Организация защиты в советском судебном процессе в 1917-1918 гг

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК: 343. 16:34(09)" 1917/1918″
ОРГАНИЗАЦИЯ ЗАЩИТЫ В СОВЕТСКОМ СУДЕБНОМ ПРОЦЕССЕ В 1917—1918 гг.
А. В Семене, кандидат исторических наук Вятский государственный гуманитарный университет, г. Киров
Ключевые слова: судебная защита, адвокатура в СССР, декреты о суде № 1 и № 2, коллегии правозаступников. Аннотация: Анализируя особенности функционирования института судебной защиты в советских народных судах автор приходит к выводу о неизбежности возвращения к профессиональному представительству интересов в суде после опытов с организацией общественной защиты в первые годы советской власти.
Каждый гражданин в демократическом государстве имеет право на квалифицированную юридическую помощь. Для эффективной защиты прав и интересов физических и юридических лиц необходим специалист, знающий нормы материального и процессуального права и имеющий навыки участия в судебном разбирательстве. Вместе с тем, в истории России был период, когда корпоративные основы организации адвокатуры были отвергнуты и в качестве судебного защитника мог выступать любой гражданин, пользующийся политическими правами. Уникальный опыт поиска новых форм оказания правовой помощи в условиях трансформировавшегося российского общества начала XX века станет предметом нашего исследования.
Октябрьский переворот 1917 г. и приход к власти партии большевиков имели следствием радикальные перемены в организации судебного процесса, которые коснулись и института судебной защиты. В целом, для идеологов новой власти было характерно неприятие основных принципов организации и функционирования прежней адвокатуры. Среди основных направлений критики следует отметить, во-первых, состязательность судебного процесса, которая позволяла присяжным поверенным при определенном умении успешно выстраивать защиту заведомо виновных подсудимых. Во-вторых, неоднократно подчеркивалась аморальность профессии адвокатов, с готовностью защищавших интересы любого лица, способного оплатить их услуги. Причина, заставлявшая участников процесса обращаться за помощью к специалистам, по мнению советских правоведов, заключалась в невысоком уровне правовой грамотности населения и сложности судебных уставов, практическое применение которых требовало специальной юридической подготовки [1, с. 23−27].
Негативному опыту буржуазного судопроизводства большевики противопоставляли новый советский суд, характерными чертами которого стали: упрощенность судебной системы и судебного процесса, отсутствие кодифицированных сборников материального и процессуального права и расширение внесудебной расправы над противниками нового политического режима. Соответственно, должен был измениться и институт судебной защиты. Карательный характер советских судов минимизировал участие защитников как в ходе предварительного расследования, так и в судебном разбирательстве. С наибольшей последовательностью этот принцип проводился в специализированных судах -революционных трибуналах, главной задачей которых была борьба с противниками большевиков.
Упрощение судебной процедуры, широкое использование революционного правосознания, упрощение правовой системы, по мысли большевиков, позволяли
любому гражданину, не лишенному политических прав, участвовать в судебном процессе в качестве обвинителя или защитника. Поэтому существование корпорации профессиональных юристов-адвокатов становилось не нужным. Вместе с тем, в целях использования знаний и опыта имевшихся специалистов предлагалось их участие в судебном процессе в качестве «судей-ассистентов», главной задачей которых являлась дача научно обоснованных консультаций действующим народным судьям [1, с. 38]. Народный комиссар юстиции Д. И. Курский видел в правозаступниках помощников судей, которые должны помочь им выяснить все обстоятельства рассматриваемого дела [2, с. 19].
Идеологические представления о месте и роли защитников в судебном процессе легли в основу государственной политики большевиков в первые месяцы советской власти. Декретом о суде № 1 от 24 ноября 1917 г. упразднялись институты судебных следователей, прокурорского надзора, присяжной и частной адвокатуры [3]. Статья 3 декрета допускала в роли обвинителей и защитников в стадии предварительного следствия, а по гражданским делам — в роли поверенного, всех «неопороченных граждан обоего пола, пользующихся гражданскими правами».
В результате осуществления декрета о суде № 1 зимой 1917−1918 гг. в большинстве регионов России был разрушен институт «буржуазной адвокатуры», на смену которому пришел институт общественно защиты, дававший право выступления в судебном процессе на стороне обвиняемого практически любому лицу. Однако недостатки предлагаемого варианта организации судебной защиты выявились с первых дней работы советского местного суда. Во-первых, в условиях революции определить «неопороченность» граждан было достаточно трудно, так как архивы прежних судебных установлений либо были уничтожены, либо серьезно пострадали и практически не использовались новым судом. Это обстоятельство позволяло проникать в судебный процесс на стороне зашиты всякого рода «сомнительным личностям», в том числе имевших судимость, для которых судебное разбирательство было во многом достижением личных интересов. Во-вторых, отсутствие какой-либо защиты подсудимого вообще давало преимущество обвинению, которое на практике чаще всего представляли органы милиции. Один из первых московских народных судей А. Р. Кадич по этому поводу вспоминал: «При всем стремлении дать подсудимому возможность использовать все в свою защиту (показания родных, которые приглашаются всегда сказать свое слово о подсудимом, прямые подсказывания со стороны суда) — в общем подсудимые неравноправная сторона в процессе, где нет опытного защитника в
противовес обвинению, составленному милицией» [4, с. 29−30]. В-третьих, «отказ от организации институтов прокуратуры и адвокатуры имел своим последствием невозможность организации и какого бы то ни было общественного и государственного контроля над отправлением функций обвинения и защиты на суде» [5, с. 68].
Устранить выявленные недостатки был призван декрет о суде № 2, утвержденный на заседании ВЦИК 15 февраля 1918 г. В соответствии с частью седьмой декрета при Советах рабочих, солдатских и крестьянских депутатов создавались коллегии лиц, «посвящающих себя правозаступничеству как в форме общественного обвинения, так и общественной защиты». Избрание и отзыв членов коллегии находились в компетенции Советов. Правозаступники получали монопольное право выступления в суде за плату. Вместе с тем, ст. 28 декрета разрешала участие в судебных прениях одного обвинителя и одного защитника из присутствующих на заседании лиц [6]. Таким образом, наряду с созданием института профессиональных защитников, сохранялось ничем не ограниченное право выступления на стороне защиты людей, не имевших специальной подготовки.
Нормы декрета о суде № 2 в части организации коллегий правозаступников носили общий характер. Поэтому на местах развернулась широкая правотворческая работа по созданию положений, определяющих правила создания и функционирования возрождаемого института профессиональной судебной защиты. В качестве примера рассмотрим положение об организации коллегии правозаступников Вятской губернии.
В апреле 1918 г. судебная секция II губернского съезда рабочих, солдатских и крестьянских депутатов утвердила «Наказ для проведения в жизнь декретов о суде № 1 и 2 в Вятской губернии». В соответствии с указанным документом коллегия правозащитников в Вятке должна была формироваться губернскими советами. Право отзыва членов коллегии принадлежало советам или общим собраниям членов коллеги правозащитников «лишь по обнаружении предосудительных или преступных деяний, а также в случае явного несоответствия своему назначению, установленного Президиумом коллегии или Собраниями общих собраний окружных народных судов». Таким образом, введение данного пункта в текст «Наказа» свидетельствует о попытке обеспечения независимости правозаступников, предпринятой работниками прежних судебных установлений, привлекаемых к обсуждению принципов проведения судебной реформы в Вятской губернии весной 1918 г.
Органами самоуправления коллегии правозаступников должны были стать общее собрание членов коллегии и президиум коллегии. Общие собрания, согласно тексту «Наказа», могли быть ежегодные или чрезвычайные, кворум составлял простое большинство членов собрания коллегии. К компетенции общего собрания коллегии правозаступников относились вопросы формирования президиума коллегии, выработки инструкций, обязательных как для членов коллегии, так и для президиума, определения размеров вознаграждения за оказание юридических услуг, рассмотрения дисциплинарных дел в отношении правозаступников, проверки финансовой деятельности коллегии.
Президиум коллегии правозаступников в Вятской губернии состоял вначале из пяти, а позднее — из четырех лиц: председателя, его товарища и двух членов. По мысли составителей «Наказа», президиум должен был стать исполнительным органом коллегии правозаступников и осуществлял текущее управление ее делами. Назначение членов коллегии в качестве обвинителей, защитников или консультантов при каком-либо учреждении осуществлялось президиумом на основании инструкции, выработанной общим собранием членов коллегии.
В соответствии сп. 13 ч. IV «Наказа» все постоянные члены коллегии получали «из Народной Государственной казны вознаграждение по установленным ставкам без права выступления по каким-либо делам по соглашению за особую плату» [7]. Размер вознаграждения составлял 500 рублей в месяц. Также оплате за счет казенных средств подлежали путевые и непредвиденные расходы, связанные с выездом членов коллегии в уезды Вятской губернии.
Анализ правового статуса советских правозаступников в период весны-лета 1918 г. позволяет сделать вывод о том, что руководством страны была предпринята попытка создания института профессиональной адвокатуры в целях защиты интересов всех участников судебного процесса. Частично возрождались принципы независимости адвокатов, самоуправления и корпоративности. Однако становление института профессиональной судебной защиты на местах столкнулось с существенными трудностями. Во-первых, по словам наркома юстиции Д. И. Курского, самым больным вопросом организации коллегий правозаступников было уяснение их роли и места в системе новых советских органов, «будут ли эти правозаступники Советскими работниками, или это будут старые адвокатские учреждения при Советской власти». В качестве примера Курский приводит организацию судебной защиты в Саратове, где местный совет избрал в коллегию правозаступников несколько десятков человек и предоставил им самим заключать соглашения со своими клиентами «по собственному усмотрению». «Определенно выяснилось в ближайшее же время, что от такой организации получился старый институт адвокатуры. Правозаступники открыли приемные, стали принимать клиентов, явилась вывеска, и возродилась адвокатура в самой нежелательной форме, так как лучшие корифеи буржуазии туда не были включены, а попали маленькие люди, которые открыли лавочку и стали торговать правосудием» [2, с. 19]. Приведенный выше пример вятской адвокатуры представляет собой другой вариант организации работы советских правозаступников. Получая плату за оказание правовой помощи из местного бюджета, судебные защитники в данном случае превращались, по сути, в государственных служащих и в большей степени зависели от губернского совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.
Во-вторых, уже летом 1918 г. выявилась нехватка специалистов с юридическим образованием или опытом работы в судах, желающих выступать в судебном процессе в качестве защитников. По сообщениям исполнительных комитетов советов Орловского, Советского, Котельничского и Уржумского уездов к осени 1918 г. коллегии правозаступников образованы не были
по причине отсутствия лиц, способных по личным качествам и уровню образования участвовать в судебном процессе [8, с. 182−183]. В результате более миллиона жителей этих четырех уездов почти целый год оставались без квалифицированной юридической помощи.
В-третьих, недостаточное количество профессиональных юристов, лояльных новой власти, заставляло большевиков на местах обращаться за помощью к сотрудникам прежних судебных установлений. Так, в составе коллегии правозаступников Вятской губернии не было ни одного коммуниста, все члены коллегии имели юридическое образование или опыт работы суде. Приведем для примера состав коллегии правозаступников, образованной при Вятском окружном суде в сентябре 1918 г.: А. Ф. Жуковский (юрист, бывший присяжный поверенный окружного суда), М. А. Колпенский (выпускник юридического факультета МГУ), B.C. Курбановский (юрист, имел три года службы по ведомству Министерства юстиции), Н. П. Луппов (окончил юридический факультет Томского университета, бывший присяжный поверенный окружного суда), А. И. Огородников (бывший частный поверенный окружного суда), H.A. Сильвинский (имел десятилетний стаж работы в качестве частного поверенного), П. М. Гефсиманский (бывший частный поверенный), В. И. Лобовиков (юрист, бывший присяжный поверенный), П. И. Бобров (юрист, член коллегии правозаступников 1-го состава), М. В. Моралев (юрист, бывший присяжный поверенный), A.A. Катаев (юрист, был старшим кандидатом на должность судьи в Вятском окружном суде) [8, с. 179−180].
Присутствие старых судейских чинов в составе коллегий правозаступников способствовало возрождению некоторых принципов деятельности прежней адвокатуры. Попытки сохранить независимость правозаступников от административных органов, широкое применение норм «Свода законов Российской империи» и отказ от использования революционного правосознания приводили к конфликту между судебными защитниками и пролетарскими органами власти. К тому же, некоторые советские правоведы стали видеть в работе правозаступников не столько защиту интересов участников процесса, сколько внесение сомнений и затягивание судебного разбирательства [1, с. 23−27].
Обострение политической ситуации в условиях разгоравшейся гражданской войны потребовало от большевиков реорганизации судебной защиты в местных
народных судах. Положением «О народном суде РСФСР» от 30 ноября 1918 г. вместо коллегий правозаступников при советах рабочих и крестьянских депутатов создавались коллегии защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе. В отличие от первых декретов о суде, «Положение» четко указывало, что члены коллегии избираются советами на общих со всеми должностными лицами основаниях (ст. 41). Плата за участие в процессах членов коллегии взималась с обвиняемых и сторон по решению суда и зачислялась в доход республики по смете народного комиссариата юстиции [9]. Таким образом, функции судебной защиты оказались сосредоточенными в руках государственных служащих, и потребовалось два года, чтобы увидеть отрицательные стороны в принципе объединения обвинения и защиты в одном ведомстве.
Период революционных преобразований российского общества в конце 1917 — 1918 гг. был временем исканий, апробации различных вариантов построения и функционирования советской адвокатуры. Несмотря на критичное отношение к царским присяжным поверенным, лидеры партии большевиков, по мере приобретения опыта государственного управления, расставались с романтическими революционными иллюзиями и были вынуяедены признать необходимость защиты интересов обвиняемых и участников гражданского процесса профессионально подготовленными специалистами.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Молочков А. Адвокаты — правозаступники — судьи-ассистенты // Пролетарская революция и право. 1918. № 7. с. 23−45.
2. Курский Д. О едином народном суде // Пролетарская революция и право. 1919. № 1(11). с. 17−19.
3. «Собрание Узаконений» (СУ). 1918. № 4. ст. 50.
4. Кадич А. Р. О Народном Суде (Из личных впечатлений) // Пролетарская революция и право. 1918. № 2. с. 29−30.
5. Тагер A.C. Советская адвокатура за 20 лет // Социалистическая законность. 1937. № 11. с. 68.
6. СУ. 1918. № 26. ст. 420.
7. Г осу дарственный архив Кировской области (Г АКО). ф. 382. оп. 1. д. 33. л.З.
8. Юстиция: два века на службе закону. Из истории образования, становления, развития Министерства юстиции России и его ведомства на Вятской земле. Киров, 2002.
9. СУ. 1918. № 85. ст. 889.
DEFENSE IN SOVIET COURT PROCEEDINGS
A.V. Semeno, PhD in Historical Sciences Vyatka State Humanities University
Key words: judicial defense, advocacy in the USSR, Decrees on the court № 1 and № 2, bar associations of rights defenders.
Abstract: The author analyzes the peculiarities of functioning of the institute of judicial defense in Soviet people’s courts and comes to the conclusion about the necessity of returning to the professional representation of interests in courts after the experience of forming public defense in the first years of Soviet authorities.

Показать Свернуть
Заполнить форму текущей работой