Проблемы разграничения оснований освобождения от уголовной ответственности по статьям 31 и 75 УК РФ

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

4 Гражданский процесс: Учеб. / Под ред. В. А. Мусина, Н. А. Чечиной, Д. М. Чечота. 3-е изд., перераб. и доп. М.: ПБОЮЛ Гриженко Е. М., 2001. С. 3.
5 Гражданский процесс: Учеб. / Под ред. М. К. Треушникова. 3-е изд., испр. и доп. М. :
ООО «Городециздат», 2000. С. 24−25.
6 Уголовный процесс: Учеб. для вузов / Под ред. В. Н. Григорьева, Г. П. Хими-чевой. 2-е изд., перераб. и доп. М.: ЮНИ-ТИ-ДАНА- Закон и право, 2001. С. 10.
7 Бахрах Д. Н. Административное право России: Учеб. для вузов. М.: НОРМА, 2000. С. 306.
8 Там же. С. 17.
9 Административное право: Учеб. / Под ред. Ю. М. Козлова, Л. Л. Попова. М.: Юрист, 2001. С. 384−385.
10 Кононов П. И. Административный процесс: подходы к определению понятия и структуры // Государство и право. 2001. № 6. С. 22.
11 Там же. С. 23.
12 Салищева Н. Г. Административный процесс в СССР. М.: Юрид. лит., 1964. С. 16.
13 Там же. С. 11.
14 Бахрах Д. Н. Указ. соч. С. 165.
15 Цит. по: Российское государство и правовая система: современное развитие,
проблемы и перспективы / Под ред. Ю. Н. Старилова. Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1999. С. 664.
16 Лунев А. Е. Вопросы административного процесса // Правоведение. 1962. № 2. С. 43.
17 Бахрах Д. Н. Указ. соч. С. 303−304.
18 Юридическая процессуальная форма: теория и практика. М.: Юрид. лит., 1976. С. 142.
19 Сорокин В. Д. Советское административно-процессуальное право: Учеб. -ме-тод. пособие. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976. С. 22.
20 Российская газета. 2001. 31 дек.
21 Административное право: Учеб. / Под ред. Ю. М. Козлова, Л. Л. Попова. С. 386.
22 Там же. С. 392.
23 Там же. С. 409.
24 Кононов П. И. Указ. соч. С. 23−24.
25 Бахрах Д. Н. Указ. соч. С. 307.
26 Сорокин В. Д. Проблемы административного процесса. М.: Юрид. лит., 1968. С. 76.
27 Масленников М. Я. Административно-юрисдикционный процесс: понятие и соотношение с иными видами процессуально-правовой деятельности // Государство и право. 2001. № 2. С. 18.
А. А. ГЛАДКИХ
аспирант
ПРОБЛЕМЫ РАЗГРАНИЧЕНИЯ ОСНОВАНИЙ ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПО СТАТЬЯМ 31 И 75 УК РФ
Согласно ст. 31 УК РФ добровольным отказом признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействие), непосредственно направленных на совершение преступления. Лицо, добровольно и окончательно отказавшееся от доведения преступления до конца, не подлежит уголовной ответственности. В действиях лица, отказавшегося от продолжения преступной деятельности, отсутствует состав преступления1. Не только
совершенные субъектом действия, но и сам субъект перестают быть общественно опасными, его действия теряют характер приготовления и покушения. Из этого следует, что основанием освобождения от уголовной ответственности в случае добровольного отказа от совершения преступления нужно считать отсутствие в действиях лица состава преступления. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, напротив, предусматривает наличие
в действиях лица состава преступления, т. е. виновный может быть освобожден от уголовной ответственности по основанию, указанному в ч. 1 ст. 75 УК РФ, если в его действиях есть состав преступления. Но наличие в действиях лица состава преступления при деятельном раскаянии ни в коем случае не является основанием освобождения от уголовной ответственности. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием возможно по основаниям и условиям, закрепленным в ч. 1 ст. 75 УК РФ, свидетельствующим об утрате общественной опасности виновного.
Прекращение уголовного дела, по общему правилу, является правом, но не обязанностью следователя, лица, производящего дознание, прокурора или суда. Между тем примечания к статьям Особенной части УК РФ (ст. 126, 204−206, 208, 222, 223, 228, 271, 275, 276, 278, 307) предполагают безусловное освобождение лица от уголовной ответственности при выполнении какого-либо определенного действия, предусмотренного соответствующим примечанием. В этом случае решение об освобождении от уголовной ответственности никак не зависит от усмотрения органов, осуществляющих предварительное расследование, прокурора или суда. Их обязанность практически сводится лишь к установлению того, выполнило ли лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, все закрепленные в законе применительно к данному случаю условия освобождения от уголовной ответственности2. Как отмечает В. А. Еле-онский, отличительной особенностью такого рода уголовно-правовых норм является четкая выраженность в них характера одобряемого законом поведения и уголовноправового поощрения. Они всегда имеют двух адресатов. В отношении первого (лица, совершившего преступление) закон четко устанавливает характер и объем устраняемых или смягчаемых правовых последствий, а также содержит призыв к определенному индивидуальному социально полезному постпреступному поведению. У второго (государства в лице органов дознания, следствия, прокурора и суда) возникает соответствующая обязанность осуществить
предусмотренное законом уголовно-правовое поощрение. Таким образом, по заключению указанного автора, у гражданина возникает универсальное субъективное право требовать от государства уголовноправового поощрения в специально предусмотренных законом случаях3.
Эту позицию разделяет В. М. Галкин4. Он считает, что призывы к определенному индивидуальному социально полезному постпреступному поведению, содержащиеся, в частности, в нормах о деятельном раскаянии, имеют именно нормативное значение, так как поощряемому поведению придается характер юридического факта, обусловливающего возникновение указанных прав и обязанностей у субъектов поощрительного уголовно-правового отношения- тем самым призыв опирается на юридическую регламентацию поощрения.
В случае, когда адресат призыву последовал, а нормой установлена обязанность государства в лице его правоохранительных органов «ответить» на это поощрением, у адресата возникает субъективное право на поощрение. Неисполнение обязанности поощрить влечет правовые последствия (санкции) в виде оправдательного приговора или определения (постановления) о прекращении уголовного дела, направленного с обвинительным заключением в суд, а также в виде ответственности должностных лиц правоохранительных органов за необоснованное привлечение гражданина к уголовной ответственности.
Именно безусловность, императивность специальных оснований освобождения от уголовной ответственности провоцирует практических работников на неверное, на наш взгляд, толкование этих норм. Вот пример из следственной практики. В отношении супругов П., давших ложные показания на предварительном следствии, было возбуждено уголовное дело5. В ходе следствия они раскаялись в содеянном и добровольно заявили о том, что действительно давали ложные показания, будучи свидетелями по другому делу. Следователь счел их вину полностью доказанной и принял решение о прекращении дела по нереабилитирующим основаниям — вследствие
акта амнистии. Однако надзирающий прокурор это постановление отменил и дал указание прекратить дело за отсутствием состава преступления. Такая позиция, несмотря на возражения следственного управления УВД Красноярского края, была поддержана прокуратурой края, причем без какой-либо аргументации.
Из сказанного можно сделать вывод, что при добровольном отказе от совершения преступления виновный освобождается от уголовной ответственности по причине отсутствия его общественной опасности, а при освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием виновный освобождается от уголовной ответственности в случае утраты им общественной опасности6. Следовательно, основания освобождения от уголовной ответственности, предусмотренные ст. 31 и ч. 1 ст. 75 УК РФ, не идентичны. Различна и их юридическая природа. Это проявляется и в том, что освобождение от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 75 УК РФ является правом, а по ст. 31 УК РФ — обязанностью следственно-судебных органов.
Основания и условия освобождения от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 75 УК РФ не тождественны основанию и условиям, предусмотренным ст. 31 УК РФ. В ст. 31 УК РФ законодатель выдвигает требование добровольно и окончательно отказаться от доведения преступления до конца. В ч. 1 ст. 75 УК РФ при наличии таких условий, как совершение преступления впервые и небольшой тяжести, законодатель закрепляет такое основание, как позитивная постпреступная деятельность виновного, заглаживающая преступные последствия. Освобождение от уголовной ответственности по ст. 31 УК РФ носит полный, окончательный, безусловный характер, как и по ч. 1 ст. 75 УК РФ, но при этом оно распространяется на все случаи, в которых возможен добровольный отказ, а не ограничивает их круг, как ч. 1 ст. 75 УК РФ.
Добровольный отказ от совершения преступления возможен лишь при приготовлении к совершению преступления и неоконченном покушении на преступление. В литературе отмечается, что в исключитель-
ных случаях он может иметь место и на стадии оконченного покушения. Деятельное раскаяние в смысле ч. 1 ст. 75 УК РФ невозможно при приготовлении к совершению преступления, так как в ч. 2 ст. 30 закреплено следующее: уголовная ответственность за преступление наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлению.
Согласно ч. 1 ст. 75 УК РФ одним из условий освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием является совершение преступления небольшой тяжести, следовательно, деятельное раскаяние может иметь место при оконченном покушении и при оконченном преступлении, что чаще встречается в практике. Добровольный отказ в этих случаях невозможен.
Нужно также отметить, что деятельное раскаяние не может иметь места при неоконченном покушении, так как если лицо после неоконченного покушения является с повинной (одно из оснований ч. 1 ст. 75 УК РФ), в его действиях следует усматривать добровольный отказ. При этом явке с повинной не придается практического значения, потому что для добровольного отказа достаточно самого факта прекращения виновным преступной деятельности.
Из сказанного можно сделать вывод, что деятельное раскаяние имеет место в том случае, когда время для добровольного отказа уже упущено. Так, добровольный отказ возможен при приготовлении к совершению преступления, неоконченном покушении и, в исключительных случаях, при оконченном покушении, а деятельное раскаяние — при оконченном покушении и оконченном преступлении.
В преступлениях с материальными составами может иметь место как добровольный отказ, так и деятельное раскаяние. В преступлениях с формальными составами данный вопрос решается неоднозначно. В связи с этим К. А. Панько подразделяет преступления с формальными составами на три группы7. В первую группу входят преступления, при совершении которых могут быть все стадии предварительной преступной деятельности. В этих случаях
возможен и добровольный отказ, и деятельное раскаяние. Вторую группу составляют преступления, которые являются оконченными либо на стадии приготовления к совершению преступления, либо на стадии покушения. В преступлениях, которые считаются оконченными на стадии приготовления к совершению преступления, добровольный отказ возможен до окончания приготовительных действий, в процессе их совершения. После их окончания может иметь место деятельное раскаяние. Когда преступление считается оконченным на стадии покушения, добровольный отказ возможен на стадии приготовления к совершению преступления. При этом деятельное раскаяние может иметь место лишь после покушения. Третья группа преступлений — преступления, при совершении которых не может быть ни стадии приготовления, ни стадии покушения, так как уже первый акт совершения действий образует оконченный состав преступления и, следовательно, добровольный отказ невозможен, а возможно деятельное раскаяние.
Форма добровольного отказа напрямую зависит от формы соучастия. При соучастии освобождается от уголовной ответственности только то лицо, которое добровольно отказалось от совершения преступления. Таким же образом, на наш взгляд, должен разрешаться вопрос и при освобождении от уголовной ответственности виновного в связи с деятельным раскаянием.
Для исполнителей добровольный отказ проявляется в несовершении преступления. Если добровольный отказ оказался результатом воздействия со стороны других соучастников, то и к ним может быть применена ст. 31 УК РФ. Если исполнитель в результате такого воздействия не отказывается от совершения преступления, то его соучастники освобождаются от уголовной ответственности только в случае, когда они своими действиями смогли воспрепятствовать наступлению вредных последствий. В этом случае исполнитель несет уголовную ответственность, а соучастники, которые воспрепятствовали своими активными действиями наступлению вредных последствий, освобождаются от уголовной ответствен-
ности по ст. 31 УК РФ. Если вредные последствия все же наступили, то может иметь место деятельное раскаяние, т. е. может быть применена ч. 1 ст. 75 УК РФ.
Известные особенности присущи добровольному отказу соисполнителей группового преступления. Участник группы может добровольно отказаться именно от участия в групповом посягательстве, но если он своим активным поведением не предотвратит совершение преступления другими участниками группы, его ответственность не исключается. Однако он может нести ответственность лишь за интеллектуальное пособничество, поскольку, соглашаясь участвовать в групповом преступлении, он принял решение совместно с другими участниками группы совершить преступное посягательство.
Особенности добровольного отказа организаторов, подстрекателей и пособников заключаются в том, что этот отказ должен привести к ликвидации созданной ими возможности совершения преступления, если такая возможность еще не реализована исполнителем. Для этого они должны предпринять активные действия и предотвратить готовящееся преступление. Добровольный отказ пособника, как правило, выражается в активных действиях. Своим вмешательством пособник должен уничтожить свой вклад в преступление, а также предпринять все зависящие от него меры, чтобы предотвратить совершение преступления.
Особой формой добровольного отказа соучастников, общей для организатора и подстрекателя, является их сообщение органам власти о начатом совершении преступления.
Как мы видим, формы добровольного отказа при соучастии довольно разнообразны. Деятельное же раскаяние соучастников выражается всего лишь в одной форме. Для применения ч. 1 ст. 75 УК РФ к какому-либо соучастнику необходимо, чтобы он совершил все действия, предусмотренные в норме. При этом от уголовной ответственности могут быть освобождены лишь те соучастники, действия которых соответствуют требованиям ч. 1 ст. 75 УК РФ. Соучастники, не выполнившие указанные требования, не могут
быть освобождены от уголовной ответственности по этому основанию.
Основное назначение добровольного отказа заключается в предупреждении и пресечении преступлений. Говоря о деятельном раскаянии в данном контексте, следует отметить, что при применении этой нормы «страдает» как общая, так и частная превенция. Если же говорить о пресечении преступлений, то в нашем случае деятельное раскаяние не будет иметь места, так как, на наш взгляд, оно призвано каким-либо образом сгладить негативные преступные последствия.
Мотивы добровольного отказа могут быть любыми: раскаяние, жалость к жертве, неуверенность в возможности скрыть преступление, страх перед суровым наказанием. Для моральной оценки личности значимы мотивы, свидетельствующие о начале позитивных изменений в ее сознании (раскаяние, чувство жалости и др.), но для освобождения от уголовной ответственности приемлем любой мотив8. В этом проявляется сходство добровольного отказа с деятельным раскаянием. При применении ч. 1 ст. 75 УК РФ мотив так-
же не имеет значения, т. е. законодатель в данном случае не выдвигает каких-либо условий.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Аликперов X. Д. Правовые нормы, допускающие компромисс в борьбе с преступностью// Советское государство и право. 1992. № 4. С. 75−82.
2 Михайлов В. А. Уголовное дело прекратить // Человек и закон. 1997. № 9. С. 5−6.
3 Елеонский В. А. Поощрительные нормы уголовного права и их значение в деятельности органов внутренних дел: Учеб. пособие. Хабаровск, 1981. С. 10−12.
4 Галкин В. М. Система поощрений в уголовном праве. М., 1990. С. 93.
5 Уголовное дело № 4 136 487//Архив ИЦ УВД Красноярского края за 1998 г.
6 Аликперов X. Д., Курбатова К. Ш. УК РФ и некоторые виды освобождения от уголовной ответственности// Государство и право. 2000. № 1. С. 54−60.
7 Панько К. А. Некоторые вопросы освобождения от уголовной ответственности. М., 1998.
8 Там же. С. 30.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой