Кризис крестьянского хозяйства на Ставрополье в начале ХХ века и проблема интенсификации аграрного сектора

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

11. Крупская Н. К. Задачи библиотечного образования // О библиотечном деле. Избранные работы / вступит. статья О. С. Чубарьяна. М.: Книга, 1976.
12. Мал золотник, да дорог // Северо-Кавказский большевик. 1935. 25 мая. № 121
13. Масяйкина Е. А. Материалы Всесоюзной библиотечной переписи 1934 года как источник изучения сельских библиотек // Культурология и искусствоведение. 2011. № 4.
14. Неделя сбора книги // Власть советов. 1931. 6 марта. № 3.
15. О библиотечном походе // Сборник материалов Ставропольского Окроно и Окрпроса. Ставрополь: Ставропольский ОкрОНО и Окрпрос, 1930.
16. Об улучшении библиотечной работы: постановление ЦК ВКП (б) от 30 октября 1929 года // Директивы ВКП (б) и постановления Советского правительства о народном образовании: сб. док. За 1917−1947 гг. М.: АПН РСФСР, 1947.
17. Постановление Наркомпроса «О состоянии и перспективах библиотечной работы» // Справочник библиотекаря / под ред. М. А. Смушковой. М.: Главполитпросвет, 1930.
18. Продолжим осмотр библиотек // Власть советов. 1931. 1 августа. № 92.
19. Протокольное постановление (опросом) Оргбюро Ц К ВКП (б) «О ликвидации вредительской системы изъятия Главлитом литературы» [Электронный ресурс]. URL: http: //www. opentextnn. ru/ censorship/russia/sov/law/tsk/1930/?id=1063 (Дата обращения: 25. 08. 2015).
УДК 332. 122(470. 63) '-'-19'-'-
В. П. Ермаков, Т. Н. Мамедова
КРИЗИС КРЕСТЬЯНСКОГО ХОЗЯЙСТВА НА СТАВРОПОЛЬЕ В НАЧАЛЕ ХХ ВЕКА И ПРОБЛЕМА ИНТЕНСИФИКАЦИИ АГРАРНОГО СЕКТОРА
В статье рассматриваются перспективы Данный фактор привел к росту арендной платы
за землю в губернии.
Ключевые слова: крестьянское хозяйство, пшеница, частная собственность, пастбища, аренда, община, интенсификация.
развития крестьянского хозяйства на Ставрополье в начале ХХ в. Авторы приходят к выводу о нарастании земельного вопроса в регионе в условиях демографического бума и экстенсивных форм ведения хозяйства, присущих крестьянам.
V. P. Ermakov, ^ N. Mamedova
THE CRISIS OF THE FARMING IN STAVROPOL REGION IN THE EARLY XXth CENTURY AND THE PROBLEM OF THE INTENSIFICATION OF THE AGRARIAN SECTOR
The given material examines the prospects of the development of the farming in Stavropol region in the early 20th century. The authors come to the conclusion that under the conditions of the demographic boom and the extensive forms of farming inherent in peasants
Ставропольская губерния принадлежала к числу благополучных губерний страны. Ставропольские крестьяне по сравнению с другими регионами имели довольно высокий уровень доходности и товарности хозяйства, значительная часть ставропольского хлеба и мяса экспортировалась за пределы регио-
the land problem in the region was becoming acute. This factor led to the rise in the land rent in the region.
Key words: farming, wheat, private property, pastures, rent, commune, intensification.
на. Однако за этим внешним благополучием крылись большие проблемы, которые через несколько лет взорвали бы и ставропольскую экономику, если она не пошла по пути интенсификации и индустриализации.
Существенное влияние на состояние дел в сельском хозяйстве Ставрополья игра-
ла близость портов Азовского и Черного морей, что позволяло значительную часть зерна экспортировать за пределы империи [6, с. 141]. Об этом свидетельствует динамика цен на зерно на Дону и Северном Кавказе. В XIX — начале ХХ вв. в России в среднем цены на пшеницу возросли на 16%, а на Северном Кавказе на 69%, что давала крестьянам Ставрополья значительный доход [5, с. 77]. Данное обстоятельство вело еще к тому, что в период экономического бума цены на зерно в регионе росли быстрее, а в период депрессии снижались в меньшей степени по сравнению с другими регионами России. В 1882 г. пуд пшеницы в Ставропольской губернии стоил 70 коп., достигая максимума в 1885—1886 гг. 90 коп., затем мировой аграрный кризис привел к обвалу цен на зерно, в том числе и на Ставрополье. Спад продолжался с 1888 г. по 1894 г., когда цена пшеницы за пуд сократилась до 36 коп. Затем началась новая полоса подъема вплоть до 1909 г., когда цена за пуд достигла 112 коп., затем цена вновь упала до 86 коп. в 1913 г. [6]. При нестабильности цен на зерно главным источником получения дополнительной прибыли для крестьян Ставрополья становилось увеличение объемов продаж зерна, но для этого необходимо было увеличить валовой сбор зерна.
Ставропольская губерния для крестьян являлась своеобразным «Эльдорадо». Помещичьего землевладения практически не было, долгое время губерния имела огромные земельные ресурсы, которые постепенно вводились в хозяйственный оборот. В 1911 г. из 5 077 277 дес. земли, 3 174 433 дес. (62,5%) принадлежало сельским обществам, то есть общинам, 248. 891 дес. (4,86%) мещанам, крестьянам — единоличникам, крестьянским товариществам и только 147 733 дес. (2,91%) потомственным гражданам, дворянам, купцам, духовенству, государству — 95 840 дес. (1,89%), Крестьянскому банку — 111 732 дес. (2,2%), городам — 40 152 дес. (0,79%) и 1 241 666 дес. (24,46%) принадлежало местным кочевым народам (туркмены, ногайцы, калмыки) [9, с. 4]. Таким образом, «внешних врагов», в лице помещиков, капиталистов и императорской фамилии, которые могли мешать развитию крестьянского хозяйства на Ставрополье, не было.
Незначительной слой частных владельцев был представлен в основном немногочис-
ленным дворянством и «тавричанами». Частная собственность на землю в Ставропольской губернии появилась в 60−70 е гг. XIX в., когда наместник на Кавказе Великий князь Михаил Николаевич решил раздать часть земель в частную собственность, чтобы на их базе создать эффективное, высокотоварные хозяйства, которые должны были стать очагами культурного земледелия и животноводства на Северном Кавказе. Кроме этого с помощью земельных пожалований стремились поощрить чиновников и офицеров за успешную службу. Величина пожалованных участком была различной от нескольких сотен дестин до 5−6 тыс. дес. на Ставрополье существовала шутка, местное дворянство часто называли «владимирским», так как пожалование ордена св. Владимира давало основание его получатель получить земельный участок в собственность [12, с. 39].
Другим способом оформления частной собственности была покупка земли, когда в губернии было еще много свободных земель. Эта категория лиц получила название «тавричане» в честь выходцев из Таврической губернии, ставших первыми лицами, прибегшими к покупке земли на Ставрополье в частную собственность [2, л. 2]. Данный тип частных владельцев отличался большим своеобразием. Они имели огромное поголовье скота и успешное земледельческое хозяйства, они зачастую имели внушительные суммы денег, в несколько сот тыс. руб., но при этом в повседневной жизни они отличались аскетизмом и скромностью, в их среде не было принято кичиться богатством. Все это давало основание местным жителям распространять шутки и сплетни о жадности «тавричан», называя их трудоголиками. В отличие от дворянского земледелия, которое постоянно в губернии сокращалось, хозяйства «тавричан» постоянно развивались и расширялись.
В конце XIX в. дворянам губернии принадлежало 36,3% частновладельческих земель, купцам и почетным гражданам 18,6%, мещанам 16% и крестьянам 30,1% [12, с. 39]. В начале ХХ в. в губернии насчитывалось 335 частных землевладельцев, из которых 160 являлось дворянами, 94 крестьянами, 42 мещанами и 39 купцами. В губернии в основном доминировали средние частные землевладельцы, в их собственности находилось от 100 до 1 000 дес. (110 дворян, 17
купцов, 19 мещан и 40 крестьян. К мелким землевладельцам (до 100 дес.) относились хозяйства 12 дворян, 1 купца, 1 мещанина и 15 крестьян. Крупных земельных собственников (более 1000 дес.) на Ставрополье было всего 120 чел., в том числе 38 дворян, 21 купец, 22 мещанина и 39 крестьян. Однако им принадлежало около 80% всех частновладельческих земель. «Тавричанам» кроме земель крестьян принадлежала часть земель из категории мещане и купцы, которая ими арендовалась или находилась в собственности.
Крестьяне Ставрополья имели большие земельные наделы, не только по европейским меркам, но даже и по российским показателям. Так, в Медвеженском уезде в 1907 г. на одно крестьянское хозяйство приходилось 21,2 дес. всей земли и 20,6 дес. удобных угодий, в Ставропольском уезде эти показатели соответственно выглядели следующим образом: 27 и 24,3- в Благодарненском уезде -28,4 и 23,9- Прасковейском уезде — 29 и 25,7- Александровском уезде — 32,6 и 29,1 дес. [7, с. 5]. Сельских обществ, имевших земельные наделы менее 20 дес. на одно хозяйство в губернии насчитывалось всего 59, в том числе в Медвеженском уезде — 25, в Благодарнен-ском уезде — 15, в Ставропольском уезде — 8, в Прасковейском уезде — 8, в Александровском уезде — 3, всего 45 643 хозяйства [8, с. 5]. К 1914 г. средний земельный надел в губернии сократился до 21,0 дес., по России данный показатель составлял 11 дес. [4, с. 21]. В 1914 г. крестьяне Александровского уездаимели 82,6% надельной земли от уровня 1906 г., Благодар-ненского — 7,5%, Медвеженского — 83,9%, Святокрестовского — 79,1%, Ставрополсько-го — 76,8%, а в среднем по губернии — 80,5% [4, с. 24]. Таким образом, в среднем по губернии с 1906 по 1914 гг. крестьянский надел в губернии сократился на 20% [6, с. 144]. Даже, несмотря, на эти сокращения, о таких земельных владениях крестьяне Европы и Центральной России могли только мечтать, и казалось, что это обилие земли на многие годы могло обеспечить благополучие крестьян Ставрополья.
Кстати, Ставрополье крестьянской губернией считалась не только по доминированию крестьянского хозяйства в экономике региона, но и по удельному весу крестьян в общей численности населения Ставропольской губернии. На 1 января 1914 г в губернии проживало 1 283 608 жителей, из них 1 164 303
(почти 88%) являлись крестьянами, мещанами — 48 903 чел., колонистами — 9 394 чел., дворянами и почетными гражданами всего -5 263 чел., представителями духовенства -4 206 чел., купцами — 1 079, иностранцами -1 226 чел., так называемыми инородцами (туркмены, ногайцы, калмыки) — 41 052 чел. [10, с. 12]. Следовательно, по патриархальности социальной структуры общества и отсталости системы землевладения Ставропольская губерния превосходила даже средние российские показатели [3, с. 31]. Для сравнения в 1905 г. 82,8% всех земельных угодий Ставропольской губернии относилось к категории надельная земля и только 10,3% относилось к частновладельческим землям. В Таврической губернии данные показатели составляли пропорцию 37,2% и 52,6% соответственно, в Саратовской губернии 49,2% и 38,7%, в Астраханской губернии 66,8% и 5,6%, Области Войска Донского 70,0% и 16,5%, а по Европейской России 35,15 и 25,8% [4, с. 18].
Ставропольские крестьяне традиционно вели экстенсивное зерновое хозяйство, параллельно занимаясь животноводством. Огородничество, виноградарство, садоводство на Ставрополье были развиты очень слабо, по сути, они находились в зачаточном состоянии. То же самое можно сказать и о промыслах. Каждый год крестьяне расширяли запашку, это был единственный известный им способ расширения производства, тем более в условиях наличия в XIX в. больших запасов целинных земель. Плодородные, целинные земли без излишних усилий и вложений средств давали хорошие урожаи, а постройка Владикавказской железной дороги привела к колоссальному росту доходов местных крестьян от ведения зернового хозяйства, так как железная дорога приблизила товаропроизводителей к потребляющим регионам, и дала возможность организовать в больших масштабах вывоз зерна за пределы губернии, потому что до строительства железной дороги значительная часть зерна у крестьян просто пропадала в амбарах, так как они не имели возможности сбыть излишки продукции. Крестьяне не задумывались о ведении интенсивного хозяйства. Они хищнически относились к земле, ежегодно засевая ее пшеницей и другими зерновыми культурами. Паров практически не было, удобрения не использовались, почти негде не применялась плодопеременная
система земледелия, об улучшении семенного фонда практически никто не думал. Сельскохозяйственная техника покупалась не столько для улучшения обработки земли, сколько для ускорения процесса распашки земли. Поэтому крестьяне в основном закупали буккера. Все это делало сельское хозяйство зависимым от природного фактора. Суховеи, суровые зимы, недостаток воды, все это приводило к значительным рискам [12, с. 53]. Спекулятивные цены на зерно сокращали пастбища и сенокосы в пользу посевных площадей.
Если в 1904 г. посевные площади в губернии составили 1 449 094 дес., то в 1911 г. уже 2 268 009 дес. [1, л. 38]. Возникает вопрос: за счет чего крестьяне увеличивали посевные площади? Первый путь — это сокращение пастбищ, в результате чего сокращение поголовья овец и крупного рогатого скота, с 1904 по 1911 гг. площадь пастбищ сократилась с 550 946 дес. до 257 467 дес. [1, л. 38]. Второй путь -аренда земли. При возрастающем спросе на землю ее арендная стоимость резко увеличивалась. С 1904 г. посевные площади увеличились на 56%, а количество арендной земли на 275% [9, с. 80].
После первой русской революции ситуация с арендой земли еще больше усложняется [6, с. 144]. Более 59% крестьянских хозяйств Ставрополья прибегало к аренде земли. Бытует заблуждение, что основным источником аренды земли являлись земли кочевых народов. Однако это не соответствует действительности. На аренду земли у кочевников приходилось только 18,7% всей арендной земли, еще 20% земли крестьяне арендовали у государства и 45% земли крестьяне арендовали у своих же односельчан-крестьян [4, с. 27]. Больше всего крестьянских хозяйств, арендовавших землю, находилось в Благодар-ненском (65,9%) и Александровском (51,6%) уездах. Возникает вопрос о том, почему именно эти уезды оказались лидерами аренды земли. Тем более, уезды не страдали недостатком надельной земли, по количеству которой на одно хозяйство уезды занимали первое и второе место в губернии соответственно. По темпам роста населения в начале ХХ в. Бла-годарненский уезд занимал второе место, а Александровский четвертое место1. Поэ-
1 В начале ХХ в. рождаемость на 1 000 жителей в Святокрестовском уезде составляла 41,8 чел., Благодарненском — 40,9, Ставропольском — 37,7, Александровском — 26,6 и Медвеженском — 16,5.
тому рост численности населения не может считаться в данном случае основным фактором аренды земли, хотя его нельзя исключать. В каждом уезде действовали свои специфические условия. Крупные крестьянские хозяйства этих уездов имели значительный валовой доход, который они были готовы инвестировать в расширение посевов. Интенсификация производства считалась малопривлекательной и затратной в условиях существования излишка рабочих рук в рамках одной семьи и возможности привлекать в разгар сезонных работ наемных рабочих. Поэтому данному типу хозяйств необходимо было расширение запашки.
Источником аренды земли в Благодар-ненском уезде стали кочевые народы, и в обоих уездах свои крестьяне-односельчане, которые имели значительные земельные угодья. В ряде случаев, имея большие наделы земли, крестьяне принимали решение сдать ее часть в аренду, что казалось им более привлекательной экономической операцией, чем самостоятельная обработка земли. Это относилось прежде всего к хозяйствам, которые в силу ряда причин потеряли лишние рабочие руки, семьи одиноких стариков, хозяйства, сделавшие ставку на другие виды экономической деятельности в ущерб ведения зернового хозяйства, и нельзя здесь исключать тех, кто относился к разряду неблагополучных крестьянских хозяйств, которые предпочитали вести праздный образ жизни, сдавая практически всю землю в аренду и живя за счет, получаемой арендной платы. На количество арендуемой земли определенное влияние оказывала и ее стоимость. В 1908—1912 гг. арендная плата за одну дес. земли в Ставропольской губернии составляла примерно 156,5 руб. в год. Для сравнения, в Кубанской области данный показатель составлял 296,5 руб. за дес., Донской области — 189,9 руб., Таврической губернии -155,3 руб., Саратовской губернии — 123 руб., Терской области — 98,3 руб., Астраханской губернии — 47 руб., в среднем по России — 90,8 руб. [4, с. 30]. По уездам Ставропольской губернии этот показатель выглядел следующим образом: Медвеженский уезд — 214,6 руб., Александровский уезд — 197 руб., Святокре-стовский уезд — 157,1 руб., Ставропольский уезд — 144,5 руб., Благодерненский уезд -106,7 руб. [4, с. 31].
Лидерство в данном плане Медве-женского уезда не случайно. На цену аренд-
ной земли в уезде влияло несколько обстоятельств. Первое, чему традиционно уделяется внимание, — это высокая плотность населения и относительное по ставропольским меркам малоземелье крестьян. Второе -наличие Царицынской железной дороги, что облегчало сбыт зерна на выгодных условиях, о чем шла уже речь применительно к Александровскому уезду, через который проходила Владикавказская железная дорога. Третье — практически полное отсутствие неудобных земель, что повышало ценность арендуемых земельных участков. Четвертое — развитие зернового высокотоварного хозяйства, которое покрывало расходы, связано с существованием значительной арендной платы на землю.
В этом плане Благодарненский уезд проигрывал, он был удален от железной дороги, плодородие земли значительно уступало аналогичному показателю в Медвеженском и Александровском уездах. Это во многом относится и к Святокрестовскому уезду. Отставание Ставропольского уезда представляется несколько нелогичным. Уезд находился рядом с крупной железнодорожной станцией г. Ставрополь, земли уезда отличались плодородием. Однако рост арендной платы в уезде тормозили два фактора. С одной стороны, наличие значительного количества неудобной земли из-за рельефа местности, с другой стороны более высоким уровнем интенсификации труда в крестьянских хозяйствах уезда.
При анализе хозяйственной деятельности крестьянских хозяйств в губернии и состоянии дел в аренде земли важно учитывать соотношение надельной и арендной земли в общей площади, используемых в хозяйственном обороте крестьянского хозяйства земель. В целом по губернии арендная земля составляла до 38% всех земель, применяемых в экономическом обороте крестьянами. Самый высокий данный показатель был в Святокре-стовском (44,2%) и в Благодарненском (40,2%) уездах. Это, по российским меркам, был очень высокий показатель.
Развитие кредитной кооперации на Ставрополье также подстегивал рост стоимости аренды земли. Крестьяне через кооперативы получали столь необходимые оборотные средства, что им позволяло расширить свое хозяйство через аренду земли. Однако в принципе положительный процесс в условиях нехватки свободных земель и при доступности
кредита привел к острой конкуренции между крестьянами за имеющиеся земли, которые можно было арендовать. Только по данным 36 кредитных товариществ в 1913 г. кредиты на аренду земли взяло 13 445 крестьянских хозяйства. В результате этой конкуренции цены на землю пошли резко вверх [11, с. 5]. В данных условиях накануне первой мировой войны кредитные товарищества стали прибегать к самостоятельной аренде земли, то есть в качестве арендатора выступало само товарищество, затем оно само распределяло землю среди крестьян, подавших заявки на аренду земли. В 1913 г. этой операцией воспользовалось 3 кредитных товарищества.
Такой беспрецедентный рост арендной платы на земли означал начало структурного кризиса всей традиционной экономики Ставрополья. Губерния в начале ХХ в. исчерпала возможности для экстенсивного развития, новых земель для этого в губернии практически не осталось. Однако образ мышления крестьян не был готов к быстрой перестройке своего хозяйства. Поэтому они были согласны платить большую арендную плату, только лишь бы расширить производства, хотя рентабельность хозяйства при этом снижалась [14, с. 124].
Здесь следует подчеркнуть важную особенность развития российского села. С 1897 г. по 1914 г. численность населения в губернии возросло на 410 307 чел. или на 47%, это притом, что средне российский показатель составил 39,1% [4, с. 9]. В условиях демографического бума, крестьянская семья разрасталась, появлялись новые рабочие руки по мере подрастания детей и женитьбы сыновей. Поэтому новые рабочие руки следовало обеспечить работой, а для этого необходима была новая земля, поэтому ее арендовали даже на кабальных условиях. «Чем больше число работников объединяет семья, тем шире возможности применения сложной кооперации и тем большая возможность расширить свою запашку за пределы надельной площади… «, — отмечал по этому поводу А. В. Чаянов [13, с. 99].
Это обстоятельство привело к слабой восприимчивости крестьянских хозяйств к сельскохозяйственной технике, использование которой вело к высвобождению лишних рук, что крестьянам казалось немыслимым в условиях роста численности семьи. Поэтому они полагали, что ручной труд в условиях многочисленности семьи был более рента-
бельным, чем использование дорогостоящей сельскохозяйственной техники.
Важную роль в уменьшении крестьянских наделов сыграл распад традиционной крестьянской большой семьи, все чаще дети стремились отделиться от своих отцов и завести собственное хозяйство. С 1904 по 1914 гг. число крестьянских дворов увеличилось на 32%. По уездам данный показатель выглядел следующим образом: Святокрестовский -41,8%, Благодарненский — 40,9%, Ставропольский — 37,7%, Александровский — 26,6%, Медвеженский — 16,6% [4, с. 7]. Данный процесс был вполне закономерен в условиях модернизации российского общества, и его не могли остановить никакие факторы, даже несмотря периоды временного укрепления позиции традиционной семьи, что наблюдалось в некоторых селах Ставропольской губернии.
Интенсификация хозяйства делала экономически невыгодным наличие большого числа работающих, так как нагрузка на одного рабочего в условиях использования интенсивных методов хозяйствования постоянно падала, что приводило к сокращению валового дохода на одного рабочего при относительной
стабильности затрат на содержание каждого члена семьи. Так, по данным ставропольских специалистов-аграриев, в начале ХХ в. только использование буккарей и жаток привело к технологическому перевороту в селе Ставропольской губернии. Это обстоятельство в два раза повысило производительность труда на рубеже XIX—XX вв. если в XIX в. 2−3 работника могли обрабатывать 20−30 дес. земли, то с использованием этих сельскохозяйственных машин данный показатель увеличился до 40−60 дес. [4, с. 78]. Данная технологическая революция также привела к осознанию крестьянами Ставрополья острой необходимости в приобретении новых земель. В условиях натурального хозяйства соотношение расход -доход имеет слабовыраженную корреляцию. Однако по мере развития включенности крестьянского хозяйства в товарно-денежные отношения расходы на содержание членов хозяйства растут и здесь семье необходимо принимать радикальные решения в виде модернизации хозяйства, при сокращении земельных наделов, речь могла идти только об его интенсификации и как следствие — чего распаде традиционной семьи.
Литература
1. Государственный архив Ставропольского края (далее — ГАСК). Ф. 101. Оп.4. Д. 3506.
2. ГАСК Ф. 107. Оп. 1. Д. 18.
3. Дмитриев Е. В. Анализ особенностей развития экономических и социальных процессов на Ставрополье в 1960-е гг. — начале ХХ вв. // Проблемы отечественной и зарубежной истории: мнения. Оценки, размышления. Ученые записки кафедры Отечественной и зарубежной истории. Вып. Х. Пятигорск: ПГЛУ, 2008.
4. Кузнецкий С. Аграрный вопрос в Ставропольской губернии. Статистико-экономическое исследование. Ставрополь: [б.и. ], 1920.
5. Миронов Б. Н. Хлебные цены в России за два столетия (XVIII-XIX вв.). Л.: Наука, 1985.
6. Невская Т. А. Итоги аграрного развития Ставрополья в досоветский период // Исследования по истории и историографии России и зарубежных стран. Ставрополь: СГУ, 2004.
7. Обзор Ставропольской губернии за 1907 г. По данным Ставропольского губернского Статистического Комитета. Ставрополь: Губернская типография, 1908.
8. Обзор Ставропольской губернии за 1909 г. По данным Ставропольского губернского Статистического Комитета. Ставрополь: Губернская типография, 1910.
9. Обзор Ставропольской губернии за 1911 г. По данным Ставропольского губернского Статистического Комитета. Ставрополь: Губернская типография, 1913.
10. Обзор Ставропольской губернии за 1914 г. По данным Ставропольского губернского Статистического Комитета. Ставрополь: Губернская типография, 1915.
11. Северокавказский край. 1914. № 802.
12. Смирнов М. Очерки хозяйственной деятельности Ставропольской губернии в конце XIX в. Ставрополь: [б.и. ], 1913.
13. Чаянов А. В. Бюджет крестьянского хозяйства // Крестьянское хозяйство. Избранные труды. М.: Экономика, 1989.
14. Чаянов А. В. К вопросу теории некапиталистических систем хозяйства // Крестьянское хозяйство. Избранные труды. М.: Экономика, 1989.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой