Опыт контрастивного анализа сентенционального поля «Страх» в немецком и английском языках

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 81'362 ББК 81. 02
В.А. Шишкова
ОПЫТ КОНТРАСТИВНОГО АНАЛИЗА СЕНТЕНЦИОНАЛЬНОГО ПОЛЯ «СТРАХ» В НЕМЕЦКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ
В статье рассматриваются особенности прототипических и непрототипических ситуаций «страх» и категоризующих их конструкций в немецком и английском языках. В результате контрастивного анализа этих сентенционалъных полей были выделены параметры, по которым исследуемые языки сближаются или расходятся.
Ключевые слова: прототипическая / непрототипическая ситуация- прототипические / непрототипические конструкции- сентенционалъное поле- контрастивный анализ
VA. Shishkova
CONTRASTIVE ANALYSIS OF SENTENTIONAL FIELD OF «FEAR» IN THE GERMAN AND ENGLISH LANGUAGES
The article is devoted to analysis of prototypical and non-prototypical situations of «fear» and constructions that are used for their categorization in the German and English languages. As a result of contrastive analysis of the sententionalfields, certain entities have been picked out that either distinguish or bring these languages closer to each other.
Key words: prototype / non-prototype situation- prototype / non-prototype constructions- sententionalfield- contrastive analysis
Окружающая нас действительность сложна и многогранна. Каждый день, сталкиваясь с определенной ситуацией, человек категори-зует ее согласно замеченным им признакам. Кто-то замечает одни признаки, кто-то другие, тем не менее, всегда можно найти общие признаки ситуации, которые являются базовыми для всех подобных ситуаций. На этом основана теория прототипов*, согласно которой в сознании человека существует некая прототипическая ситуация, которую все носители языка единообразно характеризуют вне контекста. В процессе категоризации говорящий сравнивает с прототипической ситуацией все похожие на нее ситуации. Различие форм при категоризации одной ситуации в языковых конструкциях объясняется разным видением ситуации говорящим согласно накопленному опыту и особенностям восприятия. Выбранная конструкция** позволяет номини-
* Прототип — «единица, 1) проявляющая в наибольшей степени свойства, общие с другими единицами данной группы, 2) реализующая эти свойства в наиболее чистом виде и наиболее полно, без примеси иных свойств» [Ьако?Г, 1980, р. 70].
** Конструкция — модель предложения, в которой все формальные единицы лексически субкатегоризованы, например: №шцо Vдействие №гредмет [Ковалева, 2008].
ровать не только ситуацию и ее участников, но и то, в какой последовательности происходили события, что показалось говорящему наиболее важным, а также отношение говорящего к категоризуемой ситуации. Важным является не только выбор тех или иных лексических единиц, так как одно слово редко может номинировать ситуацию (не передается представление о времени, пространстве, а также не удается передать, на чем акцентирует свое внимание говорящий), но и их последовательность. Дж. Лакофф и М. Джонсон выделили 12 признаков прототипической ситуации каузации, относительно постоянно повторяющихся в предложениях [Ьако1Т, 1980]. Вокруг прототипа группируются непрототипические члены, имеющие разный вес и обладающие определенным рангом в соответствии с количеством признаков прототипа. В языке существуют определенные конструкции, категори-зующие прототипическую ситуацию «лучше» и без примеси иных свойств. Такие конструкции называют прототипическими, они существуют «в сознании говорящего как готовые формы для выражения прототипической ситуации» [Там же. С. 70]. Конструкции, кате-
горизующие прототипическую ситуацию «хуже» или совмещающие в себе параметры нескольких прототипических ситуаций, называются непрототипическими.
Поскольку ситуации в мире постоянно усложняются, они категоризуются все большим количеством непрототипических конструкций [Ковалева, 2009, с. 17]. Все эти конструкции невозможно учесть из-за бесконечного варьирования ситуаций, поэтому целесообразно рассмотреть содержательную сторону предложения в рамках теории поля. Каждое «сентенциональное поле образуется предложениями, объединенными предикатами одной семантической группы и взаимодействующими на основе общности смысла этих предложений, которая определяется общностью их номинативно-пропозитивного кон-ституента» [Там же. С. 112]. При выделении сентенционального поля не учитываются модальные, фазисные, экспрессивные признаки предложения, которые относятся к парадигматическим изменениям предложения.
Особенностью построения сентенционального поля является то, что за основу берется прототипическая ситуация, а затем исследуются конструкции, с помощью которых происходит оязыковление данной ситуации.
Опираясь на данную теорию, A.B. Сем-кова построила сентенциональное поле «эмоционально-оценочного отношения» в современном английском языке [Семкова, 2010]. Она выделила прототипическую ситуацию эмоционально-оценочного отношения и исследовала конструкции, категоризующие ее. При этом оказалось, что любое содержательное изменение ситуации, которое уловил говорящий, приводит к формальному изменению конструкции. Это выражается не только в выборе предиката, но и в синтаксической структуре всего предложения. Так, для номинации ситуаций, в которых преобладает рациональное отношение субъекта к объекту, используются конструкции с инфинитивом, ситуации, в которых преобладают эмоции, категоризуются конструкциями с ing-формой. Важным в данной работе является также вывод о том, что сентенциональные поля не существуют в языке сами по себе. Они тесно связаны с другими полями. Так, сентенциональное поле «эмоционально-оценочного отношения» связано с полем «желание», «сожаление», «по-
нимание» и т. д., одно сентенциональное поле перетекает в другое.
В данной статье мы попытаемся не только построить сентенциональное поле «страх» в английском языке,* выделить прототипические и непрототипические ситуации, прототипические и непрототипические конструкции, проследить связи данного поля с другими сентенциональными полями, но и провести контрастивный анализ сентенциональных полей «страха» в немецком и английском языках, так как «контрастивные исследования помогают проникнуть в суть языковых процессов и глубже понять законы, управляющие этими процессами» [Ярцева, 1981, с. 4].
По мнению В. Н. Ярцевой, любое контрастивное исследование должно начинаться с поиска сходства между языками, так называемой «точки отсчета между языками или базой их контрастивного сравнения» [Ярцева,
1982, с. 29−30]. Такой точкой станет прототипическая ситуация, так как она является тем содержанием, которое объединяет различные ситуации в одну. Прототипическая ситуация
— это кусочек реальности, пропущенный через сознание говорящего и в процессе отражения получивший специфические черты, присущие данному национальному сознанию, обусловленному культурой данного народа [Золотарёва, 2007].
Рассмотрим компоненты прототипической ситуации «страх». Для прототипической ситуации «страх» является обязательным присутствие одушевленного субъекта, который испытывает данную эмоцию. Субъект обязательно должен быть способен не только испытывать и категоризовать свои (или чужие) эмоции, но и давать рациональную оценку происходящей ситуации. Субъект прототипической ситуации может совпадать или не совпадать с говорящим. Это связано с тем, что говорящий способен номинировать как свое собственное эмоционально-оценочное отношение, так и эмоционально-оценочное отношение окружающих его людей. В обоих случаях говорящий оязыковляет то отношение, которое он сумел заметить, и интерпретирует его по-своему.
Сама эмоция страха может быть охарактеризована как «аффективное состояние челове-
* При построении сентенционального поля в английском языке мы опирались на диссертацию Т. П. Семёновой [Семёнова, 1993].
ческой души, которое переживается как страдание и выражается в ощущении неудовольствия» [СФС, 1998, с. 867]. Эмоция страха включает в себя два компонента: оценку и неприятную эмоцию. Связь эмоционального и рационального начала неоднократно отмечали Н. Д. Арутюнова, Е. М. Вольф и др., добавляя, что именно эмоция становится толчком к формированию оценки.
Эмоционально-оценочное отношение субъекта всегда имеет причину, которой может быть событие, связанное с определенным лицом или предметом. Страх вызывает не конкретный человек или предмет, а возможность столкновения с ним, т. е. вероятность осуществления определенных негативных событий
— гипотетического события (ситуации). Возможно выделить, по крайней мере, три основных ситуации «страх»: 1. Субъект испытывает страх перед своими действиями. 2. Субъект испытывает страх перед каузацией негативного состояния — своего или чужого. 3. Субъект испытывает страх перед действиями (свойствами, качествами) другого человека, предмета. Таким образом, в сентенциональном поле «страх» выявляется три ядра, вокруг которых будут располагаться другие ситуации, отличающиеся от прототипических по каким-то параметрам.
Названные компоненты прототипической ситуации представлены в языке следующим образом: Субъект — одушевленным существительным или его заместителем (местоимением) — эмоция страха — эмоциональнооценочным предикатом страха- гипотетическое событие — причина — при помощи различных грамматических форм: имена существительные, вторично-предикативные обороты, придаточные предложения, что предопределено различными подходами к категоризации ситуации и особенностями исследуемого языка в целом.
Лежащая в основе семантическая общность предикатов позволяет охватить не только предложения с синонимичными глаголами, но и с именными сочетаниями. Например, в сентенциональное поле «страх» в английском языке войдут предложения не только с to dread, to fear, но и to be afraid of, to be aghast, to be horrified, to be scared of, to be frightened of В сентенциональное поле «страх» в немецком языке — предложения не только с sich an-
gstigen, befurchten, erschrecken, furchten, sich scheuen, но и Angst haben, Furcht haben и т. д.
На основании данных толковых словарей эти предикаты можно разделить на следующие группы: предикаты, в значении которых рациональный и эмоциональный компоненты представлены в равной степени (/о be afraid, to fear- Angst haben, sich entsetzen, Furcht haben) — предикаты, в значении которых преобладает рациональный компонент (to dread- befurchten, furchten) — предикаты, в значении которых преобладает эмоциональный компонент (to be scared, to be frightened, to be hor-rified, to be terrified, to be aghast, to be timed, to crouch, to crawl- sich angstigen, erschrecken, sich grauen, sich graulen, sich grausen, sich scheuen). Только предикаты, в значении которых рациональный и эмоциональный компоненты представлены в равной степени, могут экономно категоризовать перечисленные прототипические ситуации. Для остальных предикатов необходимым условием будет наличие сирконстанта причины или интенсификатора эмоции в конструкции, что отодвинет предложения с данными предикатами от центра поля, так как они не будут самыми экономными*.
Исходя из вышесказанного, приходим к выводу, что для наиболее полной и экономной категоризации ситуации гипотетическое событие должно быть представлено инфинитивной группой, так как инфинитив обозначает определенный процесс во времени (действие, состояние) и может сочетаться с различными пояснениями, характерными для глагола в личной форме. Таким образом, он способен категоризовать негативное гипоте-
* Необходимо отметить, что следующие предикаты, в значении которых преобладает эмоциональный компонент, не включаются в исследуемую группу, так как предикат to be timed обозначает свойство, устойчивую черту характера человека, а не эмоциональное состояние, предикаты to crouch, to crawl — так как эмоциональное состояние для них не является основным компонентом значения, а сочетается с семой физического действия [Семенова, 1993, с. 15−16]. В немецком языке предикаты gruseln, graulen, entsetzen, grauen, grausen, schaudern не могут организовывать прототипическую конструкцию, так как они образуют безличные предложения, на первый план выводя эмоциональное состояние субъекта, возникающее под воздействием внешних факторов. С семантической точки, зрения такие предикаты характеризуются индифферентностью (бездействием) субъекта [Moskalskaja, 2004, с. 240]:
The story made her flesh crawl (http: //lingvo. yandex. ru/ crawl/) — Es schaudert mich bei diesem Gedanken (Рахманов, 1983, с. 190).
тическое событие наиболее полно и лаконично, соотнося номинируемый процесс с субъектом главного предложения [Левковская, 2004, с. 190−193]. Мы ведем поиск прототипической конструкции среди предложений с предикатами (в значении которых представлен как эмоциональный, так и рациональный компоненты), открывающими валентность для одушевленного существительного и для инфинитивной группы. В английском языке это предикаты to be afraid, to fear, в немецком — Angst haben. Прототипической конструкцией для первой прототипической ситуации «Субъект испытывает страх перед своими действиями» будет конструкция N + be afraid / fear + to + Infinitiv, а в немецком — NNom/лицо + Angst haben + zu+ Infinitiv:
1. Maryam, who had been afraid to shout in the robber’s presence, having seen him depart, had no fear (Hardy, 1968, p. 210).
2. He feared to look behind (Maurier, 1956, p. 7).
3. Da blieb er stehen- er hatte Angst, sich umzudrehen (Wilde. URL: http: //gutenberg. P. 118).
В данных высказываниях представлены три основных компонента прототипической ситуации, причем ни эмоция, ни рациональное отношение специально не подчеркиваются субъектом. В английском языке предложения с предикатом to fear используются гораздо реже.
Для категоризации этой прототипической ситуации могут использоваться предикаты, в значении которых преобладает эмоциональный компонент:
4. She was frightened to look at him (Shute, 1959, p. 15).
5. Cecilia still lay weak and inert terrified to move (Lawrence, 1965, p. 4).
6. Ich gehore j a zu denen, die & lt-… & gt- und sich nicht scheuen, durch Luge und Betrug, durch Kampf mit allen Mitteln sich dieses einen Wahns zu bemachtigen — Herr uber diese Erde zu sein! (Konsalik, 1980. S. 67).
7. Die Kinder grausten sich, die Scheune zu betreten, weil dort Ratten waren (Рахманов,
1983, с. 190).
Эмоциональный компонент, выводимый на первый план значением предикатов, может компенсироваться различными средствами: описанием ситуации (5), перечислением возможных действий, которые совершит субъ-
ект для достижения своей цели (6) или придаточным предложением, в котором объясняется (по словам говорящего) причина страха детей (7). Тем не менее, данные предложения не будут прототипическими, так как одним из условий прототипической конструкции является экономность. При отсутствии сирконстанта причины или описания средств, с помощью которых субъект добивается желаемых результатов, сентенционалы с данными предикатами номинируют ситуацию, когда субъект, по мнению говорящего, испытывает сильные эмоции и не может рационально объяснить причину своего страха (4).
Для категоризации ситуаций, когда субъект на основании своих знаний делает какие-либо выводы и боится, что эти выводы подтвердятся, используются предикаты to dread, befurchten, sich furchten в значении которых преобладает рациональный компонент:
8. I dreaded to таке the first glance at ob-jects around me (Cooper, 2000, p. 156).
9. [… ] Denn mit jedem Augenblicke mussten sie befurchten, einer Rundwache oder einem Pi-quet von Feinden zu begegnen (Там же. C. 58).
10. Er steckte bei der Wirtin tief in Schulden und furchtete sich deshalb davor, mit ihr zusammenzutreffen (Dostojewski, 2009, р. 1).
Для носителей немецкого языка важным оказался еще один параметр: поспешное осмысление совершенных действий. В языке появилась специальная конструкция для категоризации таких ситуаций: Ы1Мот/лицо+ befurchten/ furchten + zu+ Infinitiv 2:
11. Fur einen Moment hatte er beinahe befurchtet, seine Forderungen uberzogen zu haben (Hohlbein, 1987. S. 435).
12. Sein Kopf flog mit einem Ruck in die Hohe, und fur einen Moment furchtete ich schon, erneut einen Fehler begangen zu haben (Там же.
C. 148).
Обязательным компонентом в предложении является обстоятельство времени, которое указывает на «кратковременность» данной ситуации.
При категоризации второй прототипической ситуации «Субъект испытывает страх перед каузацией негативного состояния — своего или чужого» в исследуемых языках видно четкое различие. В английском языке говорящий использует предложения с герундием, а в немецком — с инфинитивом. Сама ситуа-
ция предполагает появление еще одного субъекта в прототипической конструкции, субъекта, на которого будет оказываться негативное воздействие. Воздействие (каузация*) остается гипотетическим и исходит от первого субъекта:
13. She was afraid of missing Miller in the crowd (Maugham, 1963, p. 142) -> She was afraid she would miss Miller in the crowd.
14. / was afraid of disturbing you (Maurier, 1956, p. 296) -«¦… I was afraid I would disturb you.
15. Sie sah so schwach aus, dass er fast Angst hatte, ihr selbst mit der sanftesten Beruhrung Schmerzen zuzufugen (Hohlbein, 1996. S. 66) -. dass er fast Angst hatte, er kann selbst mit der sanftesten Beruhrung Schmerzen zu fugen.
16. Doch er selbst wurde nie mit Pferden so umgehen konnen wie Eric, und er hatte Angst, seinen Zauberer zu verlieren (Wolff, 1999. S. 272) -> … er hatte Angst, er konnte seinen Zauberer verlieren.
Использование предиката, в значении которого присутствует рациональный и эмоциональный компонент, говорит о том, что кате-горизуемая ситуация хотя и вызывает страх, но находится под контролем субъекта, так как он осознает, какие действия приведут к не желаемому результату. Эта ситуация сближается с ситуацией предвидения негативных последствий, основанного на знании каких-то фактов. Использование герундия для категоризации ситуации помогает правильно и однозначно понять данные конструкции, не опираясь на контекст, тогда как в немецком языке (предложение 15, 16) правильному толкованию данной конструкции способствуют пресуппозиция и семантика предиката в составе инфинитивного оборота (это преимущественно предикаты эмоционального состояния).
Важно отметить, что для ситуаций, когда страх каузировать свое собственное негативное состояние основан не на знании своих свойств или качеств, а на предположениях (в реальности может не существовать никакой причины для страха), используются предикаты, в значении которых преобладает эмоциональный компонент:
* Каузация будет пониматься нами в самом широком смысле: изменение усилиями одного лица состояния другого лица.
17. She was terrified of making a fool of herself by missing a stirrup or slipping or behaving wrongly in same way (Bates, 1956, p. 124).
18. The boy was scared of climbing rocks and skiing (Там же. C. 83).
19. Hatte He? bach gefurchtet, sich fern der Zivilisation zu Tode zu langweilen, dann war das ein Irrtum (Konsalik, 1993. S. 385).
Отличительной особенностью данной конструкции является отсутствие второго субъекта, на которого направлены негативные последствия. Конструкция в английском языке и семантика инфинитива в обоих языках помогает правильно понимать подобные предложения.
Третья прототипическая ситуация «Субъект испытывает страх перед действиями (свойствами, качествами) другого человека, предмета» подразумевает наличие двух субъектов, один из которых испытывает страх, основанный на знании каких-то фактов. Данная ситуация подразумевает большую вовлеченность мышления в кате гор изуемую ситуацию.
Для номинации данной прототипической ситуации в позиции гипотетического негативного события используются абстрактные существительные с предлогом vor в немецком языке и с предлогом of или без предлога в английском языке. Отсутствие видовременных параметров компенсируется семантикой и формой главного предиката. Семантика предикатов страха ориентирована на будущее, и уверенность субъекта в том, что названное событие произойдет, уже входит в пресуппозицию предиката:
20. She was afraid of the tenderness in his voice (Dickens, 1961, p. 56).
21. She stood very straight, her eyes darting from side to side like an animal who fears an attack (Christie, 1974, p. 142).
22. She was frightened of the idea of war (Shaw, 1964, p. 57).
23. Ich hatte Angst vor dem Alleinsein, vor Gespenstern, die mich heim suchen konnten (Hansen, 2000. S. 158).
24. Furchtest du dich vor dem Gewitter? (Hohlbein, 1999. S. 129).
25. Das Pferd wurde von selbst schneller und anderte sogar die Richtung um eine Winzigkeit, um nun direkt auf das brennende Haus zuzuhalten — als hatte es noch nie davon gehort, da?
Tiere eine angeborene Furcht vor Feuer hatten (Hohlbein, 1999, c. 68).
26. Ich gruselte mich ein wenig vor der Dunkelheit (DUDEN, 1976. S. 85).
Все ситуации относятся к гипотетическим событиям, о чем говорит форма основного предиката. Все ситуации отличаются друг от друга по степени эмоционального состояния, отмеченного говорящим. Так, в предложении 22, 23 и 25 субъект хоть и испытывает страх, но вполне может себя контролировать. Говорящий замечает лишь признаки данного состояния. При категоризации «универсальных» ситуаций этого мира, того, что вызывает страх у большинства людей, используются предикаты, в значении которых преобладает эмоциональный компонент. С абстрактными существительными, номинирующими негативное гипотетическое событие, связаны определенные негативные ассоциации, позволяющие говорящему не оязыковлять само действие: война, гроза, огонь и т. д.
Для категоризации третьей прототипической ситуации могут использоваться конкретные существительные, которые исполняют роль заместителя некоторого предложения, выводимого из контекста. Такие предложения образуют микрополе третьей прототипической ситуации, они недостаточно информативны и зависят от контекста:
27. Не was afraidof the dentist 's chair (Shaw, 1975, p. 20).
28. Needn’t go in September to the school he dreaded (Golding, 1984, p. 205).
29. Mr. Warburton very quickly realized that the Malays disliked and feared him (Maugham,
1967, p. 45).
30. I am sometimes afraid of her (Christie,
1968, p. 21).
31. Sie hat sich vor der Polizei gefurchtet, und das ist naturlich fur ihn jetzt gunstig gewesen (Haas, 1996. S. 131).
32. Sie hatte Angst vor Ihnen, Bob! (Konsalik, 1982. S. 374).
Очевидно, что предложения с конкретными существительными более информативны, чем предложения с именами собственными (их заместителями). Услышав существительное (предложения 27, 28, 31), у слушающего возникают определенные ассоциации, которые могут быть как правильными, так и неправильными. В данном случае речь идет о
номинации свойств или качеств определенного предмета. При использовании имени собственного такие ассоциации обычно не возникают.
Авторы толковых словарей выделяют у предикатов страха to fear, to be afraid- Angst haben, befurchten, furchten второе значение: «считать вероятным, что произойдет нежелательное событие» (DUDEN, 1976), но существует ли необходимость в этом? Данное значение соотносится с третьей прототипической ситуацией, так как предполагает наличие двух разных субъектов, один из которых совершает какие-то действия, вызывающие страх у второго субъекта. В этом случае гипотетическая ситуация номинируется придаточным предложением с what и dass соответственно, которое прототипично для категоризации мыслимой пропозиции [Ковалева, 2008]. В формальной структуре предложения происходит совмещение признаков конструкций, принадлежащих к двум ментальным пространствам: «негативное эмоционально-оценочное отношение» и «осмысление ситуации». В результате возникает новое значение, не равное значениям исходных ментальных пространств [Fauconnier, 1996]. При этом предикат мыслительной деятельности не присутствует в поверхностной структуре предложения, так как на первый план выходит эмоциональное состояние человека. Это состояние возникает из-за рационального осмысления ситуации и ее последствий. При опущении предиката страха на место предиката в главном предложении просится один из предикатов полагания / мнения: think that, believe that, suppose that, be sure that- denken, vermuten, annehmen, voraussetzen и т. д., но при замене предиката страха на предикат полагания / мнения, происходит изменение смысла предложения: полностью теряется эмоциональный компонент данной конструкции: I was afraid that he would sack me (Dickens, 1979, p. 13) -> I thought that she would cry- Ich hatte Angst, es konnte etwas darin stehn, was mir nicht gefiele (Wilde. URL http: //guten-berg. S. 66) -> Ich dachte, es konnte etwas darin stehn… Таким образом, семантика страха переходит в семантику опасения, т. е. рационального осмысления ситуации страха, и возникает ставший уже привычным бленд, легко распознаваемый в речи. Происходит обособление ситуации, где присутствует меньше эмоций.
Подобным образом можно объяснить и предложения с предикатами to be scared, to be frightened в английском языке. Важно отметить, что придаточные предложения с данными предикатами присоединяются союзом what:
33. Не was scared of what we’d say (Mitchell, 1971, p. 705).
34. They were really frightened about what would happen with contracting out (Cooper. URL: www. gutenberg, p. 15).
Согласно данным справочника, придаточное предложение с what является членом предложения, на которое ставится логическое ударение и которое нельзя выпустить из предложения (ВВС). Оно используется в случае, когда говорящий полностью уверен в осуществлении негативного гипотетического события. Для подобных ситуаций в немецком языке используется конструкция Angst haben, befurchten + Infinitiv Passiv. Важно отметить, что говорящий, называя субъект страха, часто не оязыковляет лицо, порождающее страх, ср. :
35. Weil er befurchtete, von Sophie entlassen zu werden, oder weil sie ihn gekrankt hatte? (Glaesener, 2000. S. 393).
36. Er wippte mit den Knien und sah immer wieder zur Fabrik hin, als habe er Angst, entdeckt zuwerden (Aijouni, 1987. S. 16).
37. Seine Kraft hatte um ein Haar nicht gereicht & lt-… >-, wurde er prompt von einer Boe ergriffen [… ], dass er fur einen Moment nur grelle Schmerzblitze sah und ernsthaft befurchtete, zu Boden geschleudert zu werden (Hohlbein, 1996. S. 404).
Из-за разницы в значении предикатов, сен-тенционалы с предикатом befurchten номинируют более рациональное отношение, последнее также подчеркивает наречие оценки или указание лица, от которого исходит угроза, следовательно, расположены дальше от ядра.
Носители английского языка отметили еще один параметр данной ситуации: для ситуаций, в которых негативное эмоциональное состояние субъекта каузировано уже произошедшими или регулярно повторяющимися событиями, используется придаточное с because, номинирующее событие, вызвавшее страх:
38. I am afraid of the rain because sometimes I see me dead in it (Hemingway, 1976, p. 114).
39. He was frightened because I told him a baby was coming (Maugham, 1967, p. 331).
40. The little boy was scared to death because of the money Mary had in her pocket (Saroyan, 1995, p. 113).
В высказывании 38 субъект испытывает страх каждый раз, когда идет дождь, он отчетливо осознает причину своего страха, для таких ситуаций используются предикаты, в значении которых присутствуют эмоциональный и рациональный компоненты. В ситуации, когда говорящему важно подчеркнуть эмоциональное состояние субъекта, возникшее в результате чьих-то действий, будут использоваться предикаты, в значении которых преобладает эмоциональный компонент. Говорящий может еще больше подчеркнуть эмоции с помощью интенсификатора (to death предложение 40).
Предложения с предикатами страха в немецком языке способны категоризовать ситуацию, в которой говорящему важно не назвать действия, вызывающие, по его мнению, страх у субъекта, так как сами действия он может и не знать, а номинировать сферу или лицо, которые имеют для субъекта большое значение и которые будут затронуты гипотетическим негативным событием. Для категоризации таких ситуаций используется конструкция NNom/лицо + Angst haben / furchten + um NAkk. Предлог um передает отношение субъекта к определенному лицу или объекту, к тому, что находится в центре внимания субъекта, по словам говорящего [Helbig, 1984, с. 437]. Предложное существительное может быть выражено именем собственным (его заместителем) или существительным с абстрактным значением. Такая ситуация сближается с ситуацией «заботы, переживания за кого-либо, что-либо»:
41. Er traute ihm nicht, furchtete aber auch um das Leben seines Sohnes (Hohlbein, 1999. S. 185).
42. Sie hatte Angst um mich, sie dachte, ich wache nicht wieder auf (Konsalik, 1984. S. 174).
Страх рожден рациональным подходом к категоризуемой ситуации, осмыслением возможных событий, но сами события остаются в пресуппозиции, указывается лишь та сфера, лицо, которое они затронут. Такая категоризация предполагает скорее рациональный подход, а не эмоциональный. Основное отличие этих двух конструкций заключается в том, что в предложениях с предикатом furchten указы-
вается причина страха, а с предикатом Angst haben она может быть опущена. Предложения с предикатом furchten контекстуально менее связаны. Для их понимания не нужно знать всю ситуацию, существительные с абстрактным значением вызывают определенные ассоциации. Они категоризует не качества или свойства объекта / лица, а имплицитно указывают на действия.
Существуют ситуации, когда для говорящего в силу его эмоционального состояния трудно определить гипотетическое негативное событие, вызывающее страх. Для категоризации таких ситуаций используются предложения, в которых опущен третий обязательный компонент. Такие конструкции номинируют негативное эмоциональное состояние субъекта, последнее может подчеркиваться интенсифи-каторами. Выбор предиката зависит от степени эмоционального состояния субъекта. Данные предложения наиболее зависимы от контекста, часто собеседник может задать уточняющий вопрос:
43. I am afraid. — Afraid of what? (Christie, 1966. p. 15).
44. We are scared, Papa. — Scared of what? (MESS, 1963, p. 76).
45. Und jetzt war ich aufgewacht, alles war vorbei und ich hatte Angst (Hansen, 2000.
S. 118).
46. Und jeder, der sie anblickte, erschrak ein wenig, denn (Konsalik, 1982. S. 467).
47. Ich habe mich dort immer gegraut (Рахманов, 1983. p. 190).
Данные высказывания невозможно соотнести ни с одной прототипической ситуацией: они находятся на их периферии, соединяя данные поля между собой.
Итак, в ходе контрастивного анализа сен-тенционального поля «страха» в немецком и английском языках мы пришли к выводу о том, что для номинации ситуации, когда субъекту важно показать, что он испытывает страх перед собственными действиями, в обоих языках используются конструкции с инфинитивом. Для ситуаций, когда «Субъект боится каузировать негативное состояние — свое или чужое», в английском языке используются конструкции с герундием, а в немецком — с инфинитивом. В немецком языке не отмечена разница в языке между двумя этими ситуациями, хотя вторая ситуации предполагает
более рациональное отношение, основанное на обдумывании ситуации. Для немцев важным является параметр «поспешное осмысление», выделение которого привело к появлению особой конструкции с Infinitiv 2. При категоризации третьей ситуации «Субъект испытывает страх перед действиями (свойствами, качествами) другого человека, предмета» вновь происходит сближение в исследуемых языках: она категоризуется абстрактными существительными с предлогом или без предлога. Немного дальше расположены сентенцио-налы с конкретными существительными или именами собственными. Исследуемые языки сближаются еще по одному параметру: говорящие на них люди используют сентенци-оналы с предикатами страха для категоризации ситуаций, тесно связанных с мыслительной деятельностью. Для выражения предположения в немецком языке используются придаточные с dass, а в английском — с that. Для номинации ситуаций, когда человек уверен в своих предположениях, в немецком языке используется конструкция с Infinitiv Passiv, а в английском — с придаточным what. Говорящие в английском языке отметили еще один параметр «страх вызывают уже произошедшие или регулярно повторяющиеся события», такие ситуации категоризуются придаточными с because. Сентенционалы с предикатами страха в немецком языке могут сближаться с сентенционалами «переживания за кого-либо, что-либо». Они используются для категоризации ситуаций, где говорящему важно номинировать лицо или предмет, которых коснется гипотетически негативное событие.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что в исследуемых языках существует много общего, но любое содержательное изменение ситуации, замеченное говорящим, влечет за собой изменение всей конструкции. При регулярном выделении определенного параметра, в языке появляются специальные конструкции, за которыми закрепляется данное значение. Разница в восприятии одной и той же ситуации кроется не в языке, как таковом, а в способности говорящего уловить эту разницу.
Библиографический список:
1. Алисова, Т. Б. Очерки синтаксиса современного итальянского языка (семантическая и граммати-
ческая структура простого предложения) [Текст] / Т. Б. Алисова. — М.: Изд-во МГУ, 1971.
2. Золотарёва, Р. И. Слово — основная единица языковой картины мира [Текст] / Р. И. Золотарёва // Вузовская наука — Северо-Кавказскому региону: материалы XI региональной науч. -техн. конф. (Ставрополь, 3−6 декабря, 2007 г.). — Ставрополь: Сев-КавГТУ 2007. — Т. 2. — С. 144−146.
3. Кацнелъсон, С. Д. Типология и речевое мышление [Текст] / С. Д. Кацнельсон. — JL: Наука, 1972.
4. Ковалева, Л.М. О первичных и вторичных структурах в синтаксисе [Текст] / J1.M. Ковалева // Лингвистика и методика в высшей школе (X): сб. науч. тр.
— М.: МГПИИЯ им. М. Тереза, 1981. — Вып. 170. -С. 41−51.
5. Ковалева, Л. М. Проблемы структурносемантического анализа простой глагольной конструкции в современном английском языке [Текст] /Л.М. Ковалева. — Иркутск: ИГУ, 1987.
6. Ковалева, Л. М. Английская грамматика: предложение и слово [Текст] / Л. М. Ковалева. — Иркутск: ИГЛХ 2008.
7. Ковалева, Л. М. Сентенциональное поле как объект когнитивного исследования [Текст] / Л. М. Ковалева // Когнитивные категории в синтаксисе: кол. монография. — Иркутск: ИГЛУ, 2009. — С. 105−126.
8. Левковская, КА. Немецкий язык. Фонетика. Грамматика. Лексика [Текст] / К. А. Левковская. — М.: Изд-во Московского ун-та- Академия, 2004.
9. Семёнова, Т. И. Семантика и синтаксис конструкций с предикатами страха в современном английском языке [Текст]: дис. … канд. филол. наук: 10. 02. 04 / Т. И. Семёнова. — Иркутск, 1993.
10. Семкова, A.B. Структура сентенционального поля «эмоционально-оценочное отношение» в современном английском языке [Текст]: дис. … канд. филол. наук: 10. 02. 04 / A.B. Семкова. — Иркутск, 2010.
11. СФС-Современный философский словарь [Текст] / Под. ред. В. Е. Кемерова. — Лондон- Франкфурт-на-Майне- Париж- Люксембург- М.- Минск: Панпринт, 1998.
12. Ярцева, В. Н. Языки и диалекты мира: Проспект и словник [Текст] / Отв. ред. В.Н. Ярцева//АН СССР. Институт языкознания. — М.: Наука, 1982.
13. Ярцева, В. Н. Контрастивная грамматика [Текст] / В. Н. Ярцева. — М.: Наука, 1981.
14. ВВС, Learning English: Vocabulary and Grammar [Electronic resource]. -2010. — URL: http: //www. bbc. co. uk (дата обращения: 12. 02. 2010).
15. Fauconnier, G. Blending as a Central Process of Grammar [Text] / G. Fauconnier, M. Turner // Conceptual Structure, Discourse and Language / ed. by Adele Gol-berg. — Stanford: CSLI Publications, 1996. — P. 113−129.
16. Helbig, G. Deutsche Grammatik [Text] / G. Helbig, Jo. Buscha. — Leipzig: Veb Verlag Enzyklopadie, 1984.
17. Lakoff, G. Metaphors We Live By [Text] / G. Lakoff, M. Johnson. — Chicago: The Univ. of Chicago Press, 1980.
18. Longman, Active Study Dictionary of English [Text].
— London: Longman Group Limited, 1983.
19. Moskalskaja, 0.1. Grammatik der deutschen Gegenwartssprache [Текст] / О. И. Москальская // Теоретическая грамматика современного немецкого языка.
— М.: Академия, 2004.
Список источников примеров
1. Рахманов, И.В. Немецко-русский синонимический словарь [Text] / И. В. Рахманов, Н. М. Мишина, Д. Г. Мальцев, Л. И. Рахманова. — М.: Рус. яз., 1983.
2. Arjouni Ja. Mehr Bier [Text] / Ja. Aijouni. — Hamburg: Rowohlt Taschenbuch Verlag GmbH, 1987.
3. Bates, H.E. The Sleepless Moon [Text] /Н.Е. Bates. -London: Penguin Books, 1956.
4. Christie, A. Hercule Poirot’s Christmas [Text] / A. Christie. — London: Penguin Books, 1968.
5. Christie, A. Hickory, Dickory Death [Text] / A. Christie. — N. Y.: Pocket Book, 1966.
6. Christie, A. The Secret Adversary [Text] / A. Christie. -N. Y., 1974. -215 p.
7. Cooper, Ja.F. The Last of the Mohicans [Electronic resource] / Ja.F. Cooper. — 2009. — URL: www. guten-berg. org. (дата обращения: 9. 11. 2009).
8. Dickens, M. The Heart of London [Text] / M. Dickens. -London: Penguin Books, 1961.
9. Dickens, M. My Turn to Make the Tea [Text] /М. Dickens. -London: Penguin Books, 1979.
10. Dostojewski, F.M. Schuld und Suhne [Electronic resource] / F.M. Dostojewski. — 2009. — URL: http: //pro-jekt. gutenberg. de. (дата обращения: 28. 12. 2009).
11. DUDEN Das gro? e Worterbuch der deutschen Sprache in sechs Banden [Text]: Band 1: A-G. — Mannheim, Wien, Zurich: Bibliographisches Institut, 1976.
12. Glaesener, H. Du su? e sanfte Morderin [Text] / H. Glaesener. — Munchen: Econ Ullstein List Verlag GmbH & amp- Co. KG, 2000.
13. Golding, W. Lord of the Flies [Text] / W. Golding. -London. Boston: Faber and Faber LTD, 1984.
14. Haas, W. Auferstehung der Toten [Text] / W. Haas.
— Hamburg: Rowohlt Taschenbuch Verlag GmbH, 1996.
15. Hansen, D. Ein Hauch von Mord [Text] / D. Hansen. -Munchen: Verlagsgruppe Bertelsmann GmbH, 2000.
16. Hardy, T. The Woodlanders [Text] / T. Hardy. — N. Y.: St. Martin’s Press, 1968.
17. Hemingway, E. Farewell to Arms [Text] / E. Hemingway. -M.: Progress Publishers, 1976.
18. Hohlbein, W. Das Avalonprojekt [Text] / W. Hohlbein. -Leipzig: Kremerdruck GmbH, 1996.
19. Hohlbein, W. Der Hexer von Salem [Text] / W. Hohlbein. — Frankreich: Brodard & amp- Taupin, La Fleche, 1987.
20. Hohlbein, W. Die Templerin [Text] / W. Hohlbein.
— Munchen: RM Buch und Medien Vertrieb GmbH, 1999.
21. Konsalik, H. Agenten kennen kein Pardon [Text] / H. Konsalik. — Munchen: Wilhelm Heyne Verlag, 1980.
22. Konsalik, H. Ein Kreuz in Sibirien [Text] / H. Konsalik. -Munchen: Wilhelm Heyne Verlag, 1984.
23. Konsalik, H. Ein Mann wie ein Erdbeben [Text] / H. Konsalik. — Munchen: Wilhelm Heyne Verlag, 1982.
24. Konsalik, H. Ol-Connection [Text] / H. Konsalik. -Munchen: Goldmann Verlag, 1993.
25. Lawrence, D.W. The Woman Who Rode Away and Other Stories [Text] / D.W. Lawrence. — London: Penguin Books, 1965.
26. Lingvo Universal, Англо-русский словарь общей лексики [Electronic resource]. — 2010. — URL: http: //lingvo. yandex. ru/crawl/ (дата обращения: 12. 02. 2010).
27. Maugham, W.S. Of Human Bondage [Text] / W.S. Maugham. — London: Penguin Books, 1963.
28. Maugham, W.S. The Explorer [Text] / W.S. Maugham. -London: Penguin Books, 1967.
29. Maurier, D. Rebecca [Text] / D. Maurier. — M.: Foreign Publishing House, 1956.
30. MESS, ModemEnglish Short Stories [Text] / MESS. -London: Oxford University Press, 1963.
31. Mitchell, M. Gone with the Wind [Text] / M. Mitchell. -New York: Bantam Books, 1971.
32. Saroyan, W. Selected Short Stories [Text] / W. Saroyan. — M.: Progress Publishers, 1995.
33. Shaw, 1. Lucy Crown [Text] /1. Shaw. — London: Penguin Books, 1964.
34. Shaw, I. Nightwork [Text] /1. Shaw. — London: Pan Books, 1975.
35. Shute, N. On the Beach [Text] / N. Shute. — London: Penguin Books, 1959.
36. Wild, O. Das Bildnis des Dorian Gray [Electronic resource] / O. Wild. — 2009. — URL: http: //gutenberg. spiegel. de (дата обращения: 28. 12. 2009).
37. Wolff, E. Im Schatten des Pferdemondes [Text] / E. Wolff. — Frankfurt am Main: Fischer Taschenbuch Verlag GmbH, 1999.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой