Когнитивные технологии усиления интеллекта и их биоэтическая оценка

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Медицина


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ФИЛОСОФИЯ И БИОЭТИКА
© КУДАШОВ В.И.
КОГНИТИВНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ УСИЛЕНИЯ ИНТЕЛЛЕКТА И ИХ БИОЭТИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА
В.И. Кудашов
Красноярский государственный медицинский университет, ректор — д.м.н., проф.
И.П. Артюхов- кафедра философии и социально-гуманитарных наук, зав. — д.ф.н. ,
проф. В. И. Кудашов.
Резюме. Когнитивное усиление принимает многочисленные и разнообразные формы. В статье исследованы нынешнее состояние дел в сфере когнитивных методов повышения интеллекта и рассмотрены их перспективы в ближайшем обозримом будущем. Далее пересматриваются некоторые этические вопросы, возникающие в связи с применением этих технологий.
Ключевые слова: интеллект, когнитивные технологии, когнитивный потенциал памяти, ноотропные препараты, медицинские риски, интеллектуальное
усовершенствование.
Кудашов Вячеслав Иванович — д.ф.н., проф. зав. каф. философии, этики, эстетики и медицинской деонтологии с курсом политической социологии КрасГМУ- e-mail: vkudashov@mail. ru, тел. 8(391)2217174.
Интеллект можно определить как процессы организма, используемые для организации информации, которые включают получение информации (восприятие), её селекцию (внимание), переработку (мышление) и хранение (память) для использования в успешной жизнедеятельности. Мероприятия по улучшению когнитивных функций могут проводиться на любом из этих основных участков.
Когнитивные технологии оптимизации интеллекта можно определить как усиление или расширение основных его возможностей посредством совершенствования внутренних или внешних систем обработки информации. В когнитивной неврологии имеется целый ряд внутренних, биологических средств, перечень которых постоянно расширяется [2]. Тем не менее, на сегодняшний день основной прогресс в этой сфере опирается на возможности компьютерных и информационных технологий, которые радикально усилили наши способности в обработке и хранении информации. Внешние аппаратные средства и программное обеспечение дают человеку существенное расширение эффективности его познавательных способностей, что во многих отношениях опережает возможности нашего биологического мозга.
Действия, направленные на устранение конкретной патологии или дефекта в когнитивной системе, можно квалифицировать в качестве терапевтических. Существует также ряд методов, усиливающих здоровый интеллект тем или иным образом, кроме лечения каких-либо нарушений или устранения конкретных дисфункций. На практике бывает весьма трудно сделать различие между терапией и оптимизацией интеллекта. Например, когнитивный потенциал памяти человека, чьи природные интеллектуальные возможности невысоки, может быть усилен, но остаться ниже, чем у другого человека с довольно хорошей памятью, несмотря на патологию, как, например, ранние стадии болезни Альцгеймера. Поэтому когнитивные технологии не обязательно ведут к каким-то особенно высоким интеллектуальным возможностям. Когнитивно усиленным может быть признан любой человек, который пользовался методами, повышающими производительность некоторых интеллектуальных подсистем без исправления конкретных патологий или дисфункций этой подсистемы.
Спектр когнитивных усовершенствований включает в себя не только медицинские мероприятия, но множество видов психологического воздействия, а также оптимизацию внешних технологических и организационных структур, которые поддерживают и усиливают интеллект. Большинство способов по усилению интеллекта имеют довольно прозаический характер, а некоторые из них
практиковались в течение тысяч лет. Наиболее показательным примером является образование и переподготовка кадров, в которых особое значение придают не только получению специальных навыков или информации, но и улучшению умственных способностей, таких, например, как концентрация, память и критическое мышление. Другие виды психической подготовки, такие, как йога, боевые искусства, медитация и специальные курсы по креативности также становятся все более популярными и востребованными. Для повышения внимания очень широко используется кофеин в самых различных напитках, а травяные экстракты Гинко Билоба известны своей репутацией улучшения памяти. Эти натуральные средства очень популярны и объем их продаж постоянно возрастает. В обычном супермаркете можно найти большой набор «энергетических напитков», навязчивая реклама которых обещает «продвинутой молодежи» «зарядить мозги».
Образование и профессиональная подготовка, а также использование внешних устройств обработки информации более привычны как средства усиления интеллекта, поскольку более широко распространены и приняты культурой. В отличие от этого, когнитивные технологии, связанные с созданием фармакологических ноотропных препаратов, нейронных имплантатов, или генной терапией, следует рассматривать в качестве экспериментальных. Тем не менее, эти нетрадиционные формы усиления интеллекта заслуживают серьезного рассмотрения по нескольким причинам:
1) поскольку они являются относительно новыми, не существует сложившегося понимания возможностей их использования, безопасности, эффективности и социальных последствий-
2) они могут стать крайне популярными с точки зрения соотношения затрат и выгод от дешевых препаратов, которые благополучно усиливают интеллектуальные способности в сравнении с годами утомительного образования-
3) в настоящее время они сталкиваются с проблемами регулирования, но вполне могут в конечном итоге иметь важные последствия для будущего всего общества-
4) важно учитывать весь спектр различных возможностей усиления интеллекта, которые уже становятся доступными и их различных характеристик при индивидуальном использовании-
5) многие из когнитивных методов усиления интеллекта изучаются пока в экспериментальном порядке и имеют незначительный эффект, который может радикально измениться при массовом распространении.
В современной научной литературе пока совсем немного конкретных результатов, выявляющих в конечном итоге вредность или полезность когнитивных технологий [3], поэтому выводы должны быть проверены в многочисленных исследованиях и крупных клинических испытаниях, прежде чем им можно будет в полной мере доверять. Вполне вероятно, что многие методы в долгосрочной перспективе могут оказаться менее эффективными, чем их нынешние результаты. В то же время, само расширение спектра данных методов свидетельствует о вероятности, что не все имеющиеся когнитивные методы являются неэффективными и что будущие успехи приведут к более мощным технологиям усиления интеллекта.
Соображения безопасности, как правило, сосредоточены в большей степени на медицинских рисках внутренних, биологических изменений интеллекта. Эти риски сопровождают любое вмешательство в сознание, а не только мероприятия в процессе биомедицинских процедур. При использовании внешнего программного обеспечения для усиления интеллекта также возникают вопросы безопасности, такие, например, как конфиденциальность и защита интеллектуальных данных. Но даже привычное всем образование является рискованным способом усиления интеллекта, ведь оно может существенно повысить когнитивные навыки и возможности, но может также способствовать формированию идеологической предвзятости, догматизма, схоластики и софистских способов мышления или эгоистичного расчета, характерных для рациональных, циничных манипуляторов. Даже высокое качество образования, которое включает обучение формальным методам логики и критического мышления, может создавать весьма проблематичные эффекты. Например, некоторые исследования показывают, что
изучение экономики делает студентов в среднем более эгоистичным, чем они были прежде [4].
Можно, конечно, поспорить о том, что риски, связанные с образованием, принципиально отличаются от других категорий риска, таких, как медицинские риски. Студент, который становится догматиком или расчетливым эгоистом, делает это по своему собственному выбору, на основе личного принятия изучаемых материалов, в отличие от человека, принимающего препараты, которые улучшают мышление или память, действуя напрямую на нервную систему. Этот аргумент, однако, не вполне убедителен, поскольку образовательные технологии тоже применяются для субъектов, которые слишком молоды, чтобы дать информированное согласие на восприятие предлагаемых знаний и которые еще не могут критически оценить то, что и как им преподают. Даже для более продвинутых студентов неправдоподобно, что все последствия их образования основаны на рациональном осмыслении, ведь очень многое поступает через подсознание в качестве побочного эффекта представляемой информации. К тому же, многие когнитивные и перцептивные привычки и установки, приобретенные в процессе обучения, часто имеют пожизненные последствия в виде штампов и стереотипов сознания.
Тем не менее, именно в медицинской сфере усиления интеллекта проблемы безопасности, скорее всего, будут наиболее важны. Поскольку нынешняя система оценки медицинского риска основывается на сравнении рисков лечения с рисками заболевания, то следует избегать риска в случае усиления интеллекта, которые не уменьшают риск заболеваемости и польза которых может иметь крайне субъективный характер. Хотя прецеденты подобных рисков можно найти, например, в использовании многих технологий косметической хирургии, там пациент самостоятельно решает, необходимо ли рисковать, если процедура может привести к осложнениям. Аналогичная модель может быть использована и в случае медицинских технологий когнитивных усовершенствований, когда решение, перевешивают ли выгоды потенциальные риски, может быть принято на основе консультаций с медицинскими работниками и собственных оценок.
Использование в когнитивном усилении ноотропных препаратов предусматривает возможность анализа воздействия как прямых, так и побочных эффектов самого препарата. Однако часто не представляется возможным точно количественно просчитать потенциальные риски долгосрочного использования ноотропиков, так что даже медицинские эксперты не всегда в состоянии однозначно оценить выгоды и опасности приема когнитивных стимуляторов для конкретного человека. Достоверность исследований является еще одним важным биоэтическим вопросом. Многие из когнитивных технологий расширения интеллекта показывают незначительный эффект, поэтому могут потребоваться более широкие исследования, возможно, подвергающие группы испытуемых непредвиденным рискам.
Общая обеспокоенность по поводу когнитивных улучшений в биомедицинской сфере заключается в том, что они выходят за рамки целей медицины. Несмотря на это, очевидно, что медицинская практика постоянно транслирует свои средства и технологии за пределы собственно лечения, предотвращения или облегчения болезни, как, например, в области пластической хирургии или противозачаточных препаратов. Кроме того, существует также множество форм улучшения, такие, например, как психологические методы и диеты, которые не вписываются в традиционные медицинские каноны, но, тем не менее, производят терапевтические последствия. Даже если границы между терапией и усилением интеллекта могут быть согласованы, то вряд ли они смогут иметь какое-либо нормативное значение, поскольку будут постоянно меняться.
В этой связи возникает вопрос о том, стоит ли прибегать к медицинской или иной технологической помощи для решения некоторых глубоких социальных и личных проблем. Особенно активно он обсуждался в США, где прозак, риталин и других лекарственные препараты функционируют и как средства когнитивного усиления здоровых людей, и как лекарства, часто используемые для «умиротворения» чересчур активных школьников [1]. Однако следует заметить, что если современное общество требует более глубокого сосредоточения и интеллектуальной концентрации, чем это было типично для человеческого вида в
процессе эволюционной адаптации, то неудивительно, что многие люди сегодня пытаются регулировать спонтанность удовлетворения потребностей в школе или на рабочем месте. Технологические способы саморегуляции и использование методов усиления интеллекта можно поэтому рассматривать как продолжение человеческой способности приспосабливаться к окружающей среде.
Возникает и весьма важный аксиологический вопрос о том, что врожденные интеллектуальные способности и лично достигнутый опыт имеет более высокую ценность, чем интеллект, который приобретен. Если познавательные способности можно приобрести, в форме таблетки или какой-либо другой внешней помощи, уменьшит ли это их социальную ценность? И будут ли вообще в таких случаях эти способности действительно нашими собственными? В связи с этим, можно было бы предположить, что все знания достигаются в основном за счет напряженной работы, а генетические различия и возможности родителей играют меньшую роль в определении успеха. Но ведь известно, что если имеются врожденные предпосылки к интеллектуальной деятельности и благоприятные социальные условия их развития, то эти факторы во многом определяют личный успех или неудачу.
Можно сослаться на вполне конкретные примеры. Никто пока не осуждает спортсменов за использование ими защитной обуви повышенной эффективности, поскольку она позволяет сосредоточиться им на реализации своих талантов, а не на наращивании собственной прочной и упругой подошвы. Во многих начальных школах запрещают пользоваться калькуляторами на уроках математики, когда главная задача состоит в том, чтобы понять основные арифметические операции, но эти же калькуляторы будут затем разрешены и даже все более необходимы в старших классах и вузе, когда основы математики уже освоены и задачей становится понимать более продвинутые темы. Эти примеры показывают, что когнитивные технологии, направленные на усиление и расширение интеллектуальных способностей, могут способствовать подлинно творческой деятельности путем разрешения повторяющихся или скучных задач и позволят человеку сосредоточиться на решении более сложных проблем.
Другой стороной этической проблемы является степень уверенности, является ли наш «свободный выбор» следствием манипуляций рекламодателей или раболепия перед господствующей модой, следуем ли мы нашим собственным желаниям стать чуточку умнее или хотим слепо соответствовать социальным ожиданиям и жаждем общественного признания. Если когнитивные улучшения будут добавлены в существующую систему современного потребления, не только наши тела, но и наши умы станут еще более подвержены внешней манипуляции. Таким образом, подобное усиление интеллекта может привести к ослаблению свободы самого человека, глубинная сущность которого будет упрощаться и «уплощаться», а одномерное технократическое мышление будет угрожать «расплющить» наши души, ослабить нашу волю и способность любить. Некоторые авторы выражают даже опасения, что современные когнитивные технологии умаляют духовные устремления человека, подрывая его достоинство и приводя к банальностям потребительства, гомогенизации и омассовления культуры.
Хотя эти опасения, как представляется, вызывают не столько перспективы когнитивного усиления, сколько другие возможные формы человеческого изменения (например, настроения и эмоций), они отражают общее беспокойство о том, чтобы сущность человеческой природы не превратилась в очередной проект технологического апгрейда. В какой-то степени, это уже сфера более широких культурных, социальных и политических дискуссий, а не конкретных биоэтических проблем. Тем не менее, отметим, что ограничение человеческой самореализации не является единственно необходимым следствием усиления интеллекта. Философская критика последствий современных технологий для человеческой культуры является в большей мере критикой посредственности самой массовой культуры, а не технологий как средств, расширяющих человеческие возможности. Многие из негативных последствий когнитивного улучшения могут быть устранены или изменены в различных социальных контекстах.
Критики утверждают, что существуют особые атрибуты технологии, которые будут неизбежно способствовать эрозии общечеловеческих ценностей. Однако когнитивные технологии могут сыграть и положительную роль: усиливая
интеллектуальный потенциал, необходимый для автономной деятельности и независимых решений, они помогут человеку вести более аутентичный образ жизни, позволяя строить свой выбор на более глубоком рассмотрении уникальных обстоятельств, выявляя свой личный стиль, идеалы и индивидуальные варианты саморазвития.
В некоторых иностранных и столичных российских вузах сейчас уже не редкостью для студентов стало употребление ноотропных препаратов при подготовке к экзаменам (не говоря уже о кофеине, глюкозе и энергетических напитках). Является ли это одной из форм обмана сродни незаконному допингу на Олимпийских играх? Или, напротив, студентам нужно рекомендовать принимать любые меры для повышения эффективности, если они являются достаточно безопасными? Многие люди могут оказаться втянутыми в когнитивную «гонку вооружений», затрачивая значительные средства только с целью быть «не хуже других». Некоторые могут при этом компенсировать свои затраты получением прибыли в социальной иерархии, заняв в ней место, недоступное без усиливающих интеллект средств.
Большинство когнитивных функций, однако, не являются чисто позиционными: их непосредственное значение не полностью зависит от степени влияния на других людей, не имеющих их. Обладатель хорошей памяти и творческого ума, как правило, более ценит свое собственное право на саморазвитие, чем власть над другими людьми, не обладающими аналогичными способностями. Кроме того, перед обществом стоит много насущных проблем, с которыми люди могли бы лучше справиться, если бы были умнее, мудрее и более творческими. Усиление интеллектуальных способностей позволит человеку не только решить некоторые из проблем общества, но и даст положительный внешний эффект: в дополнение к выгодам от усиления ума отдельных индивидов прибавятся выгоды от развития всего общества за счет повышенной результативности и эффективности деятельности.
Несмотря на это, при оценке влияния на общество необходимо принять во внимание и конкурентные аспекты интеллектуального усовершенствования.
Усиление интеллекта должно быть полностью добровольным, хотя экономическая конкуренция, возможно, в конце концов заставит людей использовать когнитивные технологии для увеличения собственных конкурентных преимуществ. Это можно сравнить с поголовной грамотностью, которая также навязана всем гражданам современных обществ. Для ликвидации неграмотности были приведены в исполнение все средства — как прямые, в виде обязательного базового образования, так и косвенные, в виде давления общественного мнения. Таким образом неграмотные люди были лишены многих возможностей принимать участие во многих аспектах современной жизни. Несмотря на это огромное и частично принудительное давление, и, несмотря на то, что грамотность глубоко изменяет способы мышления и языковые процессы, сейчас всеобщая грамотность уже не считается особенно поразительной или проблематичной. Поэтому можно предположить, что по мере общественного признания когнитивных технологий, поддержка тех людей, которые отказываются от их использования, тоже будет неуклонно снижаться.
COGNITIVE TECHNOLOGIES TO ENHANCE THE INTELLIGENCE AND
THEIR BIOETHICAL EVALUATION V.I. Kudashov
Krasnoyarsk State Medical University named after prof. V.F. Voyno-Yasenetsky
Abstract. Cognitive enhancement has multiple various forms. The paper studies current condition in the area of cognitive methods of intelligence enhancement. The perspectives of their development in the future are discussed. The ethical problems of the application of this method are reviewed.
Key words: intelligence, cognitive technologies, cognitive memory potential, nootropic drugs, medical risk, intelligence improvement.
Литература
1. Фукуяма Ф. Наше постчеловеческое будущее: Последствия
биотехнологической революции. — М.: АСТ, 2004. — С. 77.
2. Farah M. J., J. Illes, et al. Neurocognitive enhancement: what can we do and what should we do? // Nature Reviews Neuroscience: — 2004. — Р. 421−425.
3. Ioannidis J. P. A. Why most published research findings are false // Plos. Medicine. — 2005. — Vol. 2, № 8: — P. 696−701.
4. Rubinstein A. A Skeptic’s Comment on the Study of Economics. from http: //arielrubi nstein. tau. ac. il/papers/econexp. pdf.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой