Форма множественного числа имени существительного в якутском языке: стилистический аспект

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 811. 512. 157:81'366. 533/81'367. 622 Е. С. Герасимова
ФОРМА МНОЖЕСТВЕННОГО ЧИСЛА ИМЕНИ СУЩЕСТВИТЕЛЬНОГО В ЯКУТСКОМ ЯЗЫКЕ: СТИЛИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
Рассмотрены и выявлены стилистические особенности использования аффикса множественного числа на -лар в разговорном, художественном, публицистическом, деловом и научном стилях якутской речи.
Ключевые слова: стилистика, функциональный стиль, разговорный, художественный, публицистический, деловой, научный стили, множественное число, стилистический прием.
E. S. Gerasimova
The plural form of the noun in Yakut language: the stylistic aspect
The author examines and elicites the stylistic features of the use of affix -lar of plural form in colloquial, belles-lettres, journalistic, business and scientific styles in Yakut language.
Key words: stylistics, functional, colloquial, belles-lettres, journalistic, business and scientific styles, plural, stylistic device.
В якутском языке множественное число имени существительного образуется с помощью аффикса
-лар, который под влиянием закона гармонии гласных и согласных звуков имеет 16 фонетических вариантов. Такая форма множественного числа характерна для всех тюркских языков (кроме чувашского): «В тюркских языках аффикс -лар — единственный общераспространенный показатель множественного числа на протяжении всей письменной истории их» [1, с. 84]. Основным значением является «дискретное множество предметов, взятых каждый в отдельности, хотя общая основа указывает на их однородность», а также «собирательное множество» и «репрезентативная множественность, т. е. множество лиц, объединенных в какую-либо общность по определенному признаку — по месту жительства, работы, по родству и т. д. «[2, с. 40].
В последнее время одной из проблем функционирования языка является то, что недостаточное понимание литературных, стилистических и узуальных норм якутского языка приводит к беспорядочному, неправильному употреблению имен существительных в форме множественного числа в различных предложениях, т. е. происходит снижение качества культуры якутской речи.
В современном якутском языке, как отмечал Л. Н. Харитонов: «в зависимости от особых условий контекста
ГЕРАСИМОВА Евдокия Софроновна — аспирант, старший преподаватель института языков и культуры народов СВ РФ СВФУ.
E-mail: GES1970@mail. ru
и переосмысления слова в любом слове форма числа может получить необычное применение» [3, с. 126]. Во всех функциональных стилях речи довольно широко распространено употребление имени существительного с аффиксом -лар, и в каждом из них этот аффикс приобретает свое стилистическое значение.
В разговорном стиле якутского языка данным показателем множественности иногда выражаются такие психические и эмоциональные проявления человека, как агрессивность, ругань, зависть, неприязнь и т. п. Бургунастар адьарайдар, эмиэ ынахтар буоланнар, ууттэрин дуомуттан балтараа буут арыы тахсыбата [4, с. 21], 'Дьявольские коровы, тоже мне коровы, из их скудного молока не получилось даже полтора пуда масла'. ЭНиги ыаллар, сака атыыНыттар куораттан тахсаннар, куннээн олордоххут дии? [5, с. 34]. 'Вы, соседи, благодаря приезду новых торговцев из города, живете, наверно, привольно?' В этих предложениях с помощью многократного использования аффикса -лар передается отношение говорящего к действительности: в первом предложении описывается агрессивность, ругань женщины из-за того, что коровы дают мало молока, а во втором — ехидство зависть, человека к людям, у которых погостили торговцы из города. Такое многократное использование формы множественного числа -лар в якутском языке нередкое явление, что, в частности, отмечает Е. И. Убрятова: «В якутском предложении очень часто какое-нибудь понятие, особо важное для высказываемой мысли, выражается ли оно основой слова или аффиксами, особо выделяется и многократно подчеркивается» [6, с. 109]. Подобное
явление свойственно разговорному стилю, ибо в таких случаях коммуникативная нагрузка высказывания сводится к передаче эмоционального состояния говорящего.
В художественном стиле аффикс множественного числа используется как изобразительное средство и имеет несколько стилистических оттенков. Использование в однородных членах предложения формы множественного числа вместо единственного наблюдается не только в якутском языке, но и в других тюркских языках: «Вещественные существительные, как и собирательные, в тюркских языках почти всегда ставятся в единственном числе. Если же здесь будет поставлено множественное число, то его придется понять, как указание на разнородность категории, на разбросанность отдельных единиц по разным местам» [7, с. 35]. Например: Хакас орокко мас кытыйалар, мас чааскылар, туос икиттэр, тимир тэриэлкэлэр, ол-бу хобордоох, сылабаар экин улугэр дьуулэ-дьаабыта суох кыстанан сыталлар [4, с. 19] 'На нарах на левой стороне от входа в юрту беспорядочно лежат друг на друге деревянные кытыйа, чашки, берестяная посуда, железные тарелки, сковороды, самовары и всякое прочее '. Yс-т уерт сакаан усталаах наарба остуолга тимир куруускалар, тимир тэриэлкэлэр, мас луоскалар баччаланан сыталлар [4, с. 236] 'На столе-нарба длинною три-четыре сажени лежат кучей железные кружки, тарелки, деревянные ложки'. Били чувмпэ балыктара, чохулара, ба±алара ура±ас тыакыттан куттанан, онтон куотан туу диэки элэгэлдьистилэр, чыраахтастылар [4, с. 38] 'Рыбы, водолюбы, лягушки того омута, всполошившись от звука шеста, устремились в сторону верши'. Как видно из вышеприведенных примеров, в художественных произведениях с помощью формы множественного числа имени существительного могут создаваться определенные зрительные образы разбросанности, беспорядочной захламленности предметов. Важную роль при этом играют и эмоционально-экспрессивные структуры, которые употреблены в рассмотренных примерах: дьуулэ-дьаабыта суох кыстанан сыталлар, баччаланан сыталлар, элэгэлдьистилэр, чыраахтастылар. Они, взаимодействуя с другими компонентами предложения, обозначают яркие образы многообразия и интенсивности как художественной картины.
Аффикс -лар в поэтических произведениях используется для создания стихов однородной структуры. Примеры:
Хаастаах харахтаргын Хай±аан умсугуйдум [8, с. 31]
(в значении глаз и бровей твоих).
Хаастардаах хара±ын Хай±аллаах тырыма [8, с. 52]
(в значении глаза и брови).
Кыскыйар тыыннардаах Кыыдааннаах дьыбардаах Тврввбут дойдубут Твлквтв олордо [8, с. 29]
(в значении морозных ветров).
Мичикниир дьукуннээх,
Минньигэс сыттардаах уунэр оттоох-мастаах утув дойду эбит [8, с. 33]
(в значении приятных запахов).
Аргыардаах Амма±а, муукурбут буоругар Хааннарым тохтоннор мин влвн эрэбин [8, с. 127] (в значении много крови моей).
В этих примерах имена существительные харахтар, хаастар, тыыннар, сыттар, хааннар, согласно узуальной норме якутской речи, обычно не употребляются в форме множественного числа. В данном случае имена существительные используются с показателем множественного числа на -лар, участвуя в создании поэтической патетики и особой метрики стиха, усиливая описываемые поэтические образы, создавая однородные отношения объектов и абстрактных явлений природы.
Такое усилительное выражение широко используется в текстах олонхо для создания гиперболических портретов персонажей. Например: Халыымнаах хара тиикнэри Хардарыта туппут курдук, Хата дыргыл хаастардаах эбит, Аарыктаах алтан YYH А§ ырыалаах тиэрбэЫн са§ а Арылхай сытыы харахтардаах эбит [9, с. 73] 'Как шкурки беличьи китовые, Головой друг-другу лежащие, С бровями писаными, оказывается- Как колечки железные Уздечки медной с побрякушками С глазами ясными, оказывается'. Быыппастыгас быччыкнардаах, Хастаабытынан тиит курдук Хабылла§ ас харылардаах, Суллаабытынан тиит курдук Дьондоллубут сотолордоох эбит [10, с. 73] 'С мышцами тугими, Будто стволы дерева-тиит (лиственницы) окоренные С предплечьями крепкими, Будто стволы дерева-тиит (лиственницы) очищенные С голенями высокими, оказывается'. Исследователи подобное явление определяют следующим образом: «Такое широкое применение множественного числа характеризует язык фольклора. В нем (иногда по соображениям размера) множественное число может и не иметь никакой логической мотивировки» [10, с. 69], «множественное число вместо ожидаемого единственного часто употребляется в языке поэтического фольклора и притом вне каких-либо рациональных оснований грамматического порядка, а исключительно по требованию метра или размера» [7, с. 36].
При гиперболическом описании в олонхо форма на -лар употребляется и с оттенком эмоционально-
экспрессивного выражения множественности предметов. Например: Бу дьиэлэрин ис киэлитигэр Остуоруйал^а турар олоппостордоох, ОлокхолоЫ турар остуоллардаах, Ыллаhа турар ыскааптардаах, Сэhэргэhэ турар сэбэргэнэлэрдээх, Таабырыннаhа турар долбуурдардаах, Yгэлэhэ турар Yгэхтэрдээх, ХоЫонноЫ турар хотоннордоох эбит [9, с. 30] 'Внутри дома этого Стулья сказки рассказывают, Столы олонхо исполняют, Шкафы песни распевают, Балки беседу ведут, Полки загадки загадывают, Чуланы басни читают, Хлева стихи слагают, оказывается'. Кыталык ыалласпыт кырдаллардаах, Туруйа хонуксуйбут хонуулардаах, Куба саарбыт хочолордоох, Буобура нусхал булукнардаах, Сарыал такалай сьАыылардаах, Саргылаах алаастардаах эбит [9, с. 23] 'Стерхи на долинах садятся, Журавли на полянах дремлют, Лебеди на низинах отдыхают, С уголками укромными, С равнинами гладкими, С алаасами благодатными, оказывается'. Следует подчеркнуть, что в языке олонхо подобное употребление множественного числа является художественно-стилистическим приемом возвышенности.
Стилистическим приемом в художественном тексте является и употребление аффикса -лар в словах, которые имеют определения, выраженные именами числительными или неопределенно-количественными словами. Например: Торус туруйа уолаттар Сырсан
бвтврYhэн тахсаннар Ханыылаhа YYммYт Хатык наскыл чарактан Yс хатык тоЫротун YлтY кумалаан киллэрэн, Орон ааныгар саайан ТаЫгрратан кэбистилэр. Сэттэ кыталык кыргыттар Сырсан кыбылыктаhан тахсаннар Алаастарын арраа саратыттан Арыс салаалаах ача кувх оту Мадьыгыччы квтврвн киллэрэннэр Тэлгэтэ охсон кэбистилэр [9, с. 38] 'Девять юношей Журавлю подобные, Вперегонки выбежали, В роще березовой Три деревца срубили, Три кола занесли, Возле кровати Быстренько вбили. Семь девушек Стерху подобные, Толкаясь, выбежали, С западной стороны алааса Осоку-траву восьмилиственную Затащив, постелили'. Нэкилиэккэ араас сымыйа сурахтар тар±аналлар [11, с. 228] 'В наслеге распространяются разные лживые слухи'. Кистэлэк субэнэн Кэмэ суох элбэх Киксиилэр тэриллибиттэр [11, с. 118] 'Тайным советом Не исчисляемо много Сговоров организовано'. До±ору тыака улахан эрээри ыарыыта суохтук охсуу, вствв^ тыа±а кыра эрээри ньувлутуулээхтик охсуу араас элбэх ньымалара онно бааллар [11, с. 43] 'Там были множество разных методов, как не больно, но с громким звуком ударить друга, как больно, но без звука ударить врага'. В этих предложениях употребление аффикса множественного числа имени существительного имеет стилистическую окраску переувеличивания явления: в первом примере имена существительные во множественном числе с определением-числительным выражают усилительный, эмоционально-экспрессивный
оттенок, а повтор двойственных аффиксов в словах уолаттар, кыргыттар создает ритмико-интонационное звучание текста, во втором предложении — увеличение распространения одного за другим слухов, в третьем
— несколько групп организовали разные сговоры, в четвертом — среди различных методов удара есть и тайные их разновидности.
Но с точки зрения литературной нормы якутского языка, в таких случаях форма множественного числа не употребляется: «если количество предмета указано числительным, то употребление множественного числа становится излишним» [3, с. 125], «аффикс множественного числа -лар обычно отсутствует, если при имени существительном есть определение, выражающее множественность» [12, с. 106]. Следовательно, в литературном языке предложения такого характера: Элбэх о±олор уопсайга олорботтор 'Много детей не проживают в общежитиях'- Группа±а барыта 25 студеннар бааллар 'В группе есть всего 25 студентов' (в основном это наблюдается в речи современной молодежи) являются стилистически неправомерными.
Форма множественного числа на -лар имен собственных с собирательным значением используется как одно из средств художественного стиля. Например: Ол курдук Макаардар, Хабыччалар мунньахтан мунньахха сырыттылар [4, с. 85] 'Таким образом Макары, Хабыччи ходили с одного собрания на другое собрание'. Молоохтор быыкаайыктыылара тумсуттан иирэ±э баайыллан турар [11, с. 8] 'Маленькая лодочка Молохов привязана спереди (с носа лодки) на тальнике'. Онтон о±ус улам-улам дугунар буолан истэ, Лэглээрин-нэр харахтара сырдаан истэ [11, с. 76] 'У Легляриных глаза просветлели, когда их бык начал стоять на ногах'. В этих предложениях имена собственные во множественном числе буквально переводятся как Макары, Хабыччи, Молохи, Леглярины. С помощью аффикса -лар автор в первом предложении показывает группы людей, одинаково размышляющих как Макар и Хабычча, во втором — слово Молоохтор имеет значение собирательности с оттенком уменьшительности-ласкательности, в третьем — слово Лэглээриннэр имеет значение собирательности с оттенком силы сплоченности этой семьи.
Подобное явление со значением собирательности, обобщенности характерно и для публицистического стиля. В основном, такое использование наблюдается в названиях статей газет:
1. По географическому месторасположению людей
этой местности. Например: Таатталар инникигэ
эрэллээхтэр дуо? [13, с. 1] 'Верят ли в будущее таттинцы?'. Бэдьимэлэр сонун улэлэрэ [14, с. 4] 'Новая (интересная) работа бедиминцев'. Мэкэлэр акардастыы аатырдылар [15, с. 4] 'Мегинцы одни прославились'.
2. Групп людей по разным категориям. Например:
Буруйдаахтары норуот дьуулугэр такаарыахха [16, с. 9] 'Выводить виновных в народный суд'. Бастыкнары Россия конкурсугар кврувхпут [17, с. 4] 'Лучших увидим на Российском конкурсе'. Тымныы дьиэлээхтэр эрэйдэрэ [18, с. 3] 'Страдания хозяев холодных квартир'. Названия статей должны быть краткими, обобщенными, собирательными, поэтому использование множественного числа в газетной речи не только уместно, но и является необходимостью публицистического стиля.
Образовании новых слов-терминов с помощью аффикса -лар в якутском языке отмечает П. А. Слепцов: «В середине 30-х гг. переводчики учебников под влиянием соответствующих русских эквивалентов нашли более быстрый и эффективный путь терминологизации подобных слов: употребление их в форме множественного числа» [19, с. 212]. Такие термины, в основном, употребляются в деловом и научном стилях якутской речи.
Производные от глаголов имена существительные с аффиксом -ааччы / -ыы в форме на -лар употребляются в официально-деловом стиле якутского языка. Например: Сокуон барылыгар нолуокка федеральнай чэпчэтиилэр учуоттамматахтар [20, с. 1]. В проекте закона 'не учтены федеральные льготы на налоги'. СР государственнай уонна муниципальнай наадыйыытыгар олохтоох табаары окорооччулар бородууксуйаларын,
табаардарын уонна вквлврун бэрээдэктээкин тукунан [21, с. 5] 'Об упорядочении государственных и муниципальных нужд в продукции, товарах и услугах местных товаропроизводителей Республики Саха (Якутия)'. Депутаттар быыбардааччылар холбокуктара киллэрбит этиилэрин пууннарынан арааран куоластаатылар [22, с. 3] 'Депутаты проголосовали по пунктам предложений, внесенных союзами избирателей'.
В научном стиле классификационные множества тех или иных предметов обозначаются определенными именами аналитической структуры, которые при употреблении обычно снабжаются аффиксом -лар:
-лаах / -тыкы + имя существительное +
-лар: Сэлээппэлээх тэллэйдэртэн ураты … туунук тэллэйдэрэ бааллар [23, с. 241] 'Кроме шляпочных грибов … существуют и плесневые грибы'. Сэбирдэххэ маарынныыр араас вкнввх сэбирдэхтики лабыкталар киэкник тар±аммыттар [23, с. 245] 'Широко распространились разноцветные лишайники, похожие на листья'.
Когда тот или иной вид терминированных понятий представляется субстантивированными именами, например, -лаах, -тыкы, -ааччы, то подобные терминированные единицы снабжаются аффиксом
-лар: Кириэстии сибэккилээхтэр сэбирдэхтэрэ
умнаска уочаратынан олороллор [23, с. 162] 'Листья крестоцветных растений располагаются на стебле
чередуясь'. Квнв кынаттаахтар икки бвлвххв: укун уонна кылгас бытыктаахтарга — арахсаллар [24, с. 39] 'Прямокрылые разделяются на две группы: длинноусые и короткоусые'.
Дьвлукувн — дьвлукувннукулэр кэргэннэрин уунээйитэ [22, с. 167] 'Шиповник относится к семейству розоцветных (шиповниковых)'. Бурдуктукулар астара — туораах ас [23, с. 241] 'Семенами зерновых (культур) являются зерна'. Аан дойдуга оо±уйдукулар 3485 тыкыынча кврукнэрэ баар [24, с. 26] 'Во всем мире существуют 3485 тысяч видов паукообразных'.
150−200 мвлуйувн сыллаа±ыта Саха сиригэр сыыллааччылар былыргы уйэтээ±и сорох кврукнэрэ увскээн сылдьыбыт [24, с. 58] '150−200 миллионов лет назад в Якутии существовали некоторые древние виды пресмыкающихся'.
Таким образом, образование терминов с помощью аффикса -лар является одним из характерных признаков научного стиля.
Анализ собранного нами фактического материала показывает, что в современном якутском языке слова с аффиксом множественного числа -лар в разных функциональных стилях употребляются:
а) в разговорном стиле для обозначения определен-
ных проявлений эмоционального и психического состояния: как агрессивности, ехидства, зависти,
неприязни и т. п. -
б) в художественном стиле — как изобразительное средство (образное зрительное восприятие действительности, усилительное выражение поэтического образа) —
в) в публицистическом стиле — в обобщенном, собирательном значении.
В официально-деловом стиле употребляются производные от глаголов имена существительные на
-ааччы / -ыы в форме на -лар-
В научном стиле те или иные терминированные виды животных, насекомых, растений обозначаются именами в форме на -лар, а также производными именами на -лаах, -тыкы, -ааччы в этой же форме.
В заключение хочется отметить, что в современной якутской речи не следует забывать о том, что без стилистической надобности нельзя употреблять слова с аффиксом -лар, потому что там, где нет необходимости в специальном выражении множественного числа, аффикс -лар отсутствует.
Л и т е р, а т у р а
1. Щербак А. М. Очерки по сравнительной морфологии тюркских языков. Имя. — Л., 1977. — 190 с.
2. Данилова Н. И., Попова Н. И., Ефремов Н. Н. Курс якутской грамматики. Система морфологических категорий и синтаксических конструкций. — Якутск, 2004. — 195 с.
А. А. Кузьмина. ФОРМИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ ГЛАСНЫХ ФОНЕМ В КОРНЕВЫХ ОСНОВАХ ИМЕН СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ ЯКУТСКОГО ЯЗЫКА (ОДНОСЛОЖНЫЕ ОСНОВЫ)
3. Грамматика современного якутского литературного языка: Фонетика и морфология / Л. Н. Харитонов, Н. Д. Дьячковский, С. А. Иванов и др.- Отв. ред. Е. И. Убрятова.
— М.: Наука, 1982. — 496 с.
4. Кундэ. КыьЛар Тунат. — Дьокуускай, 1979. — 295 с.
5. Неустроев Н. Д. Тереебут сирбэр, тапталлаах дьоммор…
— Дьокуускай: Бичик, 1995. — 336 с.
6. Убрятова Е. И. Исследования по синтаксису якутского языка. В 2-х ч. Ч.1. Простое предложение. — М. — Л., 1950. — 304 с.
7. Дмитриев Н. К. Детали простого предложения // Исследования по сравнительной грамматике тюркских языков. Синтаксис. — М., 1961. — С. 19−49.
8. Платон Ойуунускай. Талыллыбыт айымньылар. В 4-х тт. 1 т. — Дьокуускай, 1992. — 336 с.
9. Ядрихинский П. П. Бэдьээлэ. Дьырыбына Дьырылыатта кыыс бухатыыр. — Якутск, 2011. — 217 с.
10. Дмитриев Н. К. Категория числа // Исследования по сравнительной грамматике тюркских языков. Морфология.
— М., 1956. — С. 65−71.
11. Амма Аччыгыйа. Сааскы кэм. — Дьокуускай: Бичик, 1994. — 360 с.
12. Убрятова Е. И. Согласование в якутском языке // Исследования по синтаксису тюркских языков. — М., 1962. — С. 101−174.
13. Григорьева Е. Таатталар инникигэ эрэллээхтэр дуо? // Ил Тумэн. — 2001. — тохсунньу 17 к. — № 2 (120). — С. 1.
14. Попова В. Бэдьимэлэр сонун улэлэрэ // Саха сирэ. -
2000. — Алтынньы 28 к. — № 201 (2243). — С. 4.
15. Юмшанов С. Мэнэлэр анардастыы аатырдылар // Саха сирэ. — 2001. — Тохсунньу 11 к. — № 5 (2288). — С. 4.
16. Игнатьева А. Буруйдаахтары норуот дьуулугэр таhаарыахха // Саха сирэ. — 2001. — Кулун тутар 3 к. — № 42 (2325). — С. 9.
17. СИА. Бастыннары Россия конкурсугар керуехпут // Саха сирэ. — 2001. — Тохсунньу 12 к. — № 6 (2289). — С. 3.
18. СИА. Тымныы дьиэлээхтэр эрэйдэрэ // Саха сирэ. -
2001. — Алтынньы 19 к. — № 197 (2479). — С. 3.
19. Слепцов П. А. Якутский литературный язык: Истоки, становление норм. — Новосибирск: Наука, 1986. — 260 с.
20. Соломов Н. Дьону тиэйэр автомобиль транспорыгар керуллэр социальнай чэпчэтиилэр // Ил Тумэн. — 2000. -сэтинньи 15 к. — № 45 (104). — С. 10.
21. Власов А. Саха республикатыгар государственнай уонна муниципальнай бас билиини салайыы туhунан СР сокуона // Киин куорат. — 2000. — Тохсунньу 11 к. — № 1 (118). — С. 6.
22. Сур. Быыбардар тустарынан быстах санаалар // Ил ТYмэн. — 2000. — Ахсынньы 12 к. — № 49 (110). — С. 3.
23. Корчагина В. А. Биология. 6−7 кылаас учебнига. -Якутск, 1991. — 256 с.
24. Быховский Б. Е., Козлова Е. В. уо. д. а. Зоология. 6−7 кылаас учебнига. — Якутск, 1989. — 240 с.
УДК 811. 512. 157
А, А Кузьмина
ФОРМИРОВАНИЕ СИСТЕМЫ ГЛАСНЫХ ФОНЕМ В КОРНЕВЫХ ОСНОВАХ ИМЕН СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ ЯКУТСКОГО ЯЗЫКА (ОДНОСЛОЖНЫЕ ОСНОВЫ)
Изложены исследования корневых основ имен существительных якутского языка в структурно-семантическом аспекте. Дан сравнительно-исторический анализ фонетических структур с другими тюркскими языками. Впервые в якутском языкознании проводится исследование корневых основ имен существительных. Выявлены неизвестные факты якутского языка, конкретизированы и уточнены известные факты и положения.
Ключевые слова: якутский язык, имена существительные, типы корневых основ, структурно-семантический аспект, этимологическое исследование, праформы, фонетические изменения, соответствия, сравнительный анализ, закономерные явления.
КУЗЬМИНА Ангелина Афанасьевна — аспирант Института языков и культуры народов Северо-Востока РФ СВФУ им. М. К. Аммосова.
E-mail: angelinaaspirant@mail. ru

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой