Коммуникационные аспекты реализации новых программ освоения Арктики

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

& lt-
Радушинский Д. А.
Коммуникационные аспекты реализации новых программ освоения Арктики
Радушинский Дмитрий Александрович
о Санкт-Петербургский государственный университет кино и телевидения Доцент кафедры рекламы и связей с общественностью Кандидат экономических наук d. radoushinsky@gmail. com РЕФЕРАТ
В настоящий момент ставится вопрос о реализации новых масштабных программ освоения Арктики. В статье рассмотрены предпосылки для реализации подобных программ и направления коммуникационной деятельности, позволяющие интегрировать необходимые ресурсы: современные технологии, финансовые средства, проектные и производственные мощности и другое в рамках проекта арктического кластера в Северо-Западном регионе России с центром в Санкт-Петербурге.
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА
коммуникация, коммуникационные механизмы, арктический кластер, территориальное развитие Арктики, арктические ресурсы
Radushinsky D. A.
Communication Aspects of the Implementation of New Large-scale Development Programs in the Arctic
Radushinsky Dmitry Aleksandrovich
Saint-Petersburg State University of Cinema and Television (Saint-Petersburg, Russian Federation) Associate Professor of the Chair of Advertizing and Public Relations PhD in Economy d. radoushinsky@gmail. com
ABSTRACT
At present there arises the question of the implementation of new large-scale development programs in the Arctic. The article describes the prerequisites for the implementation of such programs and directions of communication activities aimed at to integrate the necessary resources: modern technology, funding, design and production facilities and more within the project of the Arctic cluster in the North-West region of Russia with the center in St. Petersburg.
KEYWORDS
communication, communication mechanisms, arctic cluster, territorial development in the Arctic, arctic resources
Новые программы освоения Арктики. В последние годы в экспертном сообществе и в органах государственной власти рассматривался вопрос об ускоренном освоении северных территорий России. По мнению ряда ученых и государственных деятелей, актуализация точек роста экономического потенциала, связанных с Арктикой, является первоочередной задачей устойчивого развития страны. Экономической основой «новой волны» освоения Арктики чаще всего называют разработку месторождений углеводородов континентального шельфа, а также развитие судоходства по Северному морскому пути (СМП). Благоприятные возможности для этого складываются, как указывается рядом авторов, в связи с ожидаемым к 2020−2030 гг. потеплением.
По разным оценкам, континентальный шельф Арктики содержит от 13 до 30% всех шельфовых запасов углеводородов в мире: 90 млрд баррелей нефти, 1,669 трлн
куб. футов (47,3 трлн куб. м) природного газа и 44 млрд баррелей газоконденсатов 2 [2, с. 14]. Доля России в общем объеме неразведанных арктических запасов неф- | ти оценивается в 40%, природного газа — в 70%. Промышленное освоение аркти- о ческого шельфа может обеспечить значительный прирост запасов углеводородно- о го сырья. го
Учитывая данные факты, а также нарастающую активность других стран в аркти- х ческом регионе указом президента РФ от 20 февраля 2013 г. была утверждена н «Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения на- «с циональной безопасности на период до 2020 года» (далее — Стратегия)1. Согласно т Стратегии, цель развития Арктической зоны России на основе инновационной модернизации экономики и устойчивого экономического роста — обеспечить национальную безопасность в акватории и на суше макрорегиона, укрепить роль и место Арктики в экономике страны. При этом далее речь идет об «обеспечении глобальной конкурентоспособности арктической зоны РФ & lt-… >- за счет перехода на принципы саморазвития и использования внутреннего (эндогенного) потенциала, развития межрегионального и международного сотрудничества» (Стратегия, 3-й этап).
Для реализации целей Стратегии Министерство регионального развития (Мин-регион) разработало проект государственной программы «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года», который был внесен на утверждение в Госдуму в конце 2013 г. Объем средств для реализации программы в оптимальном варианте в 2014—2020 гг., по проекту, составлял около 1,8 трлн руб., включая более 1 трлн руб. вложений со стороны бизнеса, 650 млрд руб. из федерального бюджета и 63 млрд из бюджетов семи арктических субъектов РФ2. В качестве соисполнителей программы, кроме министерств и субъектов РФ, были названы крупнейшие отечественные компании: Внешэкономбанк, ВТБ-Лизинг, Газпром, Лукойл, Объединенная судостроительная корпорация (ОСК), Роснефть, Роснано, Росатом, РЖД, Сбербанк. Согласно проекту программы, к 2020 г. доля Арктической зоны в валовом внутреннем продукте России должна увеличиться с имеющегося уровня в 5,6% до 14%, т. е. почти в 3 раза- объем перевозок грузов по СМП с 3 до 63,7 млн т, т. е. более чем в 20 раз- среднедушевые доходы населения Арктической зоны должны возрасти более чем в 2,5 раза, превысив 76 000 руб.
Однако данная госпрограмма не была утверждена в связи с тем, что в бюджете на 2014−2016 гг. не предусмотрены средства на ее реализацию. Таким образом, на сегодняшний день, в Стратегии развития Арктической зоны РФ поставлены цели, но на федеральном уровне не утверждены механизмы (мероприятия, объем финансовых ресурсов, ответственные исполнители) их достижения. Интенсивность освоения арктических ресурсов в такой ситуации будет в большей степени зависеть от заинтересованности крупных компаний, работающих в регионе, и от реализации отдельных государственных проектов в сфере обороны, развития ледокольного сообщения, коммуникаций, инфраструктуры и т. д., которые разработаны и получают финансирование в настоящий момент.
Отметим также, что ряд ученых считают несостоятельными расчеты на скорое потепление и улучшение доступности арктических экономических ресурсов. Так, Авакян С. В., Воронин Н. А. и Дубаренко К. А. указывают: «Концепция глобального потепления и таяние льдов в Северном Ледовитом океане породили иллюзорные
1 Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года: указ Президента Р Ф от 08. 02. 2013 № 232. Утв. 20. 02. 2013.
2 Законопроект об Арктической зоне внесен в Правительство Р Ф [Электронный ресурс]. иЯ1_: http: //www. b-port. eom/news/item/118 594. html#ixzz2r8PQ5A8B (дата обращения: 09. 05. 2014).
2 предположения о том, что современные климатические процессы в течение бли-^ жайших десятилетий могут открыть арктическую зону для морского судоходства и о добычи полезных ископаемых, что сформирует новую геостратегическую реальность. о Этот сценарий — единственный предлагаемый в «Стратегии… "-, & lt-… >- а вариантов со с возможным грядущим в ближайшие десятилетия похолоданием климата там не х предусмотрено & lt-… >- При отсутствии надежных прогнозов глобального климата не-н- обходимо быть готовым к разным сценариям развития процессов в морской Аркти-& lt- ке, в том числе к похолоданию» [1, с. 68, 71]. Данные соображения могут также т объяснять отказ от выделения государственных средств на реализацию мероприятий программы Минрегиона в 2014—2016 гг.
Существуют и другие факторы, которые влияют на то, что разрабатываемые программы интенсивного освоения арктических ресурсов могут быть отложены или «усечены». Так, при наличии более доступных и дешевых источников углеводородного сырья, чем ресурсы арктического шельфа, предпочтение будет отдаваться именно первым. При себестоимости добычи на арктическом шельфе около 170 долл. за баррель [8, с. 170] предпочтение, в частности, может быть отдано технологиям извлечения сланцевого газа и нефти. Кроме того, не исключается появление альтернативных источников или способов выработки энергии, переключение на которые может оказаться предпочтительным, с экологической точки зрения, по сравнению с традиционным углеводородным сырьем.
Конкуренты и союзники России в освоении арктических ресурсов. По мере действительно имеющего место в 2000-х гг. ускорения таяния льдов Арктика становилась все более привлекательной зоной Мирового океана, и в этот период рядом государств была значительно интенсифицирована экономическая деятельность в регионе. Возникла тенденция глобального противостояния за ресурсы арктической зоны, имеющая выражение в двух плоскостях.
Во-первых, возник вопрос об интернационализации пространств, закрепленных за арктическими государствами: заинтересованные страны — такие, как Китай, — не имеющие выхода к Северному Ледовитому океану, выносят предложения по передаче прав международным органам и применению принципа «общего наследия человечества» по аналогии с Антарктикой при регулировании деятельности в арктических морях1. В данной ситуации для России целесообразен союз со странами Арктического совета (АС), имеющими «доли» в арктическом шельфе, — с тем, чтобы противодействовать экспансии в арктическом регионе «третьих» стран.
С другой стороны, в рамках пяти государств, имевших арктические сектора, складывается, в целом, биполярная модель, так как четыре из пяти активных игроков на арктическом пространстве (Дания, Канада, Норвегия, США) входят в блок НАТО, претендующий на фиксирование своих позиций в Арктике. В этой связи оправданным представляется мнение, высказанное Л. Г. Ивашовым, о том, что России, на современном этапе, для удержания той доли ресурсов, на которую распространяется ее сектор шельфа, необходим союз с крупными «сторонними» игроками: «В качестве кандидатов, способных составить будущий блок, я бы назвал Китай, Индию, Японию и, возможно, Германию"2.
На уровне компаний арктическое сотрудничество, в настоящий момент, осуществляется именно в альтернативных направлениях. Так, в 2013 г. подписаны соглашения, согласно которым, Роснефть и китайская государственная нефтяная корпо-
1 Сегодня исключительными экономическими зонами, согласно Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., считаются 200-мильные зоны от базовых линий (+150 миль для континентального шельфа, если удастся доказать, что морское дно является продолжением берега).
2 Леонид Ивашов: Россия нуждается в арктической коалиции [Электронный ресурс]. Ш_: http: //www. b-port. eom/news/item/119 653. html#ixzz2r7Pe4AoB (дата обращения: 21. 01. 2014).
рация CNPC инвестируют в совместные проекты на арктическом шельфе и в Вос- g точной Сибири 270 млрд долл. в течение 25 лет1. С другой стороны, по соглашению | Роснефти и ExxonMobil стороны намерены построить 60 платформ по добыче неф- о ти в Арктике2, а также создать научно-проектный центр с целью аккумуляции пере- о довых разработок по добыче нефти и газа на шельфе. го
Рост интереса в мире к Арктике, с ее ресурсами и транспортными преимуще- х ствами, является естественным. Почти все крупные мировые державы стали на- н блюдателями в Арктическом совете. Собственная арктическая стратегия принята «с Евросоюзом, активность проявляет Япония. Китайский ледокол «Снежный дракон» m с 2013 г. осуществляет коммерческую проводку судов по СМП. Южная Корея строит свой первый ледокол, Китай заказал строительство второго ледокола в Финляндии и к 2020 г. собирается перевозить по СМП с использованием ледоколов до 16% своих экспортных грузов.
Для России принятое стратегическое решение по строительству современных атомных ледоколов, способных проводить суда дедвейтом до 70 000 тыс. тонн через ледяные поля толщиной до трех метров (три ледокола проекта ЛК-60Я должны быть построены к 2020 г.), предполагает возможность их коммерческого использования. Ожидается, что к началу 2020-х гг. эксплуатация СМП выйдет на коммерческую основу и, возможно, станет рентабельной. Пока круглогодичная навигация ведется лишь в западном секторе (в Карском море), а в восточном секторе навигация идет только в летне-осенний период. При появлении новых ледоколов станет возможна круглогодичная навигация и по всему СМП. В настоящее время годовой объем перевозок по СМП колеблется на уровне 1−2,8 млн т — при том, что, по оценкам «Атом-флота», к 2020 г. при постройке новых ледоколов этот объем может составить 5065 млн т (для сравнения: транзит грузов по Суэцкому каналу в разные годы составляет 400−900 млн т в год) [1, с. 69].
Для того, чтобы использование СМП стало конкурентоспособным по сравнению с южными маршрутами, базовые ставки тарифов, по различным оценкам, должны быть ниже 8 долл. за тонну дедвейта (предпочтительно три-четыре долл.), а для России такие тарифы станут экономически выгодными при объеме ежегодных перевозок по СМП в объеме не менее 10 млн т. Таким образом, для коммерческого запуска круглогодичной ледокольной проводки крупнотоннажных судов по СМП в результате постройки новых российских ледоколов на рубеже 2020-х гг. необходимо сформировать крупный портфель заказов.
Отметим, что, по имеющимся сообщениям, и в США также собираются модернизировать ледокольный флот, включая оборудование военных кораблей. Подобные приготовления необходимы для активизации проводки кораблей по СевероЗападному проходу (СЗП), вдоль побережья Канады и Аляски, и усиления экономического и военного присутствия в Арктике.
Для правительства и крупных добывающих компаний России возникает необходимость поддерживать сотрудничество с разными «игроками» в арктическом регионе, которые могут оказаться как конкурентами, так и союзниками (или партнерами). Можно выделить следующие группы ключевых игроков, с которыми Россия может реализовывать те или иные отношения.
1. Группа стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), заинтересованных в совместной добыче арктических ресурсов и/или в перевозке грузов по СМП, преж-
1 Воронов К. Великодержавные амбиции Китая в Арктике: алгоритмика вожделенного лидерства [Электронный ресурс]. URL: http: //www. regnum. rU/news/polit/1 692 453. html#ixzz2r2eBxxdO (дата обращения: 21. 01. 2014).
2 Пономарев В. Выжить на холоде [Электронный ресурс] // Эксперт: общенац. аналит. портал. URL: http: //expert. ru/2014/04/24/vyizhit-na-holode/?n=171 (дата обращения: 07. 07. 2014).
g де всего Китай, а также Южная Корея, Япония, Вьетнам и др. Данная группа стран | может являться источником средств для финансирования проектов добычи и пере-о возки, основанных на применении российских технологий, приобретая доли в про-о ектах. К этой же группе можно отнести другие крупные страны — такие, как Индия со и Бразилия — в случае, если они проявят интерес к арктическому сотрудничеству. х 2. Группа европейских стран, не имеющих выхода к Северному Ледовитому н- океану, но имеющих потенциальную заинтересованность в проектах по добыче & lt- углеводородов- прежде всего, Германия, а также Финляндия, Франция и др. Дан-m ная группа стран, помимо финансовых ресурсов, может являться поставщиком технологий: например, глубоководного бурения и других, где у России имеется отставание. Создание совместных предприятий с данной группой стран предполагает их вхождение в проекты с согласованной оценкой интеллектуальной собственности, которую они предоставляют в качестве своей доли.
3. Группа стран, имевших «арктические сектора», — США, Канада, Дания, Норвегия. С этими странами, на данном этапе, маловероятны отношения глобального партнерства по освоению ресурсов. Более вероятны нейтральные отношения и конкуренция за ресурсы, инвестиции, технологии и потребителей. В то же время, определенные амбиции «сторонних игроков» в Арктике — в частности, китайской стороны, — а также противоречия, возникающие внутри «арктической пятерки», могут быть разрешены или уравновешены лишь в рамках совместно вырабатываемых механизмов «цивилизованного» и справедливого решения спорных вопросов.
4. Отдельно необходимо выделить крупные европейские и международные добывающие компании (BP, ExxonMobil, Total, Texaco и др.), политика заключения сделок которых основана на стратегических ориентирах роста собственной рыночной стоимости и вхождении в совместные проекты с максимальной долей контроля за всеми имеющимися ресурсами. Поскольку именно крупные международные добывающие компании являются обладателями передовых технологий добычи шельфовых ресурсов, интересы российской стороны состоят в том, чтобы за адекватное вознаграждение (доля в прибыли проекта) вовлекать компании в совместную деятельность с возможностью обмена технологиями. Для этого необходимо демонстрировать ценность собственных научных заделов в данной сфере.
проект Арктического кластера в Северо-Западном регионе России с центром в Санкт-петербурге. Как отмечается рядом авторов, государство способно оказывать значительное содействие процессам интеграции бизнес-структур, создавая институты и стратегии развития [6- 7], подготавливая инфраструктуру. Проект Арктического кластера, создание которого было предложено властями Санкт-Петербурга, может быть рассмотрен как такой инструмент развития. В Санкт-Петербурге сконцентрированы научные и производственные организации, имеющие прямое отношению к освоению Арктики в советский и постсоветский периоды. На сегодняшний день, важной целью создания такого кластера является организация международного сотрудничества в освоении арктических ресурсов. Привлечение иностранных компаний к совместной работе по созданию технологий освоения шельфа крайне перспективно для города и Северо-Западного региона.
В условиях неопределенности, сложившейся с новыми программами освоения Арктики, коммуникационные аспекты, позволяющие привлечь внимание к предложению Санкт-Петербурга на федеральном и международном уровнях, могут выйти на первый план. По мнению автора, основными этапами формирования коммуникационной стратегии продвижения проекта Арктического кластера в Северо-Западном регионе России с центром в Санкт-Петербурге могли бы стать следующие этапы:
1. Формирование целостной концепции кластера, охватывающей различные сценарии климатических прогнозов в арктической зоне в 2020—2030-х гг. Деятель-
ность по созданию концепции Арктического кластера в 2013 г. была интенсифи- g цирована, однако, по состоянию на II квартал 2014 г., концепция не сформиро- | вана. о
2. Формирование пакета инвестиционных предложений и выведение данных о предложений и информации о создании кластера на федеральный и международ- m ный уровни. Включение данной информации в программы «I invest in SPb» («Инве- х стирую в Санкт-Петербург») и роуд-шоу, проводимые городским Комитетом по н стратегическим инвестициям. «с
3. Предоставление специализированной информации о научно-технических m заделах, имеющихся у предприятий Санкт-Петербурга и Северо-Запада, для потенциального привлечения к сотрудничеству иностранных компаний. На сегодня, например, при НИИ им. академика Крылова создан инжиниринговый центр для работы по арктическим направлениям (создание ледовой морской техники, платформ и др.). Это должно обеспечить концентрацию имеющейся научно-экспериментальной базы и практического опыта российских судостроителей. Совместно с российскими специалистами в рамках Арктического инжинирингового центра будут работать и иностранцы, обладающие соответствующими компетенциями.
В Стратегии социально-экономического развития Санкт-Петербурга до 2030 г. (Стратегия 2030), разработанной в 2013 г., сформирован краткий раздел «Развитие Арктического кластера», где сообщается: «Под Арктическим кластером понимается объединение ресурсов правительств, научного и делового сообщества приарк-тических стран на взаимовыгодных условиях в целях освоения данного региона"1. В рамках рассмотренных выше отношений с различными группами стран, однако, было выявлено, что наиболее перспективным, с точки зрения инвестиций и технологий, для России может оказаться сотрудничество не с приарктическими странами, а со странами, заинтересованными в проникновении в Арктику, и с компаниями, имеющими передовые технологии работы на шельфах.
Сегодня Россия, осваивая арктические запасы углеводородов, сотрудничает с компаниями Франции, Великобритании, Голландии, Германии, способными быть полноценными партнерами с точки зрения как научно-технологических, так и финансовых возможностей [4, с. 97]. На следующем этапе такое сотрудничество может проявиться в углублении взаимодействии со скандинавскими странами — Норвегией и Финляндией. Сегодня в Норвегии занимаются созданием технологий подледной и надледной разработки шельфа- в Финляндии имеется значительный опыт разработки ледовой техники. В Петербурге можно вести совместную работу по совершенствованию этих технологий.
Кроме этого, у Петербурга есть возможности для того, чтобы стать центром, в котором могли бы сосредоточиться не только проектные и промышленные предприятия, но и мощные управленческие структуры, направленные на освоение Арктики. В таком случае Санкт-Петербург мог бы стать площадкой для координации усилий по освоению арктического шельфа с заинтересованными европейскими партнерами, а потенциально — и с партнерами из стран АТР. Заключение стратегических соглашений о партнерстве в освоении арктических ресурсов России с правительствами крупнейших европейских стран — таких, как Германия и Франция — и с крупными европейскими компаниями в дальнейшем могло бы вылиться в создание совместных управленческих структур в Санкт-Петербурге.
1 Стратегия социально-экономического развития Санкт-Петербурга до 2030 года: выбор основных направлений и целей социально-экономического развития Санкт-Петербурга до 2030 года (версия 2) [Электронный ресурс]. Т. 3. С. 90. URL: http: //spbstrategy2030. ru/UserFiles/ Files/tom3final. pdf (дата обращения: 07. 07. 2014).
g Однако возможность появления таких стратегических партнерств будет опреде-| ляться как факторами изменения климата в Арктике, так и умелыми действиями о по реализации коммуникационной стратегии продвижения новых программ осво-о ения Арктики, включая проект Арктического кластера в Северо-Западном регионе. ст) Проектно-производственной базой Арктического кластера в Санкт-Петербурге х могут стать компании судостроительной отрасли (40% производственных мощ-н- ностей отрасли и 75% отраслевой науки России), уже входящие в ОСК (Объеди-& lt- ненную судостроительную корпорацию), и судостроительный кластер города, m, а также профильные научно-исследовательские институты и образовательные учреждения. Состав кластера может быть дополнен управляющими компаниями, судовыми агентами, брокерами, страховщиками и финансовыми инвестиционными группами. Санкт-Петербург как культурный центр Северо-Западного региона России является удобной площадкой для взаимодействия с представителями иностранного бизнеса и политики.
Взаимоотношения указанных предприятий и органов государственной власти в рамках Арктического кластера предполагает масштабный характер государственно-частного партнерства (ГЧП) с формированием множества связей между его участниками [3- 5]. С таким масштабным набором элементов, которые могут быть задействованы для реализации проекта Арктического кластера, целесообразным становится формирование коммуникационного центра, который связывал бы возможности и полномочия задействованных органов власти, государственных учреждений, частных и государственных компаний, иностранных партнеров. В качестве ключевых аспектов коммуникационного центра Арктического кластера можно выделить:
• международный характер, обусловленный функцией координации взаимодействий с иностранными партнерами-
• ориентированность на механизмы и юридические формы ГЧП-
• значительная PR-составляющая, способная вовлечь как «креативный класс» в качестве специалистов, так и ведущие компании и правительства иностранных государств в качестве бизнес-партнеров для реализации перспективных проектов освоения Арктики.
Литература
1. Авакян С. В., Воронин Н. А., Дубаренко К. А. Проблемы Арктики и современные изменения климата // Актуальные проблемы защиты и безопасности: тр. XVI Всерос. науч. -практ. конф. 3−6 апреля 2013 г. СПб: ВУНЦ ВМФ Военно-морская академия им. Н. Г. Кузнецова. В 6 тт. Т. 4.: Военно-морской флот России. С. 68−77.
2. Басангова К. М. Теоретико-методологические основы государственного управления экономическим развитием северных территорий в условиях современной России / Гос. полярн. акад. СПб., 2012. 140 с.
3. Голдин В. И. Арктическая геополитика: современные тенденции и перспективы // Клио. 2014. № 1. С. 129−133.
4. Иванов С. М. Проблемы освоения Арктики и национальная безопасность России // Право и безопасность. 2013. №№ 1−2. С. 95−99.
5. Лабудин А. В., Нгуен Ван Лок, Нгуен Тхи Нян. Прямые иностранные инвестиции во Вьетнаме: итоги, достижения, проблемы и перспективы // Управленческое консультирование. 2014. № 4. С. 81−90.
6. Радушинский Д. А. Эффективные подходы к сбалансированному развитию добывающих регионов [Электронный ресурс] // Современные научные исследования и инновации: науч. -практ. журн. URL: http: //web. snauka. ru/issues/2013/07/25 590 (дата обращения: 21. 01. 2014).
7. Шлафман А. И. Место и роль государственного регулирования интеграционных процессов предпринимательства в новых экономических условиях // Экономические науки. 2013. № 105. С. 26−28.
8. Шмат В. Нефтегазовый цугцванг. Новосибирск, 2013. 506 с.
& lt-
References
1. Avakian S. V., Voronin N. A., Dubarenko K. A. Problems and modern Arctic climate change [Problemy Arktiki i sovremennye izmeneniya klimata] // Actual problems of protection and security [Aktual'-nye problemy zashhity i bezopasnosti]: works XVI All-Russian scientific and practical conference. April 3−6, 2013. SPb: MTRC of Navy Naval Academy named after N. G. Kuznetsov [VUNC VMF Voenno-morskaja akademija im. N. G. Kuznecova]. In 6 v. V. 4: Navy of Russia [Voenno-morskoj flot Rossii]. Pp. 68−77.
2. Basangova K. M. Theoretical and methodological foundations of public administration and eco- o nomic development of the northern territories in modern Russia [Teoretiko-metodologicheskie osnovy gosudarstvennogo upravleniya ekonomicheskim razvitiem severnykh territorii v usloviyakh sovremennoi Rossii] / State Polar Academy [Gos. polyarn. akad.]. St. Petersburg., 2012. 140 p.
3. Goldin V. I. Arctic geopolitics: current trends and prospects [Arkticheskaya geopolitika: sovremennye tendentsii i perspektivy] // Clio [Klio]. 2014. N 1. Pp. 129−133.
4. Ivanov S. M. Problems of the Arctic and the national security of Russia [Problemy osvoeniya Arktiki i natsional'-naya bezopasnost'- Rossii] // Law and Security [Pravo i bezopasnost'-]. 2013. N 1−2. Pp. 95−99.
5. Labudin A. V., Nguyen Van Loc, Nguyen Thi Nhan. Foreign direct investment in Vietnam: results, achievements, problems and prospects [Pryamye inostrannye investitsii vo V'-etname: itogi, dostizheniya, problemy i perspektivy] // Administrative consulting [Upravlencheskoe konsul'-ti-rovanie]. 2014. N 4. Pp. 81−90.
6. Radushinsky D. A. Effective approaches to the balanced development of mining regions [Effek-tivnye podkhody k sbalansirovannomu razvitiyu dobyvayushchikh regionov] [Electronic resource] // Modern scientific research and innovation [Sovremennye nauchnye issledovanija i innova-cii]: scientific and practical journal. URL: http: //web. snauka. ru/issues/2013/07/255 903 (date of address: 21. 01. 2014).
7. Shlafman A. I. Place and role of state regulation of the integration process of entrepreneurship in the new economy [Mesto i rol'- gosudarstvennogo regulirovaniya integratsionnykh protsessov predprinimatel'-stva v novykh ekonomicheskikh usloviyakh] // Economic Sciences [Ekonomicheskie nauki]. 2013. N 105. Pp. 26−28.
8. Shmat B. Oil and Gas zugzwang [Neftegazovyi tsugtsvang]. Novosibirsk, 2013. 506 p.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой