Осмысление счастья с точки зрения буддизма

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 130.2 (09)
Комарова Любовь Анатольевна
Башкирский государственный педагогический университет им. М. Акмуллы
parislk@ mail. ru
ОСМЫСЛЕНИЕ СЧАСТЬЯ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ БУДДИЗМА
В данной статье рассматривается понятие «счастье» в религиозно-философском учении Будды. Автор показывает два основных определения счастья с точки зрения буддизма, раскрывает наиболее значимые причины счастья и несчастья человека, исследует взаимосвязь между состраданием и счастьем.
Ключевые слова: счастье, познание, несчастье, страдание, созидательное поведение, сострадание.
Не изведав несчастий, не достигнешь заветного счастья.
Саади.
Некоторые люди называют буддизм мрачной религией, которая говорит, что всё, что мы воспринимаем, — страдание, и не признаёт счастья вообще. Такое воззрение ошибочно. В буддизме действительно считается, что наше привычное, обыкновенное счастье — это страдание перемен. Такое счастье не удовлетворяет нас, потому что оно никогда не длится долго, и нам всегда его мало.
Буддизм — это религиозно-философское учение, возникшее в северо-восточной части Индии в VIV вв. до н.э. В ходе исторического развития, наряду с христианством и исламом, буддизм стал одной из наиболее распространенных религий. Согласно буддийской традиции, основателем буддизма является Сиддхартха Г аутама, прозванный Будда Шакьямуни (букв. «Просветленный мудрец из рода Шакьев»).
Нами проведен анализ научной литературы, посвященной буддизму. Назовем некоторых авторов и их труды: Г. М. Бонгард-Левин «Мудрецы и философы древней Индии», Э. Конзэ «Буддизм: сущность и развитие», Т. В. Ермакова «Буддийский мир глазами российских исследователей XIX-первой трети XX века», Е. П. Островская, В. И. Рудой «Классическая буддийская философия», О. О. Розенберг «Труды по буддизму», Е. А. Торчинов «Введение в буддологию» и др. В России исследователями буддизма являются: А. Н. Игнатович, В. Н. Андросов, В. Г. Лысенко, А. В. Парибок, А. М. Кабанов, С. Д. Серебряный, М. Е. Кравцова, М. Е. Ермаков, Р. Н. Крапивина, В. Л. Успенский и многие другие. Анализ литературы показал, что буддизм предоставляет много методов для преодоления ограничения обычного счастья, этого страдания перемен, достижения постоянно радостного состояния Будды. Но, невзирая на недостатки нашего обычного счастья, буддизм объясняет способы, как можно достичь и его.
С. Р. Аблеев отмечает, что буддизм учит этому, так как в соответствии с одной из его главных аксиом, каждый хочет быть счастливым и не желает страдать [1, с. 114]. И поскольку все ищут счастья, а мы, обычные существа, не знаем другого вида
счастья, кроме обыкновенного, буддизм показывает, как его достичь. Лишь удовлетворив желание счастья и потребность в нём, достигнув базового уровня обыденного счастья, мы можем стремиться к более глубокому и удовлетворяющему счастью с помощью продвинутых духовных практик.
А. Березин даёт два буддийских определения счастья [2, с. 28]. Одно определяется с точки зрения нашего отношения к объекту, другое — с точки зрения нашего отношения к самому этому состоянию ума или чувству.
Первое определяет счастье как познание объекта с удовлетворением, основанным на вере, что он полезен для нас, независимо от того, так это на самом деле или нет. Несчастье — это познание объекта с неудовлетворением, страданием. Когда объект переживается без удовлетворения и страдания, это нейтральное познание.
Второе устанавливает, что счастье — это чувство, которое мы желаем испытать ещё, как только оно заканчивается. Несчастье — это чувство, от которого мы хотим избавиться, когда оно возникает. А при появлении нейтрального чувства мы не испытываем ни одного из этих двух желаний.
По нашему мнению, оба определения взаимосвязаны. Когда мы познаём объект с удовлетворением, познание происходит так, что объект буквально «приходит к нам на ум» как приятный. Мы принимаем объект, и он легко остаётся объектом нашего внимания. Мы чувствуем, что переживание объекта приносит нам пользу: оно делает нас счастливыми, оно приятно. Поэтому мы хотим, чтобы благо от такого переживания продолжалось, и, если оно закончилось, желаем его возвращения. Проще говоря, мы получаем удовольствие от объекта и его познания.
Когда мы познаём объект со страданием, это неприятное переживание. Мы не принимаем объект, и он не остаётся объектом нашего внимания легко. Мы чувствуем, что познание объекта не приносит пользы, вредит нам. Мы хотим, чтобы оно прекратилось. Проще говоря, нам не нравится объект или его познание.
Р. Брамко обращает внимание на тот факт, что в буддизме основная причина счастья состоит
в созидательном поведении [3, с. 145]. Оно подразумевает воздержание от действий, слов и мыслей под влиянием таких беспокоящих эмоций, как страсть, привязанность, жадность, отвращение, гнев, наивность и так далее, когда мы не заботимся о том, как наше поведение в долгосрочной перспективе повлияет на нас и других. Основная причина несчастья состоит в разрушительном поведении. Например, страстно желая какую-либо вещь в магазине, мы преувеличиваем её хорошие качества и, пренебрегая юридическими последствиями, крадём её.
Когда мы не позволяем беспокоящим эмоциям влиять на наши поступки, речь и мысли, это создаёт привычку не поддаваться им и в будущем. В итоге при возникновении беспокоящей эмоция мы не действуем исходя из неё, и со временем сила беспокоящей эмоции ослабевает, а потом она вообще вряд ли возникнет. С другой стороны, чем больше мы будем действовать, руководствуясь беспокоящими эмоциями, тем чаще они будут возникать в будущем, тем сильнее станут.
Радхе Берме в своем учении о буддизме последовательно излагает, что при познании объекта с чувством счастья, у нас нет таких беспокоящих эмоций, как наивность, страсть, привязанность, жадность, отвращение и гнев [8, с. 94]. То, как мы познаём объект, основано на принятии его подлинной природы, без преувеличения и отрицания его хороших или плохих качеств. Такое познание возникает от привычки к созидательному поведению, когда мы действуем, разговариваем и думаем на основе принятия подлинной природы людей, вещей и событий, не преувеличивая и не отрицая их достоинств или недостатков.
А. И. Кочетов предполагает, что если длительное время вести себя определённым образом, создав привычку воздерживаться от преувеличения и отрицания положительных и отрицательных сторон различных явлений, то можно пребывать в счастливом состоянии ума, даже испытывая боль во время удаления зубного нерва. Возвращаясь к определению счастья, мы переживаем процедуру с удовлетворением, если верим, что она принесёт нам благо [4, с. 78].
И. А. Крывелев определяет, что мы привыкли воздерживаться от действий, разговоров и мыслей под влиянием беспокоящих эмоций и, стало быть, создали потенциал для счастливого переживания объектов и мыслей- но необходимы некоторые условия, чтобы этот потенциал созрел в переживание счастья [5, с. 113]. Как мы уже рассмотрели, счастье при познании объекта необязательно зависит от него самого. Скорее всего, оно зависит от того, принимаем ли мы подлинную реальность того, каков объект на самом деле, вне зависимости от того, что он собой представляет: это может быть болезненное ощущение от удаления зубного нерва
или образ любимого человека. Поэтому именно наше отношение и состояние ума определяет, счастливы мы или несчастливы в тот или иной момент, невзирая на то, какой объект мы видим, слышим, нюхаем, пробуем, ощущаем физически или обдумываем.
Радхе Барна указывал на то, что принимая реальность объекта без наивности, мы не преувеличиваем и не отрицаем его достоинства и недостатки, поэтому не чувствуем страсти, жадности или привязанности, а также отвращения и гнева. Оттого в любое мгновение отсутствие наивности помогает нам запустить механизм созревания счастья [7, с. 134].
Проанализировав древнеиндийскую литературу, мы пришли к выводу, что существует связь между состраданием и счастьем. Сострадание — это одно из ключевых условий для того, чтобы задействовать наш потенциал познания объекта или переживания счастья. Но как это работает? Сострадание — это желание, чтобы другие освободились от страданий и их причин, как и мы сами. Однако когда мы сосредоточиваемся на страдании и несчастьях других, то естественным образом испытываем печаль, а не счастье. Или, возможно, мы блокируем чувства и не ощущаем ничего. В любом случае, мы не чувствуем счастья. Итак, каким образом сострадание вызывает счастливое состояние?
Мы ничего не чувствуем, размышляя о страданиях других. Преувеличивая отрицательные качества грусти или несчастья, мы боимся их ощущать, блокируем их. Затем мы испытываем нейтральное чувство, которое не является несчастливым или счастливым. Но после этого мы преувеличиваем и это чувство, представляя его плотным, как большое плотное «ничто», сидящее внутри нас и мешающее искренне что-либо ощутить, как отмечает Радхе Барна [7, с. 148].
Чтобы развить сострадание, важно не отрицать, что сложные ситуации других людей такие же печальные, как и наши, например, когда мы потеряли работу. Было бы нездоровым бояться чувствовать эту грусть, сдерживать или подавлять её. Нам нужно уметь чувствовать её, но без расстройства, чтобы сопереживать страданиям других- развить глубокое, искреннее желание, чтобы другие освободились от страданий- и взять на себя ответственность за то, чтобы помочь им преодолеть страдания. Вкратце буддийский совет звучит так: «Не делайте чувство печали плотной „вещью“ — не придавайте ей большого значения» [8, с. 133].
Чтобы печаль не расстраивала нас, нужно успокоить ум, освободить его от блуждания и вялости. Если ум блуждает, наше внимание улетает к посторонним беспокоящим мыслям, таким как волнения, сомнения, страх и ожидание чего-нибудь, что, как мы надеемся, будет более приятным. В случае умственной вялости наш ум затуманивается,
и мы становимся невнимательны ко всему [8, с. 136].
Оказывается, буддизм изобилует способами, которые позволяют нам избавиться от блуждания и вялости ума. Один из основных методов состоит в том, чтобы успокоиться, сосредоточившись на дыхании. Когда блуждание и вялость незначительны, наш ум спокоен и безмятежен. В этом состоянии нам легче избавиться от преувеличения чужих проблем и страданий, отвращения и безразличия к ним, а также от преувеличения того, что мы чувствуем по поводу страданий других, от отвращения и безразличия к собственным чувствам. Тогда, даже если нам изначально грустно, это не расстраивает.
Хотя, в конце концов, когда ум всё более расслабляется и успокаивается, мы естественным образом чувствуем низкий уровень счастья. В спокойном умственном и эмоциональном состоянии начинают проявляться теплота и счастье, свойственные уму. Если мы своим созидательным поведением создали достаточно сильный потенциал для счастья, наше спокойное состояние ума также способствует его созреванию.
Затем мы усиливаем это счастье мыслями о любви. Любовь — это желание, чтобы другие были счастливы и обрели свое счастье. Оно естественно вытекает из сострадательного сочувствия. Хотя нам грустно, что кто-то другой испытывает боль и печаль, эти чувства легко проходят, когда мы активно желаем этому человеку счастья. Когда мы прекращаем думать о себе и сосредоточиваемся вместо этого на счастье других, мы легко чувствуем сердечность. Это непроизвольно вызывает у нас ещё и спокойную радость и может привести в действие дополнительный потенциал к счастью, созданный нашим созидательным поведением на протяжении долгого времени. Поэтому, как отмечает А. И. Кочетов, бескорыстную и искреннюю любовь сопровождает спокойное счастье, которое не расстраивает, и наша печаль исчезает. Точно так же как родитель, который страдает от головной боли, забывает о ней, когда успокаивает своего больного ребёнка, печаль от чужого несчастья исчезает, когда мы излучаем мысли любви [4, с. 77].
Таким образом, в буддизме, основной источник счастья заключается в привычке воздерживаться от разрушительных действий, слов и мыслей под влиянием таких беспокоящих эмоций и состояний ума, как страсть, жадность, привязанность, отвращение и гнев, которые основаны на наивности. Подобное созидательное поведение создаёт в нашем потоке ума потенциал к тому, чтобы в будущем мы испытали счастье. Мы можем высвободить этот потенциал, чтобы он проявился, если не будем преувеличивать и отрицать хорошие или плохие качества любого объекта или ситуации, с которыми мы
встречаемся, а также любого уровня счастья или несчастья, с которым мы познаём объект, — независимо от того, какими могут быть эти объекты и ситуации. После того как мы избавимся от наивности и, в результате, от привязанности, отвращения и безразличия, нам следует успокоить ум, устранив блуждание и вялость. Особенно важно избавиться от беспокойств и ожиданий. В этом безмятежном и спокойном состоянии ума мы уже ощутим низкий уровень счастья и высвободим потенциал, который у нас может быть, чтобы почувствовать ещё большее счастья.
Радхе Барна и Радхе Берме обращают наше внимание на то, что мы расширяем свой ум, обращая внимание на проблемы других, на то, что их ситуации, возможно, хуже нашей. Мы прекращаем думать только о самих себе. Мы думаем, как было бы прекрасно, если бы другие могли освободиться от страданий, и как было бы здорово, если бы нам удалось помочь им это осуществить. Такое сильное сострадание естественным образом ведёт к чувству любви — желанию им счастья. Мысли о счастье других высвобождают ещё больше наш потенциал для счастья.
А. Мень отмечает, что с мыслями о сострадании и любви мы можем думать о вечном [6, с. 82]. Когда мы размышляем о вечном, у нас зарождается вдохновение взять на себя ответственность за то, чтобы на самом деле попытаться помочь другим людям. Так мы обретаем силу и мужество сражаться не только с чужими проблемами, но и с нашими собственными, но, опять же, не преувеличивая их, не волнуясь о неудаче и не ожидая успеха.
Таким образом, буддизм объясняет способы, как достичь счастья. Счастье человека не бывает постоянным. Оно сиюминутно. Подлинное счастье человек познает через страдание. Счастье испытывает человек только тогда, когда оказывает помощь и дарит радость другим людям. Гаутама Будда говорил: «Нет счастья, равного спокойствию» [4, с. 147].
Библиографический список
1. Аблеев С. Р. История мировой философии. -М.: Прогресс, 2002.
2. Берзин А. Тибетский буддизм. — М.: Мысль, 2012.
3. Брамко Р. Философы Древней Индии. — М.: Мысль, 2004.
4. Кочетов А. И. Буддизм. — М.: Политиздат, 2011.
5. Крывелев И. А. История религий. Т. 2 — М.: Мысль, 2008.
6. Мень А. История религии. — М., 2004.
7. Радхе Барна. Индийская философия: В 2 т. -Т. 1. — СПб.: Питер, 2005.
8. Радхе Берме. Парадоксы духовного плана. -М.: Слово, 2006.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой