Опыт пространственной реконструкции исторических усадеб средней полосы России: усадьба Олсуфьевых в Красных Буйцах, дворцово-парковый ансамбль в Богородицке и охотничья резиденция Великого князя Н. Н. Романова «Першинская охота» Тульской области

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 930. 2:51+94(470)
ОПЫТ ПРОСТРАНСТВЕННОЙ РЕКОНСТРУКЦИИ ИСТОРИЧЕСКИХ УСАДЕБ СРЕДНЕЙ ПОЛОСЫ РОССИИ:
УСАДЬБА ОЛСУФЬЕВЫХ В КРАСНЫХ БУЙЦАХ, ДВОРЦОВО-ПАРКОВЫЙ АНСАМБЛЬ В БОГОРОДИЦКЕ И ОХОТНИЧЬЯ РЕЗИДЕНЦИЯ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ
Н.Н. РОМАНОВА «ПЕРШИНСКАЯ ОХОТА» ТУЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ1
© Ольга Евгеньевна ГЛАГОЛЕВА
Университет Торонто, г. Торонто, Канада, кандидат исторических наук, доктор философии, e-mail: olga. glagoleva@utoronto. ca © Елена Александровна КОВАЧ г. Москва, Российская Федерация, фотохудожник, e-mail: olga. glagoleva@utoronto. ca
В качестве предмета анализа выбраны три усадьбы Тульской области: усадьба гр. Олсуфьевых в Красных Буйцах, дворцово-парковый ансамбль в Богородицке, охотничья резиденция Великого князя Н. Н. Романова «Першинская охота». Эти усадебные комплексы являлись «культурными гнездами», реконструкции которых выявляют своеобразие социально-экономической и культурной жизни в них, визуально демонстрируют разные типы функционирования русских дворянских усадеб XVIII — начала XX в.
Созданные в рамках проекта тульских и тамбовских историков геоинформационные системы и электронные карты представляют размещение на территориях двух губерний помещичьего землевладения в разные временные срезы XVIII — начала XX в. Выделение на них усадеб — «культурных гнезд» позволяет увидеть «культурную сеть».
Методика создания компьютерного восстановления исторических усадеб России разрабатывалась в ходе реконструкции усадьбы Красные Буйцы. Поэтому главное внимание уделено реконструкции этой усадьбы. Материалы по воссозданию двух других усадеб привлекались для сравнения или подчеркивания особенностей реконструкций усадеб другого типа.
Для создания модели усадьбы Красные Буйцы использовано описание усадьбы на момент проживания последних владельцев, изображения графского дома, парка, конного завода, конторы, церкви, школы, приюта, прилегавшего к усадьбе села. На их основе создана трехмерная компьютерная модель всего усадебного комплекса. Выезды в усадьбу участников проекта, помощь местных жителей позволили уточнить расположение большинства реконструируемых объектов, их размеры и назначение.
При реконструкции Богородицкого парка мы впервые пытались представить дворцово-парковый комплекс в трехмерной проекции, позволяющей видеть элементы парка с разных сторон, в их историческом расположении относительно друг друга, представить весь комплекс с высоты птичьего полета.
Немногочисленный иллюстративный материал, чертежи и обмеры некоторых построек, тщательное обследование местности позволили создать модель реконструкции главной части усадьбы Першино на момент существования там обширного охотничьего хозяйства.
В ходе электронной реконструкции усадеб получены новые знания из различных областей функционирования усадебных комплексов, созданы научно достоверные пространственные модели, дающие возможность образно представить существование утраченных усадеб XVIII — начала XX в. как сложных социально-экономических, культурных и природных комплексов, сохранить памятники истории, культуры и природы, хотя бы в виртуальном виде.
Ключевые слова: русская дворянская усадьба- компьютерная реконструкция- методика исследования- Тульская губерния- культурные гнезда- социальные сети- визуальный ряд истории.
Усадебные комплексы средней полосы России, сочетая в себе архитектурные ансамбли и природные ландшафты, являются памятниками истории, культуры и природы. К сожалению, большинство из них сегодня
1 Статья подготовлена при поддержке Федеральной целевой программы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009−2013 гг., договор № 14. B37. 21. 0259.
находится в плачевном состоянии. Пережившие своих владельцев, усадьбы встречают нас руинами церквей и домов, заросшими прудами и едва угадывающимися аллеями парков. В истории России дворянские усадьбы сыграли важную культурную роль. Они создавались в течение не одного десятка лет, хранили в себе память о предках владельцев, были средоточием образования и центрами
культуры в провинции, на лоне их природы выросли и начали творить великие российские писатели, художники и ученые. Несмотря на возникший в последние годы интерес к прошлому России, бывшие дворянские усадьбы в большинстве своем так и стоят заброшенными почти сто лет и уже не подлежат восстановлению.
Задачу изучить, сохранить и восстановить утраченный облик исторических усадеб России XVIII — начала XX в. поставили перед собой участники проекта «Пространственные реконструкции дворянских усадеб как средство изучения, сохранения и восстановления памятников истории, культуры и природы» (руководитель О. Е. Глаголева, Торонто, Канада). Коллектив ученых из Тулы, Москвы, Тамбова и Торонто взялся за создание компьютерных реконструкций пяти утраченных усадебных комплексов Тульской и Тамбовской областей.
Перед исследователями-историками стояла необычная задача — нам предстояло не только изучить историю утраченных усадеб и их обитателей и описать ее в научных статьях, но и воссоздать зримый (утраченный) образ выбранных объектов, что обычно не является целью историков. Создание визуального ряда истории оказалось непростой исследовательской задачей, потребовавшей предельного внимания к деталям, которые обычно не входят в круг интересов историка. Недостаточно было описать словами состояние усадеб на определенный момент их существования, но важно было изучить и визуально представить все мелочи ежедневного бытования усадьбы как комплекса самых разнообразных аспектов человеческой жизни и деятельности и состояния природы. Для достижения нашей цели — создания научной и исторически верной пространственной реконструкции утраченных усадеб средней полосы России, — были привлечены новейшие технологии трехмерного компьютерного моделирования на базе интерактивного движка ИпПуЗБ, математических методов фрактального моделирования, методов фотограмметрии, создания электронных баз данных, детального обследования и фото-видеофиксации местности и глубокого исторического исследования [1−3]. Уже из перечня используемых технологий видна необычность методики проведенных исследований, где лишь
последняя составляющая носила сугубо исторический характер. В действительности, данная составляющая, будучи традиционной для исторических исследований, являлась основным условием и базисом всех дальнейших работ в проекте. Аспект глубокого исторического исследования как начального и базисного основания всех осуществленных в проекте разработок и реконструкций составляет предмет настоящей статьи. В ней также предпринята попытка проанализировать необычность потребовавшихся подходов к историческому исследованию для создания научной базы воссоздания визуальных образов реконструируемых усадеб. Кроме того, в статье показано, как создание виртуальных моделей усадеб способствовало выявлению и накоплению новых исторических знаний, особенно тех, которые обычно не бывают востребованы при исторических исследованиях традиционного типа. В качестве предмета анализа выбраны три усадьбы Тульской области: усадьба гр. Олсуфьевых в Красных Буйцах, дворцово-парковый ансамбль в Богородицке и охотничья резиденция Великого князя Н. Н. Романова «Пер-шинская охота». В реконструкции указанных усадебных комплексов принимали непосредственное участие следующие участники проекта: усадьба Красные Буйцы — В. Е. Борисов, О. Е. Глаголева, Д. И. Жеребятьев, Е. А. Ковач, М. В. Ослон, при участии студентов МГУ Е. Мишиной и М. Остапенко- дворцово-парковый комплекс в Богородицке — В. Е. Борисов, О. Е. Глаголева, Д. И. Жеребятьев, Е. А. Ковач, М. В. Ослон, при участии архитектора В. Моора и студентов МГУ Г. Борисова, М. Калинина, М. Мироненко, Е. Мишиной и В. Чукова- охотничья резиденция Першино — О. Е. Глаголева, Д. И. Жеребятьев, Е. А. Ковач, Е. И. Кузнецова, М. В. Ослон, при участии архитектора В. Моора и студентки МГУ П. Ионовой.
Методика создания пространственных реконструкций исторических усадеб России XVIII — начала XX в. разрабатывалась и опробовалась на модели реконструкции усадьбы Красные Буйцы Епифанского уезда (в настоящее время Богородицкий район Тульской области), поэтому главное внимание в данной статье будет уделено реконструкции именно этой усадьбы. Материалы по воссозданию двух других усадеб привлекаются в
статье для сравнения или подчеркивания особенностей реконструкций усадеб другого типа.
Усадьба как социально-экономический комплекс складывается в России в XVIII в. Тогда же она приобретает и функции «культурного гнезда». Феномен усадьбы как культурного гнезда может пониматься узко — как место, где создается школа, театр, где хозяева являют собой образец «культурного» образа жизни, т. е. обладают образованием, собирают библиотеки и произведения искусств, устраивают публичные концерты или литературно-музыкальные вечера для «внутреннего круга» родных и друзей, другими словами — пользуются достижениями современной им культуры и пытаются ее распространить. Однако «культурное гнездо» может пониматься и более широко — как место распространения передовой культуры земледелия, рационального ведения хозяйства, гуманных социальных отношений. Строительство помещиком храма в своем поместье или в соседнем селе также может быть расценено как акт социальной благотворительности, способствующий укреплению морального климата прихода, привнесению в окружающий ландшафт и быт местного сообщества, включающего крестьян, элементов искусства, гармонии и красоты. Учитывая, что приходские священники нередко становились проводниками грамотности как для детей дворян, так и для крестьянского населения прихода [4, с. 70−74], наличие храма в усадьбе может служить одним из атрибутов «культурного гнезда» в провинции.
Термин «культурные гнезда» был привнесен в науку Н. К. Пиксановым в конце 1920-х гг. [5] и кажется сейчас несколько устарелым. Однако то, что ученый понимал под этим феноменом, — не устарело. По-другому можно назвать имения, где обитали «культурные» хозяева, «очагами культуры», вокруг которых группировались друзья и соседи, откуда «лучи» и «тепло» культуры распространялись вокруг, расходились волнами. Дж. Барнс еще в 1954 г. сформулировал концепцию сети (network), согласно которой люди в обществе связаны сетью социальных отношений разного уровня близости, и в ее «узлах» находятся люди («звезды»), по тем или иным причинам становящиеся центрами отношений для других людей. Подобная сеть
социальных отношений, рассмотренная с точки зрения ее «узлов» или центров, складывается в «эго-центрическую систему», а также во множества пересекающихся, накладывающихся друг на друга «систем» [6−8]. Можно смело сказать, что подобными центрами «эго-центрических систем» становились в русской провинции обитатели усадеб -«культурных гнезд», тем самым создавая своеобразную социальную сеть «культурных» отношений, превращая свои дома в центры социального притяжения.
Концепция социальных сетей, сформулированная за полвека до появления современных социальных сетей и даже задолго до появления компьютеров, может быть успешно применена к рассмотрению «культурных гнезд» в России XVIII — начала XX в. также и благодаря ее графичности, визуальной емкости. Созданные в рамках проекта геоинформационные системы и электронные карты представляют размещение на территориях Тамбовской и Тульской губерний помещичьего землевладения в разные временные срезы XVIII — начала XX в. При создании данных электронных ресурсов на оцифрованные карты разных исторических периодов наносились точки, обозначающие дворянские имения [9]. Если среди них выделить усадьбы, которые можно отнести к «культурным гнездам», то на карте появится «культурная сеть», в которой определенные «очаги» будут служить центрами распространения культуры на данной территории. В ходе настоящего проекта задача создания электронных карт, представляющих «культурные сети», не ставилась, но опыты по созданию подобных наглядных систем в рамках отдельных уездов проводились авторами статьи на примерах распределения дворянских имений последней четверти XVIII в. в Каширском, Крапивенском и Тульском уездах Тульской губернии. Они наглядно показывают существование социальных систем, которые можно назвать «культурными сетями», образующими вполне выявляемые культурные поля и даже культурные провинции [10, с. 9−10]. Их существование подтверждается разнообразными социальными отношениями, которыми были пронизаны локальные дворянские сообщества, подробно изученные авторами данной статьи на примерах локальных дворянских сообществ, сложившихся в Орлов-
ской и Тульской губерниях во второй половине XVIII в. [11]. Образцами усадеб -«культурных гнезд» — могут служить все три изученные в ходе проекта усадебных комплекса, реконструкции которых выявляют своеобразие социально-экономической и культурной жизни в них и визуально демонстрируют разные типы функционирования дворянских усадеб в русской провинции XVIII — начала XX в. [12].
Начало складывания усадьбы Красные Буйцы Епифанского уезда относится к середине XVII в. Располагаясь в живописном месте, на холме на левом берегу р. Непряд-вы, чуть выше места впадения в нее р. Буиц и ниже впадения в последнюю притока речки Буйчика, имение из-за красоты своего местоположения получило название «Красное», которое в разные времена его существования соединяло в себе еще и название населенного пункта при имении — села Буйцы, в различных вариантах. «Буйцами» исторически назывались два рядом стоявших села, разграниченных оврагом. Северная часть Буец (на возвышенности, местность реконструируемой усадьбы) в разные периоды называлась с. Красное, Красные Буйцы, Красный Буиц, Красный Буец, Красные Буйцы Нарышкино тож, Красные Буйцы Архангельского прихода, Краснобуйцы (современное название). Южная часть Буец долго сохраняла название Буйцы, затем, после строительства там в 1763 г. Никольской церкви, стала называться с. Никольские Буйцы или Нижние Буйцы (в настоящее время д. Галевка, Богдановка, Са-фоновка). Оба села находились на границе Дикого поля, немного западнее территории, на которой произошла историческая Куликовская битва (1380 г.).
Значительные земельные владения на левом берегу р. Буец до устья и ниже по течению Непрядвы с д. Буйцы получил по жалованной грамоте 1663 г. в вотчину предок последнего владельца усадьбы Ю. А. Олсуфьева стольник царя Алексея Михайловича князь Яков Ефимович Мышецкий (ум. 1700 или 1710). Усадьба Красные Буйцы еще и в начале XX в. «во всем носил[а] характер старой родовой вотчины» [13, с. 23]. История перехода усадьбы к разным владельцам представляла собой вполне традиционный способ распоряжения недвижимостью, распространенный в среде русского дворянства
на протяжении XVIII — начала XX в., а именно, передачу по наследству в рамках одной семьи. Дочь Мышецкого, кнж. Анастасия Яковлевна (род. 1680), выйдя замуж за сподвижника Петра I и московского губернатора Кирилла Алексеевича Нарышкина (ум. 1723), получила Красные Буйцы в приданное вместе с имениями в других губерниях (в частности, с. Константиново Рязанского уезда, где в настоящее время располагается музей-усадьба С. Есенина). После А. Я. и К. А. Нарышкиных имение Красные Буйцы унаследовал их сын, генерал-аншеф Семен Кириллович Нарышкин (1710−1775), вероятно, выстроивший в усадьбе господский дом и завещавший имение своему племяннику, обер-камергеру, чрезвычайному посланнику в Лондоне и вице-канцлеру князю Александру Михайловичу Голицыну (1723−1807). В ходе реализации проекта удалось выявить новые материалы об условиях наследования имения А. М. Голицыным, его деятельности по реорганизации хозяйства в усадьбе, строительству каменной церкви, заведению конного завода. В результате обнаружения специального геометрического плана с. Красное (Буйцы тож) нам также удалось получить наглядное представление о территории усадьбы и состоянии имения в последней четверти XVIII в. [14, ф. 1354, оп. 539, ч. 1, к. 11. Син. (1776−1777)].
После 1775 г. вице-канцлеру принадлежали огромные земельные угодья с селами Красные Буйцы и Буйцы, деревнями Дани-ловка, Самохваловка, Гороховка и Семенов-ка, пустошами Сивое озеро и Дикое поле (последняя принадлежала к с. Красные Буй-цы). В имениях Голицына проживало более 1000 душ крепостных мужского пола [15, с. 134]. В 1779 г. А. М. Голицын начал распашку пустоши Дикое поле и переселил туда часть крестьян из с. Красные Буйцы, основав тем самым дер. Куликовка Телятинки тож [16, т. 1, с. 20].
Наиболее информативным источником для усадьбы по данному периоду являются выявленные нами материалы Генерального межевания. Начатое в 1770-х гг., Генеральное межевание проводилось в Тульской губернии до конца 1790-х гг. При проведении межевания составлялись планы Генерального межевания (ПГМ) и Экономические примечания к ним (ЭП). В то же время употребление для наименования усадьбы Голицына
топонимов «Красное» и «Буйцы» внесло некоторые трудности в локализацию имения на ПГМ [17], т. к. в округе около Куликова поля находилось несколько усадеб с названиями, включавшими данные слова:
— с. Красное-
— с. Красный Буиц-
— с. Буиц-
— с. Красное Каркадиново тож-
— д. Красная-
— д. Красная слободка-
— д. Зыборовка Красное тож-
— д. Рыхотка Красное.
При наличии нескольких населенных пунктов с похожими названиями и вариативности применения названий относительно одного населенного пункта в разных источниках определение точного места расположения изучаемой усадьбы стало возможно благодаря нахождению на ПГМ ориентиров, указанных Олсуфьевым в воспоминаниях: «Наша усадьба была расположена на высоком левом берегу реки Непрядвы, приблизительно с версту ниже устья впадающей в нее речки Буйчика» [18, с. 25]. Данное описание совпадало с описанием с. Красный Буиц в Экономических примечаниях к Генеральному межеванию. Последний документ датирован архивными работниками началом 1790-х гг., однако более вероятно, что Экономические примечания Епифанского уезда составлялись в более ранний период, в 1770-е гг. (об этом можно судить на основании рангов некоторых владельцев, которые относятся к 17 761 777 гг.).
Село Красный Буиц межевал подпоручик Иван Радишевский в сентябре 1775 г. [19, с. 19]. ЭП отмечают, что в это время владельцем усадьбы был действительный тайный советник и обер-камергер князь Александр Михайлович Голицын. Имение располагалось в 18 верстах от г. Епифани по обе стороны дороги из г. Ефремова в г. Епи-фань, «дачей простирается показанной реки Непрядвы, речки Буйца Смороденнаго и бе-зымяннаго оврагов на левой [стороне], двух безымянных на правой и по обе стороны трех безымянных оврагов и осми отвершков безымянных и вышеписанной большой дороги. Та река Непрядва в летнее жаркое время в самых мелких местах глубиною бывает на сажень, шириною на десять сажен. В ней рыба щуки, окуни, плотва, пискари, ерши и
гольцы. Речка Буйца глубиною на четверть аршина, шириною на сажень. В ней рыба гольцы. А в оврагах и отвершках водотоки пересыхают. Жители водой довольствуются из показанной реки Непрядвы и речки Буйца, которая ко употребленю людем и скоту здорова». Имение включало в себя как пашенные, луговые и лесные угодья (всего 1212 десятин 574 сажени «удобной» к земледелию и «неудобной» земли), церковные земли, так и господские и крестьянские постройки- в имении насчитывалось 62 крестьянских двора, в которых проживали 263 «души» мужского и 293 «души» женского пола. Господский дом был деревянным. «Крестьяня состоят на изделье, промышляют хлебопашеством, к чему они и радительны. Земли на помещика пашется триста десятин, а оставшую всю на себя запахивают. Женщины, сверх полевой работы, упрожняются в рукоделиях, прядут лен, посконь и шерсть, ткут холсты и сукна для своего употребления, а отчасти и на продажу» [20, ф. 291, оп. 18/62, д. 377, л. 91−92]. Как видим, ЭП отмечают активную экономическую жизнь в имении.
На ПГМ Епифанского уезда мы видим расположение усадьбы в долине рек Непряд-вы и Буйца, с постройками, земельными и лесными угодьями [14, ф. 1355, оп. 1, д. 6117, л. 1]. Специальный план Генерального межевания дачи села Красное (Буйцы) [14, ф. 1354, оп. 539, ч. 1, к. 11. Син. (1776−1777)] показывает то же расположение имения, а также предоставляет большее количество деталей устройства усадьбы: на нем мы видим господский дом, четыре постройки вокруг него, церковь, расположенную поблизости от господского дома практически у въезда в усадьбу, и еще одну постройку около нее. На плане Епифанского уезда 1785 г. также обозначена церковь вблизи господского дома [16, т. 2, с. 75]. Каменная церковь Архангела Михаила, построенная А. М. Голицыным в 1795 г. вместо деревянной на гораздо большем удалении от господского дома, на планах последней четверти XVIII в. не изображена. Таким образом, в 1770-е гг. имение Красные Буйцы имело господский деревянный дом, сохранившийся до начала XX в. в почти неизмененном виде (центральная часть дома Олсуфьевых), деревянную церковь, обширные земельные и лесные угодья и большое село с многочисленным крестьянским насе-
лением. Владелец усадьбы князь А. М. Голицын в конце XVIII в. придал усадьбе стиль Людовика XVI [19, с. 21].
Статистические издания более позднего времени позволяют не только составить представление об обширности и населенности имения Красные Буйцы в XIX в. и начале XX в., но и уточнить историю владения имением. Нами было выявлено три издания, в которых содержатся сведения об имениях Тульской губернии и их владельцах. Так, «Список помещичьих имений Тульской губернии 1860 г. «, давая сведения обо всех имениях Тульской губернии, насчитывавших более 100 душ м. п., указывает лишь два владения, принадлежавших Олсуфьевым: с. Красное и с. Буйцы, владельцами которых названы М.А. и В. А. Олсуфьевы:
Епифанский у. :
N° 64. Гр. Мария Алекс. Олсуфьева, с. Красное с дер[евнями], число душ крепостных людей мужского пола: крестьян 624, дворовых 25, число дворов или отдельных усадеб 139, оброчных 30, издельных 192, состоящих частию на оброке, час-тию на барщине -, состоящей в пользовании земли (десятин): усадебной всего 66,00, на душу 0,11, пахотной всего 1332,00, на душу 2,13, сенокосу 145,08, выгону 77,18, кустарнику -, лесу -, [земли] крестьян всего удобной 620,26 (первая цифра наполовину не видна. — О. Г, Е. К.), всей удобной на душу 2,60, не состоящей в пользовании крестьян 78,14 и 1797,94, в т. ч. кустарнику и лесу 250,00, всей удобной на душу 2,88, повинности крестьян, платящих оброк: величина денежного оброка с души -, с тягла 21 руб. 43 коп., -, -, добавочные повинности к денежному оброку: произведениями -, работами -. Примечание -.
N° 65. Влад. Алекс. Олсуфьев, с. Буйцы с дер[евнями], число душ крепостных людей мужского пола: крестьян 637, дворовых 39, число дворов или отдельных усадеб 131, оброчных -, издельных 221%, состоящих частию на оброке, частию на барщине -, состоящей в пользовании земли (десятин): усадебной всего 77,45, на душу 0,12, пахотной всего 1473,31, на душу 2,31, сенокосу 236,24, выгону 88,61, кустарнику -, лесу -, [земли] крестьян всего удобной 670,61 (первая цифра наполовину не видна. — О. Г., Е. К.), всей удобной на душу 2,94, не состоящей в пользовании крестьян 1492,09, в т. ч. кустарнику и лесу 128,48, всей удобной на душу 2,34… [21, с. 30−31].
«Список населенных мест Тульской губернии 1862 г.» указывает три имения, принадлежавшие Олсуфьевым:
Уезд Епифанский, стан 2:
№ 1710. Красное (Буйцы), с [ело] вл[адельческое], при р. Непрядве, от уездного города 20 [верст], от стан[овой] кварт[иры] 10 [верст], число дворов 73, число жителей 334 м.п. и 366 ж.п., 1 церковь православная.
№ 1712. Доброе, с[ель]ц[о] вл[адельческое], при р. Непрядве, от уездного города 21 [верста], от стан[овой] кварт[иры] 10 [верст], число дворов 29, число жителей 154 м. п. и 183 ж. п.
№ 1713. Никольское (Буйцы), с [ело] вл[адельческое], при р. Непрядве, от уездного города 22 [версты], от стан[овой] кварт[иры] 12 [верст], число дворов 76, число жителей 349 м. п. и 332 ж. п., 1 церковь православная [22, с. 73].
Очевидно, что под № 1710 имеется в виду имение семьи Олсуфьевых Красные Буй-цы, что подтверждается и наличием церкви. Село Никольское (Буйцы) и сельцо Доброе, по всей видимости, составлявшие в XVIII в. одно имение с. Буйцы, к середине XIX в. разделились на два владения.
«Алфавитный список гг. дворян с указанием местонахождений их поместий в Тульской губернии 1903−1910 гг.» В.И. Чернопя-това не показывает Ю. А. Олсуфьева владельцем имения Красные Буйцы. Имеются данные только о другом его имении: на 1909 г. гр. Ю. А. Олсуфьев владел в Епифанском уезде «при с. Даниловке» 2502 десятинами земли [23, с. 48].
Эти сведения позволяют уточнить историю владения с. Красные Буйцы, не учтенную исследователями до сих пор. Считалось, что после А. М. Голицына имение получила в наследство одна из его незаконных дочерей, Екатерина Александровна Долгорукова (1757−1842), передавшая его в наследство своим племянникам Александру Дмитриевичу (1790−1853) и Василию Дмитриевичу (1796−1858) Олсуфьевым, после которых имение получил сын последнего Александр Васильевич Олсуфьев (1843−1907), отец Ю. А. Олсуфьева [24, с. 39]. Однако «Список помещичьих имений Тульской губернии 1860 г.» называет владелицей Красных Буец вдову Василия Дмитриевича фрейлину Марию Алексеевну Олсуфьеву (1799−1878), урожд. Спиридову. Ее сын Александр Васильевич наследовал имение уже после нее. Соседнее с с. Красным село Буйцы принадлежало, согласно этому источнику, «Владимиру Алекс. Олсуфьеву». Тут, вероятно, шла речь о сыне Александра Дмитриевича, Вла-
димире Александровиче Олсуфьеве. Получается, что племянники Екатерины Долгорукой унаследовали не только имение с. Красное (Буйцы), но и соседнее с. Буйцы (Никольское, Доброе).
Предпоследний владелец с. Красные Буйцы Александр Васильевич Олсуфьев (1843−1907) служил флигель-адьютантом и гоф-маршалом при Александре III и Николае II, затем был управляющим придворной частью Московского Кремля. Он был женат на графине Екатерине Львовне Соллогуб (18 471 902). Именно супруги А.В. и Е. Л. Олсуфьевы в середине 1870-х гг. впервые превратили Красные Буйцы в место своего летнего пребывания, обустроили усадьбу, разбили сады и парки, достроили, переоборудовали и обставили дом. Будучи высокообразованными людьми, много путешествуя по миру, гр. Олсуфьевы превратили свою усадьбу в собрание произведений искусств, собранных в России и других странах. Их сын Юрий Александрович Олсуфьев перебрался в Красные Буйцы на постоянное жительство после женитьбы в 1902 г. на графине Софье Владимировне Глебовой (1884−1943). Юрист по образованию, человек широких взглядов и обширных гуманитарных знаний, Ю. А. Олсуфьев стал известным историком искусств, профессиональным искусствоведом, собирателем, хранителем и неутомимым пропагандистом искусства и культуры. Его имение в Красных Буйцах стало настоящим «культурным гнездом», сосредоточением богатой художественной коллекции, местом собраний и проживания известных художников и деятелей культуры [13]. А. В. Олсуфьев и его сын Ю. А. Олсуфьев всемерно способствовали пропаганде истории родных мест и увековечиванию памяти Куликовской битвы. Как указано в исторической справке о создании мемориала Куликовской битвы, «в 1901 г. на праздновании на Красном холме Дня поминовения воинов, павших в Куликовской битве, местные помещики граф А. В. Олсуфьев и князь М. В. Голицын обратились к епископу Тульскому и Белевскому Питириму с инициативой о создании здесь храма-памятника в честь преподобного Сергия Радонежского. 17 февраля 1904 г. инициатива была поддержана на заседании синода. В конце 1903 г. А. В. Олсуфьев возглавил строительный комитет по сооружению храма-памятника. По-
сле его смерти в 1907 г. строительный комитет возглавил его сын граф Ю. А. Олсуфьев, который пожертвовал для строительства на Красном холме 36 дес. земли. Архитектором храма стал талантливый молодой зодчий А. В. Щусев. Церковь была задумана им как храм-памятник, который составлял органичный архитектурный ансамбль с обелиском Дмитрию Донскому. Мемориальность храма подчеркивалась и намерением создать внутри его музейную экспозицию, рассказывающую о битве. Торжественная закладка храма состоялась 16 июня 1913 г. Его строительство продолжалось вплоть до Октябрьской революции 1917 г. Храм был освящен только в 1918 г., но работы по его отделке, убранству интерьера и оформлению иконостаса закончены не были» [13, с. 59]. Гр. Олсуфьевы проживали в Буйцах до 5 марта 1917 г., когда после Февральской революции спешно оставили имение навсегда.
Для создания модели реконструкции усадьбы Олсуфьевых Красные Буйцы было использовано историческое описание усадьбы на момент проживания там ее последних владельцев, разработаны графические изображения видов графского дома и парка, конного завода и конторы, церкви, школы, приюта и прилегавшего к усадьбе села, на основе которых была создана трехмерная компьютерная модель всего усадебного комплекса.
Реконструировать усадьбу Красные Буй-цы с прилегающей к ней территорией села стало возможным благодаря ее подробному описанию в мемуарах последнего ее владельца, Ю. А. Олсуфьева. Автор подробно перечислил расположение комнат в доме, их назначение, описал мебель и произведения искусств, заполняющие дом. Он также приложил к воспоминаниям чертеж дома, а современные публикаторы мемуаров снабдили издание многими фотографиями. Внук Ю. А. Олсуфьева Андрей Олсуфьев и его дочь Александра, живущие ныне во Франции, предоставили в распоряжение проекта некоторые фотографии о состоянии усадьбы в 1990-е гг. В коллекциях Тульского музея изобразительных искусств и Тульского краеведческого музея участниками проекта совместно с музейными работниками были выявлены некоторые вещи из имения Олсуфьевых.
В начале XX в. комплекс усадьбы, по воспоминаниям его последнего владельца, выглядел так: «По обеим сторонам старого дома были два кирпичных флигеля. Восточный флигель был соединен с домом в начале 80-х годов. Сельскохозяйственные постройки были заменены частью новыми, частью же были ремонтированы заново. Во дворе был построен просторный двухэтажный дом для служащих и рабочих и в нем была переведена контора имения, помещавшаяся когда-то в кухонном флигеле, а затем в западном флигеле» [19, с. 28]. В последние годы проживания семьи Ю. А. Олсуфьева на территории усадьбы находились следующие здания и объекты садово-паркового искусства, предназначенные для реконструкции:
— господский дом, одноэтажный, обращенный на юг, состоявший из трех частей. Средняя часть, деревянная, построенная до 1775 г., состояла из пяти жилых комнат (в настоящее время утрачена) — с двух сторон деревянного дома в конце XIX в. были выстроены два «почти одинаковых кирпичных флигеля с мезонинами». Восточный флигель был соединен с центральной частью дома «так называемой '-нижней'- гостиной и огибавшим ее с северной и западной стороны коридором», здесь находилось основное место жительства семьи Олсуфьевых в начале XX в. (не сохранился) — западный флигель стоял отдельно от центрального здания (сохранился, занят под жилье). Всего в доме насчитывалось 22 комнаты. Главный вход был с северной стороны-
— въезд в усадьбу находился с северной стороны, с дороги из г. Епифань, и вел во двор средней части дома-
— «просторный двор», с северной стороны господского дома, в начале XX в. был засажен деревьями и кустами, так что «дома не видно с дороги» [18, с. 96]-
— в линию с домом со стороны западного флигеля был выстроен большой двухэтажных корпус конторы, служивший одновременно местом проживания рабочих-
— здание конюшен, каменное, ограничивало западную сторону двора и короткой северной частью ограничивало часть двора с севера, образуя въезд. Вероятно, здание было построено в XVIII в., а в начале XX в. здесь располагался конный завод Олсуфьевых, где разводили арденскую и клейдесдальскую
породы лошадей [16, т. 1, с. 28] (в настоящее время находится в полуразрушенном состоянии, используется под гаражи) —
— хозяйственные постройки образовывали другую сторону двора (в настоящее время на их месте находятся частные постройки) —
— прачечная, господская, располагалась внутри двора-
— бассейн, «крытый цементный бассейн на пятьсот ведер, куда накачивалась вода из родников под горою в полуверсте от усадьбы конным приводом» [13, с. 163], располагался внутри двора-
— декоративный сад, «раскинутый вокруг дома» Е. Л. Олсуфьевой, состоял из разных пород кустарников, главным образом сирени и шиповника, и клумб с однолетними цветами (в настоящее время сохранились кусты с северной стороны дома, с южной стороны все заросло кустарником и лесом) —
— с южной стороны дома находилась полукруглая площадка с открывающимся видом «как бы с птичьего полета» на долину реки Непрядвы, заливные луга, справа была видна «слобода других Буец» с деревянной церковью, «левее и снизу — слобода Богда-новка, со своими высокими соломенными крышами в темной зелени ветел, ближе к усадьбе — старая водяная мельница с раскидистыми ивами- впереди за рекой — наш хутор Кичевка (совр. пос. Кичевский) с его постройками голландского вида и поля- между хутором и рукавом Непрядвы Болдовкою, прямо перед домом — обширный яблочный сад, а влево, в конце долины — дубрава Терны, которая спускается к реке и заливным лугам, а еще дальше — снова села, поля, чуть заметные Себинские леса» [18, с. 96] (в настоящее время пространство с южной стороны дома заросло лесом, вид не открывается) —
— с южной стороны дома также находился «старый» яблоневый сад, огороженный со стороны дороги забором. Сад из яблонь и смородины был еще в усадьбе А. М. Голицына [16, т. 1, с. 26]-
— справа от центрального въезда в имение имелась сиреневая аллея, которая вела к фруктовому саду-
— фруктовый сад «с прямыми аллеями, обсаженными березами и липами», располагался вне основного пространства господской усадьбы, огороженной оградой. Ю.А. Ол-
суфьев писал в воспоминаниях о разнообразных садах в усадьбе, насаженных его матерью: «Ко времени приезда в Буйцы моих родителей сада почти не было, исключая так называемого «старого». Моя мать с удивительной энергией засадила усадьбу деревьями и кустарником, разровняла бугор, засыпанный грудами камней от старых развалившихся построек, и, наконец, в 80-х годах развела большой фруктовый сад с прямыми липовыми и березовыми аллеями на том месте, где прежде были избы и огороды дворовых людей» [19, с. 28]-
— вдоль Епифанского тракта, ведущего в усадьбу, располагалось с. Красные Буйцы с домами крестьян, хозяйственными и другими постройками-
— между ними располагалась церковь Архангела Михаила, каменная, построена в 1795 г. А. М. Голицыным, в классическом стиле: при подъезде к селу «сначала видна белая колокольня, затем показывается белая церковь в духе Louis XVI с широким зеленым куполом» [18, с. 96] (колокольня утрачена, в советское время в церкви находился магазин, сохранилась в руинах) —
— напротив церкви в 1906 г. женой Ю. А. Олсуфьева был выстроен двухэтажный детский приют для девочек-сирот «с организацией при нем кустарных вышивок» [16, т. 1, с. 58]-
— немного дальше, вдоль Епифанского тракта, располагалась выстроенная Ю. А Олсуфьевым школа — каменное двухэтажное здание в стиле модерн (сохранилось, внутри перекрытия и перегородки разрушены, в настоящее время в нем размещаются жилое помещение и скотный сарай) —
— водяная мельница, сооруженная на Непрядве до 1686 г. у сельца Буйцы [16, т. 1, с. 17]-
— крахмальный завод располагался на левом берегу р. Непрядвы чуть ниже с. Красные Буйцы, был открыт Олсуфьевыми в 1912 г. На заводе имелись: 1 локомобиль в 18 л. с., 2 терки картофельных, 7 отстойно-оса-дочных чанов, 7 мешальных чанов, завод производил сырой крахмал [25, с. 26−27, 82−83]-
— храм Сергию Радонежскому. Арх. А. В. Щусев.
Последние два объекта, ввиду их удаленности от господской усадьбы, реконструкции не подлежали.
Несмотря на подробное описание усадьбы ее последним владельцем и относительное обилие изобразительных материалов по ней, данные источники, однако, отражают далеко не все стороны устройства усадьбу и имения в целом, необходимые для создания пространственной реконструкции. В частности, в мемуарах практически не описаны элементы имения, находившиеся вне ограды господской усадьбы. Семейные фото, сделанные в усадьбе в начале XX в. хозяевами и гостями, также как и семейные фото обитателей других дворянских усадеб, редко запечатлевали состояние и внешний вид хозяйственных построек в имении или фиксировали реальное местоположение зданий и других объектов на территории относительно друг друга, и даже межевые или более поздние топографические планы и карты не содержат указаний на реальные размеры всех объектов усадьбы и имения и их точное месторасположение. Трудности, с которыми пришлось встретиться исследователям при реконструкции усадьбы Олсуфьевых, вероятно, будут сопровождать реконструкции большинства усадебных комплексов, не сохраненных государством в оригинальном состоянии в качестве музеев-заповедников сразу после ухода оттуда частных владельцев (примером последнего «счастливого» состояния дворянской усадьбы может служить Музей-усадьба «Ясная Поляна», продолжавшая жить естественной усадебной жизнью даже после передачи в собственность государства). Плохая сохранность заброшенных после революции и реконструируемых нами имений, выражающаяся в утрате основных построек и структурных элементов усадеб, некоторой перепланировке всей территории или ее отдельных площадей, а также их частичной современной застройкой, усугубляется естественными изменениями ландшафта и сменой видов человеческой деятельности на изучаемых территориях, произошедших за последнее столетие. Указанные факторы мешают или вовсе не позволяют провести археологическое обследование местности, а в настоящем проекте данный вид работ и вовсе не предусматривался за неимением потребного для него времени и финансовых ресурсов. Даже визуальное обследование территории всего имения Красные Буйцы оказалось чрезвычайно затруднено из-за использования
большей части сохранившихся построек под сезонное жилье, а прилегающих земельных участков под частные огороды, возникших на территории усадьбы новых построек, также, как правило, используемых сезонно и недоступных большую часть года, и непроходимых зарослей, возникших на месте бывших цветников, садов и аллей. Тем не менее, благодаря многочисленным выездам в усадьбу участников проекта, а также помощи местных жителей удалось обнаружить расположение большинства реконструируемых объектов, уточнить их размеры и назначение.
Воспоминания старожилов, местные легенды и предания, сохраняющиеся в населенных пунктах бывших дворянских усадеб, -важное дополнение к графическим и документальным источникам, служащим основанием реконструкции утраченных усадеб. Человеческая память, однако, имеет свои недостатки, и словесные описания бывших усадеб по воспоминаниям старожилов не всегда точны или верно воспроизводят детали бытования имений в разные временные отрезки. Так, мнение некоторых жителей с. Краснобуйцы о расположении построенной в 1980-х гг. больницы на месте сгоревшего барского дома или, по крайней мере, одного из его флигелей, оказалось опровергнуто тщательным обследованием местности, которое привело к убеждению, что больница была построена на фундаменте здания бывшей конторы. Мнение жителей не было совсем ошибочным — здание конторы обитатели усадьбы иногда называли «большим домом», и потому смешение конторы с барским домом в пронесенной сквозь столетие людской памяти вполне закономерно. Для реконструкции, однако, это создало первоначально определенные трудности, особенно если учесть наличие стоявшего рядом с больницей сохранившегося флигеля (западного), принятого за идентичный восточный флигель. Путаница усугублялась изменением расположения въездной аллеи в бывшую усадьбу (современная аллея ведет к зданию больницы, т. е. месту бывшей конторы, а не господского дома) и полным зарастанием территории бывших утраченных центральной части дома и восточного флигеля.
Недостаточность обеспечения некоторых деталей усадебного устройства визуальными источниками и словесными описаниями при-
водило к необходимости изучения истории бытования подобных конкретных построек или структурных элементов в других усадьбах того же времени. Так, Ю. А. Олсуфьев отметил в воспоминаниях, что во дворе конторы располагался «крытый бетонный бассейн на 500 ведер воды», накачиваемой насосами из реки. Мемуарист не дал, однако, никаких дополнительных сведений о бассейне. В традиционном историческом исследовании историки вполне могли бы ограничиться данным указанием владельца усадьбы. Для визуальной реконструкции усадьбы этого было недостаточно, и участникам поекта пришлось обратиться к изучению вопроса появления бассейнов в России.
Бассейны появились в России в конце
XVIII в. В частности, первые известные бассейны были сооружены в резиденциях царской семьи: документы 1785 г. отмечают бассейн в Мраморном дворце в Петербурге- в апартаментах Екатерины II в Зимнем дворце был построен банный комплекс, в который, по документам 1790-х гг., входили купальня, уборная и баня с бассейном. На протяжении
XIX в. для членов царской семьи устраивались и другие банные комплексы с бассейнами. В 1895 г. в Зимнем дворце был сооружен бассейн для Николая II, перестроенный и расширенный в 1898 г. Бассейн располагался в западной части дворца на антресолях первого этажа, был мраморным в виде квадрата со сторонами около 4 м и глубиной 165 см, с железобетонным чехлом, облицованным мрамором. Одновременно с сооружением этого бассейна, роскошный бассейн в мавританском стиле был сооружен в Александровском дворце в Царском Селе, вмещавший до 7000 ведер воды. Николай II очень любил плавать и часто пользовался бассейнами- плавать в них разрешалось и детям царской семьи [26].
Близость Ю. А. Олсуфьева к царскому двору — как сын флигель-адьютанта и гофмаршала при Александре III и Николае II, он воспитывался вместе будущим императором, — вполне допускала возможность того, что Ю. А. Олсуфьев мог видеть бассейны в Зимнем дворце и Царском Селе и пожелал соорудить подобный в своем собственном имении, тем более что его средства это позволяли. Первоначально в реконструкции был представлен плавательный бассейн, сде-
ланный по подобию бассейна в Царском Селе, меньшего размера (объемом около 500 ведер). Однако внимательное чтение мемуаров выявило ошибочность предположения: Ю. А. Олсуфьев ни разу не упомянул о купании в бассейне, зато указал на купание в реке [13, с. 160]. Старожилы с. Краснобуйцы вспоминают о существовании господской купальни на южном склоне р. Непрядвы, куда от дома вели каменная лестница и аллеи в виде ромбов, образующих восьмерку, украшенные цветниками и обсаженные сиренью. Следы спуска к купальне были видны еще в 1980-е гг. с противоположного берега реки. Кроме того, расположение бассейна на территории двора конторы, где помещались «графские» кухня, прачечная и конюшня, убедили в невозможности расположения в этом месте бассейна для купания членов графской семьи. Изучение бассейнов, созданных в начале XX в. в других провинциальных усадьбах, подтвердили предположение, что бассейнами в изучаемый период называли резервуары для воды разнообразного назначения — как для купания, фонтанов, так и для хозяйственных нужд.
Расположение бассейна в Красных Буй-цах рядом с прачечной, кухней и конюшней однозначно указывало на его сугубо утилитарное предназначение как хранилища воды, накачиваемой из реки. Обнаружение на территории двора современной больницы частично закрытых позднейшими постройками остатков кирпичной кладки бордюра бассейна выявило его небольшой диаметр (около 3 метров), что исключало возможность использования бассейна для купания. Его расположение на территории хозяйственного двора объясняло и необходимость сделать бассейн крытым, для сохранения чистоты воды и предохранения мелкого скота и птицы от падения в него. В результате данных исследований при реконструкции был выбран вариант не здания бассейна для купания, а углубленного в землю резервуара для воды, накрытого плоской крышкой, воссозданного на месте сохранившихся остатков бордюра.
Другим подобным примером глубоких дополнительных исследований, необходимых при создании виртуальных моделей усадеб, может служить воссозданная модель водяной мельницы, о которой также упоминал
в своих воспоминаниях Олсуфьев [13, с. 23]. Для пейзажа средней полосы России традиционными являлись ветряные мельницы, широко распространенные в дворянских имениях и прилегавших к ним селах и деревнях [27]. Обнаружение переписки первого основателя усадьбы А. М. Голицына с приказчиком показали, что первоначально в Красных Буйцах также имелась ветряная мельница. Так, в 1785 г. в связи с ее поломкой А. М. Голицын «предписал приказчику дать «обстоятельный отчет сколь мельница полезна», высказать мнение, не полезнее ли отдать ее в наем. Ответ управлявшего был неутешителен: прибыль, получаемая за помол господского и крестьянского хлеба, меньше стоимости ее содержания, и обилие в округе водяных мельниц делают сомнительными перспективы ее коммерческого использования» [14, ф. 1263, оп. 1, д. 5924, л. 10−11, 12]. Источники экономического характера, в т. ч. более позднего периода, описывавшие с. Красные Буйцы и прилегавшие к ним имения [23- 28- 29], не давали сведений о ветряных мельницах в указанных имениях, зато указывали мельницы водяные, расположенные на р. Непрядве [16, т. 1, с. 17- 19- 23]. В результате данных исследований в реконструкции не были использованы модели ветряных мельниц, а была реконструирована водяная мельница.
Для воссоздания ландшафта местности, на которой располагалось имение Красные Буйцы, необходимо было учесть особенности растительного покрова в имении и сельскохозяйственных культур, выращиваемых в нем. В частности, в начале XX в. основу агрономической деятельности в регионе составляло выращивание зерновых — ржи на озимом поле и овса, проса на яровом. Пшеница была распространена редко. Картофель высаживали как на огородах, так и в поле, причем в Красных Буйцах картофель высаживали на обширных площадях, что позволяло содержать крахмальный завод. Из огородных культур наиболее популярным видом была капуста [16, т. 1, с. 55−56]. В имении также было развито садоводство, выращивали, в основном, яблони, имелась пасека [13, с. 23, 101, 113]. В реконструкции были воссозданы именно эти сельскохозяйственные культуры.
Данные примеры, одни из многих, показывают своеобразие исторических исследований, необходимых для создания пространственных реконструкций утраченных усадеб.
Еще с большими трудностями участники проекта столкнулись при реставрации двор-цово-паркового ансамбля в Богородицке.
Как уже отмечалось выше, дворянские усадьбы XVIII — начала XX в. являются не только памятниками истории, природы и культуры, но и представляют собой когда-то живые комплексы архитектурного, природного и экономического характера, сочетавшие в себе эстетические и чисто утилитарные компоненты, менявшиеся во времени и в пространстве. Садово-парковые ансамбли бывших усадеб среднерусской полосы России являются наиболее изменчивой их частью в силу естественных изменений в растительном покрове, структуре почв и гидроресурсов. Созданный первоначально в 17 701 780-х гг. как путевая резиденция Екатерины II по проекту архитектора Е. И. Старова и управляющего имением А. Т. Болотова двор-цово-парковый ансамбль в Богородицке претерпел за два с лишним века своего существования значительные изменения. Утрата элементов структуры парка и малых форм парковой архитектуры, созданных Болотовым, началась еще в начале XIX в., после ухода Болотова с должности управляющего имением. До наших дней из более 70 строений и парковых объектов дошло лишь несколько построек, частично утративших свой первоначальный облик. В их числе здание дворца, надвратная башня, Казанская церковь (1774−1778), здание волостного училища (1783) и хлебные магазины. Разрушенные в 1941 г. дворец и надвратная башня были отреставрированы в 1970-х гг., однако в силу технических причин их восстановление в полном объеме оказалось невозможным, не удалось также воссоздать внутренние интерьеры в их исторической достоверности. Территория пейзажного парка несет на себе лишь следы расположения бывших каскадных прудов и водопадов, цветочных террас, разнообразных аллей и клумб, декоративных руин, затейливых парковых сооружений, т. е. всего великолепия созданного А. Т. Болотовым парка, заслужившего ему название «чуда здешнего края» [30, с. 68].
Примером естественной изменчивости ландшафта парка в Богородицке, не позволяющей использовать метод обследования местности и следования ее контурам, может служить изменение уровня воды в р. Уперте и берега пруда перед дворцом, что привело к исчезновению дороги, проложенной Болотовым вдоль всего парка с восточной (над рекой) стороны. Болотов так описывал эту дорогу: «Самая нижняя дорога, сделанная на-ровне почти с водою, в круг всего сада- и прикрытая с нагорной стороны широкою и нарочито возвышенною плотиною нижнего пруда, усажена сплошь лесом, а с (о) стороны большего пруда усаженная беспрерывным рядом ив- и поелику она так широка, что по ней ездить можно, то и может служить для прохладного под тению древ гулянья» [31, с. 197]. В настоящее время данной дороги не существует.
Другой пример — «копаный прудок» около Казанской церкви, в который Болотов высадил «карпий» и по обоим сторонам которого были выстроены здания волостного училища и богадельни [31, с. 197]. Пруд существовал еще до приезда Болотова в Богородицк и имел четкую прямоугольную форму, хорошо видную на плане г. Богородицка 1783 г. (Парк им. А. Т. Болотова в г. Богородицке. Проект реставрации. Т. 3. Историческая записка. (1982). рис. 1).
Современные карты, в т. ч. карта Гугла [32], показывают, что сегодня пруд потерял свои прямоугольные очертания.
Изменения, внесенные в структуру парка человеком, еще серьезнее изменили его ландшафт. Одним из важных структурных нарушений является прорубка аллей в местах отличных от тех, в которых они были при Болотове. Обелиск, сооруженный Болотовым в дальней части парка около Церериной рощи, служил центром лучеобразно расходившихся от него аллей, прорубленных через весь парк, и был виден с конечных точек аллей, в центрах которых были помещены архитектурные акценты [33, с. 167]. В настоящее время лучеобразные аллеи, имеющиеся в дальней части парка, не ориентированы на Обелиск и другие утраченные визуальные акценты, будучи прорублены в новых местах произвольно.
Парк, будучи рукотворным созданием человека, является не только природным, но
и культурно-социальным феноменом. В своих мемуарах А. Т. Болотов подробнейшим образом описывает процесс создания парка весной 1784 г. [34], и мы видим, сколько людей было задействовано в работах, как обширные знания, выдумка и большой труд самого Болотова преобразуют природу, создают объект культуры и искусства. Парк в Богородицке в равной степени являлся и объектом истории, т. к. носил на себе явственные черты знаний, умений и моды вполне определенного исторического периода, а усадьба в Богородицке в целом полноправно может считаться «культурным гнездом», распространявшим знания и культуру в среде провинциального и даже столичного дворянства [35, с. 3−16, 33]. Широко известно, что Болотов публиковал свои идеи по организации садов и парков в «Экономическом магазине» и Трудах Вольного экономического общества [36, с. 266−269]. Менее известно, что некоторые дворяне руководствовались советами Болотова при создании садов и парков в своих имениях. В частности, сын непосредственного начальника Болотова по управлению Богородицком кн. Сергея Васильевича Гагарина кн. Сергей Сергеевич в своем подмосковном имении Никольское-Гагарино Вишники тож (Звенигородский / Рузский у.) в 1774—1776 гг. создал архитектурный комплекс в стиле классицизма по проектам Старова, регулярный парк был разбит по рекомендациям Болотова [37].
Реконструкция парка — дело чрезвычайно сложное. Реконструкцией парка в Богоро-дицке до нас занимались, по крайней мере, два серьезнейших коллектива — группа специалистов Института «Спецпроектреставра-ция» под руководством Л. К. Виноградовой, создавшая в 1980-х гг. проект реставрации парка и проделавшая колоссальную работу по восстановлению дворцово-паркового ансамбля и реставрации дворца, в результате чего был открыт музей в Богородицке- и группа Российского научно-исследовательского института культурного и природного наследия им. Д. С. Лихачева под руководством Ю. А. Веденина, осуществившая уже в 2000-е гг. проект по созданию виртуальных образов парка Болотова [33]. В последнем проекте с помощью наложения акварелей Болотова на современные фотоснимки соответствующих им определенных участков парка
создавался эффект проявления старого («бо-лотовского») пейзажа сквозь новый, для чего с изображения необходимо как бы «стирать пыль современности» с помощью мышки. Проявляющиеся «болотовские» пейзажи, однако, остаются двухмерными и статичными.
В нашей реконструкции мы, безусловно, опирались на указанные работы предшественников. Наша задача по реконструкции парка, однако, отличалась от того, что было сделано до нас, т. к. мы пытались сделать пространственную модель реконструкции парка, т. е. представить дворцово-парковый комплекс объемно, в трехмерной проекции, позволяющей не только видеть элементы парка с разных сторон и в их историческом расположении относительно друг друга, но и представить весь комплекс как бы с высоты птичьего полета и иметь возможность передвигаться по нему и над ним.
Утрата главных парковых структурных (прудов, аллей, террас и др.) и визуальных компонентов (открывающихся перспектив, средоточий аллей, опорных визуальных точек, подчеркнутых архитектурными сооружениями малых форм и пр.) не давала возможности создать реконструкцию дворцово-паркового ансамбля, основанную на применении методов обследования местности и воссоздания на ней элементов паркового дизайна, следуя сохранившемуся ландшафту. Более того, созданный А. Т. Болотовым преимущественно в 1783—1785 гг. парк менялся и при жизни его создателя благодаря вносимым в него новым компонентам, перепланировкам и пр. Необходимость, однако, создания модели устойчивой композиции парка и всего дворцово-паркового ансамбля вызвала потребность выбора одного временного среза и реконструкции главного вида структуры парка и его основных компонентов. Источниковедческая и изобразительная база, давшая основу для реконструкции, — акварели Болотова с видами парка, «План сада Бого-родицкого», выполненный Болотовым в 1783—1785 гг., и составленное им же к нему «Описание, служащее в объяснение плана села Богородицкого…» и др., — представляют парк скорее в его планируемом виде, чем как реально существовавший ландшафт. Все это предопределило создание модели дворцово-паркового ансамбля Богородицка в том виде, как его Болотов задумал. Различные «вре-
менные срезы» реального существования парка и всей усадьбы в течение двух с лишним веков представлены в трехмерной модели с помощью наложения на нее компонентов «четвертого измерения» — изобразительных и текстовых материалов за разные периоды времени, относящихся к различным структурным элементам ансамбля. Наша модель позволяет представить дворцово-парко-вый ансамбль в Богородицке в виде сложной системы взаимосвязанных между собой компонентов архитектуры, природы и культуры, изменяющейся во времени и в пространстве, что не только дает образное пространственное представление о дворцово-парковом ансамбле, но будет способствовать его изучению и сохранению.
Усадебный комплекс охотничьей резиденции Великого князя Н. Н. Романова «Першинская охота» сложился лишь в конце XIX в. Первоначально усадьба существовала как типичное дворянское имение среднего достатка. В середине XVIII в. им владел первый предводитель дворянства Алексин-ского уезда (в 1767 г.) майор Петр Алексеевич Ходырев, имевший по 3-й ревизии 388 душ м. п. в Тульской провинции [14, ф. 248, оп. 109, д. 158, л. 501об.- ф. 1354, оп. 535, ч. 1, л. 28об.- ф. 291, оп. 1/11, д. 605, л. 132]. В конце XVIII в. усадьба была подарена Ека-
териной II банкиру И. Л. Лазареву, от которого она перешла к его дочери Елизавете, вышедшей замуж за И. И. Арапетова (род. 1775), губернского предводителя дворянства, а от них к их племяннику И. Д. Делянову (1818−1897), министру народного просвещения. Внучка Делянова, княжна Наталья Александровна Голицына, была замужем за князем Василием Александровичем Романовым, что, вероятно, послужило причиной приобретения усадьбы в 1887 г. Великим князем Николаем Николаевичем младшим. Псовая охота существовала в имении еще при Арапетовых, однако при Делянове была уничтожена, и Великий князь Николай Николаевич обустроил охотничье хозяйство заново. Национализация «Першинской охоты» в 1917 г., а затем и полная ликвидация в 1926 г. комплекса, функционировавшего в течение ряда лет в виде музея, послужили почти полной его утрате: дворец и большинство построек комплекса были полностью уничтожены, и в настоящее время сохранились лишь Казанская церковь, недавно восстановленная, фрагменты усадебной ограды и частично перестроенные три хозяйственных постройки. Подробное описание охотничьего хозяйства его последним управляющим, немногочисленный иллюстративный материал, архивные документы, представляющие
Таблица 1
Усадьба гр. Олсуфьевых Красные Буйцы
№ п/п Название объекта реконструкции
1 Господский дом, одноэтажный, состоявший из трех частей
2 Въезд в усадьбу
3 «Просторный двор», с северной стороны господского дома
4 Контора, двухэтажная
5 Кухня, господская
6 Конюшня с конным заводом
7 Прачечная, господская
8 Бассейн
9 Декоративный сад, «раскинутый вокруг дома»
10 Полукруглая площадка, с южной стороны дома
11 «Старый» яблоневый сад, с южной стороны дома
12 Сиреневая аллея
13 Фруктовый сад «с прямыми аллеями, обсаженными березами и липами»
14 Епифанский тракт
15 Село с крестьянскими домами и хозяйственными постройками вдоль Епифанского тракта
16 Церковь Архангела Михаила 1795 г.
17 Детский приют для девочек-сирот, двухэтажный
18 Школа, каменная, двухэтажная
19 Водяная мельница
20 Купальня, господская, на р. Непрядве
Таблица 2
Богородицкий дворцово-парковый ансамбль
№ п/п Название объекта реконструкции
1 Дворец
2 Парадный въезд в парк
3 Дом управляющего
4 «Собственные садики» А.Т. Болотова
5 Большой пруд на р. Уперте
6 «Копанный прудик»
7 Церковь Казанской Божией Матери
8 Волостное училище
9 Богадельня
10 Террасированный склон перед дворцом
11 Береговая дорога
12 Декоративные руины
13 Водопады
14 Нижний пруд
15 Верхний пруд
16 Беседка-ротонда
17 Павильон
18 Грот
19 Обелиск
20 Церерина роща
21 Павильон «Жилище Эхи»
22 Каменный мост
23 Источник Наяд
24 Обманные украшения
25 Лабиринт
26 Плодовый сад
27 Оранжерея
28 Скульптура малых форм
29 Аллеи
30 Скамейки
Таблица 3
Охотничья резиденция Великого князя Н. Н. Романова «Першинская охота»
№ п/п Название объекта реконструкции
1 Дворец
2 Дворцовая ограда
3 Фонтан
4 Церковь Казанской Божией Матери
5 Дом управляющего
6−14 Дома № 1−9 для содержания борзых
15−16 Дом № 10 и дом для английских борзых «Собственной» своры
17 «Большой выпуск»
18 Охотничий амбар
19 Щенятник
20 Помещение для двух стай гончих
21 Псарный двор для собак-инвалидов
22 Кошеварка с избой
23 Каменный амбар для продуктов
24 Сарай для фур и охотничьих саней
25 Конный двор
чертежи и обмеры некоторых построек, а также тщательное обследование местности позволили, несмотря на некоторые трудности, создать модель реконструкции главной части усадьбы на момент существования там обширного охотничьего хозяйства [38- 39].
Наши исследования позволили также выявить принадлежность реконструируемых усадеб к различным типам усадеб средней полосы России XVIII — начала XX в., что проявилось как в истории их создания и бытования, так и в структурных характеристиках. Последние были выявлены и описаны в сценарных планах реконструкций имений, созданных в ходе реализации проекта. Данные сценарные планы содержали название реконструируемых объектов, их описание в источниках, фиксацию их современного состояния, а также выявленные графические изображения объектов как из исторических источников (карты разных периодов времени, гравюры, живописные изображения имений, фото конца XIX — начала XX в. и т. п.), так и современных фото- и видеоматериалов. Приведенные ниже таблицы отражают перечень объектов, выбранных для реконструкции в трех усадьбах Тульской губернии, определявших основные особенности структуры данных усадеб и их функционирования.
Из приведенных табл. 1−3 хорошо видны различия в функциональных назначениях трех реконструируемых усадеб. Все три усадьбы принадлежали богатым представителям аристократии или даже царской семьи, поэтому перед нами примеры весьма обширных усадебных комплексов как по занимаемым ими территориям, так и по многочисленности и разнообразию имеющихся в них построек и компонентов. Усадьба Красные Буйцы создавалась и существовала как типичная богатая дворянская усадьба средней полосы России, обустроенная, по крайней мере, в последний период своего существования, для удовлетворения, прежде всего, экономических, но и, в большой степени, социальных потребностей ее владельцев. Главные компоненты усадьбы — барский дом, конюшня с конным заводом, хозяйственные постройки, контора, мельница, фруктовые сады, окрестные поля и т. п. — были призваны обеспечить комфортабельное, экономически целесообразное существование семьи. Об этом же говорят и постоянно подчерки-
ваемые Ю. А. Олсуфьевым в мемуарах простота обстановки и удобство всего устройства дома и усадьбы. Ю. А. Олсуфьев стремился также к рациональному ведению хозяйства, применял в имении передовые агрономические технологии, выписывал из-за границы новейшие сельскохозяйственные машины. В то же время большое внимание уделялось социальным вопросам существования имения и его обитателей — обновлялись дома крестьян (в начале XX в. крыши их домов были покрыты железом), для окрестных жителей были выстроены больница (находилась вне имения Красные Буйцы и реконструкции не подлежала), школа и приют для детей-сирот. Компоненты эстетического характера не являлись необходимым условием бытования усадьбы, хотя и присутствовали в ней в виде цветников, декоративных кустарников и аллей. Удовлетворение эстетической потребности хозяев шло за счет собрания собственных коллекций произведений искусства и естественной живописности местности, лишь слегка облагороженной владельцами.
Усадебный комплекс в Богородицке с самого начала своего существования строился на совершенно иных принципах — как резиденция временная и развлекательная. Для управителя имением Болотова усадьба превратилась на двадцать лет в место постоянного проживания, однако его работы по созданию всего дворцово-паркового ансамбля (а он явился не только создателем парка, но и принял самое живое участие в строительстве Казанской церкви, лично участвовал в росписи ее интерьеров, занимался закупками мебели и предметов искусства для интерьеров дворца) выполняли, в первую очередь, эстетическую функцию. Последняя проявилась в организации трудоемких и дорогостоящих работ по созданию фальшивых руин, каскадных прудов, искусственных водопадов и пр., полностью лишенных экономического смысла. Эстетические соображения выступили на первый план и при создании Болотовым регулярного плана города Бого-родицка, главные улицы которого были ориентированы на пять окон главного зала, стоявшего на противоположной стороне пруда дворца. Развлекательная функция усадебного комплекса определяла и его ежедневное существование — разведя лишь небольшие огороды и сады для обеспечения, прежде всего,
своей семьи продуктами питания, Болотов занял основное пространство усадьбы под декоративные парки и затеи, которыми почти ежедневно развлекал многочисленных гостей усадьбы. Элементы искусства внедрялись в структуру усадьбы, определяли ее цель и преобразовывали природу, подчиняя себе все другие функции существования данного усадебного комплекса.
Комплекс «Першинская охота» создавался также с развлекательными целями, однако их иная природа определила и качественно иные структурные элементы усадьбы, и их функциональность. Даже главная резиденция Великого князя — усадебный дворец в распределении и назначении комнат соответствовал главной теме комплекса — разведению элитарных пород охотничьих собак, поэтому главные помещения во дворце были отведены для выставок и осмотров собак, а также размещения охотничьего оружия и трофеев. Все остальные постройки в усадьбе, за исключением церкви, были строго подчинены той же цели. Экономические компоненты усадьбы — фермы для коров, обширные луга и поля — должны были, в первую очередь, обеспечить условия для выращивания собак (молоко предназначалось для выкармливания щенков) и охоты. Эстетический компонент присутствовал в организации зеленых насаждений на территории хозяйства — по отзыву управляющего, трудно было поверить, что находишься в охотничьем питомнике, а не в парке, однако он допускался в усадьбе ровно настолько, насколько не мешал организации собаководческого питомника, и был строго подчинен задачам последнего.
Различные типы функционирования реконструируемых усадеб определили и различные способы их трехмерного моделирования: при разработке моделей реконструкций исследователям не только пришлось изучать совершенно разные типы построек, существовавших на территориях указанных усадеб, но и учитывать ярко проявлявшуюся специфику каждого из объектов реконструкции, что потребовало предельного внимания к деталям, проведения серьезных исторических, архивных и искусствоведческих исследований, тщательного обследования местности усадеб и учета ее специфики и изменчивости. В результате реализации проекта были
накоплены многочисленные и разносторонние новые знания из различных областей функционирования усадебных комплексов и созданы научно достоверные пространственные модели, дающие возможность образно представить существование утраченных усадеб XVIII — начала XX в. как сложных социально-экономических, культурных и природных комплексов, во всем их своеобразии. Проводимые работы явились уникальными в России разработками компьютерных моделей усадеб, построенными на кропотливой исследовательской работе с применением новейших компьютерных технологий, научно выверенными и документально обоснованными, воссоздающими исторический облик усадеб, который поможет не только изучению усадебной культуры России XVIII—XX вв., но и сохранению памятников истории, культуры и природы, хотя бы в виртуальном виде. Возможно, разработки компьютерных реконструкций усадеб вызовут чье-то желание восстановить разрушающиеся усадьбы в реальном виде, возродить их утраченные гармонию и красоту.
1. Konchakov R., Mizis I. Urban Historical Objects'- Virtual Reconstruction Problems: Ways of Solution // Cities & amp- Societies in Comparative Perspective 11 International Conference on Urban History. Prague, 2012.
2. Жеребятьев Д. И., Кончаков Р. Б. Использование технологий создания 3D игр как инструмента сохранения и реконструкции исторических памятников // Информационный бюллетень Ассоциации «История и компьютер». 2006. № 34. С. 12−13.
3. Кончаков Р. Б., Жеребятьев Д. И. Применение методики трехмерного застройки и восстановления культурного наследия // Круг идей: методы и технологии исторических реконструкций. М., 2010. С. 218−237.
4. Глаголева О. Е. Русская провинциальная старина. Очерки культуры и быта Тульской губернии XVIII — первой половины XIX в. Тула, 1993.
5. Пиксанов Н. К. Областные культурные гнезда: историко-краеведческий семинар. Москва- Ленинград, 1928.
6. Barnes J. Class and Committees in a Norwegian Parish // Human Relations. 1954. Vol. 7.
7. Boissevain J. Friends of Friends. Oxford, 1974.
8. Social Networks in Urban Situations // ed. J.C. Mitchell. Manchester, 1969.
9. Баранова Е. В., Жуков Д. С., Канищев В. В., Лямин С. К. Пространственное распределение дворянских имений России в конце XVIII -начале XX в.: источники и современные методы изучения (на материалах Тамбовской и Тульской губерний) // Fractal simulation. 2012. № 2.
10. Phythian-Adams Ch. Societies, Cultures and Kinship, 1580−1850: Cultural Provinces and English Local History. L., 1993.
11. Глаголева О. Е. Локальные дворянские сообщества в русской провинции второй половины XVIII в. // Провинциальное дворянство второй половины XVIII в. по материалам Уложенной комиссии 1767−1774 гг.: в 3 т. Т. 3: Культура и быт дворянства в русской провинции XVIII в. / науч. ред. О. Е. Глаголева, ред. И. Ширле. М., 2014.
12. Будюкина Н. Н., Глаголева О. Е., Канищев В. В., Мизис Ю. А. Источниковедческий анализ исторических документов как информационного потенциала для компьютерной реконструкции русской дворянской усадьбы конца XVIII — начала XX в. (по материалам Тамбовской и Тульской губерний) // Вестник Тамбовского университета. Серия Гуманитарные науки. Тамбов, 2013. Вып. 1 (117). С. 256−268.
13. Олсуфьев Ю. А. Из недавнего прошлого одной усадьбы. Буецкий дом, каким мы оставили его 5 марта 1917 г. М., 2009.
14. РГАДА (Российский государственный архив древних актов).
15. Фомин Н. К. К истории землевладения Епи-фанского уезда по данным III и IV ревизий // Н. И. Троицкий и современные исследования историко-культурного наследия Центральной России. Тула, 2002. Т. 2: История, этнография, искусствоведение.
16. Наумов А. Н. Историческая записка по объекту культурного наследия «Достопримечательное место «Поле Куликовской битвы», расположенного по адресу: Тульская область, Богородицкий, Кимовский, Куркинский районы. Т. 1−2. Тула, 2012.
17. План Генерального межевания Епифанского уезда. URL: http: //gdenashel. ru/starie-karti/4045 -pgm-epifanskij-uezd-2-vyorstnaya. html. Загл. с экрана.
18. Олсуфьев Ю. А. Буецкий дом, каким мы оставили его 5 марта 1917 г. // Наше наследие. 1994. № 29. С. 95−121- № 30. С. 97−123.
19. Олсуфьев Ю. А. Из прошлого села Красного, Буйцы тож (Архангельского прихода) и его усадьбы. 1663−1907. М., 1908.
20. ГАТО (Государственный архив Тульской области).
21. Список помещичьих имений Тульской губернии. М., 1860.
22. Список населенных мест Российской империи. Т. 44. Тульская губерния. Спб., 1862.
23. Чернопятов В. И. Алфавитный список гг. дворян с указанием местонахождений их поместий в Тульской губ. 1903−1910. М., 1910. T. 4 (13).
24. Чижков А. Б. Тульские усадьбы. Каталог с картой расположения усадеб. Тула, 2011.
25. Список фабрик, заводов и других промышленных предприятий Тульской губернии. По данным Всероссийской промышленной и профессиональной переписи 1918 г. Тула, 1919.
26. Зимин И. В. Повседневная жизнь Российского императорского двора. Детский мир императорских резиденций. Быт монархов и их окружение. М., 2010. URL: http: //www. plam. ru/ cultur/detskii_mir_imperatorskih_rezidencii_byt _monarhov_i_ih_okruzhenie/index. php. Загл. с экрана.
27. Кузнецова Е. И. Хозяйственно-экономическая жизнь провинциальных дворян Тульской и Орловской губерний (по материалам «Экономических примечаний» Генерального межевания) // Провинциальное дворянство второй половины XVIII в. по материалам Уложенной комиссии 1767−1774 гг.: в 3 т. Т. 3: Культура и быт дворянства в русской провинции XVIII в. / науч. ред. О. Е. Глаголева, ред. И. Ширле. М., 2014.
28. Военно-статистическое обозрение Тульской губернии 1852 г. / сост. А. Н. Лепехин, М. Б. Тенцер. Тула, 2010.
29. Материалы для оценки земель Тульской губернии. Т. III. Епифанский уезд. Вып. I. Крестьянское хозяйство. Подворная перепись 1911 г. Пообщинные таблицы и текст. Тула, 1914.
30. Глаголев А. Г. Записки русского путешественника. 1823. Цит. в статье: Барон Н. Врангель. Старые усадьбы. Очерки русского искусства и быта // Старые годы. 1910. Июль-сентябрь.
31. Болотов А. Т. Описание, служащее в объяснение плана села Богородицкого… (Публикация текста и вводная статья И.Н. Слюньковой) // Русская культура последней трети XVIII века — времени Екатерины Второй: сборник статей. М., 1997.
32. URL: https: //maps. google. com (дата обращения: 18. 09. 2013).
33. Веденин Ю. А., Воробьева Е. А., Пчелкин С. А. Новые подходы к реставрации и представлению исторических парков // Русская усадьба: сборник Общества изучения русской усадьбы / науч. ред. -сост. М. В. Нащокина. СПб., 2011. Вып. 16 (32). С. 167.
34. Болотов А. Т. Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков: в 3 т. Т. 3: 1771−1795 / примеч.
П. Жаткина, И. Кравцова. М., 1993. ШЬ: http: //az. lib. rU/b/bolotow_a_t/text_0130. shtml. Загл. с экрана.
35. Глаголева О. Е. А. Т. Болотов — ученый, писатель, энциклопедист // Отечественная история. 1988. № 11.
36. Щеблыгина И. В. А. Т. Болотов. Гармония мира и души. М., 2003.
37. Памятники архитектуры Московской области. М., 1975. Т. 2.
38. Кузнецова Е. И. Имение Першино — опыт исторической реконструкции // Известия Туль-
ского государственного университета. Гуманитарные науки. Тула, 2013. Вып. 1.
39. Кузнецова Е. И. Виртуальная реконструкция усадьбы Першино Тульской губернии: исторический аспект // Известия Тульского государственного университета. Гуманитарные науки. Тула, 2013. Вып. 4.
Поступила в редакцию 28. 09. 2013 г.
UDC 930. 2:51+94(470)
EXPERIENCE OF SPACE RECONSTRUCTION OF HISTORICAL ESTATES OF CENTRAL RUSSIA: ESTATE OF OSUFYEVS IN KRASNYE BUITSY, PALACE AND PARK ENSEMBLE IN BOGORODITSK AND HUNTING RESIDENCE OF GREAT PRINCE N.N. ROMANOV & quot-PERSHINSK HUNT& quot- OF TULA REGION
Olga Evgenyevna GLAGOLEVA, Toronto University, Toronto, Canada, Candidate of History, Doctor of Philosophy, e-mail: olga. glagoleva@utoronto. ca
Elena Aleksandrovna KOVACH, Moscow, Russian Federation, Photo-artist, e-mail: olga. glagoleva@utoronto. ca
As a subject of analysis three estates of Tula region are selected: estate of counts Olsufyevs in Red Buytsi, palace and park ensemble in Bogoroditsk, hunting residence of the Great Prince N.N. Romanov & quot-Pershinsk hunt& quot-. These complexes were & quot-cultural nests& quot-, which reveal the uniqueness of the reconstruction of socio-economic and cultural life in them, visually demonstrate the functioning of different types of Russian manors 18 — early 20 centuries.
By project of Tula and Tambov historians the geographic information systems and electronic cards are located on the territory of the two provinces of landlordism in different time slices 18 — early 20 centuries. The giving on them mansions-& quot-cultural nests& quot- allows you to see the & quot-cultural network& quot-.
Technique for creating computer restores historic estates of Russia developed during the reconstruction of the manor Red Buytsi. Therefore, the main focus is given to the reconstruction of the estate. Materials to rebuild the other two estates involved for comparison or underscore features reconstructions estates of another type.
To create a model of the manor Red Buytsi used description manor residence at the time of the last owners, the image of the ducal house, park stud, offices, churches, schools, shelter adjacent to the farm village. Based on them a three-dimensional computer model of the entire estate complex is created. Visits to the estate of the project participants, helping local residents allowed specifying the location of the majority of reconstructed objects, their size and purpose.
During the reconstruction of the park Bogoroditsk we first tried to present palace and park complex in the three-dimensional projection, allowing the park to see elements from different sides, in their historical location relative to each other to provide the full range of aerial.
Somewhat illustrations, drawings and measurements of some buildings, a thorough examination of the area helped to create a model reconstruction of the main part of the estate at the time of existence Pershino there extensive hunting.
During the reconstruction of estates new knowledge from different areas of functioning estate complexes, established scientifically credible spatial models, enabling figuratively imagine the existence of the lost estates of 18 — early 20 centuries as a complex socio-economic, cultural and natural systems, preserve the monuments of history, culture and nature, at least in a virtual form.
Key words: Russian noble estate- computer reconstruction- study methods and approaches- Tula province- cultural nests- social networks- visual aspect of history.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой