны, обслуживаемой грузообразующим центром, на локальные зоны осуществляется в результате анализа географического размещения пунктов доставки и объемов поступления на них грузов. При этом следует руководствоваться принципом наибольшей концентрации пунктов к центру.
В каждой зоне получается несколько центров тяжести, расстояние до которых от грузообразующего центра можно рассчитать методом «пробной точки». На уровне региона, например, каждый распределительный центр обслуживает свой торговый сегмент, в границах которого размещаются получатели товаров. Основные производители готовой продукции прикреплены к центрам распределения и торговым сегментам на основе решения задачи линейного программирования. Из регионального распределительного центра (РРЦ) грузы доставляются потребителям автомобилями. Так реализуется двух-этапный итеративный процесс доставки по схемам: производитель продукции — РРЦ- РРЦ — получатели. Вопросы, связанные с идентификацией границ торговых сегментов, и локальные задачи по планированию рейса автомобиля и определению его производительности можно решать по схеме, приведенной на рисунке.
Структурная схема организации поиска рационального варианта сегментации
При решении задач в рамках модели обслуживания материального потока с участием распределительных центров следует исходить из следующих допущений:
— доставка грузов в РРЦ из пунктов отправления осуществляется автомобильным транспортом, а при транзитном варианте — по железной дороге- 22
— продолжительность доставки груза от пункта отправления до пункта назначения относится к одной транспортной партии груза, величина которой принимается постоянной-
— продолжительность технологических операций, связанных с приемом и отправлением грузов в пунктах отправления и в РРЦ, принимаем не зависящей от величины отправки-
— затраты времени непосредственно на перемещение груза с участием РРЦ и при транзитном варианте организации перевозок принимаем не зависящими от варианта доставки-
— одинаковые по времени элементы затрат исключаем из процедуры сравнения вариантов-
4) по созданию нормативно-правовой базы транспортной деятельности, соответствующей социально-экономическим условиям развития России и международным нормам.
Таким образом, для достижения цели государства по формированию транспортной системы, способной эффективно удовлетворять растущий спрос на перевозки пассажиров и грузов и обеспечить его структурное изменение, целесообразно реализовывать новые транспортные технологии, основанные на интеграции технологических преимуществ различных видов транспорта, комплексной информатизации транспортно-рас-пределительных процессов. Интеграция управления транспортно-распределительными процессами должна осуществляться на следующих принципах: полное удовлетворение потребностей населения и национальной экономики в грузовых перевозках- одинаковая выгода владельцев транспортных средств и обслуживаемой клиентуры- взаимная материальная и правовая ответственность за конечные результаты товародвижения- прямая зависимость экономического положения участников процесса перемещения грузов от конечных результатов работы- сотрудничество участников процесса товародвижения на основе договорных отношений- предоставление максимальных удобств и услуг, освобождение клиентов от выполнения несвойственных им функций.
Для организации комбинированных перевозок, предпочтительных с точки зрения решения проблем и играющих большую роль для российской экономики, целесообразно создавать специализированные организации — мегаоператоры с возложением на них следующих функций: принятия груза и осуществления операций, связанных с его перевозкой- заключения соглашений с транспортными предприятиями о перевозке- обеспечения грузовладельца информацией о месте нахождения груза и его состоянии.
В интересах эффективной работы мегаоператоров в области организации и управления перевозочным процессом необходимо: определение структуры и функции региональных экспедиторов- определение оптимального варианта и функции оператора перевозок в транспортном коридоре в увязке и во взаимодействии с региональными транспортными экспедиторами- определение наилучшего варианта создания информационного обеспечения комбинированных перевозок и его использования в транспортных коридорах.
Список литературы
1. Марченко, В. М. Подход к определению оптимальной структуры системы управления транспортными процессами / В. М. Марченко // Рос. предпринимательство. 2006. № 5.
2. Марченко, В. М. Исследование современной сущности управления транспортными коридорами как основы развития транспортной системы России: монография / В. М. Марченко — под науч. ред. Ю. П. Григорьева. СПб.: Изд-во Группы R-PRINT, 2005.
3. Марченко, В. М. О некоторых методологических подходах к совершенствованию организации управления транспортной системой) / В. М. Марченко // Проблемы соврем. экономики. 2006. № 3−4.
Е. А. Лясковская, И. П. Савельева, Т. А. Шиндина ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ мОДЕЛИРОВАНИЯ
взаимодействий в строительном комплексе на основе когнитивного подхода
Предлагается способ организации взаимоотношений между участниками строительного комплекса, который позволяет строить устойчивые к внешним импульсам системы на основе договорных связей и функциональных особенностей. Предлагаемый подход является принципиально новой основой управления реализацией проектов на инвестиционно-строительном рынке.
Ключевые слова: организация взаимоотношений, строительный комплекс, управление проектами, инвестиционно-строительный рынок.
В середине XVII в. знаменитый философ и математик Рене Декарт высказал афоризм, ставший классическим: «Cogito ergo sum» (Мыслю, значит существую). Латинский корень cognito имеет интересную этимологию. Он состоит из частей «со-» (вместе) + «gnoscere» (знаю). В английском языке существует целое семейство терминов с этим корнем: «cognition», «cognize» и др. В русском эквиваленте «когнитивное» значит способное разлагать на части, декомпозировать на части, анализировать и синтезировать, то есть способное думать, объяснять, обосновывать действия, идеи и гипотезы.
Истоки понятия «когнитивный анализ» лежат в психологии. В рамках изучения особенностей познания человеком своего окружения фундаментальное значение приобрело исследование когнитивных карт, которые, по сути, являются субъективным представлением о пространственной организации внешнего мира. Когнитивная карта — понятие, относящееся к познавательным процессам, связанным с приобретением, репрезентацией и переработкой информации об окружающей среде, в ходе которой субъект не является пассивным наблюдателем, а активно взаимодействует со средой [1- 2].
Аппарат когнитивного анализа удобен, так как позволяет работать с данными как качественного, так и количественного типа, причем степень использования количественных данных может увеличиваться в зависимости от возможностей количественной оценки взаимодействующих факторов в итерационном цикле моделирования [3].
Учитывая, что четкие количественные данные в деятельности строительного комплекса собрать сложно, по причине многофакторного влияния на деятельность и независимости участников, для математического моделирования механизма управления строительным комплексом целесообразно применить аппарат когнитивного анализа. Его использование позволит оперировать моделями и проводить анализ результатов, полученных на основе минимума информации с применением взвешенных знаковых и функциональных знаковых графов.
В основе технологии когнитивного анализа и моделирования производственных структур строительного комплекса лежит когнитивная (познавательно-целевая) структуризация знаний об объекте и внешней для него среды, причем объект и внешняя среда разграничиваются «нечетко». Цель такой структуризации — выявление наиболее существенных (базисных) факторов, характеризующих «пограничный» слой взаимодействия объекта и внешней среды, и установление качественных (причинно-следственных) связей между ними (т. е. какие взаимовлияния оказывают факторы друг на друга в ходе их изменения).
Структура строительного комплекса как сложная социально-экономическая слабоструктурированная система может быть описана следующими переменными: 24
х1 — объем деятельности участников, выполняющих функции строительного заказчика-
х2 — объем инвестиций в строительные проекты-
х3 — объем закупок строительных услуг на конкурсной (тендерной) основе- х4 — строительная документация и инженерно-технические проекты как результаты деятельности проектировщиков-
х5 — результаты деятельности участников, выполняющих функции генерального заказчика-
хб — результаты деятельности участников, выполняющих функции субподрядчиков- ху — объем поставок материалов для строительных нужд-
х8 — результаты деятельности участников, выполняющих функции транспортных компаний и обеспечивающих строительство машинами и механизмами-
хд — объем посреднических услуг, необходимых для комплексного обеспечения строительного производства-
х10 — результаты деятельности строительной индустрии и производственных баз в части обеспечения строительных объектов строительными конструкциями-
хп — объем консалтинговых и инжиниринговых услуг, необходимых для организации строительного производства-
х12 — объем страховых и венчурных услуг, необходимых для обеспечения безопасности строительного производства-
х13 — объем услуг, оказываемых органами государственного контроля для обеспечения строительного производства в рамках общей государственной политики-
х14 — объем услуг, оказываемых органами инфраструктуры для обеспечения строительного производства и эксплуатации объектов-
х15 — объем строительной продукции, проходящей через распределительную риэлторскую сеть-
х16 — объем строительной продукции, выпускаемой строительным комплексом и переходящей в потребление к пользователям (юридическим и физическим лицам).
Факторы выбраны на основе исследования этапов взаимодействий участников в рамках инвестиционно-строительной деятельности. Объектами взаимодействия являются работы, рассматриваемые в рамках общего объекта взаимодействий — инвестиционно-строительного проекта или их комплексов (см. таблицу).
Как известно, строительная отрасль не отличается постоянством участников и любые новые проекты связаны с новыми структурами. Однако функциональные аспекты организации строительного производства не изменяются (или слабо изменяются) в рамках отдельного инвестиционно-строительного проекта. Данная особенность и позволяет нам обобщать деятельность по инвестиционно-строительным группам, представляя их в качестве системы.
Для качественного анализа исследуемой взаимосвязи использована когнитивная структуризация, построенная в виде причинно-следственных связей на основе орграфа и матрицы смежности. Проверка устойчивости орграфа сводится к исследованию нескольких простых вопросов о собственных значениях его матрицы смежности. Граф считается абсолютно или импульсно устойчивым в импульсном процессе при устойчивости каждой его вершины [4].
Для анализа знакового орграфа на устойчивость находятся собственные значения А- матрицы В путем решения ее характеристического уравнения det (В — АЕ) = 0, где, А — собственный вектор В- Е — единичная матрица.
На основе анализа вариантов т (свыше 100 взаимосвязей), отличавшихся вариациями топологии орграфов в рамках общей авторской концепции (рассматривались стратегии изменения знаков и весов, добавления и исключения дуг), была принята гипотеза об устойчивости структуры при рассмотрении деятельности структурных образований в строительном комплексе.
Субъекты и объекты взаимодействия в строительстве
Объект взаимоотношений Субъект взаимоотношений
Пользователь Заказчик Инвестор Тендерный комитет Проектировщик Генподрядчик Субподрядчик Поставщики материалов Транспортные компании Посредники, строит. базы Предприятия стройин-дустрии Оценщик Гарант, страховщик Органы гос. контроля Органы инфраструктуры Риелтор
1. Замысел проекта пользователями, формирование целей деятельности и заказа х х х
2. Поиск инвестиций, обоснование эффекта х х х
3. Формирование требований к исполнению, выбор схемы взаимодействия х х
4. Получение разрешение на строительство, отвод земли х х х х х х
5. Поиск исполнителей: проектировщиков, строителей- проведение тендерных конкурсов х х х
6. Защита от рисков, оценка и страхование х х х х х х х х
7. Работа с органами инфраструктуры: энерго-, во-до-, теплосистемы и др. х х х
8. Организация процессов выполнения работ (материалы, транспорт, техника) х х х х х х
9. Координация и контроль в ходе строительства х х х х х х х х
10. Запуск и прием в эксплуатацию, передача предприятиям для обслуживания объекта х х х
11. Использование или продажа х х х
Проанализировав систему договоров, реально существующих в деятельности предприятий строительного холдинга «Стройком», мы выяснили, что родственные отношения
между компаниями обусловили структуру взаимоотношений между участниками инвестиционно-строительных проектов, выполняемых группой предприятий (рисунок).
¦& gt-¦ нематериальные потоки- • • *& gt- материальные потоки
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15
0 0 1 -1 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 и 0 1
1 0 0 -1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 0 1 1 -1
2 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 1 1 1 0 1
3 0 0 0 0 1 1 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
4 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 1 1 1 0 0
5 0 0 0 0 -1 0 0 0 0 0 0 1 1 1 1 0
6 0 0 0 0 0 1 0 0 0 0 0 1 1 1 1 0
7 0 0 0 0 0 1 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
8 0 0 0 0 0 1 0 0 0 0 0 1 1 0 0 0
9 0 0 0 0 0 1 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
10 0 0 0 0 0 1 0 0 0 0 0 1 1 0 0 0
И 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
12 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
13 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
14 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0 0
15 0 0 0 0 0 -1 0 0 0 0 0 0 0 и 0 0
Орграф системы управления инвестиционно-строительным проектом в виде взаимодействия группы предприятий
При выполнении инвестиционно-строительных проектов взаимодействие между участниками носит размытый характер в связи со сложностью выполняемых услуг в строительном комплексе, которые в целом делятся на нематериальные (выделенные на рисунке ровными линиями) и материальные (линии с точкой).
Для построения орграфа использовались реальные данные договоров в строительстве за 2006 г. Отличительной особенностью нового орграфа является отсутствие кажущейся на первый взгляд логичной комбинации положительной связи х5 ^ х1 и отрицательной связи х15 ^ х1, которые создавали комбинацию процесса распределения готовой продукции по структуре системы строительного комплекса, однако сразу же приводили орграф в неустойчивое состояние.
При использовании структуры прямого распределения строительной продукции через риелторскую сеть возникает новая пара связей. Это отрицательная материальная связь х1 ^ х15 и нематериальная отрицательная связь х5 ^ х15, которые перераспределяют организационные взаимосвязи и одновременно с этим выводят исследуемую систему из состояния импульсной и абсолютной неустойчивости (решение характеристического уравнения для орграфа, представленного на рисунке, дает массив собственных значений, сумма которых равна нулю).
Изменения в структуре взаимодействия участников строительного комплекса возможны только при родственном характере хозяйственных связей между строительным заказчиком, генподрядчиком и риелтором, когда субъекты управления связаны воедино общей целью функционирования. На наш взгляд, именно указанная комбинация связей является одним из признаков кластеризации в строительном комплексе.
Таким образом, мы доказали наличие в строительном комплексе в рыночных условиях хозяйствования устойчивого варианта структуры, способной производить продукцию и эффективно функционировать.
Список литературы
1. Киш, П. П. Особенности равновесных моделей в экономике / П. П. Киш, Э. Залай, Я. Р. Базель // Изв. вузов. Химия и хим. техники. 1992. № 1. С. 80−84.
2. Когнитивный подход в управлении / З. К. Авдеева, С. В. Коврига, Д. И. Макаренко, В. И. Максимов // Проблемы управления. 2007. № 3. С. 2−9.
3. Робертс, Ф. С. Дискретные математические модели с приложениями к социальным, биологическим и экологическим задачам: пер. с англ. / Ф. С. Робертс. М.: Наука, 1986.
4. Габрин, К. Э. Исследование и оптимизация структурной устойчивости системы экономического регулирования безопасности зданий, сооружений и территорий: дис. … д-ра экон. наук / К. Э. Габрин. Челябинск: ЮУрГУ, 2006. 340 с.
Б. А. Матвеев
МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИЗМЕРЕНИЯ
СТАТИСТИЧЕСКОГО РИСКА
Обосновывается спектральный подход к исследованию статистического риска. В его основе лежит изучение сигнала риска, содержащего информацию о самом риске. Измерение риска предполагает спектральное разложение сигнала риска и сравнение его энергетического спектра со спектром белого шума. Отмечаются недостатки традиционного и достоинства спектрального подхода количественной оценки риска.
Ключевые слова: спектральный подход, статистический риск, оценкка риска, энергетический спектр, уровень риска.
Составной частью любого экономического анализа является выявление рисковых ситуаций и количественная (или качественная) оценка рисков. Под риском обычно понимают возможность наступления одного или нескольких случайных событий, являющихся причиной отклонения фактического результата (величины наблюдаемого показателя) от ожидаемого значения [1].
Многие риски связаны с наблюдением некоторого показателя, поведение которого в течение определённого промежутка времени или для некоторой совокупности объектов
известно. Такие риски будем называть статистическими [2]. Другими словами, под статистическими рисками будем понимать риски, связанные с изменением получаемого результата или величины наблюдаемого показателя, о поведении которого имеются статистические данные за прошедший промежуток времени.
К статистическим рискам относится большинство финансовых, страховых, сельскохозяйственных и других рисков.
Разновидностью статистических рисков являются стохастические риски, вероятность появления которых может быть определена математически или экспертным путем. Стохастические риски обусловлены стохастической (вероятностной) неопределённостью. Они проявляют себя при массовых событиях в природе и обществе.
Статистический «механизм» риска весьма востребован в различных жизненных ситуациях: в предпринимательстве, в финансовой сфере, в страховании и т. д.
Для количественной оценки (измерения) статистического риска (далее риска) в настоящее время используются метод экспертных оценок и статистический метод [3].
Суть экспертного метода заключается в получении количественных оценок риска на основе обработки мнений экспертов — специалистов в исследуемой области. Метод обычно применяется при решении сложных неформализуемых задач, когда отсутствует полная и достоверная информация и использование математических методов невозможно. Экспертный метод в принципе не дает гарантий достоверности полученных результатов.
Сущность статистического метода измерения риска состоит в обработке значительного массива данных, относящихся к изучаемому рисковому событию. В данном случае величина риска характеризуется некоторым статистическим показателем: вероятностью, дисперсией и др. Статистический метод обеспечивает приемлемую достоверность результатов, но при условии сохранения в перспективе тенденции развития исследуемого явления. Ведь оценка риска, в первую очередь, нужна для прогнозирования его значения в будущем.
На практике для измерения риска статистическим методом чаще всего используются вероятность и показатели вариации. Вероятность удобна тогда, когда под риском понимается вероятность неудачи (или удачи). В этом случае величиной (уровнем) риска является вероятность того, что полученный результат окажется меньше (или больше) ожидаемого:
Я = р (х & lt- ха), (1)
где Я — уровень риска-
р — вероятность наступления рискового события-
х и хо — фактически полученный и ожидаемый результат соответственно.
Чем выше вероятность, тем больше риск. Данный метод требует знания закона распределения вероятности.
Объективный способ определения вероятности основан на вычислении частоты, с которой тот или иной результат был получен в аналогичных условиях:
т (2)
р = -, (2)
N
где т — число исходов (результатов), благоприятствующих рисковому событию-
N — общее число исходов (наблюдаемых результатов).
При отсутствии информации, достаточной для объективной оценки, прибегают к субъективному способу определения вероятности, основанному на личном опыте экспертов.
Наряду с вероятностью для измерения риска используются взаимосвязанные между собой показатели вариации:
• дисперсия
я =2 = 1(х, -~)2 • Р- 03)
г=1
• среднеквадратическое отклонение
Я = о (4)
• коэффициент вариации
Я = V = - 100%, (5)
х
где Я — уровень риска-
о2, а V — соответственно дисперсия, среднеквадратическое отклонение и коэффициент вариации наблюдаемого результата-
х , — полученные в ходе наблюдения результаты,, = 1, п-
х — выборочная средняя наблюдаемого результата-
п
I х,
~ =
п
п — объем выборки (число наблюдений).
Показатели вариации характеризуют рассеяние (колеблемость, изменчивость) результата вокруг своего среднего значения. Чем больше величина этого показателя, тем выше рассеяние и больше риск.
Традиционный подход к измерению риска с помощью показателей вариации имеет существенный недостаток. Он заключается в том, что показатели вариации характеризуют колеблемость получаемого результата в среднем и не учитывают динамику его поведения.
Для подтверждения сказанного обратимся к рис. 1, на котором показаны возможные варианты х1 ^) и х2 ($) поведения результата во времени. Оба варианта имеют одно и то же среднее значение. Дисперсии у них также одинаковы, однако характер поведения функций х1 ^) и х2 ($) резко отличается.
Функция х^) плавно изменяется во времени. Если, например, в точке ^ функция Х1 ^) приняла значение, заметно превышающее среднее, то весьма вероятно, что в рядом лежащей точке t2 она также примет значение больше среднего.
Напротив, функция Х2^) отличается резкими беспорядочными отклонениями от среднего. Значения результата, описываемого функцией Х2 ($), менее предсказуемы.
Очевидно, что риск, связанный с получением результата вида Х2 ($), гораздо выше, хотя показатели вариации оценивают рассматриваемые риски одинаково. Следовательно, традиционный подход к измерению статистического риска несовершенен.
Решить проблему можно, если воспользоваться спектральным подходом к исследованию и измерению статистического риска [2- 4]. Его суть состоит в изучении энергетического спектра так называемого сигнала риска [1].
В качестве сигнала риска, несущего, как и положено сигналу, сообщение (информацию) о риске, может служить отклонение наблюдаемого показателя (результата) от среднего ожидаемого значения (математического ожидания). Неопределённость и порождаемый ею риск являются причиной такого отклонения.
Рассматриваемое отклонение — случайная величина. Совокупность же отклонений, наблюдаемых в течение определённого промежутка времени, есть случайная функция (или случайный процесс). Изображённые на рис. 1 случайные функции Х1 ^) и Х2 ($) могут служить иллюстрацией сигнала риска.
Математически сигнал риска можно записать в виде [1]
s (t) = Х () — Хо ^), (6)
где — сигнал риска-
х (/) и Х0(() — фактически полученный и ожидаемый результаты соответственно.
Характер отклонений (поведение сигнала риска во времени) обусловливает степень риска. Резким отклонениям сигнала риска соответствует большая неопределенность (непредсказуемость) получаемых результатов, а значит, и больший уровень риска.
Итак, мы приходим к выводу, что сигнал риска, его поведение, несёт информацию о риске. Исследуя сигнал риска, мы изучаем и сам риск, формируем суждение о риске и его свойствах.
Поведение сигнала риска зависит от его внутренней структуры и определяется частотным, или энергетическим спектром [5].
Энергетический спектр сигнала риска характеризует распределение дисперсии (средней мощности) сигнала риска по частотам или, если быть более точным, — плотность, с которой дисперсии (средние мощности) отдельных гармоник сигнала риска распределяются по спектру частот (рис. 2). Энергетический спектр Я (ю) можно также назвать спектральной плотностью дисперсии или средней мощностью сигнала риска.
_
Я (т)^
т
Рис. 2. Спектральная плотность Fs (т) распределения дисперсии сигнала риска
0
Площадь, ограниченная кривой ^(ю), равна дисперсии сигнала риска а:
а2 = (7)
Формула (7) характеризует разложение дисперсии а2 на сумму элементарных слагаемых ^(ю) dю, каждое из которых представляет собой дисперсию, приходящуюся на элементарный участок частот dю, прилежащий к частоте ю (рис. 2).
Таким образом, поведение сигнала риска во временной области определяется его частотным спектром. Каждая гармоника такого спектра имеет свою среднюю мощность. Мощность всех спектральных составляющих равна дисперсии сигнала риска.
Интеграл от спектральной плотности в пределах определенной области частот называется спектральной функцией. Она представляет собой суммарную дисперсию (среднюю мощность) гармоник всех частот рассматриваемой полосы. Спектральная функция, вычисленная для всего диапазона частот, есть не что иное, как дисперсия сигнала риска.
Спектральное разложение сигнала риска позволяет судить о вкладе той или иной составляющей энергетического спектра в общую дисперсию, а значит, об их вкладе в величину самого риска. Состав спектральных составляющих характеризует уровень риска. Так, например, высокочастотные гармоники энергетического спектра отвечают за резкие изменения сигнала риска.
Теперь становится понятным, почему дисперсия — суммарная средняя мощность всех спектральных составляющих энергетического спектра сигнала риска, равно как и другие производные от неё показатели вариации, не могут служить в качестве оценки риска. Ведь они характеризуют лишь среднюю мощность риска (сигнала риска).
Случайный процесс, имеющий равномерный энергетический спектр в рассматриваемом диапазоне частот, называется белым шумом (полосовым белым шумом) [5]. Белый шум обладает неограниченно большой средней мощностью — его дисперсия бесконечно велика. Значения белого шума в несовпадающие моменты времени некоррелированы, то есть его уровень за промежуток времени т, каким бы малым он ни был, может измениться на любую величину. В силу этого поведение белого шума во времени обладает максимальной неопределенностью и прогнозирование такого случайного процесса связано с максимальным риском.
Чем ближе энергетический спектр сигнала риска к белому шуму, тем выше риск получения неточных оценок наблюдаемого результата. Поэтому, чтобы получить объективную оценку риска, независимую от природы его происхождения, предлагается сравнивать энергетический спектр исследуемого риска (точнее — сигнала риска) с энергетическим спектром белого шума. Другими словами, необходимо ввести показатель уровня риска, сравнивающий форму энергетического спектра двух случайных функций: сигнала риска и белого шума.
Как мы уже отмечали, максимальным риском обладает абстрактная модель случайного процесса в виде белого шума. Если принять уровень риска белого шума за базовый и присвоить ему значение, равное 100% (или единице), то для любого другого случайного процесса величина риска будет меньше:
Яь = 100%, или Яь = 1- (8)
Я & lt- 100%, или Я & lt- 1, (9)
где Яь и Я — уровень риска белого шума и изучаемого случайного процесса соответственно.
Различия в уровне риска обусловлены видом энергетического спектра. Поэтому, чтобы оценить риск, предлагается сравнивать формы энергетического спектра сигнала риска ^(ю) и белого шума ^(ю) в заданной полосе частот Дюе (рис. 3).
Р (а)


а
Рис. 3. Энергетические спектры сигнала риска F (а) и белого шума Fъ (ш)
Величину риска, например, можно определить с помощью коэффициента риска, который представляет относительную величину, полученную в результате сравнения показателей формы энергетического спектра сигнала риска и белого шума:
0
Я = -100%, 0 & lt- Я & lt- 100(%), (10)
М 2Ь
где R — уровень риска-
Ы2 и Ы^ь — показатель формы (второй центральный момент М2) кривой энергетического спектра сигнала риска и белого шума соответственно.
Уровень риска, рассчитанный по формуле (10), будет находиться в диапазоне от 0 до 100%. При этом верхний предел соответствует гипотетическому сигналу риска в виде белого шума.
Чем больше величина коэффициента риска Я, тем выше риск получения неточных оценок или прогнозирования получаемого результата. Свойство, связанное с неточностью оценки наблюдаемой характеристики (или параметра) исследуемого процесса, будем называть рискованностью [4]. Рискованность присуща любому случайному процессу и является его объективной характеристикой.
Следует различать понятия рискованность и риск. Они имеют различное толкование. Термин риск учитывает не только рискованность, характеризующую объективную сторону любого риска, но и субъективный фактор — отношение (склонность) к риску лица, принимающего решение. То же можно сказать и об уровне риска. Если же субъективный фактор не учитывать, то уровень риска совпадает с уровнем рискованности.
Спектральный подход к исследованию статистических рисков в отечественной и зарубежной литературе до сих пор не рассматривался. В отличие от традиционного подхода, основанного на вычислении показателей вариации, он учитывает «внутреннюю структуру» риска, распределение «мощности» риска по частотным составляющим, а значит, более точен. Спектральный метод позволяет сравнивать между собой риски независимо от природы их происхождения, используя в качестве эталонного риска математическую абстракцию в виде белого шума. Для изучения рисков в данном случае можно применить хорошо разработанный математический аппарат теории случайных функций.
Исследование риска, в соответствии с предлагаемой концепцией, связано с изучением сигнала риска и его энергетического спектра. Уровень риска зависит от формы «его» энергетического спектра. Для группы рисков разной природы, имеющих примерно одинаковый энергетический спектр, величина риска будет одна и та же. Поэтому вид энергетического спектра можно использовать в качестве классификационного признака для создания универсальной системы классификации статистических рисков [6].
Спектральный подход к исследованию риска позволяет получить объективную количественную оценку статистического риска. Для этого необходимо:
1) сформировать базу статистических данных для того показателя, получение которого связано с оцениваемым риском-
2) оценить математическое ожидание наблюдаемого показателя-
3) создать базу данных из отклонений полученных результатов относительно математического ожидания, то есть сформировать сигнал риска-
4) построить корреляционную функцию сигнала риска и проверить выполнение условия стационарности и эргодичности: с ростом промежутка между наблюдаемыми значениями корреляционная функция должна стремиться к нулю. Для большинства встречающихся на практике случаев это условие будет выполняться, так как с увеличением временного промежутка результаты наблюдения, как правило, становятся слабо коррелированными между собой-
5) определить энергетический спектр сигнала риска-
6) оценить форму энергетического спектра сигнала риска по сравнению с белым шумом и рассчитать показатель, характеризующий уровень риска.
Отметим, что спектральный подход позволяет измерять риски в режиме реального времени, а также осуществлять их краткосрочное прогнозирование. Прогноз возможен в пределах интервала корреляции, то есть в пределах, где ещt наблюдается корреляционная связь между значениями получаемого результата. Для прогнозирования риска хорошо подходит метод наибольшего правдоподобия [7], в основе которого лежит определение наиболее вероятного значения получаемого результата.
Непрерывная оценка риска и его прогнозирование имеет решающее значение для организации процесса управления риском, например управления по отклонению [8]. При таком управлении используется информация об управляемой величине (уровне риска) и задающем воздействии (приемлемом уровне риска). Сначала измеряется величина риска, а потом это значение сравнивается с заданным уровнем и при наличии разницы (сигнала рассогласования) вырабатывается управляющее воздействие. Система управления стремится компенсировать отклонение независимо от причин, его вызвавших.
Предвидение (предсказание) уровня риска позволит значительно улучшить точность и быстродействие системы управления, т. е. начать компенсацию внешнего возмущения, приводящего к росту риска, раньше, чем возникнет достаточно большое отклонение (система управления с упреждением).
Проведенные исследования показали:
— информацию о риске содержит сигнал риска-
— исследуя сигнал риска, мы изучаем сам риск-
— показатели вариации оценивают риск «в среднем» и непригодны для организации процесса управления-
— поведение риска во времени определяется энергетическим спектром сигнала риска-
— вид энергетического спектра может служить классификационным признаком для создания универсальной системы классификации статистических рисков-
— объективная оценка риска может быть построена на сравнении формы энергетического спектра сигнала риска и белого шума-
— спектральный подход позволяет использовать для исследования рисков хорошо разработанный математический аппарат теории случайных функций-
— спектральный метод оценки рисков позволяет непрерывно отслеживать текущее и определять прогнозное значение риска и построить систему управления риском с упреждением-
— спектральная теория рисков является мощным инструментом для изучения статистических рисков.
Список литературы
1. Матвеев, Б. А. Понятие сигнала риска и математический аппарат для его изучения / Б. А. Матвеев // Стратегическое управление ресурсами предприятия: сб. ст. Междунар. науч. -практ. конф. Челябинск: ЮУрГУ, 2003. С. 347−351.
2. Матвеев, Б. А. Методы измерения статистических рисков / Б. А. Матвеев // Проблемы формирования информации о деятельности экономических субъектов: сб. ст. участников II Всерос. науч. -практ. конф., 7−9 февр. 2007 г. Челябинск: ЮУрГУ, 2007. С. 119−126.
3. Малашихина, Н. Н. Риск-менеджмент / Н. Н. Малашихина, О. С. Белокрылова. Ростов н/Д: Феникс, 2004. 320 с.
4. Матвеев, Б. А. Спектральный метод оценки величины риска / Б. А. Матвеев, Б. Б. Матвеев // Вестн. ЧГАУ. 2004. Т. 43. С. 122−124.
5. Зиновьев, А. Л. Введение в теорию сигналов и цепей / А. Л. Зиновьев, Л. И. Филиппов. М.: Изд-во МГУ, 1968. 280 с.
6. Матвеев, Б. А. Универсальная система классификации рисков / Б. А. Матвеев // Вестн. ЧГАУ. 2005. Т. 46. С. 147−149.
7. Баев, Л. А. Статистический метод прогнозирования урожайности / Л. А. Баев, Б. А. Матвеев, Б. Б. Матвеев // Россия и регионы: взаимодействие гражданского общества, бизнеса и власти: материалы XXI Междунар. науч. -практ. конф., 15−16 апр. 2004 г. Челябинск: Урал. соц. -экон. ин-т АТиСО, 2004. Ч. V. С. 127−130.
8. Системный анализ и принятие решений: слов. -справ.: учеб. пособие / под ред. В. Н. Волковой, В. Н. Козлова. М.: Высш. шк., 2004. 616 с.
С. А. Мохначев
О НОВОМ СОДЕРЖАНИИ УПРАВЛЕНИЯ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬЮ ВЫСШЕГО УЧЕБНОГО ЗАВЕДЕНИЯ
Рассматриваются проблемы управления высшим учебным заведением, анализируется содержание категории «конкурентоустойчивость вуза». Раскрывается структура бизнес-функций по повышению конкурентоустойчивости вуза на рынке образовательных услуг.
Ключевые слова: конкурентоспособность, конкурентоустойчивость, бизнес-функция, образовательные услуги, формы партнерства.
Проблема управления конкурентоспособностью вуза в последние годы активно исследуется учеными различных научных направлений. Актуальность научных работ по этой проблематике [3- 4- 9- 10] продиктована происходящими в стране социально-
35
экономическими преобразованиями, развитием сектора негосударственных высших учебных заведений в сфере отечественного высшего образования, вхождением России в единое образовательное пространство.
Анализ литературных источников позволил выявить отсутствие единого подхода к определению понятия «конкурентоспособность вуза», однако терминология, единообразное понимание смысла важны не только с научной точки зрения, но и для получения практического результата.
В конце XX в. Н. И. Пащенко определил конкурентоспособность вуза как «его настоящие и потенциальные способности (возможности) по оказанию соответствующего уровня образовательных услуг, удовлетворяющих потребности общества при подготовке высококвалифицированных специалистов, а также потребности по разработке, созданию и реализации научно-методической и научно-технической продукции как в настоящее время, так и в будущем» [7. С. 89].
Однако в условиях демократизации общественной жизни особую социально-политическую значимость приобретает задача удовлетворения интересов прежде всего личности. Данная концепция получила отражение в Федеральном законе «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», где в ч. 2 ст. 8 закреплено, что одной из основных задач высшего учебного заведения является удовлетворение потребностей личности в интеллектуальном, культурном и нравственном развитии посредством получения высшего и (или) послевузовского профессионального образования. Вышеприведенное определение конкурентоспособности вуза указывает только на приоритетность общесоциальных интересов.
Более того, в данном определении автор также не учитывает сравнительные преимущества вуза по качеству, цене оказываемых услуг, его имиджевые, финансовые и другие показатели. Способность оказывать образовательные услуги (создавать и реализовывать услуги) еще не означает, что вуз будет способен противостоять реальным конкурентам и обеспечивать достаточный уровень конкурентоспособности своих образовательных программ.
По определению И. Б. Романовой, «конкурентоспособность — это свойство высшего учебного заведения, определяющее долю релевантного рынка образовательных услуг, принадлежащих данному вузу, и возможность препятствовать перераспределению рынка в пользу других субъектов» [9. С. 61]. В этом определении учитывается релятивизм категории «конкурентоспособность» и ее динамический характер. Можно утверждать, что конкурентоспособность является ведущим показателем хозяйственно-экономической деятельности вуза, определяющим его настоящее и перспективное состояние на выбранных им сегментах рынка.
Р. А. Фатхутдинов отмечает, что конкурентоспособность вуза — «…это его способность: 1) готовить специалистов, выдерживающих конкурентную борьбу на конкретном внешнем или внутреннем рынке труда- 2) разрабатывать конкурентоспособные новшества в этой области- 3) вести эффективную воспроизводственную политику во всех сферах своей деятельности» [10. С. 37].
В работе «Конкурентоспособность вуза как объект управления» авторы справедливо предлагают рассматривать конкурентоспособность высшего учебного заведения как комплексную характеристику вуза за определенный период времени в условиях конкретного рынка, отражающую превосходство перед конкурентами по ряду определяющих показателей — финансово-экономических, маркетинговых, материально-технических, кадровых и социально-политических, а также способность вуза к бескризисному
функционированию и своевременной адаптации к изменяющимся условиям внешней среды [3. С. 71].
В данном определении сделан акцент на таких признаках, отражающих сущностное содержание понятия «конкурентоспособность вуза», как:
— превосходство перед конкурентами по ряду определяющих показателей-
— функционирование вуза в бескризисном режиме-
— способность своевременной адаптации вуза к изменяющимся условиям внешней среды, в том числе способность вуза удовлетворять имеющиеся и предполагаемые требования потребителей.
Данная трактовка, на наш взгляд, наиболее полно раскрывает сущность понятия конкурентоспособности.
Вместе с тем в современной экономической науке происходит кардинальное переосмысление категории конкурентоспособности организации, связанное с трансформацией современной системы хозяйствования в грядущую стадию экономического развития общества — экономику знаний.
Принципиально важным для дальнейшего формирования концептуальных взглядов на развитие конкурентоспособности является выделение Г. Б. Клейнером [2. С. 32] в экономике знаний ряда особенностей, среди которых в контексте данной статьи значимыми являются следующие:
— сочетание соперничества и сотрудничества между агентами на рынке знаний. Если в экономике материальных благ важна конкурентоспособность производителей, то в экономике знаний — способность к сотрудничеству, т. е. конкордоспособность-
— вместо конкуренции предприятий и корпоративных конфликтов — «коокуренция» и «конкооперация».
Сочетание конкуренции и кооперации, сотрудничества и соперничества — это принципиально новый момент, на который Г. Б. Клейнер хотел бы обратить внимание, поясняя при этом, что конкуренция — лишь одна сторона медали. «Да, конкуренция важна, но не всеобъемлюща. Без кооперации, так же как и без конкуренции, невозможно существование современной экономики вообще и экономики знаний тем более» [2. С. 32].
С этих позиций целесообразно полагать, что при оценке экономического долголетия субъектов рыночных отношений необходимо применять понятие конкурентоустойчи-вости организации. Однако в трактовке этого понятия среди ученых также нет единства взглядов. Например, авторами [1. С. 20] отмечается, что «в стратегической перспективе, с учетом макроэкономических, политических, социальных и экологических аспектов, конкурентоспособность поднимается до стратегической устойчивости».
Е. В. Печеркина определяет конкурентоустойчивость предприятия как распределенную во времени конкурентоспособность [8. С. 89].
Применительно к управлению вузом нами предлагается конкретизировать содержание понятия «конкурентоустойчивость вуза» следующим образом: конкурентоустойчи-вость вуза — его реальная и потенциальная способность в течение длительного времени превосходить соперников, постоянно совершенствуя, развивая ключевые бизнес-процессы в соответствии с разработанной стратегией и тенденциями конкретного сегмента рынка, опираясь на эффективное использование имеющихся ресурсов с учетом изменяющихся требований внешней среды (предпочтений потребителей, изменений в законодательстве и т. п.) и долгосрочное сотрудничество с партнерами.
Трансформация управления конкурентоспособностью вуза в управление конкурен-тоустойчивостью вуза связана с появлением двух новых видов деятельности, которые
реализуют новые цели высшего образования: предоставление разнообразного «образования в течение всей жизни» и умение качественно обучать специалистов высшей квалификации в условиях рынка образовательных услуг, доказывая свои преимущества перед конкурентами.
Речь идет, во-первых, о необходимости постоянного совершенствования бизнес-процессов, в первую очередь определяющих сильные стороны вуза, являющихся основой его конкурентных преимуществ, а также устранение слабых сторон, неэффективных процессов, которые ослабляют его конкурентоспособность. Регулярное решение указанных задач формирует потребность новых бизнес-процессов, являющихся исключительно важными для современного вуза, формирующих особую деятельность по его развитию.
Во-вторых, потребность «образования в течение всей жизни» порождает необходимость устойчивых, долгосрочных, взаимовыгодных партнерских отношений вуза с основными клиентами, как корпоративными, так и гражданами, желающими получить специальность и поддерживать свою квалификацию в период своей профессиональной деятельности. Указанные бизнес-процессы образуют особый вид деятельности — партнерское сотрудничество.
Решение задачи выявления и систематизации бизнес-функций по повышению конку-рентоустойчивости вуза на рынке образовательных услуг приобретает особую актуальность, так как в настоящее время во многих вузах, за редким исключением, практически не сформированы подсистемы стратегического менеджмента.
Для увеличения конкурентоустойчивости вуза на рынке образовательных услуг необходимо реализовывать комплекс бизнес-функций, нацеленных, прежде всего, на удовлетворение наиболее приоритетных для потребителей запросов.
В ходе исследования на основе изучения теории и практики конкурентоспособности отечественных вузов нами установлено [6. С. 21], что перечень требований контрагентов в значительной степени совпадает:
— качество предоставляемых услуг-
— имидж учебного заведения, а в некоторых случаях — и самой услуги-
— ассортимент предоставляемых услуг, как в смысле широты, так и глубины-
— цена услуг, включая систему скидок-
— предоставляемый сервис, т. е. материальное обеспечение учебного и научного процесса, включая систему культурно-бытовых объектов, общежитий и т. д.
Следовательно, структуру бизнес-функций современного вуза можно представить как совокупность шести блоков: блок бизнес-функций обеспечения ассортимента услуг- блок бизнес-функций обеспечения качества- блок бизнес-функций обеспечения имиджа- блок бизнес-функций ценообразования- блок бизнес-функций обеспечения сервиса- блок бизнес-функций партнерского сотрудничества.
Предлагаемая структура бизнес-функций не претендует на полноту, однако она в достаточной мере иллюстрирует те возможности, которые могут использовать современные вузы для повышения своей конкурентоспособности на рынке образовательных услуг.
Процессы партнерского сотрудничества требуют особого внимания управленцев, так как благодаря им реализуются долгосрочные и взаимовыгодные отношения двух и более партнеров, признающих общие цели и ценности и готовых совместно действовать для их достижения, выделяя для этого необходимые ресурсы и создавая (используя) общие стержневые компетенции. Есть все основания утверждать, что возрастающая роль
указанных процессов для любого вуза, их новизна, сложность и разнообразие создают реальную основу для их агрегирования на уровне особого вида деятельности, ориентированной на создание ценностей для постоянных партнеров, оказание им особых услуг на взаимовыгодных условиях. К числу основных бизнес-функций партнерского сотрудничества следует относить:
— поиск потенциальных партнеров-
— реализацию совместных программ и проектов-
— сопровождение карьерного роста выпускников-
— оказание корпоративных партнерских услуг-
— привлечение спонсорской поддержки-
— управление стратегическим партнерством.
Формы партнерства могут быть весьма разнообразными, в зависимости от конкретных целей и задач, которые партнеры ставят перед собой. Участниками партнерства могут быть как юридические, так и физические лица, официально подтвердившие свою заинтересованность в одной или нескольких формах сотрудничества.
Опыт Московской финансово-промышленной академии (МФПА) воплощен в моделях горизонтальной и вертикальной интеграции.
В системе высшего профессионального образования целесообразность партнерских отношений между вузами продиктована тем, что отнюдь не каждому вузу экономически выгодно, к примеру, держать собственную полиграфическую базу или разрабатывать в одиночку электронные учебные курсы. В итоге взаимодействия один выступает заказчиком, а другой — исполнителем работ (полиграфических, по формированию общего учебно-методического ресурса и т. д.).
В развитии наиболее распространенной модели вертикальной интеграции «школа — вуз», на основе которой школы и вузы реализуют множество образовательных программ — от подготовки в вуз до углубленного изучения ряда специальных дисциплин на базе школы с последующим обучением в вузе по индивидуальному плану, МФПА проведена колоссальная работа по выверке дидактических единиц образовательных программ различного образовательного уровня. В результате этого профильное обучение в школе прекрасно дополняется параллельным освоением программы среднего профессионального образования (разумеется, не в полном объеме), во всяком случае, если речь идет о социально-экономическом профиле.
Кроме этого, реализуемая МФПА идея ресурсного центра или сетевой организации таковых превосходно распространяется на все уровни образования. Особую актуальность приобретает идея ресурсного центра в сфере обучения с использованием новых информационных образовательных технологий (e-learning), поскольку разработка электронных учебных курсов — воистину дорогое удовольствие. И обмен курсами, и разработка «общих» курсов силами межвузовских авторских коллективов способны существенно снизить издержки на формирование контента образовательной программы.
В перспективе необходимо формировать стратегические альянсы, включающие партнерство школ, различных вузов, работодателей и местных органов государственной власти и управления. Последние должны отвечать за государственные приоритеты в части подготовки специалистов. Указанные отношения существенно отличаются от обычных рыночных отношений, при которых вуз, продавая образовательные услуги, должен подстраиваться под текущие запросы, предпочтения и интересы клиентов, не всегда представляющих себе перспективные тенденции рынка труда.
Таким образом, учитывая, что с латинского слово 1е^епИа переводится как направленность, можно сделать вывод о том, что в управлении конкурентоспособностью вуза в современных российских условиях назрела тенденция перехода к управлению стратегическим партнерством, повышающим конкурентоустойчивость вуза.
Список литературы
1. Бараненко, С. П. Стратегическая устойчивость предприятия / С. П. Бараненко, В. В. Шеметов. М.: Центрполиграф, 2004.
2. Клейнер, Г Микроэкономика знаний и мифы современной теории / Г. Клейнер // Высш. образование в России. 2006. № 9. С. 32−37.
3. Лазарев, В. А. Конкурентоспособность вуза как объект управления: монография / В. А. Лазарев, С. А. Мохначев. Екатеринбург: Пригород. вести, 2003.
4. Ломакин, А. Л. Конкурентоспособность негосударственного гуманитарного вуза в сфере образовательной деятельности: монография / А. Л. Ломакин. М.: Диалог-МИФИ, 2004.
5. Лукашенко, М. «Коокуренция» на рынке образовательных услуг / М. Лукашенко // Высш. образование в России. 2006. № 9. С. 47−56.
6. Мохначев, С. А. Управленческие решения по повышению конкурентоустойчивос-ти регионального вуза на рынке образовательных услуг / С. А. Мохначев, И. С. Любимов // Вестн. Тюмен. гос. ун-та. 2006. № 7. С. 20−22.
7. Пащенко, Н. И. Конкурентоспособность вузов и стратегии их деятельности в условиях региональной конкуренции: дис. … канд. экон. наук / Н. И. Пащенко. Уфа, 1999.
8. Печеркина, Е. В. Классификация факторов конкурентоустойчивости предприятия / Е. В. Печеркина // Вестн. ОГУ 2005. № 8. С. 89−95.
9. Романова, И. Б. Управление конкурентоспособностью высшего учебного заведения / И. Б. Романова. Ульяновск: Средневолж. науч. центр, 2005.
10. Фатхутдинов, Р. А. Управление конкурентоспособностью вуза / Р. А. Фатхутди-нов // Высш. образование в России. 2006. № 9. С. 37−38.
М. Ю. Носова
КАЧЕСТВЕННЫЕ МЕТОДЫ ОЦЕНКИ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТИ ПРОДУКТА
В статье осуществлена попытка осветить все самые известные современные качественные методы оценки конкурентоспособности продукта. Рассматривается конкурентоспособность продукта как экономическая категория, дается анализ указанных методов. Автор определяет две группы методов: анализ динамики рынка и портфельные методы. Показаны факторы, определяющие привлекательность и стратегическое положение бизнеса. Автором предлагается рассматривать конкурентоспособность обязательно с учетом времени и условий конкретного рынка.
Ключевые слова: оценка конкурентоспособности, динамика рынка, портфельные методы, факторы, привлекательность.
Конкурентоспособность (Competitiveness — КС) в большинстве случаев рассматривается как способность товара или услуги выдержать сравнение с аналогичными товарами и услугами других производителей при сохранении среднерыночной цены. При 40
этом конкурентоспособность товара (Goods concurentability- Competitiveness of goods) — критерий целесообразности выхода фирмы на товарные рынки, представляющий собой сумму характеристик товара, ориентированных на удовлетворение потребительского (платежеспособность) спроса.
Для всесторонней экспликации конкурентоспособности как экономической категории необходимо выделить основные смыслообразующие признаки КС.
На наш взгляд, для определения понятия КС следует рассмотреть следующие вопросы:
1) какие составляющие экономической системы имеют свойство КС-
2) каковы признаки, присущие КС как экономической категории-
3) какие задачи необходимо решить в процессе анализа КС экономических объектов-
4) какие методы целесообразно использовать при оценке КС экономических объектов.
Некоторые экономисты в своих исследованиях уже обращались к этому вопросу. Например, С. В. Царькова в своем диссертационном исследовании [11] в качестве признаков КС рассматривает относительность, изменчивость и противоречивость. Мы вполне согласны с тем, что КС является, в первую очередь, относительной и изменчивой во времени величиной. Однако третий признак — противоречивость — на наш взгляд, может быть подвержен критике. С. В. Царькова утверждает, что основное противоречие КС можно сформулировать как противоречие между интересами производителя и потребителя, которое в действительности подвергается корректировке в процессе реализации рыночных отношений потребителя и производителя, в результате которой продажа данного товара становится эффективной как для производителя, так и для потребителя. Другими словами, автор описывает не что иное, как процесс урегулирования спроса и предложения. Следовательно, противоречивость — это свойство, присущее механизму функционирования рыночной системы в целом, и не несет смысловой нагрузки как самостоятельный признак КС.
Распространенным является мнение [10], что КС определяется качественными и стоимостными параметрами продукции, то есть понимается как способность товара или услуги выдержать сравнение с аналогичными товарами и услугами других производителей при сохранении среднерыночной цены. Однако не только соотношение «качество товара / цена потребления» оказывает в конечном итоге влияние на решение покупателя. Его выбор во многом зависит от уровня сервиса, эффективности рекламных мероприятий, осуществляемых компанией, разработанности брендинга товара. Поэтому, давая определение КС, нельзя отталкиваться только от качественных и экономических параметров.
Некоторые авторы [8- 1- 4- 12] при определении КС продукции не упоминают о таких параметрах, как определенность времени и рынка. Однако не стоит забывать, что КС индивидуальна для каждого конкретного рынка и изменчива во времени. Поэтому рассмотрение КС товара в определенный промежуток времени и в условиях конкретного рынка мы считаем обязательным условием при определении понятия КС.
Наличие широкого предложения конкурирующих товаров, по мнению авторов [3- 8], является одним из составляющих определения КС. На наш взгляд, условие широкого предложения товаров-конкурентов не является обязательным. Даже при наличии на рынке двух товаров можно говорить о конкуренции, а значит, о КС этих товаров относительно друг друга.
Наличие конкурирующего аналога (конкуренция как способность товаров отвечать требованиям конкурентного рынка, запросам покупателей в сравнении с другими аналогичными товарами, представленными на рынке), оговариваемое при определении
КС [10], с нашей точки зрения, также необязательно. Базой сравнения при определении КС является удовлетворение конкретной потребности потребителя. Поэтому возможно сравнение неоднородных образцов, различающихся по конструкции, принципу функционирования, технологии изготовления, но представляющих различные способы удовлетворения одной и той же потребности.
Определения, в которых КС трактуется, как мера привлекательности товара для потребителя [4- 3], на наш взгляд, не являются вполне корректными.
С учетом вышеизложенных замечаний, с нашей точки зрения, КС товара — это относительная способность товара вызывать потребительский спрос при конкуренции с другими товарами аналогичного назначения на данном рынке в рассматриваемый период времени.
Анализ литературы относительно объекта исследования привел к выводу, что техники оценки КС товаров могут быть поделены на две большие категории: количественные и качественные.
Качественные техники используются, когда информация прошлых периодов недоступна или когда ожидается, что компоненты внешней среды изменятся в будущем.
Несмотря на то, что точное прогнозирование очень важно для управления качеством, нельзя сказать, какой из методов более совершенен и может унифицированно применяться во всех ситуациях. Только историческая информация не может быть основой для построения прогнозов на будущее, предположения также нужны лишь для построения прогнозов о будущих трендах и событиях, которые могут повлиять на деятельность компании. Ключом к эффективной оценке в данном случае будут являться надежные источники информации и максимально точные и разумные предположения.
В основе многих знаменитых управленческих моделей лежит идея 4-сторонней и более таблицы. К таким моделям можно отнести матрицу Бостонской консультативной группы (БКГ), матрицу Дженерал электрик, матрицу «продукт — рынок» И. Ансоффа, матрицу фирмы «Еврокип» (СВОТ-анализ), некоторые модели стратегии М. Портера и др.
Анализ динамики рынка, модель жизненного цикла
В основе анализа динамики рынка данного продукта лежит известная модель жизненного цикла, которая является аналогией жизненного цикла биологического существа.
В качестве примера рассмотрим одну из матриц М. Портера (рис. 1).
Благоприятная структура спроса для протекания спада
Неблагоприятная структура спроса для протекания спада
Рис. 1. Матрица стратегии для бизнеса, в котором наблюдается спад
По мнению М. Портера, все стратегии создания устойчивых конкурентных преимуществ так или иначе укладываются в три типовых варианта. Поскольку любая компания сталкивается с появлением новых соперников, попытками покупателей сбить цены, а поставщиков — повысить их, а также с распространением товаров-заменителей, все участники рынка заинтересованы в ослаблении конкуренции. М. Портер предлагал либо
Имеет конкурентные силы Отсутствие конкурентных сил
для оставшейся зоны спроса для оставшейся зоны спроса
Захват лидерства или захват ниши «Пожинание плодов» или немедленная ликвидация бизнеса
«Пожинание плодов» или захват ниши Немедленная ликвидация бизнеса
минимизировать производственные затраты, либо дифференцировать продукт, либо сконцентрироваться на определенном сегменте рынка. Каждая типовая стратегия, как он считал, сулит лишь относительный успех, поскольку имеет не только преимущества, но и чревата рисками.
Модель «продукт-рынок» предложена А. Дж. Стейнером в 1975 г. Представляет собой матрицу, включающую классификацию рынков и классификацию продуктов на существующие, новые, но связанные с существующими, и совершенно новые продукты (рис. 2).
Продукт ^^^^ Рынок Существующий Новый, связанный с существующим Совершенно новый
Существующий Низкий риск -^ «Высокий риск
Новый, связанный с существующим
Высокий риск ^ (к Чрезмерно высокий риск
Рис. 2. Матрица «Рынок-продукт»
Матрица показывает уровни риска и, соответственно, степень вероятности успеха при различных сочетаниях «рынок — продукт». Модель используется с целью:
— определения вероятности успешной деятельности при выборе того или иного вида бизнеса-
— выбора между различными видами бизнеса, в том числе при определении соотношения инвестиций для разных деловых единиц, то есть при формировании портфеля ценных бумаг фирмы.
Портфельные модели анализа
Портфельные модели определяют настоящее и будущее положение бизнеса с точки зрения привлекательности рынка и способности бизнеса конкурировать внутри него.
Модель Мак Кинси «78» была разработана консультантами по вопросам управления Мак Кинси и компанией. Как и в матрице БКГ, каждый вид хозяйственной деятельности оценивается по двум направлениям — привлекательности отрасли производства и конкурентному положению предприятия. Модель Мак Кинси, по мнению Б. Карлоффа, нельзя считать чисто стратегической моделью, это скорее способ осмысления проблем, связанных с развитием или перестройкой организации. Ее название идет от семи факторов, которые, по мнению экспертов Мак Кинси, являются важными для развития организации: стратегии, навыков, общепризнанных ценностей, структуры, систем, кадров и стиля.
Фактор «возможности расширения рынка» здесь превратился в многофакторное понятие «привлекательность рынка (отрасли)». Фактор «относительная доля рынка» возрос до понятия «стратегическое положение фирмы», характеризующего различные элементы внутренней среды предприятия (табл. 1).
Организация должна оценить свое положение по каждому из факторов, приведенных в таблице, и определить его исходя из трех возможных уровней: низкого, среднего, высокого. Самооценка должна быть максимально объективной. На ее основе фирма определяет свое место в одном из квадратов матрицы Мак Кинси.
Таблица 1
Факторы, определяющие привлекательность рынка и стратегическое положение бизнеса
Привлекательность рынка Стратегическое положение
Характеристика рынка (отрасли)
Размер рынка (количество продаж, выраженное в данных единицах и в натуральном выражении) Ваша доля рынка (в эквивалентных терминах)
Размеры ключевых сегментов (характеристика основных групп покупателей) Ваш охват ключевых сегментов
Диверсифицированность рынка Степень вашего участия в диверсификации
Чувствительность рынка к ценам, уровню обслуживания, изменениям внешних факторов Ваше влияние на рынок
Склонность к цикличности Характер ваших отношений с поставщиками
Склонность к сезонности Воздействие на позицию фирмы ваших потребителей. Воздействие поставщиков на характер заключаемых сделок
Факторы конкуренции
Типы конкурентов Ваша приспособленность к конкуренции в терминах выпускаемых продуктов, возможностей обслуживания рынков, производительной силы, качества управления
Уровень конкуренции Сегменты, оставленные или вновь освоенные вами
Сегменты рынка, которые конкуренты покинули или, наоборот, освоили Ваша относительная доля рынка
Чувствительность к товарам-субститутам (заменителям) Ваша уязвимость со стороны новой технологии
Степень и типы интеграции фирм в отрасли Ваш собственный опыт и уровень интеграции с другими фирмами
Финансово-экономические факторы
Пределы капиталовложений в отрасли Ваши пределы капиталовложений
Факторы рычага (структура издержек, величина долга) Ваши факторы рычага
Барьеры на входе и выходе из отрасли Барьеры, которые представляют трудность для вас
Степень использования производственных мощностей Ваш уровень использования мощностей
Отраслевой уровень доходности Ваш уровень доходности
Отраслевой уровень ликвидности Ваши показатели платежеспособности
Социально-психологические факторы
Социальная среда Ваш внешний образ
Юридические ограничения Внутрифирменная культура и этика
Как видно из матрицы (рис. 3), верхний левый угол означает благоприятные перспективы для роста- диагональ, разделяющая верхний левый и нижний правый угол, — двойственное положение, ограниченный рост, нижний правый угол — отсутствие реальных возможностей будущего развития. 44
л, а л
н о о и
и ?
I
ч и
с?!
Инвестировать (расти) Инвестировать (расти) Ограниченные инвестиции (укрепление стратегических позиций)
Инвестировать (расти) Ограниченные инвестиции (использовать достигнутое положение и защищать его) Собрать урожай (отказаться от этого бизнеса)
Ограниченные инвестиции (использовать достигнутое положение) Собрать урожай (отказаться от этого бизнеса)
Хорошее
Низкое
Среднее
Стратегическое положение
Рис. 3. Портфельная модель «Мак Кинси 7С»
В качестве следующего примера рассмотрим широко известную матрицу И. Ансоффа «продукт — рынок» (рис. 4).
Существующие рынки
Новые рынки
Рис. 4. Матрица И. Ансоффа «продукт — рынок»
1. Проникновение на рынок — продажа большего количества одного и того же товара большему количеству покупателей одной категории. Сюда может входить увеличение доли продаж на рынке за счет конкурентов или путем увеличения количества потребляемого товара уже имеющимися покупателями. Фактически это эквивалентно повышению эффективности капиталовложений, а с точки зрения планирования означает «получение большего количества молока от одной и той же коровы».
2. Расширение рынка — поиск новых категорий потребителей или новых каналов для распространения товара в своей стране или за рубежом.
3. Развитие товара — создание новых или модифицированных моделей уже имеющихся товаров для продажи на существующем рынке.
4. Диверсификация — продажа нового товара на новом рынке, т. е. сочетание развития товара и расширения рынка.
SWOT-анализ обычно проводится с помощью матрицы фирмы «Еврокип» (рис. 5):
Возможности Угрозы
Сильные стороны
Слабые стороны
Рис. 5. Схематичное представление матрицы фирмы «Еврокип»
Слабые и сильные стороны фирмы формируются сочетанием угроз и возможностей, имеющих отношение к фирменному бизнесу. Каждому квадранту соответствует базовая стратегия.
1. Более глубокое проникновение на рынок 3. Разработка товаров
2. Расширение границ рынка 4. Диверсификация
Существующие товары Новые товары
Матрица, предложенная Бостонской консультативной группой (БКГ), приведенная на рис. 6 в интерпретации Брюса Хендерсона, представляет собой один из наиболее известных инструментов стратегического анализа номенклатуры фирмы, так называемого портфолио-анализа.
Boston Consulting Group (BCG) классифицирует все продукты согласно матрице рост / доля рынка. Вертикальная ось, темпы рынка, определяет меру привлекательности рынка. Горизонтальная ось, относительная доля на рынке, определяет прочность положения продукта на рынке. При делении матрицы рост / доля рынка на секторы можно выделить следующие типы продуктов (рис. 6):
«Звезды». Быстро развивающиеся направления деятельности (товары, находящиеся в фазе роста жизненного цикла), имеющие большую долю рынка. Они требуют обычно мощного инвестирования для поддержания своего быстрого роста. Со временем их рост замедляется и они превращаются в «дойных коров».
«Дойные коровы». Направления деятельности или товары с низкими темпами роста и большой долей рынка (продукты, достигшие фазы зрелости). Этим устойчивым и преуспевающим товарам для удержания их доли рынка требуется меньше инвестиций. При этом они приносят высокий доход, который компания может использовать для поддержки других направлений, требующих инвестирования.
«Собаки» относятся к фазе насыщения и дегенерации. Они не имеют ни большой доли рынка, ни высоких темпов роста. Они могут приносить достаточный доход для поддержания самих себя, но не обещают стать более серьезными источниками дохода. Пока они приносят прибыль, рекомендуется инвестировать ее в «звезды». При наступлении опасности, что эти товары попадут в зону убытка, их следует снять с производства.
§ Высокая ю
cd
н
а 10%
4
Л
5
э
& gt-5 Низкая
Рис. 6. Классическая матрица БКГ
В 1975 г. Британско-Голландская химическая компания Shell разработала и внедрила в практику стратегического анализа и планирования свою собственную модель, получившую название матрицы направленной политики. Ее появление было непосредственно связано с особенностями динамики экономической среды в условиях имевшего в то время место энергетического кризиса: переполнение мирового рынка сырой нефти, неуклонное падение цен на сырую нефть, низкая и постоянно снижающаяся отраслевая норма прибыли, высокая инфляция. Несмотря на видимые преимущества модели Shell/ DPM как матрицы многопараметрического стратегического анализа, ее популярность оказалась ограниченной рамками ряда очень капиталоемких отраслей промышленности, таких как химическая, нефтепереработка, металлургия.
«Звезды» & lt-- «Дикие кошки» /
& gt- «Дойные коровы» / / «Собаки»
Высокая 1,0 Низкая
Текущая доля рынка бизнеса
s
4
о Л
а
н о
3 ш
5
12 (D
а
о a
& lt-D
С
Удвоить объем производства или свернуть бизнес Стратегия усиления конкурентных преимуществ Лидер вида бизнеса
Продолжать бизнес с осторожностью или частично свертывать производство Продолжать бизнес с осторожностью Стратегия роста у
Стратегия свертывания бизнеса Стратегия частичного свертывания бизнеса Стратегия генератора денежной наличности
100
Конкурентоспособность бизнеса Рис. 7. Представление модели Shell / DPM
Разбиение модели Shell/DPM на 9 клеток (в виде матрицы 3×3, рис. 7) сделано не случайно. Каждая из 9 клеток соответствует специфической стратегии.
модель Гарвардской школы бизнеса. Основной базовой моделью разработки стратегического плана принято считать модель Гарвардской школы бизнеса, лидером которой по праву считается К. Эндрюс. Эта модель разрабатывалась американскими исследователями в течение достаточно продолжительного периода времени. Г. Минцберг называет эту модель «моделью школы проектирования», поскольку в ее основе лежит уверенность в том, что формулирование стратегии как процесс опирается на несколько базовых постулатов, которые в своей совокупности обеспечивают проектирование стратегии [4].
Согласно этой модели процесс стратегического планирования представляет собой некую точку пересечения выявленных возможностей и угроз внешней деловой окружающей среды, которые выражаются в форме ключевых факторов успеха, и сильных и слабых сторон ресурсного потенциала фирмы, выраженных в отличительных способностях к развитию [4]. Минцберг рассматривает континуум степени централизации — децентрализации (табл. 2).
Таблица 2
Централизация — децентрализация структуры
& lt-->-¦ Полная централизация Полная децентрализация
Тип Централизация Ограниченная горизонтальная децентрализация Ограниченная вертикальная децентрализация Горизонтальная децентрализация Отдельная горизонтальная и вертикальная децентрализация Децентрализация
Власть Только стратегическая вершина Стратегическая вершина и технострук-тура Стратегическая вершина, технострук-тура, средняя линия Операционное ядро Стратегическая вершина, техно-структура, средняя линия, поддерживающая персонал Вся организация
Тип централизации (отдельная / параллельная) Нет Отдельная Параллельная Параллельная Отдельная Как параллельная, так и отдельная
Механизм координации Непосредственный контроль Стандартизация процессов Стандартизация выходов процессов Стандартизация навыков Взаимное регулирование Стандартизация норм
Еще раз обратим внимание на то, что в современной практике реального управления компанией практически нельзя отделить этап реализации стратегии от этапа ее формирования. Значительная неопределенность и быстрые изменения внешней среды и самой организации приводят к непрерывным итерациям от выявления новых проблем (в ходе реализации стратегии) к новому циклу анализа и формирования корректирующих изменений в реализуемой стратегии. «Структура следует за стратегией» — известный афоризм американского историка экономики Альфреда Чандлера (1962) сегодня можно было бы уточнить: «Структура следует за стратегией и влияет на формирование новой стратегии». Тем не менее само существо действий менеджеров при реализации стратегий позволяет выделить специфическое содержание этого важнейшего элемента непрерывного и итерационного стратегического процесса [6- 8].
Список литературы
1. Адлер, Ю. П. Качество и рынок, или Как организация настраивается на обеспечение требований потребителей / Ю. П. Адлер // Поставщик и потребитель. М.: Стандарты и качество, 2000.
2. Багиев, Г. Л. Маркетинг: учеб. для вузов / Г. Л. Багиев [и др.]. М.: Экономика, 1999.
3. Багиев, Г. Л. Маркетинг взаимодействия. Товарная политика. Конкурентоспособность товара. Стратегические решения: учеб. пособие / Г. Л. Багиев, Х. П. Рихтер. СПб.: СПбГУЭФ, 1999.
4. Дуфала, В. Инструментарий для формирования стратегии предприятия / В. Ду-фала // Проблемы теории и практики управления. 1998. № 1. С. 97−101, 107−113.
5. Кныш, М. И. Конкурентные стратегии / М. И. Кныш. СПб.: Любавич, 2000.
6. Кныш, М. И. Стратегическое планирование инвестиционной деятельности / М. И. Кныш, Б. А. Перекатов, Ю. П. Тютиков. СПб.: СПбГУЭФ, 1998.
7. Крутик, А. Б. Введение в предпринимательство / А. Б. Крутиков, А. Л. Пименова. СПб.: Политехника, 1995.
8. Маркова, В. Д. Стратегический менеджмент: курс лекций / В. Д. Маркова, С. А. Кузнецова. М.: ИНФРА-М — Новосибирск, 1999.
9. Ноздрева, Р. Б. Маркетинг / Р. Б. Ноздрева, Г. Д. Крылова, М. И. Соколова. М.: Моск. гос. ин-т междунар. отношений (Университет): Рос. полит. энцикл., 2001.
10. Савицкая, Е. В. Экономический словарь для юных бизнесменов [Электронный ресурс] / Е. В. Савицкая, О. В. Евсеев. Режим доступа: http: //stat. bashedu. ru/konkurs/ lucheko/rus/base/konkurentosposobnosttovara. htm
11. Царькова, С. В. Методологические аспекты исследования конкурентоспособности переходной экономики России: автореф. дис. … канд. экон. наук / С. В. Царькова. М.: МПГУ, 1999.
12. Шкардун, В. Комплексный метод оценки конкурентоспособности нового товара / В. Шкардун, С. Стерхова // Маркетинг и маркетинг. исследования в России. 2001. № 4. С. 15−25.
В. В. Седов
О ПРЕДМЕТЕ СОВРЕМЕННОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ
В статье уточняется предмет экономической теории и трех ее направлений: политэкономии, Экономикс и институциональной экономики, которые до сих пор рассматриваются в качестве самостоятельных и альтернативных экономических дисциплин. Показано, что все они изучают возникающие между субъектами экономики отношения, но в качестве предмета политэкономии выдвинулись социально-экономические отношения, экономикс — организационно-экономические и институциональной экономики — институциональные отношения. Выявление общего предмета у этих различных направлений дало автору основание для вывода о возможности их синтеза в рамках современной экономической теории как единой науки и учебной дисциплины.
Ключевые слова: Экономикс, институциональная экономика, социально-экономические отношения, институты, политэкономия, российский капитализм.
На страницах российских журналов не утихает спор между представителями политэкономии и экономикс. Его диапазон колеблется от расхождений в терминологии до полного отрицания друг друга как научных направлений экономической теории. Даже широкое распространение институциональной экономики как еще одного направления экономической теории, привлекшее на свое поле многих экономистов, не очень ослабило затянувшийся спор. И все же обнадеживает появление статей, посвященных не только тому, что разделяет политэкономию и экономикс, но и тому, что их объединяет. Привлекает в этой связи статья акад. А. И. Татаркина и В. П. Берсенева «Политическая экономия и economics: особенное и общее» [1]. Сделанный в ней акцент на том, что объединяет основные направления экономической теории, указывает на возможность их синтеза в рамках экономической теории. Такая возможность рассматривается в нашей статье. В ней мы хотим показать, что в основании дискуссии заложено нечеткое определение предмета экономической теории и ее основных направлений — политэкономии, экономикс и институциональной экономики и что при уточнении их предмета может исчезнуть основа спора.
Напомним для начала, что изучаемые наукой системные объекты предстают в виде систем благодаря существующим в них связям. Поэтому именно связи стали предметом исследования большинства наук, включая экономические. Исключительное разнообразие связей и отношений, возникающих в экономике как хозяйственной системе, обусловило сложность содержания предмета экономической науки. Определение предмета усложняется и тем, что экономика предстает как сфера, которая взаимодействует как с природной, так и с не природной (надстроечной) средой.
Взаимодействие с природной средой происходит благодаря тому, что у экономики и у природы есть общая вещественная субстанция, позволяющая им находиться в неразрывной связи друг с другом. Одновременно экономика, будучи совокупностью общественных отношений, взаимодействует с надстроечной средой. Подобная двусторон-ность экономики как основа ее взаимодействия с природной и надстроечной средами вместе с возникающими в ходе этого взаимодействия связями и отношениями показана на рисунке.
Здесь общество представлено в виде яйцеобразного овала, а экономика как его часть — в виде круга. Основанием всей совокупности существующих в экономике связей и отношений служит обмен веществом и энергией между экономикой и природой, осуществляемый через вещественно-энергетические связи. Эти связи, как видно на рисунке, отделяют
49
вещественную сторону экономики от общественной. Именно этой стороной, представленной вещественными элементами экономики, прежде всего теми, которые составляют производительные силы общества, экономическая система воздействует на природу.
Экономика как совокупность связей и отношений:
^^ - вещественно-энергетические связи
— материально-технические связи
— социально-экономические отношения
— организационно-экономические отношения
— институциональные отношения
Наряду с ними важную роль во взаимодействии экономики с природой играют материально-технические связи, благодаря которым используются орудия труда и происходит вовлечение в производство вещества и энергии природы, их трансформация в необходимые обществу материальные блага — средства производства и предметы потребления. Производство предстает как процесс целенаправленного использования явлений и сил природы. Последние обусловливают не только вовлечение в экономику вещества и энергии, но и обратное направление их в природную среду в виде вещественно-энергетических отходов и потерь, физического износа материально-вещественных элементов экономики. Конкретное содержание подобных процессов зависит от способов технического воздействия человека на природу и отражает степень овладения им природных сил, масштабы воздействия экономики на природу. То, что на рисунке материально-технические связи переходят на вещественную сторону экономики, говорит об их роли в обеспечении взаимодействия экономики с природной средой.
Возникающие между людьми связи предстают как общественные отношения, которые бывают экономическими и неэкономическими. Экономическими являются отношения, возникающие между людьми по поводу необходимых им благ — как материальных (вещей), так и нематериальных (услуг). Исследования советских политэкономов показали, что экономические отношения, образующие общественную сторону экономики, неоднородны и весьма многообразны. Выделяются две их основные формы: социально-экономические и организационно-экономические отношения (см. [2. С. 47]).
Социально-экономические отношения возникают между людьми как представителями определенных классов и социальных групп. Главными из них, безусловно, являются отношения собственности. Это те отношения, благодаря которым люди относятся к необходимым им благам как к своим или чужим. Прежде всего речь идет о таком объекте собственности, как средства производства. На основе этих отношений выделяются типы, виды и формы собственности, соответствующие классы и социальные группы людей.
Организационно-экономические отношения возникают между людьми как функциональными субъектами экономики — исполнителями определенных экономических функций. Это могут быть отношения между руководителем производственного подразделения (менеджером) и подчиненным ему персоналом, между продавцом и покупателем и т. д.
Неэкономические отношения в отличие от экономических непосредственно не связаны с вещами. Они характеризуются как институциональные, поскольку отражают существующие в обществе институты в виде государства, общественных объединений, законодательства, традиций и общепризнанных норм, правил и установлений.
По своему содержанию институты делятся на три вида с учетом трех основных сфер общества: экономики, политики и идеологии. Первый вид отражает экономические институты общества. Речь идет об институтах в виде государства, проводящего экономическую политику, хозяйственного права, трудовых традиций, экономической культуры и т. п. Скажем, российская традиция согласования принимаемых на тех или иных уровнях управления решений с вышестоящим начальством предполагает неизбежность экономических отношений по поводу соответствующего согласования. В свою очередь, возникновение этой традиции — результат отношений, складывавшихся на протяжении не одного столетия. Получается, так или иначе, что такие институты характеризуют общественные отношения, складывающиеся по поводу конкретных экономических отношений.
На рисунке показано, что институциональные отношения выходят за рамки экономики. Это указывает на тесную связь, а где-то и переплетение, экономических институтов с политическими и идеологическими институтами, находящимися за пределами экономики как хозяйственной системы и относящимися к тому, что традиционно называется надстройкой, формирующей неприродную среду экономики. Подобно тому, как материально-технические отношения обеспечивают взаимодействие экономики с природной средой, институциональные отношения обеспечивают взаимодействие экономики с надстроечной средой.
В свою очередь, исследования представителей институционализма показывают, что в каждом обществе существуют институты двоякого рода. Есть базовые институты, имеющие вековую историю, образующие, по словам С. Г. Кирдиной, «остов, скелет общества» (см. [3. С. 50]). Они обеспечивают сохранение и преемственность в развитии социума, его национальные особенности. К ним относят господствующую в стране систему ценностей, национальную культуру, традиции, характерные для населения поведенческие стереотипы и менталитет. Наряду с ними есть «изменчивые, мобильные институциональные формы, в которых реализуются базовые институты в конкретных исторических условиях» [3. С. 43]. Речь идет о законах, правилах, постановлениях, нормах и всем том, что может быть сравнительно быстро принято или заменено и что тем самым обеспечивает необходимую гибкость общества.
И тот и другой вид институтов играет исключительно важную роль в экономике. Прежде всего это проявляется в том, что во взаимосвязи с организационно-экономическими отношениями институты определяют хозяйственный механизм общества. Понятие «хозяйственный механизм» практически исчезло из современных российских учебников по экономической теории. Между тем в последнем советском учебнике по политэкономии отмечалось, что хозяйственный механизм представляет собой «совокупность организационных структур и конкретных форм хозяйствования, методов управления и правовых норм, с помощью которых общество использует экономические законы
с учетом конкретно складывающейся обстановки» [2. С. 529]. Определение указывает, что хозяйственный механизм включает в себя не только то, что традиционно относится к базису, то есть к системе экономических отношений, но и институциональную составляющую общества. Именно он предстает в виде всей той системы мер и стимулов, всех тех воздействий, которые побуждают людей заниматься производством и доводить произведенное до потребителей. Это он помогает производителям найти ответ на основные хозяйственные вопросы: что, как, сколько и для кого производить.
Многообразие существующих в экономике связей и отношений обусловливает разнообразие подходов к экономике как к объекту изучения, возникновение различных научных направлений и течений в рамках экономической науки. Так, существование двух основных форм экономических отношений и особая роль в экономике институтов являются объективной основой возникновения в экономической теории трех направлений: политэкономии, экономикс и институциональной экономики. Каждое из этих направлений характеризуется особенностями своего предмета.
Возьмем существующие на предприятиях отношения. Прежде всего здесь обнаруживаются социально-экономические отношения, складывающиеся между наемными рабочими и теми, кого сейчас именуют работодателями. Эти возникающие между представителями определенных классов и социальных групп отношения привлекают внимание политэкономии. Экономикс ограничивает свой предмет организационно-экономическими отношениями. Для нее на предприятии нет классов, а есть функциональные субъекты, занятые производством товаров на рынок, пристально следящие за величиной предельных издержек и сравнивающие их с рыночными ценами. Институциональную экономику привлекают существующие на предприятии институциональные, например договорные, отношения.
Классический образец анализа социально-экономических отношений дал К. Маркс в первом томе «Капитала», где субъекты экономики представлены «носителями определенных классовых отношений и интересов» [4. С. 10]. Причем социально-экономические отношения у Маркса переплетаются с организационно-экономическими. Это хорошо показано в третьем томе «Капитала» на примере формирования рыночной стоимости и цены производства. Так называемое противоречие между первым и третьим томами «Капитала» вытекает из того, что в первом томе основным предметом являются социально-экономические отношения, а в третьем — добавляется анализ организационно-экономических отношений. Следует заметить, что сам К. Маркс не разделял экономические отношения на два вида и такие категории организационно-экономических отношений, как прибыль, процент и ренту, рассматривал в виде превращенных форм прибавочной стоимости — внешних проявлений единой экономической сущности. На самом деле то, что предстает в виде «превращенной формы», есть не «обманчивая видимость», маскирующая сущность, а вполне реальное сущностное явление, отражающее не социально-экономические, а организационно-экономические отношения.
Акцент на производственные отношения выдвигает в качестве главного субъекта экономики и объекта исследования со стороны политэкономии человека производящего. Поэтому важная особенность предмета политэкономии заключается в том, что экономические отношения ею рассматриваются во взаимосвязи с производительными силами, которые существуют благодаря материально-техническим связям, возникающим в экономике между субъективными и объективными элементами экономики.
Политэкономия не обошла вниманием и другие неэкономические отношения. Так, рассматривая стоимость, она отмечает наличие у нее субстанциональной основы в виде
затрат человеческого труда, предполагающих и соответствующий расход энергии работающих людей. Тем самым политэкономия выходит на вещественно-энергетические связи, хотя стоимость трактуется как категория, выражающая экономические отношения и не воплощающая в себе ни грана вещества природы. Отражением объективной необходимости для экономистов учитывать как вещественно-энергетические, так и материально-технические связи является возникновение относительно нового течения экономической мысли, представленного авторами книг по физической экономике (см., например, [5]).
Выходит политэкономия и на институциональные отношения, прежде всего те, которые определяют экономическую политику государства. Не чужды ей и морально-нравственные нормы. Достаточно вспомнить, что А. Смит как основоположник классической политэкономии характеризовал эту науку как нравственную. Вопросы нравственности пронизывают работы К. Маркса, особенно первый том «Капитала». Однако последующая эволюция политэкономии как направления экономической теории привела к тому, что ее институционально-надстроечная составляющая отошла на задний план.
Выделение социально-экономических отношений в качестве главного предмета исследования вывело политэкономию на вопросы классовых отношений и социальной справедливости. Вопросы, не очень удобные для современных российских реформаторов, осуществляющих возврат российской экономики к системе капиталистических отношений. Более удобной и полезной в этой связи оказалась экономикс, положения которой заняли главное место в преподаваемой в российских вузах экономической теории. Выдвижение организационно-экономических отношений в качестве предмета экономикс и ее уход от анализа социально-экономических отношений обусловлено рядом особенностей объекта и предмета этой науки. Отметим некоторые из них.
Прежде всего для экономикс характерно ограничение исследования рамками рыночной экономики, причем в ее капиталистической форме. Происходит отождествление рыночной и капиталистической экономики, так что капитализм предстает как естественный и по существу безальтернативный строй.
Объектом анализа этой науки стал человек потребляющий и человек рациональный, что обусловлено экономическим атомизмом как основополагающим методологическим принципом экономикс. Здесь скрывается одна из причин выдвижения в центр внимания отношений обмена в товарно-денежной форме и выделения в экономикс маржинального подхода к рассмотрению поведения хозяйствующих субъектов по схеме: цель — принимаемые решения — действия — результат. При этом цели как производителей, так и потребителей связываются с достижением соответствующих точек равновесия. Поэтому равновесные состояния обычно трактуются в качестве предмета экономикс. На деле приверженность экономикс к функциональному подходу обусловила выдвижение именно организационно-экономических отношений на роль предмета этой науки, что официально до сих пор не признано. Более того, редко в каком учебнике по экономикс можно встретить само понятие «экономические отношения».
Уход от этого понятия, в свою очередь, определил отсутствие четких границ объекта исследования у этой науки и выделение такой ее особенности, как эклектичность. С одной стороны, у экономикс как общетеоретической науки нет границ, отделяющих ее от таких конкретных экономических наук, как бухучет, маркетинг, менеджмент, логистика и т. д. Она активно вторгается в область этих наук. С другой стороны, экономикс распространяет свое влияние и на сферу исследований неэкономических общественных
наук: юриспруденции, политологии, социологии и даже психологии. Этот процесс, названный «экономическим империализмом», привел к возникновению неоинституцио-нализма — течения институциональной экономики, широко использующего принципы экономикс при анализе неэкономических сфер, прежде всего политики.
Эклектический характер экономикс превратился в достоинство, так как снимает всякие ограничения на пути выделения объекта и даже предмета исследования, если не считать табу на анализ социально-экономических отношений и классовых проблем. Эти проблемы отданы социологам и политологам, специалистам по социальным, политическим и выборным технологиям, по способам воздействия на массовое сознание.
Четкий водораздел между политэкономией и экономикс имеет объективные основания. Практика развитых стран с «социальной рыночной экономикой» свидетельствует о наличии определенной автономности организационно-экономических отношений и об отсутствии их автоматической зависимости от характера социально-экономических отношений, прежде всего от отношений собственности, о чем в свое время говорили советские политэкономы. То, что в классовом обществе существуют отношения эксплуатации, предполагающие безвозмездное присвоение одними людьми результатов труда других, отнюдь не исключает возможность существования на предприятиях партнерских, «человеческих» отношений, позволяющих создавать благоприятную обстановку для роста производства и его эффективности. Но это не классовое партнерство, а партнерство функциональных субъектов. В самом деле, трудно предположить сотрудничество между капиталистом-эксплуататором и эксплуатируемыми рабочими, но оно вполне возможно между предпринимателем как менеджером и рабочим персоналом.
Очевидно, что за понятиями «капиталист» и «наемный рабочий» стоят субъекты социально-экономических отношений, а за понятиями «предприниматель» и «персонал» скрываются носители организационно-экономических отношений.
Таким образом, можно говорить не столько о противоречиях между политэкономией и экономикс, сколько о том, что у них разные предметы исследования. Хотя очевидно, что выбор предмета обусловлен интересами различных классов.
Уточнение предмета политэкономии и экономикс не позволяет согласиться с тем, что экономикс — это и есть современная экономическая теория, а политэкономия — наука вчерашнего дня. Выдвижение экономикс в начале 1990-х гг. в качестве учебной дисциплины в российских вузах обусловлено не только развитием рыночных отношений, анализом которых занимается экономикс, но и возрождением в стране капиталистических производственных отношений, формированием соответствующей социально-классовой структуры и возникновением определенного «социального заказа» для представителей экономической теории.
Почти двадцатилетнее движение российской экономики к «рынку» показало ограниченность экономикс и справедливость основополагающих положений политэкономии. В частности, рынок в реальной жизни оказался далеко не тем, каким он рисуется на страницах учебников по экономикс. «Невидимая рука» рынка, за которой скрывается действие закона стоимости, проявляет свое действие явно односторонне — она ведет к обогащению относительно небольшого круга лиц, образующего тонкий слой олигархов и высшей бюрократии, а также тех, кто непосредственно их обслуживает и защищает их интересы, и опускает в нищету основную часть населения. Подобная ситуация давно нашла объяснение в учебниках по политэкономии, в темах, раскрывающих содержание закона стоимости и всеобщего закона капиталистического накопления.
Тот факт, что российская действительность подтвердила жизненность политэкономии, во многом обусловил возращение ряда ее положений в курс экономической теории. Стали появляться даже учебники по политэкономии. Так что приходится говорить о ее месте в этом курсе. Пока преобладает подход к политэкономии как к отдельному и, как правило, альтернативному экономикс направлению экономической теории. Так, например, считает В. В. Радаев, заявляя о том, что «более плодотворным и реалистичным представляется… утверждение политической экономии как одного из альтернативных течений экономической мысли» [6. С. 78].
Однако то, что у политэкономии и экономикс есть общий предмет изучения — экономические отношения — и при этом они изучают разные виды этих отношений, объективно взаимно дополняя друг друга, позволяет, на наш взгляд, говорить не только о необходимости, но и о возможности соединения политэкономии и экономикс. Причем такое соединение было бы полезным для обоих направлений экономической мысли. С одной стороны, оно позволяет освободить политэкономию от пут догматизма, а экономикс от присущего ей эклектизма, с другой — придать логику и системность всему курсу современной экономической теории.
Роль институтов в экономике, их влияние на социально-экономические и организационно-экономические отношения обусловили возникновение третьего направления экономической теории — институционализма, который, в свою очередь, разделился на два течения: «старый» институционализм и новый — неоинституционализм.
«Старый» институционализм возник в конце XIX в. почти одновременно с оформлением экономикс в самостоятельное направление экономической теории. Как и экономикс, он явился отходом от политэкономии, но в сторону анализа институциональных отношений. От политэкономии в нем была заимствована методология холизма, объясняющего поведение и интересы индивидов через характеристики институтов, предопределяющих их взаимодействие. Используется своего рода принцип: «институты первичны, индивиды вторичны» [7. С. 28].
Неоинституционализм оформился после Второй мировой войны, выражая стремление представителей экономикс перенести ее методологию, прежде всего методологический индивидуализм, на неэкономическую (надстроечную) сферу. В том числе на неэкономическую сферу распространяются и многие принципы функционирования рынка. В отличие от представителей экономикс новые институционалисты в качестве основного метода взяли эволюционно-социологический. Он обеспечил достаточно четкий водораздел между ними и представителям экономикс и дал основание для выделения институцио-нализма как третьего направления экономической теории.
В западных странах неоинституционализм почти полностью вытеснил «старый» институционализм. Однако в России «старый» институционализм во второй половине 1990-х гг. получил творческое развитие, предоставив широкое поле деятельности представителям социологии и тем, кто когда-то трудился на ниве политэкономии социализма.
Последовательное выделение трех направлений экономической теории вытекает из самой логики процесса трансформации российского общества. Известно, что этому процессу предшествовало господство в советской экономической науке марксистско-ленинской политэкономии как официальной науки и учебной дисциплины. Разрушение советского общества и создание вместо него буржуазного строя потребовало отказа от политэкономии и замены ее западной экономикс, наиболее полно отвечавшей интересам нарождающейся буржуазии как господствующего класса. В ответ на эту потребность вузы дружно
перешли на преподавание Экономикс. Вспоминаются в этой связи слова К. Маркса о том, что «мысли господствующего класса являются в каждую эпоху господствующими мыслями. Это значит, что тот класс, который представляет собой господствующую материальную силу общества, есть в то же время и его господствующая духовная сила» [8. С. 45]. Этой силе понадобилось внедрить в сознание людей буржуазные ценности, но сделать это надо было скрытно, чтобы не вызвать их отторжения большинством населения. Такого рода ценности должны были предстать как «общечеловеческие». Удобство Экономикс заключалось в ее абстрагировании от социально-экономических отношений и в оперировании организационно-экономическими отношениями, существующими в рыночной экономике в ее капиталистической форме. На первых этапах реформирования российского общества, когда надо было скрывать социально-экономическую сущность реформ, экономикс оказалась весьма востребованной. Выполняя сугубо идеологическую функцию, экономикс убеждала тех, кто ее изучал, в том, что есть экономики рыночные и нерыночные и что «настоящие», развитые экономики — это обязательно рыночные. Соответственно, происходящие в России процессы трактовались как движение к рыночной, то есть к «нормальной» и «эффективной» экономике.
Жизнь показала при этом, что российские реформаторы и лица, обеспечивающие не столько научное, сколько идеологическое обоснование их действий, отвергнув политэкономию и объявив именно экономикс «современной экономической теорией», по существу сделали ставку на реализацию положений советской политэкономии о существовании автоматической зависимости хозяйственного механизма (т. е. организационно-экономических отношений) от социально-экономических отношений, в первую очередь от отношений собственности. Именно этим можно объяснить ускоренную, с нарушением всех мыслимых законов, приватизацию государственной собственности. Только частная собственность рассматривалась основой рыночных отношений. Будучи уверенными в чудодейственной силе рынка в деле роста благосостояния населения, реформаторы посчитали необходимым любыми путями и способами бросить «бедный и больной» народ в котел рыночных отношений для того, чтобы из него он вынырнул «богатым и здоровым». Результатом такого рода «терапии» явилось то, что и должно было быть в соответствии с положениями политэкономии о дифференцирующей роли закона стоимости и всеобщего закона капиталистического накопления — общество раскололось на большинство бедных и очень бедных — на одном полюсе и на меньшинство богатых и очень богатых — на другом.
После того, как новый российский капитализм окреп и реформаторы решили, что пройдена «точка невозврата», так что о капитализме как о реально возникшем обществе можно говорить без опаски, появилась необходимость в другом направлении экономической теории, способном, образно говоря, заняться вопросами отделки грубо построенного капиталистического здания. Оно должно было освещать самые отдаленные и затемненные уголки общества, включая его вековые традиции и даже менталитет народа. Так получило развитие институциональное направление экономической теории.
Что касается политэкономии, то она, несмотря официальное утверждение в качестве учебной дисциплины неоклассической экономикс, никуда не уходила. Строительство капитализма в России шло как «по писаному» — в полном соответствии с положениями политэкономии, так что справедливость этих положений полностью подтверждалась и не требовала особых доказательств. Естественным образом в научный обиход вновь стали входить политэкономические категории и понятия вплоть до понятия «олигархия»,
представители которой не так давно скромно именовались «наиболее удачливыми предпринимателями».
Как видим, предмет каждого из трех направлений экономической теории имеет свою специфику, с учетом которой их представители в ходе исследования выделяют «свои» сферы и области российской экономики. Так, экономикс привлекают особенности формирующихся рыночных отношений в российской экономике. Ее ученые представители, как это видно из публикаций, пытаются дать оценку степени развитости и зрелости этих отношений. Политэкономия выделяет экономические отношения и их субъектов со своими классовыми социальными интересами и мотивами поведения. Институционализм стремится раскрыть то, что традиционно именовалось надстройкой, закрепляющей формирующуюся систему новых экономических отношений.
Тот факт, что в основе существования трех направлений экономической теории лежат объективно существующие отношения, позволяет сделать вывод об объективной необходимости и возможности их синтеза. Исходя из этого, можно сказать, что общим предметом современной экономической теории как науки являются институционально закрепленные экономические отношения, возникающие в процессе производства, распределения, обмена и потребления ограниченных ресурсов и создаваемых с их помощью благ.
Из этого определения следует, что экономическая теория изучает как социально-экономические, так и организационно-экономические отношения, а также закрепляющие их институциональные отношения. Тем самым она вбирает в себя положения трех направлений экономической мысли, учет которых необходим в экономических исследованиях и в преподавании экономической теории.
Так, изучение социально-экономических отношений в качестве предмета экономической теории предполагает знание социально-классовой структуры общества. Если бы советские политэкономы в свое время имели точное, а не упрощенное представление об этой структуре, тогда столь резкий поворот к капитализму в начале 90-х гг. прошлого века, произошедший под видом реформ, мог бы найти своевременное и вполне научное объяснение. Более осмысленным, с отчетливым видением перспектив было бы реформирование российской экономики.
Четкое представление о сущности организационно-экономических отношений в современной России, как, впрочем, и в других странах, позволяет найти практическое применение и положениям экономикс. Прежде всего речь идет о тех положениях, которые указывают на возможность совершенствования организационно-экономических отношений и улучшения положения трудящихся, оказавшихся в основной своей массе на нижних ступенях нынешнего российского общества.
Очевидно, что включение в предмет экономической теории социально-экономических и организационно-экономических отношений позволяет ставить вопрос о сочетании экономической эффективности (определяемой организационно-экономическими отношениями) и социальной справедливости (определяемой социально-экономическими отношениями) как главном критерии развития экономики.
Наконец, выделение институциональных отношений наряду с социально-экономическими и организационно-экономическими отношениями позволяет более четко определить роль государства и негосударственных институтов в экономике. Заметную роль в этой связи способен играть неоинституционализм, который в отличие от «старого» институционализма выступает за активное участие государства в экономической жизни, но не путем прямого вмешательства в экономику, а путем создания институционального
механизма, обеспечивающего «нормальную работу» рынка. Именно государство призвано определить институциональные рамки и соответствующие «правила игры», благодаря которым разные классы и социальные группы могут действовать в качестве функциональных субъектов экономики более эффективно и справедливо.
Список литературы
1. Татаркин, А. И. Политическая экономия и economics: особенное и общее / А. И. Татаркин, В. Л. Берсенев // Журн. экон. теории. 2006. № 4.
2. Политическая экономия: учеб. для вузов. М.: Политиздат, 1990.
3. Кирдина, С. Г. Х- и У-экономики: Институциональный анализ / С. Г. Кирдина. М.: Наука, 2004.
4. Маркс, К. Капитал // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 23.
5. Конторов, Д. С. Введение в физическую экономику / Д. С. Конторов, Н. В. Михайлов, Ю. С. Саврасов. М.: Экономика, 2001.
6. Радаев, В. Есть ли перспективы у российской политической экономии / В. Радаев // Рос. экон. журн. 1999. № 9−10.
7. Олейник, А. Н. Институциональная экономика: учеб. пособие / А. Н. Олейник. М.: ИНФРА-М, 2000.
8. Маркс, К. Немецкая идеология // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 3.
региональная экономика
Е. Я. Власова
КОНЦЕПЦИИ ИССЛЕДОВАНИЙ И АНАЛИЗ ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМ УРБАНИЗИРОВАННЫХ ТЕРРИТОРИЙ РЕГИОНА
Рассмотрены существующие подходы к исследованию проблем рационального природопользования на региональном уровне. Предложено применение оценки экологической обстановки урбанизированной территории методом наложения процессов, факторов и их последствий.
Ключевые слова: региональное природопользование, урбанизированная территория, процессы, факторы, последствия, экосистема.
Исследование проблем рационального природопользования, в первую очередь в традиционно-промышленных регионах, объективно предполагает применение принципиально новых подходов, обоснованных в научных трудах ведущих экономистов в этой области знания, в том числе уральской школы исследователей.
Сущность этих подходов, их концептуальное содержание представляется следующим образом:
глобалистический и геополитический подходы обусловлены всеобщностью и взаимосвязью природных комплексов и их ролью в обеспечении условий жизнедеятельности и проживания людей-
экосистемный подход подразумевает корреляционные взаимосвязи в природных системах всех уровней-
циклический подход учитывает природные, антропогенные циклы, их возможное совпадение1-
геоэкологический и геосистемный подходы анализируют геологические явления, процессы, строение, особенности земной коры, сочетание ресурсов, их использование-
социологический, геоэкономический, геоинформационный подходы имеют непосредственное значение для ориентации деятельности в природопользовании и повышения его эффективности-
эволюционный, цивилизационный, геокультурный подходы необходимы для обоснования целей и способов решения проблемы-
геоурбанистический подход объединяет проблему в пространстве, в аспекте ее локализации, концентрации и фокусирования в первую очередь в центрах (ядрах) урбанизации — в городах и в целом на урбанизированных территориях- структурный подход.
Все более явной становится необходимость использования экосистемного, пространственного (в первую очередь с учетом взаимодействия сопредельных территорий) и структурного подходов к исследованию феномена экологической проблемы, поскольку как естественная база — естественные производительные силы (элементы, тела, силы,
1 Автор придерживается той точки зрения, что основные кризисные, катастрофические явления происходят в основном при совпадении пиков естественных и антропогенных циклов (водных, температурных). Этим в основном объясняются происходившие ранее и наблюдаемые сейчас явления: проблема Каспия, Арала, парниковый эффект, «озоновые дыры» и т. д.
энергия природы), так и их использование, последствия имеют пространственный, системный, поэлементный характер. Существование, функционирование первых, эффективность их реализации в хозяйственной практике обусловлены взаимосвязью (корреляционной), взаимообусловленностью, взаимодействием, сочетанием в экосистеме.
Автор считает, что именно такая концепция способствует реализации принципа рационального природопользования на всех его этапах: от добычи ресурса до включения отходов в естественный круговорот веществ в природе (рисунок).
Принципиальная схема рационального природопользования
В основе концепции структурного подхода к подобным системам лежат отношения (соотношения) между элементами, между собой и каждого элемента с системой. Раскрытие сущности концепции предполагает исследование ее организации, т. е. упорядочение внутренней структуры применительно к особенностям организации экосистемы (естественной базы социально-эколого-экономической системы) — ее структура — это «совокупность связей и отношений между элементами функционирования в соответствии с этой структурой, т. е. приблизительно то же, что и организованность- управляющая подсистема в системе…». Внутренняя структура (организованность) системы выступает, согласно этой концепции, основным объектом изучения в процессе ее познания. Особенно это характерно для экосистемы и природно-хозяйственного комплекса (ПХК): каждая подсистема или ее подуровень, элементы являются частью других, более сложно организованных систем и находятся в корреляционной связи. Анализ развития ПХК, особенно на урбанизированных территориях с ярко выраженной ориентацией на достижение конечной цели в виде добычи, первичной обработки природного вещества, а потом сырья, обнаруживает, что за весь предыдущий период в рассматриваемом регионе этот принцип системного подхода (идея самой концепции) не реализовывался, а приобрел и развился в некий абсолют доминирования узкого — ведомственного подхода к природопользованию. Автор выделяет три основных тезиса этого направления, существенно отразившихся при их реализации в практике природопользования на высокоурбанизированной территории региона:
— в интересах одного предприятия природопользования (даже одного производства на градообразующих предприятиях моноспециализированных городов, особенно малых и средних) из комплексного (многокомпонентного) ресурса извлекается и используется один компонент, элемент (необходимый этому предприятию, производству как сырье), а остальные компоненты в лучшем случае остаются незадействованными
в технологическом процессе или приводятся в состояние, невозможное для использо-вания1-
— в интересах одной отрасли (ведомства) используется одно или ограниченное количество свойств объекта природы, а остальные приводятся в состояние, невозможное для реализации2-
— в интересах одной территории используется объект природы, не считаясь с интересами сопредельных территорий, при этом им наносится социальный, экологический и экономический ущерб3.
Идея структурной концепции была воспринята формально, сохраняла ведомственный принцип и не способствовала целенаправленному установлению и поддержанию пропорций в природопользовании. Такая форма реализации структурной концепции привела к нарушению пропорций между сферами производства (материальной, нематериальной), между отраслями, регионами и отдельно-обособленными локальными зонами и ПХК, а также между элементами необходимого рационального природопользования. Результатом этого явились следующие негативные последствия:
— нарушение межсферных пропорций заметно сказалось на одностороннем развитии регионов с неоптимальной специализацией, особенно урбанизированных, привело к усилению воздействия на экосистему, так как в материальном производстве преобладала добыча, первичная обработка природных ресурсов-
— нарушение отраслевых пропорций привело к чрезмерному увеличению добывающих отраслей в ущерб обрабатывающим. Сохранение специализации урбанизированных территорий рассматриваемого региона на добыче металлургического, химического, лесного (сырья) ресурсов и их экспорте усилило разрыв в межотраслевых пропорциях, причем привело не только к увеличению доли добывающих отраслей, но и к ослаблению позиций и объемов перерабатывающих отраслей и производств при экспорте сырья и ресурсов.
В свою очередь, это не способствовало реализации самой идеи территориально-производственного комплекса, предусматривающей внедрение малоотходных
1 При этом образуются огромные полигоны, отвалы шламо- и хвостохранилища, сосредоточившие и локализующие большие массы отходов этих предприятий и производств с интенсивным воздействием на экосистему и ее элементы. Примером этих последствий может служить ныне реализуемая Федеральная программа «Переработка техногенных образований Свердловской области» (Постановление правительства РФ от 24. 06. 96, № 738).
2 В качестве убедительного примера негативного последствия такого подхода следует назвать длительный период молевого сплава заготовленной древесины по рекам региона. Результатом является огромный ущерб (до исчезновения ряда популяций) рыбным ресурсам, потеря возможности их использования для организации хозяйственно-бытового, производственного (особенно в орошаемом земледелии, выращивании водоплавающей птицы, товарной рыбы) и рекреационного пользования. То же самое можно подтвердить длительной практикой преимущественного использования древесных ресурсов леса в ущерб побочному лесопользованию, средообразующим, средофор-мирующим функциям леса. Результатом стало изменение статуса лесов в регионе — он перешел из разряда лесоизбыточных в лесообеспеченный (с перерубом леса).
3 Для рассматриваемой урбанизированной территории Свердловской области, особенно ее горнозаводской части, классическим примером стал реализованный проект регулирования стока р. Уфы на территории сопредельной с ней Челябинской области (строительство Нязепетровского водохранилища) и передачи его Свердловскому промузлу. При этом в маловодный год потребности Челябинского промузла были частично удовлетворены путем заметного негативного вмешательства в экосистему озера Увильды в Челябинской области и ущемлены интересы потребителей воды — жителей г. Уфы вследствие ухудшения условий функционирования подруслового водопровода города из-за снижения водного режима реки в створе г. Уфы.
и ресурсосберегающих технологий и производств на основе применения отходов и последовательно-повторного использования свойств, качеств природных ресурсов. Итогом явилось создание и развитие «своих» карьеров, получение в распоряжение и эксплуатация «своих» месторождений, которые в больших масштабах нарушали экосистемы и балансы в них.
Нарушение пропорций в структуре рационального природопользования проявилось в виде нарушения оптимальных соотношений между темпами и масштабами использования, охраны и воспроизводства природных ресурсов и объектов. Практическое пренебрежение структурной концепцией как таковой в сфере природопользования в стране, в регионах, особенно в урбанизированных территориях с ярко выраженной специализацией на добыче и первичной обработке природных ресурсов, привело к нарушению соотношений между элементами системы (в данном случае — экосистемы) по всем видам и функциям управления природопользования (по ветвям управления), а именно:
1) в законодательной ветви — принятие законодательных актов по отдельным ресурсам и сферам природопользования — использованию водных ресурсов, атмосферы, недр, растительного, животного мира — без учета отношений, пропорций и корреляционных связей и взаимосвязей-
2) в исполнительной ветви — полновластие ведомственного подхода в использовании природных ресурсов и объектов-
3) в контрольно-регулирующей ветви — несогласованность между подразделениями, отвечающими за контроль и регулирование использования отдельных ресурсов-
4) в надзорной ветви — реальное отсутствие взаимодействия между надзорными органами, как следствие — низкая эффективность их функционирования.
Функциональная концепция подхода к анализу проблемы основана на рассмотрении ПХК как социально-эколого-экономической системы в аспекте функциональной единицы, взаимосвязанной с внешней средой. Для оценки экологического аспекта формирования и развития ПХК урбанизированных территорий важным фактором является учет взаимодействия, взаимовлияния и взаимообусловленности отдельных локальных ПХК и экосистем.
В соответствии с такой принципиальной исходной предпосылкой отношения между рассматриваемыми ПХК и внешней средой являются базовыми, методологической основой исследования и познания- логическое развитие определяет развертывание, раскрытие всех форм и проявлений этой локальной системы, ее функций в общей экосистеме территории. Алгоритм связи локального, отдельного ПХК урбанизированной территории с внешней средой имеет четко выраженную количественную, качественную дифференциацию связей по принципу «вход-выход». В этой системе связей, отношений вполне определенно можно судить, оценивать набор конкретных параметров, свойств, совокупность которых дает характеристику ее состояния, динамики, показателей влияния, зависимости. Эта совокупность параметров должна являться объектом измерения воздействия, управления.
Практика оценки состояния экологической обстановки ПХК урбанизированных территорий обособленно (по административно-территориальному принципу в силу оформленной законодательно и организационно системы управления), без учета их взаимодействия, обусловила низкую эффективность использования природно-ресурсного потенциала (ПРП) комплексов, а также воспроизводства природных ресурсов, их охраны.
Анализ и оценка экологической обстановки в ПХК урбанизированных территорий по этому принципу позволяет оптимизировать природоохранную деятельность как в самом
ПХК, так и в системе взаимосвязи сопредельных территорий, включая и оптимизацию затрат на основе принципа системности их осуществления во времени и пространстве, на основе принципа сопряжения мероприятий1.
Причинно-следственная концепция изучения и анализа ПХК как сложной социально-эколого-экономической системы призвана оценивать процессы их формирования и развития на основе выявления движущих сил развития, обусловленных самой его сущностью: саморегулирующая, самоуправляемая, самовосстанавливающаяся система (в определенных масштабах) и изменяющаяся под воздействием антропогенной деятельности. Учет этих составляющих при анализе и оценке состояния ПХК есть основа оценки его устойчивости как с точки зрения функционирования экосистемы, так и с точки зрения реализации ее ПРП. В последующем это дает возможность устанавливать количественные показатели, ограничивающие антропогенное воздействие с целью сохранения баланса в экосистеме и ее саморегулирующей способности ассимиляционного потенциала.
Формирование новых, измененных под антропогенным воздействием качественных характеристик в зоне воздействия городов (ядер урбанизации) и всей урбанизированной территории происходит неравномерно, не дисперсно в силу следующих главных факторов:
1. Источники воздействия на экосистему имеют разные «мощности», нельзя считать, что они равномерно (в течение суток, года) выбрасывают, сбрасывают загрязняющие вещества и образуют (складируют) твердые отходы. Этот процесс подчинен экономическим факторам, и есть «подъемы», «падения» масштабов, интенсивности хозяйственной деятельности.
2. Имеет место несовпадение пространственной ориентации розы ветров (преобладающего количества дней с одинаковым направлением и силой ветра) и направленности течения поверхностного стока. Так, например, на Среднем Урале в целом роза ветров — юго-западная, а сток рек сформировался с северо-запада на юго-восток (по бассейнам рек Сосьва, Тагил, Тавда, Тура, Исеть), кроме Чусовой, имеющей направление стока с юго-востока на северо-запад.
3. Распределение лесов по территориям, по речным бассейнам, динамика древостоя или способствует задержанию воздушных масс, циклонов, или беспрепятственно их пропускает.
4. Имеет место совмещение, наложение этого процесса на естественную направленность циклонов в течение года (с северо-запада на юго-восток), совпадающую в основном с направлением водотоков на большей части территории Среднего Урала — урбанизированной территории.
5. Характерно «хребтовое», «захребтовое» географическое положение урбанизированной территории Среднего Урала, где основное воздействие на экосистему сосредоточено вдоль горнозаводского массива (промышленность и население сосредоточены в основном в этой зоне).
6. Характер рельефа обусловливает основное направление стока (для этого достаточен перепад высот: с протяженного массива горнозаводской территории на Зауралье — на запад) и возможность проникновения ветров с запада, северо-запада и севера (в этом случае естественной преграды — высоты местности — недостаточно для их задержания).
7. Исторически, с начала промышленного освоения, сложилось размещение промышленных центров, узлов вдоль горнозаводского хребта, в долинах верховьев рек —
1 Такой подход был реализован при разработке с участием автора экологического стандарта муниципального образования г. Екатеринбург с учетом сопредельных территорий.
использование энергии зарегулированного стока было единственным источником энергии, а в качестве топлива использовался древесный уголь, изготовление которого существенно повлияло на лесистость, а впоследствии — при ее заметном изменении — и на модуль стока, на водность водотоков. Так, например, в период развития предприятий Демидовых по р. Чусовой сплавлялись баржи с металлом марки «Старый Соболь» для доставки его в Англию. В современных условиях в основном по причине изменения лесистости не задерживается влажный воздух, в бассейнах рек изменены модуль и объем стока как основа формирования водного режима. А на сезонный их режим существенно повлиял фактор зарегулированности стока большим количеством мелких плотин. Обезлесивание бассейнов рек, особенно малых, способствовало изменению паводкового режима и водного режима в целом (бурные паводки за короткий промежуток времени с затоплением территорий, населенных пунктов и межень в остальной период года).
Этот же фактор (размещение предприятий) обусловил и характер воздействия на экосистему при транспортировке сырья, готовой продукции, т. е. формирование специфических источников воздействия (с повышенным содержанием элементов добываемого и транспортируемого природного вещества). Это способствовало наращиванию их концентрации вдоль магистралей, дорог, пересекающих урбанизированную территорию.
8. Последующие этапы размещения производительных сил, в том числе рост населения (включая и период эвакуации на Урал большого промышленного производства и рабочей силы), способствовали усилению «давления» на экосистему, а в период Великой Отечественной войны многократное увеличение этого воздействия произошло из-за вынужденного отказа от мер по охране окружающей среды.
9. Заметным фактором за период 1930—1970-х гг. на этой территории стал молевой сплав леса, оказавший огромное негативное воздействие на экосистему в целом (переруб леса, выбытие основных участков водотока в условиях молевого сплава и его последствий из рыбохозяйственного и даже рекреационного статуса).
В силу пространственного, территориального сочетания естественных производительных сил, элементов экосистемы, их взаимодействия и корреляционной взаимосвязи развивались процессы наложения последствий, эффекта их суммации в аспекте природной основы экосистемы и наложение антропогенных факторов, эффекта их суммации как между собой, так и с природной основой1.
Вследствие названных факторов сложилась современная экологическая обстановка в регионе в целом и сформирован ее каркас, то есть экологический каркас данной урбанизированной территории.
Выявленные тенденции природного, антропогенного изменений в экосистеме обусловили необходимость объективного применения анализа, оценки экологической обстановки урбанизированной территории методом наложения как самих процессов, факторов, так и их последствий.
1 Автор представляет эффект суммации как результат взаимодействия веществ, содержащихся в выбросах в атмосферу, сбросах в водный объект, отходах, а также на полигонах, между собой и с элементами природных веществ в этих составляющих экосистемы, а также как результат взаимодействия элементов экосистемы урбанизированной территории. 64
М. Н. Добындо
ХОЗЯЙСТВЕННАЯ СИСТЕМА РЕГИОНА КАК ОБЪЕКТ ГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В УСЛОВИЯХ ИННОВАЦИОННОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ ЭКОНОМИКИ
Анализируется многообразие аспектов формирования и развития, а также государственного регулирования хозяйственной системы региона в условиях инновационной трансформации экономики. Предложена системно-институциональная модель государственного воздействия при осуществлении инновационных преобразований в деятельности рыночных хозяйствующих субъектов.
Ключевые слова: хозяйственная система, инновационная экономика, институциональные факторы, инновации, инновационный потенциал.
Инновационная трансформация экономики региона предполагает создание такого результативного механизма, функционирование которого позволяет хозяйствующим субъектам, вступающими во взаимодействие друг с другом, формировать соответствующую мотивацию поведения, направленную на создание наивысших производственно-коммерческих результатов. Получение этих результатов невозможно осуществить традиционными методами, а только с использованием новейших научных результатов и самых современных технологий.
Научные исследования и разработки становятся неотъемлемым и основополагающим элементом подготовки эффективного расширенного воспроизводства, поскольку обеспечение и обслуживание этой деятельности требует выделения на устойчивой основе соответствующих ресурсов. С неизбежностью появляются разнообразные предпринимательские и некоммерческие структуры, инфраструктурные объекты, охватывающие своей деятельностью новые и более сложные функции как в сфере научно-технического развития и продвижения инноваций, так и производства в целом.
Подобные процессы устойчивого взаимодействия хозяйствующих субъектов рассматриваются как хозяйственные системы [1. С. 14−15]. Ключевой для понимания механизма образования и целей функционирования хозяйственных систем является категория экономических интересов. Любое взаимодействие людей и организаций по реализации определенного экономического интереса и предпринимательской цели может рассматриваться как хозяйственная система.
Многообразие объектов, участвующих в осуществлении современного расширенного воспроизводства, усиливает значение анализа интеграции этих объектов в хозяйственные системы с точки зрения участия в удовлетворении потребностей населения городов и регионов. Поэтому переход на инновационный путь развития требует охвата этой тенденцией если не всех, то абсолютного большинства субъектов Российской Федерации.
О том, что все приведенное выше актуально и имеет важное народнохозяйственное значение, свидетельствуют табл. 1 и 2, в которых представлены параметры инновационно-инвестиционного развития России за 1995−2005 гг. [2] и основные характеристики инновационного потенциала Приволжского федерального округа [3].
Если проследить динамику количества организаций, занимающихся исследованиями и разработками в России (табл. 1), и сопоставить их с внутренними затратами на НИОКР, то можно установить, что число исследовательских организаций за 10 лет сократилось довольно значительно — с 4059 в 1995 г. до 3566 в 2005 г., или на 493 единицы. Учитывая,
65
что 1995 г. был не лучшим постперестроечным периодом, за весь ход реформирования сокращение произошло еще более значительное.
Таблица 1
Основные параметры инновационно-инвестиционного развития России
за 1995−2005 гг.
Параметр 1995 2000 2001 2002 2003 2004 2005
Число организаций, выполняющих исследования и разработки 4059 4099 4037 3906 3797 3656 3566
Внутренние затраты на исследования и разработки: в действующих ценах** в % к ВВП 12 149,5 0,85 76 697,1 1,05 105 260,7 1,18 135 004,5 1,25 169 862,4 1,28 196 039,9 1,16 230 785,2 1,07
Выдано патентов на изобретение: отеч. заяв. иностранным 26 784 4772 14 444 3148 13 799 2513 15 140 2974 20 621 4105 19 123 4068 19 447 3943
Динамика инвестиций в основной капитал за счет всех источников, % в со-пост. ценах 89,9 117,4 110,0 102,8 112,5 111,7 110,7
Динамика прямых иностранных инвестиций, % 126,7* 104,0 89,9 100,6 169,0 138,9 138,7
Доля ПИИ в общем объеме инвестиций в основной капитал, % 15,7* 9,9 7,1 7,0 9,1 9,3 10,5
Индекс промышленного производства, % 95,4 108,7 102,9 103,1 108,9 108,3 104,0
Износ основных фондов, % 38,6 42,4 45,8 47,9 49,5 42,8 44,3
* Показатели 1999 г.
** млн р. (до 2000 г.- млрд р.).
Что касается внутренних затрат на исследования, то с 2000 г. они начали расти и достигли в 2005 г. 230 млрд 785,2 млн р., что составляет 1,07% к валовому внутреннему продукту. При этом необходимо оговориться, что этот показатель крайне мал и, поскольку средства государства в этих источниках финансирования составляют ведущее место, когда мы говорим об увеличении роли государства в расширении инновационной деятельности регионов, то имеем в виду, что показатель затрат на исследования и разработки должен быть увеличен в 2−2,5 раза.
Для примера можно отметить, что расходы США на НИОКР в ВВП составляли в 2001 г. 2,7%. И особая роль в этой деятельности принадлежит регионам, точнее штатам [4. С. 53].
В России же количество патентов, выданных на изобретения, не может достигнуть уровня не самого успешного 1995 г., когда их было всего 31 556 штук, а в 2005 г. только
23 390. Износ основных фондов продолжает возрастать, правда с некоторыми колебаниями в отдельные периоды: в 1995 г. он составлял 38,6%, в 2005 г. достиг 44,3%. Причем динамика как инвестиций в основной капитал, так и прямых иностранных инвестиций неуклонно растет, так же как и индекс промышленного производства. Это значит, что финансовые потоки должны быть перераспределены в пользу инновационных программ, в том числе и региональных.
В то же время инновационная трансформация региональных экономик с перспективой формирования единого экономического пространства федеральных округов не может не учитывать различную восприимчивость и разные начальные условия, сложившиеся в регионах.
Это хорошо видно на примере характеристик инновационного потенциала Приволжского федерального округа, приведенных в табл. 2.
Таблица 2
Характеристики инновационного потенциала Приволжского федерального округа на 01. 01. 2005 г.
Регион Кол-во организаций, занимающихся научными исследованиями Персонал, занятый исследованиями, чел. Затраты на технол. инновации, тыс. р. Продукция, подвергшаяся усовершенствованиям, тыс. р. Продукция, получившая значит. технол. изменения или вновь введенная, тыс. р.
Республика Башкортостан 65 9279 1 645 746 1 166 441 1 515 891
Кировская область 21 2136 347 225 305 157 1 124 574
Республика Марий Эл 11 1812 116 934 8214 317 917
Республика Мордовия 11 1281 569 460 654 050 464 255
Нижегородская область 109 50 399 3 702 193 2 434 335 33 111 397
Оренбургская область 15 974 1 171 166 440 492 424 357
Пензенская область 24 7032 290 815 31 967 368 451
Пермская область 56 12 927 6 738 615 2 524 996 7 534 920
Самарская область 54 24 053 10 541 955 41 750 444 17 398 350
Саратовская область 57 10 060 1 093 678 1 249 963 2 317 769
Республика Татарстан 88 14 524 9 298 373 8 585 390 31 639 530
Удмуртская Республика 19 2122 1 667 933 102 380 1 023 729
Ульяновская область 17 8083 1 770 069 1 098 288 3 299 794
Чувашская Республика 13 1486 718 735 859 418 1 513 255
Как видно из таблицы, регионы в значительной мере отличаются друг от друга своей научной базой, способной не только воспринимать инновационные технологии.
Например, в республиках Марий Эл, Мордовии и Чувашской подобных организаций 11, 11 и 13 с числом научных сотрудников 1812, 1281 и 1486 человек соответственно. В отличие от этих регионов в Нижегородской области насчитывается 109 научных организаций с числом исследовательских работников 50 399 человек. Соответствующим образом отличаются средства, направленные на технологические инновации. В Самарской области освоено 10 млрд 541,9 млн р., в Республике Татарстан — 9 млрд 298,4 млн р., в Удмуртской Республике — 1,667 млрд р. и в Ульяновской области — 1,770 млрд р.
В этой связи необходимо отметить, что на создание изделий, подвергшихся усовершенствованиям, например, в Самарской области было направлено 41 млрд 750,4 млн р. В то же время в Удмуртской Республике подобной продукции создано на 102,4 млн р., республике Марий Эл на 8 млн 214 тыс. р. Кроме того, в Нижегородской области более наукоемкой продукции создано на 33,11 млрд р., а в Республике Марий Эл — на 317,9 млн р., в Мордовии — на 464,3 млн р.
Анализируя далее понятие «хозяйственная система», уместно обратиться непосредственно к категории «система» и использовать для проводимого исследования системный подход как универсальную методологию анализа, применимую для обоснования факторов, условий обеспечения и структуры экономического состояния хозяйственной системы региона, поскольку без этого невозможно далее вести речь о формировании механизма государственного регулирования регионального развития.
Системный подход обычно связывают с формированием у исследователей системного мышления — специфического взгляда на природу и способы представления и изучения объектов как систем. К этому же уровню относится общая теория систем, которая формирует как методологические основания системного подхода в целом, так и теоретическую базу системного анализа конкретных системных объектов [5. С. 12].
Системное рассмотрение позволяет представить каждую систему как подсистему более высокого уровня, но тогда ее специфику определяют те ее свойства, которые важны именно с точки зрения функционирования системы более высокого уровня. Такие свойства называются системообразующими факторами и интегральными свойствами системы. Если тот или иной системообразующий фактор можно оценить количественно, то такая оценка носит название интегрального показателя состояния системы. По аналогии с социально-экономической системой хозяйственная система — это концептуальная модель гипотетического хозяйственного объекта, обладающего определенными свойствами [5. С. 13−14].
Применительно к исследованию проблем принятия решений в хозяйственной системе региона в условиях инновационной трансформации задачи системного анализа заключаются в разработке методов содержательного и формального системного описания объектов управления, выявления закономерностей их функционирования и развития, построения системной теории и практических методов исследования, прогнозирования и управления данными объектами.
Этими и обозначенными выше положениями мы и будем руководствоваться при проведении анализа составляющих элементов хозяйственной системы региона. Но прежде чем приступить к исследованию компонентов и взаимозависимостей хозяйственной системы, мы должны внести одно пояснение, которое необходимо для лучшего понимания множества связей указанной структуры с внутренним и окружающим миром. Функции, возможности и особенно механизмы государственного регулирования
процессов функционирования хозяйственных систем в значительной мере зависят от таких экономических категорий, как институт и институциональная система, формирующих предпосылки производственных и социальных контактов людей и организаций на уровне государства или региона. Поэтому институты — весьма важное понятие при изучении управленческих и экономических отношений.
Согласно определениям классиков институционализма, институты — это «правила игры» в обществе, это созданные человеком ограничительные рамки, на базе которых организуются взаимоотношения между людьми. Различают институты формальные, существующие в устойчивых формах, таких как органы и организации, законы, иные установленные правила, а также неформальные, выступающие как неписанные правила, обычаи, традиции, принципы. Совершенствование или преобразование институтов обычно наполняет собою программы, именуемые экономическими реформами, системными трансформациями [1. С. 17−18].
Есть и другие характеристики институтов: например, отмечается, что под институтами следует понимать относительно устойчивые по отношению к изменению поведения или интересов отдельных субъектов и их групп, а также продолжающие действовать в течение значимого периода времени формальные и неформальные нормы либо системы норм, регулирующие принятие решений, деятельность и взаимодействие социально-экономических субъектов (физических и юридических лиц, организаций) и их групп [6. С. 15, 19, 21].
Для продолжения нашего анализа хозяйственную систему региона следует представлять как мегасистему, которая может быть отражена в виде множества подсистем разного уровня. При этом, памятуя, что не элементы составляют целое, а целое порождает при своем членении элементы системы, отметим, что число уровней подсистем будет зависеть от степени ее сложности и размеров, а также от выбранных признаков, в соответствии с которыми происходит членение системы.
Для этих целей применительно к хозяйственной системе региона воспользуемся трактовкой, согласно которой хозяйственную систему региона можно представить как целостное образование, содержащее в себе динамическое соответствие производительных сил и производственных отношений в условиях конкурентной совокупности хозяйствующих субъектов социально-экономических институтов и органов государственного регулирования экономики субъекта РФ, а также производственно-экономических отношений, определяющих порядок взаимодействия хозяйствующих субъектов в рамках определенных правил и условий, установленных действующим законодательством [7. С. 54−55].
Данную формулировку мы предполагаем применить при разработке таблицы совокупности институциональных факторов эффективности функционирования хозяйственной системы региона, которая используется для построения системно-институциональной модели структуры государственного регулирования хозяйственной системы региона (см. рисунок).
Данная структура отражает взаимосвязи субъектов и регулирующих формальных и неформальных институтов региональной хозяйственной системы, которая расположена в центре модели. С внешней стороны на входе в нее поступают нормативно-регулирующие функции федеральных органов, а также все виды ресурсов. На выходе обозначены товары, работы и услуги, налоги, накопления, повышение жизненного уровня населения и рост человеческого капитала. Справа и слева обозначены обоюдные связи с качествами, необходимыми для функционирования региональной хозяйственной системы. Это позволяет производить государственное регулирование по представленным компонентам.
о
Ресурсы ТТрйродныё^т^йальнью^ энергетические
Качества, необходимые для функционирования региональной _хозяйственной системы_
Федеральные органы власти
Нормативно-законодательная и властная функции Функция регулирования хозяйственной деятельности
Региональная хозяйственная система
Ресурсы
Трудовые, финансовые, информационные

Качества, необходимые для функционирования региональной хозяйственной системы
I осударственная экономика
Стратегическое развитие
У
Повышение конкурентности Промышленная политика
Рыночная мотивация
?"Ч



Региональные органы власти
Нормативно-законодат. функция Регистрирующая функция

Формальные институты регулирования регионального рынка
Субъекты инфраструктуры
регионального рынка
Субъекты хозяйственной системы региона

О
о 5
Р
И
5
И К га №
Неформальные институты регулирования регионального рынка
Повышение жизненного уровня населения
Рост человеческого капитала
Жизнеобеспечение и ЖКХ
Финансово-банковская система
Охрана труда
Поддержка малого бизнеса
Образование, культура, спорт
Природоохранная деятельность
Здравоохранение и соц. политика
Подготовка кадрового потенциала
Повышение жизненного уровня
Обеспечение продовольствием
Свобода СМИ
+ I I
Системно-институциональная модель структуры государственного регулирования хозяйственной системы региона
Основными элементами представленной структуры являются:
— социально-экономические отношения, базирующиеся на сложившихся в каждой экономической системе формах собственности на экономические ресурсы и результаты хозяйственной деятельности-
— организационные формы хозяйственной деятельности-
— хозяйственный механизм, т. е. способ регулирования экономической деятельности на макроэкономическом и мезоуровнях-
— конкретные экономические связи между хозяйственными субъектами.
Устойчивое функционирование хозяйственной системы региона есть обобщающее
понятие, оно складывается из большой группы факторов, непосредственно влияющих на формирование этого свойства.
Все это, безусловно, сказывается на качестве государственного регулирования хозяйственной системы региона.
Таким образом, резюмируя итоги анализа, необходимо выделить следующие положения:
Инновационная трансформация хозяйственной системы региона предполагает создание такого результативного экономического механизма, действие которого способствовало бы формированию хозяйствующими субъектами соответствующей мотивации поведения, направленной на получение наивысших результатов, которые можно получить с использованием новейших научных достижений и самых современных технологий.
Хозяйственная система региона — это особое хозяйственное образование, обладающее определенной свободой выбора форм деятельности и представляющее собой единую организационную структуру, элементы которой взаимосвязаны и совместно функционируют для достижения общих целей. Выполненный анализ хозяйственной системы региона позволил выявить совокупность институциональных факторов эффективности функционирования хозяйственной системы с перечислением качеств, необходимых для ее устойчивого и эффективного действия и развития, затем на этой основе построить системно-институциональную модель структуры государственного регулирования хозяйственной системы региона, отражающую взаимодействие всех компонентов.
Современные методы государственного управления региональным развитием совершенствуются очень медленно. Вопросы территориального планирования находятся в ведении различных министерств. Все это вызывает объективную необходимость дальнейшего совершенствования форм и методов государственного воздействия для обеспечения прогнозируемой направленности инновационных процессов в регионах России.
Список литературы
1. Кушлин, В. Н. Теоретические основы функционирования хозяйственных систем и их разновидности / В. Н. Кушлин // Инновационный тип развития экономики России. М.: Изд-во РАГС, 2005.
2. Российский статистический ежегодник М.: Росстат, 2006.
3. Регионы России: Основные характеристики субъектов Российской Федерации. М.: Росстат, 2006.
4. Гранберг, А. Г. Движение регионов России к инновационной экономике / А. Г. Гран-берг. М.: Наука, 2006.
5. Цыгичко, В. Н. Прогнозирование социально-экономических процессов / В. Н. Цы-гичко. М.: КомКнига, 2007.
6. Клейнер, Б. Г. Эволюция институциональных систем / Б. Г. Клейнер. М.: Наука, 2004.
7. Кретинин, В. А. Механизм формирования экономической устойчивости хозяйственной системы региона / В. А. Кретинин. М.: Изд-во РАГС, 2006.
В. Н. Козлов, Ю. Н. Талалушкина
РЕАБИЛИТАЦИЯ КАК ФАКТОР СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ТЕРРИТОРИЙ РАДИОАКТИВНОГО ЗАГРЯЗНЕНИЯ
В статье определяется понятие и отмечаются особенности социально-экономической реабилитации и развития территорий радиоактивного загрязнения, предлагается оценка реабилитации как одного из факторов развития таких территорий. Авторами обосновывается возможность перехода к устойчивому развитию территорий, пострадавших от радиационных аварий и инцидентов на ПО «Маяк».
Ключевые слова: социально-экономическая реабилитация, факторы развития, радиационная ситуация, загрязненные территории, принципы развития.
Среди факторов социально-экономического развития любой территории можно выделить:
— особенности экономико-географического положения,
— природные условия и ресурсы,
— население.
На территориях радиоактивного загрязнения (ТРЗ) необходимо учитывать и такой фактор, как их реабилитация.
Реабилитация рассматривается нами как экономическая и социальная. Объединение этих направлений целесообразно, так как развитие хозяйства любой территории осуществляется одновременно с изменением уровня и качества жизни населения, поддержанием доходов, обеспечением занятости, поддержкой отраслей социальной сферы и предотвращением социальных конфликтов. Такое объединение особенно актуально на загрязненных территориях, где социальные ориентиры экономики являются естественным следствием психологической обстановки, сформировавшейся в результате радиационных аварий и инцидентов и длительного проживания в условиях радиационного облучения. Важность социально-экономической реабилитации таких территорий видится нам в кумулятивном воздействии экономических факторов на трудовые, медицинские, психологические факторы, в их взаимосвязи.
Мы определяем социально-экономическую реабилитацию как комплекс мер по восстановлению предыдущего состояния социально-экономической системы одновременно с компенсацией причиненного ущерба.
Реабилитация территорий радиоактивного загрязнения имеет свои особенности. В рамках региона и страны такие территории экономически связаны с соседними районами и не должны уступать им в развитии основных сфер жизнедеятельности людей, сельского хозяйства и промышленности. В ходе реабилитации территории радиоактивного загрязнения выводятся на уровень социально-экономического развития экологически чистых районов области и страны в целом. Восстановление доаварийного состояния возможно только при включении реабилитационных процессов в процесс социально-экономического развития.
На наш взгляд, сложность социально-экономического развития территорий радиоактивного загрязнения состоит в следующем. Обычно реабилитация имеет целью восстановление доаварийного состояния любой системы, в том числе социально-экономической. Но такое состояние уже не соответствует современным показателям «чистых» территорий, которые «ушли» вперед. Если во главу угла ставить только реабилитацию 72
рассматриваемых территорий по сравнению с «чистыми», они рано или поздно окажутся слабыми и отсталыми. Это определяет новое понимание реабилитации, когда цели ее достигаются при выведении социально-экономических показателей загрязненных территорий на уровень соответствующих средних показателей по регионам и стране. Тогда и только тогда территории радиоактивного загрязнения могут на равных участвовать в социально-экономическом развитии страны. Таким образом, сущность такой реабилитации заключается не только в восстановлении доаварийного состояния, но и в доведении до уровня «чистых» территорий и страны в целом. Предложенный нами подход к пониманию социально-экономической реабилитации территорий радиоактивного загрязнения позволяет рассматривать реабилитацию как фактор развития.
Можно выделить следующие критерии социально-экономической реабилитации территорий радиоактивного загрязнения:
— восстановление и выведение из депрессивного состояния-
— компенсация ущерба, связанного с потерей здоровья, нарушением окружающей природной и экономической среды-
— доведение социально-экономических показателей развития до среднеобластного уровня и уровня «чистых» территорий.
В ходе реабилитации воссоздаются условия социально-экономического развития, существовавшие до загрязнения, то есть осуществляются меры по предотвращению возможности дальнейшего экологического загрязнения и экологическому оздоровлению загрязненных территорий, вводятся земли в хозяйственное обращение, возвращаются сельскохозяйственные рабочие, обеспечивается информированность населения об экологической обстановке, создаются условия для самореализации, коммерческой деятельности, занятости и инвестирования, формируется соответствующее законодательство, совершенствуется медицинское обслуживание и социальная инфраструктура, осуществляется снабжение экологически чистыми продуктами питания.
Таким образом, социально-экономическая реабилитация территорий радиоактивного загрязнения есть комплекс социальных, экономических и экологических мер по восстановлению и выведению из депрессивного состояния одновременно с компенсацией ущерба здоровью, окружающей природной и экономической среде, а также доведение социально-экономического состояния до среднеобластного уровня. В ходе и на основе такой реабилитации можно и нужно развивать хозяйство территорий радиоактивного загрязнения.
За время реализации государственной, федеральных и областных программ реабилитации территорий радиоактивного загрязнения было осуществлено строительство жилья, дорог, объектов здравоохранения и социальной сферы, продолжено формирование медико-дозиметрических регистров населения, осуществлен комплекс мер по обеспечению населения экологически чистой продукцией, созданы крупномасштабные карты плотности загрязнения пойменных земель реки Течи.
В то же время по причине недостаточного финансирования не завершено строительство около 1500 объектов, не обеспечены жильем 4,3 тыс. семей переселенцев из радиоактивно загрязненных районов. С 1994 г. полностью прекратилось строительство автодорог [1. С. 244].
В процессе реабилитации уже встали вопросы запуска на территориях радиоактивного загрязнения механизма саморазвития, задействования их производственного, социального и интеллектуального потенциала в интересах всего народного хозяйства. На основе создания «мягкого» экономического климата (льготное кредитование, налоговая
и тарифная политика, страхование и проч.) и развития рыночных структур (внебюджетных фондов, коммерческих банков, бирж и т. д.) можно изыскать внутренние источники экономического развития загрязненных территорий.
Линии активизации территорий радиоактивного загрязнения за время реализации реабилитационных мер наметились вполне отчетливо. При этом не должно стираться своеобразие, наделяющее привлекательностью конкретную территорию, теряться то, что составляет их гордость и создает им известность. Нельзя требовать от рассматриваемых сельских поселений, чтобы они по темпам роста шли вровень с крупными поселениями. Потолок их развития определен возможностями района и потенциалом экономико-географического положения, его способностью сочетать развитие на ресурсах своего района и на дальних экономических связях.
При переходе от реабилитации к социально-экономическому развитию территорий радиоактивного загрязнения, на наш взгляд, следует руководствоваться принципами:
— сохранения приоритетов целенаправленной политики социальной защиты населения, восстановления нормальной жизни на территориях радиоактивного загрязнения, причем постепенно в возможной мере часть государственных полномочий, прав и обязанностей делегируется на региональный уровень-
— решения проблем реабилитации в процессе развития, связанных не с глобальными целями, а с реализацией конкретных мероприятий, решения определенных проблем по конкретным населенным пунктам-
— оптимального сочетания централизованных и децентрализованных источников финансирования реабилитационной политики в каждый конкретный период, естественным образом увязанного с процессом экономических преобразований при постепенном изменении пропорций между этими источниками в сторону увеличения доли децентрализованных-
— перехода от безвозмездного субсидирования к задействованию рыночных инструментов, построенных на началах возвратности вкладываемых в реабилитацию и развитие средств, окупаемости как централизованных, так и децентрализованных инвестиций.
Решение задач развития территорий радиоактивного загрязнения зависит, в конечном счете, от сформированного экономического механизма, адекватного новым условиям хозяйствования и рыночной экономики.
Он направлен на реализацию следующих направлений:
— развитие хозяйственной деятельности на основе различных форм собственности путем стимулирования деловой активности населения и обеспечение условий для предпринимательства-
— социальное развитие территорий радиоактивного загрязнения, повышение качества жизни населения-
— экологическое развитие, основанное на снижении вредного воздействия последствий радиационных аварий и радиационно опасного производства на население и окружающую среду-
— духовное развитие на основе повышения культурного уровня населения, сохранение ценного историко-культурного наследия, исторических традиций и обрядов, духовных ценностей и т. д. Духовному и психологическому возрождению, полагаем, могло бы способствовать название указанных территорий не как «территории радиоактивного загрязнения» (при признании в основном выполненными цели и задачи реабилитации), а как «территории, пострадавшие от радиационных аварий и инцидентов на ПО & quot-Маяк"-«.
Таким образом, сегодня пострадавшие территории поставлены перед неизбежностью решать весьма широкий круг задач по реформированию экономических отношений. С одной стороны, они продиктованы участием в процессе экономических преобразований в рамках российского экономического пространства, а с другой — обусловлены необходимостью проведения мероприятий по оздоровлению окружающей природной среды и социальной защите пострадавшего населения.
В соответствии с обозначенными выше критериями главные итоги реабилитационных мероприятий по указанным территориям Челябинской области следующие:
1. Проведено восстановление территорий радиоактивного загрязнения и выведение их из депрессивного состояния.
Земли, выведенные из хозяйственного оборота временно, полностью используются в хозяйственных целях. Проведена работа, в том числе законодательная, в области радиационной безопасности и предотвращения новых аварий [2. С. 4−6]. В настоящее время демографические показатели и структура населения характеризуются устойчивостью, хотя проблема возврата рабочих не была решена и через многие годы после аварии, а численность населения районов, которые пострадали из-за значительной миграции, не была восстановлена.
2. Несмотря на то, что нанесенный ущерб, оцененный с учетом общественного мнения, возмещен был на 30%, экономическую составляющую ущерба можно считать компенсированной, так как после аварии, повлекшей его, прошел значительный период времени и восстановление осуществлялось силами государства и населения. В то же время для возмещения потери здоровья и улучшения морально-психологической ситуации требуется еще большее время и соответствующая разъяснительная работа.
3. В результате реабилитации основные показатели социально-экономического развития районов территорий радиоактивного загрязнения в целом не уступают среднеобластным, созданы условия для дальнейшего развития загрязненных территорий.
Уровень занятости на территориях радиоактивного загрязнения выше среднеобластного (по сельским территориям), а безработицы — ниже. Развитие социальной сферы и медицинского обслуживания обеспечивает воспроизводство населения, однако, по мнению жителей, в недостаточном объеме. Проведена работа по обеспечению экологически чистой продукцией путем перепрофилирования производств и создания специализированных совхозов [3. С. 360−365], рекультивации земель [4. С. 106] и поставок с других территорий.
Однако информированность населения о радиационной ситуации и решении проблем территорий недостаточная, что наглядно видно по результатам опросов общественного мнения о ходе реализации программ реабилитации. Создание условий для развития на ТРЗ коммерческой деятельности происходит слабо- инвестирование ведется недостаточно активно. В настоящее время капитальные вложения являются здесь не условием развития, а идут на реабилитацию.
Таким образом, можно заключить, что предпринимаемые меры реабилитации по большинству показателей вывели территории радиоактивного загрязнения Челябинской области на уровень социально-экономического развития «чистых» районов. Социально-экономическая реабилитация территорий радиоактивного загрязнения в основном завершается. После 2010 г. останутся такие проблемы реабилитации, как снижение риска радиоактивного загрязнения объектов природной среды от потенциально опасных источников на ПО «Маяк», охрана здоровья населения, подвергшегося радиационному воздействию, социально-психологическая реабилитация пострадавшего населения.
Первоочередное значение, на наш взгляд, можно будет придавать социально-экономическому развитию рассматриваемых территорий, однако при условии осуществления ряда указанных выше реабилитационных мер.
Тем самым роль реабилитации как фактора социально-экономического развития, в отличие от других, непременно будет снижаться по мере решения проблем, связанных с радиоактивным загрязнением территорий. На первый план уже выходит проблема устойчивого развития территорий, пострадавших от аварий и инцидентов на ПО «Маяк».
Список литературы
1. Экологические и медицинские последствия радиационной аварии 1957 года на ПО «Маяк» = Ecological and health effects of the radiation accident of 1957 at the Mayak PA / Урал. науч. -практ. центр радиац. медицины (УНПЦ РМ) — науч. ред. А. В. Аклеев, М. Ф. Киселев. М.: Медбиоэкстрем, 2001. 294 с.
2. Подтесов, Г. Н. Основные итоги реализации государственной политики в области преодоления последствий радиационных аварий на ПО «Маяк» и обеспечения радиационной безопасности населения Челябинской области / Г. Н. Подтесов // Обл. экол. альм. Челябинск, 2007. С. 2−6.
3. Сельскохозяйственная радиоэкология / Р. М. Алексахин [и др.] - под ред. Р. М. Алек-сахина, Н. А. Корнеева. М.: Экология, 1992. 400 с.
4. Челябинская область: ликвидация последствий радиационных аварий / под ред. А. В. Аклеева. Челябинск: ЮУКИ, 2006. 344 с.
И. А. Кулькова
КОЛИЧЕСТВЕННАЯ ОЦЕНКА АКТИВНОСТИ ТРУДОВОГО ПОВЕДЕНИЯ ЗАНЯТЫХ В УРАЛЬСКОМ РЕГИОНЕ
Изложены результаты социально-экономического исследования дополнительной занятости как формы реализации трудового поведения работников в Уральском регионе. Изучены объем, виды, причины и результат дополнительной занятости. Предложены и рассчитаны показатели, позволяющие дать количественную оценку активности трудового поведения.
Ключевые слова: трудовое поведение, социальный статус, дополнительная занятость, доходы населения.
Количественная оценка активности трудового поведения, под которым автор понимает совокупность сознательных поступков и действий, связанных с созиданием материальных и духовных благ, направленных на удовлетворение определенных человеческих потребностей и востребованных людьми, затруднена. Являясь качественной характеристикой, активность сложно поддается измерению. Однако в ситуации с дополнительной занятостью проблема облегчается, поскольку дополнительная занятость является проявлением личной материальной заинтересованности работников, обладающих повышенной работоспособностью, в дополнительной трудовой нагрузке [4. С. 65], она сама по себе является формой проявления трудовой активности.
Исходной базой для количественной оценки активности трудового поведения занятых являются результаты опросов населения [2]. С целью изучения феномена дополнительной 76
занятости, выявления объема, причин, видов и ее результативности автор провел самостоятельное социологическое исследование в четырех областях Уральского региона: Свердловской, Челябинской, Пермской и Курганской.
Всего было опрошено 1150 человек, выборка строилась методом квот, соответствие выборки и генеральной совокупности обеспечивалось по параметрам пола и области проживания (табл. 1).
Таблица 1
Соответствие генеральной [3] и выборочной совокупностей
Область Численность занятого населения всего, тыс. чел. Доля мужчин в занятом населении, % Доля женщин в занятом населении, % Численность опрошенных всего, чел. Доля опрошенных мужчин, % Доля опрошенных женщин, %
Свердловская 2087,1 1057,5 19,8 450 19,8 19,3
Челябинская 1613,3 824,2 15,4 350 15,5 15,0
Курганская 389,5 199,2 3,7 100 4,5 4,2
Пермская 1246,9 618,1 11,6 250 10,8 10,9
Всего 5336,8 2699,0 50,6 1150 50,6 49,4
Анализ результатов социологического исследования позволил автору выделить несколько показателей, характеризующих дополнительную занятость.
Первый показатель — коэффициент дополнительной занятости. Он определяется долей имеющих дополнительную работу или приработки в общей численности занятых. По результатам исследования коэффициент составил 0,414. Такой высокий его уровень объясняется тем, что автор опрашивал только городское население, уровень дополнительной занятости которого выше, чем в сельской местности.
Большое влияние на уровень данного коэффициента оказывают социально-демографические и статусные характеристики занятых. Хотя пол не влияет на наличие дополнительной работы, но наличие семьи увеличивает коэффициент в два раза. Дополнительную занятость имеют чаще люди в возрасте от 20 до 49 лет- чем выше уровень образования и социально-профессиональный статус, тем большее число занятых имеют дополнительную работу.
Автор дополнил данные социологического исследования экономическими расчетами по одному из районов Челябинской области.
Кусинский район — это один из горнозаводских районов с административным центром в городе Куса, в котором проживает 21,1 тыс. человек. На территории района в период проведения социологического исследования находилось 207 предприятий, организаций и учреждений различных видов собственности, на которых было занято 9599 человек.
Результаты опроса в данном районе показали, что 44,0% респондентов имели дополнительную работу или приработки. Автор также определил процент дополнительной занятости на основе косвенного метода сопоставления доходов и расходов.
Были рассчитаны суммарные расходы населения в год проведения исследования. Они равнялись сумме розничного товарооборота и объема платных услуг населению, т. е. 58 156 тыс. р.
Суммарные задекларированные доходы населения за тот же период составили 32 449,186 тыс. р. Они были рассчитаны путем суммирования произведения численности занятых в экономике на среднемесячную заработную плату одного работающего по району с годовым фондом пособия по безработице (данные взяты в бухгалтерии службы
занятости) и годовым пенсионным фондом (данные взяты в фонде пенсионного обеспечения).
Дополнительные доходы населения составили разницу между суммарными расходами населения и суммарными задекларированными доходами и были равны 25 706,814 тыс. р.
Можно предположить, что часть этих расходов — прежние накопления, однако, если не принимать этот факт в расчет, можно косвенно рассчитать процент дополнительной занятости населения, который составил в районе 44,2%.
Вторым показателем является уровень потенциальной дополнительной занятости, который оказался выше реальной. По результатам опроса в ближайшем будущем собираются найти дополнительную работу или возможность прирабатывать 62% респондентов. Потенциальная активность мужчин выше (55,6%), чем женщин (44,6%). С возрастом потенциальная активность снижается.
Третьим показателем является продолжительность дополнительной занятости в часах. Оценка объема дополнительной занятости в часах показывает, что у 60,3% респондентов дополнительная работа занимает в среднем от 14 до 28 часов в неделю, у 31,1% - менее 14 часов в неделю, у 6,9% - от 28 до 42 часов в неделю и у 1,7% опрошенных основная и дополнительная работа поменяны местами по времени занятости.
Автор рассчитал среднее время занятости на дополнительной работе, используя метод определения средневзвешенной величины, где весами будет численность опрошенных дополнительно-занятых. Среднее время занятости на дополнительной работе (приработках) составляет 18,1 часа в неделю, что совпадает с данными других авторов [4. С. 37].
Четвертым показателем является коэффициент занятости в личном подсобном хозяйстве сверх основной и дополнительной работ. Данный коэффициент оказался равным 0,656, т. е. две трети опрошенных заняты еще и в личном подсобном хозяйстве, которое у 91,5% опрошенных состоит из садово-огородного участка. Автор объясняет тем, что опрос велся в основном среди городских жителей.
Пятым показателем автор выделил структуру видов дополнительной занятости. Самым популярным видом является совместительство, далее — профессиональная деятельность по контракту, заказу (табл. 2).
Таблица 2
Виды дополнительной работы, приработков у респондентов в зависимости от социально-профессионального статуса, %
Виды дополнительной работы Всего Руководители Специалисты Служащие Рабочие
Совместительство 37,2 64,7 47,8 41,7 31,3
Оказание услуг по строительству, ремонту, пошиву одежды 12,6 5,9 10,4 11,7 37,4
Профессиональная деятельность по контракту, заказу 14,1 23,5 14,8 14,6 11,1
Частные уроки, репетитор -ство 8,3 2,9 18,3 9,7 2,0
Торговля 8,5 2,9 3,5 13,6 12,1
Производство товаров на продажу 3,6 2,9 3,5 3,9 4,0
Другое 3,6 — 3,5 5,8 1,0
Виды дополнительной занятости обусловливают и ее профессионально-квалификационный уровень. Большинство (37,3%) работают на дополнительной работе по той же профессии, что и на основной, еще 18,2% - по родственной, близкой профессии, специальности. Этим же объясняется результат ответов на вопрос о квалификации дополнительной работы. Почти у трети опрошенных (27,5%) дополнительная работа требует квалификации меньшей, чем на основной работе, у 41,1% требуется такая же квалификация, а у седьмой части дополнительно занятых (14,1%) требуется даже более высокая квалификация, чем на основной работе.
Следующим, шестым показателем автор определяет структуру мотивов к дополнительной занятости. На вопрос о причинах дополнительной работы, как и ожидал автор, подавляющее большинство респондентов назвали основной причиной стремление увеличить свои доходы (63,3%). На втором месте по значимости стоит мотив получения более интересной работы, реализация своих способностей (8,5%). На третьем месте — желание завести нужные знакомства, связи (6,3%). За ним следует намерение получить стабильное рабочее место (5,8%), и, наконец, стремление занять свободное время (1,5%).
Выяснилось, что желание увеличить свои доходы не зависит от семейного положения: так, 63,3% одиноких респондентов и 63,5% семейных мотивированы на дополнительную работу дополнительными доходами. Различия в мотивации видны в зависимости от статуса занятости и доходов супруга.
Вопрос, оставили бы респонденты дополнительную работу, если бы основная работа обеспечила приемлемый уровень жизни, выявлял реальную долю дополнительно занятых, мотивированных дополнительным доходом. Категорично «да» ответили только 47,3% опрошенных, еще 17,3% скорее согласились бы оставить дополнительную работу, что в сумме составляет 64,6%. Данная цифра ниже доли мотивированных дополнительным доходом (73,4%). Можно сделать вывод, что у остальных респондентов при ответе на вопрос о причинах дополнительной занятости сработал стереотип ответов, а реальная доля мотивированных повышением дохода составляет не более 65%.
Активность трудового поведения характеризует и тот результат, который дает дополнительная занятость. В качестве результирующих индикаторов автор выбрал доход, время и превращение дополнительной занятости в основную. Поскольку основной причиной дополнительной занятости является дополнительный доход, в первую очередь был проанализирован получаемый доход (табл. 3).
Таблица 3
Соотношение доходов на дополнительной и основной работах
Доля опрошенных, чей доход на дополнительной работе
Категории опрошенных по отношению к основному доходу составляет
менее 50% 50% более 50% равен или чуть больше в два раза больше более чем в два раза больше
Всего 30,7 19,2 16,5 15,7 13,6 4,3
В том числе:
Мужчины 27,9 16,8 16,2 15,7 17,3 6,1
Женщины 33,7 21,9 16,9 15,7 9,6 2,2
Руководители 34,2 5,3 7,9 15,8 28,9 7,9
Специалисты 24,8 21,5 24,8 17,4 9,1 2,5
Служащие 38,3 23,4 7,5 14,0 9,3 7,5
Рабочие 28,7 17,6 18,5 15,7 17,6 1,9
Дополнительная
работа регулярна 26,6 17,7 16,7 15,1 19,3 4,7
Имелись случайные
приработки 35,2 20,4 16,9 14,1 8,5 4,9
Из таблицы видно, что наибольшая доля опрошенных получают на дополнительной работе доход, который составляет менее 50% основного заработка. Однако средние доходы от дополнительной занятости составляют от 50 до 100% доходов на основной работе. С ростом дохода от дополнительной занятости доля опрошенных уменьшается. Мужчины в два раза чаще женщин получают доход от дополнительной занятости, дважды превышающий основной доход, и в три раза чаще — более чем в два раза превышающий.
Другим результатом дополнительной занятости является то, что она может стать основной. Однако почти половина опрошенных (49,0%) однозначно ответили отрицательно на данный вопрос, еще 35,3% сомневаются, что это возможно, и только 15,7% ответили, что дополнительная работа в будущем может стать регулярной целодневной. Определяющими в переходе с основного места работы на дополнительное для респондентов являются уровень квалификации и доход. У 43,3% указанной группы респондентов дополнительная работа требует большей квалификации, чем основная, у 40,0% - такого же уровня, и лишь у 16,7% - меньшей квалификации. Ни один из опрошенных данной группы не ответил, что дополнительная работа вообще не требует никакой профессиональной подготовки.
Третьим результатом дополнительной занятости является отсутствие свободного времени, досуга. Автор предполагал, что при наличии нескольких работ и подсобного хозяйства у дополнительно занятых просто не остается времени на досуг, однако эта гипотеза автора не подтвердилась. Только 5,3% дополнительно занятых ответили, что у них нет времени на досуг. Остальные респонденты отметили в среднем по три формы проведения досуга. Дополнительно занятые удовлетворены своим досугом практически в той же мере, как и те, у кого нет дополнительной работы.
Автор исследовал также удовлетворенность дополнительной занятостью как субъективный результирующий показатель. В целом половина дополнительно занятых (49,4%) второй работой не удовлетворены и только 37,5% удовлетворены в той или иной мере. Основной причиной неудовлетворенности является низкий доход на дополнительной работе.
Таким образом, дополнительная занятость решает широкий спектр социально-экономических проблем в обществе и служит более полному удовлетворению потребностей самих дополнительно занятых.
Список литературы
1. Швецов, Ю. Г. Дифференциация рабочего времени и формы вторичной занятости / Ю. Г. Швецов. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1989.
2. Работающее население России: настроение и оценки (июль 1998) // Экон. и социал. перемены: мониторинг обществ. мнения. 1998. № 5.
3. Сайт Всероссийской переписи населения 2002 года [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: //www. perepis2002. ru
4. Хибовская, Е. А. Вторичная занятость в разных секторах экономики / Е. А. Хи-бовская // Экон. и социал. перемены: мониторинг обществ. мнения. 1996. № 3.
Ю. Н. Лукин
ОЦЕНКА И КОМПЕНСАЦИЯ УЩЕРБА ОТ УНИЧТОЖЕНИЯ ЗЕЛЁНЫХ НАСАЖДЕНИЙ НА ТЕРРИТОРИИ г. ЧЕЛЯБИНСКА
Изложена методика оценки ущерба от уничтожения зеленых насаждений на территории г. Челябинска и создания финансовых источников для его компенсации.
Ключевые слова: компенсация ущерба, затратный подход, зеленые насаждения, обследование, текущие издержки.
Для оценки ущерба от уничтожения зеленых насаждений и создания финансовых источников с целью его компенсации предлагается использовать методические подходы, рекомендованные Европейскими стандартами оценки для определения стоимости многолетних насаждений (ЕС0−2000). В соответствии с данными стандартами многолетние насаждения могут оцениваться доходными и затратными методами. Так как городские зеленые насаждения не приносят дохода, то для их оценки применяется затратный метод.
При оценке многолетних насаждений затратным методом суммируются все виды затрат, связанные с их созданием и уходом за ними. Таковыми являются затраты на закладку плантации, создание инфраструктуры в виде дорог, систем полива, резервуаров для воды, создание дренажных систем, строительство специальных сооружений для хранения и первичной переработки продукции, создание других подобных объектов, а также затраты на содержание объектов инфраструктуры и уход за многолетними культурами.
В Европейских стандартах оценки стоимость многолетних культур, рассчитанная подобным образом, называется капитальной стоимостью. Она определяется стоимостью земли, инфраструктуры, затратами на посадку культуры и текущими годовыми затратами, связанными с уходом за культурой и ее доведением до состояния, в котором она находится на дату оценки (выращивание). На эту величину начисляются проценты при определении отдачи на капитал и величины его возмещения.
В отечественной практике существует аналогичный подход к оценке многолетних насаждений, включая насаждения, не являющиеся плодовыми, например зеленые насаждения в городах. Их стоимость, называемая восстановительной стоимостью, определяется единовременными затратами по созданию насаждений. Однако текущие затраты в расчетах не учитываются. Данный подход был применен независимо от Европейских стандартов оценки отечественными исследователями, а также рядом нормативных документов, устанавливающих порядок оценки стоимости многолетних насаждений.
В наиболее полном виде данный подход раскрыт в «Методике оценки стоимости зеленых насаждений и исчисления размера ущерба и убытков, вызываемых их повреждением и (или) уничтожением на территории Москвы"1, а также в работах С. Н. Бобылева, О. Е. Медведевой [1−3], посвященных вопросу оценки стоимости объектов живой природы, не имеющих открытых рынков.
В методике, применяемой в Москве, использован принцип оценки многолетних насаждений, рекомендуемый Европейскими стандартами оценки: стоимость зеленых насаждений определяется суммированием единовременных затрат по созданию данных насаждений и текущих затрат по уходу за ними на протяжении определенного периода,
1 Распоряжение Мэра Москвы от 14 мая 2001 года № 490-РМ.
равного или сроку жизни (для городских насаждений), или сроку достижения возраста плодоношения (для плодово-ягодных культур). Данная величина называется действительной восстановительной стоимостью в отличие от традиционно применяемого термина восстановительная стоимость. Для учета индивидуальных особенностей зеленых насаждений, их ценности, определяемой местоположением, применяются поправочные коэффициенты, а стоимость, полученная с применением поправочных коэффициентов, называется компенсационной стоимостью.
Адаптация затратного подхода для оценки зеленых насаждений в г. Челябинске позволяет сформулировать основные положения методического обеспечения оценки и компенсации ущерба, вызываемого уничтожением городских зеленых насаждений и естественной растительности в городе.
Основные положения методики оценки городских зеленых насаждений и естественной растительности города Челябинска
Городские зеленые насаждения и естественная растительность относятся к объектам недвижимости (ст. 130 ГК РФ), не вовлеченным в рыночный оборот1. При вынужденном и незаконном сносе зеленых насаждений, связанном с застройкой города, прокладкой подземных коммуникаций, строительством линий электропередач, других сооружений и прочими видами пользования, а также при незаконном уничтожении или повреждении зеленых насаждений должна взыскиваться величина, равная их компенсационной стоимости.
Компенсационная стоимость определяется на основе величины капитальной стоимости зеленых городских насаждений и естественной растительности. Капитальная стоимость определяется затратами на воспроизведение деревьев, кустарников, газонов, других видов участков зеленых насаждений, равноценных по своим параметрам оцениваемым объектам. При этом в структуру затрат помимо единовременных вложений, связанных непосредственно с посадкой, включаются все текущие затраты по уходу за зелеными насаждениями на протяжении периода их жизни. Это достигается техникой капитализации затрат и применением приема дисконтирования для приведения разновременных затрат к единому моменту времени.
Оценка капитальной стоимости городских зеленых насаждений и естественной растительности основана на применяемом в теории оценки недвижимости принципе условного замещения оцениваемого объекта другим, максимально приближенным к нему по своим параметрам и функциональному назначению.
Так как зеленые насаждения — это обязательный элемент городской среды, выполняющий эстетические, экологические (поглощение шума, пыли, иных загрязняющих веществ, место обитания городских видов растений и животных), рекреационные (место отдыха, фактор укрепления и сохранения физиологического и психического здоровья людей) функции, то для учета этих параметров в величине их стоимостной оценки применяются поправочные коэффициенты, позволяющие получить показатель компенсационной стоимости, являющийся оценкой каждого индивидуального объекта — конкретного дерева, газона, лесопаркового массива.
Компенсационная стоимость конкретных объектов или участков уничтоженных или поврежденных зеленых насаждений рассчитывается на основе их капитальной стоимости
1 В настоящее время в данную статью внесена поправка, согласно которой зеленые насаждения, леса и деревья исключены из объектов недвижимости, но это не меняет экономической сути расчета их стоимости.
с применением коэффициентов, учитывающих экологическую значимость зеленых насаждений, возраст и фактическую обеспеченность населения зелеными насаждениями в различных районах и микрорайонах г. Челябинска. Применяется повышающий коэффициент для зеленых насаждений, расположенных в жилых кварталах, в полосах и на других участках зеленых насаждений, отделяющих жилые дома от автомобильных дорог и промышленных зон.
В случае отвода земельных участков, занятых зелеными насаждениями, для строительства проездов, стоянок, иных сооружений и объектов в расчет капитальной стоимости должна включаться стоимость подготовки аналогичного земельного участка для озеленения соответствующего района (микрорайона) города в другом месте, включая стоимость приобретения земельного участка и фактическую стоимость подготовки участка (затраты на проектирование, снос нефункциональных объектов, планировка и т. п.).
В случаях, когда зеленые насаждения находятся в частной (не муниципальной) собственности, вопрос возмещения ущерба, причиняемого городскому зеленому хозяйству, нарушением этих зеленых насаждений рассматривается, когда соответствующие земельные участки имеют обязательное обременение (предоставлены владельцу в пользование или собственность с условием сохранения норм озеленения в соответствии с проектом или действующими нормативами).
Обследование и оценка зеленых насаждений, подлежащих вынужденному сносу, проводится специальной комиссией на платной основе в период предварительного согласования материалов по отводу земельного участка для производства строительных или иных работ. Организация и порядок работы комиссии определяются администрацией города Челябинска. В случае незаконного сноса или повреждения зеленых насаждений стоимость работы по обследованию зеленых насаждений и оценке их компенсационной стоимости включается в размер компенсационной стоимости, предъявляемой виновному юридическому или физическому лицу для возмещения.
Взимание компенсационной стоимости за вынужденный снос зеленых насаждений, расположенных в границах охранных зон инженерных сооружений (сетей) при их обслуживании и ремонте, производится с применением понижающего коэффициента — 0,5. При проведении указанных работ за счет средств городского бюджета администрация города вправе полностью или частично снизить размер платы компенсационной стоимости при условии проведения обслуживающей организацией рекультивации нарушенных участков в установленные сроки.
Компенсационная стоимость (КМС) конкретных объектов или участков уничтоженных или поврежденных зеленых насаждений определяется умножением размера капитальной стоимости (КС) на соответствующие коэффициенты, учитывающие экологическую значимость зеленых насаждений, возраст и фактическую обеспеченность населения зелеными насаждениями в различных районах и микрорайонах в г. Челябинске:
КМС = КС х Кз х Км х Ксост + Со,
где Кз — коэффициент значимости зеленых насаждений, учитывающий средозащитную, природоохранную, историко-культурную, рекреационную и эстетическую ценность зеленых насаждений и устанавливающийся в зависимости от ведущих функций, выполняемых зелеными насаждениями-
Км — коэффициент поправки на местоположение зеленых насаждений- Ксост — коэффициент поправки на текущее состояние насаждений-
Со — стоимость работы комиссии (рабочей группы) по обследованию зеленых насаждений и оценке компенсационной стоимости (при отсутствии соответствующих расценок, утвержденных администрацией г. Челябинска, принимается равной 0).
Можно рекомендовать следующие значения поправочных коэффициентов:
Кз = 2 для средозащитных зеленых насаждений, то есть расположенных в санитарно-защитных зонах предприятий, для защитных полос вдоль транспортных магистралей, для прибрежных полос, для всех категорий особо охраняемых территорий-
Кз = 1,5 для рекреационных территорий: городских садов, парков, бульваров, скверов и др. -
Кз = 1 для остальных видов зеленых насаждений.
Км учитывает обеспеченность жителей районов и микрорайонов города зелеными насаждениями с учетом их местоположения:
Км = 2 для районов и микрорайонов с обеспеченностью зелеными насаждениями ниже нормативной-
Км = 1 для нормативно обеспеченных районов и микрорайонов-
Ксост = 1 для условно здоровых зеленых насаждений-
Ксост = 0,5 для ослабленных зеленых насаждений.
Данные коэффициенты установлены экспертно. Экономически подтвержденное обоснование данных величин возможно сделать только исходя из выявления социальных предпочтений людей, оценки их готовности платить за сохранение различных категорий зеленых насаждений и различий в стоимости земельных участков на территории города.
Компенсационная стоимость при повреждении или уничтожении группы объектов зеленых насаждений (несколько или множество деревьев, в том числе с прилегающей кустарниковой растительностью или газонами) определяется как сумма компенсационных стоимостей каждого конкретного объекта. При определении компенсационной стоимости допускается применение средних для этой группы показателей возраста, метрических характеристик, количества экземпляров на единицу площади, коэффициентов Кз, Км, Ксост, стоимости земельных участков соответственно.
Величина капитальной стоимости древесно-кустарниковой растительности и других объектов зеленых насаждений определяется по преобладающим породам по формуле
где КС — капитальная стоимость наиболее распространенных пород деревьев и кустарников, газонов и цветников-
ЕИ — единовременные затраты по посадке деревьев, кустарников, созданию газонов и цветников-
е — ставка дисконтирования-
ТИ (- величина текущих издержек по уходу за зелеными насаждениями- п — средний возраст деревьев (кустарников) или нормативный срок создания газона, цветника. При отсутствии нормативных сроков время выращивания полноценного газона, цветника, других покрытий из многолетней травяной растительности устанавливается в размере трех лет.
Если текущие затраты являются постоянной величиной, то для использования в практических расчетах приведенную выше формулу можно преобразовать следующим образом:
п
КС = ЕИ + ТИ х Кк,
где ЕИ — единовременные затраты по посадке конкретных, подлежащих оценке видов деревьев, кустарников, созданию газонов и цветников (значения приведены в соответствующих таблицах) — ТИ — текущие годовые издержки-
Кк — коэффициент капитализации, определяющий суммарную величину будущих затрат в настоящий момент времени (текущая стоимость аннуитета) при ставке дисконтирования 0,03.
В табл. 1 приведены расчетные значения Кк для разных возрастов деревьев при ставке дисконтирования 0,03.
Таблица 1
Значения коэффициента дисконтирования для разных возрастов поврежденных или уничтоженных зеленых насаждений
Возраст, лет 10 15 20 25 30 35 40 45 50 55 60
Кдиск 8,785 12,294 15,321 17,934 20,187 22,130 23,806 25,254 26,501 27,577 28,505
Единовременные затраты определяются суммированием затрат на приобретение посадочного материала, растительного грунта, затрат по очистке и планировке территории, созданию дренажа, посадке деревьев и кустарников, накладных расходов и плановой прибыли.
При оценке объектов садово-паркового строительства в состав единовременных затрат включаются затраты по подготовке проектной документации. Стоимость включаемого при отчуждении из состава зеленых насаждений земельного участка включается в состав единовременных затрат по нормативной или рыночной стоимости, определяемой на основании заключения городских органов по землеустройству.
Текущие затраты определяются структурой затрат по уходу за зелеными насаждениями, принятой в г. Челябинске. При этом используются нормативные значения в расчете на одно дерево, один кв. м газона и т. д. В табл. 2 приведены рассчитанные нормативные значения величины текущих издержек.
Таблица 2
Величина текущих издержек (ТГ) по уходу за подлежащими восстановлению видами зеленых насаждений на один календарный год, р. (по фактическим ценам на 01. 10. 02)
Наименование работ Работа автотранспорта (м/ч) Итого
Вид деревьев и кустарников Стрижа (формирование кроны) Вырезка сухих веток Погрузка мусора на а/т Стоимость талонов ЗИЛ 0,04 Поливомойка (0,08) Итого с налогами и НДС
Деревья (р. за 1 дерево) 16,60 5,69 0,45 0,45 3,91 47,2 74,3 90,1
Кустарники, вы-
саженные
в живую изго- 41,49 11,38 0,22 0,22 3,91 9,44 66,66 80,8
родь (р. на 1 п. м)
Кустарники, вы-
саженные
в группу (р. на 1 кустарник) 0,17 5,69 0,22 0,22 3,91 9,44 19,65 23,8
В случае отсутствия данных об удельных текущих затратах, приходящихся на единичный объект, расчет этого показателя производится на основе данных об общих затратах на единицу площади и нормативного количества деревьев или кустарников на единице оцениваемой территории.
Возраст деревьев (газонов) принимается по средней продолжительности жизни основных древесных пород в городе (деревья и кустарники — до 60 лет- газоны — до 5 лет). При отсутствии данных о возрасте нарушенных газонов срок их восстановления (срок приведения будущих текущих затрат) принимается равным 5 годам.
Ставка дисконтирования устанавливается по величине ставки валютного депозита Сбербанка России на момент проведения оценки.
Оценка также может проводиться индивидуально на основе расценок коммерческих фирм, работающих в сфере озеленения города.
Таким образом,
— для оценки ущерба от сноса зеленых насаждений и создания финансовых источников для его компенсации предлагается использовать затратный подход, в соответствии с которым при оценке зеленых насаждений суммируются все виды затрат, связанные с их созданием и уходом за ними-
— при вынужденном и незаконном сносе зеленых насаждений, связанном с застройкой города, прокладкой подземных коммуникаций, строительством линий электропередач, других сооружений и прочими видами пользования, а также при незаконном уничтожении или повреждении зеленых насаждений должна взыскиваться величина, равная их компенсационной стоимости, а в расчет капитальной стоимости новых сооружений и объектов городской инфраструктуры должна включаться стоимость подготовки аналогичного земельного участка для озеленения соответствующего района (микрорайона) города в другом месте.
Список литературы
1. Бобылев, С. Н. Экономическая оценка биоразнообразия / С. Н. Бобылев [и др.]. М., 1999.
2. Бобылев, С. Н. Экономика сохранения биоразнообразия: справочник / С. Н. Бобылев, О. Е. Медведева, С. В. Соловьева. М.: Ин-т экономики и природопользования, 2002.
3. Бобылев, С. Н. Экология и экономика: пособие по региональной экологической политике / С. Н. Бобылев, О. Е. Медведева. М.: Акрополь: ЦЭПР, 2004.
4. Ресин, В. И. Развитие больших городов в условиях переходной экономики: системный подход / В. И. Ресин, Ю. С. Попков. М., 2000.
А. К. Осипов, Д. М. Зорин
УПРАВЛЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫМИ И МУНИЦИПАЛЬНЫМИ ЗЕМЛЯМИ В НАСЕЛЕННЫХ ПУНКТАХ НА ОСНОВЕ ИХ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ОЦЕНКИ
Рассматриваются вопросы повышения эффективности управления государственными и муниципальными землями в населенных пунктах, на которых расположены объекты недвижимости, подлежащие отчуждению.
Ключевые слова: эффективность управления, земельные ресурсы, экономическая оценка, муниципальные земли, рыночная стоимость.
Земельные ресурсы, представляющие собой особый вид природных ресурсов, являются достоянием всего этноса, проживающего на соответствующей территории, и имеют повышенное значение для развития соответствующего публично-правового образования, что отмечается рядом авторов, в том числе Н. В. Комовым, Д. Б. Аратским, П. В. Кухтиным, В. В. Лобановым и др. [1- 2]. Данное обстоятельство требует от органов власти публично-правового образования участия в процессе управления земельными ресурсами и регулирования земельных отношений [2].
Государственное управление земельными ресурсами (на разных уровнях власти в Российской Федерации) в общем случае включает в себя:
— государственное регулирование земельных правоотношений и рынка земли и недвижимости, распространяющее свое управленческое действие на все земли, вне зависимости от формы собственности, и направленное на создание правовых и экономических стимулов и правил, способствующих рациональному и эффективному использованию земельных ресурсов, формирование устойчивого рынка земли и рынка недвижимости, повышения качества экономической оценки земли и недвижимости-
— непосредственное управление государственными и муниципальными землями, т. е. земельными участками (земельными ресурсами в более широком смысле), находящимися в государственной и муниципальной собственности.
Доля земель, находящихся в государственной (федеральной, субфедеральной, нераз-граниченной государственной) и муниципальной собственности в общей площади земель, по данным Федерального агентства кадастра объектов недвижимости, составляет в Российской Федерации до 92% (по состоянию на 1 января 2005 г.), а в Удмуртской Республике до 68% (рис. 1) [3- 4]. Доля земель населенных пунктов относительно невелика (около 5% в УР), однако значение этих земель очень велико, поскольку именно в городах (населенных пунктах) концентрируется экономический, финансовый и трудовой потенциал населения [2]. В этой связи повышение эффективности управления государственными и муниципальными землями в населенных пунктах приобретает повышенное значение.
Государственные и муниципальные земли в населенных пунктах можно подразделить на застроенные и незастроенные. Застроенные земельные участки можно подразделить на земли, занятые объектами недвижимости, находящимися в государственной и муниципальной собственности (которые могут передаваться в оперативное управление, хозяйственное ведение, временное пользование, в том числе в аренду, аренду с правом выкупа, доверительное управление, концессию), и земли, занятые объектами недвижимости, находящимися в частной собственности.
Управление государственными и муниципальными землями в населенных пунктах, представляющее собой систематическое, сознательное и целенаправленное воздействие
87
государства и общества на основе познания и использования объективных закономерностей и тенденций в интересах обеспечения эффективного функционирования земельных ресурсов, их рационального использования и охраны [5], сталкивается с множеством проблем. В целом проблемы управления государственными и муниципальными землями в населенных пунктах можно сгруппировать в три группы: проблемы информационного обеспечения, проблемы принятия управленческих решений и проблемы реализации управленческих решений.
0,7% 0,4% 4,7% 0,9%
0,5%
5%
У//А в собственности граждан | | в собственности юридических лиц I | в государственной неразграниченной собственности
в собственности Российской Федерации и ее субъектов
в муниципальной собственности — 0,0%
земли населенных пунктов | | земли промышленности !¦& quot- у. ¦'-¦-: I земли с. -х. назначения ШШЯ земли лесного фонда I I земли водного фонда земли лесного фонда
земли особо охраняемых территорий — 0,0%
Рис. 1. Структура земельных ресурсов в Удмуртии по состоянию на 1 января 2006 г.
При управлении государственными и муниципальными землями, на которых расположены объекты недвижимости, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, возникает проблема повышения эффективности использования таких земель при принятии решения об отчуждении или списания объектов недвижимости.
Отчуждение объектов недвижимости из собственности публично-правового образования осуществляется различными способами:
— в порядке приватизации способами, предусмотренными законодательством о приватизации-
— в порядке хозяйственного оборота, когда унитарное предприятие или учреждение осуществляет отчуждение объекта недвижимости по согласованию с органом власти публично-правового образования, уполномоченного распоряжаться его собственностью-
— в порядке принудительного отчуждения объектов недвижимости, находящихся в пользовании унитарных предприятий или учреждений на соответствующем праве, для погашения их обязательств либо по искам органам власти или должностным лицам (в том числе погашение государственного и муниципального долга), которые удовлетворяются за счет средств казны-
— в порядке осуществления конкурсного производства, проводимого в отношении унитарных предприятий и учреждений.
В настоящее время отчуждение объектов недвижимости, находящихся в собственности публично-правовых образований и переданных в оперативное управление и хозяйственное ведение, чаще всего осуществляется в порядке хозяйственного оборота,
что обусловлено минимизацией затрат публично-правового образования на организацию процесса отчуждения недвижимости. До разграничения государственной собственности на землю на собственность РФ, субъекта РФ, муниципальных образований отчуждение недвижимости данным способом предполагало переход покупателю права пользования соответствующей частью земельного участка (или всего земельного участка) с возможностью дальнейшего выкупа земельного участка по специально установленной выкупной цене.
После разграничения государственной собственности на землю отчуждение объекта недвижимости должно осуществляться одновременно с земельным участком, на котором он расположен, что предусматривается законодательством [6- 7]. Дальнейшее отчуждение объектов недвижимости, находящихся в собственности публично-правовых образований, в порядке хозяйственного оборота сталкивается с рядом проблем правового и экономического характера.
Во-первых, законодательством предусмотрено, что унитарные предприятия и учреждения, созданные публично-правовыми образованиями, вправе отчуждать с разрешения собственника имущество, закрепленное за ними на праве хозяйственного ведения или оперативного управления [8- 9]. Земельные участки на данных правах не предоставляются, а следовательно, их отчуждение не может входить в компетенцию унитарных предприятий или учреждений. Орган власти публично-правового образования, уполномоченный распоряжаться земельными участками, находящимися в собственности публично-правового образования, для организации одновременного отчуждения недвижимости и земельных участков может передать функции по отчуждению земельных участков унитарным предприятиям и учреждениям. При этом необходимо отметить, что унитарные предприятия и учреждения не являются специализированными организациями по проведению торгов. Отчуждение объектов недвижимости (а вместе с ними и земельных участков) путем заключения договоров купли-продажи или мены в ходе прямых переговоров (т. е. без проведения торгов), что по своей сути является приватизацией, нарушает положения законодательства о приватизации в отношении способов и принципов приватизации [10]. Также не соответствуют законодательству о приватизации сделки по передаче государственного или муниципального имущества в аренду с правом выкупа.
Во-вторых, отчуждение государственной и муниципальной недвижимости по сделкам, заключенным путем проведения прямых переговоров, не позволяет реализовать весь возможный потенциал увеличения выкупной цены и максимизировать поступления в бюджет. В случае отчуждения объектов недвижимости с земельными участками унитарными предприятиями и учреждениями последним подлежит возмещению балансовая стоимость отчуждаемых объектов недвижимости, находящихся у унитарных предприятий и учреждений на праве хозяйственного ведения или оперативного управления и учитываемых на их балансе, что может существенным образом снижать доходы в бюджет. Наиболее ярко это проявляется в случае отчуждения унитарным предприятием или учреждением неиспользуемой недвижимости или недвижимости, характеризуемой высокой степенью износа. В данном случае в бюджет публично-правового образования поступает только часть вырученных денежных средств, остающаяся после возмещения унитарному предприятию или учреждению балансовой стоимости отчуждаемой недвижимости и затрат организатора на проведение торгов.
В то же время в случае отчуждения земельного участка на торгах (с условием последующего сноса объекта недвижимости, если он не будет снесен за счет средств публично-правового образования до проведения торгов) поступления в бюджет могут быть
существенно выше. Для реализации данного варианта необходимо предварительное списание с баланса объекта недвижимости, для чего есть все предпосылки: объект не используется унитарным предприятием по назначению (или не используется вообще), объект недвижимости имеет существенную величину износа (например, если величина износа превышает 60 — 80%, то объект недвижимости не подлежит восстановлению). Встречаются также случаи отчуждения из собственности публично-правовых образований таких «объектов недвижимости», как железобетонный забор и въездные ворота.
Однако возможны случаи, когда земельный участок, на котором расположен объект недвижимости, предполагаемый к отчуждению, не имеет значимого местоположения, и его продажа, особенно на торгах, представляется проблематичной либо затраты на организацию и проведение торгов превышают доходы от продажи единого объекта недвижимости. В данном случае применение обозначенного механизма отчуждения нецелесообразно. Кроме того, возможны случаи отчуждения унитарными предприятиями и учреждениями объектов недвижимости (и земельных участков), которые в дальнейшем будут изыматься для государственных и муниципальных нужд, что может привести к существенным потерям бюджета.
Из вышеизложенного видно, что для повышения эффективности использования государственных и муниципальных земель при отчуждении расположенных на них объектов недвижимости необходимо обновление критериев выбора управленческих решений. Анализ принципов и закономерностей определения рыночной (получаемой в ходе индивидуальной оценки) и кадастровой (получаемой в ходе массовой оценки) стоимости объектов недвижимости и земельных участков позволяет сделать вывод, что для принятия управленческих решений, направленных на повышение эффективности использования государственных и муниципальных земель в населенных пунктах, следует применять рыночную стоимость земельных участков и расположенных на них объектов недвижимости (улучшений) [11- 12]. Кадастровая стоимость земельных участков, являющаяся разновидностью рыночной стоимости, полученной в результате проведения массовой оценки, необходима для прогнозирования платности использования земли.
Общая схема алгоритма принятия управленческих решений на основе рыночной стоимости государственных и муниципальных земельных участков и расположенных на них объектов недвижимости (улучшений) может выглядеть, как показано на рис. 2.
Изучение правового режима земельного участка заключается в установлении разрешенного использования земельного участка и объектов недвижимости, иных видов разрешенного использования, перспектив градостроительного развития территории, на которой расположен земельный участок и объект недвижимости.
Изучение характеристик земельного участка и недвижимости необходимо для определения возможных вариантов использования земельного участка и недвижимости.
Оценка и анализ текущего использования земельного участка и недвижимости целесообразней проводить с выездом на место и осмотром земельного участка и недвижимости на месте, анализируется также и ближайшее окружение. Данный этап имеет повышенное значение для определения перспектив дальнейшего использования земельного участка и недвижимости.
Оценка рыночной стоимости земельного участка и недвижимости проводится по трем направлениям:
— оценка рыночной стоимости земельного участка, исходя из предположения, что земельный участок свободен от улучшений и наилучшего и наиболее эффективного использования земельного участка-
— оценка стоимости замещения (воспроизводства) объектов недвижимости, расположенных на земельном участке-
— оценка единого объекта недвижимости методами сравнительного и доходного подходов.
Рис. 2. Общая схема алгоритма принятия управленческого решения
Сопоставление и анализ полученных результатов является исходной базой для принятия управленческого решения. Рыночная стоимость объекта недвижимости (который всегда рассматривается как единый с земельным участком, который может быть на праве собственности или в пользовании) определяется тремя подходами: затратным, доходным и сравнительным. Суть затратного подхода сводится к тому, что определяется стоимость земельного участка (или права пользования) и стоимость замещения (воспроизводства) зданий, строений, сооружений (улучшений), которые потом суммируются (это и есть стоимость объекта недвижимости, определенная затратным подходом). При определении стоимости объекта недвижимости методами доходного и сравнительного подходов выделение стоимости земельного участка не проводится, так как объект недвижимости
91
оценивается как имущественный комплекс прав, способных приносить доход и формировать стоимость [11- 13].
Отсюда видно, что, если сумма стоимости земельного участка и стоимости замещения (воспроизводства) недвижимости превышает стоимость единого объекта недвижимости, полученную методами доходного и сравнительного подхода, интерес для потенциального покупателя приобретает именно земельный участок (или даже право пользования им). Однако здесь необходимо учитывать тот факт, что существующий объект недвижимости может подлежать сносу (иногда принудительному, как несоответствующий градостроительному регламенту объект). В данном случае, очевидно, простого равенства, приведенного выше, уже недостаточно, а для принятия управленческого решения о продаже земельного участка необходимо, чтобы стоимость земельного участка, уменьшенная на величину затрат по сносу существующего объекта, превысила стоимость единого объекта недвижимости, определенную методами доходного и сравнительного подходов.
Список литературы
1. Комов, Н. В. Методология управления земельными ресурсами на региональном уровне / Н. В. Комов, Д. Б. Аратский. Н. Новгород: Изд-во Волго-Вят. акад. гос. службы,
2000. 246 с.
2. Кухтин, П. В. Управление земельными ресурсами: учеб. пособие / П. В. Кухтин [и др.]. СПб.: Питер, 2005. 384 с. (Серия «Учебное пособие»).
3. Алпатов, А. А. Земельная реформа в новой России / А. А. Алпатов. М.: Экономика и жизнь, 2005. 336 с.
4. Распоряжение Правительства Удмуртской Республики «Об отчете о наличии и распределении земель по категориям и формам собственности в Удмуртской Республике по состоянию на 1 января 2006 года» от 11 сентября 2006 г. № 940-р.
5. Нагаев, Р. Т. Недвижимость: энцикл. слов. / Р. Т. Нагаев. Казань: Идел-Пресс,
2001. 896 с.
6. Земельный кодекс Российской Федерации (принят ГД РФ 28. 09. 2001 г.) от 25 октября 2001 г. № 136-Ф3 // Собр. законодательства РФ. 2001. № 44. Ст. 4147.
7. Федеральный закон «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ.
8. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ.
9. Федеральный закон «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» от 14 ноября 2002 г. № 161-ФЗ.
10. Федеральный закон «О приватизации государственного и муниципального имущества» от 21 декабря 2001 г. № 178-ФЗ.
11. Оценка недвижимости: учебник / под ред. А. Г. Грязновой, М. А. Федотовой. М.: Финансы и статистика, 2005. 496 с.
12. Ромм, А. П. Основные принципы оценки городских земель / А. П. Ромм // Аудитор. ведомости. 1998. № 12.
13. Лебедев, В. В. Особенности рыночной оценки городских земель / В. В. Лебедев // Имуществ. отношения в Российской Федерации. 2007. № 2.
экономика предприятия
А. М. Гатаулин, С. А. Аристов
СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД К СОЗДАНИЮ И ИСПОЛЬЗОВАНИЮ ИМИТАЦИОННЫХ МОДЕЛЕй В УПРАВЛЕНИИ ПРЕДПРИЯТИЕМ
Рассматриваются проблемы, связанные с вопросами разработки и использования имитационных систем поддержки принятия решений в управлении предприятием. Формулируются противоречия, которые должны быть разрешены для более эффективного использования имитационных методов в процессах принятия решений. Описываются подходы, позволяющие преодолеть указанные противоречия и создавать универсальные имитационные модели, которые могут быть использованы в многофункциональных системах поддержки принятия решений.
Ключевые слова: имитационная модель, процесс принятия решений, противоречия, методы моделирования.
В научно-популярной литературе довольно часто используется прием, согласно которому из давнего прошлого в наше время переносится какой-либо известный ученый и знакомится с уровнем развития техники и технологии. При этом проводится мысль, что выдающийся ученый эпохи Возрождения или даже Древней Греции довольно быстро бы разобрался в механическом устройстве паровой машины, двигателя внутреннего сгорания, автомобиля, самолета и т. п. Электрические же системы этих машин и механизмов, не говоря уже об электронных устройствах и системах, были бы недоступны его пониманию.
Немного изменим этот прием и представим, что на современное промышленное предприятие попали основоположники кибернетических подходов к управлению, например Стаффорд Бир или Дж. Форрестер, которые впервые опубликовали свои работы по этому вопросу совсем недавно, практически в масштабах одного поколения. Рискнем предположить, что бы их поразило или удивило. Думается, в первую очередь они бы поразились огромным прогрессом в области производительности ЭВМ. Для демонстрации этих достижений часто приводятся примеры, показывающие, что используемая ныне любым школьником «персоналка» превосходит по своим вычислительным возможностям суммарные возможности всех ЭВМ середины прошлого века. Вторым фактом, уже негативного свойства, удивившим основоположников имитационных методов поддержки принятия решений, наверное, явилось бы то, насколько мало используются эти возможности ЭВМ в процессах принятия решений и как незначительно продвинулись эти вопросы со времени создания классических трудов по имитационному моделированию.
По мнению Стаффорда Бира, в процессе развития науки об управлении прежде всего предпринимались усилия к тому, чтобы ускорить процесс формирования финансовой отчетности и лишь затем ускорить процесс реакции на ее итоги. С. Бир так комментирует этот процесс: «Однако история остается историей, касается ли она недавних или давно прошедших событий. Множество экономических учреждений не может разобраться с тем, что произошло, пока не пройдет несколько месяцев- даже лучшие из них вынуждены ожидать, когда данные будут получены и проанализированы… Стоит предпринять огромные усилия, чтобы прорваться через барьер, на котором написано «сейчас», с тем
чтобы управляющие занимались тем, чем можно управлять, а именно — будущим, каким бы близким оно ни было. Это лучше, чем изучать сведения о том, чего уже нельзя исправить, а именно о прошлом, даже если оно свершилось минуту назад. Конечно, прошлое учит, но на него нельзя повлиять» [2].
Однако и в настоящее время компьютеризация промышленных предприятий в основном направлена на сбор и обобщение самой разной информации, чаще всего связанной с вопросами оперативного учета и бухгалтерской отчетности, и мало что дает в плане совершенствования процесса принятия решений.
Каковы же причины достаточно сложного процесса внедрения имитационных методов поддержки принятия решений в повседневную практику управления?
Первая группа причин связана с субъективным восприятием вмешательства компьютерных систем в процесс управления, который многие из участников этого процесса считают искусством. Дж. Форрестер [6] отмечает интересную аналогию между психологией восприятия автоматизации процесса принятия решений в области военного командования и в области управления экономическими системами. Как известно, по мере ускорения развертывания военных действий по необходимости произошло переключение внимания с тактических решений на стратегические, предусматривающие возможные события и заранее устанавливающие порядок принятия решений. Для осуществления этой задачи надо было преобразовать «тактические суждения и опыт» военных решений в комплекс формальных правил и процедур. При этом было убедительно показано, что тщательно отобранные формальные правила могут обеспечить краткосрочные тактические решения, которые более совершенны, чем основанные на суждениях людей и принятые в условиях спешки либо на основе недостаточного практического опыта военачальников. В итоге оказалось, что те же люди, которые встретили начало работы над формализацией правил военно-тактических решений заявлениями, что машина не в состоянии заменить их военное образование и боевой опыт, через 10 лет приняли как наилучший и совершенно обыденный вариант автоматическую отдачу военно-боевых распоряжений. Дж. Форрестер предлагает использовать полученный таким путем практический опыт установления основ для принятия решений и определения содержания так называемого «компетентного суждения» для использования систем управления, так как, по мнению автора, существует строго определенный базис, на котором основывается практика решений, принимаемых хозяйственными руководителями.
Можно наблюдать и некоторую, часто необоснованную, уверенность в понимании технологических, экономических и других проблем среди новых собственников и управленцев, осваивающих новые для себя виды бизнеса, связанного с производством продукции, например, в области агропромышленного сектора. Академик Д. С. Львов приводит следующее наблюдение по поводу состояния управления на предприятиях: «Если по вопросам макроэкономики далеко не каждый индивидуум и даже не каждый экономист имеет свое продуманное и «выстраданное» мнение… то при рассмотрении объектов микроэкономического уровня (в первую очередь производственных предприятий) ареной соперничества воззрений являются объекты, с которыми сталкивается в жизни каждый. Тем более разнообразны способы объяснения и предсказания принятия тех или иных решений на отечественных предприятиях, переживающих длительный переход от одной системы к другой и находящихся в нестабильной экономической среде» [4].
Помимо указанных выше причин, редкость использования методов моделирования в практике управления можно объяснить и существующими взглядами на создание имитационных моделей, которые чаще всего разрабатываются без использования системного
подхода. Для того, чтобы осуществить эти принципы, разработчикам необходимо преодолеть ряд противоречивых требований к имитационным моделям.
В философских словарях противоречие определяется как диалектическое взаимодействие противоположных, взаимоисключающих сторон и тенденций предметов и явлений, которые вместе с тем находятся во внутреннем единстве и взаимопроникновении, выступая источником самодвижения и развития объективного мира и познания.
Какие же противоречия можно выделить в разделах экономической теории, связанных с методологией моделирования экономических систем и процессов и разработкой их имитационных моделей?
Первое противоречие связано непосредственно с использованием экономических теорий. Не секрет, что по большей части их авторы ориентируются на использование своих теорий в учебных курсах, что приводит к значительным упрощениям рассматриваемых явлений. Вследствие этого возникает следующее противоречие:
Экономическая теория должна быть простой, чтобы быть понятной большому числу обучающихся, и не должна быть простой, так как она должна всесторонне отражать сложные процессы и явления.
По этому поводу Р. Нельсон и С. Уинтер пишут:
«. Следует обратиться к основным учебникам, используемым в более или менее стандартных курсах микроэкономики, преподаваемых в колледжах. В этих учебниках и курсах теоретические основы дисциплины излагаются упрощенно. Примечательно, что в лучших из этих учебников отстаивается научная ценность абстрактных понятий и формальных теоретических построений- в то же время очень мало говорится в оправдание сильных упрощений и откровенных абстракций, к которым прибегают авторы учебников. Мало места уделяется и предостережениям по поводу надежности прогнозов, предлагаемых теорией в различных ситуациях. Нельзя не признать элемента карикатурности в том, что учебники, предназначенные для студентов второго-третьего курсов колледжа, уполномочены нами представлять современную экономическую теорию. Многие сильные упрощения, к которым обычно прибегают. делаются в этих курсах по причинам, связанным с недостаточной подготовленностью студентов, а не потому, что научная дисциплина не в состоянии предложить ничего лучшего» [8. С. 25].
Для создания эффективных средств принятия управленческих решений, основанных на методологии имитационного моделирования, необходимо объединение усилий многих специалистов различных областей, что вряд ли может быть осуществлено для многих научно-исследовательских коллективов и фирм по разработке программного обеспечения в области управления. Поэтому при создании моделей их разработчики часто ориентируются на довольно абстрактные теории или модели, далекие от нужд и требований практических управленцев.
Следующее противоречие, схожее с описанным выше, связано с разработкой математических моделей для исследования экономических систем:
Математическая модель должна включать в себя много переменных, чтобы описывать сложные экономические системы, и не должна включать в себя много переменных, чтобы иметь возможность быть использованной для моделирования конкретного процесса или явления.
Так, например, Дж. Форрестер в своем исследовании [6] при построении динамической имитационной модели производственно-сбытовой системы из шести потоков, характеризующих, по мнению автора, деятельность предприятия, включил в модель потоки информации, заказов и материалов и не включил потоки оборудования, денежных средств
и рабочей силы. Кроме того, Форрестер отмечает и другие многочисленные факторы, влияющие на поведение системы: политику расширения предприятия, порядок установления и производства цен, образ действия конкурентов и проч. В качестве причины ограничения количества потоков и компонентов, используемых в модели, Форрестер отмечает: «В идеале представляется желательным отразить все эти элементы в динамической модели предприятия. На практике это сопряжено с большими трудностями и, что особенно важно, детализация имитируемой системы усложняет ее модель в такой степени, что она в ряде случаев утрачивает свою четкость и познавательную ценность. Поэтому важно, чтобы исследователь умел в нужных случаях проявить разумное ограничение. Кроме того, необходимо применять четкий целевой подход к имитации действия системы, не стремясь обязательно полностью отразить все многообразие ее функций и определяющих факторов, а последовательно анализируя различные стороны этой деятельности и постепенно подключая соответствующие важнейшие факторы, чтобы отчетливо выделить влияние каждого из них, а затем и совокупное воздействие их сочетаний» [6. С. 35].
Такой подход, безусловно, удобен для исследования абстрактных экономических систем, но вряд ли может быть применен к разработке и использованию систем поддержки принятия решений (СППР) в управлении реальным предприятием. В идеале такая система должна быть готова к моделированию любой возникающей в практике управления ситуации, даже такой, которую не могли предвидеть заранее ни разработчики, ни пользователи. Можно очень долго разрабатывать на предприятии имитационную СППР, применять ее для решения рутинных задач, доказывать ее эффективность, но если при возникновении какой-то критической ситуации, требующей быстрого принятия решения, окажется необходимым долго дорабатывать или полностью разрабатывать какие-то части системы, все прошлые доводы об ее эффективности окажутся несостоятельными для пользователей.
Противоречие, связанное с количеством включенных в модель компонентов, приводит к возникновению следующего противоречия, связанного с тем, создается ли модель для решения какой-либо конкретной проблемы или делается попытка создания универсальной модели, способной не только выяснить последствия тех или иных проблем в системе или внешней среде, но и выявить в ходе имитационного эксперимента проблемы, которые были неочевидны до создания модели. Это противоречие может быть сформулировано следующим образом:
При написании математической модели следует заранее определять проблемы, которые будут исследоваться с ее помощью, и не следует заранее определять эти проблемы, так как это приводит к малой универсальности модели.
В подавляющем большинстве исследований построение имитационной модели предлагается начинать с определения проблемы, то есть формулирования конкретного производственного или организационного вопроса, который подлежит изучению при помощи проведения имитационного эксперимента. Так, в указанном выше исследовании Дж. Форрестер подчеркивает: «Первым шагом в изучении системы является четкое определение исследуемой проблемы и тех вопросов, на которые надо получить ответ. Нужно ставить только такие вопросы, которые связаны с проблемами, касающимися деятельности ограниченного участка промышленного предприятия. Позднее мы можем шире заняться всей областью управления» [6. С. 24].
Последнее предложение показывает, что Дж. Форрестер прекрасно понимал ограниченность подхода, при котором самостоятельная имитационная модель пишется под каждую проблему. Естественно, это было вызвано пионерским содержанием рассматриваемого подхода, уровнем развития электронно-вычислительной техники и состоянием
организации ее использования, когда трудно было даже представить, что на сотнях рабочих мест управленцев и производственников будут установлены персональные компьютеры, несопоставимые по своим возможностям с теми, какие использовались во время написания «Индустриальной динамики». Дж. Форрестер указывает пути совершенствования моделей: «…нельзя ограничить базу построения модели какой-либо узкой научной дисциплиной. Мы должны располагать возможностью включать в модель технические, правовые, организационные, экономические, психологические, трудовые, денежные и исторические факторы. Все они должны найти надлежащее место при определении взаимодействий составных частей системы».
Однако и по сей день многие исследования в области поддержки принятия решений начинаются с формулирования проблемы, для которой потом будет разрабатываться имитационная модель. Для более или менее сложных экономических систем такой подход приводит к крайнему упрощению реальной системы, иначе за время разработки модели проблема станет явно неактуальной из-за происходящих изменений во внешней среде или из-за исчезновения самой системы, если эта проблема была действительно значимой для ее функционирования. Поэтому такой подход может быть применим для исследования вновь проектируемых или достаточно условных учебных систем и вряд ли может быть использован в качестве средства инструментальной поддержки принятия решений в реальной практике управления.
Следует отметить, что одним из преимуществ метода имитационного моделирования является то, что он позволяет «предсказать неочевидные нежелательные явления в системе» [3]. Поэтому целесообразно разрабатывать как можно более универсальную модель, позволяющую не только моделировать все многообразие возникающих перед исследователем или управленцем задач, но и формулировать задачи, возникающие в процессе экспериментирования или практического использования СППР.
В этом проявляются особенности двух подходов применения моделей в повседневной практике реального их использования и создания уникальных моделей для теоретического изучения каких-либо проблем. Форрестер считает: «Понятие пригодности модели как абстрактная категория, не связанная с поставленной задачей, лишено смысла. Модель, которая превосходна для решения одной задачи, может привести к ложным выводам и, следовательно, быть хуже, чем просто бесполезная модель, при решении другой» [6. С. 103]. По его мнению, целью динамического моделирования промышленного предприятия является улучшение системы управления. Способность модели предсказывать состояние реальной системы в некоторый определенный момент в будущем не является достаточно убедительным свидетельством полезности модели». С последним утверждением трудно согласиться.
Подход, предусматривающий создание модели для решения какой-либо проблемы, безусловно, правомерен и эффективен для использования в научных исследованиях, но для использования в СППР он недостаточно универсален. Можно сделать вывод, что в имитационном моделировании существует два разных метода создания моделей:
— для моделирования конкретной, заранее определенной проблемы-
— для моделирования деятельности системы в условиях постоянного изменения ее внутренней и внешней среды.
Практика управления требует использования моделей как первого, так и второго вида. Однако очевидно, что большое количество разнообразных моделей и компьютерных программ не может быть использовано в управлении производственным предприятием. Для этого необходимо создание универсальных многофункциональных имитационных СППР.
По поводу полезности использования моделей С. Б. Огнивцев высказывает следующую точку зрения: «В настоящее время существует широкий спектр мнений и взглядов на возможности использования моделей… Крайние точки зрения таковы: первая — использование моделей искусственно — представляет собой чисто математические экзерсисы и не имеет практической ценности- вторая — необходимо изучить и описать объект исследования, и тогда все конкретные проблемы могут быть решены при правильном использовании этой единой полной модели» [5. С. 86]. Данная точка зрения приводит к необходимости рассмотрения следующего противоречия:
Модель должна быть полной, чтобы позволять рассматривать любые проблемы, и не может быть полной, так как проблемы возникают постоянно и не могут быть полностью предусмотрены на этапе создания модели.
Противоречия могут быть полностью разрешены не тогда, когда условия выполняются по принципу «или-или», а когда одновременно выполняются оба противоречивых условия по принципу «и-и». Это может быть осуществлено путем создания многофункциональных имитационных СППР, включающих в себя наряду с контуром регламентного планирования (модели которого могут быть разработаны достаточно полно) контуры нерегламентного планирования и внешней среды (модели которых при традиционном подходе требуют постоянной доработки [1]. Разрешение вышеуказанных противоречий возможно осуществить за счет использования в СППР наряду с «обычными» компонентами универсальные компоненты, позволяющие моделировать воздействия на измерители деятельности экономической системы при практически любых изменениях ее внешней или внутренней среды.
Такой подход может быть обеспечен за счет того, что процессы разработки стратегических планов и контроля их выполнения можно представить как процессы, состоящие из совокупности отдельных элементов, связанных между собой и имеющих набор показателей (характеристик). Соответственно, на основе использования таких элементов разрабатываются модули подсистемы нерегламентного планирования. Подобные элементы подсистемы позволяют для каждого мероприятия по осуществлению решения обеспечить единый подход, позволяющий исследовать влияние этого мероприятия на конечную эффективность рассматриваемого варианта плана без подробного раскрытия производственных или каких-либо иных процессов.
Каждый элемент имеет следующие характеристики (см. рисунок):
1. Продолжительность Li — время от начала реализации элемента до его завершения. Следует отметить, что отдельные характеристики элемента могут обладать свойствами предварительного действия или последействия по отношению к элементу, например, оплата элемента может выполняться как на условиях предоплаты, так и после его реализации. Свойство последействия элемента может проявляться в том, что система после реализации элемента получает новые свойства, например повышение пропускной способности по выпуску какого-либо вида продукции.
2. Дата начала элемента Ti — измеряется в днях относительно начала года.
п
3. Совокупность движения денежных средств — сумма поступлений 2Р} и сумма выбытия 2 Vk денежных средств, связанных с этим элементов и разнесенных по дням совершения соответствующих транзакций.
4. Совокупность разнесения поступающих и выбывающих денежных средств к затра-
П т
там 2% 1 и доходам 2 Dk. Порядок определения затрат и доходов связан с действую-1=1 к=1 щим законодательством и учетной политикой предприятия.
98
i


'-а
к 1. I
¦ 1
1,
1 '-а
1
ZJ
К определению характеристик элемента
Необходимость планирования связанных со временем характеристик элемента вызывает необходимость введения абсолютной и относительной шкал отсчета для каждой из характеристик элемента. Основные характеристики элемента при инвестиционном планировании не зависят от начала исполнения элемента по абсолютной шкале и «проецируются» на нее в зависимости от даты начала элемента Ti. Характеристики бизнес-проекта, связанные с абсолютной шкалой времени, отмечены индексом «a», а характеристики, связанные с относительной шкалой времени, — индексом «г».
При вводе в проект каждого нового элемента и значений относительных величин для каждого i-го дня этого элемента происходят следующие изменения каждой из абсолютных величин проекта:
pa := pa + pr-
va := va + vr- Da := pa — vr.
Использование такого подхода позволяет совместить в одной компьютерной имитационной СППР модули регламентного и нерегламентного планирования и преодолеть перечисленные выше противоречия, ограничивающие использование средств поддержки принятия решений в практическом управлении предприятиями различных отраслей.
Список литературы
1. Аристов, С. А. Методологические подходы к разработке имитационных моделей для систем поддержки принятия решений / С. А. Аристов // Вестн. Челяб. гос. ун-та. 2007. № 5 (83). С. 16−25.
2. Бир, С. Мозг фирмы / С. Бир. 2-е изд., стер. М.: Едиториал УРСС, 2005. 416 с.
3. Иозайтис, В. С. Экономико-математическое моделирование производственных систем / В. С. Иозайтис, Ю. А. Львов. М.: Высш. шк., 1991. 192 с.
4. Львов, Д. С. Экономика развития / Д. С. Львов. М.: Экзамен, 2002. 512 с.
5. Огнивцев, С. Б. Разработка и реализация систем ведения агропромышленного производства на основе новых информационных технологий: дис. д-ра экон. наук / С. Б. Огнивцев. М., 1995. 395 с.
6. Форрестер, Дж. Основы кибернетики предприятия (индустриальная динамика): пер. с англ. / Дж. Форрестер. М.: Прогресс, 1971. 340 с.
7. Шеннон, Р. Имитационное моделирование систем. Искусство и наука / Р. Шеннон. М.: Мир, 1978. 417 с.
8. Эволюционная теория экономических изменений: пер. с англ. / Р. Р. Нельсон, С. Дж. Уинтер. М.: Дело, 2002. 536 с.
Р. Х. Бахитова
экономический анализ проектных организаций нефтегазового сектора
На основе системного моделирования исследуется проблема повышения эффективности проектной организации нефтегазового сектора. Предлагается методика построения производственных функций проектного производства, которая используется для обоснования цен, затрат, бюджета проектной организации, а также механизма прозрачных взаимодействий, согласований, координации и контроля освоения месторождений.
Ключевые слова: системное моделирование, эффективность проекта, производственные функции, проектное производство, механизм взаимодействия.
Процесс добычи нефти и газа в значительной степени технологичен, что позволяет жестко регламентировать его по этапам. Контроль выполнения основных, в том числе экологических, регламентов осуществляет государство, отклонение от них или их несоблюдение влечет жесткие меры, вплоть до отзыва лицензии на эксплуатацию и разработку нефтегазового месторождения (НГМ). Вследствие этого вся деятельность добывающих предприятий организована на основании проектно-технологических документов (ПТД) на разработку НГМ и технико-экономических обоснований коэффициента извлечения нефти (ТЭО КИН).
Проекты проходят экспертизу и защиту в государственных органах, превращаясь, таким образом, для нефтегазовой компании (НК) в главный правовой документ деятельности по добыче углеводородного сырья. Проекты могут выполнять только специализированные организации, имеющие государственную лицензию. Ввиду отсутствия в стране конкурентного рынка подобных услуг традиционно каждая крупная компания учреждает свой корпоративный научно-исследовательский и проектный институт нефти и газа (НИПИ), выводя его из соображений экономической эффективности в аутсорсинг. Владеющий лицензией НИПИ обеспечивает проектное производство НК, хотя он также может выполнять заказы сторонних заказчиков. Отсюда актуальность организации экономически обоснованного проектного производства, состоящего, с одной
стороны, из НИПИ, который представляет высокотехнологичный механизм проектирования на базе передовых научно-технических достижений отрасли, обеспеченный интеллектуальными сотрудниками, мотивированными на предоставление высококачественных услуг- с другой стороны — НК, обладающей полным набором инструментальных средств оценки качества проектов в необходимых предельных модификациях, с системой коммуникаций, выверенной относительно требований пользователей на обоснованную инженерную и экономическую информацию разработки НГМ.
В условиях жестких правил пользования недрами эффективная деятельность невозможна без нового формата собственно самих организаций — НК и НИПИ и механизма их взаимодействий (управление по целям и процессам, широкий доступ в единое информационное пространство, обеспечение сотрудников необходимыми компетенциями и ответственностью) [1]. Необходимо формировать механизм управления, основанный на управленческом учете со встроенным эконометрическим моделированием имитационного описания процессов разработки проектов. Поскольку норма прибыли жестко регламентируется НК, то главным управленческим направлением деятельности НИПИ становится управление именно расходной частью. Релевантную информацию для уровней системы управления НК-НИПИ можно обеспечить математическим моделированием реального проектного производства, непосредственно воспринимающего изменения. Построенный модельно-методический инструментарий призван обеспечить прозрачность ценообразования разработки проектов, аналитическую обоснованность бюджета НИПИ- одновременно он должен служить инструментальным средством центров ответственности НК по освоению НГМ.
В работе предложена методика экономического обоснования цен и трансформации затрат на основе процессного подхода к разработке проектов. Исходными данными при анализе поставленной задачи являлись сметы затрат, технологические схемы разработки проектов, нормативно-техническая база по освоению месторождений. Были проведены исследования действующего в компании механизма оценки затрат, формирования цен, статистики трудозатрат и изучение их связи с сегодняшним состоянием разрабатываемых месторождений.
Проводимые НИПИ научно-исследовательские работы (НИР) касаются действий, регламентирующих деятельность НК под землей. НИР, по сути, представляет интеллектуальную деятельность с использованием высокотехнологического оборудования и специальных программных продуктов. Анализ научных исследований показал, что типовых или иных утвержденных рыночной методикой учета цен на выполнение НИОКР нет [2- 3]. Проекты различаются уровнем сложности анализируемых НГМ, норма затрат определяется экспертно как объем приведенных чел/ч на исполнение проекта.
Жесткая структура распределения работ по разработке проектов НИР позволяет построить имитационную модель принципиальной схемы проектного производства, которая состоит из взаимосвязанных процессов, представленных на рисунке.
Каждый процесс (этап) последовательно разворачивается в свою блок-схему. Так что если каждую операцию описать через производственную функцию трудозатрат, то, суммируя необходимые для разработки проекта этапы технологических операций, можно получить полный объем приведенных трудозатрат. Задача сводится к реализации аппроксимирующего принципа образования цепи последовательных приближений от общего описания объекта (структурная модель, см. рисунок) к частным целям исследования.
В теоретическом обосновании и разработке подхода к представлению производственной функции предполагается существование семейства решаемых задач. Выходной
Проектирование разработки НГМ
Анализ
геолого-физической
характеристики
месторождения

Построение
гидродинамической
модели
В: Адаптация модели по истории
разработки --
А: Анализ разработки
-& gt-
С: Выработка и расчет прогнозных вариантов разработки
D: Выбор экономически наиболее эффективного^ варианта
Л
Е: Расчет представленных экономических технологических показ лей разработки

F: Оформление отчета ПТД на разработку НГМ
Блок-схема научно-исследовательских работ
вектор проектного производства должен отвечать совокупности требований, предъявляемых к разрабатываемому документу. Для нефтегазового сектора он описывается следующими компонентами:
у1 — число вариантов расчета месторождения-
у2 — число объектов обустройства с рассчитанными в динамике основными технологическими показателями для проектирования оборудования-
Уз — характер отчетов, отвечающих требованиям согласования с конкретными организациями или требованиям защиты разработки месторождения в государственных органах.
Вектор параметров с семейства производственных функций у =х, с) характеризует задачу проектного производства набором характеристик:
с1 — общее количество объектов, вовлекаемых в разработку-
с2 — число объектов разработки-
с3 — число участков анализа разработки-
с4 — число расчетных участков-
с5 — число вариантов участков-
сб — число участков с двух- и трехмерным гидродинамическим моделированием- су — число скважин, пробуренных на месторождении на дату составления ПТД НГМ и ТЭО КИН-
с8 — число скважин на участке модельных расчетов (характерном элементе) — с 9 -число лет разработки месторождения.
Выполнение ПТД НГМ и ТЭО КИН оценивается уровнем трудоемкости. Таким образом, входной вектор в проектное производство описывается вектором компонент, характеризующих сложность проекта:
х1 — коэффициент сложности разрабатываемого проекта-
х2 — коэффициент, учитывающий сложность создания постоянно-действующих гидродинамических моделей-
х3 — коэффициент, учитывающий стадию разработки.
Коэффициент сложности х1 в общем определяет качество месторождения и представляется в виде свертки его физико-химических свойств:
х, (1)
с1 с1
Г 1,15, с2 & gt- 5- а = & lt-
[1, с2 & lt- 5.
Коэффициент Х2, учитывающий сложность создания постоянно-действующих гидродинамических моделей, рассчитывается по формуле
0,25 ¦ с6 + с1 с1
Коэффициент Х2, учитывающий стадию разработки, вычисляется по формуле
Х2 =-7-& quot- • (2)
1
*3 = 1 + 0, Чб, (3)
где Поб — средняя обводненность, доли ед. -
Пов — число объектов с обширной водно-нефтяной зоной (& gt-25% от площади
залежи) —
Поа — число объектов с аномальными свойствами нефти (вязкость нефти & gt- 20МПа-с- проницаемость & lt- 3−10−2 мкм2- начальная насыщенность нефти & lt- 50%- песча-нистость & lt- 0,4 и т. д.).
Производственные функции технологических операций описываются в тех же терминах. Для каждой из них анализируется статистический материал по разработанным проектам, что позволяет идентифицировать производственную функцию операции. Для этого используется многомерная корреляция фактических трудозатрат имитационного описания технологии ее выполнения. Результаты расчетов многократно были выверены в соответствии с мнениями экспертов, тех, кто имеет значительный опыт работы в данной сфере. В табл. 1 представлены результаты расчетов производственных функций технологических операций и укрупненных блоков технологических схем.
Для оценки разработанной методики проведен численный эксперимент на примере проекта «Авторский надзор месторождения», который состоит из 6 этапов, обозначенных буками А, В, С, D, Е, F на рисунке и в табл. 1. Проект характеризуется совокупностью параметров: х1=0,9, х2=1,125, х3=1,3, с1=2, с2=2, с3=1, с4=1, с5=12, с6=1, с7=80, с8=5, у=4, у2=0, у3=2, п =0, п =0, Поб=0,6. Из расчета по производственным функциям технологических операций этапов работ, выделенных в табл. 1, получены объемы трудозатрат на разработку НГМ (табл. 2). Значение общего объема трудозатрат, полученных по методике, незначительно отличается от величины, заложенной в бюджете НИПИ, что свидетельствует о корректности модели.
Таблица 1
производственные функции трудозатрат на составление технологических проектных документов и ТЭО КИН
Этап Содержание этапа работы Трудозатраты на составление разделов проектных технологических документов на разработку месторождений Трудозатраты на составление разделов ТЭО КИН
А Предпроектная проработка 30×1 30х1
1. Общие сведения о месторождении 3×1 —
2. Геолого-физическая характеристика месторождения (3+1 8с1+30с2+0,0 1с7) х1 (3+20с2)х1
А 2.0. Создание базы данных ГИС (3с2+0,01с7)х1
2.1. Геологическое строение месторождения и залежей (3+14^)^ 3x1
2.2. Физико-гидродинамическая характеристика продуктивных коллекторов, вмещающих пород и покрышек (4с1+23с2)х1 16с2Х1
2.3. Свойства и состав нефти, газа, конденсата и воды 3С2Х1 3с2Х1
2.4. Запасы нефти, газа и конденсата С2Х1 С2Х1
3. Геолого-промысловое и технико-экономическое обоснование вариантов разработки (1+33сх+60с2+31с3+31с4+ +0,02×2с8с9+х3(2у1+ +0,001с8л2+20с4+0,5с8+ +0,01с8*с9×3)+0,3с8+ +0,265С7)х1 (1+33с1+60с2+31с3+31с4+ +0,02×2с8с9+х3(2у1+ +0,001С8л2+20с4+0,5с8+ +0,01с8*с9×3)+0,3с8+ +0,265& lt-с7)х1
А 3.1. Анализ результатов исследований скважин и пластов, результатов пробной эксплуатации, характеристики режимов эксплуатации и динамики продуктивности скважин (14с4+0,015с7)х1 (14с4+0,015с7)х1
А 3.2. Анализ текущего состояния и эффективности применяемой технологии разработки (3с1+22с2+28с3+0,015с7)х1 (3с1+22с2+28с3+0,015с7)х1
3.2.1. Анализ структуры фонда скважин и показателей их эксплуатации (2с2+0,05с7)х1 (2с2+0,05с7)х1
3.2.2. Сопоставление фактических и проектных показателей 5с2Х1 5с2Х1
3.2.3. Пластовое давление в зонах отбора и закачки. Температура пласта 2с2Х1 2с2Х1
3.2.4. Анализ выработки запасов нефти из пластов (3с1+с2+25с3)х1 (3с1+с2+25с3)х1
3.2.5. Анализ эффективности реализуемой системы разработки (12с2+3с3+0,1с7)х1 (12с2+3с3)х1
В 3.3. Обоснование принятой методики прогноза технологических показателей разработки (23с1+5с2+15с3+ +0,02×2с8с9+х3(2у1+ +0,001с8л2+20с4+0,5с8+ +0,01с8 с9×3)+0,3с8+ +0,ц)Х1 (23с1+52+15с3+ +0,02×2с8с9++х3(2у1+ +0,001С8лч2+20с4+0,5с8+ +0,01с8с9×3)+0,3с8+ +0,1С7)Х1
Этап Содержание этапа работы Трудозатраты на составление разделов проектных технологических документов на разработку месторождений Трудозатраты на составление разделов ТЭО КИН
3.3.1. Способы схематизации пластов и методы расчета технологических показателей разработки 5с2Х1 5с2Х1
3.3.2. Построение цифровой геологической и фильтрационной моделей объекта как основы для проектирования разработки (16с1+0,1с7)х1 (16с1+0,1с7)х1
3.3.3. Измерения характеристик пластов для создания модели 3с1×1 3с1х1
3.3.4. Исходная информация для создания математических моделей (4^+5с4+0,1с8+ +0,01с8с9×3)х1 (4с1+5с4+0,1с8+ +0,01с8с9×3)х1
3.3.5. Обработка и интерпретация исходных данных (10с4+0,01×2с8с9+ +0,2с8)хх (10с4+0,01×2с8с9+ +0,2с8)х1
3.3.6. Представление моделей х3(2у1+0,001с8Л2)-х1×3(2у1+0,001с8Л2)х1
3.3.7. Создание и экспертиза моделей (20с4+0,5с8+ +0,01с8с9×3)х2×1 (20с4+0,5с8+ +0,01с8с9×3)х2х1
А 3.4. Обоснование выделения эксплуатационных объектов (7сх+2с3)хх (7с1+2с3)х1
3.4.1. Обоснование выделения эксплуатационных объектов по геолого-физическим характеристикам пластов (7сх+2с3)хх (7с1+2с3)х1
А 3.5. Обоснование технологий и рабочих агентов для воздействия на пласт (17с2+с3)хх (17с2+с3)х1
3.5.1. Обоснование технологии воздействия на пласт и призабойную зону пласта (14с2+с3)хх (14с2+с3)х1
3.5.2. Обоснование рабочих агентов для воздействия на пласт и призабойную зону пласта 3с2×1 3с2х1
С 3.6. Обоснование расчетных вариантов разработки и их исходные характеристики (1^16с2+2с4)хх (1+16с2+2с4)х1
4. Технологические показатели вариантов разработки (7у1+(8+7у1)с2+15с5)х1 (7у1+(8+7у1)с2+15с5)х1
Е 4.1. Обоснование предельных толщин пласта для размещения скважин и сроков выработки извлекаемых запасов, количество резервных скважин и местоположение скважин-дублеров 5с2×1 5с2х1
С 4.2. Технологические показатели вариантов разработки (7У1+7У1С2+15с5)х1 (7у1+7у1с2+15с5)х1
Е 4.3. Анализ расчетных коэффициентов извлечения нефти из недр 3с2Х1 3с2х1
5. Технико-экономический анализ проектных решений (14+7у1+(13+7у1)с2+4с5)х1 (14+7у1+(13+7у1)с2+4с5)х1
Этап Содержание этапа работы Трудозатраты на составление разделов проектных технологических документов на разработку месторождений Трудозатраты на составление разделов ТЭО КИН
D 5.1. Общие положения 10×1 10х1
D 5.2. Показатели экономической оценки вариантов разработки (7у1+7у1С2)х1
D 5.3. Оценка капитальных вложений и эксплуатационных затрат 5с2^ 5с2Х1
D 5.4. Налоговая система 2×1 2x1
D 5.5. Источники финансирования 2×1 2x1
D 5.6. Технико-экономический анализ ва- 3С5Х1
риантов разработки, обоснование вы-
бора рекомендуемого к утверждению
варианта
D 5.7. Технико-экономическая эффективность новых технологических и технических решений
D 5.8. Практическое осуществление рекомендуемого варианта разработки 2с2^
E 6. Технология и техника добычи нефти и газа (48^+0,010^
6.1. Обоснование выбора рационально- (8^+0,01^^
го способа подъема жидкости в сква-
жинах, устьевого и внутрискважинно-го оборудования
6.2. Мероприятия по предупреждению 10С2Х1
и борьбе с осложнениями при эксплуа-
тации скважин
6.3. Требования и рекомендации к сис- 10с2х1
теме сбора и промысловой подготовки
продукции скважин
6.4. Техника и технология добычи при- С2Х1
родного газа и конденсата
6.5. Требования и рекомендации к системе ППД 10С2Х1
6.6. Требования к технологии и технике 9с2Х1
приготовления и закачки рабочих аген-
тов в пласт при внедрении методов повышения нефтеизвлечения
E 7. Требования к конструкциям скважин и производству буровых работ, методам вскрытия пластов и освоения скважин (2+20с2)х1 —
7.1. Требования к конструкциям сква- (1+10с2)х1
жин, технологиям и производству буровых работ
7.2. Требования к методам вскрытия (1+10с2)х1
продуктивных пластов и освоения
скважин
Этап Содержание этапа работы Трудозатраты на составление разделов проектных технологических документов на разработку месторождений Трудозатраты на составление разделов ТЭО КИН
В 8. Обоснование проекта прогноза добычи нефти, газа, конденсата, объемов буровых работ и закачки воды в пласт С2 —
В 9. Проектирование систем контроля и регулирования (6с2+0,01с7)х1 —
9.1. Контроль за разработкой нефтяных и газонефтяных месторождений 3С2Х1 —
9.2. Регулирование процесса разработки нефтяных и газонефтяных залежей (3с2+0,01с7)хх —
Е 10. Охрана окружающей среды и недр (60+30с2+0,1с7)х1 (45+25с2+0,1с7)х
10.1. Охрана окружающей среды (40+20с2+0,1с7)хх (30+20с2+0,1с7)х
10.2. Охрана недр (60+30с2+0,1с7)х1 (15+5с2)х1
F Оформление работы и формирование единого отчета 1,5(12+3с1+10с2+3с3+ +3с4)х1 1,5(12+3с1+10с2+3с3+ +3с4)х1
Е Расчеты по объектам обустройства 5У2Х1 —
F Экспертиза П3^(с7Н34 2-[113^(с7)-134]
F Согласование, защита 10У3Х1 10У3Х1
Таблица 2
Трудозатраты на выполнение анализа разработки «Авторский надзор месторождения» по основным процессам
Этап проекта Трудозатраты, чел. -дней
Анализ истории разработки, А 260
Адаптация модели В 207
Выработка прогнозных вариантов разработки С 269
Выбор экономически наиболее эффективного варианта D 155
Расчет ТЭО показателей разработки Е 255
Оформление отчета, экспертиза и защита F 158
Итого по методике 1304
Итого по НИПИ 1375
Рассчитанные по методике объемы трудозатрат по этапам разработки проекта позволяют рассчитать объем зарплаты на этапы работ, исходя из заложенного в договоре стоимости чел. -дня, которая составляет 4494 р. /чел. -день (табл. 3). Прямые и накладные расходы отнесены пропорционально трудозатратам как основной статьи расхода. Данные для расчетов взяты из годового бюджета НИПИ. К прямым расходам относятся амортизационные отчисления и лизинговые платежи за использование комплексных информационных систем и специального оборудования, а также командировочные и иные расходы, связанные с экспертизой и защитой проекта.
Результаты расчетов показывают, что утвержденный бюджет дороже рассчитанного по методике на 14%, а по гибкому бюджету — на 12%. Это подтвердило подозрение о
необоснованности бюджетирования НИПИ компанией.
Таблица 3
Анализ проекта «Авторский надзор освоения месторождения»
Этап разработки проекта Зарплата, р. Прямые расходы, р. Накладные расходы, р. Итого
Анализ истории разработки, А 572 987 207 695 780 683
Адаптация модели В 455 202 74 690 165 001 694 893
Выработка прогнозных вариантов разработки С 592 814 97 270 214 882 904 965
Выбор экономически эффективного варианта D 341 898 123 930 465 828
Расчет показателей ТЭО Е 560 698 203 239 763 934
Оформление отчета, экспертиза и защита F 349 055 769 200 126 525 1 244 780
Сумма затрат 2 872 650 941 160 1 041 273 4 855 083
Итого по методике 3 096 198 1 014 400 1 122 304 5 232 902
Итого по бюджету 6 178 710
Гибкий проект 5 859 674
Финансовые службы НК и НИПИ, основываясь на здравом смысле и накопленном практическом опыте прошлых лет, пользуясь интуицией и иными доводами, согласуют объемы работ, затраты и сроки исполнения проектов на предстоящий год. На практике это скорее походит на торг, в результате проекты финансируются неравномерно. Составленные таким образом финансовые документы не могут эффективно использоваться в оперативной деятельности, когда специализированные службы НК должны взаимодействовать с сотрудниками НИПИ, координируя свои действия на основе оценки качества оказываемых услуг. При действующих правилах природопользования, когда отклонение от проектов может привести к отзыву лицензий на разработку НГМ, особенно актуальны аналитически выверенные и прозрачные отношения между участниками. Взаимодействие на основе разработанной методики заключает в себе потенциал построения качественно новой организации производства, отход от старой схемы. Проведенные исследования показали, что технологичность процессов позволяет внедрить и автоматизировать управленческий учет для контроля и координации действий всех участников, создавать единое информационное пространство с широким доступом вовлеченных в деятельность НК, обеспечить управление по целям.
Разработанная методика содержит потенциал развития до уровня модельно-методоло-гического инструментария обоснования стратегии НК. Однако отечественные компании не создают спроса на стратегическую потребность в НИОКР, несмотря на их устойчивое финансово-экономическое положение и концентрацию на корпоративном уровне достаточных ресурсов [3. С. 9−15]. В отечественной ТЭК значимым и даже определяющим является политическая составляющая, когда государственные преференции обеспечивают реальный рост отрасли. Научно обоснованные проектные заделы развития, прозрачность и внятность хозяйственной деятельности не всегда вписываются в систему норм окологосударственной экономики. Отчасти и этим, очевидно, объясняется существенная величина накладных расходов, составляющих порядка 24% в приведенном примере.
Список литературы
1. Porter, M. E. What is Strategy? / M. E. Porter // Harvard Business Review. 1996. Nov. -Dec.
2. Скорняков, С. М. О договорных ценах на научно-техническую продукцию геологических НИОКР / С. М. Скорняков, В. Н. Тарасов // Разведка и охрана недр. 1989. № 5. С. 20−29.
3. Бахитова, Р. Х. Механизм ценообразования и учет затрат на НИОКР: пример проектных организаций нефтегазового сектора / Р. Х. Бахитова, Р. Р. Бахитов. Екатеринбург, 2007. С. 9−15. (Препринт / Ин-т экономики УрО РАН).
В. А. Бобровский
оценка возможности получения прибыли предприятий чёрной металлургии
Предлагается методика оценки инвестиционной привлекательности предприятий черной металлургии, которая позволяет на основе многомерного статистического анализа получить оценку прибыли группы предприятий. Предложенный подход формирует инструмент прогнозирования прибыли предприятия по группе аналогичных предприятий, окончательное решение принимается на основе анализа двух показателей.
Ключевые слова: методика оценки, инновационная привлекательность, статистический анализ, прогнозирование прибыли, кластеры, риски.
Деятельность любого инвестора связана с определенными рисками. Именно поэтому залогом его успешной деятельности служит способность управлять рисками в рыночных условиях с целью получения прибыли. Прибыль может быть легко вычислена по факту (в конце периода), однако она является неопределенной величиной при принятии решения о капиталовложении. Поэтому прибыль при принятии решения будем интерпретировать как ожидаемую норму прибыли.
Кроме величины ожидаемой прибыли от капиталовложений необходимо также знать возможное распределение прибыли, где прибыль рассматривается как случайная величина. Риск, связанный с капиталовложениями, обычно характеризуется распределением таких возможных прибылей. Стандартный подход предполагает, что прибыль распределяется по нормальному закону и может быть описана двумя параметрами: ожидаемым (средним) значением М (х) и дисперсией В (х). При этом под риском обычно принято понимать стандартное отклонение прибыли а. Такой подход удобен при сопоставимости данных, в анализе рынка экономисты предпочитают использовать относительные критерии, не зависящие от единиц измерения. Подобно понятию эластичности, для риска экономисты сочли возможным использовать параметр в, характеризующий соотношение риска получения прибыли от данного эмитента и распределения прибылей на всем рынке. Полученный инструмент является одним из важных приобретений для инвестора в прогнозировании прибыли предприятия по данным альтернативных предприятий.
Для статистического анализа прибыли предприятий была сформирована выборка объектов — металлургических предприятий за период 2005—2006 гг. с признаками, всесторонне характеризующими хозяйственную деятельностью.
Первым шагом в разработке практического инструмента является изучение выборки рынка черной металлургии и разбиение имеющейся совокупности на группы. Такой подход к определению рисков основан на том, что параметры, характеризующие совокупность предприятий, являются более значимыми, чем параметры, характеризующие конкретное предприятие. Из этого следует, что значение риска, определенного по группе предприятий, является величиной более значимой, чем риск, определенный по одному предприятию.
В общем смысле под группировкой понимают выделение однородных единиц согласно поставленным целям. Так, при изучении рынка предприятий черной металлургии группировка будет производиться по показателям, характеризующим хозяйственную деятельность предприятий. В связи с многомерностью описания предприятий наибольшее распространение в практике анализа экономических явлений и процессов получили кластерный анализ, метод главных компонент и факторный анализ. В предлагаемой работе в качестве метода группировки использован кластерный анализ. Поэтому полученные в результате разбиения однородные группы будут называться в соответствии с принятой терминологией кластерами.
Наиболее трудным при реализации данного метода считается определение однородности объектов, которые задаются введением расстояния между объектами. Самыми распространенными методами выбора расстояния считаются процедуры «ближайшего соседа», «дальнего соседа» и «средней связи». В задачах кластерного анализа часто используют Евклидово расстояние
Ре & gt-x) = v (x — х])2 • Важным вопросом при проведении кластерного анализа является выбор признаков осуществляемой классификации. В основу должны быть положены признаки, определяющие поведение результирующего показателя. В рассматриваемом случае результирующим показателем является экономически добавленная стоимость, которая определяется в первую очередь признаками, характеризующими результаты хозяйственной деятельности предприятий. Для классификации 22 предприятий черной металлургии задействовано семь нижеприведенных признаков: Х-1 — прибыль балансовая, млн р.-2 — прибыль к прошлому году, %- Х3 — товарная продукция, тыс. т- х4 — товарная продукция к прошлому году, %- х5 — затраты на 1 р. товарной продукции, к.- Х6 — среднесписочная численность работников, тыс. чел.- х7 — средняя заработная плата, тыс. р.
Представим зависимость между прибылью и объемом товарной продукции имеющейся совокупности предприятий графически (рис. 1, 2) для предположения о количестве кластеров, на которое могут быть разбиты предприятия металлургического комплекса.
Анализ графика распределения предприятий по объему реализованной товарной продукции и балансовой прибыли (рис. 1) наглядно показывает, что предприятия могут быть разбиты на три кластера.
Аналогичное графическое представление по данным 2006 г. (рис. 2) отражает укрепление позиций предприятий 3-го кластера- с другой стороны, ослабевают позиции предприятий 1-го кластера, но графическое представление также показывает возможность разбиения предприятий на три группы.
-1 ?ППП А
-100 1 ииии, и 14ППП п 0,0
1? ППП П
1 2иии, и ¦
1 ииии, и ЧППП П
¦
оиии, и ¦
4000,0 ¦ ¦
2иии, и пп!
и, и 1111 30,0 0,0 1000,0 2000,0 3000,0 4000,0 50с
Рис. 1. Зависимость распределения балансовой прибыли и выпуска продукции в 2005 г.
Воспользуемся процедурой, основанной на близости объектов совокупности — «ближайшего соседа» с помощью пакета Statistica для разбиения на кластеры предприятий черной металлургии. Результат построения кластеров наглядно представляет дендро-грамма (рис. 3).
4000,0 -, 1ППП П
2000,0 ¦ ¦
0000,0 чппп п
6000,0 ¦
0000,0 ИААА А
¦ ¦ ¦ ¦
2000,0 -070^ ьГ…
-500,0 0,0 500,0 1000,0 1500,0 2000,0 2500,0 3000,0 3500,0
Рис. 2. Зависимость распределения балансовой прибыли и выпуска продукции в 2006 г.
При разбиении совокупности предприятий черной металлургии, по данным 2005 г., в первый кластер попали три наиболее крупных предприятия отрасли-ОАО «Северсталь», ОАО «Новолипецкий металлургический комбинат» и ОАО «Магнитогорский металлургический комбинат», во второй — одно предприятие — ОАО «Нижнетагильский металлургический комбинат», в третий кластер — 18 предприятий. Данное разбиение является устойчивым во времени, так как при разбиении совокупности предприятий, по данным 2006 г., перегруппировки не произошло. Полученная картина распределения объектов дает возможность анализировать состояние металлургических предприятий и делать выбор для дальнейшего принятия инвестиционных решений.
ОАО «ММК» ОАО «Северсталь» ОАО «НЛМК» ОАО «НТМК» ОАО «Уральская сталь» ОАО «Выксунский МЗ» ОАО «Волжский ТЗ» ОАО «Оскольский МК» ОАО «Челябинский МК» ОАО «Лысенковский МЗ» ОАО «МЗ & quot-Серп и молот& quot-» ОАО «Электросталь» ОАО «МКЗ» ОАО «ММЗ» ОАО «МЗ & quot-Красный Октябрь& quot-» ОАО «МЗ им. А. К. Серова» ОАО «Белорецкий МК» ОАО «Тулчермет» ОАО «Таганрогский ТЗ» ОАО «Челябинский ТЗ» ОАО «Первоуральский ТЗ» ОАО «Западно-Сибирский МК»
0 1000 2000 3000 4000 5000 6000
Рис. 3. Дендрограмма распределения предприятий по кластерам
Для определения основных характеристик полученных кластеров рассчитаем средние значения для каждого из них (табл. 1).
Таблица 1
Средние значения признаков по кластерам
Показатель Кластер 1 Кластер 2 Кластер 3
2005 2006 2005 2006 2005 2006
Число единиц в кластере 3 3 1 1 18 18
Прибыль балансовая, млн р. 4271,7 3048,7 1976,0 2073,7 117,8 257,2
Товарная продукция, тыс. т 12 606,0 10 995,3 6971,3 6905,8 1688,9 1789,7
Затраты на 1 р. товарной продукции, к. 61,5 69,3 71,5 72,7 92,5 90,9
Среднесписочная численность персонала, тыс. чел. 34,7 33,6 32,2 32,2 11,0 10,3
Анализ таблицы позволяет сделать следующие выводы: совокупность предприятий черной металлургии, попавших в первый кластер, в основном представлена предприятиями с высоким объемом реализации товарной продукции, их доля составляет 50%. Во втором кластере доля рынка — 9%. Высокая концентрация (доля четырех предприятий составляет 60%) характеризует рынок как монополистическую конкуренцию. В целом отечественные металлургические предприятия сильно различаются между собой по техническому уровню, о чем свидетельствуют средние значения затрат на 1 рубль 112
… … … 1 1 1 1 1
-
Ъ И Я, ,, ,
,, ,, ,, ,, 1
,, ,, ,, ,
товарной продукции, по уровню производительности труда и уровню технико-экономических показателей.
Вторым этапом исследования является определение возможного риска получения прибыли в каждом из полученных кластеров. Для этого рассчитаем среднее ожидаемое значение прибыли М (х) и дисперсию прибыли D (x) в каждом кластере (табл. 2).
Таблица 2
Числовые характеристики ожидаемой прибыли предприятий по кластерам
Параметр 1-й кластер 2-й кластер 3-й кластер Рынок
Среднее значение, М (х) 3657,274 1867,978 145,5477 734,5084
Дисперсия, Б (х) 453 934,4 782 927,8 1249,763 26 947
Отклонение, а 673,7465 884,8321 35,35 198 164,1554
в 0,25 003 0,32 836 0,1 312 1
Полученные значения отклонений в кластерах отражают характеристики риска инвестиций в предприятия конкретного кластера. При тесной корреляции между кластерами справедливо правило: большее значение в определяет больший риск вложения в данную группу предприятий. Более высокий риск от инвестирования должен соотноситься с более высокой доходностью на единицу вложения. Критерием, отражающим доходность, может послужить скорость роста прибыли, которая определяется как отношение изменения значения прибыли во времени к начальному этапу.
0,3-
0,25-
о4
Л
ю
к & amp-
о Л
о
а §
О
0,2
0,15-
0,1
0,05
-0,05-
2 3




1
1 1
Рис. 4. Скорость роста прибыли по кластерам
Таким образом, предложенный метод снижения размерности сложных объектов является весьма актуальным для задачи инвестирования, поскольку позволяет учесть сложную совокупность переменных, характеризующих объекты. Принятие решения об инвестировании в ту или иную группу предприятий осуществляется на основе двух показателей. Следует подчеркнуть, что статистика в однородной группе предприятий более репрезентативна, чем статистика отдельного предприятия. Проведенный анализ продемонстрировал варианты инвестирования в предприятия черной металлургии с учетом ожидаемой прибыли и риска, связанного с ее получением.
Список литературы
1. Елисеева, И. И. Эконометрика: учеб. издание / И. И. Елисеева. М.: Финансы и статистика, 2003.
0
2. Айвазян, С. А. Прикладная статистика. Теория вероятностей и математическая статистика / С. А. Айвазян, В. С. Мхитарян. 2-е изд. М.: ЮНИТИ, 2001. Т. 1.
3. Берндт, Э. Р. Практика эконометрики: классика и современность: пер. с англ. / Э. Р. Берндт — под ред. С. А. Айвазяна. М.: ЮНИТИ, 2005.
А. Х. Жемухов, А. Р. Хаджиев, М. В. Тарчокова СТРАТЕГИЯ пОВЫшЕНИЯ ЭффЕКТИВНОСТИ
функционирования агропромышленного производства
Исследуется проблема разработки стратегии и тактики повышения эффективности функционирования агропромышленного производства. На основе глубокого и всестороннего анализа современного экономического положения в АПК России обозначен ряд проблем экономического характера и предложен комплекс мероприятий, ориентированных на повышение эффективности функционирования и развития, а также финансовое оздоровление данной отрасли народного хозяйства.
Ключевые слова: стратегия, эффективность, факторы интенсификации, финансовая устойчивость, перспективные цели.
Российская экономика переживает этап структурной перестройки. При этом сельское хозяйство, как и многие другие отрасли, должно выработать новую стратегию, обозначить точки роста и стремиться снижать издержки. Поэтому актуальной в настоящее время является проблема дальнейшего повышения уровня эффективности отрасли [1].
Эффективность — это сложная экономическая категория, в которой проявляется важнейшая сторона деятельности предприятия — его результативность.
Экономическая суть эффективности предприятия состоит в том, чтобы на каждую единицу затрат добиться существенного увеличения прибыли. Количественно она измеряется сопоставлением двух величин: полученного в процессе производства результата и затрат живого и овеществленного труда на его достижение.
Рыночные отношения, возникшие в России за последние пятнадцать лет, диктуют необходимость осуществления крутого поворота к интенсификации производства, переориентации каждого предприятия, организации, фирмы на полное и первоочередное использование качественных факторов экономического роста. Необходимые условия для этого в значительной степени создает рыночная экономика.
Важнейшим фактором повышения эффективности общественного производства, обеспечения его высокой эффективности был и остается научно-технический прогресс. До последнего времени он протекал эволюционно. Преимущество отдавалось совершенствованию уже существующих технологий, частичной модернизации машин и оборудования. Такие меры давали определенную, но незначительную отдачу. Также недостаточно были использованы стимулы для разработки и внедрения новой техники. С целью решения этих проблем нужны революционные, качественные изменения, переход к принципиально новым, инновационным технологиям, к технике последующих поколений.
Другим фактором интенсификации и повышения эффективности производства является режим экономии. Ресурсосбережение должно превратиться в решающий источник удовлетворения растущей потребности в топливе, энергии, сырье и материалах. Вместе
с тем не следует забывать и о необходимости интенсивней использовать созданный производственный потенциал, добиваться ритмичности производства, максимальной загрузки машин и оборудования, существенно повышать сменность его работы и на этой основе увеличить выпуск товаров с каждой единицы оборудования, съем продукции с каждого квадратного метра сельскохозяйственных угодий. Важным условием интенсивного использования производственных мощностей является ускорение темпов прироста продукции без дополнительных капитальных вложений, а также темпов роста фондоотдачи.
Для осуществления вышеуказанных мероприятий необходимо дальнейшее совершенствование структуры экономики, которое влияет на интенсификацию производства и повышение его эффективности. Более высокими темпами также необходимо развивать и инвестировать средства в отрасли, обеспечивающие научно-технический прогресс и успешное решение социальных задач, добиваться улучшения пропорций между производством средств производства и предметов потребления, отраслями АПК. Инвестиционная политика государства призвана обеспечивать повышение эффективности капитальных вложений. Это предполагает перераспределение средств в пользу отраслей, обеспечивающих социальные потребности, ускорение научно-технического прогресса. Все большая доля средств должна направляться на техническое перевооружение и реконструкцию действующих предприятий в противовес новому строительству посредством привлечения частных инвестиций [2].
Для реализации крупных инновационных программ и проведения единой национальной научно-технической и инновационной политики, контроля за разработкой и внедрением новой продукции, финансовым, материальным и интеллектуальным обеспечением этих программ необходимо переходить на принципы управления, характерные для инвестиционного менеджмента.
Особое место в интенсификации экономики, снижении удельного расхода ресурсов принадлежит повышению качества продукции. Результаты проводимой в народном хозяйстве работы по повышению технического уровня и качества продукции, а также выполняемых работ не отвечают современным требованиям. Эта задача должна стать повсеместной, предметом постоянного внимания и контроля, главным фактором в оценке деятельности каждого работника предприятия.
Повышение качества сельскохозяйственной продукции — многогранная проблема. Качество продукции формируется в первую очередь условиями производства. Оно зависит от применяемых сортов растений в земледелии, породного состава скота в животноводстве, умелого применения агротехники с учетом специфики местных почвенно-климатических условий, технологии производства, сроков и методов выполнения работ и услуг и т. д. Все эти условия производства оказывают непосредственное влияние на качество продукции. Большое значение имеют также условия хранения продукции и ее реализации.
Для дальнейшего увеличения качества сельскохозяйственной продукции нужно не только правильное соблюдение элементов технологии и ветсанмероприятий, но и разработка и внедрение в практику учета и анализа системы критериев оценки, которая бы способствовала получению качественной продукции [4].
Ситуация в агропромышленном комплексе играет важную роль не только в экономике, но и в социальной жизни всей страны. В целом в АПК, по оценке экспертов, производится около 8,5% валового внутреннего продукта, в том числе в сельском хозяйстве — 4,4%. Здесь занято более 7 млн человек (почти 11% от численности занятых во всей
экономике), сосредоточено 3,4% основных производственных фондов. Расходы федерального бюджета на сельское хозяйство составили в 2006 г. 44 млрд р.
Россия обладает одним из крупнейших в мире сельскохозяйственным потенциалом. В нашей стране проживает всего около 2% населения Земли, при этом мы располагаем 9% мировой продуктивной пашни, 20% мировых запасов пресной воды, производим 8,5% минеральных удобрений. Доля России в мировом сельскохозяйственном производстве несколько ниже: молока мы производим около 5%, зерновых и зернобобовых — 3%, мяса — 2%.
Анализируя экономический рост в сельском хозяйстве, следует отметить, что он продолжается девятый год подряд, правда, в последнее время темпы его снизились.
На сегодня удалось достичь и даже превзойти уровень 1990 г. в сфере растениеводства. В то же время в животноводстве дореформенный объем производства восстановлен лишь наполовину, точнее — на 54%. Между тем спрос на мясо-молочную продукцию растет в связи с ростом доходов населения. Необходимо, чтобы российские сельскохозяйственные товаропроизводители воспользовались данной тенденцией и приложили усилия для наращивания темпов роста производства продукции животноводства.
Основной проблемой по-прежнему остается финансовая неустойчивость сельскохозяйственной отрасли, обусловленная нестабильностью доходов, накопленной декапи-тализацией, а также недостаточным притоком частных инвестиций. Затруднен доступ сельскохозяйственных товаропроизводителей к рынкам финансовых и информационных ресурсов. Высок удельный вес убыточных предприятий. Рентабельность в сельском хозяйстве ниже, чем в других отраслях экономики, а риски, по понятным причинам, — выше.
Все это предопределяет реализацию ряда мер, направленных на улучшение финансового положения сельскохозяйственных товаропроизводителей. Для этого необходимо увеличить централизованные источники финансирования инвестиций на коренное улучшение земель, повышение плодородия почв, восстановление орошаемых земель, эксплуатацию и ремонт оросительных систем, крупных животноводческих, тепличных комплексов и т. д.
В целом, с точки зрения стратегии развития агропромышленного комплекса России необходим переход ее к модели устойчивого роста эффективности производства. Поддержка АПК государством, с одной стороны, должна соответствовать возможностям бюджета, а с другой — быть достаточной для того, чтобы вместе с другими мерами государственного экономического регулирования обеспечить условия для устойчивого развития и функционирования аграрного сектора.
Актуальной проблемой аграрного сектора, ограничивающей его развитие, остается диспаритет цен и связанное с ним тяжелое финансовое положение хозяйств.
Одним из направлений решения этой проблемы является грамотная антимонопольная политика государства в данной сфере деятельности. Нужна реальная программа по демонополизации предприятий, производящих средства производства для аграрного сектора. Должны быть созданы условия для формирования конкурентной среды, поскольку в настоящий момент объемы производимой промышленной продукции недостаточны, качество ее неудовлетворительно, а цена для аграрников очень высока.
Кроме того, необходимо улучшить условия межотраслевого обмена сельского хозяйства с отраслями переработки, хранения и реализации его продукции. В настоящее время распределение дохода между участниками технологической цепочки не соответствует их реальному экономическому вкладу. Значительная доля прибыли изымается
у сельхозтоваропроизводителей монополизированными заготовителями, перерабатывающими и торговыми организациями путем занижения цен на закупаемое в аграрном секторе сырье [5].
Для преодоления монополизма посреднических структур необходимо введение, аналогично зарубежному опыту, механизма регулирования их доходности через установление предельных долей в структуре розничной цены. Исходя из этого, конечную прибыль от продажи сельскохозяйственной продукции следует распределять между всеми участниками технологической цепочки (производство, заготовка, переработка и реализация) пропорционально нормативным материальным затратам и заработной плате [3].
Для сельских товаропроизводителей особое значение имеет надежный сбыт продукции. Для этого нужно законодательно оформить продовольственный рынок, организовать биржевую торговлю и внедрить современную систему информации о конъюнктуре рынка.
Стратегическое направление государственной экономической политики в АПК должно быть ориентировано на достижение ряда перспективных целей, а именно: обеспечение устойчивых темпов экономического роста и научно-технического прогресса- повышение конкурентоспособности продукции на внутреннем и зарубежном рынках- эффективная интеграция в зарубежные хозяйственные связи- достижение качества жизни населения (в том числе сельского), соответствующего стандартам экономически развитых стран.
Выход из сложившегося положения заключается в разработке и реализации стратегии возрождения предприятий. Это, прежде всего, стратегия концентрации текущего производства в соответствии со специализацией на более выгодных отраслях, сосредоточением трудовых, материальных, денежных ресурсов на приоритетных точках роста. В связи с тем, что в настоящее время лимитирующим фактором в сельском хозяйстве, как правило, являются денежные средства, особое внимание должно уделяться стратегическому повышению ресурсоотдачи, эффективности отраслевых издержек.
Список литературы
1. Бузгалин, А. В. Трансформационная экономика России / А. В. Бузгалин, В. В. Герасименко, З. А. Грандберг. М.: Финансы и статистика, 2006. 616 с.
2. Грицюк, Т. В. Государственное регулирование экономики: Теория и практика / Т. В. Грицюк. М.: РПД, 2006. 288 с.
3. Ливенцев, Н. Н. Международная экономическая интеграция / Н. Н. Ливенцев. М.: Экономистъ, 2006. 430 с.
4. Шогенов, Б. А. Стратегия и тактика управления прибыльностью регионального АПК / Б. А. Шогенов. Нальчик: Полиграфсервис и Т, 2001. 380 с.
5. Цыпин, И. С. Государственное регулирование АПК и его стратегическое развитие в современных условиях / И. С. Цыпин // Экономика с. -х. и перерабат. предприятий. 2007. № 5. С. 18−19.
Е. В. Ильичева
отражение экологических обязательств в бухгалтерском учёте предприятия
Рассмотрена методика учетного процесса в области экологического учета на предприятии. Трудность введения экологического учета на предприятиях состоит в отсутствии методических разработок по этой проблеме, в сложности определения ряда показателей, учитывающих состояние и динамику изменения компонентов природной среды. Необходимы разработка нормообразующих показателей природопотребления, отражающих величину максимально допустимой антропогенной нагрузки на природные системы, определение размера природоохранных затрат на компенсацию экологического ущерба и другие экологические нормативы.
Ключевые слова: учетный процесс, экологический учет, показатели природопотребления, экологические нормативы, региональное природопользование.
В настоящее время традиционные инструменты экономического анализа не позволяют национальным руководителям достоверно определять с их помощью, насколько эффективны проводимые экологические стратегии и как экономическая политика влияет на состояние окружающей среды.
В частности, экологические издержки — издержки, которые необходимо компенсировать для поддержания всего комплекса природных ресурсов на уровне, соответствующем началу справочного периода, — по-прежнему практически исключаются из экономического анализа с использованием традиционных инструментов учета.
Решающим поворотным пунктом стало проведение в 1992 г. Конференции Организации Объединенных Наций по окружающей среде и развитию (встречи на высшем уровне «Планета Земля» в Рио-де-Жанейро), на которой была принята Повестка дня на XXI век по обеспечению устойчивого развития, где впервые была выдвинута концепция экологического учета как инструмента проведения последовательной политики в этой области.
Экологический учет — это система, которая может использоваться для выявления, организации, регулирования и представления данных и информации о состоянии окружающей среды в натуральных и стоимостных показателях. Основанная на тех же принципах, что и все системы учета, система экологического учета дает объективную картину состояния и динамики природного наследия, взаимодействия между экономикой и окружающей средой и расходов на профилактические мероприятия, охрану окружающей среды и возмещение экологического ущерба.
Таким образом, экологический учет является важнейшим инструментом реализации концепции устойчивого развития, т. е. такого развития, которое не уничтожает ресурсы, необходимые для жизни и развития будущих поколений на Земле. Например, для выполнения Киотского протокола, устанавливающего механизм торговли квотами на эмиссию «парниковых» газов, требуется унифицированная, надежная и прошедшая практические испытания система учета [2].
Шаги в области экологического учета и отчетности за рубежом были сделаны еще десятилетие назад, а сегодня это наиболее динамично развивающаяся область международной бухгалтерии. В России она практически не изучена. Развитие этого направления предполагает разработку такого важного понятия, как экологические обязательства предприятия. Сегодня необходимы методические подходы к определению зависимости 118
экономического и финансового положения предприятия от экологического состояния региона, определению размера природоохранных затрат предприятия в зависимости от количества потребляемых природных ресурсов и уровня осуществляемого предприятием загрязнения.
Ядром учетной информации о природоохранных затратах являются данные бухгалтерского учета. Но именно в нем менее всего отражаются результаты природоохранной деятельности и затраты на нее. Прежде всего это касается текущих затрат. В подавляющем большинстве случаев эти затраты полностью «растворяются» в себестоимости продукции. Поэтому учет их ведется в основном внесистемно, при помощи выборок из первичных документов, данных оперативного учета, статистических расчетов и экспертных оценок. Форму статотчетности № 4-ОС «Отчет о текущих затратах на охрану природы», где должны отражаться затраты (раздельно по воде, воздуху, земле и т. д.) по содержанию и эксплуатации очистных сооружений, охране поверхности земли от загрязнения отходами по плану и фактически, предприятие не в состоянии обоснованно заполнить, так как основная часть текущих природоохранных затрат не выделяется в обособленные статьи бухгалтерского учета и отчетности. Таким образом, невозможность быстрого, прямого и достоверного учета расходов и результатов природоохранной деятельности снижает материальную ответственность и материальную заинтересованность коллективов и отдельных исполнителей в охране окружающей среды, делает практически невозможным применение принципов хозяйственного расчета, а также затрудняет расчеты экономической эффективности природоохранной деятельности.
Обособление в учете природоохранных затрат необходимо также для решения проблемы упорядочения распределения их между отдельными видами изделий или операций. В настоящее время экологические затраты распределяются вместе с теми затратами, в которых они скрыты. Соответственно, в большинстве случаев база распределения не имеет никакой экономически обоснованной связи с этими расходами. Так, значительная часть их может быть заключена в общепроизводственных и общехозяйственных расходах и распределяться в соответствии со средним процентом к заработной плате производственных рабочих. Но ведь затраты на природоохранные мероприятия зависят от объема, токсичности и сложности обезвреживания отходов, образующихся при производстве тех или иных изделий, а не от трудоемкости последних. В результате полностью искажаются пропорции, а это не может не сказаться отрицательно на развитии внутрипроизводственного расчета, а также на ценообразовании.
Согласование экономических и экологических аспектов в деятельности отдельных предприятий, а также соответствие их устойчивому развитию регионов вызывает потребность в законодательно установленной системе экологического учета по различным уровням опасности предприятий. Очевидно, необходимо выделить несколько направлений такого учета. К ним относятся:
— потребление природных ресурсов и уровень нормативов такого потребления исходя из состояния окружающей среды региона-
— экологически безопасное производство, внедрение малоотходных и ресурсосберегающих технологий, переход к выпуску экологически чистой продукции-
— виды и размеры загрязнения окружающей среды в пределах и сверх установленных нормативов-
— оценка ущерба, причиняемого природной среде региона- расчёт затрат, направляемых предприятием на возмещение ущерба и воспроизводство окружающей среды- природоохранные мероприятия.
Трудность введения экологического учета на предприятиях состоит в отсутствии методических разработок по этой проблеме, в сложности определения ряда показателей, учитывающих состояние и динамику изменения компонентов природной среды. По нашему мнению, необходима разработка нормообразующих показателей природопотребления, отражающих величину максимально допустимой антропогенной нагрузки на природные системы, определение размера природоохранных затрат на компенсацию экологического ущерба и другие экологические нормативы.
Следует отметить, что тяжелое финансовое положение многих российских предприятий не должно сдерживать введение экологического учета.
Показатели учета экологического фактора выступают в роли важного, полезного инструмента, позволяющего оценивать степень воздействия на природную среду в результате хозяйственной деятельности человека. Однако речь не идет о введении принципиально новой системы статистического учета социально-экономического развития [4]. С точки зрения устойчивого развития в этой системе недостаточно учитывается экологический фактор. В направлении усиления учета экологического фактора эту систему и надо доработать. Все показатели социально-экономического развития страны должны быть сориентированы на обеспечение экологического равновесия.
Однако в России вся существенная информация о природоохранной деятельности предприятий предоставляется только в органы государственной статистики, которая не подлежит обязательному аудиту и опубликованию и, следовательно, не доходит до широкого круга пользователей финансовых отчетов.
Кроме того, в статистическом отчете отсутствуют данные об экологических обязательствах предприятий, а сообщается лишь о фактически осуществленных капитальных вложениях на мероприятия по охране и рациональному использованию природных ресурсов, а также о текущих расходах на природоохранные мероприятия.
Предприятия предоставляют мало количественной информации на регулярной основе, что не позволяет пользователям определить динамику влияния экологических проблем на финансовое положение и результаты деятельности.
О постепенном росте экологической культуры российских компаний свидетельствует появление их экологического рейтинга [1]. Его ключевыми элементами являются экспертные оценки экологической безопасности сырья и производства, качества экологического менеджмента и прозрачности деятельности компании в области охраны окружающей среды. И хотя компаний, предоставляющих необходимую информацию для определения экологического рейтинга, еще немного, но сам факт его опубликования в печати является позитивным. Характерно, что компании, уделяющие существенное внимание своему экологическому имиджу, получают дополнительные конкурентные преимущества при привлечении иностранных инвестиций на лучших условиях.
В ходе теоретических исследований связи природоохранных мероприятий с традиционными видами экономической деятельности в российском предпринимательстве выяснено, что в существующей отечественной системе учета теряются данные об активах сферы природопользования и охраны окружающей среды. В этой связи обоснована необходимость признания и обособления в учете хозяйствующих субъектов экологических активов.
Экологический актив, с нашей точки зрения, — это ресурсы, обусловленные совокупностью взаимоотношений с окружающей природной средой и природоохранной деятельностью, а также в процессе производства продукции, выполнения работ или оказания услуг и способные приносить в будущем экономические выгоды, а также снижать экологические и финансовые риски. Будущие экономические выгоды, заключенные
в экологических активах, могут быть реализованы различными путями: экономией капитальных вложений и текущих затрат, связанных с негативными экологическими последствиями, увеличением конкурентоспособности производимой экологически чистой продукции, оказанием услуг в экологической среде. Наличие у организации экологических активов будет способствовать предотвращению рисков ликвидации организации, потерь уровня капитализации и цены фирмы, снижения физических объемов продаж, падения цены произведенной продукции. В конечном итоге будущая экономическая выгода экологических активов заключается в потенциальном поступлении денежных средств или их эквивалентов, а также уменьшении их оттока.
Для практической реализации возможного экономического роста предприятия, связанного с важнейшими экологическими аспектами, в системе учета рассмотрен вопрос формирования первоначальной стоимости экономического актива, выполняющего при-родозащитные функции (основных средств), и нематериальных активов по приобретению прав (на основании лицензий, разрешений) пользования природными ресурсами. В результате обосновано, что отражение фактически произведенных затрат целесообразно осуществлять на счете 08 «Вложения во внеоборотные активы». С этой целью к счету 08 «Вложения во внеоборотные активы» выделен субсчет 9 «Активы сферы природопользования и охраны окружающей среды». Согласно приоритетным направлениям экологической деятельности предприятия, а также с целью повышения полезности результатной информации о вложениях в объекты природоохранного назначения, которые впоследствии будут приняты к бухгалтерскому учету, осуществлена группировка расходов организации в разрезе новых элементов. Для этого к субсчету 08−9 предложено открыть субсчета второго порядка: «Капитальные природоохранные вложения» и «Приобретение прав пользования природными ресурсами».
К разрабатываемым в настоящее время сведениям по учету долгосрочных инвестиций считаем целесообразным на счете 08 «Вложения во внеоборотные активы» сгруппировать природоохранные инвестиции, чтобы выделить те аспекты деятельности, которые позволят определить финансовый результат, связанный с экологической деятельностью.
Исследованиями теории и практики производственного и управленческого учета выяснено, что проблемы экологизации бухгалтерского учета во многом связаны с учетом экологических обязательств, а в результате — с издержками по соблюдению норм экологической безопасности.
С целью адекватного формирования информации об экологических затратах предложено открыть счет 27 «Затраты экологического назначения». Для его построения в зависимости от места возникновения затрат по экологическим причинам считаем целесообразным ввести субсчета первого порядка.
За последние десять лет усиление влияния жизнедеятельности человека на состояние окружающей среды на местном и глобальном уровнях наглядно продемонстрировало, что экологические издержки процесса развития уже нельзя просто игнорировать, особенно в городских районах, и что для их оценки и регулирования следует использовать особые инструменты [3].
Кроме того, расширение доступа к информации привело к тому, что данные о состоянии окружающей среды становятся все более востребованы как политиками, так и рядовыми гражданами, а это обусловливает необходимость в более эффективном регулировании экологической деятельности.
Переход к системе экологического учета на всех уровнях государственного управления позволил бы лицам, отвечающим за принятие решений, отчитываться об экологических
результатах проводимой политики на основе достоверных данных и постоянно обновляемой информации о состоянии окружающей среды. Это также позволило бы учитывать фактор окружающей среды при принятии официальных решений на всех уровнях государственного управления и сделало бы более ощутимыми экологические последствия проводимой государственной политики.
Создание подобного рода системы позволило бы руководителям и заинтересованным группам лучше выполнять свои обязанности по достижению целей в области устойчивого развития, регулярному мониторингу состояния окружающей среды и надлежащему использованию экологических данных на уровне принятия решений и укрепить вертикальную интеграцию инструментов и стратегий устойчивого развития.
В рамках предложенного подхода оценку экологического обязательства следует осуществлять в каждом из следующих случаев:
— признание и подтверждение хозяйствующего субъекта в качестве потенциально ответственной стороны-
— получение в одностороннем порядке административного распоряжения-
— участие предприятия в процедурах определения реального или возможного ущерба в качестве потенциально ответственной стороны-
— оформление документа, фиксирующего согласие с процедурами по очистке окружающей среды, которые должны быть предприняты по результатам их оценки-
— составление проекта возмещения экологического ущерба в процессе хозяйственной деятельности и т. д.
К самой процедуре оценки может быть применен поэтапный подход. Схема ее определения может включать следующие этапы:
1. Хозяйствующим субъектом осознается возможность существования обязательства по возмещению экологического ущерба.
2. Осуществляется попытка оценки потенциального обязательства.
3. В отсутствие определенной информации наличие условного обязательства отражается в примечаниях к финансовой отчетности.
4. В момент доступности оценка отражается на счетах бухгалтерского учета.
5. Изменение в оценке обязательств отражается в отчетности ежегодно.
6. Данные о совокупных экологических обязательствах представляются в составе финансового отчета и подлежат обязательной публикации.
Резюмируя сказанное, считаем необходимым разработать положение (стандарт) по бухгалтерскому учету, касающееся обязательств по возмещению экологического ущерба, в котором было бы определено понятие экологического обязательства, описаны случаи его признания, способы оценки и возможности исчисления. Такого рода документ мог бы оказать реальную помощь российским предприятиям в развитии экологического учета и отчетности, а также способствовал бы формированию традиций в этой области.
Экологическая отчетность — это сравнительно новое явление в контексте организации рационального природопользования и информационной деятельности предприятий. Она быстро превращается для организаций в один из главных каналов для изложения своих принципиальных позиций, целей, практики и достижений в области рационального природопользования.
Список литературы
1. Гордонов, М. Ю. Совершенствование статистики национального богатства / М. Ю. Гордонов // Вопр. статистики. 2000. № 10. 122
2. Граб, М. Киотский протокол: анализ и интерпретация: пер. с англ. / М. Граб, К. Вралик, Д. Брэк. М.: Наука, 2001.
3. Иванов, Ю. Н. Некоторые проблемы ретроспективного исчисления ВВП России / Ю. Н. Иванов, А. Р. Алексеев // Вопр. статистики. 2000. № 5.
4. Нестеров, Л. И. Методологические проблемы совершенствования статистики национального богатства / Л. И. Нестеров, Г. Т. Аширова // Вопр. статистики. 2001. № 10.
С. М. Имяреков
оптимизация заготовительной деятельности потребительской кооперации
Обобщен накопленный опыт по изучению экономических и социальных проблем развития потребительской кооперации на федеральном и региональном уровнях в области заготовительной деятельности. Выявлена экономическая сущность резервов повышения эффективной работы потребительских кооперативов. Предложена модель, учитывающая ресурсный потенциал, возможные границы объемов закупок по видам продукции и возможную потребность населения в кормах. При этом критерием оптимальности служит уровень максимальной прибыли. По данной модели проведен расчет различных вариантов, которые позволили дать рекомендации, предусматривающие расширение существующей торговой сети, а также создание новых торговых точек, развитие маркетинговой службы и поиск новых каналов сбыта. Предложена концепция организации интегрированных территорий, направленная на устойчивое социально-экономическое развитие районов и концентрацию федеральных и областных структур в рамках данной ассоциации.
Ключевые слова: потребительская кооперация, заготовительная деятельность, маркетинговая служба, эффективность.
Рост производства сельскохозяйственной продукции и сырья в немалой степени зависит от формирования эффективной системы продвижения продукции от производителя к потребителю и возможности использования различных моделей организации ее реализации. В этом важная роль принадлежит потребительской кооперации. Практика показала, что это единственная система с большим экономическим и кадровым потенциалом, способностью тесно взаимодействовать с сельскохозяйственными производителями, обладающая гибким механизмом перераспределения средств и ресурсов, способная выдержать конкуренцию и эффективно обслуживать пайщиков и всех сельских жителей. В настоящее время прежние связи потребительской кооперации и сельскохозяйственных предприятий должны перейти в новые отношения, основанные на взаимовыгодном сотрудничестве и партнерстве, нормальном товарно-денежном обмене.
Особый интерес представляет изучение сферы реализации продукции сельскохозяйственных кооперативов через потребительскую кооперацию, позволяющее выявить особенности рыночных отношений в рамках кооперативной формы собственности.
В этом плане накоплен определенный опыт по изучению экономических и социальных проблем развития потребительской кооперации на федеральном и региональном уровнях: особенностей управления собственностью потребительской кооперации, взаимодействия потребительской кооперации с организациями и предприятиями других
форм собственности, современного финансового положения и проблем перестройки ее хозяйственного механизма. Однако наименее исследованными, как в методическом, так и в практическом аспектах, являются специфические проблемы развития заготови-тельно-перерабатывающего комплекса потребительской кооперации в условиях формирования рынка сельскохозяйственной продукции и его роли в формировании рыночной инфраструктуры агропромышленного комплекса.
Учитывая, что развитие аграрного сектора имеет в реальности затяжной характер, необходимо искать внутренние резервы для сохранения и развития сельскохозяйственного производства, а также пополнения доходов сельского населения. Значительные продовольственные ресурсы в настоящее время находятся в частном секторе, в том числе в личных подсобных хозяйствах граждан, — это и обусловливает активизацию заготовительной деятельности предприятий потребительской кооперации, которые традиционно занимаются закупкой сельскохозяйственной продукции в частном секторе. Потребительская кооперация более чем за вековую историю своего развития накопила огромный потенциал в работе с населением. Однако она под воздействием общеэкономических факторов утратила свою лидирующую роль в закупках продуктов сельского хозяйства.
Рыночные отношения требуют новых подходов в осуществлении более эффективной работы заготовительных организаций потребительской кооперации, что определяет актуальность исследований заготовительной деятельности.
Так, перевод организаций заготовительной отрасли на интенсивный путь развития, под которым понимается способ увеличения объемов заготовок за счет качественных факторов экономического роста, повышения производительности труда, внедрения высокоэффективных технологий, в том числе за счет использования имеющихся резервов, является одним из основных направлений ее развития в условиях рыночных отношений.
Резервов для повышения эффективности работы много. При этом само понятие «резервы», имеет двоякое значение: первое — это имеющиеся ресурсы (сырье, материалы, запасные части, топливо), необходимые для бесперебойной работы организации- второе — это возможности повышения эффективности производства. Отсюда следует, что резервы как запасы и резервы как возможности повышения эффективности производства — это совсем разные понятия.
В нашем случае экономическая сущность резервов повышения эффективной работы состоит в интенсификации заготовительной деятельности, нахождении безубыточных форм работы предприятий, а также в наращивании объемов закупок качественной сельскохозяйственной продукции при наименьших затратах живого и овеществленного труда на единицу продукции.
Повышение эффективности заготовительной деятельности является ключевой задачей потребительской кооперации. В то же время заготовки, как отдельная отрасль деятельности, не являются для потребительской кооперации самоцелью, они в большей мере служат источником для обеспечения устойчивой и эффективной работы собственной промышленности и оказания услуг основному контингенту пайщиков, проживающих в сельской местности.
Кроме того, взаимодействие сельскохозяйственного производства, заготовок и перерабатывающих предприятий позволяет повысить эффективность деятельности потребительской кооперации в целом.
Существуют различные подходы оценки оптимальности ресурсов. Н. И. Пырков проанализировал взаимосвязи и разработал экономико-математическую модель развития
объемы закупок
заготовок сельскохозяйственной продукции в районе по трем вариантам с учетом перспектив развития.
В предложенной модели учитывались ресурсный потенциал, возможные границы
объемов закупок по видам продукции и возможная потребность населения в кормах.
При этом критерием оптимальности было достижение максимальной прибыли.
В компактном виде модель задачи можно представить следующим образом.
Найти в з
Z (max) = Xj — Xj (1)
при условиях:
использование ресурсов земли и труда
2 AjXj & lt- B,(I,) — (2)
потребность в кормах j
AfXJ -X] = O (12), (3)
2XX-& lt-0(/3) — (4)
затраты на товарную продукцию и выручка
2 C, Xj — XB & lt- O (I J, (5)
j
2PX3 -X & lt- O (15) — (6)
j
Vj XJ & gt- B, (16), (7)
VjXj & lt-B,(17). (8)
Обозначения:
B. — размер ресурса-
Xj — размер закупок продукции определенного вида- Xk — потребность в кормах каждого вида- X® — - размер выручки- X3 — размер затрат-
А. — расход ресурса на единицу продукции-
К. — коэффициент расхода корма на 1 т продукции животноводства-
у
V. — выход продукции с единицы отрасли-
C. — выручка от реализации единицы продукции- P. — затраты на единицу отрасли.
Ii — множество условий по использованию ресурсов- I2, I3 — множество условий по балансу кормов- I4, I5 — множество условий по общему объему выручки и затрат- !б — множество условий по минимальному объему закупаемой продукции- I7 — множество условий по максимальному объему закупаемой продукции. В дальнейшем изложении приводится пример, методика расчетов которого применялась для условий Мордовии в конкретных временных рамках.
Числовая модель задачи состояла из 46 ограничений и 25 переменных. Было решено несколько вариантов. Для анализа и предложений в работе представлено три из них. Первый — по фактическим данным за 2000 г. и нахождению оптимального решения, второй учитывает объемы закупок по плану райпо на 2003 г., третий — на 2005 г., учитывает
возможное дальнейшее изменение объемов и показывает возможные резервы организации.
Для сопоставимости результатов цены на закупаемую продукцию по вариантам были взяты одни и те же. Как показал анализ решения задач, имеются отличия по объемам закупаемой продукции (табл. 1).
Таблица 1
Объемы закупаемой продукции райпо
Продукция Вариант 1 Вариант 2 Вариант 3
Картофель, т 308 400 800
Овощи, т 70,9 90 95
Молоко, т 12,4 40 40
Мясо крупного рогатого скота, т 80 80 90
Мясо свиней, т 80,6 100 120
Яйцо, тыс. шт. 511 500 531,6
Мед, т 3 5 5
Кожсырье, шт. 1000 1400
Ягоды, т 75 60
Грибы, т 20 60
Лектехсырье, т 2 2
Макулатура, т 15 20
Тряпье, т 4 4
Метлы, тыс. шт. 50 50
Уже по плану, составленному райпо (вариант 2), имеются отличия от результатов деятельности в 2005 г.: значительно расширен ассортимент, изменены объемы. Третий вариант предусматривает только изменение объемов, так как ассортимент уже определен. Полученные данные не противоречат тем показателям, которые были получены в районе в более урожайные годы.
Единственным сложным вопросом является количество закупаемого у населения молока, так как райпо и молочный завод являются конкурентами.
Необходимо проведение гибкой политики как с точки зрения закупочных цен, так и с точки зрения отношений с молочным заводом. Но эту проблему в дальнейшем можно будет решить при улучшении дел в общественном производстве, при укреплении сельскохозяйственных предприятий, при общем увеличении производимого ими молока. Объемы закупаемых у населения даров природы зависят от условий года, и к их планированию надо подходить осторожно.
Варианты отличаются объемами производства продукции животноводства, и связано это с потребностью в ресурсах, которые имеют определенную эффективность. Так, например, каждый дополнительно затраченный человеко-день увеличивает прибыль райпо на 320 р. (второй вариант), а ухудшение обеспеченности населения кормами всего на 10% ведет к уменьшению прибыли на 322 тыс. р. Таким образом, наибольшее значение имеют ресурсы кормов и обеспеченность ими населения. Полученные данные приведены в табл. 2.
Различна потребность в ресурсах земли и труда. Потребность в кормах была определена по всем вариантам, включая первый, имеются существенные различия по вариантам.
Этот вид ресурсов является определяющим, от него зависят и возможности населения, и потенциал райпо. На улучшение снабжения населения кормами необходимо обратить основное внимание. Приведенные данные показывают общую потребность в кормах в натуральном выражении.
Таблица 2
потребность в ресурсах по решению задачи
Показатель Вариант 1 Вариант 2 Вариант 3
Посевная площадь, га 31,73 41,0 73,5
Ресурс труда, чел. -дни 22 601 23 954 27 820
Потребность в концентратах, т 1820,3 1891,3 2091,3
Потребность в грубых кормах, т 541,8 560,8 627,5
Потребность в сочных кормах, т 1774,0 1860,2 2070,1
Потребность в зеленых кормах, т 1216,0 1251,5 1401,5
Кроме кормов, получаемых с земельных угодий, в личном хозяйстве используются и пищевые отходы, в большей степени — при откорме свиней и в меньшей — в скотоводстве: 525 и 620 т во втором и третьем вариантах.
В ходе решения задачи была определена также потребность каждого вида скота в кормах и возможная структура рационов (табл. 3).
Таблица 3
потребность в кормах (т к. ед.) и структура рационов по решению задачи
Показатель Концентраты Грубые Сочные Зеленые Пищевые отходы Итого
Вариант 2
Коровы 16,48 12,36 2,06 8,24 2,06 41,20
Молодняк 384 240 96 192 48 960
Свиньи 480 160 160 800
Птица 1200 1200
Вариант 3
Коровы 16,48 12,36 2,06 8,24 2,06 41,20
Молодняк 432 270 108 216 54 1080
Свиньи 576 192 192 960
Птица 1275 318,88 1594,88
Структура рациона, %:
коров 40 30 5 20 5 100
молодняка 40 25 10 20 5 100
свиней 60 20 20 100
птицы 80 20 100
За счет изменения ассортимента и объемов выручка по третьему варианту на 60% больше, чем в первом, и на 20% больше, чем во втором варианте (табл. 4).
Таблица 4
Структура выручки райпо
Продукция Вариант 1 Вариант 2 Вариант 3
тыс. р. % тыс. р. % тыс. р. %
Картофель 1386 10,8 1800 10,9 3600 17,5
Овощи 354,5 2,7 450 2,7 475 2,3
Молоко 168,2 0,5 220 1,3 220 1,1
Мясо крупного рогатого скота 4480 34,7 4480 26,9 5040 24,5
Мясо свиней 5239 40,7 6500 39,1 7800 37,9
Яйцо 919,8 7,1 900 5,4 956,9 4,6
Мед 150 1,2 250 1,5 250 1,2
Кожсырье 300 2,3 300 1,8 420 2
Ягоды 1425 8,5 1140 5,5
Грибы 184 1,1 552 2,7
Лектехсырье 18 0,1 18 0,1
Макулатура 22,5 0,1 30 0,1
Тряпье 6 6
Метлы 100 0,6 100 0,6
Итого 12 997,5 100 16 655,5 100 20 607,9 100
По третьему, оптимальному варианту значительно увеличивается удельный вес картофеля, мяса крупного рогатого скота и свиней, в меньшей степени — овощей и продукции птицеводства. Из даров природы увеличивается удельный вес грибов.
В соответствии с изменениями структуры и объемов находится и эффективность (табл. 5).
Таблица 5
Эффективность вариантов, тыс. р.
Показатель Вариант 1 (оптимал. решение 2000 г.) Вариант 2 (прогноз 2003 г.) Вариант 3 (прогноз 2005 г.) Планируемый эф ()ект, %
2003 г. к 2000 г. 2005 г. к 2000 г. 2005 г. к 2003 г.
Выручка (реализ. оборот) 12 897,5 16 655,5 20 607,9 129,1 159,7 123,7
Издержки 9160,2 11 566,5 13 989,8 126,2 152,7 120,9
Прибыль 3737,3 5089,0 6618,1 136,1 177,0 130,0
Прибыль на 1 работника райпо 10,4 14,1 18,3 135,5 175,9 129,7
Рентабельность к издержкам, % 40,8 44,0 47,3 +3,2 +6,5 +3,3
Рентабельность к обороту, % 29,0 30,5 32,1 +1,5 +3,1 +1,6
Наиболее выгодным по совокупности показателей является третий проектный вариант, его-то и можно рекомендовать на ближайшую перспективу.
Проектный процент рентабельности свидетельствует о том, что размер возможной прибыли позволит вести расширенное воспроизводство. Направлений работы может 128
быть несколько. Наибольшее предпочтение следует отдавать увеличению закупок картофеля и овощей, так как возможный процент рентабельности по ним составляет 90,9 и 66,7% соответственно.
Поскольку по годам объем производства может сильно колебаться в зависимости от урожайности, необходимо обеспечить возможность закупок не ниже тех объемов, которые приведены в третьем варианте экономико-математической задачи.
Этого можно достичь за счет стимулирования населения с целью увеличения сборов урожая, либо за счет роста урожайности, либо за счет расширения посевов. Населению необходимо оказывать гарантированную помощь удобрениями, средствами защиты растений. Из животноводческой продукции в настоящее время наиболее выгодна закупка молока (рентабельность 57,1%), мяса свиней (рентабельность 44,4%). Но по закупкам молока, как было сказано выше, надо находить компромисс с молочным заводом. Закупки яиц резко возросли в 2000 г., и возможен дальнейший рост в соответствии с перспективой развития, предлагаемой по 3-му варианту.
В связи с этим работа райпо должна быть направлена, в первую очередь, на улучшение снабжения населения кормами для скота и птицы. Для этого в разработанной модели определяется эта потребность, причем часть кормов (сочные, зеленые) население может заготовлять самостоятельно. Для заготовки грубых кормов необходимо выделять укосные площади. Наибольшая трудность может возникнуть с концентрированными кормами. Выход возможен за счет закупки зерна у фермеров и сельхозпредприятий. Возможно выделение населению ссуд (натуральных и денежных) в счет сдаваемой продукции.
Для достижения и сохранения стабильного уровня работы заготовительных предприятий необходимо производить заготовки других видов сырья — даров природы, вторичного сырья и т. д.
Кроме расширения ассортимента заготавливаемой продукции в модели заложена возможность дальнейшей переработки мяса, овощей (консервирование), картофеля (крахмал, чипсы), грибов, ягод (сушка, консервирование).
Применение предложенной модели развития заготовок на микрозональном уровне предусматривает расширение существующей торговой сети, а также создание новых торговых точек, развитие маркетинговой службы и поиск новых каналов сбыта.
На основании приведенных расчетов можно сделать вывод о том, что заготовительная деятельность райпо требует внедрения интенсивных методов работы, найденное оптимальное решение позволило бы только в 2005 г. получить объем реализации закупаемых сельхозпродуктов по сравнению с 2000 г. больше в 1,6 раза, или в сумме 12,8 млн р., и прибыли — 3,7 млн р.
Проведенный анализ оптимизации ресурсов райпо показал, что необходима адаптация райпо к современным органам местного самоуправления.
Так, в соответствии с современными тенденциями регионального развития и содержанием административной реформы в России основным структурным подразделением системы управления в стране становятся местные территориальные органы самоуправления (ТОСы). В процессе проведения экспериментального замера была сформирована модель сельской территории, в которой выделяется три блока: экономический, социальный, духовно-нравственный. В этой модели обозначены аспекты «точек сотрудничества» районной организации потребительской кооперации (райпо) со структурами территории в выполнении экономических и социальных функций (рисунок).
Территориальный орган самоуправления — ТОС

Сфера Памятники Спортивные Дома куль- Библиотеки Про-
досуга культуры, сооружения туры, клуб- мыслы,
и отдыха парки от- ные учреж- ремесла
дыха дения
Социальная Жилищная Образо- Учреждения Учреждения Общест-
сфера сфера вательные здравоохра- соцобеспе- венные
учреждения нения чения органи-
зации
Экономика Сельско- Сельско- Фермерские Личные под- Пред-
сельской хозяйст- хозяиствен- хозяйства собные хо- прини-
территории венный ное пред- зяйства матели
производ- приятие
ственный (интегри-
коопера- рованная
тив структура
Газпрома)

Органы регионального управления
Предприятия, организации потребительской кооперации — РАЙПО
Схема адаптирования райпо к модели сельской территориальной системы
(сельской администрации)
Приведенная схема позволяет подчеркнуть значимость деятельности потребительской кооперации как экономико-образующей структуры сельской территории: в четырех населенных пунктах работают магазины классического типа «Товары повседневного спроса», в двух из них был произведен евроремонт (как говорят жители деревень: «У нас магазины, как в городе!»).
Население всегда обеспечено товарами первой необходимости, а товары сложного ассортимента и культурно-бытового назначения селяне могут заказать в магазине, и работники райпо привезут из столицы республики — г. Саранска или из других городов необходимые товары. Магазины выполняют функции заготовительного пункта. Особенно устраивает селян закупка молока и некоторых других видов сельхозпродукции.
Кооперативная организация совместно с учреждениями социальной сферы проводит на обслуживаемой сельской территории все массовые мероприятия. Работники кооперативных предприятий по сравнению с другими работниками учреждений сельской инфраструктуры имеют более высокую зарплату, что материально поддерживает семьи кооператоров.
В последние годы в системе потребительской кооперации уделяется особое внимание духовно-нравственному воспитанию и самих работников райпо, и пайщиков, и обслуживаемого населения. В магазинах организованы сельские библиотечки, чайные столы, в кафе райпо можно посидеть за столиками, вечером отдохнуть, заказать коллективную вечеринку или культурно-развлекательную программу, здесь проводит досуг молодежь.
Координатором общественно-политической, культурной жизни на селе выступает ТОС. Успешная деятельность предприятий райпо возможна только при условии совместных усилий органов местного самоуправления, сельскохозяйственных предприятий, бюджетных учреждений, фермеров и других хозяйствующих субъектов, направленных на улучшение условий жизни селян, повышение жизненного уровня сельских жителей.
Кроме того, в целях дальнейшего развития концепции разделения полномочий между федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов РФ и органами местного самоуправления по общим вопросам организации органов государственной власти и местного самоуправления, подготовленной комиссией при Президенте Р Ф, предлагается создание интегрированных территорий в форме ассоциации муниципальных образований (в рамках Закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ»).
Концепция об организации интегрированных территорий направлена на устойчивое социально-экономическое развитие районов и концентрацию федеральных и областных структур в рамках данной ассоциации.
Ассоциация создается между районами с близкими социально-экономическими и географическими условиями, у которых в какой-то мере уже сложились интеграционные связи, предприятиями, которые уже объединились между собой в различные организационно-правовые формы и активно работают на благо районов. Целью ассоциации является объединение усилий районов по развитию определенных отраслей производства для поддержания точек экономического роста, которые при имеющемся экономическом потенциале развиваются и распространяются в районах ассоциации с учетом специализации конкретного района. Тем самым возникает возможность с помощью экономических механизмов совместно наиболее эффективно использовать ресурсную базу районов, их потенциал, местные преимущества и достопримечательности с учетом исторически сложившихся интересов всех районов для устойчивого саморазвития и выполнения функций жизнеобеспечения граждан.
В нашем конкретном случае в рамках ассоциации разрабатываются направления по развитию базы заготовок, переработки сельскохозяйственной продукции и ее реализации. В зависимости от экономической ситуации в районах ассоциации создаются предприятия по хранению, переработке и реализации продукции. Один район, к примеру, специализируется на переработке мясных продуктов, другой — молочных, третий — продуктов растениеводства. А малые заготовительные предприятия со всех сельских и городских поселений доставляют продукцию на эти предприятия.
Предлагаемая модель организации заготовок на уровне муниципальных районов и городских и сельских поселений позволит приблизить организации заготовок к населению и значительно повысить эффективность заготовительной деятельности.
Список литературы
1. Имяреков, С. М. Заготовительная деятельность потребительской кооперации Республики Мордовия: проблемы и перспективы развития: монография / С. М. Имяреков. Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2006. 292 с.
2. Имяреков, С. М. Теория и практика развития сельскохозяйственной кооперации в России: монография / С. М. Имяреков. М.: Акад. проект, 2005. 160 с.
3. Кабушинская, Г. Н. Состояние и перспективы закупочной деятельности потребительской кооперации / Г. Н. Кабушинская // Кооперация на пороге XXI века: сб. науч. ст. М.: Поволж. кооп. ин-т МУПК, 1999. 90 с.
4. Писаренко, Н. П. Эффективность заготовительной деятельности потребительской кооперации / Н. П. Писаренко. М.: Экономика, 1979. 200 с.
5. Пырков, Н. И. Эффективность заготовительной деятельности предприятий потребительской кооперации в регионе / Н. И. Пырков. Н. Новгород, 2003. 161 с.
6. Федеральный закон «О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд» от 21 июня 1994 г. № 6Э-ФЗ.
А. В. Клейман, А. Ю. Шумаков
ПОВЫШЕНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ РЕСУРСОВ ПРЕДПРИЯТИЯ НА ОСНОВЕ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ УПРАВЛЕНИЯ ЗАТРАТАМИ
Рассматриваются содержание и отличие понятий «ресурсы», «затраты», «расходы». Установлена взаимосвязь процессов использования ресурсов предприятия и управления затратами, определены функциональные элементы управления затратами. Изложена концепция адаптивно-функционального подхода, который авторы рекомендуют применять для совершенствования управления затратами с целью повышения эффективности использования ресурсов предприятия.
Ключевые слова: ресурсы, затраты, расходы, управление затратами, административно-функциональный подход, функциональные элементы.
В современных условиях перед предприятиями Российской Федерации все более остро встает проблема эффективного использования ресурсов. По мере развития конкуренции на рынке норма прибыли снижается до 10 — 15 процентов [1]. В этих условиях все большую роль играет совершенствование управления затратами предприятия.
Процесс создания продукции на предприятии связан с вовлечением в него различных экономических ресурсов. Ресурсы представляют собой определенные экономические возможности: средства производства, которые могут быть задействованы для создания благ- условия производства продукции- предметы труда. Все они существуют до начала экономической деятельности и определяют возможность создавать продукцию в определенных масштабах.
Для создания продукции задействуются не все, а лишь отдельные экономические ресурсы в определенных объемах. Этот объем обычно выражают через категорию «затраты». Следовательно, повышение эффективности использования ресурсов предприятия происходит в результате совершенствования процесса управления затратами.
В современной экономической литературе представлено большое количество публикаций, посвященных вопросам содержания, организации, совершенствования управления затратами. Однако, к сожалению, у экономистов нет единого мнения по вопросу о сущности категорий «затраты» и «управление затратами». С одной стороны, это объясняется использованием в качестве синонимов к слову затраты понятий «расходы» и «издержки», что, на наш взгляд, недопустимо. С другой стороны, английские слова «costs», «input», «expenses» интерпретируются в российских публикациях как «затраты», что также способствует терминологической путанице [2. С. 226- 3. С. 160].
На наш взгляд, затраты следует рассматривать как трансформируемые в результат экономической деятельности ресурсы. Результатом является созданное благо, которое признается рынком и имеет стоимостную оценку. В стоимостной оценке можно выделить две составляющие:
1) стоимость всего товара, выражающуюся категориями «поступления», «выручка от реализации" —
2) стоимостную оценку потребленных ресурсов, в современном понимании выражающуюся категорией «расходы» — затраты, признанные рынком как ресурсы, необходимые с точки зрения рыночной оценки для производства товаров [4].
Взаимосвязь категорий «ресурсы», «затраты», «расходы» состоит в том, что ресурсы — это потенциальное состояние (возможности, которые могут быть задействованы 132
в процессе создания благ) — расходы — это реализованные возможности производства- затраты — переходное состояние от возможностей к их воплощению.
Именно воздействие на затраты определяет степень успешности и рациональности использования ресурсов, следовательно, определяет уровень эффективности использования ресурсов.
Поскольку категорию «затраты» следует рассматривать, по крайней мере, в двух аспектах — во-первых, как процесс и, во-вторых, как стоимостную оценку потребления ресурсов, — то представляется целесообразным уточнить содержание понятия «управление затратами».
Важной проблемой в сфере управления затратами является отсутствие единого подхода к толкованию термина «управление затратами». Предлагаемые в экономической литературе дефиниции часто основаны на том, что управление затратами сводится к какому-либо одному аспекту управления предприятием — контролю [5. С. 23], планированию, бюджетированию [6], стратегическому управлению [7] и учету [8].
А. В. Бандурин, С. И. Басалай, И. А. Ли рассматривают управление затратами как составную часть управления активами предприятия и понимают под ним умение сокращать использование ресурсов и увеличивать отдачу от них [9. С. 26]. Для осуществления оперативного управления затратами необходимо:
— знание того, где, когда и в каких объемах расходуются ресурсы предприятия-
— прогнозирование того, где, для чего и в каких объемах необходимы дополнительные финансовые ресурсы-
— умение обеспечить максимально высокий уровень отдачи от использования ресурсов.
Мы полностью разделяем данную точку зрения и согласны с тем, что система оперативного управления оборотными активами предприятия должна быть ориентирована на сокращение издержек и повышение эффективности использования ресурсов.
Согласно точке зрения кандидата экономических наук В. И. Скоромника, который занимается исследованием вопросов теории и практики управления затратами на предприятиях Российской Федерации в течение продолжительного периода времени, как в теоретических исследованиях, так и в практической деятельности экономисты часто связывают управление затратами с такими категориями, как «калькуляция», «бухгалтерский учет», «управленческий учет» [10]. Однако учет дает лишь информацию о состоянии затрат предприятия. Какой бы метод ни использовался, он не влияет на затратообразу-ющие факторы. Например, принятие решения типа «Необходимо снизить затраты на запасные части на 5 процентов» не раскрывает механизма реализации этого принципа с технической точки зрения. Именно в сфере осуществления затрат кроются резервы их снижения.
Куда бы ни относила те или иные затраты бухгалтерия, каким бы способом ни распределялись косвенные затраты, в результате этой деятельности совокупность затрат останется неизменной. Выбор способа учета и распределения затрат не позволяет говорить о том, что в результате этой деятельности происходит управление затратами предприятия.
По мнению В. И. Скоромника, управление затратами должно осуществляться в процессе принятия решения о привлечении определенных ресурсов и в момент фактического осуществления затрат, когда может быть учтено действие затратообразующих факторов. В процессе включения тех или иных затрат в состав себестоимости, а также в процессе определения прибыльности бизнеса управлять затратами уже поздно. «Автомашина,
если потребляет определенное количество топлива, то, куда бы Вы ни отнесли эти затраты, она все равно будет потреблять столько же. От перестановки мест слагаемых (отнесение затрат на изделие, процессы, подразделения, виды деятельности и так далее) — сумма не меняется» [10].
Если рассматривать затраты как процесс преобразования ресурсов в блага, то управление затратами есть целенаправленная деятельность менеджмента предприятия, направленная на преобразование экономических ресурсов в конечный результат производства в соответствии с целями деятельности хозяйствующего субъекта. На наш взгляд, управление затратами, как любой процесс управления хозяйственными процессами, должно включать анализ, планирование, контроль, учет и регулирование привлекаемых экономических ресурсов (см. рисунок), в результате осуществления которых происходит использование экономических ресурсов и преобразование их в блага — осуществление затрат.
Взаимосвязь функциональных элементов процесса управления затратами предприятия:
1 — предварительный контроль-
2 — текущий контроль-
3 — последующий контроль
Анализ представляет собой метод научного и практического познания, основанный на мысленном выделении и рассмотрении отдельных сторон, свойств, составных частей (элементов) чего-либо целого [3. С. 21]. Он служит отправной точкой прогнозирования, планирования, управления объектами и протекающими в них процессами.
Применительно к процессу управления затратами анализ должен быть связан с изучением имеющихся в экономике материальных, трудовых, информационных и прочих ресурсов, исследованием возможностей их привлечения для организации производства благ.
Планирование в самом общем смысле — это процесс разработки плана, этап управленческого цикла [3. С. 435]. Следовательно, результатом планирования является план — одна из форм управленческого решения, результат планирования в виде комплекса мероприятий, объединенных общей целью, которые необходимо выполнить в определенной последовательности и в установленные сроки.
Управление затратами должно включать разработку мероприятий по привлечению определенных видов экономических ресурсов. При этом план привлечения должен включать показатели объема каждого вида привлекаемых ресурсов, сроки реализации планируемых мероприятий, а также показатели объема производства, которые должны быть достигнуты в результате воплощения намеченных мероприятий.
Контроль — одна из функций управления, которая представляет собой осуществляемый субъектом управления комплекс мер наблюдения за подготовкой, принятием и ходом реализации управленческих решений, а также проверки фактического состояния 134
объекта управления [3. С. 246]. Задачами контроля являются обеспечение точного соответствия формы управленческого решения содержанию его исполнения- оценка эффективности использования имеющихся ресурсов и управленческих решений- предупреждение ошибок и просчетов в процессе принятия и реализации управленческих решений- выявление резервов и новых возможностей объекта управления- повышение дисциплины и ответственности исполнения управленческих решений- совершенствование организационной структуры управления.
Таким образом, контроль должен осуществляться в ходе планирования (предварительный контроль), осуществления (текущий контроль) и учета затрат (последующий контроль). Полученная в результате информация должна использоваться для регулирования и анализа затрат предприятия (см. рисунок).
В процессе управления затратами предприятия контроль должен быть связан с разработкой мер, инструментов, критериев оценки использования экономических ресурсов, определением эффективности этой деятельности. При этом контроль должен осуществляться не только по достижении конечного результата, но также на стадии принятия управленческих решений и их реализации.
Неотъемлемым функциональным элементом процесса управления затратами является учет потребляемых ресурсов. В России основным видом учета является бухгалтерский учет — упорядоченная система сбора, регистрации и обобщения информации в денежном выражении об имуществе, обязательствах организации и их движении путем сплошного, непрерывного и документального учета всех хозяйственных операций [11]. Он нацелен на предоставление официальной информации о деятельности предприятия государству, деловым партнерам, кредитным организациям и другим пользователям.
За рубежом хозяйствующие субъекты осуществляют управленческий учет, который, по определению Национальной ассоциации бухгалтеров США, представляет собой «процесс идентификации, измерения, накопления, анализа, подготовки, интеграции и передачи финансовой информации, используемой управленческим персоналом для планирования, оценки и контроля за производственной деятельностью и эффективностью использования ресурсов» [3. С. 646].
Учет как элемент процесса управления затратами должен обеспечивать информацией руководство предприятия для принятия своевременных решений. Он является основой регулирования — завершающей стадии процесса управления, в ходе которого должен корректироваться процесс использования ресурсов.
Регулирование привлекаемых экономических ресурсов как функциональный элемент управления затратами предприятия представляет собой процесс внесения изменений в процедуру использования ресурсов по результатам учета, контроля и анализа соответствующих данных.
В рамках экономики отдельного предприятия или национальной экономики возможности воздействия на объем имеющихся ресурсов, как правило, ограничены (например, сложившимися условиями, технологией производства и др.). Поэтому представляется целесообразным исследование, направленное на поиск ответа на вопрос о повышении эффективности использования имеющихся ресурсов. При этом целевую функцию следует определить как решение вопроса о максимизации соотношения результатов и ресурсов, которое возникает в процессе управления производством через воздействие на уровень, состав и структуру затрат.
Обычно эффективность трактуют как степень соизмерения результатов с затратами. Эффективность может рассматриваться также как система показателей, характеризующих
уровень использования производственных мощностей системы, а в управлении — достижение целей управления при минимальных нежелательных последствиях или издержках [3. С. 775]. Эффективность экономической деятельности определяется как максимальный результат при данном уровне затрат или минимизация затрат при данном результате.
И. И. Мазур, В. Д. Шапиро, Н. Г. Ольдерроге рассматривают эффективность как комплексное понятие, представляющее собой характеристику системы с точки зрения качества, результативности и своевременности достижения ее целей, развития системы в запланированном направлении при выполнении определенных критериальных показателей и ограничений, описываемое такими характеристиками, как целесообразность, результативность, качество, полезность и прочее [12. С. 176]. Эффективность существует при наличии определенной точки отсчета, базы и критериев для сравнения и оценки- установленной иерархии целей развития системы- установления ограничений (условий) внутренней и внешней по отношению к системе среды, которые задают определенный диапазон развития системы, результатов ее функционирования, альтернатив.
По мнению названных авторов, эффективность менеджмента как управляющей системы в широком смысле — это целесообразность и качество управления, нацеленное на лучшую результативность деятельности управляемой системы — организации, реализацию целей и стратегий, достижение определенных качественных и количественных экономических результатов.
И. И. Мазур, В. Д. Шапиро, Н. Г. Ольдерроге подчеркивают, что главным признаком эффективности менеджмента является степень достижения целей деятельности организации. Авторы указывают, что существует внутренняя и внешняя эффективность менеджмента. Внутренняя эффективность показывает, каким образом удовлетворение определенных потребностей сказывается на динамике собственных целей организации и отдельных групп ее участников
Эффективность менеджмента зависит от множества факторов, к которым следует отнести ограниченность экономических ресурсов, нерациональность их распределения- стремление хозяйствующих субъектов к организационному развитию и получению максимального эффекта при наименьших затратах- предотвращение негативного влияния институциональных систем менеджмента, или адаптирование к новым условиям этих систем.
Оценивать эффективность менеджмента следует в зависимости от того, насколько организация достигает ее цели.
На наш взгляд, следует разделить понятия «эффективность управления ресурсами» и «эффективность затрат», хотя они, безусловно, тесно взаимосвязаны. Если в самом общем виде эффективность с точки зрения экономики рассматривать как соотношение результатов и затрат, то эффективность управления ресурсами следует рассматривать как соотношение полученного результата — экономию ресурсов, сокращение затрат на производство и реализацию продукции, повышение отдачи на единицу используемых ресурсов — и затрат на управление ресурсами. Эффективность же затрат есть соотношение полученного результата — объемов производства, продаж, прибыли — и самих затрат предприятия, связанных с созданием и реализацией продукции. Из этого можно сделать вывод, что в основе повышения эффективности затрат на производство и реализацию продукции лежит эффективное управление ресурсами предприятия.
Такое отличие можно объяснить и тем, что управление ресурсами представляет собой более широкое понятие, чем осуществление затрат. Процесс управления ресурсами предприятия предполагает их привлечение для создания продукции, непосредственное
использование в ходе преобразования исходных ресурсов в блага, реализацию преобразованных ресурсов — продукции — потребителям.
Как было сказано выше, затраты характеризуют переходное состояние от исходных ресурсов к конечному результату производства, то есть представляют собой меру использования ресурсов. В рамках нашего исследования мы рассматриваем именно этот этап управления ресурсами предприятия. Следовательно, мы утверждаем, что повышение эффективности использования ресурсов должно происходить на основе совершенствования управления затратами предприятия. Для этого мы предлагаем использовать адаптивно-функциональный подход, который состоит в следующем:
1) адаптивность проявляется в том, что для совершенствования системы управления затратами предлагается система методов, сформированная с учетом совокупности факторов, определяющих условия использования ресурсов предприятия-
2) функциональность заключается в том, что основные факторы, определяющие условия потребления ресурсов, выявляются и исследуются путем изучения механизма их влияния на затраты и логику управления ими.
Каждый этап управления ресурсами предприятия воплощается путем осуществления соответствующего этапа управления затратами:
1) формированию ресурсов соответствует инвестиционный этап управления затратами, на котором происходит воздействие на будущие затраты предприятия-
2) использованию ресурсов соответствует производственный этап управления затратами, на котором происходит осуществление затрат на производство продукции-
3) реализации ранее использованных и переработанных в результате производственной деятельности ресурсов соответствует этап обращения как стадии управления затратами предприятия, на котором произведенная продукция доводится до покупателя.
Каждый этап управления затратами предполагает использование специфических методов, выбор которых зависит от вида управления затратами. В зависимости от временного горизонта принимаемых решений и степени их влияния на дальнейшую деятельность предприятия мы предлагаем различать следующие виды управления затратами:
— стратегическое управление затратами, ориентированное на долгосрочную перспективу (от одного года и более) и предполагающее принятие решений, оказывающих воздействие на всю дальнейшую деятельность предприятия-
— текущее управление затратами, ориентированное на среднесрочную перспективу (один год) и предполагающее принятие решений, оказывающих воздействие на отдельные виды или группы затрат-
— оперативное управление затратами, ориентированное на краткосрочную перспективу в пределах одного года и предполагающее принятие корректирующих управленческих решений, связанных с решением ежедневных задач.
Безусловно, каждый этап управленческого цикла требует постановки определенных целей и задач, использования особых форм и методов их реализации. Функциональные элементы процесса управления затратами предприятия (см. рисунок) также предполагают использование особых методов, которые, как мы полагаем, зависят от факторов, определяющих условия использование ресурсов предприятия.
Таким образом, каждый этап, вид и функциональный элемент управления затратами требует применения специфических методов управления и учета факторов, определяющих условия использования ресурсов предприятия. Для создания эффективной системы управления затратами необходимо систематизировать методы и разработать критерии их выбора.
Список литературы
1. Кандалинцев, В. Г. Управление затратами предприятия [Электронный ресурс] / В. Г. Кандалинцев. Режим доступа: http: //www. src-master. ru/article60. html
2. Грязнова, А. Г. Микроэкономика. Теория и российская практика / А. Г. Грязнова,
A. А. Юданова. М.: Кнорус, 2006. 624 с.
3. Румянцева, Е. Е. Новая экономическая энциклопедия / Е. Е. Румянцева. 2-е изд. М.: ИНФРА-М, 2006. Т. VI. 810 с.
4. Положение по бухгалтерскому учету «Расходы организации» ПБУ 10/99: утв. Приказом Министерства финансов РФ № 33н от 06. 05. 1999 г. (в ред. Приказов Минфина Р Ф от 30. 12. 1999 г. № 107н, от 30. 03. 2001 г. № 27н, от 18. 09. 2006 г. № 116н, от 27. 11. 2006 г. № 156н).
5. Бахрушина, М. А. Бухгалтерский управленческий учет: учеб. пособие / М. А. Бахрушина. М.: Финстатинформ, 2000. 359 с.
6. Управление затратами: опыт практиков // Фин. директор. 2006. № 4.
7. Шанк, Д. Стратегическое управление затратами. Новые методы увеличения конкурентоспособности / Д. Шанк, В. Говиндараджан. М.: Бизнес Микро, 1999. 288 с.
8. Заруднев, А. И. Управление затратами хозяйствующего субъекта: учеб. пособие / А. И. Заруднев, Г. С. Мерзликина — ВолгГТУ. Волгоград: Политехник, 2002. 98 с.
9. Бандурин, А. В. Проблемы оперативного управления активами корпораций / А. В. Бандурин, С. И. Басалай, И. А. Ли — под ред. В. В. Бандурина. М.: ТДДС Столи-ца-8, 1999. 164 с.
10. Скоромник, В. И. Управление затратами [Электронный ресурс] / В. И. Скоромник. Режим доступа: http: //www. neweconomic. com/pbl/mf1. html
11. Федеральный закон «О бухгалтерском учете» от 21 ноября 1996 г. № 129-ФЗ.
12. Мазур, И. И. Эффективный менеджмент: учеб. пособие для вузов / И. И. Мазур,
B. Д. Шапиро, Н. Г. Ольдерроге. М.: Высш. шк., 2003. 555 с.
Н. Г. Кормин
применение кадровой логистики в управлении персоналом организации
В статье предлагаются аспекты применения логистики в кадровой политике организации. Логистика как бизнес-концепция базируется на вовлечении отдельных элементов кадрового менеджмента в общий процесс управления организацией. Предложенный подход увязывает логистику с постоянным движением кадровых ресурсов для обеспечения условий эффективного функционирования предприятия и всестороннего развития его кадров в условиях развития коммуникаций и усложнения бизнес-процессов.
Ключевые слова: логистика, персонал, кадровый менеджмент, предмет кадровой логистики, система управления.
Формирование рыночных отношений в нашей стране обусловило ряд новых задач, решение которых невозможно на основе старых представлений, подходов и методов управления экономическими процессами. Особую остроту здесь приобретают проблемы управления кадрами, формирования трудовых коллективов, обладающих необходимыми ресурсами для решения сложных задач современного производства. 138
Успешная организация стремится максимально эффективно использовать потенциал своих работников, создавая все условия для наиболее полной отдачи сотрудников на работе и для интенсивного развития их потенциала [1. С. 45].
Современный кадровый менеджмент формируется на стыке наук: теории и организации управления, психологии, социологии, конфликтологии, этики, экономики труда, трудового права, политологии и ряда других. В этой связи использование логистического подхода в управлении персоналом организации неслучайно, оно обусловлено процессами развития коммуникаций и усложнения бизнеса [2. С. 79].
Основные понятия и концепции логистики очень хорошо соответствуют такому сложному и важному виду ресурсов, как кадры. Кадровая логистика организации — это раздел логистики, в котором изучается оптимизация потоков трудовых ресурсов предприятий и отрасли в целом [3. С. 37]. Кадры характеризуются высокой подвижностью, поэтому понятие потока трудовых ресурсов вполне раскрывает необходимость постоянного отслеживания и управления изменениями в человеческих ресурсах. Как любой другой вид ресурсов, кадры должны поступать в логистические системы (приниматься на работу), развиваться и использоваться в них (выполнять свои должностные обязанности, обучаться, перемещаться на другие должности) и выходить за пределы (увольняться). Таким образом, кадровая логистика организации имеет четыре основных направления (см. рисунок):
— оптимизация входных потоков в соответствии с потребностями фирмы,
— использование кадров,
— развитие кадров
— высвобождение кадров.
Направления кадровой логистики
Каждое из направлений кадровой логистики можно представить в виде определенных задач управления (см. таблицу).
Задачи управления человеческими ресурсами по направлениям кадровой логистики
Оптимизация входных потоков Оптимизация внутренних потоков Оптимизация выходных потоков
Использование Развитие (обучение)
1. Анализ обеспеченности кадрами 2. Планирование персонала 3. Подбор 4. Отбор 5. Прием 6. Адаптация 1. Организация труда 2. Мотивация 3. Оплата труда 4. Контроль 5. Оценка работников 1. Обучение 2. Планирование служебной карьеры 3. Социальное развитие 4. Формирование культуры и имиджа фирмы 1. Планирование высвобождения работников 2. Высвобождение (увольнение) 3. Анализ обеспеченности кадрами
При таком подходе логистика должна обеспечить оптимальный баланс между входными и выходными потоками, с тем чтобы кадровый потенциал организации развивался в соответствии с развитием этого предприятия.
Объектом изучения кадровой логистики выступают кадровые процессы производственно-коммерческой деятельности организации.
Предметом кадровой логистики организации является логистика персонала. В общем случае логистика персонала выступает составной частью логистики материальных потоков организации. Действительно, если в разрезе системного подхода рассматривать предприятие как объект логистического воздействия, то управление им предполагает работу и с материальным, и с информационным, и с кадровым, и, конечно, с финансовым потоками. Тогда весь ресурсный потенциал фирмы (материальный, финансовый, информационный, кадровый, имиджевый и т. д.) можно показать в развитии, т. е. в каждый фиксированный момент времени организация будет представлена совокупным запасом из этих ресурсов [2. С. 82].
Таким образом, логистика как совокупность алгоритмов и технологий может рассматриваться в системе координат трех и более измерений, отражающих основные направления и образующих главные составляющие логистической деятельности.
На основе вышеизложенного можно определить основную цель кадровой логистики организации: обеспечить предприятие нужными кадрами необходимой квалификации в нужное время (учитывая потребность в людских ресурсах на данный момент и на перспективу), в необходимом количестве и в нужном месте (для выполнения конкретных работ), необходимыми структурным подразделениям фирмы, с наилучшими затратами (на оплату труда и другие расходы по содержанию персонала).
Управление кадровой логистикой предприятия — это системное, планомерно организованное воздействие на процессы формирования, распределения, перераспределения кадров предприятия, на создание условий для использования трудовых качеств работников в целях обеспечения эффективного функционирования предприятия и всестороннего развития его кадров [4. С. 11].
Кадровая логистика организации выстраивается на основе миссии организации, которая определяет ценности, целевые ориентиры, убеждения и принципы, в соответствии с которыми корпорация осуществляет свою деятельность. В зависимости от того, каких стратегических целей придерживается организация, решаются задачи кадровой логистики. Исходя из долгосрочных направлений развития фирмы, решаются и такие вопросы движения кадровых потоков, как: обучать работников внутри фирмы или искать тех, кто уже имеет необходимую подготовку- набирать персонал со стороны или переучивать работников, подлежащих высвобождению, и т. д.
Работа по организации кадровой логистики требует системного взгляда на кадровый ресурс и аналитического подхода при подготовке перемещений. Системный подход в логистике — это комплексное изучение явлений и объектов как целостных логистических систем с целью ликвидации несоответствий между интересами и целями всей логистической системы и ее отдельных элементов, между разными логистическими системами, между логистической системой и внешней средой.
Логистическая кадровая система — это социально-экономическая подсистема, осуществляющая управляющие и регулирующие воздействия на качественные и количественные показатели труда персонала, на сферу управления этим трудом и персоналом, находящаяся в интеграции с комплексным анализом эффективности организации в целом [4. С. 15].
На практике программу внедрения логистической кадровой системы в организацию можно представить последовательностью следующих мероприятий:
1. Оценка организации системы управления персоналом:
1.1. Оценка принципов реальной кадровой политики и их соответствия целям и стратегии предприятия.
1.2. Оценка реального статуса кадровой службы.
1.3. Анализ организационной структуры кадровой службы и схем функционального взаимодействия с другими подразделениями предприятия.
1.4. Анализ технологических схем выполнения основных кадровых мероприятий (подбора, адаптации, оценки и аттестации, мотивации, обучения персонала, формирования корпоративной культуры, ведения кадрового учета и т. д.).
1.5. Анализ кадровых документов, внутренних нормативных актов, приказов и распоряжений.
1.6. Оценка правовой эффективности кадровых решений.
1.7 Оценка экономической и социальной эффективности системы управления персоналом.
2. Оценка кадрового потенциала предприятия:
2.1. Анализ структуры и численности кадрового состава.
2.2. Анализ использования рабочего времени.
2.3. Диагностика управленческого потенциала (профессиональная и психологическая готовность руководителей к реализации корпоративных целей).
2.4. Диагностика квалификационного потенциала (соответствие уровня профессиональных знаний и навыков требованиям должности) — диагностика личностного потенциала (психологическая характеристика личности).
2.5. Диагностика группового потенциала (социально-психологическая характеристика группы).
3. Оценка состояния корпоративной культуры на предприятии и социально-психологического климата (СПК) коллектива:
3.1. Оценка СПК, выявление степени удовлетворенности работников различными аспектами труда (условиями работы, заработной платой, отношениями в коллективе, с руководством и т. д.).
3.2. Оценка групповой сплоченности и совместимости, определение группировок и неформальных лидеров в малой группе- анализ причин социально-психологической напряженности и организационных конфликтов.
Для реализации данных мероприятий целесообразно использовать следующие методики: анализ документов, анкетирование, интервьюирование, экспертный опрос (мозговая атака, фокус-группы, SWOT-анализ и т. д.), наблюдение, эксперимент, психологическое и квалификационное тестирование, моделирование [4. С. 16].
Таким образом, организация кадровой логистической системы управления позволяет современным организациям определить качество кадрового ресурса в связи с реализацией основных целей и задач организации, а также выявить различия между сотрудниками в способах приема, обработки, хранения и передачи информации- оценить социопсихологический климат и дать рекомендации по оптимальным межличностным дистанциям- определить соответствие группового ресурса сильных функций основным функциям организации, коллективное восприятие обстановки в фирме, сформировать рекомендации по обучению- создать запас качественных трудовых ресурсов, способных реализовать возможности организации.
Список литературы
1. Управление персоналом: учеб. пособие / под ред. Л. Н. Шаталовой. М.: Юнити, 2003. 152 с.
2. Системный анализ в логистике / под ред. Л. Б. Миротина. М.: Юнити, 2003. 274 с.
3. Основы логистики: учеб. пособие / В. Д. Сербин. Таганрог: Изд-во ТРТУ, 2004. 170 с.
4. Кормин, Н. Г. Особенности кадровой логистики современной организации / Н. Г. Кормин. Екатеринбург: Урал. гос. юрид. акад., 2007. 18 с.
М. А. Пестунов
управленм конкурентоспособностью
НА ОСНОВЕ формирования ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО КАпИТАЛА
Анализируется современный подход к формированию механизма инновационного развития промышленных предприятий. Интеллектуальный капитал рассматривается как финансовые ресурсы, которые вовлечены в экономический оборот в виде нематериальных активов. Модель воспроизводства нематериальных активов, основанная на представлении их как категории финансового ресурса, дает возможность, с одной стороны, снижать риски инвестирования в интеллектуальный капитал, с другой — улучшить управление финансами предприятия, прежде всего при составлении финансовых планов, и повысить эффективность управления формированием интеллектуального капитала.
Ключевые слова: интеллектуальный капитал, нематериальные активы, финансовые планы, эффективность управления, коэффициент интеллектуалоемкости.
В последнее время экономическая ситуация в российской промышленности характеризуется снижением научно-технического технологического потенциала, сокращением исследований на важных направлениях инновационного развития, что приводит к деградации производства и снижению конкурентоспособности предприятий. Экономические реформы показали, что рынок сам по себе не в состоянии вывести промышленные предприятия из кризиса путем автоматического повышения их конкурентоспособности. Следовательно, обеспечение конкурентоспособности возможно только при активном участии управленцев и владельцев предприятий. Таким образом, имеется объективная потребность в разработке методов и финансовых механизмов управления конкурентоспособностью предприятий.
Бизнес является конкурентоспособным, когда он предлагает на рынке более качественные атрибуты, важные для потребителей. При этом более высокая ценность продукта создается за счет более высоких показателей насыщения его объектами интеллектуальной собственности (ОИС). Установлено, что конкурентное преимущество обеспечивается только в том случае, когда относительное превосходство в знаниях, навыках и способах использования ресурсов по выпуску продукции, которыми располагает предприятие, в обязательном порядке специфируются в виде объектов интеллектуальной собственности и затем участвуют в экономическом обороте и фиксируются на предприятии в виде нематериальных активов (НМА). Конкурентоспособность является многоуровневым понятием и включает конкурентоспособность как предприятия, так
и продукта и интеллектуальной собственности, которые вовлекаются в экономический оборот. Конкурентоспособность предприятия определяется конкурентоспособностью продукта, которая, в свою очередь, зависит от технико-экономической значимости объектов интеллектуальной собственности, реализованных в продукте, технологических процессах и управлении и характеризующих ее сущность, и основных факторов, влияющих на конкурентоспособность.
При этом следует отметить, что российские предприятия по-прежнему испытывают спад инвестиций не только в материальные, но и, в первую очередь, в неосязаемые активы предприятия. Спад инвестиций приводит к снижению финансовых результатов деятельности предприятий, а также к технической и технологической деградации. При этом наблюдается так называемый «российский парадокс»: «. парадокс экономической динамики последних лет состоит в том, что ручеек ресурсов на осуществление инноваций наблюдается на фоне избытка капитала в национальной экономике… Избыток капитала имеется в предпринимательском секторе. у государства. у населения» [1].
Этот парадокс мы объясняем формированием неэффективного финансового поведения инвесторов. Пониманию причин неэффективного финансового поведения, снижения инвестиций в неосязаемые активы предприятия и факторов, обеспечивающих устойчивое развитие предприятия, может способствовать анализ феномена инновационной близорукости, обусловленной краткосрочной временной ориентацией. На практике инновационная близорукость проявляется в предпочтении инвестиций в перевооружение, в материальные активы по сравнению с нематериальными. Эффективность материальных активов легко определяется (чистый операционный доход, внутренняя норма доходности, срок окупаемости, рентабельность), в то время как нематериальные активы имеют длительный период окупаемости и высокие риски, затрудняющие определение дохода.
Современный подход к формированию финансового механизма развития промышленных предприятий строится на обосновании двух моделей внутреннего механизма воспроизводства активов предприятия — продуктовой и воспроизводственной. Воспроизводство продуктовой модели основано на привлечении прямых инвестиций и эффективно преимущественно в условиях слабой конкуренции. Вследствие эксплуатации такой модели при отсутствии взаимосвязи с результатами воспроизводства внеоборотных активов неизбежно наступает экономический спад и как следствие — снижение конкурентоспособности предприятия. Основные характеристики продуктовой модели (воспроизводство товаров, работ и услуг) проявляются в распределении (перераспределении) произведенных товаров в стоимостной форме. Интерес инвесторов сводится к инвестициям в сырьевые отрасли [2].
Воспроизводственная модель проявляется в устойчивом росте собственного капитала фирмы и основывается на финансовом механизме, обеспечивающем рост прибыли и рентабельности. Главным критерием воспроизводственной модели является стоимость бизнеса. Уравнение рыночной оценки реального собственного капитала можно представить как совокупность инвестиций в физические, финансовые и интеллектуальные активы:
К = (А — О) + НМЛ, (1)
где, А — сумма активов-
О — сумма обязательств-
НМА — сумма нематериальных активов.
Исследования показали, что получение конкурентных преимуществ фирмы полностью зависит от воспроизводства нематериальных активов за счет финансирования новых разработок, косвенным результатом которых является количество технических решений, защищенных патентами Российской Федерации и патентами иностранных государств, и отражение их в финансовой отчетности как нематериальных активов.
Конечный продукт в своем физическом выражении содержит не только вещественную составляющую, но и интеллектуальную, и она тем больше, чем более высокие характеристики и большую потребительную стоимость имеет объект. Насыщение продукции объектами интеллектуальной собственности ведет к несовпадению динамики вещественных затрат и стоимости готового продукта. Тенденции, ускоряющие эрозию материальных преимуществ над нематериальными, продолжают нарастать. Конкурентоспособные предприятия выходят на рынок с новыми видами продукции, основанными на новом поколении нематериальных активов. Глобализация конкуренции требует от предприятий быстрого и адекватного реагирования на любые рыночные изменения.
Известно, что технические решения, защищенные патентами на изобретения, промышленные образцы и другие виды интеллектуальной собственности, отраженные в научных отчетах, инструкциях и методиках, как правило, содержат опережающую информацию об инновациях. И это опережение составляет 5−7 лет. Кроме того, обладая мультипликативным эффектом, продуктовые инновации резко активизируют процессы в области технологий и организации управления.
Можно сделать вывод, что радикальные нововведения, лежащие в основе каждой новой технологической парадигмы, имеют высокий потенциал коммерциализации (рыночного проникновения), который стимулирует внедрение разнообразных усовершенствований и дополняющих инноваций.
Проблема эффективного воспроизводства интеллектуального капитала во многом порождена отсутствием финансового механизма вовлечения ОИС в экономический оборот. Ее можно снять путем теоретического осмысления объектов интеллектуальной собственности как рыночного товара: во-первых, это полезность, или способность удовлетворять потребность, что обусловливает появление спроса и, как следствие, — потребительную стоимость- его редкость — свойство, противоположное общедоступности- универсальность — пригодность к обмену на любые другие товары- способность отчуждаться — меновая стоимость. Во-вторых, интеллектуальная собственность, реализуемая в виде нематериальных активов предприятия, проявляется как самовозрастающая стоимость, приносящая прибавочную стоимость. Источником самовозрастания выступает дополнительная прибыль, обусловленная наращиванием капитала, основанного на инновациях [5].
Признание интеллектуальной собственности нематериальным (неосязаемым) активом предприятия, а значит, финансовым ресурсом, как по сути, так и по форме, является важным поворотным пунктом в развитии не только экономики, но и финансового менеджмента. Такое определение финансовых ресурсов носит ярко выраженный воспроизводственный характер и отражает непрерывный процесс производства, распределения обмена и потребления внутри фирмы. Критерием эффективного воспроизводственного процесса выступает прирост собственного капитала предприятия. Например, к началу 2002 г. в экономике США ^ добавленной стоимости, создаваемой фирмами, составлял информационный фактор, в том числе интеллектуальный капитал, реализованный как нематериальные активы фирмы.
В данной статье предлагается финансовый механизм формирования и расширенного воспроизводства интеллектуального капитала, реализуемого в различных формах нематериальных активов предприятия. В теории финансов предприятия это рассматривается в рамках единого подхода к исследованию активов, в котором проявляются все стороны финансовых отношений.
При реализации объектов интеллектуального капитала в виде нематериальных активов для более эффективного их планирования, формирования пропорций в операционной и инвестиционной деятельности и более корректной системы финансовых показателей, по нашему мнению, их можно объединить в три составляющие интеллектуального капитала: нематериальные активы, неотделимые от предприятия- нематериальные активы, неотделимые от индивидуума (человеческий капитал) — нематериальные активы, которые могут отделяться как от предприятия, так и от индивидуума [4].
Нематериальные активы представляют собой финансовые ресурсы, в различных видах используемые в хозяйственной деятельности предприятия [5]. Они формируются для конкретных целевых показателей в виде определенного комплекса имущественных ценностей, определяющих функциональную направленность развития НМА по периодам реализации. Особенностью нематериальных активов как неосязаемых является то, что они представляют определенную ценность как финансовые ресурсы, которые создают дополнительный доход и которыми можно управлять в целях повышения стоимости бизнеса.
Неосязаемые активы как финансовые ресурсы вовлечены в воспроизводственный процесс, поэтому не существуют вне системы экономических отношений предприятия. Экономические отношения, определяющие использование интеллектуального капитала, возникают регулярно и, по сути, являются финансовыми отношениями, поскольку в их основе лежит обмен определенной способности приносить доход на денежный эквивалент. Часть денежных средств, получаемых от использования интеллектуального капитала в виде нематериальных активов, предприятие аккумулирует в виде амортизационных отчислений. Стоимость нематериальных активов (Снма), соотнесенная с объемом выпуска продукции представляет собой интеллектуалоемкость производства [4].
Поскольку в условиях конкуренции часть НМА всегда остается недоиспользованной, соотношение стоимости НМА и выпуска в показателе интеллектуалоемкости является более высоким, чем это технически необходимо.
«Технологическим» (по аналогии с коэффициентом прямых затрат), по нашему мнению, оно становится при корректировке объема выпуска продукции в соответствии с уровнем использования производственной мощности [4]:
_ Спта
В _ '- (2)
где В у — интеллектуалоемкость-
Спта — стоимость нематериальных активов-
Q — объем выпуска продукции.
Тогда финансовое соотношение по исследуемому объекту техники выразится формулой
Ь, _, (3)
где Ь. — частный капитальный коэффициент интеллектуальной емкости-
V
р — доля исследуемого НМА в основном капитале.
В целях создания нормативной базы для прогнозирования емкости рынка НМА значения частных капитальных коэффициентов интеллектуалоемкости мы предлагаем рассчитывать за достаточно глубокую ретроспективу (срок исчерпания эффективности, срок обновления продуктовых, технологических и управленческих ОИС) в сопоставимых ценах.
В целях прогнозирования развития рынка НМА, по нашему мнению, предпочтительно использовать частные коэффициенты интеллектуалоемкости за период жизненного цикла продукта (срок снятия с производства). В этом случае значения приобретают еще большую инерционность, устойчивость, поскольку они отражают интеллектуалоемкость на длительный период.
Величина коэффициентов интеллектуалоемкости по отдельным НМА в пределах одной отрасли может варьировать в зависимости от стадии жизненного цикла продукта. Как показывают исследования, уровни коэффициентов интеллектуалоемкости по продуктовым НМА в машиностроении в развитых странах были стабильны и составляли до 2007 г. 0,01−0,02, т. е. на доллар производственной мощности приходилось 1−2 цента запаса нематериальных активов.
Воспроизводство интеллектуального капитала осуществляется в виде воспроизводства нематериальных активов за счет восстановления (полного или частичного) обновления и расширения поля их использования.
В соответствии с этими направлениями воспроизводства потребность в нематериальных активах как ресурса делится на следующие функциональные элементы: НМА продуктового характера- НМА технологического характера- НМА управленческого характера.
Указанные направления воспроизводства осуществляются в процессе инвестирования в новые разработки. Потребность в НМА, удовлетворяемая за счет собственных финансовых ресурсов, является эндогенной. Потребности в НМА, удовлетворяемые за счет приобретения лицензий, — экзогенные.
Для определения эндогенной потребности НМА мы предлагаем использовать две модели [4]:
— для стационарной системы воспроизводства НМА
1*=т ч, (4)
где Р. — годовая потребность. -го предприятия в ?-м НМА в *-м году-
Qi'-ij — объем выпуска продукции j-го предприятия на основе ?-го НМА в *-м году соответственно-
i — фактор времени (в настоящей статье период 2001—2005 гг.) —
Ат- годовая норма амортизации. Для изобретений (срок действия патента равен 20 годам) годовая норма амортизации принята равной 5,0%.
Для динамической системы воспроизводства нематериальных активов предприятия
I* = Ь^О-Ат. + Ь*АО* Ат*, (5)
где АQi — прирост объема выпуска продукции.
Выбору модели расчета потребности предприятий в НМА должен предшествовать анализ систем финансового механизма воспроизводства НМА на каждом конкретном предприятии с учетом тенденций развития отрасли. Исходными данными для проведения анализа являются:
— стоимостные объемы нематериальных активов по видам (продуктовые, технологические, управленческие) —
— нормы амортизации нематериальных активов по видам-
— валовые инвестиции предприятий в интеллектуальный капитал.
При этом фактор времени в формулах (4) и (5) учитывается в зависимости от целей исследования. Чем долгосрочнее период прогнозирования, тем глубже должна быть ретроспектива анализа при формировании интеллектуального капитала, которая должна учитывать патентную ситуацию в отрасли. Результаты расчетов за период 2001—2005 гг. сведены в таблицу. Данные для расчетов получены из отчетности предприятий, А (завод «Калибр») и Б (завод «Прибор»).
Для наглядности анализа целесообразно применение графоаналитического метода. На оси абсцисс указываются периоды, на оси ординат — фактические уровни амортизационных фондов и валовые инвестиции в НМА (см. рисунок). Для системы, А характерным является практическое равенство годового фонда амортизации (косая штриховка) и годовых валовых инвестиций в НМА (вертикальная штриховка).
Инвестиции в НмА и годовые фонды амортизации для предприятий со стационарной и динамической системой воспроизводства
интеллектуального капитала
Год Интеллектуальный капитал, млн р. Норма амортизации, % Годовой фонд амортизации, тыс р. Валовые инвестиции, тыс. р. Отношение фонда амортизации к валовым инвестициям
Стационарная система, А Динамическая система Б Стационарная система, А Динамическая система Б Стационарная система, А Динамическая система Б Стационарная система, А Динамическая система Б Стационарная система, А Динамическая система Б
2001 3,40 3,60 5,0 5,0 170 180 160 200 1,0625 0,9000
2002 3,60 4,40 5,0 5,0 180 220 200 350 0,9000 0,6285
2003 6,00 5,60 5,0 5,0 300 280 180 340 1,6666 0,8235
2004 7,00 8,00 5,0 5,0 350 400 400 500 0,8750 0,8000
2005 10,0 11,40 5,0 5,0 500 570 420 600 1,1904 0,9500
Это означает, что при росте в динамике стоимостных объемов НМА предприятие обновляет и расширяет свой интеллектуальный капитал в пределах фонда амортизации, т. е. без привлечения прибыли на цели обновления и расширения своих продуктовых, технологических и управленческих НМА. Фонд амортизации является основным источником финансирования воспроизводства интеллектуального капитала. В этом случае систему воспроизводства нематериальных активов можно назвать стационарной и для расчета потребности в новых НМА используется модель, описываемая формулой (4), за период 2001—2005 гг.
Для системы Б (рисунок) характерно превышение годовых инвестиций в НМА над годовыми фондами амортизации. Это означает, что для воспроизводства своего инновационного потенциала и особенно для его ускоренного наращивания предприятие привлекает в качестве источников финансирования не только фонд амортизации, но и прибыль предприятия, а также заемные средства (финансовый рычаг). В этом случае систему воспроизводства интеллектуального капитала предприятия можно назвать динамической. Для расчетов используется формула (5) за период 2001—2005 гг. В случае если
наблюдаются отдельные существенные отклонения в сравниваемых уровнях финансирования и фондов амортизации, целесообразно проводить сравнения за периоды списания нематериальных активов. Результаты сравнений в целом за период амортизации отражаются на графиках А, Б.
х100 тыс. р.
х100 тыс. р.
А
Б
График амортизационных накоплений по нематериальным активам завода «Прибор»
Выводы: предлагаемый механизм воспроизводства необходимых объемов нематериальных активов предприятия (интеллектуального капитала) позволит целенаправленно формировать финансовую политику предприятия, которая обеспечит наращивание выпуска конкурентоспособной продукции, основанной на новом поколении объектов интеллектуальной собственности, в режимах простого или расширенного воспроизводства нематериальных активов, в зависимости от стратегии развития предприятия.
Кроме того, предлагаемая финансовая модель воспроизводства нематериальных активов, основанная на представлении ее как категории финансового ресурса, дает возможность, с одной стороны, снижать риски инвестирования в нематериальные активы (интеллектуальный капитал), с другой — улучшить управление финансами предприятия, прежде всего при составлении финансовых планов, и повысить эффективность управления с точки зрения вовлечения интеллектуальных ресурсов в хозяйственный оборот, что обеспечит конкурентоспособность предприятия в операционном цикле и стратегическое позиционирование в инвестиционном цикле.
Список литературы
1. Кузык, Б. Н. Россия-2050: стратегия инновационного прорыва / Б. Н. Кузык, Ю. В. Яковец. 2-е изд., доп. М.: Экономика, 2005.
2. Черняева, И. В. Финансовый механизм экономического роста / И. В. Черняева // Финансы и кредит. 2006. № 30. С. 47.
3. Cohem, St. Tools for Thought. Berkeley Roundtable on the International Economy, University of California at Berkeley / St. Cohem, J. Delong // BRIE Working Paper. 2000. № 138.
4. Пестунов, М. А. Управление интеллектуальной собственностью / М. А. Пестунов. Челябинск: Челяб. гос. ун-т, 2006.
5. Инновационный путь развития для новой России / отв. ред. В. П. Горегляд — Центр соц. -экон. проблем федерализма Ин-та экономики РАН. М.: Наука, 2005. 343 с. (Экономическая наука современной России).
6. Ковалев, В. В. Финансовый менеджмент: теория и практика / В. В. Ковалев. М.: Т К Велби: Проспект, 2006.
Л. В. Рябцева
к вопросу об экономическом моделировании РАБОТЫ цехов комплекса «СТАЛЬ-пРОКАТ» металлургического производства
Рассматривается модельное представление производственного процесса в цехах комплекса «сталь-прокат» в виде заданной последовательности технологических и транспортных операций, названной технологическим маршрутом, которое положено в основу разработки организационно-экономической модели. Реализация предложенной модели позволит решить основные задачи организационно-экономического учета, а также «стоимостных» организационно-технологических расчетов в оперативном интервале времени (смена, сутки).
Ключевые слова: производственный процесс, металлургическое производство, прокат, экономико-математическая модель, транспортные затраты.
Оперативное планирование металлургического производства представляет собой не только составление планов-графиков работы, но и оперативный расчет потерь производства из-за нарушений согласованной работы взаимосвязанных производственных подразделений предприятия, а также отклонений, вызванных изменениями параметров работы от заданного уровня во всех сопряженных производствах. В связи с этим одна из задач оперативного планирования и управления производством может быть сформулирована как разработка набора моделей и методик получения оперативных экономических оценок, позволяющих осуществить пересчет фактических отклонений параметров производства от заданных графиками (по массе металла, температуре, времени выполнения операций) в эквивалентные им экономические показатели. Эта проблема решается нами в настоящее время применительно к комплексу цехов «сталь-прокат» металлургического производства.
Для оптимального решения задач планирования и оперативного управления производством наиболее рациональным способом описания технологии и организации производства, например для цехов комплекса «сталь-прокат» металлургического комбината, является представление хода технологического процесса в виде связанной последовательности заданных технологических и транспортных операций, названной нами технологическим маршрутом [1]. В результате исследования установлено, что технологические маршруты Wj, представляемые в виде последовательных описаний, адекватно описывают динамику организационно-технологического процесса. Технологический маршрут, на наш взгляд, можно представить в виде следующего выражения:
^ (ер ^ - Ъ — тпХ (1)
где (е1,в2,… вп) — заданная последовательность технологических операций-
(Тр т2, … тп) — время их выполнения- j = 1, … J -номер технологического маршрута (ТМ).
Применение такого описания хода технологического процесса в качестве базового или как структурной единицы описания движения металлопотока по переделам позволяет решать основные задачи оперативного управления производством. Оперативное планирование производства сводится к реализации процедур перестановки технологических маршрутов и закрепления их начальных операций к агрегатам, расчета загрузки, потерь на межоперационные простои и очереди на операцию (занятость агрегатов), которые проверяются по заданной системе критериев. Естественно, что представление технологических маршрутов типа (1) не содержит в явном виде экономических параметров производства, например затрат на выполнение операций, потерь производства от межоперационных простоев. Любое переназначение операций внутри технологического маршрута, изменение их последовательности, изменение времени начала и окончания технологической операций вызывает изменение стоимостной оценки параметров как отдельной операции, так и всего технологического маршрута. Информационное сопровождение технологического процесса выполняется службами ОТК, технологическим персоналом, диспетчерскими службами. Достоверность и оперативность регистрируемой организационно-технологической информации во многом зависит от персонала.
Оперативный и технологический персонал, реализуя управленческие воздействия на ход технологического маршрута, вызванные контролируемыми и неконтролируемыми возмущениями, руководствуется заданными критериями и ограничениями, текущей обстановкой и другими оценками, которые не учитывают в явном виде изменения экономических параметров. Выполнение заказа на металлопрокат по количественным параметрам (типоразмер проката, масса, заданное время выполнения заказа и отгрузки) является основной целью персонала, осуществляющего оперативное управление и планирование, а стоимостные параметры отдельных операций и всего технологического маршрута в действующих системах организационно-экономического управления, как правило, не рассчитываются.
Для реализации задач расчета стоимостного эквивалента каждой технологической, транспортной операции, каждого технологического маршрута, на наш взгляд, представляется целесообразным использовать организационно-экономическую модель. Организационно-экономическая модель базируется на классических понятиях теории управления и содержит описание существующих на реальном производстве организационно-экономических связей и отношений, способов и методов производства, устанавливает вклад каждого работника и подразделения в выполнение заказа, на ее основе осуществляется выбор регулируемых параметров при взаиморасчетах и взаимной компенсации потерь от раскоординированного хода производства. Организационно-экономическая модель используется для приведения организационно-технологической системы из определенного (заданного) состояния в требуемое (конечное) при помощи управляющих воздействий за отведенное время при условии совпадения целей организационно-технологической системы и активного элемента, адекватности планируемых графиков и заданий фактическому состоянию производства. Более подробно основные положения и понятия организационно-экономической модели представлены в работе [2].
Концепцией для разработки организационно-экономической модели являются следующие предпосылки и условия:
— если в системе оперативного планирования производства регламентируются все
операции по контролируемым организационным и технологическим параметрам, то допустима и корректна регламентация их стоимостных параметров-
— если в системе оперативного управления существует регистрация информации о состоянии производства, то имеющийся конечный набор организационных и технологических параметров металлургического производства позволяет формировать достоверный информационный образ производства с точностью до заданных требований по достоверности, полноте и своевременности, предъявляемых к информации функциями оперативного управления-
— если в системе оперативного планирования и управления производством единицей слежения является заказ на металлопрокат, обусловленный единым химическим составом плавки (марка стали) и массой плавки (жидкая сталь, слиток, заготовка), то недопустимо частичное изменение в составе одного технологического маршрута массы металла, температуры и времени технологических операций-
— если для компенсации возмущений не существует единственного управленческого решения, то каждое из конкурирующих управленческих решений имеет свой экономический эквивалент.
Более подробно условия формирования организационно-экономической модели изложены в трудах [3- 4].
В основу разработки экономико-математической модели нами положено модельное представление технологического процесса в цехах комплекса «сталь-прокат» в виде
W К ^ - еп- ъ — v ^ - эпХ (2)
где (Эр э2, — эп) — нормативные стоимостные эквиваленты технологических операций.
Стоимостной эквивалент технологической операции эп является функцией, зависящей от многих переменных — стоимости исходного ресурса, затрат на технологию, энергетических затрат и других нормируемых переменных производства. Расчет значений стоимостных эквивалентов технологических операций должен выполняться экономистами структурных подразделений. При этом допускается корректировка нормативных значений, например в связи с изменениями в стоимостных параметрах ресурсов производства [5].
Помимо представления (2) в основу модели следует, по нашему мнению, заложить также соотношение фактической производительности Ргф (т) и ее значения Рг*(т), заданного сменно-суточным графиком, где индексы ф и * здесь и далее обозначают соответственно фактические и заданные значения. Отношение у = Ргф (т) / Рг*(т) для каждой операции показывает меру исполнения задания. Аналогично можно определить и производительность групп операций на каждом конкретном агрегате, задействованном в выполнении конкретного технологического маршрута. Последовательность значений п. = (у^ - у^) и п.: (Ag1, — AgB), сопоставленных с агрегатами, является мерой реализации сменно-суточного графика на заданной последовательности агрегатов. Такое представление учитывает выполнение нескольких контролируемых сменно-суточным графиком операций на одном агрегате. Вероятны ситуации, когда Ргф (т) & gt- Рг*(т), что показывает эффективность оперативного планирования. Поэтому диапазон значений у не может быть определен стандартным подходом, учитывающим 0 & lt- у & lt- 1.
В результате проведенных исследований в цехах комплекса «сталь-прокат» ЗападноСибирского металлургического комбината установлено, что информационно полное описание технологических маршрутов включает от 500 до 1500 параметров, в зависимости
от марки стали и дополнительных операций (термоотделки, дополнительной обработки металла, условий отгрузки и транспортировки). Но контролируемыми параметрами организационно-технологического моделирования являются:
— марка стали — Ма$, Ма*-
— масса плавки (слитка, заготовки) — тф, т*-
— температура металла — Тф, Т*-
— время выполнения операции — Тф, т*
Информационное сопровождение технологии, контроль и диагностика выполнения технологических, транспортных операций, а также технологических маршрутов допускают представление значений в отклонениях для каждой операции:
Аш = шф — ш АТ = Тф — Т а: { Ат = тф — т* (3)
Маф = Маили Маф ф Ма,
где, а — обобщенное информационное описание.
Данное представление позволяет выполнить однозначные переходы:
— от параметров операций и маршрутов, заданных сменно-суточными графиками, к производительности, заданной и фактической соответственно, получаемых по соотношению (3) —
— от размерности производительности [т/ч] к размерности стоимостных показателей [р. /ч]-
— от значений параметров, имеющих размер, к безразмерным путем умножения на коэффициенты соответствующих размерностей или иным нормированным коэффициен-
Существует алгоритм расчета потерь производства в стоимостных показателях, разработанный на основе методики расчета потерь производства и основных положений организационно-экономической модели [1]. Алгоритм расчета потерь производства, например, от межоперационных простоев включает следующие этапы:
1. Определение планируемого времени начала и окончания j-й технологической операции (т р, т р) у, а также нормативной стоимости выполнения технологической операции эУ.
2. Расчет планируемой производительности Рг^ путем деления массы заказа (т) на
планируемую длительность технологической операции (ч):
т
Рг р =-ш--(4)
7 (тр -тр), • и
3. Регистрация в автоматизированном режиме фактических значений времени начала и окончания операции (тф, тф)^.
4. Расчет фактически достигнутых значений производительности
фт
Ргф = (5)
5. Расчет отклонений фактических значений производительности от заданных
Д рг, =
рг-- рг-
6. Расчет экономических потерь Рг. [р. /ч] при невыполнении технологической операции в требуемое время
Рг. = А Рг. • э. (7)
] ] ] у '-
7. Определение суммарных потерь на интервале времени (т0, т) по всем технологическим операциям
Рг (То, т) = (8)
}=1
Полученные суммарные значения производительности, выраженные в стоимостных показателях, определяют потери производства в денежном выражении от межоперационных простоев.
Аналогично можно определить потери производства по причине переназначения марки стали, потерь металла по массе (обрезь, угар) и изменения температуры.
Для апробации предложенной методики выполнялись расчеты потерь производства, вызванные нарушением времени выполнения таких технологических операций, как посад слитков в отделение нагревательных колодцев и их нагрев. Например, в интервале времени с 18. 00 до 20. 00 в отделение нагревательных колодцев комплекса «сталь-прокат» ОАО «ЗСМК» поступило 120 слитков (масса одного слитка 11,25 т). Нормативная длительность посада — 10 минут, фактическая составила 10,5 минут. Потери производства составили 385,71 т/ч, что в стоимостном выражении 208,28 тыс. р. (при нормативной стоимости технологической операции 540 р. /т). Потери производства при выполнении операции нагрева (при нормативной длительности нагрева 3 часа 30 минут, а фактической 4 часа 00 минут) составили 48,21 т/ч или 182,23 тыс. р. (при нормативной стоимости операции нагрева 3780 р.). Суммарные потери составили 390,51 тыс. р.
Реализация предложенной организационно-экономической модели позволяет решить основные задачи организационно-экономического учета, а также «стоимостных» организационно-технологических расчетов в оперативном интервале времени (смена, сутки). На основе расчетов в соответствии с предложенной моделью можно определить общие затраты на технологический маршрут, а также затраты по операциям: транспортные, технологические. Кроме того, можно рассчитать потери производства в стоимостном выражении, в том числе и по контролируемым параметрам, а также стоимость экономически неэффективных операций на заданном временном интервале. На основе предложенных процедур можно с минимальными трудозатратами определить потери в стоимостном выражении для каждого типоразмера проката или групп типоразмеров (рельсы, швеллер, уголок, горячекатаный лист).
Изложенные модельные соотношения позволяют выполнить процедуры структурно-параметрического анализа, где отображается как структура организационно-технологической системы, так и параметры, характеризующие ее динамику, что не противоречит нормативным документам, в том числе технологическим инструкциям.
Список литературы
1. Кудрин, Б. И. Принципы и методика автоматизированного расчета координации производства и межцехового взаиморасчета для цехов комплекса сталь-прокат металлургических предприятий / Б. И. Кудрин, В. К. Буторин, В. А. Авдеев. Томск: ТГУ, 1993. 63 с.
2. Буторин, В. К. Координация работы цехов комплекса сталь-прокат как экономическая мера / В. К. Буторин, А. Е. Кошелев, Б. И. Кудрин // Сталь. 1993. № 6. С. 74−77.
3. Буторин, В. К. Обобщенная экономико-математическая оценка состояния организационно-технологических систем / В. К. Буторин // Математические и экономические модели в оперативном управлении производством: сб. науч. -техн. ст. 1999. № 10. С. 32−35.
4. Автоматизированная система оперативного диспетчерского управления Кузнецкого металлургического комбината (АС ОДУ «сталь-прокат». Новокузнецк: КМК, 1989.
5. Кудрин, Б. И. Модели и алгоритмы оперативного управления / Б. И. Кудрин, В. К. Буторин, В. А. Авдеев. М.: Электрика, 1999. 140 с.
SUMMARIES
Z. N. Varlamova
STUDY OF CORRELATION OF DEFINITIONS «KNOWLEDGE» AND «INFORMATION»
In clause the economic category «knowledge» is investigated, the generalization and analysis of the points of view on a ratio of concepts «knowledge» and «information» is submitted. The author proves necessity of the extended treatment of a category «knowledge», according to which the information should be considered as one of the forms of its existence. The results of research of features of various types of knowledge enable to build an effective system of management by them.
E. V. Gusev, I. P. Saveleva, T. A. Shindina
METHODICAL BASES OF THE ESTIMATION OF EFFICIENCY OF INTERFIRM MUTUAL RELATIONS OF PARTICIPANTS OF THE BUILDING COMPLEX
In clause the way of an estimation of interfirm взаимоот-carrying of participants of the building complex, considering особен-ности competitive procedures, logistical maintenance, parameters of costs and effects is offered. The offered approach is directed on increase of efficiency of results of the organization of инвестиционно-building activity.
S. N. Ilichev
TO A QUESTION OF THE FORMATION OF THE SYSTEM OF CONTROL OF THE TRANSPORTATION OF THE IMPORTED TRANSIT LOADS
In the article the principles of formation and development of trans-terminal systems are examined, are determined problems according to the agreement of transport corridors and regional systems of the combined transportation, the mechanism of the formation of the system of control of the transportation of the imported transit loads is developed.
E. A. Lyaskovskaya, I. P. Saveleva, T. A. Shindina
THEORETICAL BASES OF MODELLING OF INTERACTIONS IN THE BUILDING COMPLEX ON THE BASIS OF КОГНИТИВНОГО THE APPROACH
In clause the way of the organization of mutual relations between participants of a building complex which allows to build steady against external impulses of system on the basis of the contract-th of communications and functional features is offered. The offered approach явля-NO essentially new basis of management of realization of projects in the инвестиционно-building market.
B. A. Matveev
METHODOLOGICAL BASES OF STATISTICAL RISK RESEARCH AND MEASUREMENT
In the article the spectral approach to research of statistical risk is proved. In its basis lays analysis of a signal of the risk containing the information on the risk. Measurement of risk assumes spectral decomposition of a signal of the risk and comparison of its energetic spectrum with a spectrum of white noise. Lacks of the traditional and advantages of the spectral approach of a quantitative estimation of risk are marked.
S. A. Mokhnatchev
A NEW CONTENT OF MANAGEMENT COMPETITIVENESS OF HIGHER EDUCATIONAL INSTITUTION
The article considers problems of higher educational institutions administration. The author considers the content of a category «long less competitiveness of high school». The content of structure business functions for enhancing higher educational institution long less competitiveness in the market educational services.
M. Y. Nosova
QUALITATIVE METHODS OF PRODUCT COMPETITIVENESS EVALUATION
The article is about the most famous methods of Goods concurentability measuring. The Goods concurentability is considered as economic term with analysis of every method. The article includes 2 groups of methods: the mamarket dynamics analysis and portfolio analysis. The factors of goods attractiveness and strategic position of business are also considered. The author suggests to concider Competitiveness taking into account the time and market conditions.
V. V. Sedov
SUBJECT OF THE MODERN ECONOMIC THEORY
The article precises the subject of the modern economic theory and the subjects of its three main parts: political economy, economics and institutional economy. Each of these parts investigates relations between ecinomic agents. But social-economic relations are the subject of political economy, organizational-economic relations are the subject of economics and institutional relations are the subject of institutional economy. The fact that all three parts of economic theory have the common subject is used by author to make the following conclusion — it is quite possible to integrate all these parts in the frame of the same economic theory.
E. Y. Vlasova
CONCEPTIONS OF RESEARCHING AND ANALYZE OF ECOLOGICAL PROBLEMS ON URBAN TERRITORIES OF REGION
Main approaches are covered to researching problems of rational nature'-s using on regional level. In the article the estimation of ecological situation of urban territory is proposed by method of infliction of processes, factors and theirs results.
M. N. Dobyndo
REGION ECONOMICAL SYSTEM AS AN OBJECT OF STATE REGULATION IN TERMS OF ECONOMY INNOVATION TRANSFORMATION
In the article it is analyzed the range of forming and developing aspects, and also aspects of state regulation of region economical system in terms of economy innovation transformation. It is proposed the combination of institutional factors of functioning efficacy and system- institutional model of state influence when realizing innovation reorganizations in market business entity activity.
V. N. Kozlov, J. N. Talalushkina
REHABILITATION AS A FACTOR OF SOCIOECONOMIC DEVELOPMENT OF RADIOACTIVE CONTAMINATED AREAS
The article deals with conceptions and peculiarities of socioeconomic rehabilitation and development, estimation of rehabilitation as one of the factors of socioeconomic development of
radioactive contaminated areas. The authors explain decrease of its role and possibilities of conversion into stable development of territories suffered from the radioactive accidents.
I. A. Koulkova
THE QUANTITATIVE ESTIMATION OF ACTIVITY OF WORKING BEHAVIOR OF PERSONS IN THE URAL AREA
The results of social-economic author'-s research of the phenomenon of additional employment as forms of realization of working behavior of persons are described. The research was conducted in The Ural area. The volume, kinds, the reasons and results of additional employment are studied. The parameters, allowing to state a quantitative estimation of activity of working behavior, are offered and calculated.
J. N. Lukin
ESTIMATION AND INDEMNIFICATION OF A DAMAGE FROM DESTRUCTION OF GREEN PLANTINGS IN TERRITORY OF cHELYABINSK
The article is devoted to the technique of estimating the damage from destruction of green planting in Chelyabinsk. It also determines financial sources for indemnification of this damage.
A. K. Osipov, D. M. Zorin
STATE AND MUNICIPAL LOCALITY LANDS MANAGEMENT BASED ON ECONOMIC EVALUATION
The article is devoted to the guestions of manadement effectiviness increasing of stat-municipal grounds in populated areas, where the aliented real estates are located.
A. M. Gataulin, S. A. Aristov
SYSTEM APPROACH TO THE DEVELOPMENT OF THE SIMULATION SYSTEMS, WHICH HELP TO MAKE A DECISION
Considering the problems connected to questions of development and use of information systems of support of acceptance of decisions in operation of business. Contradictions which should be resolved for more effective using simulation methods in decision-making process are formed. The approaches are described, allowing to overcome the specified contradictions and to create universal simulation models which can be used in multipurpose systems of support of acceptance of decisions.
R. H. Bahitova
ECONOMICAL ANALYSIS OF DESIGN ORGANIZATIONS IN OIL AND GAS INDUSTRY
The problem of effectivization of design organization in oil and gas industry is being investigated in terms of system modeling. A method of forming production functions of design organization is considered and used for substantiation of cost, expenses, budget of design organization, as well as the mechanism of transparent interaction, cooperation, coordination and control of field development.
V. A. Bobrovskij
EVALUATION OF GETTING PROFIT OPPORTUNITY IN FERROUS METALLURGICAL ENTERPRISES
This article deals with the estimation procedure of the investment risk of ferrous metallurgy industry, which allows to estimate the profit of a group of enterprises by means of multiple statistic
157
analysis. The suggested estimation procedure builds up the method of forecasting profit of the enterprises according to the group of similar enterprises- the final decision is made on the analysis of the both indexes.
A. H. Zhemuhov, A. R. Khadziev, M. V. Tarchokova
THE STRATEGY OF INCREASE OF EFFICIENCY FUNCTIONING AGRICULTURAL PRODUCTION
This article is devoted to development strategy and tactics of increase of efficiency functioning agricultural production. There were some problems of economic character and suggested the system of activities on raising of efficiency functioning and development and financial recovery of that field of national economic in it, on the base depth and comprehensive analysis of modern.
H. V. Ilicheva
REFLECTION OF ECOLOGICAL OBLIGATIONS IN THE BOOKKEEPING CALCULATION OF THE ENTERPRISE
In the article the procedure of stock-taking process in the region of ecological calculation in enterprise is examined. The difficulty of the introduction of ecological calculation on the enterprises consists in the absence systematic developments for this problem, in the complexity of determining the number of indices, considering state and dynamics of a change in the components of natural medium. Thus, is necessary the development of the normoobrazuyushchikh indices of prirodopotrebleniya, reflecting the value of the maximum permissible anthropogenic load on the natural systems- determining the dimension of nature-conservation expenditures for the compensation for ecological damage and other ecological norms.
S. M. Imiarekov
THE OPTIMIZATION OF THE CONSUMER COOPERATION PURCHASING
The experience on economical and social problems of the consumer cooperation development at federal and local levels in purchasing is accumulated. The economical main point of reserve of consumer cooperatives effectiveness increase is recognized. The model considering resource potential, possible purchase amount of different products, possible people needs in fodder is also presented. At the same time as optimal criteria is the maximum profit. According to this model probability calculation was made. It allows giving some recommendations for increasing already existed trading network, as well as creating new shops, marketing development and seeking new off-load canals. The arranging integrated territories concept, which supports stable social and economical development of regions and concentration of federal and local authorities in the frame of given association is introduced.
А. V. Kleyman, A. Y. Shoomakov
RAISE THE EFFICIENCY OF USING ENTERPRISE'-S RESOURCES BASED ON IMPROVING OF THE COSTS MANAGEMENT
This article tells us about the sense of such statements as «resources», «costs», «expenses» and the difference between them- sets the correlation of the processes of using resources of an enterprise and costs management- determines the functional elements of costs management- sets out the conception of adapto-functional side, which authors recommend to use for improving the costs management to raise the efficiency of using enterprise'-s resources.
N. G. Kormin
ASPECTS OF IMPLEMENTING LOGISTIC IN COMPANY'-S PERSONNEL POLICY
The article deals with theoretical and terminological aspects of implementing logistic in company'-s personnel policy. Logistic as business concept involves separate elements of personnel management in general company process. The given procedure links logistic and moving human resources to provide effective conditions of company operations and staff development in conditions of communication developing and complicating of business processes.
M. A. Pestunov
MANAGEMENT OF COMPETITIVENES ARE BASED ON INTELECTUAL CAPITAL
This paper considers the new method of the management of mechanism innovation development of industrial firms. Intellectual capital is finance resource at industrial policy innovative aspect being based on the management of intellectual property subject (OIS) are the most effective factors to determine production efficiency as intangible assets. However, this model of intangible assets being finance resource are enough of investment risk in intellectual capital, another side make the best management of finance of firm, before they are planning of finance and effect of management of intellectual capital.
L. V. Ryabtseva
TO THE QUESTION ON ECONOMIC MODELLING WORK OF SHOPS OF THE COMPLEX «STEEL-HIRE» OF METALLURGICAL MANUFACTURE
In clause modelling representation of production in shops of a complex «steel-hire» in the form of the set sequence of technological and transport operations named by a technological route which is necessary in a basis of development of organizational-economic model is considered. Realization of the offered model will allow to solve the primary goals of the organizational-economic account, and also «cost» organizational-technological calculations in an operative interval of time (change, day).
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
Аристов Сергей Анатольевич, кандидат технических наук, доцент кафедры финансов и кредита Челябинского государственного университета Тел.: (351) 799−70−59 E-mail: asa@econ. cgu. chel. su
Бахитова Раиля Хурматовна, кандидат физико-математических наук, старший научный сотрудник Уфимского филиала ИЭ УрО РАН Тел.: (347) 232−89−32 E-mail: bakhitovarh@mail. ru
Бобровский Вадим Анатольевич, аспирант кафедры математических методов в экономике Магнитогорского государственного технического университета им. Г. И. Носова Тел.: 902−89−065−14 E-mail: wootmail@mail. ru
Варламова Зинаида Николаевна, кандидат экономических наук, старший научный сотрудник, доцент кафедры менеджмента Курганского государственного университета Тел.: (3522) 421 061, 413 967, 463 422 (факс) E-mail: varlamova_zn@mail. ru
Власова Екатерина Яковлевна, кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики природопользования Уральского государственного экономического университета Тел.: (343) 251−96−40 E-mail: usue@usue. ru
Гатаулин Ахияр Мугинович, доктор экономических наук, профессор, профессор кафедры экономической кибернетики Российского государственного аграрного университета — МСХА им. К. А. Тимирязева, заслуженный деятель науки РФ, член-корреспондент РСХА
Тел.: (495) 977−88−78 E-mail: agataulin@timacad. ru
Гусев Евгений Васильевич, доктор технических наук, профессор, заведующий кафедрой экономики, управления и инвестиций Южно-Уральского государственного университета
Тел.: (351) 267−92−80 E-mail: IPS60@mail. ru
Добындо Михаил Николаевич, генеральный директор ОАО «ИжАвто», кандидат экономических наук
Тел.: (3412) 64−81−00, факс (3412) 46−12−51 E-mail: boss@izhavto. ru
Жемухов Аслан Хачимович, кандидат экономических наук, доцент кафедры бухгалтерского учета Кабардино-Балкарской государственной сельскохозяйственной академии им. первого президента КБР В. М. Кокова 160
Тел.: (8662) 40−34−95, моб. 8−928−707−79−88 E-mail: betal01@mail. ru
Зорин Дмитрий Михайлович., соискатель ученой степени кандидата экономических наук Ижевской государственной академии Тел.: (3412) 37−67−77
Ильичев Сергей Николаевич, начальник Старооскольского отдела Управления государственного автодорожного надзора по Белгородской области Тел.: 8- 4725- 24−31−14, моб. 8−910−224−94−29 E-mail: IlichevaEV@yandex. ru
Ильичева Елена Вячеславовна, кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики и менеджмента Старооскольского технологического института (филиала) Московского государственного института стали и сплавов (технологического университета) Тел.: (4725) 22−36−09, моб. 8−910−366−90−66 E-mail: ilichevaEV@yandex. ru
Имяреков Сергей Михайлович, кандидат экономических наук, доцент, проректор Мордовского гуманитарного института Тел.: (8342) 24−63−93, факс (8342) 24−34−07 E-mail: mgi-nou2002@mail. ru
Клейман Анна Владимировна, старший преподаватель кафедры финансов и кредита Челябинского государственного университета Тел.: (351) 263−11−73 E-mail: Kleyman@yandex. ru
Козлов Вадим Николаевич, кандидат экономических наук, старший научный сотрудник, профессор, заведующий кафедрой социологии Челябинского государственного университета
Тел.: (351) 799−70−79
Кормин Никита Геннадьевич, аспирант, преподаватель кафедры теории и практики управления Уральской государственной юридической академии Тел.: (3433) 83−40−82, моб. 8−922−611−98−27
Кулькова Инна Анатольевна, кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры экономики труда и управления персоналом Уральского государственного экономического университета (г. Екатеринбург)
Тел.: (343) 240−80−39, 8−902−44−44−746 E-mail: ikoulkova@e1. ru
Лукин Юрий Николаевич, кандидат экономических наук, начальник вычислительного центра Южно-Уральского государственного университета Тел.: (351) 267−93−10 E-mail: director@cs. susu. ac. ru
Лясковская Елена Александровна, кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики, управления и инвестиций Южно-Уральского государственного университета Тел.: (351) 267−92−80
Матвеев Борис Алексеевич, кандидат технических наук, доцент кафедры экономики и управления проектами Южно-Уралького государственного университета Тел.: (351) 267−93−84, факс 267−93−90 E-mail: uprariska@mail. ru
Мохначев Сергей Анатольевич, кандидат экономических наук, член-корреспондент Инженерной академии Удмуртской Республики, заведующий кафедрой менеджмента Удмуртского филиала Московской финансово-промышленной академии Тел.: (3412) 900−243 E-mail: msa_ufmfpa@mail. ru
Носова Мальвина Юрьевна, аспирант кафедры государственного и муниципального управления Челябинского государственного университета Тел.: 8−921−934−97−41
Осипов Анатолий Константинович, доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой менеджмента и права Ижевской государственной сельскохозяйственной академии
Тел.: (341) 229−58−42, моб. 8−912−769−18−86.
Пестунов Михаил Александрович, кандидат технических наук, доцент кафедры бухгалтерского учета, анализа и аудита Челябинского государственного университета Тел.: (351) 799−70−84
Рябцева Лариса Валерьевна, старший преподаватель кафедры экономики Новокузнецкого филиала — института Кемеровского государственного университета Тел.: (3843) 746−405, моб. 8−906−920−5045 E-mail: sibmetcom@yandex. ru
Савельева Ирина Петровна, кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики, управления и инвестиций Южно-Уральского государственного университета Тел.: (351) 267−92−80 E-mail: ips'-60@mail. ru
Седов Валентин Владимирович, доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой экономической теории Челябинского государственного университета Тел.: (351) 799−72−81
Талалушкина Юлия Николаевна, аспирант, преподаватель кафедры социологии Челябинского государственного университета Тел.: (351) 799−70−79 E-mail: talalushkin@mail. ru
Тарчокова Мадина Валерьевна, соискатель кафедры экономического анализа и аудита Кабардино-Балкарской государственной сельскохозяйственной академии им. первого президента КБР В. М. Кокова Тел.: (8662) 74−37−29
Хаджиев Азамат Русланович, соискатель кафедры экономического анализа и аудита Кабардино-Балкарской государственной сельскохозяйственной академии им. первого президента КБР В. М. Кокова Тел. (8662) 40−34−95
Шиндина Татьяна Александровна, кандидат экономических наук, доцент кафедры экономики, управления и инвестиций Южно-Уральского государственного университета Тел.: (351) 267−92−80, моб. 8−912−89−4-89−22 E-mail: shindina@74. ru
Шумаков Алексей Юрьевич, кандидат экономических наук, профессор, заведующий кафедрой финансов и кредита, первый проректор Челябинского государственного университета
Тел.: (351) 799−71−06 E-mail: prorector@csu. ru

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой