Физическое развитие и биоритмологические характеристики подростков 12-13 лет, занимающихся спортивным плаванием

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Биология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ФИЗИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ И БИОРИТМОЛОГИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ПОДРОСТКОВ 12−13 ЛЕТ, ЗАНИМАЮЩИХСЯ СПОРТИВНЫМ ПЛАВАНИЕМ
А.Д. Колесов*, Н.И. Орлова**, Т.С. Пронина**,
В.Д. Сонъкин*,**1 *Российский государственный университет физической культуры, спорта, молодежи и туризма (ГЦОЛИФК), Москва. Россия ** ФГБНУ «Институт возрастной физиологии Российской академии образования», Москва
С целью изучения сходства и различий в показателях циркадианной ритмической структуры температуры тела у подростков 12−13 лет, находящихся в процессе полового созревания, различающихся половой принадлежностью, а также двигательной активностью, были проведены исследования суточных ритмов температуры тела у 63 подростков мальчиков и девочек. Основную группу составили подростки, занимающиеся плаванием в спортивной школе РГУФКСМиТ, для сравнения использовали данные подростков того же возраста и пола, не занимающихся спортом. Измеряли показатели физического развития, регистрировали суточную динамику кожной температуры на плече с помощью технологии «Thermochron iButton». По результатам компьютерного анализа суточных записей определяли мезор и амплитуду температуры. Показано, что занятия спортом в подростковом возрасте ведут к снижению показателей физического развития, включая индекс массы тела, а также к замедлению процессов полового созревания. Выявлено стабилизирующее влияние занятий спортом на метаболические процессы в организме подростков. Высказано предположение, что девочки, занимающиеся спортом, испытывают некоторое перенапряжение в результате повышенных тренировочных нагрузок, которое проявляется в замедлении пубертатных процессов и особенностях вариабельности морфофункциональных показателей.
Ключевые слова: температура тела- циркадианный ритм- физическое развитие- подростки- занятие спортивным плаванием
Physical development and biorythmological characteristics of 12−13-year-old teenagers involved in swimming sports. The aim of this investigation is to learn the similarities and differences in the structure of the circadian rhythm of body temperature in 12−13-year-old adolescents of different gender, and physical characteristics in puberty. Circadian rhythms of body temperature were studied in 63 teenage boys and girls involved in swimming sports. For comparison, the data of adolescents of the same age and gender not involved in sports was used. The indicators of physical development were measured, the daily dynamics of the skin temperature on the shoulder with the help of «Thermochron iButton» technology was recorded. According to the results of the computer analysis of daily records, mezor and temperature amplitude were determined. It has been shown that exercise during adolescence result in low levels of physi-
Контакты: 1 Сонькин В. Д. — E-mail: & lt-Sonkin@mail. ru>-
cal development, including body mass index, and slowing down puberty processes. There was revealed a stabilizing influence of sports on the metabolic processes in the body of teenagers. It is suggested that the girls involved in sports, experience certain over-voltage due to high training loads, which manifests itself in slowing down the pu-bertal processes and in peculiarities of variability of morphological and functional indicators.
Keywords: body temperature- circadian rhythm- physical development- teenagers- swimming sports
Температура тела является одним из интегративных показателей состояния организма, который характеризует энергетический обмен и функционирование нейроэндокринной системы. Тепловой баланс организма определяется соотношением теплопродукции и теплоотдачи и является результатом деятельности системы терморегуляции (Van Someren et al, 2002), а его проявлением служит температура. С точки зрения температурного гомеостаза организм человека состоит из & quot-ядра"-, в состав которого входят мозг и центрально расположенные внутренние органы грудной, брюшной и тазовой полости, и & quot-оболочки"-, состоящей из кожи, подкожной клетчатки и поверхностных мышц (Knox, 1999: Refinetti, 2010). Температура «оболочки» существенно ниже температуры & quot-ядра"-, она колеблется в определенных пределах и зависит от пола, возраста, двигательной активности, питания и других факторов, влияющих на метаболизм и теплоотдачу.
Центральным звеном ответственным за терморегуляцию, является гипоталамус. Супрахиазматические ядра (СХЯ) гипоталамуса играют роль центрального осциллятора (пейсмекера), регулирующего подстройку ритмов обмена веществ и энергии к различным экзогенным ритмам, таким как суточная и сезонная смена освещенности и температуры среды, смена географических поясов при дальних перелетах, ритм работы и отдыха, и множество других. Все эти влияния в конечном итоге сказываются на величине текущей температуры тела и ее ритмических колебаниях (Waterhouse, 2000- Ootsuka et al, 2009- Biatteis, 2012).
Достаточно активно изучаемые с середины ХХ века циркадианные (околосуточные) ритмы являются результирующей активности множества структур, участвующих в генерации циркадианных ритмов поведенческих, физиологических и биохимических процессов, которые к тому же характеризуются синхронизацией как между собой, так и с ритмическими сигналами внешней среды. К наиболее регулярно исследуемым циркадианным ритмам относятся ритм сон-бодрствование и ритмы температуры (Т) тела (Dijk, 2005- Yoon, 2003).
На рис. 1 схематически представлен суточный и гомеостатический контроль температуры тела по версии Вейнерта (Weinert, 2010). Согласно этому подходу, суточный ритм Т тела представляет собой совокупный результат изменения Т «ядра» и Т «оболочки». СХЯ гипоталамуса — это центр терморегуляции, сигналы от которого активируют механизмы усиления теплопродукции или рассеивания тепла. Поскольку Т ядра и Т кожи меняются вследствие изменений двигательной активности, приема пищи, изменения окружающей Т и т. д., необходима непрерывная коррекция Т тела. Кроме того, СХЯ гипоталамуса модулируют и синхронизируют связь с суточными колебаниями других структур и процессов, что приводит к формированию разнообразных физиологических и поведенческих ритмов. Ежедневные изменения Т кожи участвуют в регуляции цикла сон-бодрствование и согласуют свою активность с другими осцилляторами.
Гипоталамус
СХЯ
п, а день,'-ночь РГКт 1 N


V Терморегрегуляция J




Л




L

Г температура ядра Л теплопродукция физическая активность, прием пищи




ь / температура кожи теплоотдача окружающая температура, положение тела
/
/
/
ритм сон-активность
периферические
осцилляторы
1
Рис. 1. Суточный и гомеостатический контроль температуры тела
(по: Weinert, 2010).
Основными показателями, характеризующими любой физиологический ритм, (в том числе циркадианный) является средний уровень (мезор), амплитуда колебаний и акрофаза (время максимума функции). Мезор (М) характеризует так называемую центральную линию, вокруг которой происходят колебания физиологической функции на протяжении суток. Амплитуда (разница между зарегистрированным максимумом и минимумом) является наиболее пластичным показателем и легко изменяется при воздействии внутренних и внешних факторов. Считается, что ее изменение является показателем адаптационного процесса (Ortis-Tudella, 2010).
Параметры биологических ритмов могут быть изменены под влиянием постоянно или регулярно действующих раздражителей (Harper et al., 2001- Shechter, 2010). В частности, на параметры ритмической активности влияют процессы полового созревания, спортивная деятельность и другие подобные причины. Следует отметить, что в литературе практически отсутствуют исследования циркадиан-ных ритмов температуры тела у детей разного возраста при различных состояниях и нагрузках. В то же время, литературные данные и результаты наших многолетних исследований показывают, что эти ритмы обладают индивидуальными, возрастными и половыми особенностями (Рыбаков с соавт., 2000- Пронина с соавт. 2009, 2011, Орлова и соавт., 2014).
Целью настоящего исследования было изучение сходства и различий в показателях циркадианной ритмической структуры температуры тела у подростков 1213 лет, находящихся в процессе полового созревания, различающихся половой принадлежностью, а также двигательной активностью. В связи с этим, в качестве испытуемых мы привлекали мальчиков и девочек, занимающихся спортивным
плаванием в спортивной школе РГУФКСМиТ, а для сравнения использовали подростков того же возраста и пола, не занимающихся спортом.
ОРГАНИЗАЦИЯ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ
Исследование было организовано совместно с кафедрой плавания РГУФКСМиТ с участием подростков 12−13 лет, занимающихся на базе РГУФКСМиТ в спортивной школе со специализацией «плавание». В качестве контроля были привлечены дети, обучающиеся в обычных московских общеобразовательных школах. В общей сложности в исследованиях приняли участие 63 подростка (35 мальчиков и 28 девочек).
Каждый ребенок проходил обследование показателей физического развития (масса тела, длина тела, расчетный показатель «индекс массы тела» по Кетле), после чего проводилось суточное мониторирование кожной температуры.
Для получения данных о циркадианном ритме температуры школьников был использован современный метод измерения температуры кожи по технологии «Thermochron iButton». Этот метод дает возможность проводить мониторинг Т с любым заданным интервалом времени тестирования. Датчик температуры — «таблетка-термометр» — закреплялась на коже верхней трети плеча. абсолютно не создавая помех для испытуемого. Температуру измеряли в градусах С. Измерения проводили 100 раз в сутки с 10-минутными интервалами. Считывание полученных результатов с термометра-таблетки осуществляли через специальное считывающее устройство, соединенное с компьютером под управлением специализированной программы Thermo Chron. Revisor, 2005 для системы «Термохрон». При анализе данных различали два временных диапазона: дневной (с 7 ч утра до 23 ч вечера) и ночной (с 23 ч до 7 ч утра), результаты для которых анализировали раздельно.
В качестве основных показателей, характеризующих циркадианный ритм температуры, оценивали МЕЗОР, то есть СРЕДНИЙ УРОВЕНЬ показателя на протяжении периода наблюдения, а также АМПЛИТУДУ колебаний величины показателя. В процессе обработки данных использовали стандартные программы статистического анализа в пакете MS Excel 2007.
РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ
На рис. 1 в качестве примера представлены динамические суточные термограммы двух испытуемых — мальчиков, занимающихся плаванием.
Из представленного графика наглядно видно значительное колебание температуры в течение суток, по амплитуде составляющее более 3 градусов Цельсия. Очевидно также, что мальчики различаются величиной мезора — у одного он в среднем на 1,5 градуса выше, чем у другого. Не совпадают также у этих двоих испытуемых временные моменты достижения пиков максимума и минимума. В то же время, у обоих испытуемых видно повышение Т в период 15−16 часов — именно в это время проходили спортивные тренировки, сопряженные с максимизацией энергопродукции.
Рис. 1. Пример регистрации динамической термограммы с помощью технологии «Пегтос^оп iButton» 2 испытуемых мальчиков 12−13 лет. По оси абсцисс — время суток (чч: мин). По оси ординат — температура.
Усредненные результаты измерений показателей физического развития и биоритмов температуры представлены в таб. 1. В таб. 2 приведены коэффициенты вариации (100 с/М) тех же показателей.
Таблица 1
Интегральная усредненная характеристика показателей физического развития и показателей циркадианного ритма температуры у мальчиков и девочек 12−13 лет, занимающихся и не занимающихся спортом (М ± а)
Масса Длина ИМТ День Ночь
Пол тела, кг тела, см Мезор Амплитуда Мезор Амплитуда
СПОРТСМЕНЫ
Мальчики 43,95± 154,7± 18,23± 34,49 ± 4,46 ± 33,73 ± 4,32±
N = 20 6,13 6,10 1,51 0,785 0,81 0,88 0,68
Девочки 41,25± 152,3± 17,78± 34,2 ± 3,3 ± 34,1± 3,5±
N = 12 4,55 4,27 1,68 0,69 0,98 0,45 1,1
НЕСПОРТСМЕНЫ
Мальчики 48,34± 154,3± 20,17± 34,18± 3,15± 33,18± 4,71±
N = 15 11,51 8,33 3,96 0,88 0,95 0,79 0,72
Девочки 50,34± 155,6± 20,8± 34,1 ± 3,8± 33,8 ± 3,9 ±
N = 16 8,14 6,57 3,03 1,26 1,06 0,62 0,86
Таблица 2
Вариабельность (коэффициенты вариации=100а/М) показателей физического развития и суточных биоритмов температуры тела у мальчиков и девочек
12−13 лет
Пол Масса тела, кг Длина тела, см ИМТ День Ночь
Мезор Амплитуда Мезор Амплитуда
СПОРТСМЕНЫ
Мальчики N = 20 13,94 3,94 8,28 2,27 18,16 2,61 15,74
Девочки N = 12 11,03 2,80 9,45 2,02 29,7 1,32 31,43
НЕСПОРТСМЕНЫ
Мальчики N = 15 23,8 5,40 19,63 2,57 30,16 2,38 15,28
Девочки N = 16 16,17 4,22 14,57 3,69 27,89 1,83 22,05
В качестве предварительного замечания следует подчеркнуть, что все дети, участвовавшие в исследовании, имели показатели физического развития, укладывающиеся в стандарты возрастно-половой нормы.
Полученные результаты могут быть рассмотрены в двух плоскостях. С одной стороны, они характеризуют некоторые различия между мальчиками и девочками 12−13 лет, вступившими в пубертатный период. С другой стороны, они отражают влияние спортивных занятий на изученные морфофункциональные показатели подростков. При этом обнаруживается интерференция влияния этих двух факторов, что представляет несомненный интерес для физиологического анализа.
Так например, по своему физическому развитию незанимающиеся спортом девочки в возрасте 12−13 лет догоняют или даже немного опережают сверстников-мальчиков, что характерно именно для этого возраста. Хотя отмеченные различия не являются достоверными, тем не менее они отражают определенную тенденцию: у девочек-неспортсменок в этом возрасте на 2 кг выше средняя масса тела, на 1,3 см выше средняя длина тела, на 0,6 единиц выше ИМТ, чем у мальчиков того же возраста. Это является прямым следствием начавшихся процессов полового созревания, которые у девочек начинаются раньше и к данному возрасту достигают нередко уже III стадии по Таннеру, тогда как большинство мальчиков такого возраста еще не преодолели стадию II (Таннер, 1979). Если обратить внимание на вариабельность рассматриваемых признаков, которая отражена в табл. 2, то легко видеть, что у мальчиков-неспортсменов она заметно выше, чем у девочек, по всем трем показателям физического развития. Очевидно, часть мальчиков уже вступили в пубертатный процесс, а другая часть еще нет, и это формирует повышенную популяционную вариабельность рассматриваемых признаков.
Совсем иная картина наблюдается у спортсменов. Занятия спортом, как известно, нередко замедляют процессы полового созревания и связанные с ними перестройки гормональной регуляции функций и метаболизма (Колесов, Сельве-рова, 1978). Очевидно, именно таким «притормаживанием» полового развития
можно объяснить два факта: 1) как мальчики, так и девочки, занимающиеся спортом, в возрасте 12−13 лет мельче по массе и длине тела, чем их сверстники, не занимающиеся спортом- 2) занимающиеся спортом мальчики крупнее занимающихся спортом девочек как по массе, так и по длине тела, то есть ростовые процессы у девочек еще не активировались. Об этом же свидетельствуют низкие величины коэффициентов вариации морфологических признаков у спортсменов — существенно ниже, чем аналогичные коэффициенты у не занимающихся спортом подростков.
Отдельного рассмотрения заслуживают данные по величине индекса Кетле ИМТ. Этот показатель сейчас пользуется огромной популярностью в мониторинговых и популяционных исследованиях, поскольку его величина характеризует общую метаболическую «настройку» организма (Щбгйогр, 1996). Превышение этого показателя выше уровня 25 единиц отражает накопление в организме избыточной жировой массы, что характерно для миллионов детей современного мира. Снижение показателя ниже 15 единиц характеризует противоположный процесс, часто искусственно стимулируемый за счет применения не вполне адекватных диет. В обследованной нами выборке чрезмерно низких показателей ИМТ не выявлено, а показатель выше 25 единиц встречался только у не занимающихся спортом 1 раз среди девочек и 1 раз среди мальчиков. Разницы между мальчиками и девочками по этому усредненному показателю нет, но у занимающихся плаванием подростков ИМТ на 2−3 единицы меньше, чем у неспортсменов. Это — вполне ожидаемое и естественное различие. Интересно, что у неспортсменов выше не только величина показателя, но и намного выше его вариативность (таб. 2) — у мальчиков более чем в 2 раза, у девочек — в 1,5 раза. Вероятно, это отражает стабилизирующую функцию спорта по отношению к организации метаболизма в организме. При этом любопытно, что вариативность показателя у мальчиков и девочек, занимающихся спортом, почти одинакова.
Анализ усредненных значений биоритмологических показателей — мезора и амплитуды Т тела — не выявил больших различий ни между мальчиками и девочками, ни между спортсменами и неспортсменами. У девочек не обнаружено разницы между дневными и ночными показателями ритма. У мальчиков такая разница есть по величине мезора — у неспортсменов она достигает 1 градуса Цельсия, у спортсменов немного менее выражена, но тоже вполне заметна (0,76°С). Амплитуда колебаний Т у мальчиков спортсменов выше, чем у девочек, как в дневное, так и в ночное время. У неспортсменов в ночное время эта разница также отмечена — колебания Т у мальчиков на 0,8°С больше, но в дневное время колебания Т имеют больший размах у девочек.
Представляет интерес анализ вариабельности показателей биоритмов Т в обследованных группах. Обращает на себя внимание тот факт, что вариативность мезора во всех случаях примерно на порядок ниже, чем вариативность амплитуды. При этом вариативность дневного мезора и дневной амплитуды у неспортсменов обоего пола значительно выше, чем у спортсменов. И это несмотря на то, что диапазон изменений метаболических состояний у спортсменов, разумеется, гораздо шире, так как они регулярно испытывают околопредельные физические нагрузки, существенно активирующие метаболические процессы в организме. По-видимому, это может свидетельствовать о серьезном стабилизирующем влиянии спорта на метаболические процессы в организме подростков обоего пола. В ночное время вариабельность мезора и амплитуды у спортсменов и неспортсменов
примерно одинакова. Несколько повышенный показатель отмечен у девочек спортсменок — возможно, это отражает какие-то важные эндокринные перестройки, начинающиеся у девочек этого возраста. Следует отметить, что и в дневное время этот показатель (вариабельность амплитуды) у девочек — спортсменок намного выше, чем у мальчиков, тогда как у незанимающихся спортом различия не выявлены.
При анализе этих фактов следует учитывать данные суточных мониторингов вариабельности ритма сердца у спортсменов. Такие технологии в последние годы приобрели большую популярность в спортивной медицине и физиологии и используются для сопровождения тренировочных процессов. Особое значение при этом придается соотношению симпатических и парасимпатических влияний на ритм сердца и динамику этого соотношения в ночное время. При оптимальном проведении тренировочного процесса указанное соотношение у спортсменов в течение первой половины ночного отдыха может оставаться повышенным, что отражает активационную роль симпатической активности, однако во второй половине ночного сна должно снижаться, отражая переход на парасимпатический режим регуляции сердечного ритма. Если нагрузки в течение тренировочного дня или более длительного периода были избыточны, то нормализация соотношения симпатикус/вагус не наблюдается, а если это соотношение исходно низкое, то это характеризует уровень тренировочной нагрузки как недостаточный (МаГштаИ et а1., 2006).
В соответствии с этими новыми взглядами, можно представить себе, что активация метаболизма под воздействием симпатической активации будет приводить к увеличению мезора и амплитуды Т тела как интегральных показателей метаболической активности. Как уже говорилось выше, заметных различий в биоритмологических показателях мы не обнаружили, однако у занимающихся спортом девочек в ночное время выявлена очень высокая вариабельность амплитуды. Это может говорить о том, что для части девочек-спортсменок их тренировочные нагрузки оказываются чрезмерны и в течение ночи не происходит полное восстановление функций организма. Возможно, именно этот эффект проявляется в выявленном нами торможении процессов полового созревания у девочек, занимающихся плаванием.
Определенный интерес представляют результаты корреляционного анализа массива полученных данных. Здесь следует выделить 3 группы выявленных корреляционных связей.
1 группа — очевидные и ожидаемые — это взаимосвязи между показателями физического развития. Так, между массой и длиной тела у мальчиков коэффициент корреляции Пирсона достигает значения 0,86, тогда как у девочек только 0,53 у спортсменок и 0,38 у незанимающихся спортом. Сходные высокие корреляции отмечены с показателем ИМТ. Все эти корреляции хорошо известны и большого интереса не представляют, хотя любопытно, что занятия спортом повышают степень взаимосвязи массы и длины тела у девочек (видимо, за счет снижения доли наиболее вариативной жировой ткани).
2 группа — корреляции между различными биоритмологическими характеристиками. Например, дневные показатели мезора коррелируют с ночными, причем у спортсменов эта корреляция высокая (г=0. 601 у девочек спортсменок), а у неспортсменов она — средняя по силе (г=0. 38 у девочек, не занимающихся спортом). Напротив, корреляция между мезором и амплитудой в ночное время высока у де-
вочек-неспортсменок (г=-0. 745), и значительно слабее у тренированных подростков (г=-0. 375). Интерпретация этих различий в настоящий момент затруднительна.
3 группа — неожиданные корреляции, выявленные между биоритмологическими показателями и данными по физическому развитию. В частности, у девочек -как занимающихся спортом, так и у незанимающихся — обнаружена умеренная отрицательная корреляция между дневным мезором и массой тела (г=-0,365- -0,354), а также ИМТ (г=-0,316- -0,349). Ночной мезор достоверных связей с показателями размеров тела не имеет. У мальчиков такие корреляции вообще не обнаружены.
Выявленные факты на сегодняшний момент не могут найти всеобъемлющего объяснения и нуждаются в дальнейшем изучении, проверке и интерпретации.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведенные исследования показали, что половая принадлежность и занятия спортом накладывают глубокий отпечаток как на морфологические, так и на биоритмологические характеристики организма подростков. Занятия спортом стабилизируют метаболические процессы в организме и несколько замедляют процесс биологического созревания. Половые особенности адаптации к тренировочным нагрузкам состоят в большей чувствительности организма девочек к таким воздействием, что, возможно, отражает избыточный уровень физических нагрузок в тренировке девочек-пловчих. Полученные результаты стимулируют продолжение биоритмологических исследований с участием спортсменов-подростков.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Колесов Д. В., Сельверова Н. Б. Физиолого-педагогические аспекты полового созревания. — М.: Педагогика, 1978. — 145 с.
2. Орлова Н. И. Циркадианные ритмы у детей пубертатного возраста: подходы и факты / Орлова Н. И., Пронина Т. С. // Новые исследования. — 2014. — № 1. -С. 33−39.
3. Пронина Т. С. Возрастные изменения параметров циркадного ритма температуры тела у детей 8−13 лет./ Т. С. Пронина, В. П. Рыбаков // Альманах: Новые исследования по возрастной физиологии. — 2010. — Т. 36,№ 1. — С. 75 — 83.
4. Пронина Т. С. Особенности циркадианного ритма температуры кожи у детей 8−9 лет и молодых людей. / Т. С. Пронина, В. П. Рыбаков // Журн. Физиол. Человека. — 2011 — Т. 37, № 4. — С. 1−7.
5. Пронина Т. С. Циркадианный ритм температуры — опосредованный метод определения мелатонина у девочек, девушек и пожилых женщин. / Т. С. Пронина // Матер. конф. Физиологические проблемы адаптации. Ставрополь. — апрель. -2013. — С. 201−202.
6. Рыбаков В. П. Биологические ритмы ребенка / В. П. Рыбаков, Н. И. Орлова, Т. С. Пронина, Ю. Н. Чернышева, И. А. Момот // Физиология развития ребенка. -М.: Изд-во РАО, ИВФ, 2000. — С. 287−295.
7. Теннер Дж. Рост и конституция человека // Биология человека. — М.: Мир, 1979. — С. 366−471.
8. Biatteis C.M. Age-Dependent Changes in Temperature Regulation / C.M. Bi-atteis // Gerontology. — 2012. — V. 58, № 4. — P. 289−295.
9. Bjorntorp P. The regulation of adipose tissue distribution in humans // Int J Obes Relat Metab Disord. 1996 Apr-20(4): 291−302.
10. Dijk D.J. Timing and consolidation of human sleep, wakefulness, and performance by symphony of oscillators / D.J. Dijk // J. Biol. Rhythms. — 2005. — V. 20, № 4. — P. 279−290.
11. Harper D.G. Stress induced disorganization of circadian and ultradian rhythms: comparisons of effects of surgery and social stress / D.G. Harper, W. Tornatzky, K.A. Miczek // J. Psychol. — 2001. — V. 25. — P. 138−140.
12. Knox D.M. Core body temperature, skin temperature, and interface pressure: Relationship to skin integrity in nursing home residents. / D.M. Knox // Adv. Wound Care. — 1999. — Jun., V. 12, № 5. — P. 246−252.
13. Martinmaki K1, Rusko H, Kooistra L, Kettunen J, Saalasti S. Intraindividual validation of heart rate variability indexes to measure vagal effects on hearts. // Am J Physiol Heart Circ Physiol. — 2006. — Feb-290(2): H640−7- Epub 2005 Sep 19.
14. Ootsuka Y Brown adipose tissue (BAT) thermogenesis heats brain and body as part of the brain-coordinated ultradian basic rest-activity cycle (BRAC). / Y. Ootsuka, C. Rodrigo, A. Abbas, V. Z. Dmitry et al. // Neuroscience. -2009. — 164, № 2. — P. 849 863.
15. Ortiz-Tudela E. A new integrated variable based on thermometry, actimetry and body position (TAP) to evaluate circadian system status in humans. / E. Ortiz-Tudela, A. Martinez-Nicolas, M. Compos, MA Rol, JA Madrid // PLoS Comput Biol. -2010. — V. 11, № 6: e 1 000 996.
16. Refinetti R. The circadian rhythm of body temperature. / R. Refinetti// Front. Biosci. — 2010. — Jan., V. 1, № 15. — P. 564−594
17. Shechter A. Circadian variation of sleep during the follicular and luteal phases of the menstrual cycle. / A. Shechter, F. Varin, D.B. Boivin // Sleep. — 2010 — May, V. 33, № 5. — P. 647−56.
18. Van Someren E.J. Circadian and age-related modulation of thermoreception and temperature regulation: mechanisms and functional implications. /E.J. Van Someren, R.J. Raymann, E.J. Scherder, H.A. Daanen, D.F. Swaab // Ageing Res. Rev. — 2002. -Sep., V. 1, № 4. — P. 721−78.
19. Waterhouse J. A comparison of some different methods for purifying core temperature data from humans. /J. Waterhouse, D. Weinert, D. Minors, S. Folkard, D. Owens, G. Atkinson, I. Macdonald, N. Sytnik, P. Tucker, T. Reilly// Chronobiol Int. -2000. — Jul., V. 17, № 4. — P. 539−66.
20. Weinert D. Ageing Research Reviews. / D. Weinert // Thermodynamics and Ageing. — 2010. — V. 9, № 1. — P. 51−60.
21. Yoon I.Y. Age-related changes of circadian rhythms and sleep-wake cycles / I.Y. Yoon // J. Clin. Physiology. — 2003. — V. 51, № 8. — P. 1085−1091.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой