Особенности формирования российской гендерной политики в online пространстве: социальные сети и блоги

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ББК 60. 542. 2
А. А. Гнедаш
ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ГЕНДЕРНОЙ ПОЛИТИКИ В ONLINE ПРОСТРАНСТВЕ: СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ И БЛОГИ
Основой online публичной сферы России является online пространство, которое можно рассматривать как быстро развивающуюся проекцию offline социально-политической системы и предположить, что online публичная сфера содействует процессу трансляции общественного мнения в поле принятия политических решений. Наиболее активными участниками online публичной сферы на сегодняшний момент являются блоги и социальные сети, которые, в свою очередь, представляют системы в online пространстве, выстроенные на нескольких популярных платформах, таких как Twitter, Facebook, ВКонтакте, LiveJournal.
Технология web 2.0 и основанная на ней технология web 3.0 предоставляют пользователю возможность проектирования систем, которые создают единое социально-политическое пространство, значительно расширяющее возможности информационно-коммуникационных процессов, протекающих в нем. Н. А. Рябченко именует его опНм пространством при условии, что термин «пространство» понимается как сущность некоторой системы [3].
На сегодняшний день Рунет остается элитарной и стратифицированной средой [9], в которой доминируют городские и образованные пользователи, с большим разрывом между крупными городами и пригородными районами- 37 миллионов российских интернет-пользователей составляют менее 40% населения- те, кто выходит в Интернет, делают это довольно часто и весьма неравнодушны к социальным медиа. На самом деле, если верить статистическим данным [12], доля активных пользователей Интернета, которые постоянно пользуются блогами и социальными сетями, в России выше, чем в США. Кроме того, те, кто используют сайты социальных сетей, гораздо большее вовлечены в это, чем пользователи в других странах [14].
В октябре 2010 г. центр Беркмана опубликовал исследование «Публичный дискурс в российской блогосфере: анализ политики мобилизации в Интернете» [4], которое проводилось в течение двух лет и направлено на изучение роли Интернета в российском обществе. База исследования вклю-
© Гнедаш А. А., 2011
Работа выполнена при финансовой помощи гранта Президента Р Ф для государственной поддержки молодых российских ученых — кандидатов наук «Социальные сети как ресурс модернизации современного российского общества: концептуальные основы и методология межрегиональных сравнений» (МК-2122. 2011. 6).
чила в себя более 5 миллионов блогов, среди которых выделили активное дискуссионное ядро, состоящее из 11 тысяч блогов общественно-политической направленности.
Огруктура дискуссионного ядра online пространства России, описанная исследователями центра Беркмана, включает шесть online образований:
— общественный дискурс, ссылающийся на международные источники-
— общественный дискурс, ссылающийся на российские медиа-
— националистов-
— демократическую оппозицию-
— бизнес, экономику и финансы-
— социальный и экологический активизм.
Гендерные показатели только одного кластера — социальный и экологический активизм (66,7% женщин, 33,7% мужчин) — демонстрируют высокую долю женщин на карте, противоположную общему распределению в других кластерах (67,3% мужчин, 32,7% женщин). Кластер включает в себя ряд блог-геров из Санкт-Петербурга, которые активно противостояли строительству башни «Газпром" — блоггеров, пишущих об общих проблемах, связанных с сохранением архитектуры городов, садов и общественных зданий- ряд антифашистских и антиэкстремистских блоггеров- блоги известных общественных деятельниц [4].
Интересно, что развитие блогов приводит к постоянно растущему числу женщин-блоггеров. Это частично можно объяснить тем, что культура написания и работы с дневником присуща женщинам больше, чем мужчинам. Современный блог как раз и представляет собой дневник как культурный образец по форме и содержанию. Несмотря на то что женщин-блоггеров больше, читать пользователи предпочитают мужчин-блоггеров. Основная причина заключается в выборе тем: мужчины пишут на общественно-политические темы, женщины выбирают более приватные темы.
Как отмечают исследователи, мужчины и женщины используют социальные сетевые сервисы по-разному, с разной частотой и с разными социальными целями. Так, например, в июне 2011 г. компания «Яндекс» опубликовала исследование «Поиск в Интернете: как ищут мужчины и женщины» [2]. По данным comScore, поиском Яндекса ежедневно пользуются более 43 миллионов человек, из которых 48% - мужчины, 52% - женщины. Яндекс научился автоматически определять пол пользователей поиска — с помощью технологии Матрикснет, которая учитывает около трехсот закономерностей в поисковом поведении пользователей и при этом каждый раз оценивает вероятность того, насколько правильно определен пол пользователя. При анализе результатов исследования учитывались пользователи, пол которых был определен с точностью не менее 70%: около 15 миллионов мужчин и около 15 миллионов женщин.
Общая поисковая активность мужчин и женщин практически не различается: она совпадает с активностью всех пользователей Яндекса в среднем. Результаты исследования показали, что мужчины, которые используют поиск Яндекс, задают в среднем 6,1 запроса (женщины — в среднем 6 запросов). Средняя длина мужских запросов — 3,2 слова, женских — 3,5 слова. В 2,9%
запросов мужчины вставляют названия городов, в 15% - используют числа, в 0,3% - указывают цвета, а 3,3% - формулируют как вопросы. В 3,7% запросов женщины вставляют названия городов, в 9% - используют числа, в 0,5% - указывают цвета, а 4,2% - формулируют как вопросы. У мужчин числовые запросы — это в первую очередь артикулы различных товаров, а у женщин — даты и разнообразные номера. Числа в женских запросах часто обозначают вещи, связанные с детьми: номера детских садов, школ и классов в школе, а также возраст детей.
Таким образом, основные различия между поисковым поведением мужчин и женщин — в самих поисковых запросах: мужские запросы к Яндексу немного короче женских, ошибки в запросах немного чаще делают мужчины. Обычно мужчины ищут в Интернете различные предметы, мультимедийные объекты и информацию, связанную со своим хобби, женщины — мультимедийные объекты, различные предметы и компании. Мужчины гораздо больше женщин интересуются компьютерами и гаджетами, женщины чаще мужчин интересуются отношениями между людьми, детьми, поиском работы и здоровьем. Мужчины чаще ищут материалы, чтобы самостоятельно решить ту или иную проблему, например, спрашивают про документацию и отзывы о товарах и организациях. Женщины склонны искать готовые ответы на вопросы: они чаще задают запросы, которые требуют однозначного ответа, а документацией и отзывами интересуются реже.
В контексте феминистской критики мы можем сформулировать вопрос: действительно ли данные исследования Яндекса отражают реальную картину различий поисковых запросов мужчин и женщин или всего лишь гендерные стереотипы, заложенные в саму систему определения пользователя?
В начале 1990-х гг. феминистское сообщество имело достаточно противоречивые взгляды на развитие online пространства [6]. Одна часть исследователей и исследовательниц называли Интернет сферой деятельности исключительно мужчин [15], такое восприятие было сформировано под влиянием интерпретации Интернета как суммы «технологий». Кроме того, использование женщинами компьютерных технологий и влияние на развитие вычислительной техники было тривиальным [11], в то время как значительные достижения в компьютерной технике были маскулинизированы. Мужчины доминировали в обсуждениях в форумах и в чатах [8], и Интернет считался частью системы, пронизанной гендерным неравенством и отношениями власти, как и в «реальном мире». В то же время Интернет был связан с надеждами и ожиданиями солидарности женщин, более активно участвующих в социальных сетях. Феминистки обсуждали возможности для развития общественных пространств и изменения границ данных пространств путем удаления границ между государственной и частной сферами [18]. В этой связи Интернет был интерпретирован не как технология, а как «среда». Кроме того, феминистки были вдохновлены постструктуралистской теорией, разработавшей ряд утопических проектов для мира за пределами бинарных отношений полов. В Интернете, как киберфеми-нисты надеялись, границы между технологией и человеком, а также между мужчинами и женщинами будут разрушаться. В частности, возможности «бестелесного» общения через Интернет и «гендерной замены» в чатах и форумах,
где идентичность может быть изобретена заново, сделали Интернет проекционным экраном для постмодернистской теории [5, 17].
Эмпирические исследования зарубежных авторов в течение последнего десятилетия свидетельствуют: несмотря на то что «цифровой» гендерный разрыв сведен к минимуму в большинстве развитых стран [8], наблюдения за общением на форумах, чатах и в социальных сетях показывают, что гендерные роли имеют неожиданно важное значение в «бестелесном» взаимодействии. Например, дизайн регистрации и самопрезентации на сайтах таких социальных сетей, как MySpace, Facebook, предполагает обязательную актуализацию пользователя как мужчины или как женщины. Таким образом, половая бинарность (гетеронормативность) вписывается разработчиками и администраторами как данность. Необходимо отметить и постоянно растущую и все время усиливающуюся в online пространстве сексуализацию женского тела [1].
Некоторые исследования [1G, 16] показывают, что традиционность ген-дерных ролей в современных социальных сетях усиливается со временем: пользователи активно транслируют традиционные представления о мужественности и женственности. Исследователи отмечают, что негативные высказывания и комментарии допускаются только для пользователей-мужчин, но никак не для пользователей-женщин, что мы можем интерпретировать как двойной стандарт в onlinе-пространстве [13].
Мужское доминирование уже не представляется проблемой в пространстве технологий web 2. G и web 3. Однако online сфера продолжает оставаться средой, воспроизводящей гендерные стереотипы, и средой, закрепляющей существующие в offline пространстве патриархальные механизмы.
Библиографический список
1. Гапова Е. Полный Фуко: тело как поле власти. URL: http: //magazines. russ. ru/nz/2G11/2/ga8. html (дата обращения: 21. G8. 2G11).
2. Поиск в Интернете: как ищут мужчины и женщины. URL: http: //download. yandex. ru/company/Yandex_on_Men_and_Women_2G11. pdf (дата обращения: 13. G8. 2G11).
3. Рябченко Н. А. Online социальные сети в публичной политике: семь мостов Египта // Человек. Сообщество. Управление. 2GG1. № 4. С. 38−53.
4. Центр Беркмана. URL: http: //cyber. law. harvard. edu/publications/2G1G/Public_Discourse_ Russian_Blogosphere (дата обращения: 15. G8. 2G11).
5. Bruckman A. Gender Swapping on the Internet. URL: http: //www. mith2. umd. edu/WomensStudies/Computing/Articles%2BResearchPapers/ge nder-swapping (дата обращения: 18. G8. 2G11).
6. Carstensen T. Gender Trouble in Web 2.G. Gender Perspectives on Social Network Sites, Wikis and Weblogs. URL: http: //www. informatik. unibremen. de/soteg/gict2GG9/ proceedings/GICT2GG9_Carstensen. pdf (дата обращения: G6. G8. 2G11).
7. Herring S. C. Bringing Familiar Baggage to the New Frontier: Gender Differences in Computer-Mediated Communication. Boston: Allyn & amp- Bacon, 1996, P. 144−154.
8. Initiative D21, and TNS Infratest. (N) Onliner Atlas 2GG8. URL: http: //old. initiatived21. de/fileadmin/files/G8_NOA/NONLINER2GG8. pdf (дата обращения: G3. G8. 2G11).
9. Internet in Russia. URL: http: //bd. fom. ru/report/cat/smi/smi_int/int0309 (дата обращения: 10. 08. 2011).
10. Kolek E. A., Saunders D. Online Disclosure: an Empirical Examination of Undergraduate Facebook Profiles // NASPA J. 2008. № 45. P. 3−25.
11. Light J. When Computers Were Women // Technology and Culture. 1999. № 40. P. 455−483.
12. Russia has World'-s Most Engaged Social Networking Audience. URL: http: //www. comscore. com/Press_Events/Press_Releases/2009/7/Russia_has_World_s_ Most_Engaged_Social_Networking_Audience (дата обращения: 01. 08. 2011).
13. Self-Presentation and Gender on MySpace / A. M. Manago, M. B. Graham, P. M. Greenfield, G. Salimkhan // J. of Applied Developmental Psychology. 2008. Vol. 29, Iss. 6. P. 446−458.
14. Soldatova G. Russian Schoolchildren as Internet Users: Types and Risk Groups. URL: http: //pewInternet. org/Reports/2010/Social-Media-and-Young-Adults/Summary-of-Findings. aspx? r=1 (дата обращения: 11. 08. 2011).
15. Spender D. Nattering on the Net. Toronto: Garamond Press, 1996. 294 p.
16. StranoM. M. User Descriptions and Interpretations of Self-Presentation through Facebook Profile Images // Cyberpsychology: J. of Psychosocial Research on Cyberspace. 2009. Febr., 20. URL: http: //www. cyberpsychology. eu/view. php? cisloclanku=2 008 110 402 (дата обращения: 03. 09. 2011).
17. Turkle S. Life on the Screen: Identity in the Age of the Internet. N. Y.: Simon & amp- Schuster, 1995. 262 p.
18. Women and Everyday Uses of the Internet. Agency and Identity / M. Consalvo, S. Paasonen (Eds.). N. Y. — Washington (D. C.) — Baltimore: Peter Lang, 2002. 300 р.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой