Концепт «Любовь» в русском и английском языках

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

«Для настоящего христианина бессмертие естественно и логично — пишет преподобный Иустин (Попович). — Это то, что обеспечивает и делает возможным бесконечное моральное усовершенствование, бесконечный моральный прогресс к Богу» [2]. Как свидетельствуют святые отцы о достижении ими святости, в результате подвигов молитвы, поста, борьбы с грехами и страстями, исполнением евангельских заповедей и стяжанием христианских добродетелей, человек ощущает себя бессмертным еще при жизни, живя в теле. Своим подвижничеством он преодолевает в себе то, что делает его смертным, и силою Божией возрастает в бессмертие и жизнь вечную. Ощущение себя бессмертным, по словам святого Исаака Сирина, связано с «ощущением Бога» [цит. по 2]. Это «ощущение Бога» достигается не тайным гностическим знанием, не магическими практиками или экзальтацией самовнушения, но даруется Богом по достижении подвижником евангельской чистоты души, по заповеди Христовой: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» [Мф. 5, 8].
Христианин движется по пути совершенства, преодолевая грех и злобу в душе и вокруг себя. Он стремится от добра к добру, от стяжания одной добродетели к другой. «Через всякую чистую мысль, чрез всякое святое чувство, через всякое доброе желание и благое слово он прогрессирует к воскресению, к бессмертию, к вечной жизни. Через всякую же грешную мысль, нечистое чувство, дурное желание и плохое слово человек скатывается в смерть без воскресения» [2].
Христианский путь подвижничества труден и долог, но он не мрачен и не беспросветен. Поддерживаемый Христом, он «весь залит радостью и восхищением» [2], как свидетельствуют о том идущие евангельским путем к святости.
Долгая история человечества показывает, что жизнь без Христа лишена бессмертия. В то время как гуманисты всех времен, включая нынешних трансгуманистов, обольщают и фактически обрекают следующих их красивым призывам и фантастическим проектам людей на вечную смерть, православная антропология указывает выверенный по Божественному Евангелию путь достижения Христова бессмертия. Следуя этим путем, святые угодники Божии, коих великое множество прославлено и почитается в русском народе, достигли блаженного бессмертия, о чем неоспоримо свидетельствуют их нетленные святые мощи, чудесно источающие благоуханное миро, и их святые молитвы, которыми во все века строилось и продолжает строиться наше православное Отечество. Их святым предстательством пред Богом и милосердием Божией и поныне следующие спасительным путем православные христиане вводятся «в благоуханный мир Христова бессмертия и вечности» [2].
Литература
1. Перетолчин Д. Ю. Химеры трансгуманизма. / Д. Ю. Перетолчин [Электронный ресурс] URL: http: //3im. info/52 594-konchita-vurst-zachem-nam-eto-pokazali. html
2. Преподобный Иустин (Попович). Философские пропасти. / Иустин (Попович), преподобный [Электронный ресурс] URL: http: //predanie. ru/iustin-popovich-prepodobnyy/filosofskie-propasti/#/book/
References
1. Peretolchin D. Ju. Himery transgumanizma. / D. Ju. Peretolchin [Jelektronnyj resurs] URL: http: //3rm. info/52 594-konchita-vurst-zachem-nam-eto-pokazali. html
2. Prepodobnyj Iustin (Popovich). Filosofskie propasti. / Iustin (Popovich), prepodobnyj [Jelektronnyj resurs] URL: http: //predanie. ru/iustin-popovich-prepodobnyy/filosofskie-propasti/#/book/
ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ. НАУКИ / PHILOLOGY
Зотова Е. С.
Бакалавр филологии,
Нижегородский государственный университет им. Н. И. Лобечевского КОНЦЕПТ «ЛЮБОВЬ» В РУССКОМ И АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКАХ
Аннотация
В данной научной статье предпринята попытка сопоставления концепта «любовь» в русском и английском языках на материале паремиологии и лексикографических данных изучаемых языков.
Ключевые слова: концепт, паремиология, лексикография
Zotova E.S.
Bachelor of Philology,
Nizhny Novgorod State University after N.I. Lobachevsky CONCEPT «LOVE» IN RUSSIAN AND ENGLISH
Abstract
The aim of this research article is to compare concept & quot-love & quot- in Russian and English as exemplified by paramiology and lexicography of studied languages.
Keywords: concept, paramiology, lexicography
Любой язык имеет свою специфику, обусловленную особенностями национального мышления, поэтому взаимосвязь языка и культуры, мировоззрения его носителей волнует исследователей-лингвистов на протяжении последних двух столетий. К вопросу о национально-культурной специфике обращались ученые, начиная с Гумбольдта и заканчивая представителями сравнительно молодых наук, таких как когнитивистика, теория межкультурных коммуникаций и лингвокультурология. В последние годы особенно возрос интерес к дисциплинам, которые изучают национальный язык в тесной связи с сознанием и познанием, с мышлением и менталитетом- данные подобных исследований особенно значимы, поскольку в настоящее время четко прослеживаются две разнонаправленные тенденции — с одной стороны, тяготение к глобализации, с другой — стремление сохранить самобытность, национальную специфику. В этом отношении становится особенно актуальным изучение концепта как ментального образования.
Концепт — понятие, с помощью которого философия и наука ХХ века пытаются объяснить единицу хранения информации в подсознании. Это стремление обусловлено характерной именно для этого времени идеей проникновения в самую сущность сознания с целью изучить, преодолеть всё, что делает его несвободным. Эту задачу отчасти ставят перед собой философия, культурология, психология, многие отрасли лингвистики. В зависимости от точки зрения, термин наполняется разным содержанием. Однако все точки зрения можно свести к некоему инварианту: концепт — это квант смысла, имеющий культурноспецифическую основу. В пределах лингвистики концепт также определяется неоднозначно, в зависимости от научного направления и исследователя. В рамках нашего исследования под концептом мы будем понимать «многомерный мыслительный конструкт, отражающий процесс познания мира, результаты человеческой деятельности, его опыт и знания о мире, хранящий информацию о нем» [6, с. 43].
Данное исследование посвящено концепту «любовь» в русском национальном сознании в сопоставлении с концептом «love» в сознании носителей английского языка.
Сфера чувств является благоприятным полем для исследования, поскольку именно в ней наиболее полно выражаются особенности национального сознания. А любовь как базовое чувство, передающее психо'--эмоциональные состояния человека, и
69
концепт, проявляющий себя в любой культуре, становится значимым объектом для исследования и выявления национальной специфики. Именно в этом состоит актуальность данного исследования.
Методы описания концепта сводятся к пяти основным: дефинирование, контекстуальный анализ, этимологический анализ, паремиологический анализ и, наконец, интервьюирование (анкетирование, комментирование) [5, с. 92]. В данном исследовании концепт любовь описывается при помощи двух методов: дефинирования и анализа паремиологии.
На первом этапе были изучены словарные значения соответствующих концептам лексем, эмпирической базой для чего послужили различные толковые словари русского и английского языков (толковые словари русского языка под редакцией С. И. Ожегова, Д. Н. Ушакова, С. А. Кузнецова и словари английского языка, среди которых Dictionary of the English Language by Houghton Mifflin, Kernerman Webster'-s College Dictionary и Oxford dictionary). Словарные статьи были обобщены, значения лексем классифицированы, что позволило проанализировать сходства и различия в понимании лексем в русском и английском языках, а следовательно, и выявить концептуальные различия.
В русском языке было выделено 6 групп значений: привязанность, расположение- привязанность, основанная на половом влечении- сердечное чувство- увлеченность чем-либо- предмет любви- пристрастие- интимные отношения- отношения между 2 лицами.
В английском значения лексемы love можно классифицировать следующим образом: привязанность, расположение- привязанность, основанная на половом влечении- сильное увлечение- отношения между двумя лицами- интимные отношения- предмет привязанности.
Оговоримся также, что в английском языке лексема love употребляется в переносном смысле при ведении спортивного счета в значении «зеро, ноль», как формула вежливости при ведении переписки и в значении имени божества. Однако эти пункты были намеренно вынесены за скобки, так как они не отражают те сущностные черты концепта, которые будут нас интересовать при дальнейшем сопоставлении: первые два связаны с традицией употребления, а третье носит скорее энциклопедический характер.
Итак, после обобщения словарных статей и классификации элементов семантики лексемы мы замечаем, что формально круг значений единиц совпадает. Однако при более подробном рассмотрении мы заметим, что это не так.
Во-первых, значение «привязанность, расположение» в статьях английских толковых словарей дробится на более мелкие -привязанность к одушевленному и неодушевленному объекту, например:
• A strong feeling of affection and concern toward another person, as that
arising from kinship or close friendship-
• An intense emotional attachment to something, as to a pet or treasure
object. (Dictionary of the English Language by Houghton Mifflin)
Эту же дифференциацию заметим и при описании значения «предмет привязанности»: в словарных статьях уточняется, что предмет может быть одушевленным и неодушевленным, в то время как в словарях русского языка такого уточнения мы не находим. Сравним:
• A person for whom one has strong feelings of affection- the object of enthusiasm (Dictionary of the English Language Houghton Mifflin)
• a person toward whom love is felt- the object of such liking or enthusiasm (Kernerman Webster'-s College Dictionary)
• A person or thing that one loves (Oxford dictionary)
• Внутреннее стремление, влечение, склонность, тяготение к чему-л. (Кузнецов)
• только ед. Склонность, расположения или влечение к чему-н. (Ушаков)
• Постоянная, сильная склонность, увлеченность чем-н. (Ожегов)
Еще одно отличие дефиниций заключено в семе «увлечение, увлеченность», в английском языке лексема love связана именно с сильным увлечением, что отражено в каждой из словарных статей:
• A strong predilection or enthusiasm (Dictionary of the English Language by Houghton Mifflin)
• A strong predilection, enthusiasm, or liking (Kernerman Webster'-s College Dictionary)
• A great interest and pleasure in something (Oxford dictionary)
И действительно, каждый владеющий английским языком человек переведет фразу «Я люблю кино» как «I like cinema», в то время как высказывание «I love cinema» будет отражать уже нечто большее, чем просто увлеченность. То есть в английском языке эта лексема, использованная по отношению к неодушевленному объекту, выражает большую интенсивность проявления чувства, чем в русском.
А теперь вернемся к дифференциации по признаку одушевленности/неодушевленности, о которой говорилось чуть выше. По всей видимости, она связана как раз с тем, что проявление любви наиболее типично по отношению к объектам одушевленным.
Паремиологический анализ — еще один из методов описания концепта. В энциклопедическом словаре-справочнике лингвистических терминов паремия определяется как «краткое крылатое высказывание, содержащее нравоучение, нравоучительное наблюдение или обобщение. Обычно паремия представляет собой устойчивое целое высказывание, часть известного выражения с ярко выраженной эксплицитной или имплицитной предикативностью» [10, с. 355]. Паремии интересуют нас, поскольку они обладают устойчивостью, вневременностью, им свойствен обобщающий характер. Кроме того, паремиологический фонд языка отражает ментальность народа на нем говорящего, что исключительно важно при исследовании концепта.
Источником формирования иллюстративного корпуса послужили паремиологические словари русского языка (В.П. Аникин, В. И. Даль, В.П. Жуков), а также словари пословиц и поговорок английского языка (Райдаут Р., Уиттинг К.- Престон Т., а также «Краткий оксфордский словарь пословиц»). В общей сложности было проанализировано 140 русских и 115 английских паремий на тему любви. Данный материал был обобщен и классифицирован.
При классификации паремий используется понятие «логема». Логема (термин П.В. Чеснокова) — логико-семантическая единица обобщённого характера, под которую могут быть подведены отдельные группы паремий. Однако стоит учитывать возможность субъективных оценок и восприятий семантики паремий, что подразумевает их сведение в логемы лишь в общем виде [9, с. 260].
Паремиологический анализ англоязычного материала дает основания к выделению 11 логем, среди которых: неподконтрольность (а man has choice to begin love, but not to end it- love cannot be forced) — немотивированность (love is without reason- affection blinds reason) — временной параметр (time, not the mind, puts an end to love- the heart that once truly loves never forgets) — цена любви (love is not found in the market- when poverty comes in at the door, love flies out of the window) — любовь меняет людей (love makes men orators- love makes a wit of the fool) — родительская любовь (a mother’s love is best of all- love the babe for her that bare it) — искренность (where love is, there is faith- where there is no trust there is no love) — невыразимость (whom we love best, to them we can say least- next to love, quietness) — брак — могила любви (marriage is the tomb of love- Love is a fair garden and marriage a field of nettles) — любовь ко всему, что связано с возлюбленным (he that loves the tree loves the branch- love me, love my dog) — негативная оценка любви (love is full offear- of soup and love the first is the best).
70
В русской паремиологии было выделено 12 логем: любовь в отношении к категории счастья/несчастья (где любовь да совет, там и горя нет- не любить — горе, а влюбиться — вдвое) — неподконтрольность (хоть топиться, а с милым сходиться- бояться себя заставишь, а любить не принудишь) — временной параметр (разлучит нас заступ да лопата- был милый, стал постылый) — тяжесть разлуки (не милое прялье, где милого нет- не мил и свет, когда милого нет) — немотивированность (любовь слепа- любовь ни зги не видит) — фундаментальность (совет да любовь, на этом свет стоит- каждое дело любовью освящается) — спонтанность, стихийность (какувидал, так сам не свой стал- влюбился, как сажа в рожу влепился) — любовь на основе сходства (равные обычаи -крепкая любовь- одна думка, одно и сердце) — побои (кто кого любит, тот того и бьет- кого люблю, того и бью) — уникальность объекта любви (ты у меня один одним, как синь порох в глазу- один, как перст, как маков цвет, как красное солнышко и пр.) — бескорыстие (для милого не жаль потерять и многого- ради милого и себя не жаль) — предопределенность (суженого и на коне не объедешь- кому на ком жениться, тот в того и родится).
При сопоставительном анализе паремиологии изучаемых языков замечаем, что и в том, и в другом случае выражены компоненты семантики, связанные с сердечным чувством (отношениями между полами). Именно это значение является ключевым для национального сознания и в том, и в другом случае. Кроме того, и в русском, и в английском языках одними из наиболее выраженных признаков любви являются ее неподконтрольность (паремии выражающие всесилие любви, утверждающие мысль о том, что она не знает границ), немотивированность выбора объекта привязанности (любовь слепа), важной чертой является и протяженность чувства во времени. Здесь заметим, что в паремиях изучаемых языков выражается как идея о бесконечности любви (старая любовь не забывается- old love will not he forgotten), так и о ее конечности (любовь — что стекло: разобьется — не срастется- one love expels another).
Остальные же логемы будут обнаруживать ряд различий. Так, в английском паремиологическом фонде не находим пословиц, отражающих связь любви со страданием, в то время как среди русских пословиц по количественной выраженности данная логема выходит на первый план. Здесь встречаем определение любви, как горя, страдания, несчастья, грусти, беды, муки. Любить, исходя из русских пословиц тяжело, тошно, печально. Положительная оценка любви представлена 3 пословицами (из 140 проанализированных), в то время как среди английских паремий только 3 выражают негативную оценку любви, но и они не связаны со страданием (love is full offear- of soup and love the first is the best- love and pride stock Bedlam).
Кроме того, среди русскоязычных пословиц о любви очень активно себя проявляет смысловой блок паремий, связанный с тяжестью разлуки, который не выражен в английской паремиологии. Этот блок, безусловно, связан с предыдущим («любовь как страдание»), но уже на примере конкретной бытовой ситуации.
Следующие три признака, не встречающиеся в английской паремиологии, имеют одинаковую количественную выраженность (5 паремий) — это фундаментальность любви- любовь на основе сходства- спонтанность/стихийность.
Интерес представляет логема, связанная с побоями (милый ударит — тела прибавит- милый побьет, только потешит- милого побои недолго болят). В этой группе пословиц утверждается, что побои это нормальное проявление любви. Таких паремий всего 5, в английской паремиологии нам не встретилось ни одной.
Наконец, последние 3 логемы, самые малочисленные среди русских, также не встречаются в паремиологическом фонде английского языка: предопределенность любовных отношений (любовь и судьба), бескорыстие (готовность делиться), уникальность объекта любви.
В то же время мы находим и специфические логемы в английской паремиологии. К ним относится логема «ценность» или, вернее, «цена любви». В английских пословицах с одной стороны утверждается, что у любви нет цены, ее не купить за деньги (love is neither bought nor sold), а с другой — о том, что материальный достаток на любви серьезно сказывается (love lasts as long as money endures). Притом соотношение единиц практически равное. Пословиц о бесценности любви шесть, о ее связи с материальной стороной жизни — пять. С этой логемой в русской паремиологии контрастирует логема «бескорыстие», которая вообще не выражена в английском паремиологическом фонде (для милого дружка, сережку из ушка).
Многочисленна по своему составу в английской паремиологии и логема «любовь как чувство меняющее людей», таких пословиц семь. В русском паремиологическом фонде эквиваленты отсутствуют. Кроме того, в английском языке четырьмя паремиями представлена логема «родительская любовь», отсутствующая в русском языке, утверждающая абсолютную силу любви матери по отношению к ребенку.
Интерес представляет логема «брак — могила любви». И хотя эта логема представлена всего тремя пословицами, она довольно показательна. Наконец, еще два признака отсутствующие в паремиологии русского языка — искренность (соотношение любви и правды) и невыразимость (невозможность выразить любовь словами, ценность молчания).
Исходя из вышеперечисленных особенностей паремиологии английского и русского языков, а также лексикографических данных можно сделать следующие выводы относительно концепта любовь в языковой картине мира носителей английского и русского языков:
1. Концепт любовь в сознании носителей английского и русского языков обнаруживает ряд сходств. В первую очередь любовь связана с межличностными отношениями. Любовь невозможно подчинить чьей-либо воле, она неподконтрольна человеку. Выбор объекта привязанности не мотивирован. Любовь в отношении ко времени рассматривается противоречиво: с одной стороны она бесконечна, с другой стороны — имеет свойство проходить.
2. Концепт любовь в представлении носителей английского языка связан с рядом специфических особенностей. Так, чувство любви наиболее типично по отношению к одушевленному объекту, в то время как любовь к неодушевленному объекту мыслится как чувство большей степени интенсивности, нежели в русском языке.
3. Любовь с точки зрения носителей английского языка нельзя купить, но вместе с тем, она зависит от материального показателя: бедность может послужить причиной разрыва любовных отношений. Иной причиной «гибели» любви может стать брак.
4. Английский концепт любовь отражает влияние этого чувства на человека. Любовь способна менять людей, делать их лучше, красноречивее, но в то же время ее невозможно выразить словами. Кроме того, любовь — чувство искреннее, основанное на честности и доверии. Высшее проявление этого чувства — родственная любовь.
5. В русском национальном сознании любовь носит более универсальный характер: привязанность можно испытывать как к одушевленному, так и к неодушевленному предмету, и хотя характер чувства будет при этом отличаться, его интенсивность не будет зависеть от объекта, на который оно направлено.
6. Для русского языкового сознания важна фундаментальность чувства любви.
7. Любовь для русского человека связана с негативными эмоциями, в первую очередь со страданием (в том числе от разлуки).
8. Выбор объекта любви c позиции носителя русского языка может быть связан с внешними или внутренними сходствами с ним. Объект любви уникален, единичен, никто не может его заменить. Встреча с ним предопределена самой судьбой.
8. В русском языке выражен признак стихийности, спонтанности возникновения любви.
9. Отличительной чертой русского концепта является выраженность смыслового блока, связанного с побоями. Побои мыслятся носителями русского языка как один из способов выражения любви.
10. Наконец, для русского сознания любовь бескорыстна: она связана с желанием делиться, и ее невозможно купить за деньги.
71
Таким образом, несмотря на то, что любовь — чувство базовое, и этот концепт так или иначе проявляет себя в любой культуре, нельзя говорить об идентичности концепта «любовь» в русском национальном сознании и национальном сознании носителей английского языка.
Литература
1. Аникин В. П. Русские пословицы и поговорки / под ред. В. П. Аникина. М., 1988. — 431 с.
2. Даль В. И. Пословицы русского народа: В 3-х т. Т. 3. СПб.: Динамит, 1997. — 523с.
3. Жуков В. П. Словарь русских пословиц и поговорок. М.: Сов. Энциклопедия, 1966. — 535 с.
4. Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1990. — 921 с.
5. Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. М.: Гнозис, 2002. — 389 с.
6. Красавский Н. А. Эмоциональные концепты в немецкой и русской лингвокультурах. Монография. Волгоград: Перемена, 2001. — 495 с.
7. Кузнецов С. А. Большой толковый словарь русского языка. СПб: Норинт, 2000. — 1536 с.
8. Райдаут Р., Уиттинг К. Толковый словарь английских пословиц / пер. А. П. Нехая, худож. С. Григорьев. СПб.: Лань, 1997. — 256 с.
9. Савенкова Л. Б. Языковое воплощение концепта // Проблемы вербализации концептов в семантике текста: Материалы международного симпозиума. Волгоград, 22−24 мая 2003 г.: в 2 ч. — Ч. 1. Научные статьи. Волгоград: Перемена, 2003. — С. 258 -264.
10. Тихонов А. Н. Энциклопедический словарь-справочник лингвистических терминов и понятий. Русский язык: в 2 т. / А. Н. Тихонов, Р. И. Хашимов, Г. С. Журавлева и др. — М., 2008. — 1654 с.
11. Ушаков Д. Н. Толковый словарь русского языка (4 т.) — М., 1935−1940.
12. Mifflin H. Dictionary of the English Language by Houghton Mifflin (Fifth Edition), 2001.
13. Oxford Concise Dictionary of Proverbs. Oxford University Press, 2003.
14. Oxford Dictionary of English. Oxford University Press, 2010.
15. Preston T. Dictionary of English Proverbs and Proverbial Phrases. March 27, 2012.
16. Webster K. Random House Webster'-s College Dictionary. April 27, 1999.
References
1. Anikin V.P. Russkie poslovicy i pogovorki / pod red. V.P. Anikina. M., 1988. — 431 s.
2. Dal'- V.I. Poslovicy russkogo naroda: V 3-h t. T. 3. SPb.: Dinamit, 1997. — 523s.
3. Zhukov V.P. Slovar'- russkih poslovic i pogovorok. M.: Sov. Jenciklo-pedija, 1966. — 535 s.
4. Ozhegov S.I. Slovar'- russkogo jazyka. M., 1990. — 921 s.
5. Karasik V. I. Jazykovoj krug: lichnost'-, koncepty, diskurs. M.: Gno-zis, 2002. — 389 s.
6. Krasavskij N.A. Jemocional'-nye koncepty v nemeckoj i russkoj lin-gvokul'-turah. Monografija. Volgograd: Peremena, 2001. -495 s.
7. Kuznecov S.A. Bol'-shoj tolkovyj slovar'- russkogo jazyka. SPb: No-rint, 2000. — 1536 s.
8. Rajdaut R., Uitting K. Tolkovyj slovar'- anglijskih poslovic / per. A. P. Nehaja, hudozh. S. Grigor'-ev. SPb.: Lan'-, 1997. — 256 s.
9. Savenkova L.B. Jazykovoe voploshhenie koncepta // Problemy verbali-zacii konceptov v semantike teksta: Materialy mezhdunarodnogo sim-poziuma. Volgograd, 22−24 maja 2003 g.: v 2 ch. — Ch. 1. Nauchnye stat'-i. Volgograd: Peremena, 2003. — S. 258 -264.
10. Tihonov A.N. Jenciklopedicheskij slovar'--spravochnik lingvistiche-skih terminov i ponjatij. Russkij jazyk: v 2 t. / A.N. Tihonov, R.I. Hashimov, G.S. Zhuravleva i dr. — M., 2008. — 1654 s.
11. Ushakov D.N. Tolkovyj slovar'- russkogo jazyka (4 t.) — M., 1935−1940.
12. Mifflin H. Dictionary of the English Language by Houghton Mifflin (Fifth Edition), 2001.
13. Oxford Concise Dictionary of Proverbs. Oxford University Press, 2003.
14. Oxford Dictionary of English. Oxford University Press, 2010.
15. Preston T. Dictionary of English Proverbs and Proverbial Phrases. March 27, 2012.
16. Webster K. Random House Webster'-s College Dictionary. April 27, 1999.
Лебедева К. В.
Студент, Ульяновский государственный университет
СРЕДСТВА ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТИ, ХАРАКТЕРНЫЕ ДЛЯ РУССКИХ ВОЛШЕБНЫХ
СКАЗОК
Аннотация
В статье рассмотрены специфические средства выразительности, отличающие волшебную сказку от других фольклорных жанров, а также являющиеся непременным условием полного анализа поэтики сказочных произведений.
Ключевые слова: русская волшебная сказка, средства выразительности, стилистический приём.
Lebedeva K.V.
Student, Ulyanovsk State University
EXPRESSIVE MEANS OF THE LANGUAGE TYPICAL OF RUSSIAN FAIRY TALES
Abstract
The article considers specific expressive means of the language, which help to differentiate fairy tale from other folklore genres, and which are supposed to be an indispensable attribute of complete fairy-tale works' poetics analysis.
Keywords: Russian fairy tale, expressive means, stylistic device.
Сказка, являющая собой драгоценный источник исторического опыта народа, бережно хранит идеалы и устремления, память и мысли народа её создавшего. Сказочные тексты, словно зеркало отражают культурно-познавательный опыт народа, его национальный дух с присущей ему уникальной символикой. Являясь особым эпическим жанром, сказка представляет собой образец духовных, культурных, эстетических ценностных ориентиров народа, в ней бережно хранится многовековое идейное наследие, отражающее менталитет и национальную культуру. Особую ценность сказочного текста представляет его язык и лексика, так как в них можно услышать живую народную разговорную речь, увидеть национальный колорит, традиции. Именно поэтому волшебная сказка имеет большую идейную ценность и художественную привлекательность. Отличительной чертой русских волшебных сказок является строгость, каноничность, именно это отличает их от других жанров сказки. Благодаря выработанной строгой и относительно замкнутой жанровой форме сказка занимает обособленное положение в системе жанров сказочного фольклора. Каноничность композиционного строения и стилистики этой наиболее типичной разновидности жанра придавали заметную непроницаемость для воздействия на нее [6].
72

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой