Энергетическая безопасность Европы и Балканы: борьба между США и Россией за геостратегический контроль над Евразией

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Политика и политические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА И ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ПРОЕКТЫ
ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ ЕВРОПЫ И БАЛКАНЫ: БОРЬБА МЕЖДУ США И РОССИЕЙ ЗА ГЕОСТРАТЕГИЧЕСКИЙ КОНТРОЛЬ НАД ЕВРАЗИЕЙ
Трассиволос Н. МАРКЕТОС
кандидат политических наук (международные отношения), юрист-международник (специализация по международному публичному праву в Университете Экс-Марсель-Ш, Франция), номинирован Университетом Пантеон (Греция) на степень доктора наук по международным отношениям, сотрудник Министерства иностранных дел Греции (Афины, Греция)
По прогнозам, спрос на природный газ в Европе будет заметно расти. Даже по консервативным сценариям, потребности ЕС в импорте голубого топлива увеличатся с 200 млрд куб. м в год в 2002 году до 400 млрд куб. м в 2030-м, то есть в два раза. А совокупный спрос за тот же период вырастет с 400 млрд куб. м до 600 млрд куб. м1. Вероятно, большая часть
1 Cm.: Feller G. Gas Pipelines Vital For European Security // Pipeline and Gas Journal, October 2004.
прироста потребления будет покрываться за счет газа, добываемого в странах Евразии. И действительно, поблизости от Европы достаточные неиспользуемые запасы, которые можно ввести в оборот, расположены в основном в России и в ряде других прикаспийских стран, фактически на территориях, прилегающих к Большому черноморскому региону.
Разумеется, для доставки этих энергоносителей в Европу необходимо создать новые транспортные сети. А если такие
альтернативные маршруты доставки природного газа в Европу с месторождений Азербайджана, Туркменистана, Казахстана не будут построены, то образовавшийся вакуум, скорее всего, заполнит Россия. Она установит контроль над транспортом газа из этого региона и будет использовать свое монопольное положение в Центральной Азии, чтобы покупать газ по низким ценам и, благодаря опять же своей монополии на его поставку в Европу, продавать в несколько раз дороже.
Свое новое экономическое могущество, обретенное недавно в связи с высокими ценами на нефть и беспрецедентным спросом на природный газ, Кремль обратил на достижение одной из главных целей своей внешней политики: трансформироваться в главного продавца энергоресурсов на мировом рынке. Чтобы добиться этого, Москва мертвой хваткой держится за контроль над закупкой и транспортировкой нефтяных и газовых ресурсов прежних республик Советского Союза.
Трагические события 11 сентября 2001 года, вызвавшие фундаментальный сдвиг в геополитических и стратегических приоритетах Вашингтона, чрезвычайно благоприятно отразились на международном положении России. С одной стороны, глубокий раскол из-за войны в Ираке отдалил западноевропейские государства от США и укрепил политическое влияние РФ в Европе, с другой — политическая неразбериха в Украине после выборов 2004 года высветила поразительную важность и актуальность так называемых забытых геополитических границ эры «холодной войны».
Очевидно, что распад СССР (декабрь 1991 г.) и «конец истории» еще не означали окончания «большой игры», ставка в которой — контроль над международной геополитикой. После кризиса в отношениях Москвы с Киевом в высшей степени своеобразный политический и экономический modus vivendi, существовавший в отношениях между новыми независимыми государствами Восточной Европы и Российской Федерацией, пере-
жил тяжелое потрясение (как и связи между РФ и США).
Такое развитие событий побудило Кремль усилить средиземноморское направление своей внешней политики в стремлении укрепить экономическое сотрудничество с государствами региона и в конечном счете усилить политическое влияние Москвы на Балканах. В частности, углубление отношений с Турцией всегда было одним из важнейших приоритетов России из-за геополитической значимости проливов, по которым российские суда проходят в Средиземное море и осуществляется приблизительно 70% внешней торговли РФ. Кроме того, географическая близость Турции к Ближнему Востоку вызывает интерес Москвы из-за свойственной этому региону нестабильности, что делает его подходящим объектом для будущих экономических и политических инвес-тиций2. Вообще, географический компонент играет определяющую роль в стремлении обеих стран к более тесным двусторонним отношениям. И Россия, и Турция имеют выход к Черному морю, стремятся углублять политические и культурные связи со странами Кавказа и Центральной Азии, отдают приоритет борьбе с терроризмом.
К сожалению, подобная общность интересов еще не создает необходимой основы для выстраивания чисто стратегического сотрудничества. Из-за устойчивого характера геополитических условий «холодной войны» между Москвой и Вашингтоном в сложившейся уникальной геополитической ситуации, характеризующейся политическим и экономическим преобладанием Соединенных Штатов, особые отношения Турции с США сводят к нулю любые возможные политические выгоды.
В качестве ответа на это уравнение нового мирового порядка российская внешняя политика эпохи В. Путина выдвину-
2 Cm.: The New Word Order, Greece, Turkey and the Cypriot Problem / Ed. by Ch. Giallourides, P. Chakonas. Athens: Sideris Editions, 1993. P. 275.
ла предложение сотрудничества как новый принцип баланса сил в дипломатии. Окончательная цель состоит в так называемой интеграции по-русски — многовекторном стратегическом подходе (экономическом и политическом) к пространству, которое составляет сферу жизненных интересов Москвы, то есть к постсоветским государствам3. Добиваясь этой цели, Кремль стремится к взаимовыгодному сотрудничеству как с Западом, так и с Востоком в контексте хорошо структурированного и долгосрочного глобального стратегического плана, направленного на восстановление его гегемонии хотя бы в ограниченном масштабе: местном или региональном.
Понимая, что ее влияние на Балканах ослабло, Россия после 2001 года стремится вдохнуть новую жизнь в свои отношения с Турцией. Кроме того, стратегия Кремля предполагала особое дружественное отношение к Греции, обусловленное устойчивыми историческими, религиозными и культурными связями двух стран. Совместная декларация, предусматривающая тесное сотрудничество между Москвой и Афинами в борьбе с терроризмом (2004 г.), стала первым документом такого рода, которое РФ заключила с государством — участником Европейского союза, не являющимся постоянным членом Совета Безопасности ООН. Столь же важным для утверждения экономического присутствия Москвы на Балканах было подписание соглашения о строительстве нефтепровода Бургас — Александруполис (2007 г.). Этот трубопровод считается самым привлекательным для России обходным маршрутом, потому что ни Кыйикей, ни Ибриха-ба, расположенные на предложенном Турцией альтернативном маршруте, ныне не располагают портовой инфраструктурой. Этот трубопровод не только предоставит
3 Cm.: Carabelias G., Kyriakidis M. The Mediter-
ranean Vector of Putin’s Foreign Policy: A Turkish Component Versus a Greek One? // Defensor Pacis. Athens: Defense Analysis Institute, 22 February 2005. P. 11.
России альтернативный южный маршрут, но и расширит и укрепит ее влияние в регионе, где Соединенные Штаты поддерживают свое широкое политическое, экономическое, но главным образом военное присутствие.
У РФ имеется ясная и четкая политика в сфере энергоресурсов относительно как стран Европы, так и Большого черноморского региона. У этой политики множество направлений и аспектов, и все они преследуют одну цель: использовать энергию в качестве главного инструмента усиления влияния России на соседние регионы. Важнейшие аспекты этой стратегии — контроль государства над добычей газа на экспорт, удержание монополии на закупку голубого топлива в республиках Центральной Азии по низким ценам, усиливающееся доминирование на европейских потребительских энергетических рынках, использование в политических целях контроля над газовым импортом и экспортом стран СНГ.
На внешнеполитическом фронте главной целью было надежно обеспечить монополию РФ на транзит всей нефти и газа из других бывших советских республик на рынки к конечному потребителю в Европе, что равносильно обеспечению российского контроля над экспортом энергоносителей из стран Каспийского региона. Что касается бывших советских республик, не добывающих энергоносителей, — от стран Балтии до Украины и Грузии, то Москва использовала в политических целях свою сохраняющуюся монополию на поставки энергоресурсов. Пытаясь восполнить утрату своей монополии на нефть Западного Каспия, которой она лишилась с вводом в строй трубопровода Баку — Тбилиси — Джейхан, Россия сочла своей приоритетной задачей удержать монополию на поставку газа с месторождений Западного и Восточного Каспия. В частности, что касается азербайджанского газа, то ее монополии угрожает проект трубопровода Баку — Эрзерум, проходящего параллельно нефтепроводу Баку — Тбилиси — Джейхан.
Москва попыталась компенсировать потерю контроля над нефтяными поставками Азербайджана, приложив все усилия, чтобы связать Анкару долгосрочными контрактами по закупкам поставляемого в Турцию во все больших объемах российского газа. Реализации этой цели во многом способствует строительство по дну Черного моря трубопровода «Голубой поток», по которому к 2010 году в Турцию планируется поставлять 10 млрд куб. м газа. Турецкий рынок уже перенасыщен законтрактованными поставками газа: Турция заключила договоры на его закупку в Азербайджане, Туркменистане, Иране и России, а также сжиженного природного газа, который она получает из Алжира и Нигерии. «Проглотить» такие объемы этот рынок не способен. Потребление природного газа в Турции уже превышает 20 млрд куб. м в год. Оно стремительно росло предшествующие 10 лет и, как предполагают, должно еще вырасти4. Но сегодня страна уже оказалась в ситуации, когда поставки из России обеспечивают примерно 65% ее потребления газа.
Строительство трубопровода «Голубой поток» протяженностью 743 мили и стоимостью 3,2 млрд долл. закрепило доминирующее положение Москвы на этом газовом рынке. Как следствие, Турция не может закупать азербайджанский газ с месторождения Шах-Дениз сверх объемов, предусмотренных на 2007−2011 годы в рамках первого этапа освоения месторождения. Турецкий рынок просто не в состоянии потреблять большие объемы газа, которые будут добывать на этом месторождении с 2012 года, что заставляет производителей искать альтернативные рынки.
Именно в таком контексте следует рассматривать стремление Москвы транспортировать российский газ по магистрали «Голубой поток» и оттуда на рынки Центральной Европы. В общем стратегия
4 Cm.: Cornell S., Jonsson A., Nilsson N., Haggstrom P. The Wider Black Sea Region: An Emerging Hub in European Security- Europe’s Energy Security: Role of the Black Sea Region // Central Asia — Caucasus Institute, Silk Road Studies Program, December 2006. P. 80.
Москвы состоит в том, чтобы перекрыть возможность альтернативных путей транспортировки голубого топлива из стран Каспийского региона, заключив договоры на поставку в Европу российского газа по самым разным транзитным маршрутам в таких объемах, что на долю производителей газа из Каспийского региона просто не хватит трубопроводных мощностей. В этом контексте следует рассматривать и Северный европейский газопровод («Северный поток»), который по дну Балтики должен протянуться с короткого отрезка ее побережья до Германии- стоимость строительства составит около 10,5 млрд долл. Это значительно дороже маршрута через Украину или Беларусь — и все планируется ради того, чтобы получить экспортный трубопровод, который на пути к европейским рынкам не проходил бы по территории постсоветских стран. Другими словами, «Газпром» получит возможность сократить поставки газа Украине так, чтобы это не затронуло потребителей в Европе. Таким же образом продление магистрали «Голубой поток» позволит «Газпрому» заключить договоры на поставку газа, закупленного, скорее всего, в республиках Центральной Азии, на европейские рынки (главным образом в Германию) через территорию Турции, не давая производителям газа в Каспийском регионе возможности самостоятельно продавать их газ на европейские рынки5.
Но на этом энергетическая стратегия РФ не заканчивается. Москва не только ищет возможность сохранить монополию на поставки газа в Европу с востока, но и стремится к большему контролю над другими альтернативными источниками поставок на европейские рынки, прежде всего над поставками из стран Северной Африки. Так, Москва напористо добивалась возможности влиять на алжирский и ливийский экспорт в Европу. В. Сокор отмечает: «В случае с Алжиром (третий по значению источник поставок газа в Европу),
5 См.: Ibid. P. 81.
Россия добилась успеха, предложив многомиллиардные поставки оружия и списание долгов в обмен на запуск совместных проектов добычи газа в Алжире и совместный маркетинг топлива в Европе"6. Это (наряду с аналогичной активностью «Газпрома» в Ливии) вызывало растущие опа-
6 Socor V. Seven Russian Challenges to the West’s Energy Security // Eurasia Daily Monitor, 6 September 2006.
сения, что Москва стремится создать газовый картель, чтобы контролировать цены в Европе. Действительно, в ноябре 2006 года в прессу просочилось сообщение НАТО, указывающее, что западные лидеры вполне серьезно относятся к таким опасениям7.
7 Cm.: Bombay D., Buckley N., Hoyos C. NATO Fears Russian Plans for «Gas OPEC» // Financial Times, 14 November 2006.
Предложения по маршрутам транспортировки природного газа
Приступив к реализации Программы межгосударственной транспортировки нефти и газа в Европу «ИНОГЕЙТ», Евросоюз косвенно признал Каспий в качестве альтернативы растущей зависимости от России: программа предусматривает сооружение трубопроводов, связывающих Европу с производителями газа в Каспийском регионе. Этот процесс уже начался в форме интеграции европейских газотранспортных сетей, с одной стороны, и строительства новой транспортной инфраструктуры, связывающей Азербайджан с Турцией, — с другой. Планы создания коридора «Восток — Запад», пользующиеся поддержкой США, предусматривают две приоритетные задачи: подключение турецкой газотранспортной сети к европейской и соединение Западного Каспия с Восточным Каспием с помощью транскаспийских трубопроводов. Этот проект, который его американские спонсоры назвали «Белый поток», создаст на Южном Кавказе реальный коридор в Европу. Его можно будет дополнить пролегающим по дну Черного моря трубопроводом, связывающим Южный Кавказ с Украиной, разумеется, если такой проект сочтут экономически жизнеспособным8.
Первый проект предполагает строительство транскаспийского нефтепровода Актау — Баку и трубопровода для транспортировки природного газа из Туркменистана в Азербайджан. Эти два крупных проекта, вероятно, спровоцируют острое геополитическое соперничество, в которое окажутся втянутыми не только Россия и Соединенные Штаты, но и Китай. Растущая зависимость Пекина от импорта нефти и газа и его политика, направленная на диверсификацию источников и маршрутов поставки энергоносителей с использованием месторождений Каспийского региона, в конечном счете приведут к повышению напряженности между Вашингтоном и Пекином из-за столкновения их интересов в данном регионе.
Нефтепровод Актау — Баку позволит Казахстану использовать для транспортировки своей нефти уже действующий трубопровод Баку — Тбилиси — Джейхан. Что же касается газопровода Туркменистан — Азербайджан, то он будет связан с магистралью Баку — Тбилиси — Эрзерум, которая с этой целью будет продлена до Джейхана. Однако
8 Cm.: Socor V. Trans-Black Sea Pipeline Can Bring Caspian Gas to Europe // Eurasia Daily Monitor, 7 December 2006.
возможность успешной реализации всего этого проекта зависит от урегулирования политических споров между Ашхабадом и Баку и от того, сумеют ли все пять прибрежных государств прийти к соглашению о юридическом статусе Каспийского моря. В частности, позиции Ирана и Китая станут главной угрозой для газопровода Туркменистан — Азербайджан, а Россия, конечно же, отрицательно отнесется к строительству проходящего по дну моря нефтепровода Актау — Баку.
После реализации проекта казахстанские месторождения природного газа будут связаны с трубопроводом Баку — Эрзерум и через него — с трубопроводом «Набукко», который, как предполагается, свяжет Турцию с Ираном и Грузией, а по территории Болгарии, Румынии и Венгрии — с австрийским терминалом в Баумгартене. Пропускная способность этой магистрали, проект которой одобрили в июне 2006 года, со временем достигнет 25−30 млрд куб. м. Технико-экономическое обоснование для строительства этой трассы стоимостью 4,6 млрд евро и протяженностью 3 300 км уже подготовлено, а строительство первой очереди намечено на 2008−2010 годы. На этой стадии трубопровод сможет перекачивать 4,5−13 млрд куб. м газа, а увеличение его пропускной способности намечено на 2020 год.
Что касается второго проекта, то трубопровод Турция — Греция — Италия (TGI) пропускной способностью 12 млрд куб. м должен вступить в строй в 2012 году и доставлять газ на итальянский терминал Отранто. В 2007 году введена первая очередь с небольшой (менее 1 млрд куб. м в год) пропускной способностью.
Сторонники проекта «Белый поток» утверждают, что потенциал Азербайджана (только запасы его месторождения Шах-Дениз превышают 1 трлн куб. м газа) вполне достаточен, чтобы заполнить действующий трубопровод Баку — Тбилиси — Эрзерум (BTE), а также и его запланированное продление Турция — Италия и первую очередь «Набукко», как и первую нитку «Белого потока». Таким образом, на начальных стадиях реализации этих проектов «Белый поток» не будет конкурировать за закачиваемые объемы газа с BTE или «Набукко». Конечно, как признают сторонники «Белого потока», после ввода в строй вторых очередей всех этих трубопроводов по ним в Европу должен будет доставляться главным образом газ из стран Центральной Азии.
Этот проектируемый трубопровод должен ответвляться от маршрута Баку — Тбилиси — Джейхан и протянется примерно на 100 км в район Супсы на черноморском побережье Грузии, а оттуда пойдет по одному из двух маршрутов. Как вариант он протянется на 650 км до побережья Украины, пересечет Крым (с востока на запад) на протяжении 250 км и, возможно, соединится с трубопроводной системой материковой части Украины, далее пройдет 300 км по дну моря к побережью Румынии. По второму варианту предполагается проложить 1100-километровый трубопровод по дну моря от Супсы до Констанцы (Румыния). Вероятно, для этого более протяженного варианта понадобится соорудить промежуточную компрессорную станцию в открытом море, и, безусловно, этот вариант сопряжен с высокими рисками в связи как с зимними штормами, так и с частыми землетрясениями на дне Черного моря.
«Газпром», со своей стороны, пытается «зарубить» проект «Набукко». Сразу же после одобрения проекта (июнь 2006 г.) российский газовый монополист объявил о заключении с Венгрией соглашения, предусматривающего увеличение пропускной способности магистрали «Голубой поток» и ее продление по территорию Турции и балканских стран в Центральную Европу (Венгрия), очевидно, параллельно трубопроводу «Набукко"9. Другими словами, «Газпром» стремится опередить своих кон-
9 Cm.: Dempsey J. Gazprom’s Grip on Western Europe Tightens with Pipelines to Hungary // International Herald Tribune, 22 June 2006.
курентов со строительством соединительных трубопроводов между Турцией и Европой, предназначенных для транспортировки энергоносителей из Каспийского региона, и с этой целью сооружает параллельную линию для доставки фактически тех же запасов голубого топлива, но только принадлежащих «Газпрому» и перекачиваемых по территории России.
Кроме того, «Газпром» подписал с итальянским концерном «ЭНИ» и болгарской компанией «Булгаргаз» меморандум о взаимопонимании по прокладке из России в Италию газопровода, получившего название «Южный поток» (2007 г.). От компрессорной станции Береговая (на черноморском побережье России) он должен протянуться приблизительно на 900 километров к побережью Болгарии по дну Черного моря, в самом глубоком месте — свыше 2 000 м. Далее рассматриваются два варианта его продолжения: югозападный — через Грецию, Адриатическое море по дну пролива Отранто в Южную Италию — и северо-западный — через Болгарию, Румынию, Венгрию и Словению в Северную Италию. «Газпром» готов предложить любой из этих вариантов, а также вариант строительства обоих трубопроводов.
По этой магистрали планируется ежегодно перекачивать 30 млрд куб. м газа из Сибири и Центральной Азии. Как и проект «Северный поток», она весьма характерна для газотранспортной политики России, стремящейся сократить транзит по территории соседних стран и в экспорте энергоносителей в Европу все больше полагающейся на морские маршруты10. Цель «Южного потока» и продолжения «Голубого потока» — обойти территорию двух транзитных стран: Украины и Турции.
Строительство «Южного потока» может вызвать частичное изменение намечавшегося ранее конечного пункта продолжения «Голубого потока»: магистраль может быть перенаправлена на юг через Анатолию для транспортировки газа в Израиль11. Оба проекта составляют конкуренцию поддерживаемому Европейским союзом и США проекту «Набукко» и проходящему через Турцию газопроводу Баку — Тбилиси — Эрзерум, который планируют либо соединить с «Набукко», либо продолжить из Турции в Грецию и Италию.
Межгосударственный газопровод (соединительный трубопровод Турция — Греция — Италия), точнее — подводный участок TGI, соединяющий Грецию с Италией и получивший название «Посейдон», а также частный газопровод TAP (Трансадриати-ческая магистраль), который пройдет по тому же маршруту, что и TGI до Центральной Македонии в Греции, далее — в Албанию и через порт Влёра — в Италию, сделают Грецию транспортным узлом для двух газопроводов, не контролируемых российскими интересами.
Против проекта «Южный поток» возражают Соединенные Штаты, утверждающие, что он увеличивает зависимость Европы от импорта из России и сокращает возможность обращаться к альтернативным источникам, то есть к ресурсам газа в странах Центральной Азии (Туркменистане и Казахстане), которые целесообразно направить в трубопроводы «Набукко» или TGI. Однако эти возражения легко опровергнуть.
¦ Во-первых, газовые ресурсы Азербайджана, в геополитическом плане контролируемые США, недостаточны, чтобы, скажем, надежно гарантировать удовлетворение потребностей Европы в импортном газе.
¦ Во-вторых, Вашингтон, стремящийся полностью обойти территорию России другими маршрутами транспортировки энергоресурсов, абсолютно не приемлет
10 Cm.: Socor V. South Stream: Gazprom’s New Mega Project // Jamestown Foundation, Washington, DC., 25 June 2007, Vol. 4, Issue 123.
11 Cm.: Ibidem.
Ирана, который является единственной газодобывающей страной, способной составить угрозу для господствующего положения России в экспорте голубого топлива.
¦ В-третьих, вмешательство США в украинский политический кризис дестабилизирует европейский газовый импорт, поскольку усиливает напряженность как в самой Украине, так и в ее отношениях с Россией. Серьезный кризис в торговле энергоносителями между РФ и ЕС с гораздо большей вероятностью может возникнуть в результате саботажа в газораспределительной системе Украины в случае открытого спора между противостоящими друг другу лагерями в стране, чем в результате российского эмбарго на экспорт природного газа12.
¦ В-четвертых, аргумент Вашингтона относительно того, что импорт углеводородов из России чреват политическим риском для Европы, не подтверждается исторически по той простой причине, что Россия всегда дорожила этой составляющей своего внешнеторгового потенциала, на который сегодня, по оценкам, приходится 25% российского ВНП и 50% доходов ее бюджета.
Джонатан Стерн из Оксфордского института энергетических исследований объясняет: «Два североевропейских газопровода уменьшат зависимость РФ от украинских экспортных маршрутов, по крайней мере до того момента, когда объем российского экспорта потребует задействовать всю имеющуюся в распоряжении Москвы сеть экспортных путей. Однако, если отношения между Россией и Украиной существенно не улучшатся, эти трубопроводы частично смогут заменить для России маршруты по территории Украины и снизить зависимость ее экспорта от последней. Та же логика, кажется, применима и в отношении южноевропейского газопровода, который считают продолжением на запад действующего «Голубого потока"13. Действительно, «Южный поток» — магистраль, стоимость которой оценивают в 10 млрд евро, должна построить Россия и транспортировать почти исключительно свой газ и, возможно, в весьма незначительных объемах газ из республик Центральный Азии: Туркменистана, Казахстана и Узбекистана (со временем). Главное, что этот трубопровод не будет зависеть от азербайджанского, иранского, иракского или египетского газа, а также от любого иного потенциального источника, необходимого для заполнения трубопроводов «Набукко», TAP или TGI.
«Южный поток» идет в обход Турции, в результате чего Анкара теряет роль центрального распределительного узла на пути природного газа из России и Центральной Азии в Южную и Центральную Европу — роль очень привлекательную и щедро спонсируемую Вашингтоном. Другими словами, в распоряжении России будут два маршрута экспорта ее газа: через Турцию и Грецию, а также через Болгарию и Грецию. Очевидно, центр тяжести безопасного энергоснабжения Европы перемещается в Грецию — члена ЕС, который может похвастаться как политической, так и экономической стабильностью. Именно по этой причине Москва, кажется, меняет положение фигур на доске, обращаясь к Афинам как к стратегическому партнеру. Кремль рассчитывает на устойчивую политическую и экономическую систему Греции и на ее политические и, что особенно важно, экономические связи на Балканах, которые могли бы играть роль сети поддержки
12 См.: Tsakiris Th. I geopolitiki proistoria ton energeiakon antiparatheseon HPA — Rosias stin Evropi kai i stratigikh simasia tou roso-boulgarikou-ellino-italikou agogou (Геополитическая предыстория российско-американских энергетических споров и стратегическая значимость трубопровода Россия — Болгария — Греция — Италия ["Южный поток"]). Athens: Hellenic Centre for European Studies (EKEM), 2007. P. 5.
13 См.: Stern J. The New Security Environment for European Gas: Worsening Geopolitics and Increasing Global Competition for LNG // Oxford Institute for Energy Studies, Natural Gas Series #15, October 2006. P. 7.
для инвестиций российского бизнеса на балканском рынке с его 65 млн потребителей. Москва также крайне заинтересована в возможностях Греции превратиться со временем в энергетический и торговый транзитный маршрут и в узел железнодорожных перевозок, которые позволили бы связать российские порты на Черном море с Салоникам и с Большим средиземноморским регионом.
С другой стороны, «Южный поток» также сводит на нет значение Украины и других восточноевропейских стран (государства Балтии и Польша), в своей международной политике тяготеющих к Вашингтону. Такое развитие событий оценивают как крайне благоприятное для отношений между Россией и ЕС.
Еще одна серьезнейшая новость — энергетическая политика России в Центральной Азии, кажется, получила поддержку Казахстана, что предоставляет Москве серьезный контроль над энергетическими ресурсами региона. В ходе двухэтапной встречи на высшем уровне в Астане и в Туркменбаши (12 мая 2007 г.) Россия, Казахстан и Туркменистан согласились модернизировать и увеличить пропускную способность газотранспортной системы Центральной Азии за счет двух участков: нитки, связывающей Туркменистан и Россию вдоль побережья Каспийского моря, и более протяженной нитки — из Туркменистана в Узбекистан. Наряду с этим Астана согласилась ежегодно поставлять «Газпрому» 8 млрд куб. м газа, направляя их на газоперерабатывающий завод в Оренбурге (Россия), что превращает этот завод в совместное предприятие под управлением «Газпрома», которое будет перерабатывать все возрастающие объемы газа из Казахстана для поставки в Европу по территории РФ. Наконец, Москва, Астана, Ашхабад и Ташкент договорились модернизировать еще два газопровода.
Когда все работы будут завершены, Россия сможет почти в два раза увеличить закупки газа в странах Центральной Азии — примерно до 90 млрд куб. м с нынешнего уровня (около 50 млрд куб. м)14. Чтобы продемонстрировать свою приверженность проекту, Туркменистан и Казахстан согласились финансировать строительство своих участков трубопровода без помощи России.
Договоры по Прикаспийскому газопроводу были сокрушительным ударом по проекту Транскаспийского трубопровода (ТСР), блокировавшим усилия противников России создать альтернативные, не контролируемые Кремлем, маршруты поставки энергоносителей. Эти договоренности ударили и по нескольким бывшим коммунистическим странам Центральной Европы, стремящимся избавиться от энергетической зависимости от РФ.
Какую-то надежду на спасение проекта «Набукко» вселяет Меморандум о взаимопонимании по поставкам газа из Туркменистана и Ирана в Турцию, а оттуда в Европу, подписанный курирующими эту сферу министрами трех стран (Анкара, 13 июля 2007 г.). В случае реализации этой договоренности можно, во-первых, создать еще один (четвертый) доступный коридор транспортировки газа в Европу- во-вторых, предоставить Туркменистану наземный путь в Турцию и за ее пределы в обход Каспийского моря, а не по его дну- в-третьих, обеспечить прямой доступ иранского газа на Запад, позволяя Евросоюзу диверсифицировать свои источники снабжения, и ослабить его зависимость от российского «Газпрома" — и, наконец, дать европейцам какие-то козыри в преддверии 2010 года, когда ряд крупных соглашений о поставках с «Газпромом» будут пересматривать.
В соответствии с Меморандумом о взаимопонимании в Турцию ежегодно должны будут поступать 30 млн куб. м газа из Ирана и из Туркменистана транзитом через Иран, что дало бы первой шанс стать страной, торгующей газом, а не просто его транзитером,
14 Cm.: Blagov S. Russia Celebrates its Central Asian Energy Coup [www. eurasianet. org/departments/insight/ articles/eav051607_pr. shtml], 16 May 2007.
по крайней мере для части поступающих объемов. Это также повысило бы возможность соединить трубопровод Баку — Тбилиси — Эрзерум, предназначенный для транспортировки азербайджанского газа, с проектом «Набукко».
Кроме того, поскольку и Анкара, и Афины подписали отдельные соглашения с Тегераном о закупках больших объемов природного газа в Иране, Турция довела до Греции заинтересованность ИРИ в том, чтобы соединить газопроводные сети обеих стран с ее сетью. США, со своей стороны, довели до обоих государств свое решительное несогласие с иранским участием, а Россия, как представляется, по этому вопросу тесно сотрудничает с Ираном15.
Предложения по маршрутам доставки нефти
Еще одним важнейшим событием стало подписание Россией, Грецией и Болгарией соглашения о строительстве трансбалканского нефтепровода Бургас — Александрупо-лис. Его назначение — обеспечить для российской и транспортируемой по территории РФ каспийской нефти второй выход из Черного моря в обход перегруженного Босфора. «Транснефти», «Газпромнефти» и «Роснефти» совместно принадлежит 51% акций нефтепровода, «Транснефть» является оператором проекта. Остальные 49% акций принадлежат правительствам Греции и Болгарии, имеющим право продать часть своих акций международным или российским нефтяным компаниям, которые будут пользоваться этим транзитным трубопроводом.
Поскольку эта трасса с пропускной способностью 35 млн т в год, которая после ввода в строй второй очереди должна возрасти до 50 млн т, фактически станет продолжением нефтепровода Каспийского трубопроводного консорциума, идущего от Казахстана до черноморского порта Новороссийск, и является прямым конкурентом таких поддерживаемых США проектов транскаспийских нефтепроводов из Казахстана в западном направлении, как нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан (BTC), трубопровод Одесса — Броды в Украине с его возможным продолжением в Польшу, а так же трубопровод, идущий от турецкого порта Самсун до Джейхана, такая альтернатива больше не привлекает интереса со стороны России и ее инвесторов.
Непременное предварительное условие планируемого увеличения пропускной способности магистрали Каспийского трубопроводного консорциума, идущей из Казахстана, — развертывание работ на маршруте Бургас — Александруполис и наличие обязательств по его использованию западными компаниями, ведущими добычу на нефтяных месторождениях РК. В связи с тем, что в последние три года Москва блокирует увеличение пропускной способности этого трубопровода, у американских, европейских и казахстанских нефтяных компаний возникают трудности с добычей нефти и финансовые потери. Москва требует от этих компаний взять на себя обязательство транспортировать добываемую нефть через территорию России, а не направлять ее в Европу через акваторию Каспийского моря и страны Южного Кавказа по поддерживаемому США трубопроводу «Белый поток».
В конце концов в контексте прикаспийских договоренностей (Астана/Туркменбаши, 12 мая 2007 г.) Россия и Казахстан заявили о намерении расширить нефтепровод Каспий-
15 См.: Tarkas A. Singrousi HPA-Rosias gia opla kai energia stin Ellada (Американско-российские дебаты относительно проблемы оружия и энергетических ресурсов в Греции). Athens: Amyna kai Diplomatia (Defense and Diplomacy Journal), April 2007. P. 14.
ского трубопроводного консорциума, увеличив его пропускную способность с нынешних 23 млн т в год до 40 млн т. Астана также согласилась направлять до 17 млн т нефти в год по государственному 280-километровому российскому трубопроводу Бургас — Алексан-друполис, впервые действующему на территории ЕС16.
Проект Бургас — Александруполис отразится и на системе Баку — Джейхан, так как для ее полноценного функционирования даже в краткосрочной и среднесрочной перспективе (до 10 лет) необходимы существенные дополнительные объемы казахстанской нефти. Затрагивает он и проект Одесса — Броды — Плоцк (Польша), который со временем компании РФ смогут использовать для транспортировки каспийской нефти в Европу в направлении север — юг вместо первоначально планировавшегося направления юг — север. К тому же будущим пользователям трубопровода Бургас — Алексанрдруполис придется вести переговоры с российской государственной трубопроводной монополией «Транснефть» об объемах перекачиваемой нефти и графике использования магистрали. Это означает, что возможность американских и европейских компаний доставлять добытую ими нефть в страны ЕС будет зависеть от правительства России.
За активностью Кремля в отстаивании своих проектов стоит ряд причин. Одна из них — растущий интерес Казахстана к поддерживаемому американцами и европейцами проекту заполнения нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан, призванному обойти российскую территорию. Другая — связи РК с другими республиками Центральной Азией. Еще одна причина — обеспокоенность России своей чрезмерной зависимостью от Турции как от транспортного коридора или посредника для экспорта ее энергоносителей в Европу. Достаточно вспомнить, что треть российского экспорта проходит через Босфор и значительные объемы газа перекачиваются по трубопроводу «Голубой поток», а затем идут в Европу по территорию Турции. Очевидно, возможность Анкары закрыть Босфор способна повредить российскому экспорту в целом или вынудить Москву согласиться на поставки нефти по трубопроводу Баку — Тбилиси — Джейхан.
Чтобы предотвратить реализацию проекта трубопровода Бургас — Александрупо-лис, США предложили проект трансбалканского трубопровода, который должен пройти по территории Болгарии, бывшей Югославской республики Македонии и Косова и закончиться в албанском порту Влёра. Это предложение обсуждается параллельно с упомянутыми выше проектами. В декабре 2004 года при руководстве и финансовой поддержке Соединенных Штатов Болгария, Албания и бывшая югославская республика Македония подписали меморандум о взаимопонимании относительно строительства этой трассы. Трубопровод протяженностью 912 км обойдется в 1,3 млрд долл., но параллельно с ним предлагается более широкая программа создания инфраструктуры, включающая строительство проходящих в том же направлении трансбалканской автомагистрали, газопровода и сети оптико-волоконной связи. В соответствии с этой схемой Вашингтон стремится включить упомянутые страны в зону своего влияния в дополнение к американским военным базам, инфраструктуре для размещения американских военнослужащих и другим объектам инфраструктуры.
Разумеется, любые шаги в этом направлении будут зависеть от исхода межэтнического конфликта в Косове, который стал главным спорным вопросом между Соединенными Штатами и Российской Федерацией, всегда пользовавшейся значительным влиянием на Балканах.
16 См.: Tarkas Л. Ор. сії.
Насущная необходимость: стратегия энергетической безопасности в Черноморском регионе
Положение с поставкой энергоносителей в Европу напрямую затрагивает Черноморский регион. В ситуации, когда Евро-Атлантическое сообщество обеспокоено рядом факторов: а) угрозой терроризма на Ближнем Востоке, б) усиливающейся конкуренцией за энергетические ресурсы со стороны быстро растущих экономик Китая и Индии, в) недавними перебоями в поставке российских энергоресурсов в Европу — государства Запада стремятся диверсифицировать свои источники снабжения энергетическими ресурсами. В результате Черноморскому региону уготована роль основного транспортного коридора для доставки на западные рынки нефти из иных источников, нежели страны ОПЕК и государства Персидского залива, а также природного газа из республик Каспийского региона и Центральной Азии.
Если Соединенные Штаты уже давно вовлечены в проекты по обеспечению поставок энергоресурсов через Черноморский регион, то Европейский союз лишь начинает понимать всю важность развития энергетической стратегии, включающей более серьезное внимание к транспортным коридорам, в том числе проходящим по территории причерноморских государств. Так, 8 марта 2006 года была обнародована «Зеленая книга» ЕС по вопросам энергии, в ней содержится ряд заявлений, подтверждающих эту задачу.
Растущее значение Черноморского региона как маршрута поставки энергоресурсов обусловлено рядом аспектов.
¦ Во-первых, доходы от эксплуатации трубопроводов, если распоряжение ими будет прозрачным и ответственным, могут стимулировать экономическое развитие и сотрудничество на Кавказе и во всем Черноморском регионе.
¦ Во-вторых, если те или иные из обсуждавшихся выше трубопроводных проектов в конечном счете предусматривают транспортировку через Балканский полуостров, то черноморские энергетические проекты смогут также способствовать экономическому сотрудничеству и притоку на Балканы остро необходимых иностранных инвестиций.
¦ В-третьих, учитывая цель сооружения этих трубопроводов — обеспечить диверсифицированные и надежные поставки энергоресурсов, Соединенные Штаты и Европейский союз остро заинтересованы в содействии становлению в обоих регионах стабильных демократических режимов.
¦ Наконец, если исходить из ключевой роли России как поставщика энергоресурсов в страны Черноморского региона и в государства ЕС, то Евро-Атлантичес-кому сообществу необходимо развивать такие энергетические стратегии, которые максимизировали бы сотрудничество с Москвой.
Необходимость государственной консолидации, разрешения конфликтов, демократических и рыночных реформ, так же как и потребность в надежных поставках энергоресурсов, равно присущи и Черноморскому региону, и Балканам и определяются вызовами внутригосударственного, регионального и международного масштаба. Чтобы добиться устойчивой безопасности и развития в этих регионах, понадобится постоянное участие не только внутренних, но и международных акторов.
Роль Р Ф как регионального игрока до сих пор остается не вполне определенной. «Цветные революции» в ближнем зарубежье России продемонстрировали неспособность тогдашнего президента страны В. Путина контролировать развитие событий в политической жизни постсоветской части Черноморского региона. Однако в Европе в целом Кремль остается важным игроком. Впервые Россия и ЕС сталкиваются с вызовом, связанным с необходимостью формировать ситуацию в частично накладывающихся друг на друга географических районах, которые и тот, и другой игрок стремятся интегрировать. Чтобы ответить на этот вызов и обеспечить свои долгосрочные интересы, России необходимо разработать кооперативные стратегии, которые привлекали бы ее западных партнеров и поддерживали демократические принципы.
Соединенные Штаты, со своей стороны, намечая новую стратегию безопасности для Черноморского региона, стремились прежде всего к тому, чтобы прибрежные страны вырабатывали региональный подход к проблемам безопасности. План Вашингтона включает также утверждение своего военного присутствия в Черноморском регионе и других территориях Большой Юго-Восточной Европы, по которым проходят нефтепроводы и газопроводы. Можно предположить, что НАТО видит три аспекта своего участия в решении проблем энергетической безопасности: политические дебаты, военный ответ на угрозы любого характера и институциализированное сотрудничество с третьими сторонами, такими как Европейский союз и другие международные организации.
Хотя данная стратегия отражает усилия Белого дома проникнуть в регион, где традиционно доминируют Россия и Турция, Министерство обороны США намерено привлечь к участию и эти страны. В своей политике Вашингтон стремится продемонстрировать Москве, что не рассматривает ее как противника, равно как и ослабить беспокойство Анкары касательно намерений Белого дома. Последний активно поощряет черноморские и другие страны в более широко понимаемом регионе, такие как Греция, участвовать в возглавляемой Турцией программе безопасности на море «Черноморская гармония», в рамках которой прибрежные государства обмениваются разведывательной информацией о движении кораблей.
НАТО, со своей стороны, пыталась расширить свою операцию «Активное усилие», цель которой — поддержание безопасности на Средиземном море, и включить в нее Черное море. Однако Анкара беспокоится, что вовлечение Альянса в дела на Черном море может уменьшить там ее влияние и даже подорвать Соглашение Монтрё от 1923 года, согласно которому Турция сохраняет контроль над Босфором и Дарданеллами.
РФ также проявляет активность на этом направлении. Кремль обнародовал программу комплексной модернизации российских портов на Черном море, учитывая, что через эти порты ныне проходит более трети всей морской экспортной торговли России, исчисляемой в тоннах17. Программа, в частности, предусматривает удвоение пропускной способности портов (на 2006 г. она составляла 160 млн т). Сегодня они перегружены до предела и очень неравномерно распределены по побережью страны.
Как сообщалось в 2006 году, один лишь порт Новороссийска обрабатывает больше половины всего тоннажа экспортных грузов — 88 млн т, в том числе около 60 млн т нефти, половина которой добыта в Казахстане. Отгрузка нефти еще вырастет, поскольку Каспийский трубопроводный консорциум намерен увеличить объемы нефти, перекачиваемой из Казахстана в Новороссийск. Для доставки этих дополнительных
17 Cm.: Kucera J. The United States Develops a Strategy Plan for the Black Sea [www. eurasianet. org/ departments/insight/articles/eav030107_pr. shtml], 1 March 2007.
объемов правительство РФ заказало три танкера, которые будут перевозить нефть из Новороссийска в болгарский порт Бургас, чтобы заполнять запланированный трансбалканский трубопровод, ведущий в Александруполис на греческом побережье Эгейского моря18.
В ы в о д ы
Все более широкое признание важности Большого черноморского региона обусловлено тем, что в последнее время совпали три важных фактора. Сначала, после так называемого большого взрыва — расширения ЕС в 2004 году, а также «революции роз» в Грузии и «оранжевой революции» в Украине, возник вопрос: должен ли Запад стремиться к возможной третьей волне Евро-Атлантического расширения, охватывающей страны от Украины до Грузии? Продвижение на этом направлении было бы очень смелым шагом, оно снова изменило бы карту Европы и укоренило западные ценности в глубине Евразии, равно как и в Большом черноморском регионе. И если недавнее торможение политических и экономических реформе в Украине умерило такое стремление, это видение проблемы, как и вопрос о том, насколько оно своевременно, по-прежнему остается в стратегической повестке дня.
Второй новый фактор — Большой ближневосточный регион и исходящие из него угрозы. После 11 сентября 2001 года на этот регион приходится смотреть через иную призму. То, что когда-то казалось далеким и периферийным, теперь кажется ближе и выдвигается на центральную позицию в том, что касается Европы. В таком контексте Большой черноморский регион представляет собой связующее звено между собственно Европой и Большим ближневосточным регионом, что выдвигает на первый план необходимость «привязать» данный регион к Западу и гарантировать его стабильность в рамках более широкой стратегии укрепления южной дуги Евро-Атлантического сообщества.
Третий фактор — энергетическая безопасность. Большой черноморский регион — ключевой транзитный маршрут для доставки энергоресурсов, особенно природного газа, с Каспия на европейские рынки. Важность этого региона как транзитного маршрута будет только расти, поскольку Европа стремится диверсифицировать поставки и смягчать последствия монопольного положения России в сфере энергетики. Москва и дальше будет оставаться основным поставщиком энергоресурсов в Европу, но если ЕС намерен избежать опасных масштабов зависимости от российских поставок, европейцам в поисках альтернативных трубопроводов и маршрутов для транспортировки энергоресурсов придется повернуться лицом к Большому черноморскому региону.
18 Cm.: Socor V. Russia Launches Massive Program to Develop Black Sea Ports // Jamestown Foundation, Washington, D.C., 11 July 2007.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой