Феномен диаспоры: методологические основы научного исследования

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник Челябинского государственного университета. 2015. № 2 (357). История. Вып. 62. С. 131−137.
НАУЧНАЯ РЕФЛЕКСИЯ
УДК 930.1 ББК 63. 0
А. А. Авдашкин
ФЕНОМЕН ДИАСПОРЫ: МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ НАУЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ
Статья подготовлена при поддержке целевой программы «Фонд поддержки молодых учёных» ФГБОУ ВПО «ЧелГУ» «Модели этнокультурного самоопределения и воспроизводства этнической
идентичности (на примере немецкой и еврейской диаспор Челябинской области 1989−2003 гг.)»
(грант ФГБОУ ВПО «ЧелГУ» ФПМУ 1/14).
В современном мире все более актуальными становятся последствия миграций, политики муль-тикультурализма и «пробуждения» этнической идентичности, но, несмотря на значительные объемы литературы, посвященной проблеме диаспор, методологический инструментарий исследователей не систематизирован. Автором предпринята попытка рассмотреть и систематизировать основные методологические традиции исследования диаспор, сложившиеся в отечественной и зарубежной науке со второй половины XX- начала XXI в. Сформулированы методологические принципы и ориентиры, применение которых может способствовать приращению научного знания о феномене диаспор в современных условиях.
Ключевые слова: диаспора- историко-сравнительный- историко-типологический- транснациональное пространство- трансграничные сети коммуникаций- примордиализм- конструктивизм.
Учитывая интенсивные миграционные потоки, глобализационные тенденции, сложные этносоциальные процессы, происходившие в результате распада СССР, возникает необходимость исследования нового и актуального феномена — диаспор. В отечественной исторической науке отсутствует современная методология, направленная на изучение вопросов, связанных с такими явлениями, как диаспоральность, дрейф этнической идентичности, самоорганизация сообществ мигрантов и их интеграция в принимающее общество и т. д. Представляется актуальной методологическая рефлексия, направленная на выбор и адаптацию наиболее оптимальных подходов для исследования.
Первые исследования, посвященные диаспорам, появились в зарубежной науке в 70−80-е гг. XX в. В методологическом плане они были исто-рико-сравнительными, поскольку авторы, такие как У. Сафран, А. Ашкенази, Х. Тололян, использовали модель «классической» диаспоры. В качестве «классической» диаспоры рассматривались еврейская армянская, греческая, африканская, ирландская, палестинская диаспоры1. Условия возникновения сравнивались с первыми историческими формами рассеивания, связанными с гонениями, выселением, геноцидом, угоном в
рабство, голодом как ключевыми факторами миграции, пребывания в отрыве от реальной или воображаемой родины. Исследователи выделяли следующие критерии «классической» диаспоры: рассеивание из первоначального исторического центра в различные регионы- коллективная память о стране исхода, ее мифологизация- ощущение, восприятие себя в качестве чужаков в принимающем обществе- стремление к возвращению на родину- помощь, сохранение связей со страной исхода- высокий уровень групповой сплоченности, основанный на высокой степени идентификации со страной исхода2. В ходе сравнения выявлялась совокупность причин, находившаяся в основе появления сообщества и степень их соответствия приведенным выше «классическим» критериям диаспоральности.
Однако в 80-е гг. XX в. данный метод был признан малопродуктивным, поскольку не позволял исследовать сообщества, образованные в процессе миграций, повышенного спроса капиталистической экономики на дешевую рабочую силу. Динамика миграционных и этносоциальных процессов демонстрировала необходимость отказа от исторических аналогий и сравнений. Это привело к применению историко-типологического метода. Пытаясь внести ясность, зарубежные
1 Цит. по: Cohen, R. Diasporas аМ Ше ЗШе… Р. 512.
2 Попков, В. Д. Классические диаспоры. С. 10−11.
авторы, например Дж. Армстронг, стали разделять диаспоры на «мобилизованные» (имеется в виду классические) и «пролетарские"1, «старые» и «новые», обладающие иными качественными признаками, причинами миграции. М. Бруно выделяет четыре фундаментальных критерия, структурирующих диаспоры по основным типам: торговля, религия, политика, культура и расовый тип2. Р. Коэн в своей историко-типологической схеме выделял типы диаспор, которые формировались в ходе различных исторических периодов: «диаспоры-жертвы», рабочие диаспоры, империалистические, торговые, культурные3. Г. Шеффер определил следующие типологические критерии: наличие или отсутствие своего государства («бездомные», «этнонациональные»), исторический опыт диаспоральности («старые», «молодые»), стадия становления диаспоры: структурирование или формирование («зарождающиеся», «дремлющие»), географическая протяженность диаспо-ральности («рассеянные», «компактные»)4.
В качестве критериев типологизации выступали социально-экономические мотивы миграции, применяемые коллективно и индивидуально адаптивные сценарии, занимаемые социально-экономические роли. Применение историко-ти-пологического метода существенно расширило понимание проблемы, позволяя освободиться от неэффективных методов, осмыслить и изучить в качестве диаспор организованные этнические сообщества, растущие группы трудовых мигрантов, переселенцев из Азии, Африки, а также последствия распада полиэтничных государств.
Политические катаклизмы 90-х гг. XX в., связанные с распадом СССР, Югославии, побудили Р. Брубейкера модернизировать методологическую традицию «диаспор-жертв». Он рассматривал особенный тип диаспор — «диаспоры катаклизма"5, которые появляются в результате перемещения границ через этнические группы6. Данное обстоятельство приводит к появлению транснациональных сетей между разделенными границами частями этнической группы. Исследователь Г. Шеффер настаивает на термине '-трансграничные сети'- в силу того, что сети преодолевают границы государств, но не наций. Однако, не взирая на полемику по данному поводу,
1 Armstrong, J. Mobilized and proletarian diasporas… Р. 405.
2 Bruneau, M. Diasporas, transnational spaces. Р. 39−40.
3 Цит. по: Berthomiere, W. Diaspora: An Overview. P. 27.
4 Шеффер, Г. Диаспоры в мировой политике. С. 167.
5 См. подробно: Брубейкер, Р. «Диаспоры катаклизма» в Центральной и Восточной Европе и их отношения с родинами // Диаспоры. 2000. № 3. С. 6−32.
6 Brubaker, R. The & quot-diaspora"- diaspora. Р. 3.
большинство авторов все же использует термин '-транснациональные сети'-.
Темпы глобализации конца XX — начала XXI в. значительно повлияли как на феномен диаспор, так и развитие методологических подходов, направленных на их изучение. Происходит процесс, названный в специализированной литера-
С '-7
туре детерриториализация родины '- - «родина» теряет жесткие пространственные, исторические координаты. Диаспоры, интегрируясь в новые социальные, культурные условия, связываются с ней протяженными и сложными сетями. Данные сети, пересекая границы государств, служат каналом коммуникации для удовлетворения социальных, культурных, образовательных, экономических, политических потребностей диаспор8.
Зарубежными авторами в исследованиях указанных сетей применяются институциональный, системный, структурно-функциональный подходы для выявления роли, функций институтов диаспор в этих сетях. Ключевые функции диаспоры в рамках разветвленной системы траснанци-ональных пространств: сохранение устойчивости культурной, социальной, этнической идентичности, интеграция вновь прибывших, поддержание связей со страной исхода и родственными диаспорами. Следовательно, в процессе исследования выделяются два уровня связей диаспоры: внутренний и внешний9.
По замечанию Т. Файста, диаспоральные подходы нацелены на религиозные, этнические группы, культурные отличия, в то время как транснациональные связаны со всеми видами социальных формаций, включающих такие как бизнес-сети, миграция, социальные движения10. В свою очередь Г. Штрасбургер определяет транснациональное пространство как постоянные потоки людей, товаров, идей, символов, услуг через границы. Данные потоки связывают мигрантов, страну исхода и приема в единую миграционную систему11. Ж. Дахиндэн предлагает анализировать две противоположные, казалось бы, тенденции: мобильность и локализация. Исследование становления различных диаспор может помочь понять исторический контекст развития транснациональных пространств — диаспоры исторически могут выступать их следствием, а в ряде случаев — одной из непосредственных причин образо-
7 См. подробно: Cohen, R. Global Diasporas. An introduction (Second edition). Routledge: Taylor & amp- Francis Group — L. — N.Y., 2008. 219 p.
8 Шеффер, Г. Диаспоры в мировой политике. С. 170−175.
9 Мыльников, М. А. Этническая диаспора. С. 20.
10 Faist, T. Diaspora and transnationalism. Р. 21.
11 Strassburger, G. Transnational social spaces. P. 49.
вания, сохраняя, вместе с тем, значительный уровень укорененности в принимающем обществе1.
Отечественная наука отстает от зарубежной в разработке методологии исследования диаспор. В течение 90-х гг. прошлого века шла бурная полемика относительно содержания понятия, происходила конфронтация исследовательских позиций на фоне диаспоризации страны, этнократиче-ских тенденций в ряде регионов.
Наиболее разработана методология, сформировавшаяся в контексте советской теории этноса, примордиализма, где диаспора понималась как исключительно этническое явление — осколок, исторически отколовшийся от этнического ядра, воспроизводящий его идентичность в среде своего обитания. Ключевым методологическим принципом является реальность и неизменность существования этноса в социальном, культурном и историческом пространстве. Как отмечал В. И. Дятлов, «широко распространено мнение, что диаспоры — это некий отделившийся кусок этнического материка, его продолжение, несущее в себе все его основные характеристики"2.
В последнее десятилетие в отечественной историографии утвердилась практика исследовать этнические группы, проживающие в Российской Федерации, но за пределами этнического ядра, своих национальных республик, именуя их диаспорами3. Утвердился принцип разделения диаспор на «внутренние», имеющие республики в составе Российской Федерации, и «внешние», имеющие свои национальные государства. Отечественные историки, политологи, философы исследовали северо-кавказские, чувашские, бурятские «диаспоры"4. Подобный подход создает значительную научную и практическую проблему: во-первых, создаются лишние сущности, усложняющие развитие методологии исследования- во-вторых, создается дополнительная социальная, этническая дифференциация граждан страны- в-третьих, положение таких этнических групп искусственно усложняется. Например, татары за пределами Татарстана являются внешней диаспорой республики Татарстан и внутренней
1 Dahinden, J. The dynamics of migrants. Р. 52.
2 Дятлов, В. И. Диаспора: попытка определиться. С. 13.
3 С одной из схем «внутренних» диаспор в РФ можно ознакомиться в следующей статье: Лаллукка, С. Диаспора. Теоретический и прикладной аспекты (из опыта анализа групп российских финно-угров) // Социс. 2000. № 7. С. 91−98.
4 Появился достаточно серьезный массив литературы, посвященной «внутренним» диаспорам. На настоящий момент полемика по поводу дифференциации диаспор на «внутренние» и «внешние» далека от своего завершения: Кануко-ва, З. В. Диаспора: функциональный анализ. С. 25−26.
для того субъекта Российской Федерации, где они находятся. Исходя из чего, данная методологическая практика представляется направленной на умножение сущностей, которые ничего не объясняют с научной точки зрения.
И. М. Шеда-Зорина исследовала удмуртскую диаспору, опираясь на общие модели диаспор, перенося матрицу признаков на исследуемую совокупность: миграционная основа возникновения, наличие и поддержание коллективной памяти, сохранение этнокультурных границ, вера в родину предков, помощь исторической родине, этническое ядро-этническая периферия5. Отечественные историки-этнографы Д. Г. Коровуш-кин, Т. Б. Смирнова в исследованиях диаспор успешно применяли качественные методы6: полевой опрос7, включенное наблюдение, массовый социологический опрос8. Политолог М. А. Асва-цатурова выделяет следующую типологическую схему диаспор: классические, приглашенные (результат государственного протекционизма), общины российских народов («внутренние» диаспоры)9.
Широкий коллективный спрос на понятие диаспора, его удовлетворение в риторике политиков и журналистов, закрепление в научных исследованиях может свидетельствовать о том, что диаспора в перспективе может стать, или уже является, одним из методов для обозначения «социальной организации этнически чужеродных сообществ». В данном контексте диаспора используется как синоним социальной границы.
Конструктивизм рассматривает диаспору в качестве аналога воображаемых сообществ, обладающих своими внутренними социальными связями, внешними границами, которые в прямом
5 Шеда-Зорина, И. М. Удмуртская диаспора. С. 17.
6 Можно выделить и другие успешные примеры применения качественных методов исследования, в частности, устной истории, неструктурированных интервью и включенного наблюдения применительно к диаспорам. См. подробно: Попков, В. Д. Диаспорные общины в межкультурном взаимодействии: пути формирования и тенденции развития: автореф. дис. д-ра соц. наук. М., 2003. 52 с.- Штейн, Е. Э. Формирование этнической самоидентификации у потомков русско-еврейских браков в современной России: автореф. дис. д-ра ист. наук. М., 2005. 56 с.- Мокин, К. С. Бала-ково: миграционные истории армян // Социс. 2007. № 2. С. 94−101- Паченков, О. В. Роль «этнической идентичности» в исследованиях миграции и ответственность социального ученого // Журн. социологии и соц. антропологии. 2008. Т. 11, № 1. С. 162−182- Шевцова, А. А. Народы Закавказья в поликультурном пространстве республики Мордовия: автореф. дис. д-ра ист. наук. Чебоксары, 2012. 46 с.
7 Коровушкин, Д. Г. Диаспоры в Западной Сибири. С. 12.
8 Смирнова, Т. Б. Немецкое население. С. 46.
9 Асвацатурова, М. А. Диаспоры в Российской Федерации.
смысле слова конструируют «своих» и «чужих». В. А. Тишков полагает: «То, что называется, воспроизводится и изучается как народ, нация, меньшинство, раса, диаспора, на самом деле представляет собой не реально существующее коллективное тело со своим самосознанием, характером, волей, судьбой, а человеческие отношения (социальные, политические, эмоциональные), связанные с воображаемыми коалициями"1.
Каждый диаспорант обладает сложной структурой идентичности, как минимум двухуровневой, а факт этнического дрейфа в ту или иную сторону определяются рациональным выбором. Иными словами, подходы В. А. Тишкова истори-ко-ситуативны, личностно-ориентированы, а диаспора предстает как рациональный выбор в пользу той или иной идентичности, среды проживания.
Методологические подходы, ориентированные на изучение транснациональных пространств и сетей, создаваемых диаспорами, их активность в сфере политики, международных отношений, до настоящего момента в малой степени представлены в отечественной науке. Они разработаны главным образом политологами (А. С. Ким2, Т. В. Полоскова3 и другие).
Применительно к актуальным проблемам исследования современных диаспор, в частности в Российской Федерации, целесообразно применять следующие методологические принципы и ориентиры:
1) конструктивизм (интерпретация диаспор-ной этничности в качестве одного из типов воображаемых сообществ, обладающих своими внутренними социальными связями, внешними границами, которые конструируют «своих» и «чужих») —
2) антропоцентризм (помещение в фокус анализа «этнического индивида», а не монолитного коллектива, что позволит раскрыть мотивации отдельного представителя диаспоры, содержание и субъективную значимость идентичности в условиях этнических рассеяний) —
3) институционализм (современная диаспора является, прежде всего, совокупностью социаль-
1 Тишков, В. А. О культурном многообразии. С. 10.
2 См. подробно: Ким, А. С. Этнополитическое исследование современных диаспор (конфликтологический аспект): дис. … д-ра полит. наук [Электронный ресурс]. СПб., 2009. URL: http: //cheloveknauka. com/etnopoHticheskoe-issledovanie-sovremennyh-diaspor-konfliktologicheskiy-aspekt (дата обращения: 10. 06. 2014).
3 См. подробно: Полоскова, Т. В. Диаспоры в системе международных связей: автореф. дис. … д-ра полит. наук [Электронный ресурс]. М., 2000. URL: http: // cheloveknauka. com/diaspory-v-sisteme-mezhdunarodnyh-svyazey#ixzz34PgRA7GZ (дата обращения: 10. 06. 2014).
ных институтов, а не статистической совокупностью этнофоров в том или ином регионе) —
4) наличие национальной государственности (современные диаспоры — это сообщества, имеющие за пределами страны проживания национальное государство или же претензии на его создание) —
5) процессуальность (каждая диаспора имеет характер процесса воспроизводства идентичности, выстраивания связей) —
6) стадиальность (диаспора — это последовательное, протяженное во времени применение адаптивных стратегий от стадии диаспоризации, до дедиаспоризации, когда сообщество либо мигрирует на родину, либо ассимилируется, встречается и вторичное «пробуждение» идентичности — редиаспоризация) —
7) многоуровневый характер идентичности (обусловлен сочетанием этнической идентичности и социальной, приобретенной в процессе адаптации в принимающей стране или социализации, если индивид, группа принадлежат к последующим после миграции поколениям) —
8) этнический дрейф (в ситуации многоуровневой этнической идентичности диаспорант совершает рациональный выбор в пользу одной из них, выбирая себе «родину» и «корни») —
9) двухуровневый характер связей (диаспора обладает системой внутренних и внешних связей, которые позволяют ей сохранять свою этнокультурную идентичность, а также обеспечивают приемлемый уровень укорененности, включенности в общество) —
10) включенность в транснациональные пространства (каждая диаспора в той или иной степени выстраивает контакты с родиной, страной исхода, мотивированные образовательными, интеллектуальными, культурными, социальными, экономическими, политическими потребностями) —
11) стремление к посредничеству (высокая степень адаптивности и подвижности, посредничество в социально-экономических, политических, культурных контактах в принимающей стране).
Следовательно, диаспора в современных условиях — организованная институционально совокупность этнофоров, обладающих актуализированной этнокультурной идентичностью, имеющая за пределами страны проживания свое национальное государство (или претензии на его формирование), систему внутренних и внешних связей, направленных на сохранение своей идентичности, поддержание контактов со страной исхода, «исторической родиной».
Библиографический список
1. Асвацатурова, М. А. Диаспоры в Российской Федерации, формирование и управление (на материалах Северо-Кавказского региона): автореф. дис. … д-ра полит. наук [Электронный ресурс]. М., 2003. URL: http: //cheloveknauka. com/diaspory-v-rossiyskoy-federatsii-formirovanie-i-upravlenie-na-ma-terialah-severo-kavkazskogo-regiona (дата обращения: 10. 06. 2014).
2. Дятлов, В. И. Диаспора: попытка определиться в понятиях // Диаспоры. 1999. № 1. С. 8−24.
3. Канукова, З. В. Диаспора: функциональный анализ термина в российском историографическом контексте // Вестн. Владикавказ. науч. центра. 2011. Т. 11, № 4. С. 23−28.
4. Коровушкин, Д. Г. Диаспоры в Западной Сибири: особенности этнокульутрного развития сельских сообществ в конце XIX — начале XXI в.: автореф. дис. … д-ра ист. наук. Новосибирск, 2009. 48 с.
5. Мыльников, М. А. Этническая диаспора как субъект политических коммуникаций: автореф. дис. … канд. полит. наук. Астрахань, 2009. 25 с.
6. Попков, В. Д. «Классические диаспоры»: к вопросу о дефиниции термина // Диаспоры. 2002. № 1. С. 6−22.
7. Смирнова, Т. Б. Немецкое население Западной Сибири в конце XIX — начале XXI века: формирование и развитие диаспорной группы: автореф. дис. … д-ра ист. наук. Омск, 2009. 46 с.
8. Тишков, В. А. О культурном многообразии // Этногр. обозрение. 2005. № 1. С. 3−22.
9. Шеда-Зорина, И. М. Удмуртская диаспора в субъектах федерации различного типа (на примере удмуртов Пермской и Кировской областей, Республик Башкортостан, Татарстан и Марий Эл): авто-реф. дис. … канд. ист. наук. Ижевск, 2007. 25 с.
10. Шеффер, Г. Диаспоры в мировой политике // Диаспоры. 2003. № 1. С. 162−185.
11. Armstrong, J. Mobilized and proletarian diasporas // American Political Science Review. 1976. Vol. 76, № 2. Р. 393−408.
12. Berthomiere, W. Diaspora: An Overview of a Concept at the Crossroad of Nation-State and Trans-nationalism // Comparative European Research in Migration, Diversity and identities / ed. by W. Bosswick, C. Husband. Bilbao: Univ. of Deusto, 2005. Р. 25−34.
13. Brubaker, R. The & quot-diaspora"- diaspora // Ethnic and Racial Studies. 2005. Vol. 28, № 1. Р. 1−19.
14. Bruneau, M. Diasporas, transnational spaces and communities // Diaspora and Transnationalism: Concepts, Theories and Methods / ed. by R. Baubeck, T. Faist. Amsterdam: Amsterdam Univ. Press, 2010. Р. 35−49.
15. Cohen, R. Diasporas and the State: from victims to challengers // Published in international Affairs. 72 (3). July 1996. Р. 507−520.
16. Dahinden, J. The dynamics of migrants transnational formations: Between mobility and locality // Diaspora and Transnationalism: Concepts, Theories and Methods / ed. by R. Baubeck, T. Faist. Amsterdam: Amsterdam Univ. Press, 2010. Р. 51−71.
17. Faist, T. Diaspora and transnationalism: What kind of dance partners? // Diaspora and Transnationalism: Concepts, Theories and Methods / ed. by R. Baubeck, T. Faist. Amsterdam: Amsterdam Univ. Press, 2010. Р. 9−34.
18. Strassburger, G. Transnational social spaces // Comparative European Research in Migration, Diversity and identities / ed. by W. Bosswick, C. Husband. Bilbao: Univ. of Deusto, 2005. Р. 49−66.
Сведения об авторе
Авдашкин Андрей Александрович — аспирант кафедры политических наук Челябинского государственного университета.
adrianmaricka@mail. ru
Bulletin of Chelyabinsk State University. 2015. № 2 (357). History. Issue 62. P. 131−137.
DIASPORA: THE METHODOLOGICAL BASIS OF THE RESEARCH OF THE PHENOMENON
A. A. Avdashkin
Post-Graduate Student, the Department of Political Science, Chelyabinsk State University, Chelyabinsk.
adrianmaricka@mail. ru
In today'-s world consequences of migration, multiculturalism policy and the & quot-awakening"- of ethnic identity are becoming increasingly important, but, in spite of a significant amount of literature devoted to the problem of diasporas, methodological tools of researchers have not been systematized. The paper attempts to review and organize the basic methodological traditions in the diaspora, established in domestic and foreign science in the 2nd half of XX — early XXI cent. The results of the research are methodological principles and guidelines, the use of which may contribute to the increment of scientific knowledge about the phenomenon of diasporas in modern conditions.
Keywords: diaspora- historical and comparative- historical and typological- transnational space- cross-border communications network- primordialism- constructivism.
References
1. Asvacaturova, M. A. (2003) Diaspory v Rossijskoj Federacii, formirovanie i uprav-lenie (na mate-rialah Severo-Kavkazskogo regiona) [=Diaspora in the Russian Federation, the formation and management: On materials of the North Caucasus region]: avtoref. dis. … d-ra polit. nauk [Jelektronnyj resurs]. M. URL: http: //cheloveknauka. com/diaspory-v-rossiyskoy-federatsii-formirovanie-i-upravlenie-na-materialah-seve-ro-kavkazskogo-regiona (data obrashhe-nija: 10. 06. 2014). (in Russ.).
2. Djatlov, V. I. (1999) & quot-Diaspora: popytka opredelit'-sja v ponjatijah& quot- [=Diaspora: an attempt to define in concepts], in: Diaspory. № 1. S. 8−24. (in Russ.).
3. Kanukova, Z. V. (2011) & quot-Diaspora: funkcional'-nyj analiz termina v rossijskom isto-riograficheskom kontekste& quot- [=Diaspora: a functional analysis of the term in the context of Russian historiography], in: Vestn. Vladikavkaz. nauch. centra. T. 11, № 4. S. 23−28. (in Russ.).
4. Korovushkin, D. G. (2009) Diaspory v Zapadnoj Sibiri: osobennosti jetnokul'-utrnogo razvitija sel'-skih soobshhestv v konce XIX — nachale XXI v. [=Diaspora in Western Siberia: features etnokulutrnogo development of rural communities in the late XIX-early XXI centuries]: avtoref. dis. … d-ra ist. na-uk. Novosibirsk. 48 s. (in Russ.).
5. Myl'-nikov, M. A. (2009) Jetnicheskaja diaspora kak sub#ekt politicheskih kommunikacij [=Ethnic diaspora as a subject of political communication]: avtoref. dis. … kand. polit. nauk. Astrahan'-. 25 s. (in Russ).
6. Popkov, V. D. (2002) «Klassicheskie diaspory»: k voprosu o definicii termina [=& quot-Classical Diaspora& quot-: the question ofthe definition of the term], in: Diaspory. № 1. S. 6−22. (in Russ.).
7. Smirnova, T. B. (2009) Nemeckoe naselenie Zapadnoj Sibiri v konce XIX — nachale XXI veka: formirovanie i razvitie diaspornoj gruppy [=The German population of Western Siberia at the end of the XIX-beginning of the XXI century: the formation and development of diaspora groups]: avtoref. dis. … d-ra ist. nauk. Omsk. 46 s. (in Russ.).
8. Tishkov, V. A. (2005) & quot-O kul'-turnom mnogoobrazii& quot- [=About Multiculturalism], in: Jetnogr. oboz-renie. № 1. S. 3−22. (in Russ.).
9. Sheda-Zorina, I. M. (2007) Udmurtskaja diaspora v sub#ektah federacii razlichnogo tipa (na pri-mere udmurtov Permskoj i Kirovskoj oblastej, Respublik Bashkortostan, Tatar-stan i Marij Jel) [=Udmurt diaspora in the subjects of the federation of different types (for example, Udmurt Perm and Kirov region, the Republic of Bashkortostan, Tatarstan and Mari El)]: avtoref. dis. … kand. ist. nauk. Izhevsk. 25 s. (in Russ.).
10. Sheffer, G. (2003) & quot-Diaspory v mirovoj politike& quot- [=Diaspora in World Politics], in: Diaspory. № 1. S. 162−185. (in Russ.).
11. Armstrong, J. (1976) & quot-Mobilized and proletarian diasporas& quot-, in: American Political Science Review. Vol. 76, № 2. R. 393−408.
12. Berthomiere, W. (2005) & quot-Diaspora: An Overview of a Concept at the Crossroad of Nation-State and Transnationalism& quot-, in: Comparative European Research in Migration, Diversity and identities / ed. by W. Bosswick, C. Husband. Bilbao: Univ. of Deusto. R. 25−34.
13. Brubaker, R. (2005) & quot-The & quot-diaspora"- diaspora& quot-, in: Ethnic and Racial Studies. Vol. 28, № 1. R. 1−19.
14. Bruneau, M. (2010) & quot-Diasporas, transnational spaces and communities& quot-, in: Diaspora and Transnationalism: Concepts, Theories and Methods / ed. by R. Baubeck, T. Faist. Amsterdam: Amsterdam Univ. Press. R. 35−49.
15. Cohen, R. (1996) Diasporas and the State: from victims to challengers, in: Published in interna-tional Affairs. 72 (3). July. R. 507−520.
16. Dahinden, J. (2010) & quot-The dynamics of migrants transnational formations: Between mobility and locality& quot-, in: Diaspora and Transnationalism: Concepts, Theories and Methods / ed. by R. Baubeck, T. Faist. Amsterdam: Amsterdam Univ. Press. R. 51−71.
17. Faist, T. (2010) & quot-Diaspora and transnationalism: What kind of dance partners?& quot-, in: Diaspora and Transnationalism: Concepts, Theories and Methods / ed. by R. Baubeck, T. Faist. Amsterdam: Amsterdam Univ. Press. R. 9−34.
18. Strassburger, G. (2005) & quot-Transnational social spaces& quot-, in: Comparative European Research in Mig-ra-tion, Diversity and identities / ed. by W. Bosswick, C. Husband. Bilbao: Univ. of Deusto. R. 49−66.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой