К проблеме создания криминалистической теории причинности

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

8.3. К ПРОБЛЕМЕ СОЗДАНИЯ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ ПРИЧИННОСТИ
Холина Елена Александровна. Должность: эксперт. Место работы: Российский федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации. E-mail blankness1@yandex. ru
Аннотация: В статье раскрываются соотношения уголовно-процессуального и криминалистического установления причинно-следственных связей. Подробно рассмотрена гносеологическая характеристика криминалистической причинности, определены методы исследования причинно-следственных связей и их значение в расследовании преступлений.
Ключевые слова: причинность, причинно-следственные связи, криминалистика, криминалистическая теория причинности.
THE PROBLEMS OF A FORENSIC THEORY OF CAUSATION
Kholina Elena Alexandrovna. Position: expert. Place of employment: Russian Federal Center of Forensic Examination. E-mail blankness1@yandex. ru
Annotation: The article describes the ratio of criminal procedure and forensic establishing cause-effect relationships. The article details epistemological characteristics of forensic causality, defined methods of investigation of cause-effect relationships and their importance in investigating crimes.
Keywords: causality, causal relationships, criminalistics, forensic theory of causation.
Определение предмета познания криминалистической причинности требует четкого разграничения ее содержания от всех иных форм установления причинно-следственных связей в юридических науках (криминологии, уголовном праве, уголовном процессе)1.
Эти проблемы ближе всего к уголовно-процессуальной деятельности при учете того, что уголовный процесс определяет формы деятельности при расследовании преступлений, которые криминалистика наполняет содержанием тактического и методического плана.
Если говорит о сущности различий между (названия условны) уголовно-процессуальным установлением причинно-следственных связей и криминалистическим, то надо выделить самое главное: в уголовном процессе устанавливаются причинные связи между обстоятельствами (доказательствами, фактическими данными), это равным образом относится и к уголовному праву, где без установления причинно-следственной связи между деянием субъекта и наступившими противоправными последствиями не может быть установлена вина подсудимого.
Криминалистическая причинность касается формирования доказательственной информации, она уходит своими корнями в криминалистическую теорию отра-жения2. Любое событие преступления может быть представлено как взаимодействие физических тел и происходящих при этом материальных процессов. Именно они и являются объектами отражения.
Как известно, механизм преступления распадается на три этапа: подготовительный, собственно, совер-
1 Теория доказательств в советском уголовном процессе. Общая часть. Колл. Авторов. — М., 1968 — С. 247.
2 Белкин Р. С. Курс криминалистики — М.: Закон и право, 2001. -с. 465.
шение преступления и сокрытие следов преступления (если это удается преступнику)3. Уже само по себе это триединое наличие стадий соответствует понятию системы. Но в каждой из этих стадий есть свои системные образования, как структурные, так и системно-функциональные: субъекты, используемые предметы, совершаемые действия и т. д. Поэтому, в созданной им криминалистической теории отражении Р. С. Белкин определил всю совокупность действий этих физических тел и материальных процессов, как отражаемую систему. Тогда отображение субъектов, предметов и их действий во внешней среде в исполненном праве считают отражающей системой («отпечаток события» по Р.С. Белкину)4.
Эта отражающая система способна предоставить нам личностную информацию о субъекте преступного деяния, о других участниках события, о лицах, вовлеченных в преступление или присутствующих при нем.
Второй тип информации — предметная — включает сведения об отражении используемых предметов, вещей, орудий преступления, всех тех физических тел, о которых уже упоминалось- их наличии, перемещении, изъятии, о действии с их помощью и др.
Третий тип информации — операционная — касается материальных действий, как людей, так и вещей (философская терминология): прибытие и убытие, совершаемые действия, их характер, последовательность и пр. 5
Именно в этой области и представлена криминалистическая теория причинности. Еще автор этой идеи (Р.С. Белкин) отмечал в 2001 г., что такой теории нет, но ее необходимо создать. К сожалению, этот процесс еще не закончен. Вместе с тем, не надо полагать, что криминалисты никогда не обращались к вопросам причинности как в научной, так и в своей повседневной деятельности. Без установления причинно-следственных связей нельзя раскрыть ни одно преступление, и это прекрасно знают все криминалисты. И все-таки это не избавляет науку криминалистику от насущной необходимости создания частной теории -криминалистической теории причинности. Подобная постановка вопроса не может не вызвать необходимости определения направленности и границ объема знаний, входящих в будущую теорию причинности. И здесь мы с удовлетворением отмечаем наличие одной из работ А. А. Пионтковского, посвященной проблеме развития криминалистики. Автор предложил интересную концепцию деления причинно-следственных связей на необходимые и случайные6. Это деление он рассматривает на следующем примере. Выстрелом из револьвера был убит человек. В качестве необходимых причинных связей автор указывает такие факторы, как наличие револьвера у определенного лица, факт выстрела из этого револьвера и факт убийства. Таким образом, эта группа причинно-следственных связей является объективно необходимой для квалификации преступления в уголовном праве и насущно необходимой в уголовном процессе для установления
3 Кустов А. М. Криминалистическое значение изучения механизма преступления — М., 1998 — С. 65.
4 Аверьянова Т. В., Белкин Р. С., Корухов Ю. Г., Россинская Е. Р. Криминалистика, 3-е издание — М.: Норма, 2010 — С. 54.
5 Белкин Р. С. Курс криминалистики — М.: Закон и право, 2001. -с. 342.
6 Пиотковский А. А. К вопросу о теоретических основах советской криминалистики // Советская криминалистика на службе следствия. — М., 1955 — вып. 6 — С. 19−20.
причинных связей между вышеуказанными обстоятельствами — доказательствами по делу.
К числу случайных причинных связей он относит идентификацию револьвера по пули, извлеченной из трупа и другие факторы, связанные с отражением действий объектов в окружающей обстановке. Иными словами, он признает наличие уголовно-процессуальных причинных связей между доказательственными факторами (револьвер — выстрел -смерть), все остальное, называя случайными причинно-следственными связями. Сам принцип деления может быть принят, ибо он проводит четкую границу между причинно-следственными связями в уголовном и уголовно-процессуальном аспекте и при установлении причинно-следственных связей при криминалистическом отражении события. Вместе с тем, вызывает возражение характеристика криминалистических причинно-следственных связей как случайных. Но надо отдать должное автору, который хотя и именует эти связи случайными, но достаточно обоснованно утверждает, что они порой становятся главенствующими в уголовном деле.
Итак, под случайными связями, А. А. Пионтковский понимает криминалистические связи причинности. С подобным утверждением никак нельзя согласиться. Дело в том, что эти связи носят четко выраженный, закономерный характер, иначе, они не могли бы стать объектом изучения науки криминалистики.
Начнем с определения науки криминалистики в современной учебной литературе. Это определение построено на перечислении закономерностей, изучаемых данной наукой. На первом месте стоит закономерность возникновения доказательственной информации. Содержанием этой закономерности является изложение процесса отображения события преступления вовне, о чем мы говорили выше. Не повторяя всего вышесказанного, подчеркнем главное: это отражение целиком и полностью построено на закономерностях материального мира. Здесь и закономерности сменяемых событий (подготовка, совершение, сокрытие следов), и закономерности воздействий физических тел, закономерности материальных процессов, закономерности отображения всех этих факторов в отображениях материального мира.
Исходным пунктом этой закономерности является философский постулат о том, что: «Подобно тому, как все в живой природе обладает свойством ощущения, неживая природа обладает свойством отражения». Именно этот закон, а не закономерность, и служит основой всей криминалистической теории отражения. Не следует забывать, что криминалистика всегда имеет дело с уже прошедшим событием, в особенности, это актуально для судебной экспертизы. Эксперт всегда изучает представленное ему событие в двух глобальных направлениях: ему предстоит либо определить доселе неизвестный факт из области этого события, либо ему представлен этот факт, но надо его разъяснить на основе специальных знаний. В любом случае, действуют выводы, так называемого, обратного порядка — от следствия к причине- от известного по отражению следствию (результату) установить причину и условия наступления данного результата7.
Называть выявляемые при этом связи случайными, как это делает А. А. Пионтковский, в корне неверно. Все в описываемом выше отражении построено на за-
7 Эйсман А. А. Заключение эксперта (структура и научное обоснование) — М., 1967.
кономерностях общего и частного порядка (под закономерностью мы понимаем законы меньшей общности, справедливые для достаточно узкой сферы деятельности). Возьмем пример автора о револьвере, выстреле и смерти. Обозначенная им как случайная, причинно-следственная связь превратиться в главнейшую по делу, когда будет решаться вопрос: выстреляна ли пуля, извлеченная из трупа, из данного револьвера. И вот тут вступает в действие целый комплекс закономерностей. Прежде всего, это изменение рельефа канала ствола под влиянием колоссального перепада температур (обычных и при выстреле) — давления (от атмосферного до возросшего в сотни раз) — от химического воздействия различных реагентов, в том числе, продуктов сгорающего пороха и инициирующего состава- от металлизация стенок канала ствола от мягкой оболочки пули, от так называемого настрела (количество выстрелов без чистки оружия) и т. д. и т. п. При этом могут возникнуть вопросы, касающиеся вариационности следов на пули в зависимости от того был ли ствол смазан или был сухим, был чистым или с отложением твердого и мягкого нагара. Эти и подобные им закономерности и определяют объективный, а не случайный характер причинно-следственных связей отражения любого события от большого многофакторного до малого единичного. Именно на это и направлен симбиоз данных криминалистики, определяемый как комплексной, синтетической науки, включающей знания: гуманитарные, технические, естественных наук и др.
Решение криминалистической причинности лежит в области криминалистической диагностики. В нашем случае речь пойдет об экспертной криминалистической диагностике. Напомним ее основное определение: экспертная диагностика — это определение свойств и состояния объекта, установления происшедших в нем изменений (как результатов отражения события преступления) — определение причины этих изменений (в том числе причинно-следственных связей) и ее связи с событием преступления. Из этого определения с очевидностью следует, что решение вопросов причинности входит как в прямую, так и в косвенную связь с решением любой экспертной задачи.
Если полагать любое отражение (отображение) следом, то не может не возникнуть первым вопросом вопрос о том, какова причина образования этого следа. Но и без этого элементарного примера должно быть ясно, что установление причинно-следственных связей при производстве судебных экспертиз является одной из диагностических задач в любой отрасли знаний (медицинской, психиатрической, криминалистической, автотехнической и т. д.).
Основными вариантами установления причинно-следственных связей при решении диагностических задач являются следующие:
а) известно действие (событие, явление), которое условно можно считать причиной, и имеется следствие (результат). Необходимо установить причинно-следственную связь между ними, т. е. убедиться, что предполагаемая причина действительно является ею, вызвавшей имеющееся следствие.
б) имеется следствие, необходимо установить причину, в отношении которой пока еще нет каких-либо предположений-
в) имеется причина, которая не смогла проявить себя, благодаря блокирующему действию условий ее реализации. Необходимо установить каков был бы характер и объем последствий, если бы возможная при-
чина переросла в действительность. Сюда же относятся варианты, когда, как например, в САТЭ, ставится вопрос о том, могли ли объекты располагаться так, как это указано в протоколе осмотра места ДТП и прилагаемой к нему схеме, если бы ДТП происходило в соответствии с показаниями водителя N. Иными словами, моделируется возможная причина и предлагается установить соответствие ее последствий реальным данным.
Решение этих вопросов с формальной точки зрений осуществляется по пяти формам логических суждений: сходства, различия, комбинации сходства и различия, метода остатков и исключенного третьего.
Вместе с тем использование этих формальных методов не способно обеспечить решение задачи при расследовании преступлений, в том числе при судебной экспертизе. Все эти методы построены на сопоставлении двух событий, в то время как и следователь, и судебный эксперт всегда имеют в каждом конкретном случае одно событие, один результат совершенного преступления. На помощь приходит методология криминалистической диагностики как сложного познавательного процесса, включающего многие методы научного познания, такие как анализ, синтез, экстраполяция, особенно же те, которые, не переставая быть общенаучными, становятся специфическими для определения причинно-следственных связей, это — абстрагирование, индукция по аналогии, дедуктивное обобщение и многие другие.
Рассмотрим с указанных позиций процесс экспертного диагностирования. Все начинается с так называемой неполной индукции, т. е. индукции через простое перечисление. На этой стадии эксперт обнаруживает признаки, которые станут в дальнейшем предметом глубокого изучения. По своей сущности это аналитическая деятельность. Рассматривая частности, она приближает эксперта к синтезу, т. е. к соединению разрозненных частей в единое целое с целью получения нового знания об объекте.
Из этого складывается то, что в медицине именую нозологической формой заболевания, а в криминалистике — типовой ситуацией (типовым объектом, образцом для сравнения).
В действие вступает индукция по аналогии. Благодаря ей, эксперт сопоставляет данные синтеза диагностических признаков с выбранной им типовой моделью, максимально сходной с исследуемой ситуацией. Сопоставление по общим признакам придает эксперту уверенность, что он правильно решает и исследует данную ситуацию. Однако, сходство с типовой моделью (типовым объектом) это еще не решение проблемы, а только путь к ее решению, т.к. суд и следствие всегда интересует конкретная ситуация, конкретный объект, конкретные причинно-следственные связи.
Для получения конкретики эксперт обязан, применяя дедуктивный метод мышления, начать движения мысли от полученного общего к частному, исследуемому, конкретному. При этом его знания об объекте, проверенное уже в целом, обрастает теми самыми подробностями из области частных закономерностей возникновения данного отображения, которые и составляют суть конкретной ситуации и конкретного объекта.
Когда мы говорим о роли криминалистической диагностики вообще и об экспертной диагностики, в частности, в деле установления причинно-следственных связей, мы далеки от мыслей, что только диагностика может быть задействована при их установлении.
Не меньшее значение для установления закономерностей отражения имеет и криминалистическая идентификация. В приводимых нами примерах именно отождествление оружия по выстреленой пули играло решающую роль как в установлении закономерностей отражения события, так и роль связующего звена между связующими факторами.
Сочетание диагностических и идентификационных исследований при установлении причинно-следственных связей позволяют устанавливать все элементы состава преступления. Так, установление причин смерти позволяет отдифференцировать данный случай от самоубийства или несчастного случая и, тем самым, достоверно установить, на какие общественно-правовые отношения посягало данное преступное деяние. Определение свойств, состояния и изменения объекта, отразившего события, позволяет установить его причинную связь с событием преступления и способствует пониманию того, что является предметом преступного посягательства как составной части объекта преступления.
Особо многочисленными и значимыми являются причинно-следственные связи, устанавливаемые при анализе объективной стороны преступления. Мы не касаемся сейчас правовых причинно-следственных связей, под которыми мы понимаем причинные связи, излагаемые в разделе учебников по уголовному праву об объективной стороне преступления, а также рассматриваемые по каждому уголовному делу на практике. Мы говорим о причинно-следственных связях отражения. Для объективной стороны это закономерности отображения: свойств личности (в том числе, субъекта преступного деяния) — закономерности его действий (напомним о стадиях подготовки, сокрытия следов) — закономерности материальных процессов, совершаемых действий и т. п.
В отношении такого элемента состава преступления как субъект, установление причинно-следственных связей способствует его идентификации как физического тела (по следам рук, ног, зубов и пр.). Анализ совершаемых действий дает представление о способах, навыках и приемах, реализуемых им в процессе совершения преступления. Многие из решаемых при этом вопросов основываются на проявлениях причинности.
И даже у такого специфического элемента состава преступления как субъективная сторона мы можем найти характеристики, объясняемые с позиции причинно-следственных связей, например, убийство особо жестоким способом- сексуальные мотивы убийства- совершение преступления по небрежности или в результате самонадеянности (езда на неисправном транспортном средстве, езда в состоянии опьянения).
Все вопросы криминалистической причинности, как и разрабатываемая криминалистическая теория причинности, основываются и будут основываться на общефилософских постулатах принципа причинности. В отличие от попыток некоторых наук, например уголовного права, криминалисты далеки от того, чтобы утверждать о создании какой-то особой криминалистической причинности. Здесь мы более близки с криминологами, где один из ведущих авторитетов этой области В. Н. Кудрявцев в своем монографическом исследовании с первых же строк подчеркивает, что в основе криминологической причинности должны лежать общефилософские представления о причинно-следственных связях. Единственное, что требуется от криминалистической причинности, это четкое понима-
ние того, что общефилософские тезисы о всемирной взаимосвязи и взаимообусловленности общепризнанные имеют лишь относительное значение к тем бытовым ситуациям, с которыми приходится иметь дело при расследовании преступлений.
В заключении хотелось бы подчеркнуть, что доскональное знание всего того, что понимается под терминами причинность, причина и следствие, принцип причинности, причинно-следственные звенья и цепи является обязательными как для следователя, так и для эксперта. Не разбираясь в этих вопросах нельзя создать следственную версию или экспертную гипотезу, а без этого не может быть ни расследование преступления, ни исследование объектов экспертизы.
Список литературы:
Аверьянова Т. В., Белкин Р. С., Корухов Ю. Г., Россин-ская Е. Р. Криминалистика, 3-е издание — М.: Норма, 2010-
Белкин Р. С. Курс криминалистики — М.: Закон и право, 2001-
Кустов А. М. Криминалистическое значение изучения механизма преступления — М., 1998-
Пиотковский А. А. К вопросу о теоретических основах советской криминалистики // Советская криминалистика на службе следствия. — М., 1955 — вып. 6-
Теория доказательств в советском уголовном процессе. Общая часть. Колл. Авторов. — М., 1968-
Эйсман А. А. Заключение эксперта (структура и научное обоснование) — М., 1967.
Отзыв
В статье Е. А. Холиной «К проблеме создания криминалистической теории причинности» рассмотрены достаточно важные вопросы, относящиеся к области философии, юридических наук, судебной экспертизы. Как известно, науковедение (наука о науках) считает верхом достижения в развитии любой науки ее обращение к философским категориям. Причинность, принцип причинности, причинно-следственные связи это детище материалистической диалектической философии. И тот факт, что автор обратился к этим достаточно высоким и сложным философским категориям не может не вызвать удовлетворения статьей и уважения к ее автору.
В статье очень подробно, самым детальнейшим образом, проанализированы сложные аспекты криминалистической теории отражения, этой основы основ, как самой криминалистики, так и всей деятельности по расследованию преступлений. Выявленные и четко очерченные автором закономерности причинно-следственных связей, проявляющиеся в отражении события преступления, создают цельную картину будущей криминалистической теории отражения. Нет сомнений, что эта статья, являющаяся как бы кратким изложением этой теории, послужит дальнейшему развитию криминалистической теории причинности и ее атрибутированию.
Можно не сомневаться, что появись на эту тему серия подобных статей, и создание криминалистической теории причинности приобрело бы реальное очертание. От всей души хочется пожелать автору успехов на этом благородном поприще.
Материал статьи изложен логично и аргументировано современным научным языком. Выводы, сделанные автором, закономерно вытекают из результатов исследования.
Работа выполнена на должном научном уровне и рекомендуется для публикации в журнале, рецензируемом ВАК.
Доктор юридических наук, профессор, Заслуженный юрист России, Почетный деятель науки и техники г. Москвы, Президент некоммерческого партнерства «Палата судебных экспертов» Корухов Ю. Г.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой