Философия экономики России: имитации и реалии

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 338. 22: 122
Е.И. Трубникова* ФИЛОСОФИЯ ЭКОНОМИКИ РОССИИ: ИМИТАЦИИ И РЕАЛИИ
В статье приводится анализ особенностей экономики РФ, исследуются реальное и декларируемое положение вещей- условия экономики «раздатка» обуславливают специфичность поведения экономических субъектов. Анализируется имитационная деятельность в секторах экономики РФ.
Ключевые слова: имитации, экономика раздатка, рыночный механизм, рента.
… стратегии, рациональные на индивидуальном уровне, приводят к результату, который иррационален с точки зрения коллектива
Э. Остром (Управляя общим: эволюция институтов коллективной деятельности)
Условия экономики «раздатка» в рамках современной России обуславливают специфичность поведения экономических субъектов. Исследования
О. Бессоновой отмечают, что для раздаточной экономики характерно наличие механизма «сдач-раздач» вместо рыночного механизма. «Внешне рынок сохраняется, но только как декорация» [1]. Согласно теории общественного сектора, которая рассматривает экономическое поведение государства в процессе производства, распределения и потребления общественных благ, общественные или публичные блага отличаются неконкурентно-стью, неизбирательностью в потреблении и неис-ключаемостью. Таким образом, характеристики данного сектора теоретически имеют отношение к абсолютному большинству экономических акторов, функционирующих на территории РФ, без взаимоувязки на принадлежность к классу, сословию, группе, сообществу.
«Государство в отличие от других лиц и институтов общества приобретает свои доходы не благодаря свободно заключаемым сделкам, а через систему одностороннего принуждения, называемую „налогообложением“» [2, с. 9]. Согласно Ф. Оппенгеймеру, государство — «организация политических способов» [2, с. 22] удовлетворения потребностей человека «посредством насильственной экспроприации материальных ценностей у других».
Для стран с более высоким уровнем регулирования экономики характерна более крупная теневая экономика [3]. При этом «строгие ограничения являются сильным стимулом для выбора альтернативы выхода, так как они снижают свободу действия» [4]. Для «экономики раздатка», как от-
мечает С. Барсукова, характерно наличие двойной бухгалтерии и взяток, которые решают две задачи — сокращают налогооблагаемую базу и снижают «привлекательность объекта для национализации» [5]. Так назытаемая «оптимизация налогообложения», «имитация бесприбышьной деятельности» естественны для экономического субъекта и могут быть ограничены только принудительными действиями государства [5]. Определенные условия развития способствуют формированию и укреплению теневыгх схем. Поведение субъекта в одной сфере проецирует его поведение в иных видах деятельности. Нарушение правил поведения, вызванное излишним регулированием или неадекватными требованиями нормативных актов, приводит общество к печальным последствиям. В качестве подтверждения можно привести дискуссионную «теорию разбитых окон» (Wilson, James Q. Kelling, George L. (Mar. 1982) [6].
Согласно данной теории «поддержание и мониторинг… среды в благоустроенном состоянии» может остановить от совершения более тяжелыгх преступлений в других сферах деятельности. И, следовательно, наоборот, допустимость правонарушений в одной сфере ведет к формированию мировоззрения, допускающего нарушения и в иных сферах деятельности. Теория быша использована в качестве основы для ряда институцио-нальныгх преобразований в разных географических и национальный: субъектах, в том числе департаментом полиции города Нью-Йорк.
Одной из основных задач экономической политики РФ 2000−2009 гг. предусматривалось снижение налогового бремени, что должно бышо послужить цели снижения стимулов для ухода от налогов в тень, однако в период между 2000 и 2013 гг. налоговая нагрузка на производителя только возросла, а права «правоохранителей», зачастую граничащие с рэкетом в отношении бизнеса, за данный период сильно расширились [7]. Более того, на протяжении всего 2014 года активно об-
* © Трубникова Е. И., 2014
Трубникова Екатерина Ивановна (ei. trubnikova@gmail. com), кафедра экономики и организации производства, Поволжский государственный университет телекоммуникаций и информатики, 443 023, Российская Федерация, г. Самара, ул. Л. Толстого, 23.
суждается вопрос об увеличении налоговой нагрузки (например, о возвращении налога с продаж, увеличении НДС, нивелировании регрессии страховых взносов).
Среди причин развития теневого сектора на-зытают: зарегулированность официальной экономики, бюрократию, несогласованность нормативный актов. В качестве специфических причин для РФ можно отметить имеющую место на территории РФ избирательность законоприменения и тенденцию монополизации во всех сферах деятельности. Например, массовое лишение лицензий региональный: банков, приобретение региональных активов представителями московского и питерского регионов, централизация принятия решений в организациях с филиальной сетью.
В период с июня по декабрь 2013 г. (с момента смены главы ЦБ РФ) лицензии лишились более 20 банков, в 2014 году — более 30 банков, при этом преобладающее большинство банков региональной принадлежности. Активы банков после санации или ликвидации банков переходят в ведение организаций федерального значения, клиенты банка переходят в обслуживание более крупных банков. В итоге возможности кредитования для мелких региональных компаний практически стали равны нулю.
Идентичная тенденция наблюдается и в иных видах деятельности: количество московских компаний, занимающихся тем или иным бизнесом в регионах, растет- количество компаний местного значения катастрофически падает. Например, только за 2013/14 учебный год лишились лицензии более 200 вузов [8], чаще всего впоследствии они приобретают статус филиалов московских образовательных учреждений.
При этом ужесточение требований регулирующих органов облекается в оболочку патерналистских намерений.
Нередко монополизация связана не с прямыш запретом тому или иному субъекту заниматься конкретным видом деятельности, как в случае с отзытом лицензии, а с общей траекторией централизации ресурсов.
Можно привести пример из сферы телекоммуникационного бизнеса Самарской области: количество операторов, предоставляющих услуги связи и Интернет на территории данного субъекта Федерации, в начале 2000-х гг. бышо более 150, сейчас менее 20, активы сконцентрированы в руках московских собственников. Количество рабочих мест сокращается, уровень доходов занятыгх в этих видах деятельности падает.
В результате местный бизнес различных отраслей либо перестает существовать, либо вышужден действовать в теневом или полутеневом сегменте. Формируется огромное число фирм-прослоек с
местоположением в «топовыгх» регионах, занимающихся перераспределением ресурсов и имитирующих производственную деятелыносты.
Согласно отделыным исследователям, «существует реалыная экономика, а существует имитационная» [9]. Ю. Левада отмечает, что «имитация означает исполызование формы, вытески, слов, лишенных реалыного содержания» [10], «государство „подмяло“ под себя, фактически „отключило“ основные правовые структуры — службу правопорядка (милицию), судебную систему, прокуратуру и др.» [11]. Производство общественный: благ, существующее в рамках РФ де-юре, де-факто лишы имитируется.
Наличие в законодателыных актах юридических норм и правоприменителыная практика в дей-ствителыности имеют разнонаправленные вектора, трактовка законов осуществляется в угоду лиц, принимающих юридические и судебные решения. Происходит «эрозия нормативной базы и отсутствие эффективного контроля за ее применением» [12]. Структуры, отвечающие за предоставление общественный: услуг, исправно продолжают имитироваты формирование определенных общественных благ, на деле же занимаясы не формированием благ, а перераспределением ресурсов и благ в пределах своих компетенций. «При любом сколыко-нибуды значителыном контакте с бесплатной официалыной медициной пациентам приходится платиты. Формалыно бесплатное высшее образование оборачивается необходимостыю для студентов платиты за поступление, за экзамены и др. В резулытате официалыное право в значителыной мере превратилосы в декоративное… „официалыное право“ служит для демонстрации развитым странам, спонсирующим либералыные преобразования, а также международным финансовым и политическим организациям того, что Россия „идет курсом реформ“ и остается „приверженной демократическим ценностям“» [12].
Согласно отделыныш исследованиям явление дисбаланса между декларированными нормами и фактическими можно охарактеризовав как «ма-ячковое движение» [13], когда происходит болы-шой разрыв между формалыныши и неформалы-ными институтами, и данный разрыт образует некий вакуум, заполняемый нормами поведения, стремящимися к прежнему укладу. Де-юре наличие элементов рышочной экономики, де-факто — тяготение к экономике раздатка- де-юре — наличие структур по формированию общественных благ, де-факто — лишы их имитация. Россия — «территория, на которой осуществляется имитация государственного устройства в виде вирту-алыной системы функционирования госинститу-тов» [14].
«Возникает зазор между де-юре и де-факто: по „букве закона“ можно, а „по духу времени“ лучше
воздержаться. Не следует делать что-то из формально разрешенного, и, наоборот, обязательным для исполнения становится практика, не предписанная формально» [5].
В связи с тем что принятые судебные решения создают претенденты, фактически становясь правилами игры на последующие периоды, возможны ситуации, когда принятие судебного решения вопреки нормам закона, тем самым, создает диаметрально противоположные нормы поведения. Принятие такого решения возможно не только в случае субъективной оценки или предусмотренной законодательством вилки, но и в случае однозначной трактовки нормативного акта.
Следует отметить, что монополия на судейские решения не всегда преобладала в исторической ретроспективе, так например, М. Ротбард отмечает, что «роль свободно конкурирующих судейских корпораций в истории Запада была в действительности гораздо более важной, чем это часто признается» [2, с. 14] … «многие положения общего права начали разрабатываться конкурирующими частными судьями. в Средние века. люди становились постоянными клиентами тех судов, которые они считали самыми справедливыми и квалифицированными» [2, с. 14]. Как отмечает С. Барсукова, «суды — это место отнюдь не применения закона, а его толкования» [15].
«Государственное регулирование … возникает в ответ на потребности, вызванные со стороны потребителей либо производителей, действующих в данной отрасли» [16], т. е. регулирование с точки зрения «Теории общественных интересов» «вводится в ответ на требования со стороны общества для корректировки неэффективности и несправедливости работы рынка», а с точки зрения «Теории захвата», — «в ответ на требования со стороны заинтересованных групп, борющихся между собой с целью максимизации своих доходов от участия в группе» [16- 17].
Армия чиновников «сама по себе отвлекает массу людей от производительного труда и сажает их на шею оставшимся производителям, тем самым доставляя выгоду чиновникам за счет остальной части населения» [2].
Имеющий место механизм раздатка, соответственно, приводит нас к формированию структур по производству (в нашем случае — имитации производства) общественных благ с точки зрения теории захвата без учета интересов общества. В связи с тем что поток доходов субъектов, участвующих в имитации производства общественных благ, не коррелирован с их качеством, количеством, наличием, а также с затратами данных субъектов в процессе своей деятельности, то, как и любой другой экономический субъект, данные акторы заин-
тересованы в минимизации своих издержек, как следствие, становится возможным, например, принятие судебными органами тех решений, которые наиболее просты и удобны не с точки зрения норм законов, а с точки зрения государства, судебной системы, «у государственных деятелей отсутствует материальная заинтересованность в том, чтобы наиболее адекватным и компетентным образом выполнять свои служебные обязанности» [2].
Рост производства или качества общественных благ невозможны без увеличения затрат исполнителей и снижения для них возможности рентоориентированного поведения, что в итоге приводит к снижению благосостояния данной группы экономических субъектов. «Если выгоды получает узкая группа игроков, а потери „размазаны“ по миллионам граждан, голос заинтересованного меньшинства гораздо слышнее» [18, с. 28]. Поэтому изменение существующего положения невозможно даже при осознании благожелательности данного процесса для общества. Общее благосостояние общества возрастет при изменении ситуации имитации производства общественных благ на ситуацию производства благ. Однако в этом случае будет наблюдаться рост благосостояния потребителей услуг при снижении благосостояния исполнителей, производителей (имитаторов). В связи с тем что решение о преобразовании может исходить только от ущемленной таким решением стороны, то вероятность его принятия будет стремиться к нулю.
Принятие противоправного решения и ущемление прав человека может быть оправдано и справедливо с точки зрения лиц, принимающих решение. Видение справедливости государственными служащими может отличаться от норм законодательных актов, например, решения судов могут быть продиктованы защитой государственной или муниципальной собственности.
Исторически укоренившиеся ментальные конструкции, оправдывающие ущемление прав человека, допускают и делают вероятным принятие противоправных решений. Более того, исполнительное лицо в случае принятия противоправного решения не рискует снижением доли своего благосостояния и потерей рентодоходного управленческого места. Механизм круговой поруки позволяет даже при осуществлении функций рекурсивного контроля [19] на любой итерации утверждать противоправное решение, одновременно увеличивая издержки ущемленной стороны и вероятность и уровень получения дохода противоположной стороны. Такие решения создают некий «аппендикс» в правовом поле, когда законодательные нормы и судебные прецеденты формируют альтернативные и даже противоположные нормы поведения.
Библиографический список
1. Барсукова С. Почему Россия не живет по законам рынка // Forbes. URL: http: //www. forbes. ru/ mneniya-column/idei/234 970-pochemu-rossiya-ne-zhivet-po-zakonam-rynka. Загл. с экрана.
2. Ротбард М. Власть и рынок: Государство и экономика / пер. с англ. Б. С. Пинскера под ред. Гр. Са-пова. Челябинск: Социум, 2003. 415 с.
3. Шнайдер Ф., Энст Д. Скрываясь в тени: Рост подпольной экономики // Вопросы экономики. 2002. № 30. С. 1−15.
4. Stigler J. The Theory of Economic Regulation // The Bell Journal of Economics and Management Science. Vol. 2. No. 1 (Spring, 1971), pp. 3−21.
5. Барсукова С. Ю. Теневая экономика: специфика фаз в условиях раздатка // Вопросы экономики. 2012. № 12. C. 133−145.
6. Wilson James Q., Kelling George L. (Mar 1982) Broken Windows: The police and neighborhood safety // The Atlantic, retrieved 2007−09−03. URL: http: // www. manhattan-institute. org/pdf/_atlantic_monthly-broken_windows. p df.
7. Алексашенко С. Экономический либерализм и Россия. URL: http: //saleksashenko. livejournal. com/ 210 114. html.
8. Более 200 вузов лишились лицензий за 2013/14 учебный год // Itar-tass [Электронный ресурс]. URL: http: //itar-tass. com/obschestvo/1 182 302.
9. Семенов Г. В. Институциональные факторы инновационного развития // Экономические системы и социальные структуры: материалы II межвузовского
семинара, 3−6 апреля 2009. Омск: Изд-во ОмГУ, 2009. С. 96−112.
10. Левада Ю. Рамки и варианты исторического выбора: несколько соображений о ходе российских трансформаций / / Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2003. № 2.
11. Косалс Л. Я., Рыбкина Р. В. Становление институтов теневой экономики в постсоветской России // Социологические исследования. 2002. № 4. С. 13−21.
12. Гольденберг И. А. Классовая сущность «симбиоза» (теневая экономика системе в административно-командной системе // Социологические исследования. 1991. № 1. С. 39−49.
13. Аузан А. Колея российской модернизации // Общественные науки и современность. 2007. № 6. С. 54−60.
14. Имитационная экономика [Электронный ресурс]. URL: http: //www. proatom. ru.
15. Барсукова С. Ю. Не судитесь, да не судимы будете // ЭКО. 2010. № 4. С. 184−188.
16. Морозова Н. О. Метод измерения размера теневой экономики, образованной в результате введения налогов и субсидий: применение концепции излишков // Terra economicus. 2009. Т. 7. № 1. С. 58−67.
17. Posner R.A. Theories of Economic Regulation // The Bell Journal of Economics and Management Science. Vol. 5. No. 2. (Autumn, 1974), pp. 335−358.
18. Сонин К. И. Sonin. ru: Уроки экономики. М.: ООО «Юнайтед Пресс», 2011. 146 с.
19. Трубникова Е. И. Рекурсивный контроль и его влияние на величину трансакционных издержек предприятия // Экон. науки. 2009. № 12. С. 432−436.
E.I. Trubnikova* PHILOSOPHY OF RUSSIAN ECONOMY: SIMULATIONS AND REALIAS
In the article the analysis of features of Russian economy is carried out, real and declared state of affairs is investigated. Conditions of razdatok-type of economy determine the specificity of behavior of economic agents. In the text of the article simulation activity in the sectors of Russian economy is analyzed.
Key words: simulation, razdatok-type of economy, market mechanism, rent.
* Trubnikova Ekaterina Ivanovna (ei. trubnikova@gmail. com), the Dept. of Economics and Industrial Engineering, Povolzhskiy State University of Telecommunications and Informatics, Samara, 443 023, Russian Federation

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой