Проблемы и перспективы объединения стран Корейского полуострова: опыт геополитической экспертизы

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Политика и политические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 23 (314). Политические науки. Востоковедение. Вып. 14. С. 35−41.
А. Б. Волынчук, Ю. В. Андреева
ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ОБЪЕДИНЕНИЯ СТРАН КОРЕЙСКОГО ПОЛУОСТРОВА: ОПЫТ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ
Статья подготовлена при поддержке гранта Минобрнауки Р Ф № 6. 1602. 2011 «Государственное регулирование развития приграничных регионов: баланс потребностей национальной безопасности и экономического прогресса»
Представлены результаты геополитической экспертизы Республики Корея и Корейской Народной Демократической Республики. В основу экспертизы положен сравнительный анализ геополитических потенциалов двух стран. Авторами рассмотрены проблемы и перспективы объединения стран Корейского полуострова.
Ключевые слова: геополитический потенциал, геополитическая экспертиза, Северо-Восточная Азия, страны Корейского полуострова, разделенные нации, трансграничное взаимодействие.
Одним из двигателей развития современного общества является политический процесс, действие которого направлено на формирование, трансформацию или разрушение существующих социально-политических систем и механизмов их функционирования. Изменяя политическое пространство, создавая новые условия развития общества, политический процесс оказывает мощное влияние на все без исключения структурные элементы социума. Не являются исключением из этого правила процессы, детерминированные особенностями международного взаимодействия стран. Отношения между государствами никогда не были и вряд ли когда-нибудь будут равноправными. Место каждого на международной арене определяется его политическими, экономическими, техническими, военными, информационными возможностями. Уровень развития потенциалов стран, их сопоставление обусловливают характер и тип системы международных отношений.
В рамках политической науки существует множество классификаций и типологий, с помощью которых можно с легкостью «поместить» любой межгосударственный акт в ту или иную систематизационную «ячею», выявить его специфику, оценить его значение1. На наш взгляд, научная систематизация, реализуемая в политологии, является весьма эффективным инструментом политического анализа, используя который представляется возможным избавиться от второстепенных признаков и характеристик и сосредоточиться на исследовании главных факторов развития между-
народных отношений (МО). Применяя такой метод генерализации, становится возможным рассматривать большую часть явлений мировой политики в пределах четырех основных процессов: движение к войне и миру, интеграции и дезинтеграции. Причем направленность отдельных векторов движения диаметрально противоположна. Пары 'война — мир', 'интеграция — дезинтеграция' создают своеобразные «качели», принцип действия которых заключается в периодическом смещении «центра тяжести» политических событий в одну из сторон, чем определяется акцент конкретного этапа развития международных отношений.
Если поместить рассмотренные процессы в «плоскую» систему координат, сохраняя при этом их основные характеристики — парность и противоположность, то получится пример графической типологии международных отношений (см. рисунок). С ее помощью можно оценить остроту межгосударственных противоречий, потенциал интеграции/дезинтеграции и определить вероятный сценарий развития событий. Следует оговориться, что такая модель МО является весьма упрощенной и не способна отобразить всего многообразия современной мировой политики.
Каждая из четвертей системы координат, образованных пересечением векторов, представляет собой, по сути, возможные сценарии раскрытия интеграционных/дезинтеграцион-ных процессов, с использованием милитарных или мирных инструментов международной по-литики2. Так, в первый сектор, имеющий в своем основании векторы 'интеграция — мир', по-
падают такие взаимодействия стран, которые определены обоюдным стремлением к взаимовыгодному союзу, созданному посредством системы договоров, взаимных обязательств, уступок и компромиссов. Второй сценарий демонстрирует мирный «развод» народов, пожелавших жить отдельно друг от друга. Дезин-теграционные процессы, сопровождавшиеся гражданской войной или интервенцией, укладываются в третью четверть модели. Четвертый сценарий предполагает интеграционные процессы, в основе которых лежит использование военной силы.
Графическая модель формирования межгосударственных взаимодействий
Современная политическая карта мира изобилует «горячими точками» и целыми мили-тарными зонами. Реализация конфликтного потенциала, сосредоточенного в их пределах, может проходить по одному из четырех возможных сценариев. Однако вопрос, что является ключевым фактором, определяющим доминанту развития, остается открытым. Одним из вариантов возможного решения обозначенной проблемы, на наш взгляд, является оценка геополитического потенциала (ГПП) основных акторов интеграционных процессов. Под геополитическим потенциалом мы понимаем максимально возможную реализацию комплекса географических, политических, экономических факторов данной территории, выражающуюся в степени её существующего влияния на соседние страны. Исходя из определения, очевидно, что ключом к пониманию геополитического потенциала территории являются факторы, совокупное проявление которых, в итоге, и определяет его уровень3. Таким образом, обоснованное определение состава,
величины и специфики ГПП, а также путей и возможностей его реализации, позволяет дать комплексную оценку конкретного актора с позиций возможного выбора им военного или мирного способа достижения своих геополитических интересов и обеспечения частных вопросов национальной безопасности. Уровень потенциала государств, а если быть точнее, разница потенциалов, является основанием формирования условий конкретного сценария. Акторы, имеющие сравнимый потенциал, склонны решать задачи невоенным путем. В свою очередь страны, разница потенциалов которых значительна, составляют так называемую «группу риска» — высока вероятность возникновения прямых вооруженных конфликтов.
Современное состояние мировой политики отличается повышенной остротой и несбалансированностью межгосударственных отношений. Наиболее опасными представляются хронические конфликты, вызванные «застарелыми» идеологическими разногласиями. Военно-политическое противостояние двух Корей, которое насчитывает уже более шести десятков лет, на сегодняшний день является одной из актуальнейших проблем глобальной безопасности. Его значимость определяется как историей возникновения данного конфликта (Корейская война 1950−1953 годов), так и современным состоянием баланса сил на Корейском полуострове (наличие ядерного оружия у КНДР)4.
Заявленная тематика многократно освещалась как в научных, так и публицистических работах, поэтому останавливаться на событийности корейского конфликта не представляется целесообразным. В рамках проблемы, поднятой на страницах данной статьи, нас, в первую очередь, интересует оценка уровней развития геополитических потенциалов двух враждующих Корей (формально они до сих пор находятся в состоянии войны).
Комплексная оценка сложных территориально-политических процессов, формирующих геополитический потенциал стран, требует проведения экспертизы, которая должна позволить исследователю сосредоточить внимание на наиболее важных элементах государства-системы. Методика проведения геополитической экспертизы включает исследование территории в трех взаимосвязанных направлениях (подробно см. работу А. Б. Волынчука)5:
— анализ международной обстановки, в условиях которой развиваются межгосударственные отношения стран-
— оценка освоенности их территории, т. е. оценка процесса геополитического освоения, под которым следует понимать комплекс целенаправленных мероприятий, направленных на распространение и сохранение государственного суверенитета на территории-
— анализ геополитических интересов государства, которые реализуются в социально-экономических и политических условиях конкретного межгосударственного взаимодействия. Геополитический интерес представляет собой пространственную схематизацию стратегических целей государства, достижение которых напрямую связано с эффективным использованием всего комплекса имеющихся в распоряжении государства ресурсов, расположенных в данном регионе мира. Поэтому геополитические интересы можно определить как устойчивое стремление государства к сохранению своей территории, расширению своего военного, политического, экономического влияния на территории других стран, вплоть до установления над ними полного контроля и включения их в свой состав.
К сожалению, физические рамки журнальной статьи не позволяют представить всю материальную базу экспертизы. Поэтому мы вынуждены опубликовать только общие выводы и итоговые оценки потенциалов КНДР и Республики Корея. Однако даже в таком усеченном виде результаты исследования представляются весьма интересными.
В качестве основных оценочных позиций геополитической экспертизы стран Корейского полуострова были выбраны следующие: общие характеристики территории, природно-климатические условия, обеспеченность ресурсами, уровень развитие транспортной инфраструктуры, демографические показатели и характеристика населения, экономико-географическое и геополитическое положение, уровень экономического развития и военно-политический потенциал.
В качестве отдельных результатов экспертизы геополитического потенциала Южной Кореи делаются следующие выводы.
1. Анализируя географическое положение Республики Корея относительно разрядности соседей, следует исходить из постулата, который определяет, что межстрановые взаимодействия в трансграничном регионе относятся к 1-му порядку. На первый взгляд, это утверждение противоречит традиционному подходу, следуя которому необходимо признать Россию
страной-соседом 2-го порядка для Республики Корея. Однако особых отличий в обеспечении системы взаимодействия между Кореей, с одной стороны, и Россией или Японией (страна-сосед 1-го порядка), с другой, не имеется. По своей сути Республика Корея является островом с протяженными морскими границами. Следовательно, обеспеченность контактов с другими странами зависит в основном от морских коммуникаций, которые в условиях данного трансграничного региона по издержкам мало чем отличаются. Это, несомненно, представляет определенную выгоду для Республики Корея, которая обусловлена центральным размещением страны в регионе, что существенно повышает ее экспертную оценку.
2. Южно-корейская модель политической системы представляет большой интерес для исследователя, прежде всего ролью президента. Дело в том, что являясь по конституции президентской республикой, Республика Корея отличается высоким уровнем авторитаризма при полностью демократической форме правления. Сочетание азиатских — китайских, конфуцианских ценностей и моделей управления с западноевропейскими социальными технологиями формирует уникальные особенности политической системы Южной Кореи. Это, прежде всего, проявляется в высоком мобилизационном потенциале системы управления обществом при обеспечении высокого уровня гражданских свобод.
Учитывая, что основные партнёры по региону Северо-Восточной Азии являются носителями традиционных азиатских ценностей, подобная организация политической системы представляется важным фактором, который обеспечивает высокий уровень межгосударственного взаимодействия.
3. Стабильность и устойчивость — это девиз, под которым корейская экономика развивается последние сорок лет. Исходя из анализа уровней экономического развития и современного состояния промышленного потенциала стран-соседей по трансграничному региону СВА, следует вывод о том, что Республики Корея находится в группе лидеров, уступая КНР и существенно опережая Японию по темпам экономического роста. Что касается демографического потенциала, то здесь страна занимает 3 место в регионе, опережая КНДР и российский Дальний Восток6. При этом необходимо учитывать, что качество населенческого потенциала в стране очень велико, что объясняется высоким уров-
нем жизни и образованности и высокой квалификацией трудовых ресурсов. Слабую позицию Республика Корея занимает вследствие сильной зависимости от импортных поставок ресурсов и сырья. Собственный природно-ресурсный потенциал не в состоянии обеспечить потребности современной экономики страны.
4. Характер международных отношений Республики Корея с внешним миром вообще и со странами-соседями по трансграничному региону в частности определяется наличием полувекового противостояния двух корейских государств. В основе конфликта лежат различие идеологических моделей развития. В настоящее время конфликт находится в латентном состоянии. Однако время от времени температура «холодного» мира повышается — ситуация приближается к рубежу, за которым война становится неизбежной. В отличие от своего северного соседа, образ которого мировым сообществом определён как негативный, Республика Корея на мировой арене принимается в основном в положительном «свете». Процесс регионального сотрудничества со странами СВА не имеет идеологических и политических барьеров. Уже давно нормализовались политические отношения с Китайской Народной Республикой и Российской Федерацией. Сохраняются союзнические отношения с США, растёт экономическая интеграция с Японией.
Данная ситуация позволяет Республики Корея на практике реализовать планы устойчивого социально-экономического развития. На фоне усиления регионального противостояния Китая и Японии за лидерство в СВА и АТР Республика Корея имеет все возможности повышения своего геополитического статуса, что в итоге должно сформировать условия объединения двух Корей на условиях юга.
Таким образом, суммарная оценка геополитического статуса Республики Корея составляет 38 баллов, что превышает на 2 балла статус японского сектора трансграничного региона. Этот факт, на первый взгляд, может вызвать недоумение, так как Япония до сих пор многими специалистами воспринимается в качестве экономического и политического лидера данного региона. Однако тот факт, что экспертиза потенциала Южной Кореи показала некоторое превосходство над Японией, подтверждается многочисленными попытками Республики включиться в гонку за региональное лидерство с двумя «официальными» претендентами -Японией и Китаем.
Экспертиза геополитического потенциала Корейской Народной Демократической Республики определила ряд особенностей.
1. Конфигурация территории и экономикогеографическое положение КНДР практически повторяет своего южного соседа. Располагаясь практически в одних и тех же географических условиях, что и Республика Корея, Северная Корея имеет очень выгодное экономико-географическое положение: с двух сторон окружена морями и находится в непосредственной близости от основных морских торговых путей, соединяющих региональные экономические центры. Однако ЭГП-ресурс по большей части остаётся невостребованным из-за специфики существующих международных отношений страны с окружающим миром.
В этой связи оценка ЭГП Северной Кореи является непростой задачей. С одной стороны, сохраняется возможность реализации выгод положения, с другой — усиливающаяся политическая конфронтация с Южной Кореей, Японией и США сводит этот потенциал к нулю.
2. Природно-ресурсный потенциал КНДР весьма разнообразен. В стране промышленным способом добывают уголь, свинец, вольфрам, цинк, графит, магний, железо, медь, золото, пирит, соль, плавиковый шпат. Наличие широкой номенклатуры ресурсов является суверенным источником формирования и развития черной и цветной металлургии. Обеспеченность природными ресурсами у Северной Кореи существенно выше, чем в Республики Корея и Японии.
3. Демографический потенциал значительно уступает южному соседу. КНДР по этому показателю в регионе СВА опережает только российский Дальний Восток. Остальным же странам-соседям она уступает как по численности населения, так и по его качеству. В силу своей политической изоляции страна испытывает трудности модернизации промышленного потенциала. Это в свою очередь накладывает негативный отпечаток на образ жизни населения. Тем не менее, несмотря на сложность данной ситуации, в Северной Корее в значительном объеме осуществляются программы по социальному обеспечению населения: бесплатные образование и медицина, отсутствие безработицы, пенсионное обеспечение. Однако уровень социальной поддержки существенно уступает современным стандартам.
4. Современное геополитическое положение Северной Кореи выглядит проблематич-
ным. КНДР по сути является своеобразным реликтом «холодной войны». Несмотря на крушение мировой социалистической системы, КНДР сохранила в неприкосновенности идеологическую основу своего развития, тем самым сознательно введя себя в экономическую и политическую изоляцию. Единственная страна, с которой Северная Корея сохранила экономическое и военно-политическое сотрудничество, это коммунистический Китай. Другие же страны-соседи по региону или же, как Россия, занимают нейтральную позицию по отношению к корейским проблемам, или же, как Япония, Южная Корея, США, находятся в состоянии военно-политической конфронтации. Тот факт, что КНДР обладает ядерным оружием, на наш взгляд, не усиливает ее геополитическое положение, а даже наоборот — существенное снижает общий геополитический статус страны, так как создает вокруг КНДР негативный политический образ в глазах мирового сообщества. Этим, собственно, успешно пользуются геополитические противники Северной Кореи — США и Япония.
В свете сказанного интегральная оценка геополитического потенциала Северной Кореи составляет всего 30 баллов. Это самый низкий показатель среди всех секторов трансграничного региона Северо-Восточной Азии.
Проанализировав уровень геополитического потенциала обеих стран, можно просчитать варианты развития интеграционных процессов на Корейском полуострове.
Вариант насильственного присоединения на основе социалистической идеологии в условиях современной Кореи невозможен, хотя именно он находит наибольшую поддержку у политиков КНДР. На нынешнем этапе соотношение сил между КНДР и РК и настрой ведущих мировых держав не оставляют места для его реализации, так как очевидно, что коммунистическая модель построения экономики не оправдала себя.
Невозможен также сценарий военно-политического поглощения Севера Югом. Несмотря на то, что геополитический потенциал Сеула превосходит Пхеньян, в насильственном объединении существуют гигантские риски для Республики Корея. Даже с учетом военно-технической поддержки со стороны США и Японии армия КНДР представляет собой серьезную силу. На сегодняшний день это крупнейшая армия в регионе после китайской, где под ружьём находится 1760 тыс. человек. Бо-
лее того, Север располагает ядерным оружием и средствами доставки в виде ракет средней дальности от 1300 до 2000 км. Они способны поразить основные военные базы США на Дальнем Востоке, практически всю территорию Японии, не говоря уже про военные и гражданские объекты к югу от 38 параллели. Для того чтобы сценарий четвертого типа (см. рисунок) стал реальностью, необходимо, как минимум, двухкратное превышение геополитического потенциала одной стороны конфликта над другой.
Однако и мирное сближение между Севером и Югом Кореи при существовании тоталитарного режима КНДР невозможно. Стремление Сеула сделать отношения с Пхеньяном более открытыми — это лучший способ стимулирования там постепенных эволюционных изменений.
В настоящее время Северная Корея испытывает глубокий социально-экономический кризис. У неё нет надежных союзников и партнеров, способствующих сохранению статус-кво в КНДР. В стране не только не существует организованной оппозиции, но нет и сколько-нибудь независимого общественного мнения. Кроме того, Пхеньян и политически, и экономически независим. Северокорейцы живут в изолированном мире. На протяжении всех послевоенных лет Юг так и не смог стать привлекательным эталоном общества для северян (из-за господства в Республике Корея военной диктатуры), а в настоящее время из-за тесных взаимоотношений с США.
Ситуация на полуострове еще более осложнилась в конце 2011 года из-за вынужденной смены руководства КНДР. Скоропостижный уход из жизни Ким Чен Ира и передача власти его сыну Ким Чен Ыну вызвали замешательство у большинства экспертов по «корейскому вопросу». При определенных условиях существенно возрастала вероятность изменения курса на самоизоляцию и противостояние, что могло бы стать началом нового этапа в развитии межкорейских отношений. Однако вопреки ожиданиям многих западных и южнокорейских аналитиков процесс передачи высшей власти Ким Чен Ыну произошел без видимых затруднений и резкой смены внешнеполитического курса. Этому способствовали многочисленные кадровые перестановки 2009−2010 годов, когда Ким Чен Ир распределил полномочия между существующими центрами силы таким образом, что представители правящей
элиты — армии, партии, спецслужб, госаппарата, оказались не соперниками, а помощниками и советниками молодого лидера. В стране продолжается процесс легитимации новой власти, направленный на стабилизацию политической
и, главное, экономической ситуации. Об определенной корректировке социально-экономической политики в КНДР свидетельствует усиление управленческого внимания на развитие легкой промышленности, сельского хозяйства и улучшение благосостояния населения.
Недостаток внутренних источников накопления для поставленной задачи модернизации и технического перевооружения экономики стимулировал принятие целого ряда мер по привлечению иностранных инвестиций и совершенствованию государственного регулирования в этой области. В условиях торгово-экономической блокады Запада и противостояния с Южной Кореей КНДР пытается диверсифицировать внешнеэкономические связи. Помимо традиционных взаимодействий с Китаем и Россией Северная Корея значительно активизировала свои усилия на других направлениях внешней политики — работе с ведущими специализированными организациями ООН, участии в крупных международных форумах, развитии контактов со странами ЕС, Африки и Юго-Восточной Азии, в первую очередь с Вьетнамом и Лаосом8.
Тем не менее, Север все еще не располагает политическим, экономическим, кадровым и организационным потенциалом для реформирования административно-командной системы хозяйствования. Сохранение коммунистической идеологии — это попытка политической элиты страны использования всех сил и средств для консервации существующего статус-кво. В стране отсутствуют ресурсы для модернизации и нет ресурсов продвижения собственного проекта объединения. Любые изменения чреваты резким ухудшением социальной обстановки.
Мирная формула объединения, рожденная частью политической элиты Сеула, отличается от простой схемы «объединения через поглощение». Она имеет много общего с политическими и экономическими процессами, которые привели к созданию Европейского Союза: формирование системы общих экономических интересов и целей в рамках объединенного экономического сообщества, в то время как внешняя и внутренняя политика остаются независимыми. В данном контексте этот опыт может быть применен для создания «Экономического Сообще-
ства Корейского Полуострова», модель которого близка к процессам, происходящим в Европе. Подобный сценарий может быть реализован только, если обе Кореи согласятся на это при поддержке государств, окружающих Корейский полуостров7. Объединение Кореи должно начаться с экономической интеграции, так как это позволит восстановить севернокорейскую экономику и приблизить экономические показатели КНДР к южнокорейскому уровню, что облегчит дальнейшее объединение.
У проблемы преодоления национального раскола существуют два уровня понимания. Один — на уровне политических кругов, использующих проблему для сохранения и укрепления своей власти. Именно здесь обнаруживается противоречие между непрерывной актуализацией задач объединения и уходом от практических шагов в этом направлении. В основе таких противоречий лежат опасения потерять власть целиком или частично в ходе сближения двух корейских государств.
Другой — на уровне населения. Среди граждан обеих стран преобладает сдержанное отношение к объединению, поскольку никто не может с уверенностью сказать, что оно принесет каждому в личном плане. Последние опросы населения на Юге Кореи показывают, что 24% её жителей предпочитают жить в разделенной стране, так как опасаются, что объединение повлечет за собой политический хаос и резкое снижение уровня жизни. Хотя на Севере опросы населения не практикуются, но редкие зарубежные исследователи отмечают, что тема объединения стала не столь популярна в разговорах с представителями властей и жителями, как это было в прежние годы. А некоторые представители власти высказывают убежденность в том, что в нынешней ситуации объединение неактуально, поскольку оно неизбежно приведет к поглощению одной части Кореи другой и даже к военному конфликту.
Население Южной Кореи считает, что прежде чем помогать соотечественникам в другой половине страны, властям следует позаботиться о собственных бедных и нуждающихся. С другой стороны, им трудно представить симбиоз социализма севернокорейского образца с южнокорейским капитализмом. Поэтому идея продолжительного сосуществования двух корейских государств в виде конфедерации или содружества находит все больше сторонников.
Все больше сторонников приобретает идея раздельного существования двух государств
на Корейском полуострове. Если людям будет плохо в единой Корее, то в объединении совершенно нет смысла. По прогнозам экспертов, если две Кореи будут развиваться и без объединения, то, в конце концов, произойдет естественное безболезненное слияние близких этнических, экономических и политических структур.
В общем, собственная национальная мотивация в пользу объединения проявляется в Корее пока еще слабо и не стала действительно актуальной задачей всей нации. Естественно, что если сами корейцы пока еще не в состоянии определить свое отношение к объединению или сближению, то вряд ли будет разумным требовать от других занимать по этой проблеме более определенные позиции9.
Примечания
1 См.: Системная история международных отношений: в 4 т. События и документы 19 182 000 / под ред. А. Д. Богатурова. Т. 1. События 1918−1945. М.: Моск. рабочий, 2000. 517 с.- Т. 2. Документы 1910−1940-х годов. М.: Моск. рабочий, 2000. 243 с.- Т. 3. События 1945−2003. М.: Науч. -образоват. форум по междунар. отношениям, 2003. 720 с.- Современная мировая политика: прикладной анализ / отв. ред. А. Д. Богатуров. М.: Аспект Пресс, 2009. 588 с.
2 См.: Фролова, Я. А. Милитарный район: проблема понятия, необходимость изучения // Вестн. Тихоокеан. гос. ун-та (ТОГУ). 2010. № 2. С. 221−228.
3 См.: Волынчук, А. Б. Опыт предварительного определения состава геополитического потенциала / А. Б. Волынчук, В. Г. Шведов // Вестн. Челяб. гос. ун-та. 2008. № 13 (114). С. 41−52.
4 См.: Волынчук, А. Б. Корейский очаг «Холодной войны» — столкновение геополитических интересов / Ю. В. Андреева, А. Б. Волынчук, Я. А. Фролова // Успехи соврем. естествознания. 2008. № 2. С. 124−126.
5 См.: Волынчук, А. Б. Дальний Восток России
— геополитическая экспертиза трансграничного взаимодействия // Политическая наука. 2010. № 3. С. 44−61.
6 См.: Волынчук, А. Б. Россия в Северо-Восточной Азии: вектор геополитических интересов // Россия и соврем. мир. 2009. № 3 (61). С. 120−134.
7 См.: Тихомиров, В. Д. Корейская проблема и международные факторы (1945 — начало 80-х годов). М., 1998. С. 54−61.
8 См.: Жебин, А. З. КНДР: каким курсом? // Проблемы Дальн. Востока. 2012. № 2. С. 11−26.
9 См.: Актуальные проблемы Корейского полуострова: сб. ст. М., 1996. С. 69−89.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой