Кочевники в Булгарском Улусе Золотой Орды (по данным археологии)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

КОЧЕВНИКИ В БУЛГАРСКОМ УЛУСЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ (ПО ДАННЫМ АРХЕОЛОГИИ)
© 2013 г. К.А. Руденко
Казанский государственный университет культуры и искусств, г. Казань (murziha@mail. ru)
Ключевые слова: археология, кочевники, Золотая Орда, булгары, средневековье, реконструкция по черепу, Булгарский Улус.
Статья посвящена могильникам кочевников XIV в. изученных на территории Татарстана в 1960—1990 гг. Они расположены двумя группами. Первая группа находится у города Болгара. Вторая группа находится рядом с городом Джукетау. С этими могильниками связаны расположенные рядом поселения. Отдельные погребения кочевников исследованы на кладбищах Болгара. В статье приводятся данные о занятиях этих людей и реконструкции их внешности. Установлено, что кочевники в Булгарском Улусе Золотой Орды находились в тесном контакте с коренным населением этого района.
До недавнего времени археологические свидетельства присутствия кочевого населения на территории Волжской Булгарии в ХШ-Х^ вв. были практически не известны. В 1960—1970-х годах были исследованы отдельные позднекочевнические погребения — одно на мусульманском Рождественском могильнике (Ге -нинг и др., 1962, с. 82), второе — на Лебединской стоянке (Археологические, 1988, с. 20, № 80) (рис. 1: 3, 4- 2: 1−8). В начале 1960-х годов раскопано несколько курганов на Ба-лымерском I могильнике (рис. 1: 2) (Халикова, 1965, с. 110−116- Руденко, 2009, с. 282−294). В эти же годы на мусульманских некрополях Болгарского городища Поволжской археологической экспедицией под руководством А. П. Смирнова были открыты единичные захоронения кочевников (Ефимова, 1974, с. 28) (рис. 1: 1).
В 70-х годах ХХ в. широкие исследования археологических памятников
в восточных районах Татарстана под руководством Е. П. Казакова открыли культуру средневековых угорских ко -чевников (чияликская культура), находившихся в тесном взаимодействии с булгарами в ХШ-Х^ вв. (Казаков, 1978). Наиболее полно были исследованы Азметьевский и Такталачукский могильники (рис. 1: 8, 9) этой культуры. Здесь же был открыт полностью разрушенный Байрякитамакский могильник (рис. 1: 10- 2: 9−15) принадлежавший кипчакам (Казаков, 1978, с. 93−96). Захоронение кочевника (кипчака) было открыто на Камаев-ском городище (Фахрутдинов, 1984, с. 144, рис. 25) (рис. 1: 7).
Ключевым памятником позволившим обозначить в целом проблему кочевого и оседлого населения в Булгарском Улусе Золотой Орды стал Песчаностровной могильник в Але-ексеевском районе Татарстана (рис. 1: 6), исследованный в 1992—1994 гг. под руководством К. А. Руденко (1999,
с. 61−76). Он был изучен полностью, вскрыта площадь 2 115 кв.м. (рис. 3- 4: 7). Еще одно разрушенное кочевническое захоронение было обнаружено поблизости от этого могильника в 2002 г. (рис. 1: 5).
Песчаноостровной могильник интересен тем, что он в отличие от многих других позднекочевнических некрополей имеет достаточно узкую датировку, основанную на стратиграфии археологического комплекса, частью которого он является. Остановимся на этом подробнее. Культурные отложения (рис. 3: 3) комплекса на острове Песчаный делятся на два слоя. Первый слой — темно-серая супесь, более гуммированная в верхней части, имеет мощность 20−45 см. Он отложился в раннезолотоордынский
период в конце XIII — первой половине XIV в. Второй (нижний) слой относится к эпохе поздней бронзе — началу раннего железного века (Руденко, 1998, с. 60−71).
К верхнему горизонту первого слоя (вторая половина XIV в.), сильно нарушенному пахотой, относится дневной уровень 15 позднекочевнических погребений (табл. А). Некоторые из захоронений «прорезали» котлованы жилых и хозяйственных построек селища, ко времени функционирования могильника уже прекратившего свое существование. Причем западины от этих построек были заметными в момент совершения захоронений и, очевидно, использовались сознательно, что бы упростить процедуру выкапывания котлована могильной ямы.
Таблица А.
Характеристика погребений могильника Песчаный остров
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
1 ЮЗ + +
2 75 190 75 ССЗ? + + + +
3 55 165 65 З + + + +
4 80 190 75 СВ + + + +
5 60 190 35 З + + + + +
6 50 160 75 З +? + + +
7 45 140 65 З + + + +
8 75 210 60 С + + + + +
9 40−45 166 95 З +? + ?
10 40 155 85 З + + + +
11 — - 50 З + +
12 55 200 90 ЮЮЗ + + + + +
13 30 80 68 З? + + +
14 100 160 78 З (СЗ) + + + +
15 100 50 35 С —
Обозначения заголовков: 1 — № погребения- 2 — ширина могильной ямы (см.) — 3 — длина могильной ямы (см.) — 4 — глубина могильной ямы (см.) — 5 — ориентировка погребенного- 6 — положение погребенного — на спине- 7 — положение погребенного — на боку- 8 — руки вытянуты вдоль туловища- 9 — руки скрещены на поясе- 10 — правая рука вытянута вдоль туловища, левая на тазовых костях- 11 — левая вытянута вдоль туловища, правая на тазовых костях- 12 — положение рук не установлено- 13 — ноги вытянуты- 14 — ноги скрещены- 15 — ноги согнуты в коленях- 16 — череп обращен лицевой частью вверх- 17 — череп повернут лицевой частью на правый бок- 18 — инвентарь.
Поскольку это поселение не было единственным в этом микрорегионе, то возникает вопрос: что оно из себя представляло и имеет ли какое-либо отношение к могильнику? По результатам раскопок обозначилась такая картина. Выявленные в первом слое остатки построек располагаются тремя группами (рис. 4: 7). Первая группа включает в себя наземное жилище с глинобитным полом, внутри которого находилась небольшая хозяйственная яма (соор. 1 раскопа I) и подсобные сооружения хозяйственного назначения, незначительно углубленные в землю (яма 1 раскопа VI). Вторая группа построек состоит из полуземляночной постройки (соор. 1 раскопа II), ям 2, 3, постройки 2 раскопа II, а также ям 1, 3, 7, 10 раскопа VIII. Восточную границу этой группы сооружений определяют несколько круглых ямок от столбов ограды средневекового времени. Третья группа включает в себя основной массив хозяйственных сооружений раскопов II, III, IV и стационарное срубное жилище с глубоким подполом, перекрытым деревянным полом, с кирпичной печью (соор.
1 раскопа III).
Застройка селища была усадебного типа (рис. 4: 7). Усадьбы включают в себя жилую постройку, причем в двух случаях к ней примыкают хозяйственные сооружения, а также расположенные в ряд зерновые (?) ямы и небольшие амбары с углубленными на 1,5−1,7 м ямами-кладовками. Последние имели деревянное перекрытие и каркасно-столбовую конструкцию стен. Количество зерновых ям составляет 6−7 на каждой усадьбе. В целом площадь усадьбы была от 1 400 до
2 000 кв.м.
Вещевой материал представлен фрагментами круговой (рис. 4: 3), так и лепной (подправленной на круге) керамики (рис. 4: 2, внизу) XVIII этнокультурной группы по Т. А. Хлебниковой (Хлебникова, 1988, с. 36−37, рис. 21). Интересно, что среди находок на селище в культурном слое и в постройках встречаются бронзовые зеркала (рис. 4: 1) и фрагменты чугунных котлов. Кроме них здесь найдены железные ножи, навесные замки, гвозди, скобы, медная блесна, бусы из стекла, глиняные прясла, фрагменты жерновов и т. п.
Перед нами вырисовывается мир оседлого сельского поселения, население которого вело хозяйство, основанное на земледелии и скотоводстве. Остеологический материал показывает, что разводили здесь лошадей, крупный и мелкий рогатый скот. Такой вещевой комплекс не характерен для расположенных рядом поселений — Дамба I-III- Разбойничий остров- остров Восточный (Руденко, 1999, рис. 5- 6). При этом они в большинстве своем функционировали чуть позже — во второй половине XIV в., то есть были синхронны могильнику Песчаный остров.
Могильник является самым поздним объектом на Песчаном острове. По плану раскопов (рис. 5) видно, что погребения расположены группами, возможно, над ними была земляная насыпь1 (до распашки и подтопления Куйбышевским водохранилищем). Часть захоронений в западной части останца была разрушена водохранилищем. Из них происходят два целых черепа и два фрагментированных (со-
1 Насыпь, вероятно, была невысокой, так, например, насыпи курганов в Балы-мерях были высотой около 30−35 см.
Рис. 1. Карта расположения могильников и отдельных захоронений поздних кочевников на территории Татарстана. 1 — Болгарское городище: 2 — Балымерские курганы- 3 — Рождественское захоронение (Рождественский могильник) — 4 — Лебединское погребение- 5 — Алексеевское захоронение- 6 — могильник Песчаный остров- 7 — Камаевское городище- 8−1 Азметьевский могильник: 9 — Такгалачукский могильник- 10 — Байрякитамакский могильник. А — вид на Балымерский могильник. Фото К. А. Руденко. 2006 г
? ю
ю о
а
о
а §
X
Г)
я & gt-
& gt-
х и
2 О
а
КАЗАНЬ
Мамадыш
Наб. чеяны
оЯаишево
ЧИСТ0П0Л1
Болгар
Тетюши
Альметьевск
Лениногорск
Вугульм-
МУГЛ'-Т)
Рис. 2. Погребение 18 Рождественского IV могильника: 1 — план, 2−8 — инвентарь (Генинг и др., 1962, табл. ХХХШ) — 9−15 — инвентарь погребений Байрякитамакского могильника (Казаков, 1978, рис. 47).
Рис. 3. 1 — схема расположения археологических памятников Курналинского микрорегиона- 2 — бронзовое зеркало из Алексеевского погребения (по А. С. Губину и Т.Н. Писареву) — 3 — стратиграфия культурных отложений на Песчаном острове.
Рис. 4. Селище Песчаный остров. 1 — зеркала из культурного слоя и постройки- 2, 3 — керамика- 4, 5, 6 — вид на Песчаный остров и раскопы. Фото К. А. Руденко, 1994 г.- 7 — схема расположения построек селища Песчаный остров с указанием раскопов.
Рис. 5. Схема расположения погребений песчаноостровного могильника- а — погребения с указанием порядкового номера.
_ - и1″ 4 5
— 11 I-----12 °__эо о" 13
Рис. 6. Планы погребений могильника Песчаный остров. 1 — п. 1- 2 — п. 2 (а — железный нож) — 3 — п. 5- 4 — п. 7: 5 — п. 6 (а — бронзовое украшение) — 6 — п. 9- 7 — п. 12 (а — бронзовый тлен, б — череп собаки) — 8 — п. 8- 9 — п. 3- 10 — п. 4- 11 — п. 10- 12 — п. 14- 13 — п. 13- 14 — п. 11 (в — латунный браслет).
Рис. 7. Погребение 5 могильника Песчаный остров. 1 — план, 2−6 — инвентарь, 8 — графическая реконструкция внешнего облика погребенной женщины. Автор реконструкции Т. С. Балуева. Инвентарь: 2 — костяная игольница (№ 5 по плану погребения) — 3 — шило с деревянной рукоятью (№ 6) — 4 — медная накладка (№ 1) — 5 — железный нож (№ 2) — 6 — бронзовое зеркало (№ 4) — 7 — ткань с окислами меди, в которую было завернуто зеркало.
Рис. 8. Погребение 8 могильника Песчаный остров. 1 — план, а — прокал, б — уголь- 1, 5 — нож, 6 — часть железного предмета, 7, 9 — стремена, 11 — удила, 15 — кремни, остальное — фрагменты керамики. 2 — вид на погребение в процессе расчистки- 3 — череп погребенного (деталь) — 4 — череп из погребения. Фото К. А. Руденко, 1994 г
Рис. 9. Скульптурная реконструкция по черепу внешнего облика умершего (из разрушенного погребения). Автор реконструкции Т. С. Балуева. 1999 г.
хранилась только лицевая часть). В предшествующее раскопкам время на побережье острова было найдено не менее трех черепов, также из разрушенных погребений. Здесь же находили и кости от человеческих скелетов. Точно установить общее количество захоронений этого могильника сейчас затруднительно, но учитывая данные по разрушенным захоронениям, общее количество погребений было не менее 25.
Среди изученных на раскопах погребений (рис. 6) выделяются захоронения с инвентарем (№№ 2, 5, 6, 8, 12) — 33% и без него (№№ 1, 3, 4, 7, 9, 10, 11, 13, 14, 15) — 67%. Первые характеризуются западной, иногда с отклонением к северу (в одном случае северной и в одном — восточной), ориентацией могильных ям, невыдержанностью размеров котлованов и глубины захоронений (что, может быть, отчасти сезонным явлением). Умершие были похоронены в простых ямах с плоским дном и вертикальными стенками. Небольшой уступчик прослежен в погребении № 6 (рис. 6: 5), ниша-подбой имелась в погребении № 8 (рис. 6: 8).
Черепа погребенных были обращены лицевой частью вверх, иногда с небольшим поворотом к западу. Выделяется погребение 8 с северной (рис. 6: 8- 8: 1) и погребение 2 с северо-северо-западной (рис. 6: 2), погребение 4 с восточной (рис. 6: 10) и погребение 12 с юго-западной ориентировкой (рис. 6: 7).
Вещи, найденные в захоронениях, достаточно типичны для кочевников: ножи (пп. 2, 5, 8), шило с деревянной рукоятью (п. 5), костяная игольница (п. 5), стремена и удила (п. 8), медные накладки (пп. 5, 6), бисер (п. 5), пластинчатый браслет (над п. 11), из-
делия из бронзы (пп. 6, 12) и железа (п. 8), бронзовое зеркало (п. 5)2.
В погребениях без вещей умершие, как правило, положены головой на запад. Лицевая часть черепа обращена вверх, в одном случае с небольшим поворотом к западу. Глубина могильных ям различна, но не превышает 78 см от современной поверхности. Несколько отличается захоронение 4 (рис. 6: 10), где погребенный, ориентированный головой на восток — северо-восток, лежал на правом боку. Ноги его были согнуты в коленях, руки сложены на поясе. Достаточно часто фиксируется положение рук сложенных на животе (пп. 4, 7, 10).
Из особенностей погребального обряда следует выделить использование обжига стенок и дна могильных ям (пп. 8, 9), конечно, за исключением тех случаев, когда это применялось для отогрева замерзшей земли. О таких особенностях сезонных захоронений свидетельствует, например, погребение № 2 (рис. 6: 2), могильная яма которого была настолько узкой и выкопана так неровно, что ноги умершей (захоронение женское) оказались на 8−10 см ниже остальных частей скелета, причем их пришлось буквально втискивать в узкую яму (кости голени при расчистке оказались лежащими плотно друг к другу. В большинстве могил встречаются мелкие угольки (как в засыпи, так и на дне котлована), что позволяет предположить, что это следы какого-то ритуала, связанного с огнем. Особенности положения ко -стяков и засыпи могилы (скопление мелких угольков над погребением, более темный цвет верхней части заполнения котлована и др.), не исклю-
2 Описание предметов из могильника и их аналогии см.: Руденко, 1994- 1998.
чают возможности использования деревянных перекрытий котлованов. Несомненно, ритуальным действием следует считать захоронение вместе с умершим (п. 12) верхней части черепа собаки (рис. 6: 7).
Близко сведенные кости ног (пп. 6, 7, 9, 12- рис. 6: 4, 5, 7, 11) наводят на мысль, что ноги погребенных в ряде случаев могли быть связаны. Умершие хоронились в одежде, о чем говорят найденные в погребениях № 6 и 12 остатки бронзовых украшений или деталей одежды. Предметы в женском захоронении (п. 5), судя по компактному расположению, находились в мешочке у локтя правой руки. В мужском захоронении (п. 8) бытовые предметы (ножи и т. п.) были положены у правой и левой руки. На берцовых костях (судя по расположению предметов), вероятно, лежало деревянное седло со стременами, попоной и уздечкой с удилами. Отметим, что в балымерских курганах расположение погребального инвентаря иное: вещи укладывались чаще всего у головы, на груди (рис. 11: б, г, 2) или в ногах (рис. 12: А/б).
Отметим и некоторые особенности антропологии данного могильника (см. приложение). По половозрастному составу из 15 индивидуумов — 46% мужчин- 33% - женщины (из них 40% неполовозрелых) — 20% - дети. По облику 50% из них имело европеоидную внешность (рис. 7: 7- 9- 10) — остальные с признаками монголоидности. В качестве примера последнего признака отметим захоронение 8, где был погребен мужчина с выраженными монголоидными чертами лица (рис. 8: 3).
Захоронения 5, 6, 7 составляют единый погребальный комплекс (курган?), поскольку котлованы погребений 6 и 7 в восточной части соединялись небольшой канавкой (рис. 6: 4,
5), в которой находился зуб лошади (?). Судя по расположению (рис. 5), глубине и находившимся в них вещам (одинаковые штампованные накладки, см. рис. 7: 4), они связаны с погребением 5. Кроме того, погребения 13, 14 и, вероятно, 10 имеют один общий котлован (рис. 5- 6: 11−13).
Среди захоронений выделяются погребения 5 и 8, имевшие разнообразный инвентарь. Рассмотрим их. Погребение 5 (рис. 7) — женское, 20−29 лет. Глубина — 35 см. Костяк выявлен на глубине 25 см. Могильная яма не прослеживалась. Погребенная женщина, ориентированная головой на запад, лежала вытянуто на спине. Череп располагался лицевой частью вверх. Руки согнуты в локтях и, видимо, скрещены на поясе. У правого плеча расчищены: металлическое зеркало (рис. 7: 6), ко -стяная игольница со спекшимися в сплошную массу железными иголочками внутри (рис. 7: 2) и две бусины (бисер). Несколько ниже лежал железный нож (рис. 7: 5) и железное шило с деревянной рукоятью (рис. 7: 3). На груди находилась бронзовая штампованная накладка с отверстиями (рис. 7: 4). Зеркало было завернуто в кусок тонкого полотна и вложено в кожаный (?) чехольчик. Края последнего были прошиты тонкими нитками. Под чехлом зафиксированы остатки грубой материи (рис. 7: 7) и клок черных густых волос. Остатки ткани выявлены и на лезвии ножа.
Погребение 8 (рис. 8) — мужское, 35−45 лет. Глубина — 65 см. Могильное пятно неправильной формы (210×80 см) выявлено на глубине 40−45 см. В нем встречались линзы глинистого пестроцвета, угли и углистые скопления. В западной части котлована сделана небольшая ниша (подбой).
Погребенный, ориентированный головой на север, лежал вытянуто на спине (рис. 8: 2). Череп располагался на затылке лицевой частью вверх (рис. 8: 3). Лицо слабопрофилированное (рис. 8: 4). Руки находились вдоль туловища, ноги параллельно друг другу. Стопы развернуты в разные стороны (рис. 8: 2). У левого плеча с внутренней стороны лежал длинный железный нож острием на север. Обломок железного предмета найден в районе груди (правая сторона). Еще один нож расчищен у правого предплечья. В нише у правого бедра лежало железное стремя, чуть южнее — кольчатые удила. Второе стремя обнаружено между голенными костями. Дно могильной ямы плоское и обожженное, особенно в центре котлована, где материковый песок от огня приобрел кирпично-красный цвет. В засыпи погребения встречены угольки и кремневые сколы, последние четко соотносятся с норами мелких грызунов.
Анализ вещевого инвентаря этих захоронений не противоречит стратиграфической дате могильника, хотя имеет более широкие рамки бытования — XIV в.
Могильник Песчаный остров был одним из нескольких подобных ему, располагавшиеся в этой местности.
Все они, скорее всего, были под-курганными. В 1960-х годах небольшие курганы были зафиксированы Т. А. Хлебниковой на склоне надлу-говой террасы у с. Мокрые Курнали. В 1970—1980-х годах они были полностью распаханы. В 1987 г. безин-вентарное захоронение исследовано Е. П. Казаковым на северо-восточной окраине этого же села. Оно было ориентировано на запад. В засыпи был обнаружен железный гвоздь (Казаков, Руденко, 2004, с. 107).
В начале 2000-х годов на западной окраине р.п. Алексеевское было зафиксировано кочевническое женское захоронение (рис. 1: 5) (Губин, Писарев, 2004, с. 80−81). Рядом были найдены человеческие кости из разрушенных погребений. Захоронение находилось на глубине 110 см от поверхности и было ориентировано на север с отклонением к западу. Чуть ниже черепа с левой стороны была положена нижняя челюсть овцы. В районе таза у левого бока были найдены железные ножницы и бронзовое зеркало. Зеркало диаметром 7,5 см, с небольшим подтреугольным бортиком было украшено схематическими изображениями крылатых существ (рис. 3: 2).
По времени совершения захоронений песчаноостровному могильнику
0
Рис. 11. Балымерские курганы. Планы курганов: № 1 (а), № 4 (в) и погребений: к1/1 (б) и к4/1 (г) (по Е.А. Халиковой). Условные обозначения: 1 — дерн, 2 — коричневато-серая супесь (насыпь кургана), 3 — желто-серая супесь (выкид из ямы), 4 — серая супесь
с пигментными пятнами (погребенная почва), 5 — материковый песок, 6 — пестроцвет (заполнение позднего вкопа), 7 — песок с интенсивными углистыми включениями и про-калом (следы тризны), 8 — темная гуммированная супесь, 9 — заполнение могильной ямы, 10 — керамика, 11 — угли, 12 — кости- 13 — череп лошади. б — план погребения кургана № 1:
1 — железное шильце- 2 — зеркало- 3 — бусины- 4 — ножницы- г — план погребения кургана № 4: 1 — кресало- 2 — нож- 3 — наконечники стрел- 4 — пряжка- 5 — медная пуговица- 6 — наконечник стрелы- 7 — удила- 8 — кусок железа. 1 — профиль бровки кургана № 5- 2 — вид на
погребение к4/1 с юга- 3 — могильное пятно погребения к4/1 при зачистке, вид с юга-
4 — вид на погребение к4/1 с юга. Фото И. С. Вайнера. 1961 г Публикуется впервые.
Рис. 12. Балымерские курганы. А — план кургана № 3 и погребения в ним. Б — инвентарь мужских и женских погребений (1−4, 7−18 — железо- 5, 6 — бронза). б — погребение 1 кургана № 3: 1 — удила- 2 — железная пряжка- 3 — фрагмент керамики- 4 — нож- 5 — кресало- в — погребение 2 кургана № 3: 1 — бронзовое зеркальце- 2 — железное шило- 3 — бисер. Б: 1- к3/1- 2 — к3/1- 3 — к1/1- 4 — к1/1- 5 — к1/1- 6 — к3/2- 7 — к3/1- 8−19 — к4/1.
Рис. 13. Балымерские курганы. Предметы из мужских (1−9) и женских (10) погребений. НМ РТ, инв. № 14 365−38. 1−9, 11 — к4/1- 10 — к. 1/1. Фото М. Багаутдинова.
соответствует погребение 18 на Рождественском IV могильнике с монетой 1357 г. (Генинг и др., 1962, с. 82) (рис. 1: 3- 2: 1−8). Рождественское погребение имеет свои особенности. Умерший, ориентированный головой на северо-восток, лежал вытянуто на спине, левая рука согнута в локте (рис. 2: 1). Слева от черепа находились железная пряжка и удила (рис. 2: 3, 4), справа — халцедоновое навершие сабли (?) (рис. 2: 8). У локтя правой руки лежала железная пряжка (рис. 2: 4), между ног — серебряная монета (рис. 2: 2) — слева у пояса — три железных наконечника стрел (рис. 2: 5, 6).
От захоронений Песчаного острова рождественское погребение отличается наличием предметов вооружения, причем удила здесь совершенно аналогичны удилам из погребения 8 Песчаного острова. Положены последние не у ног, а у головы, впрочем, видимо, как и вся уздечка, от которой остались только железные пряжки. Интересно, что вместе с тем наконечники стрел из рождественского погребения находят аналогии в Балымерских курганах (рис. 13: 1, 3, 5). Характерно, что на Песчаном острове, как и в лебединском погребении, нет предметов вооружения.
Сравнение Песчаноостровного могильника и погребений в Балымерских курганах (Халикова, 1965, с. 110−116) показывает, что захоронения в Балыме-рях (рис. 11- 12-А) отличаются выдержанностью ориентировки (северная), наличием жертвенных комплексов (череп лошади), деревянными перекрытиями, конструкцией котлованов могильных ям и более представительным набором погребального инвентаря (рис. 12-Б- 13). Общими следует признать наличие огненного ритуала и некоторого сходства в наборе вещей (рис. 12-Б). Различие Песчаноостров-
ного могильника и Балымерских курганов объясняется, скорее всего, тем, что они относятся к кипчакским группам населения, сложившимся на разных территориях.
Топография расположения этих некрополей варьируется: Балымерский находится на высоком волжском берегу (рис. 1-А), Песчаноостровной, как и Лебединское захоронение — на невысокой пойменной террасе (рис. 4: 4−6). Во всех этих случаях (кроме алексеев-ского и рождественского погребений) некрополи расположены на песчанистых участках (рис. 1-А- 4: 6- 11: 1).
Рядом или поблизости от этих могильников и одиночных погребений имеются синхронные им стационарные поселения — Первомайское селище (Лебединское погребение) — Рождественское I селище (Рождественское погребение) — Полянское селище (Ба-лымерские курганы) — селища Дамба I-III, остров Восточный (могильник Песчаный остров). Наиболее отдалены друг от друга Балымерские курганы и Полянское селище, максимальную близость обнаруживают (около 100 150 м) могильник Песчаный остров и селища Дамба I-III. Вещевой материал из погребений данных некрополей во многом совпадает с находками на этих селищах.
Инвентарь всех рассмотренных погребальных памятников в целом имеет много сходства. Отличия в основном касаются женских погребений, в частности, типов металлических зеркал. Причем из большого количества зо-лотоордынских зеркал на памятниках Булгарского Улуса близкие им изделия единичны и происходят только из Болгарского городища3. Зеркала из Балы-мерских курганов (рис. 13: 10) имеют
3 НМ РТ, инв.№ 7719.
аналоги в кипчакских захоронениях Южного Приуралья (Тлявгуловские курганы) второй половины XIV в.
То же можно сказать и о кочевнических захоронениях на кладбищах самого Болгара, как и их погребальном обряде, в подавляющем большинстве языческом. По обряду, близкому к мусульманскому, из всех погребений в Песчаноостровном могильнике (в Ба-лымерях их вообще нет) захоронено не более 13%. Разница в ориентировке погребенных характерна только для одного памятника, но Балымерский могильник раскопан только частично и судить о нем в целом по имеющимся данным можно только с оговорками.
Учитывая то, что рассмотренные поселения и могильники относятся к одному времени — второй половине XIV в. и обнаруживают сходство вещевого материала, можно предполагать, что они составляют единый этнокультурный комплекс кипчакского
населения в Булгарском Улусе Золотой Орды. Отмеченные поселения мы рассматриваем как стационарные зимники (на что есть указание и в русских летописях) этого населения. Наличие отдельных кочевнических захоронений на мусульманских могильниках, как городских, так и сельских, свидетельствует об интеграции кипчаков с местным населением в этот период.
Процесс этот очевидно начался гораздо раньше, чем середина XIV в. При этом формирование и существование этого этнического массива было достаточно автономным в Булгарском Улусе и менее подверженным на ранних этапах воздействию местной культуры. По крайней мере, процесс му-сульманизации, активно изменивший погребальную обрядность угорского населения на восточных территориях Улуса, здесь выражен очень слабо. Изучение этой проблемы — дело дальнейших исследований.
ЛИТЕРАТУРА
Археологические памятники Центрального Закамья. — Казань, 1988.
Генинг В. Ф., Стоянов В. Е., Хлебникова Т. А., Вайнер И. С., Казаков Е. П., Вале-ев Р. К. Археологические памятники у села Рождествено. — Казань, 1962.
Губин А. С., Писарев Т. Н. Новый могильник у поселка Алексеевский // АОТ: 2002 год. — Казань, 2004.
Ефимова А. М. Кладбище на окраине посада города Болгара // Города Поволжья в средние века. — М.: Наука, 1974.
Казаков Е. П. Памятники болгарского времени в восточных районах Татарии. -М.: Наука, 1978.
Казаков Е. П., Руденко К. А. Археологические памятники низовий Курналинки // Материалы краеведческих чтений, посвященных 135-летию Общества естествоиспытателей при КГУ, 110-летию со дня рождения М. Г. Худякова. — Казань, 2004.
Руденко К. А. Алексеевское селище и могильник (у дамбы) в Татарии // Проблемы средневековой археологии волжских финнов (АЭМК. Вып. 23). — Йошкар-Ола, 1994.
Руденко К. А. Исследования селища и могильника Песчаный остров (Алексеев-ского у дамбы) в Татарии в 1993−94 гг. // Материалы и исследования по археологии Поволжья. Вып. 1. — Йошкар-Ола, 1998.
Руденко К. А. Могильник на острове «Песчаный» // ТА. Средневековая археология Среднего Поволжья. — 1999. — № 1−2 (4−5).
Руденко К. А. Балымерский курганный могильник эпохи Золотой Орды: вопросы датировки // Золотоордынское наследие. Вып. 1. — Казань, 2009.
Фахрутдинов Р. Г. Очерки по истории Волжской Булгарии. — М.: Наука, 1984. Халикова Е. А. Археологические исследования в Куйбышевском районе ТАССР // КСИА. — 1965. — Вып. 104.
Хлебникова Т. А. Неполивная керамика Болгара // Город Болгар: Очерки ремесленной деятельности. — М.: Наука, 1988.
Приложение
А.П. Бужилова
Палеоантропологические исследования материалов могильника Песчаный остров
Погребение Пол Возраст Примечание
1 Муж 35−45 Арахноидоз, прижизненная потеря зубов, признаки холодового стресса в надорбитальной области
2? Муж? 20−25 Эмалевая гипоплазия (1−3 лет), некоторая уплощенность лица
3? Муж 30−40 Зубной камень, эмалевая гипоплазия на предкоренных зубах
4 Муж 35−45 Стертость коренных зубов, возможно, из-за прикуса, уплощенность лица
5 Жен 20−29 Эмалевая гипоплазия (1−3 лет), уплощенность лица
6 Подросток, жен? 16−18 Фрагменты черепа, фрагменты костей скелета. СпЬга огЫ1аИа, эмалевая гипоплазия, одиночные линии Гарриса. Искривление диафизов лучевых костей
7 Подросток, жен? 16−18 Краудинг, множественная эмалевая гипоплазия (3−6 лет), слева в орбите пороз (СпЬга огЬйаИа). Уплощенность лица
8 Муж 35−45 Метопический шов, значительная стертость третьих коренных зубов, холодовой стресс. Уплощенность лица
9 Жен 45−55 На нижней челюсти полное отсутствие зубов с облитерацией альвеол. Слева в орбите следы пороза (СпЬга огЬйаИа)
10 Муж? 45−55 Холодовой стресс, зажившая травма в затылочной области слева (линейный дефект). Значительное мышечное развитие. Возможно, всадник
11 Реб 7−8 Неправильный прикус (как п. 4)
12 Муж 35−45 Эмалевая гипоплазия, развитие жевательной мышцы на нижней челюсти. Незначительные дефекты коронок нескольких коренных зубов из-за разгрызания твердой пищи. Заживший перелом носовых костей
13 Реб. Ок. 0. 5
14 Жен 45+ Множественное выпадение зубов с облитерацией альвеол. Слева в орбите пороз (СпЬга огЪйаИа). Значительное мышечное развитие
Подъемный материал
№п/п Пол Возраст Примечание
1 Муж 35−45 Эмалевая гипоплазия (1−4,5)
2 Муж? 25−35? Пальцевидные вдавления (предрасположенность к высокому внутричерепному давлению). Холодовой стресс. Заживший перелом в затылочной области
Из 15 индивидуумов: 7 мужчин, 5 женщин (в том числе 2 неполовозрелых), 3 детей (один определен по данным археологии). У 5 индивидуумов отмечается некоторая уплощенность лица. Остальные половозрелые индивидуумы характеризуются европеоидным комплексом. Интересно, что захоронения 5, 6, 7, вероятно, составляющие одну группу, принадлежат 3 индивидуумам женского пола, двое из них — неполовозрелые. У двоих из них отмечается уплощенность лица, а у третьей, № 6 — выраженный европеоидный вариант.
По набору патологий, к сожалению, весьма скудному из-за фрагментарности материала и его немногочисленности, можно предположить, что группа была оседлой или полуоседлой. По типу хозяйствования — скорее скотоводы. У трех мужчин отмечаются признаки холодового стресса, что для климатических особенностей этого региона можно связать со скотоводством или верховой ездой при военизированном образе жизни. Одно другого не исключает. Интересно, что в группе погребений 10, 13, 14, взрослые индивидуумы отличаются высоким уровнем развития мышечного рельефа, причем у мужчины это, скорее всего, связано с занятием верховой ездой, а у женщины из-за недостатка маркеров последнее (верховую езду) можно только предположить. У двух индивидуумов в группе неправильный прикус. Один из них погребен в 4 погребении, второй ребенок из погребения 15. Они могут быть родственниками. Однако сохранность материала не позволяет обосновать этот тезис.
NOMADS IN BULGAR ULUS OF THE GOLDEN HORDE (ACCORDING TO ARCHEOLOGY)
K.A. Rudenko
Keywords: archeology, nomads, the Golden Horde, bulgars, the Middle Ages,
reconstruction on a skull, Bulgar Ulus.
Article is devoted burial grounds of nomads of XIV century studied on territory of Tatarstan in 1960−1990. They are located by two groups. The first group is at the city of Bolgar. The second group is near to the city of Dzhuketau. Nearby settlements are connected with these burial grounds. Separate burials of nomads are investigated on cemeteries in the city of Bolgar. In article the data about employment of these people and reconstruction of their appearance is cited. It is established that nomads in Bulgar Ulus of the Golden Horde were in close contact to the basic population of this area.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой