Элементы религиозной концептосферы во французской литературе (на материале двух идиолектов)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 811 ЭЛЕМЕНТЫ РЕЛИГИОЗНОЙ КОНЦЕПТОСФЕРЫ ВО ФРАНЦУЗСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ (НА МАТЕРИАЛЕ ДВУХ ИДИОЛЕКТОВ)
Сайджанова В. С.
В данном исследовании предпринята попытка дать на материале двух идиолектов речевое описание религиозной лексики, формирующей соответствующую концептосферу. Цель работы проследить, как религиозная терминология использовалась во французском обществе 19 и 20 веков посредством ее отражения в художественных источниках. Лексическое воплощение религиозных реалий подвергается семасиологическому анализу, что способствует выявлению системы концептов, служащих для построения религиозной концептосферы французского языка. Теоретической базой исследования послужили мнения ученых-лингвистов, развивающих в своих трудах идею концепта и концептосферы. Практическим материалом стали новеллы Ги де Мопассана, а также роман Э. Базена «Eglise verte» («Зеленый храм»). В предлагаемой статье доказано, что изучаемый пласт лексики представлен достаточно интенсивно в художественной литературе 19 и 20 веков, что свидетельствует о неоспоримом влиянии религии на общество упомянутого периода.
Ключевые слова: термин- религиозная терминосистема- концепт- концептосфера- деривационная модель.
ELEMENTS OF RELIGIOUS CONCEPT SPHERE IN FRENCH LITERATURE (BASED ON TWO IDIOLECTS)
Saydzhanova V.S.
The present study is an attempt to give a verbal description of the religious vocabulary forming the appropriate concept sphere based on two idiolects. The purpose of the article is to the use of the religious terminology in the French society of the 19th and 20th centuries through its reflection in literary sources. Lexical embodiment of religious realities is semantically analyzed here, which helps to reveal the concepts used to build the religious concept sphere of the French language. The theoretical base of the study is the views of linguists, developing in their works the idea of the concept and concept sphere. The practical material is Guy de Maupassant'-s short stories, and the novel by E. Bazin «Eglise verte» («Green Temple»). The proposed article proves that the studied vocabulary layer is intensively presented in the literature of the 19th and 20th centuries which testifies to the indisputable impact of religion on the society of the above mentioned period of time.
Keywords: term- religious term system- concept- concept sphere- derivational model.
Лексика как один из наиболее существенных компонентов языковых систем, представляет значительный интерес в изучении проблем, касающихся структурного устройства и функционирования этих последних и тех аспектов (ментальных, духовных, социальных и культурологических), которые определяют «дух» языка (esprit de langue) и отражают историю народа, говорящего на этом языке. Выявление особенностей функционирования религиозной лексики во французском языке, в частности ее употребление в художественной литературе позволяет более четко определить ее существенную роль.
Актуальность предпринятого исследования заключается в том, что лексическое воплощение религиозных реалий (имеются в виду прежде всего те, которые относятся к христианской доктрине) настоятельно требует, чтобы данный пласт лексики был подвергнут тщательному семасиологическому анализу, долженствующему устранить своеобразную лакуну, образовавшуюся в отечественной науке о языке в силу определенных социальных причин. Религия, занявшая в нашей стране немаловажное место в ее духовной, экономической и политической жизни, достойна того, чтобы этот моральнонравственный институт общества (да и социальный тоже, пусть всего лишь в ситуации де-факто) стал объектом тщательного изучения в его языковой оболочке. Изучение религиозной лексики представляет лингвистический интерес своей способностью «вживаться» в повседневную разговорную речь, выполняя, таким образом, коммуникативную функцию языка.
Методологической основой исследования является восприятие естественного языка как синергетической и антропоцентрической системы коммуникативного назначения. Основными приемами в описании языкового материала стали элементы описательного и сопоставительно-контрастивного методов.
Религия, как было отмечено, занимает далеко не последнее место в системе общественных отношений. Являясь в некоторой мере сдерживающим фактором во взаимоотношениях между людьми, религия как духовный институт оказывает благотворное влияние на нравственное становление человека, способствует развитию и повышению его нравственной культуры. Таким образом, религия может рассматриваться как отдельный, самостоятельный элемент общественной жизни, оказывая, между тем, воздействие на остальные сферы жизнедеятельности человека, в том числе и на его языковую компетенцию. В процессе духовного становления каждый человек формирует определенную картину мира, в которой находят свое отражение все элементы действительности. В центре внимания современной
лингвистики находится выявление роли языка в построении «языковых концептуальных картин мира».
Представители когнитивной лингвистики считают, что каждый язык эквивалентен определенной системе концептов, посредством которой носители языка воспринимают, структурируют, классифицируют и интерпретируют поток информации, поступающей из окружающего мира. Существование любой системы предполагает наличие некоторых первичных элементов, из которых она строится. Одной из таких единиц языковой системы является концепт, изучению которого посвящены усилия самых авторитетных исследователей (Ю. С. Степанова, И. Г. Ольшанскиого, Д. С. Лихачева, Н. А. Красавского и др.).
Несмотря на существование нескольких теорий концепта и создание в языкознании такого направления, как лингвоконцептология (А.П. Бабушкин, Л. О. Чернейко, С. Г. Воркачев и др.), до сих пор не существует общепризнанной дефиниции данного термина.
Термин концепт произошел от латинского «conceptus», что означает «понятие». Выделяют два доминирующих направления в толковании данного термина: лингвистическое и культурологическое. Представители первого направления (Е.С. Кубрякова, Н. А. Болдырев, А. П. Бабушкин, И. А. Стернин, Е. Г. Беляевская, Н. А. Красавский, В. И. Карасик и др.) интерпретируют концепт как единицу оперативного сознания, выступающую как целостное, нерасчлененное отражение факта действительности.
С позиций когнитивной лингвистики концепт понимается как заместитель понятия, как «намек на возможное значение» и как «отклик на предшествующий языковой опыт человека» [4- с. 5].
Объектная база концепта в лингвокогнитивном пространстве предельно широка: в нее входят все типы значений лексических и грамматических единиц кодифицированного естественного языка. Все они поддаются описанию в
терминах, разработанных для представления знаний, элементами которого являются фреймы, сценарии, модели и пр. [1- с. 14].
Совокупность концептов образует концептосферу, заложенную в ментальной компетенции этноса и соответствующей лингвокультуры. Н. Д. Арутюнова, Т. В. Булыгина, А. Д. Шмелев и др. считают семантический потенциал языковой системы главным средством формирования содержательного объема концепта [3- с. 53].
Д. С. Лихачев утверждает, что концепт «не непосредственно возникает из значения слова, а является результатом столкновения словарного значения слова с личным и народным опытом человека. Потенции концепта тем шире и богаче, чем шире и богаче культурный опыт человека» [4- с. 5]. При рассмотрении манеры воспринимать и интерпретировать слово, значение и концепт, важным является антропологический подход. Концепты, по мнению Д. С. Лихачева, являются преимущественно всеобщими и заключают в себе одновременно множество дополнений, которые обнаруживаются, однако, «в пределах контекста». Являясь результатом личного и народного опыта человека [4- с. 7], концепт, следовательно, включает ассоциации, эмоции, оценки, национальные образы и коннотации, присущие данной культуре [5- с. 36]. Таким образом, допустимо сделать вывод, что концепт — это эмоционально-окрашенная «культуронесущая» сущность. Эмоциональные концепты стоят ближе всего к концептам духовного содержания. Они окрашены субъективностью и занимают промежуточное положение между предметной, т. е. наблюдаемой областью и абстрактной, метафизической (Н.А. Красавский, Л.О. Чернейко).
Согласно ЛЭС, концепт — явление того же порядка, что и значение слова, но рассматриваемый в несколько иной системе связей- значение — в пространстве языка, концепт — в рамках логических отношений и форм, исследуемых как в языкознании, так и в логике.
Под концептуальной системой понимается тот ментальный уровень или та ментальная (психическая) организация, в которой сосредоточена совокупность всех концептов, данных рассудочной деятельности человека, осуществляющей их упорядоченное объединение. Концептуальная система выступает как система знаний и мнений о мире, отражающая опыт человека [2- с. 132]. Концепт в качестве лингвокреативного конструкта образует концептосферу, являющую собой совокупность потенций (возможностей домысливания, дофантазирования) в словарном запасе как одного человека, так и языка в целом [4- с. 5].
Таким образом, можно сказать, что концепт — это ментальная единица, содержащая культурно-языковые знания, представления, оценки и лежащая в основе формирования логической и языковой картин мира (общечеловеческой, общеэтнической и индивидуальной, всегда и неизбежно субъективной). Рассмотрение концепта в любой гуманитарной науке (в лингвистике особенно и прежде всего) с позиций когнитивного подхода предполагает необходимость видеть в нем такую ментальную единицу, которая постоянно переживает изменения: его содержание может пополняться иным фоновым содержанием, другими концептуальными знаниями. При этом может меняться также набор стандартных ситуаций, отражаемых тем или иным концептом как ментальной единицей. Это позволяет нам видеть в ней некую подвижную сущность. Мы полагаем, однако, необходимость заявить свое несогласие с достаточно известным мнением о том, что те концепты, которые ориентированы на импликацию какой-либо одной денотативной сущности, являются самыми мобильными. Эту версию мы отвергаем по той простой причине, что именно этот признак — монореферентность концепта — обрекает его на многозначность и, следовательно, на «привязанность» к какой-либо одной ситуации. Все это купирует в нем возможность приобрести дополнительные значения или же как-то изменить свою содержательную сущность.
Есть основания полагать, что развитие концепта предопределено его внутренней формой и в известной мере его этимологией. Опираясь на свой этимон, концепт обогащается в конкретных текстах (самых разнообразных жанров — художественных, публицистических, научных и т. д.) вполне определенными функциями, хотя тот глубинный признак, который запечатлен в его внутренней форме, остается фактически неизмененным [6- с. 163].
Концепт, как и любой элемент языка, — это исторически изменчивое явление, не чуждое вполне реальной эволюции или, как ныне говорят, стадиальному развитию (подчеркнем, что приведенная здесь формулировка не имеет ничего общего с известной теорией Марра). Убедительной иллюстрацией стадий реальности в развитии концептов служат их словарные статьи, поскольку лексикографы фиксируют все значения слова и отмечают этапы его развития, которое обеспечивается, как было уже упомянуто, дискурсивными процессами. Религиозная концептосфера отражает все многообразие духовной жизни человека, сосредоточив ее лексическое воплощение прежде всего в специальных религиозных терминах.
Особый интерес представляет употребление религиозной лексики в текстах художественной литературы. Конкретным материалом исследования послужили новеллы Ги де Мопассана, а также роман Э. Базена «Eglise verte» («Зеленый храм»). Если принять во внимание, что название романа подчеркивает метафорическую номинацию слова «церковь», тогда вывод о склонности религиозной лексики к выполнению коннотативно-экспрессивных функций станет очевидным и неоспоримым.
Семантический облик выявленных лексических единиц соответствует наиболее существенным семасиологическим закономерностям. Прежде всего следует упомянуть присутствие многозначных слов. Семантический спектр их значений настолько многообразен, что лишь обращение к большому контексту дает возможность корректного представления об их конкретном узуальном употреблении. Многозначные слова — концепты достаточно адекватно
соответствуют тем толкованиям, которые дают им лексикографические источники.
Сила смысловых и когнитивных аттракций слов религиозного значения, настолько очевидна, что все они формируют соответствующую концептосферу, объединяемую взаимосвязью семантической и функциональной сущности их «глубинных структур». Заметим, что наиболее адекватное представление об этих феноменах (концептах и концептосфере) можно получить лишь при условии, если в нашем распоряжении имеется несколько разных, но взаимодополняющих способов их описания: а) лексикографическое в виде списка значений, изучаемых концептов и б) гипотетическое, основанное на убеждении, что данная система значений хранится в сознании говорящего. Все это свидетельствует в пользу того, что представление о развитии той или иной концептосферы можно получить лишь при тщательном и комплексном описании семасиологической природы элементов, формирующих ее концепт.
Религиозная концептосфера формируется из совокупности концептов, означивающих духовный мир человека. Количественный аспект собранной картотеки утверждает нас в убеждении, что французские авторы 19 и 20 веков (на примере текстов двух талантливых идиолектов названного периода) употребляют теологическую терминологию, слагающуюся в соответствующую концептосферу, достаточно интенсивно. Этот факт объясняется, очевидно, почтительным отношением упомянутых авторов к религии и вере.
Все лексические единицы, извлеченные из текстов Мопассана и Базена, адекватно отражают одну существенную закономерность, касающуюся любых терминологических систем, в том числе и религиозной терминосистемы. В частности, в этой последней присутствуют слова-концепты собственно терминологического назначения и, условно говоря, лексические единицы, приобретающие религиозное звучание лишь в условиях специфических речевых ситуаций. Среди первых следует назвать такие слова, как presbytere (m) — дом священника, archeveche (m) — архиепископство, tabernacle (m) —
дарохранительница, sacristie (f) — ризница, paroisse (f) — церковный приход, приходская церковь, breviaire (m) — требник, chapelet (m) — четки и т. д. Ко вторым необходимо причислить abime (m) — пропасть, бездна, jurer — клясться и т. д.
На чрезмерное разнообразие тематических классов религиозной лексики налагается достаточно обширный список ее деривационных моделей, наиболее существенные из которых достойны перечисления:
• Confiteor «Я исповедуюсь (лат.)» — confession (f) «исповедь» —
?nfessionnal (m) «исповедальня» — confesser «исповедовать» — confesseur (m) «духовник" —
• ?mmunion (f) «причастие» — communier «причащаться» — communiant (т), -e (f) «причастник, -ца" —
• benir «благославлять» — l’eau benite «святая вода» — benisseur «благословляющий» — benitier (m) «кропильница" —
• ?nsolation (f) «утешение» — consoler «утешать» — consolateur (m) «утешитель» — consolable «утешаемый" —
• voyance (f) «вера» — croyer «верить» — croyable «вероятный» — croyant -«верующий" —
• bapteme (m) «крещение» — baptiser «крестить» — baptismal «крестильный» -baptistaire «подтверждающий акт крещения" —
• religion (f) «религия» — religieux, -se «верующий, -ая»
Итак, основными характеристиками теологической лексики можно считать: 1) ее готовность включиться в активные процессы, протекающие преимущественно на семантическом и морфологическом уровнях (это позволяет использовать ее во всем многообразии ее семантических и деривационных вариантов) — 2) ее тяготение к внутренним противоречиям, обусловленным «соперничеством» между теми словами, которые относятся к собственно религиозной тематике, и теми, которые приобретают религиозную отнесенность в силу ассоциативных и/или аналогических
связей.
Список литературы
1. Болдырев Н. Н. Когнитивная семантика: Курс лекций по английской филологии. Тамбов: Изд-во Тамбовского ун-та, 2000. 123 с.
2. Бурдина З. Г. Категориальный спектр в его отношении к картине мира // С любовью к языку: Сб. научн. трудов посв. Е. С. Кубряковой. Воронеж: ИЯРАН, Воронежский гос. университет, 2002. С. 130−134.
3. Карасик В. И. Языковой круг. Личность, концепты, дискурс. М.: ГНОЗИС, 2004. C. 52 — 57.
4. Лихачев Д. С. Концептосфера русского языка // Известия РАН. Сер. лит. и яз. 1993. Т. 52. № 1. С. 3−9.
5. Маслова В. А. Когнитивная лингвистика: Учебное пособие. М.: ТетраСистемс, 2004. 256 с.
6. Митрофанова О. И. Понятие концепта и его эволюции на примере
концепта вера // II Международные Бодуэновские чтения: Казанская
лингвистическая школа: традиции и современность: Труды и материалы: В 2 т. / Под общ. ред. К. Р. Галиуллина, Г. А. Николаева. Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2003. Т. 1. С. 163−165.
7. Maupassant Gue de. Contes et nouvelles. М.: «Прогресс», 1985. 336 с.
8. Bazin Herve. L’eglise verte. Paris: Editions du Seuil, 1981. 283 p.
References
1. Boldyrev N. N. Kognitivnaya semantika: Kurs lektsiy po angliyskoy filologii [Cognitive semantics: Lectures in English Philology]. Tambov: Tambovskii Univ., 2000. 123 p.
2. Burdina Z. G. Kategorial'-nyy spektr v ego otnoshenii k kartine mira [Categorical spectrum in its relation to the image of the world]. S lyubov'-yu kyazyku [With love to the language]. Voronezh: IYaRAN, Voronezhskii Gos. Univ., 2002. pp.
130−134.
3. Karasik V. I. Yazykovoy krug. Lichnost'-, kontsepty, diskurs [Linguistic circle. Personality, concepts, discourse]. M.: GNOZIS, 2004. pp. 52 — 57.
4. Likhachev D. S. Kontseptosfera russkogo yazyka. Izvestiya RAN. Ser. lit. i yaz. [Concept sphere of Russian. Proc. of the Russian Academy of Sciences. Series of literature and languages, Vol. 52. № 1], 1993. pp. 3−9.
5. Maslova V. A. Kognitivnaya lingvistika: Uchebnoe posobie [Cognitive linguistics]. M.: TetraSistems, 2004. 256 p.
6. Mitrofanova O. I. Ponyatie kontsepta i ego evolyutsii naprimere kontsepta
vera. II Mezhdunarodnye Boduenovskie chteniya: Kazanskaya lingvisticheskaya shkola: traditsii i sovremennost'-: Trudy i materialy: V 2 t. / Pod obshch. red.
K.R. Galiullina, G.A. Nikolaeva [The notion of the concept and its evolution on the example of the concept faith. The II International Boduenovskie readings: Kazan Linguistic School: traditions and contemporaneity: In 2 vol. / Editors: K.R. Galiullina, G.A. Nikolaeva]. Kazan'-: Kazan. Univ., 2003. Vol. 1. pp. 163−165.
7. Maupassant Gue de. Contes et nouvelles. M.: «Progress», 1985. 336 p.
8. Bazin Herve. L’eglise verte. Paris: Editions du Seuil, 1981. 283 p.
ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ
Сайджанова Виктория Сергеевна, аспирантка кафедры французского языка факультета иностранных языков
Северо-Осетинский государственный университет имени К. Л. Хетагурова ул. Ватутина, д. 46, г. Владикавказ, Республика Северная Осетия-Алания, 362 025, Россия victoire@list. ru
DATA ABOUT THE AUTHOR
Saydzhanova Victoria Sergeevna, post-graduate student of French Department of the Faculty of Foreign Languages
North Ossetian State University named after K.L. Khetagurov
46, Vatutina street, Vladikavkaz, Republic of North Ossetia-Alania, 362 025, Russia
victoire@list. ru
Рецензент:
Щербакова Т. Д., профессор кафедры французского языка факультета иностранных языков Северо-Осетинского государственного университета имени К. Л. Хетагурова, доктор филологических наук

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой