К вопросу о понятии охранительной функции права

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 347. 5
К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ ОХРАНИТЕЛЬНОЙ ФУНКЦИИ ПРАВА
© 2009 С. Л. Федоров, доцент кафедры юридических дисциплин Тольяттинский филиал Университета Российской академии образования, г. Тольятти (Россия)
Функция права- цель права- задача права- правоприменитель.
Рассматривается охранительная функция права в качестве самостоятельной. Доказывается, что понятие охранительной функции не должно включать в себя все структурные элементы, но оно должно раскрывать ее сущность и роль в правовом регулировании, т. е. основываться на направлении воздействия права на общественные отношения.
Право в современном государстве является самостоятельной системой. Как и всякой системе, ему присущи различные функции. Полагаем, что при исследовании как функций права вообще, так и каждой функции в отдельности, следует исходить прежде всего из того, что функция — это категория системного подхода и применима к характеристике любых систем: социальных, технических, биологических и др. Назначение данной категории во всех случаях состоит в том, чтобы дать эталон деятельности системы, описание той деятельности, осуществление которой требуется системе для достижения ее целей.
Функция представляет собой своего рода образец работы системы. Поэтому функции следует отличать, с одной стороны, от целей и задач, стоящих перед системой, а с другой — от ее реальной, фактической деятельности. На практике системы по тем или иным причинам зачастую отклоняются от своих функций.
Предметом нашего исследования является охранительная функция права. Мы придерживаемся взглядов тех специалистов, которые рассматривают ее как самостоятельную функцию права, не отводят ей подчиненную, вспомогательную роль. Более того, мы согласны с утверждением, что охранительная функция относится к числу основных функций права наряду с регулятивной функцией, и что основанием выделения данных основных функций выступают характер и цель «воздействия права на общественные отношения» [1].
Несмотря на достаточную разработанность проблем охранительной функции права в юридической литературе, обращает на себя внимание тот факт, что до сих пор специалисты как теории права, так и отраслевых правовых наук, не пришли к единому мнению относительно главного — понятия охранительной функции права.
На наш взгляд, данная ситуация не случайна. Подобное разночтение имеет место в связи с тем, что различные авторы, определяя понятие охранительной функции, указывают те атрибуты, которые в большей или меньшей степени соотносятся с их прикладными интересами и доминирующей научной позицией.
Каковы же основные подходы к определению понятия охранительной функции права?
Во-первых, достаточно часто к определению понятия охранительной функции подходят через анализ иной правовой категории — цели. Так, достаточно часто
понятие охранительной функции, например в гражданском праве, ограничивается указанием ее цели: «Первоочередной целью охранительной функции гражданского права является защита имущественных интересов участников гражданского оборота» [2]- или применительно к уголовному праву: «Уголовное законодательство … создается в целях охраны, обеспечения нормального процесса общественных отношений и в этих же целях устанавливает порядок организации отношений.» [3], «охранительная функция преследует двоякую цель — не допустить нарушения прав и интересов, обеспечить возмещение» [4] нарушенного права.
Повторяем, что раскрытие понятия охранительной функции через категорию «цель» не совсем верно.
Понятие «цель» является значимым для права в целом. С точки зрения русского языка, под целью понимается — 1. место, в которое надо попасть при стрельбе или метании- 2. то, к чему стремятся, что надо осуществить [5].
В философии «цель — один из элементов поведения и сознательной деятельности человека, который характеризует предвосхищение в мышлении результата деятельности и пути его реализации с помощью определенных средств» [6]. «Анализ деятельности предполагает выявление несоответствия между наличной жизненной ситуацией и целью- осуществление цели является процессом преодоления этого несоответствия» [7].
В теории права цели определяются различно, но, пожалуй, в обобщенном виде: «Цель права (и нормы права) — это процесс свободы, равенства и справедливости в жизни людей, т. е. утверждение и прогрессивное развитие ценностных свойств и начал самого права, выраженного в принципе формального равенства» [8]. Цель — это то, к чему стремится законодатель и правоприменитель- идеальный образ, ради достижения которого существует правовая система, т. е. это тот определенный результат, которого стремится достичь законодатель.
Следовательно, цель как правовая категория обладает рядом признаков, которые подчеркивают ее самостоятельность и позволяют отграничивать от иных категорий права.
Во-первых, цель является субъективно-объективной категорией. Так, «с одной стороны, цель является продуктом сознательного творчества людей, а с
другой — является следствием и отражением реально существующих условий и противоречий общественного бытия и сознания» [9].
Субъективные признаки целей заключаются в том, что субъектом, их создающим, является «государство в лице правотворческих органов» [10], они «выражают интересы людей, … являются формой реализации идеального» [11], которое создается общественным сознанием.
Объективные признаки цели «определяются условиями жизни общества, являются идеальной моделью материального мира» [12], выражают ее связь с «конкретными правовыми средствами и механизмами» [13].
Во-вторых, исходя из вышеизложенного, можно утверждать, что цели права — категория исторически изменчивая. Цель зависит от конкретной исторической эпохи развития общества и государства.
По справедливому замечанию А. В. Малько, «цель не может быть ни абсолютной, ни неизменной: в ходе ее реализации появляются новые обстоятельства, требующие внесения соответствующих изменений» [14].
В-третьих, цели должны отвечать и таким критериям, как «конкретность» и «реалистичность» [15], «научная обоснованность» и «разумность» [16]. Конкретность и реалистичность целей условна, цели — это «определенный эталон, к достижению которого должен стремиться любой субъект, реализующий право на практике» [17], это «будущее в настоящем», предвосхищение соответствующего результата" [18].
Исследование целей в теории права не останавливается на раскрытии лишь содержательных элементов данной правовой категории. В теории права цели принято классифицировать «на отдаленные, близкие и непосредственные, общие и частные, промежуточные и конечные, которые диалектические связаны между собой: каждая из перечисленных разновидностей цели является определенной ступенью к достижению последующей» [19].
Категория «цель» неразрывно связана с целесообразностью. Цели выступают содержанием целесообразности [20]. Целесообразность — это всегда «нечто оптимальное, соответствующее каким-то конкретным условиям, обстоятельствам, без учета которых норма не будет достигать цели, изначально в нее заложенной» [21].
Однако целесообразность ни при каких условиях не должна соответствовать принципу «цель оправдывает средства». Наоборот, она должна быть подчинена требованиям законности, обоснованности, разумности, соответствовать задачам и целям, следовательно, целесообразность закона основывается на его принципах.
Роль же функций права в процессе достижения правом своих целей состоит в том, что цели права достигаются (функциональность) или не достигаются (дисфункциональность) в процессе функционирования права. «Цели. опосредуют социальное назначение функций.» [22]. И это так.
Таким образом, между целями и функциями права существует очень тесное взаимодействие. Цели и функции обуславливают друг друга. Выступая взаимосвязанными категориями права, они образуют системы функций и целей права. Цели опосредуют, предопре-
деляют функции права, а последние обеспечивают достижение целей, «по существу, представляя собой механизм достижения целей» [23].
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что функции и цели права, обладая самостоятельностью и специфичностью, существуют не сами по себе, находясь в изолированном вакууме, не обособленно друг от друга. Реалии таковы, что они существуют в системе права, они взаимодействуют. Однако раскрывать понятие охранительной функции права через ее цели является ошибкой.
При определении понятия охранительной функции права многие специалисты раскрывают ее через анализ ее задач.
В частности, отмечается, что «важный аспект охранительной функции гражданского права заключается в постановке предупредительно-воспитательной задачи» [24], превентивной задачи, состоящей «в стимулировании и организации такого поведения участников отношений, которое исключало бы необоснованное ущемление или нарушение чужих интересов» [25].
Несомненно, охранительная функция участвует в решении целого ряда правовых задач, но стоит ли в определении охранительной функции права акцентировать внимание на ее задачах? По нашему мнению, в этом нет необходимости:
Термин «задача» лишен собственно юридических корней. В словаре русского языка «задача» — это: 1. то, что требует исполнения, разрешения- 2. упражнение, которое выполняется, решается посредством умозаключения, вычисления и т. п. [26], разрешить (задачу) -значит дать право на что-нибудь, найти правильный ответ [27], решить — придти к выводу, к необходимости каких-нибудь действий [28].
Стоит отметить, что в юридической литературе самому понятию «задача» не уделяется должного внимания. В общей теории права термин «задача» употребляется в его этимологическом значении, собственно юридическое понятие таких категорий, как «задача права» или «задача закона», отсутствует.
Следовательно, задачи в праве можно понимать как-то, что посредством права или закона необходимо решить с помощью юридических норм.
Даже беглый анализ юридической литературы по вопросу о понятии «задачи» в праве (или задача права) показывает, что по нему нет единого понимания среди ученых-юристов. Например, можно встретить отождествление «задач» и «функций» права [29], «задач» и «целей» [30]. В то же время наблюдается и другой подход. Функции и задачи рассматриваются как не совпадающие понятия, размежевание которых имеет «принципиальное значение как для законотворчества, так и для правоприменителя», поскольку функции права являются признаком самого права, а задачи являются свойством общества, определяются им и находятся вне самого права [31].
Анализ этих категорий не позволяет нам согласиться с подобной их трактовкой. Прежде всего нельзя отождествлять эти понятия. У них различен не только статус по отношению друг к другу, но социальноправовые роли, различно их социально-правовое предназначение и механизмы их достижения и обеспече-
ния. С другой стороны, вряд ли обосновано мнение, согласно которому у этих категорий разная природа -узкая правовая у функций и широкая общесоциальная у задач права.
Мы полагаем, что «цель», «задача», «функция» являются самостоятельными правовыми категориями и имеют самостоятельное значение в праве, находясь в тесном взаимодействии. Они раскрывают присущее только им содержание, и в силу этого выполняют различные социальные роли.
«Задачи права» — категория, обладающая значительной исторической изменчивостью, и если чаще всего задача определяется как «. то, что требует исполнения, разрешения, сложный вопрос, проблема, требующая исследования и решения» [32], то функции права в самой обобщенной форме представляют собой средства реализации правовых предписаний, обеспечивающие решение правовых задач.
Следовательно, задачи права отвечают прежде всего на вопрос «Для чего необходима данная отрасль права в правовой системе?» А функции призваны ответить на вопрос «Как, каким образом право решает поставленные задачи?» Отсюда следует вывод, что право решает свои задачи при помощи постоянного функционирования правовых предписаний в общественной жизни. Функции права — своего рода инструментарий, средства, способы решения задач, которые используют субъекты социальной действительности. При этом отметим, что задачи и функции права могут совпадать по названию, но это лишь терминологическое сходство.
Таким образом, понятие охранительной функции права не должно раскрываться только через задачи этой самой функции.
Достаточно часто при определении понятия охранительной функции права исходят из ее содержательных элементов.
Отмечается, что «охранительная функция … реализуется путем восстановления нарушенных прав либо компенсации потерпевшему причиненных ему убытков» [33], «эта функция выражена в деликтных и иных правоохранительных обязательствах, а также в регламентации личных неимущественных отношений» [34], она «предназначена служить обеспечению прав и интересов субъектов гражданского права от различных нарушений и защищать эти права и интересы» [35]- применительно, например, к нотариату, «охранительная функция заключается в возложении на его систему охраны прав участников нотариального производства … путем содействия» [36], «обеспечивает законность и правомерность» [37]- «охранительная функция проявляется в установлении верховенства Конституции., выражается в том, что конституционные нормы предусматривают наличие ответственности как системы средств и способов охраны и защиты» [38]- осуществляется «путем применения мер регулирования» [39]- «обеспечивает применение уполномоченными органами и должностными лицами мер предупредительного, принудительного и восстановительного характера в целях поддержания режима законности.» [40].
Применительно к уголовному праву В. Д. Филимонов отмечает, что охранительная функция (с учетом ее социального содержания) — это «осуществляемая
уголовным правом охрана личности, общества и государства путем принуждения лиц, способных совершить или совершивших преступления, к законопослушному поведению, а также путем поощрения такого их поведения, которое ведет к отказу от совершения преступлений и предотвращению их общественно опасных последствий» [41].
Далее автор дает определение охранительной функции с учетом правового содержания — это «осуществление задач уголовного законодательства путем содержащихся в его правовых нормах запретов совершать преступные посягательства на интересы личности, общества и государства, стимулирования поведения, направленного на предупреждение преступлений и их общественно опасных последствий, а также путем правовых предписаний, регулирующих применение уголовной ответственности, наказания и освобождения от уголовной ответственности и наказания» [42].
Думается, что все приведенные выше определения раскрывают отдельные элементы структуры охранительной функции права. Где-то обращается внимание на анализ объектов и субъектов охранительной функции, где-то — на способы осуществления и результат воздействия. В целом данные подходы не лишены логики, но, по нашему мнению, данные понятия не отражают сущности собственно охранительной функции права.
Исходя из того, что в самом обобщенном виде функция права — это основное направление воздействия права на общественные отношения, часто и вполне справедливо при формулировании понятия охранительной функции права исходят из ее собственного направления воздействия: охранительная функция
«…направлена на поддержание имущественного состояния добросовестных субъектов в положении, существовавшем до нарушения их прав и интересов» [43], «ее компенсаторно-восстановительная направленность обусловлена эквивалентно-возмездной, стоимостной природой имущественных товарно-денежных отношений» [44]. Отмечается, что «охранительная функция права направлена на охрану положительных и искоренение вредных для человека, общества и государства общественных отношений» [45].
М. И. Байтин отмечает, что «регулятивно-охранительная функция направлена на обеспечение нормального осуществления регулятивно-статической и регулятивно-динамической функции, охрану от нарушений права в целом» [46].
По нашему мнению, для того чтобы сформулировать достаточно полное определение понятия охранительной функции права, необходим учет и анализ всех перечисленных нами обстоятельств. Естественно, что понятие охранительной функции не может, да и не должно включать в себя все структурные элементы, но оно должно раскрывать ее сущность и роль в правовом регулировании, т. е. основываться на направлении воздействия права на общественные отношения.
Итак, охранительная функция права, как это часто указывается в юридической литературе, определяется необходимостью защиты общественных отношений, охраны интересов гражданина, социальной группы, всего общества [47]. Поддержание правопорядка и
безопасности, необходимых для нормальной жизнедеятельности общества, — это охранительная функция права [48], которая, как и регулятивная, опирается на весь комплекс правовых норм, поскольку установление любого правила, в том числе и позитивного, содержит в себе не только наделение субъекта определенным правом, но и требование к участникам общественных отношений действовать в соответствии с этим правилом, т. е. наделение субъекта обязанностью, что подтверждает тезис о том, что «нет прав без обязанностей, нет обязанностей без прав» [49].
Следовательно, основное назначение охранительной функции права — в том, чтобы предотвратить правонарушение [50], с ее помощью «устраняются отступления от нормальных процессов … в общественных отношениях» [51].
Охранительная функция права призвана также восстанавливать нарушенные права в случаях не соблюдения законодательных предписаний «в рамках закона и в пределах возможного» [52], проявляя свой восстанови тельный или, как его еще называют, охранительно-гарантийный характер [53].
Таким образом, мы считаем возможным предложить следующее определение охранительной функции права: «Охранительная функция права — это объективно существующее явление, представляющее собой направление воздействия права на общественные отношения в связи с нарушением общественных отношений и необходимостью их охраны и восстановления- выражающее охранительную роль и предназначение права в общественной жизни, посредством которых достигается решение охранительной задачи правового регулирования на определенном этапе развития общества».
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Байтин М. И. Вопросы общей теории государства и права. Саратов: СГАП, 2006. С. 167.
2. Лихачев Г. Д. Гражданское право. Общая часть: Курс лекций. М.: Юстицинформ, 2005. с. 78.- Гражданское право. Т. 1 / под ред. Е. А. Суханова. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 96.
3. Смирнов В. Г. Функции советского уголовного права. Л., 1965. С. 17.
4. Калинин В. М. О правовых гарантиях защиты нематериальных благ (жизни и здоровья) военнослужащих при исполнении ими обязанности военной службы // Российский военно-правовой сборник. № 1. 2004. С. 24.
5. Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1973. С. 802.
6. Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 763.
7. Там же. С. 763.
8. Нерсесянц В. С. Общая теория права и государства. М., 1999. С. 497.
9. Струнков С. К. Цели и средства в праве: понятие и признаки // Вестник ВУиТ. Сер. «Юриспруденция». Вып. 27. Тольятти, 2003. С. 15.
10. Там же. С. 16.
11. Иванова О. М. Категория цели в философии и праве // Мат-лы Междунар. науч. конф. «Татищевские чтения: актуальные проблемы науки и практики». Пра-
воотношения и юридическая ответственность. Ч. 1. Тольятти: ВУиТ, 2004. С. 77.
12. Там же. С. 77.
13. Струнков С. К. Указ. соч. С. 16.
14. Малько А. В. Проблемы взаимодействия целей и средств в политике // Вестник ВУиТ. Сер. «Юриспруденция». Вып. 30. Тольятти, 2003. С. 4.
15. Там же. С. 4.
16. Носкова Е. А. Цели позитивной юридической ответственности // Вестник ВУиТ. Сер. «Юриспруденция». Вып. 26. Тольятти, 2003. С. 15.
17. Струнков С. К. Указ. соч. С. 17.
18. Якушин В., Тюшнякова О. Цели уголовной ответственности // Уголовное право. № 2. — 2003. С. 88.
19. Масловская Т. С. Цели и задачи нормотворчества органов местного самоуправления // Вестник ВУиТ. Сер. «Юриспруденция». Вып. 1. Тольятти, 1998. С. 22.
20. Бавсун М. В., Марцев А. И. Целесообразность в уголовном праве // Правоведение. № 4. 2003. С. 95.
21. Там же. С. 96.
22. Мусаткина А. А. Функции финансовой ответственности // Вестник ВУиТ. Сер. «Юриспруденция». Вып. 36. Тольятти, 2003. С. 51.
23. Сундуров Ф. Р. Определение понятия цели уголовного наказания // Вестник ВУиТ. Сер. «Юриспруденция». Вып. 30. Тольятти, 2003. С. 21.
24. Лихачев Г. Д. Указ соч. С. 77.
25. Гражданское право. Т. 1 / под ред. Е. А. Суханова. М.: Волтерс Клуверт, 2004. С. 99.
26. Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1973. С. 187.
27. Там же. С. 602.
28. Там же. С. 626.
29. См.: Пудовочкин Ю. Е., Пирвагидов С. С. Понятие, принципы и источники уголовного права: сравнительно-правовой анализ законодательства России и стран Содружества Независимых Государств. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 61.
30. Т. С. Масловская считает, что «задача представляет собой данную в определенных условиях цель деятельности, которая должна быть достигнута преобразованием этих условий согласно определенной процедуре»: Масловская Т. С. Цели и задачи нормотворчества органов местного самоуправления // Вестник ВУ-иТ. Сер. «Юриспруденция». Вып. 1. Тольятти, 1998. С.
23.
31. Разгильдиев Б. Т. Задачи уголовного права Российской Федерации и их реализация. Саратов, 1993. С. 51−52. Цит. по: Пудовочкин Ю. Е., Пирвагидов С. С. Указ. соч. С. 60.
32. Носкова Е. А. Цели позитивной юридической ответственности // Вестник ВУиТ. Сер. «Юриспруденция». Вып. 26. Тольятти, 2002. С. 15.
33. Лихачев Г. Д. Указ соч. С. 77.
34. Гражданское право. Т. 1 / под ред. Е. А. Суханова. С. 99.
35. Там же. С. 144.
36. Настольная книга нотариуса. Т. 1: учеб. -метод. пособие. М.: БЕК, 2003. С. 87.
37. Там же.
38. Ген Н. Л. Специфика конституционных норм и особенности их реализации // Журнал российского права. № 11. 2001. С. 31.
39. Трошкина Т. Н. Таможенный кодекс Российской Федерации в вопросах и ответах. М.: Новая правовая культура, 2004. С. 171.
40. Комментарий к Федеральному закону «Об обороне» / под общ. ред. А. В. Кудашкина. М.: За права военнослужащих, 2002. С. 89.
41. Филимонов В. Д. Охранительная функция уголовного права. СПб.: Юридический Центр Пресс. 2003. С. 60.
42. Там же.
43. Лихачев Г. Д. Указ соч. С. 77.
44. Гражданское право. Т. 1 / под ред. Е. А. Суханова. С. 99.
45. Рузакова О. А. Авторские и смежные права в Интернете // Законодательство. № 9. 2001. С. 41.
46. Байтин М. И. Вопросы общей теории государства и права. Саратов: СГАП, 2006. С. 169.
47. Там же. С. 71.
48. Кульгар К. Основы социологии права (пер. с венгерского) / под общ. ред. В. П. Казимирчука. М.: Прогресс, 1981. С. 166.
49. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 17. С. 446.
50. Кудрявцев В. Н., Казимирчук В. П. Указ соч. С. 71.
51. Алексеев С. С. Общая теория права. Т.1. М.: Юрид. лит, 1981. С. 72.
52. Кудрявцев В. Н., Казимирчук В. П. Указ соч. С. 72.
53. Яковлев А. М. Социология экономической преступности. М.: Наука, 1988. С. 181.
TO THE QUESTION ON CONCEPT OF GUARDING FUNCTION OF RIGHT
© 2009
S.L. Fedorov, the senior lecturer of law disciplines chair
Togliatti branch of University of Russian education academy, Togliatti (Russia)
The function of right- the purpose of right- the task of right- the legal receiver.
The guarding function of the right as an independent one is considered. It is proved, that the concept of guarding function should not imply all structural elements, but it should reveal its essence and its role in legal regulation, i.e. it is to be based on the direction of the impact of the right on all public relations.
BIBLIOGRAPHY
1. Baitin M. I. Questions on general theory of state and right. Saratov: SGAP, 2006. p. 167.
2. Lihachev G. D. Civil law. The general part: Course of lectures. М: Yustitsinform, 2005. p. 78. Civil law. ^ 1 / under the editorship of E.A. Sukhanov. М: Volters Kluver, 2004. p. 96.
3. Smirnov V.G. Functions of Soviet criminal law. L., 1965. p. 17.
4. Kalinin V.M. About legal guarantees of protection of non-material welfare (life and health) of military men who are executing their military service duties // Russian military-legal collection. № 1. 2004. p. 24.
5. Ozhegov S.I. Russian dictionary. М, 1973. p. 802.
6. The philosophical encyclopedic dictionary. М,
1983. p. 763.
7. In the same place. p. 763.
8. Nersesyants V.S. The general theory of right and state. М, 1999. p. 497.
9. Strunkov S.K. The purposes and means in the right: concept and signs // Bulletin VUIT. Section. & quot-Jurisprudence"-. Edition. 27. Togliatti, 2003. p. 15.
10. In the same place. p. 16.
11. Ivanova O.M. The category of purpose in philosophy and right // International scientific conference. «Tatishchevskiye readings: urgent problems of science and practice». Legal relevance and legal responsibility. p. 1. Togliatti: VUIT, 2004. p. 77.
12. In the same place. p. 77.
13. Strunkov S.K. ukaz. p. 16.
14. Malko A.V. The problem of the interaction of purposes and means in politics // Bulletin VUIT. Section. & quot-Jurisprudence"-. Edition. 30. Togliatti, 2003. p. 4.
15. In the same place. p. 4.
16. Noskova E.A. Purposes of positive legal responsibility // Bulletin VUIT. Section. & quot-Jurisprudence"-. Edition. 26. Togliatti, 2003. p. 15.
17. Strunkov S.K. ukaz. p. 17.
18. Yakushin V, Tiushniakova O. Purposes of criminal responsibility // Criminal law. № 2. 2003. p. 88.
19. Maslovskay T.S. Purposes and problems of standards creativity of the local governments // Bulletin VUIT. Section. & quot-Jurisprudence"-. Edition. 1. Togliatti, 1998. p. 22.
20. Bavsun M.V., Martsev A.I. Expediency in criminal law // Jurisprudence. № 4. 2003. p. 95.
21. In the same place. p. 96.
22. Musatkina A.A. Functions of financial responsibility // Bulletin VUIT Section & quot-Jurisprudence"-. Edition
36. Togliatti, 2003. p. 51.
23. Sundurov F.R. Definition of the concept of the criminal punishment purpose // Bulletin VUT. Section & quot-Jurisprudence"-. Edition 30. Togliatti, 2003. p. 21.
24. Lihachev G. D. ukaz. p. 77.
25. Civil law. ^ 1 / Under the editorship of E.A. Sukhanov. М: Volters Kluvert, 2004. p. 99.
26. Ozhegov SI. Russian dictionary. M, 1973. p. 187.
27. In the same place. p. 602.
28. In the same place. p. 626.
29. See: Pudovochkin J.E., Pirvagidov S.S. The concept, principles and criminal law sources: rather-legal analysis of the legislation of Russia and the countries of
the Commonwealth of Independent States. SPb.: Legal centre the Press, 2003. p. 61.
30. T.S. Maslovskaya considers, that «the problem represents the purpose of activity given in certain conditions which should be reached by transformation of these conditions according to certain procedure»: Maslovskaya T.S. Purpose and problems of norms procedures creating of local governments // Bulletin VUIT. Section. & quot-Jurisprudence"-. Edition 1. Togliatti, 1998. p. 23.
31. Razgildiev B. T. Problems of criminal law of the Russian Federation and their realization. Saratov, 1993. p. 51−52. Quotation from: Pudovochkin J.E., Pirvagidov S. S. ukaz. p. 60.
32. Noskova E.A. Purpose of the positive legal responsibility // Bulletin VUIT. Section. & quot-Jurisprudence"-. Edition. 26. Togliatti, 2002. p. 15.
33. Lihachev G. D. ukaz. p. 77.
34. Civil law. T. 1 / under the editorship of E.A. Sukhanov. p. 99.
35. In the same place. p. 144.
36. The reference book of the solicitor. T. 1: teaching method. the grant. M: BEK, 2003. p. 87.
37. In the same place.
38. Gen N.L. Specificity of the constitutional norms and feature of their realization // Journal of the Russian right. № 11. 2001. p. 31.
39. Troshkina T.N. Customs code of the Russian Federation in questions and answers. TH: New legal culture, 2004. p. 171.
40. The comment on Federal law «About defense» / Edited by A.V. Kudashkin. M: For the rights of military men, 2002. p. 89.
41. Filimonov V. D. Guarding function of the criminal law. StPb.: legal Center Press. 2003. p. 60.
42. In the same place.
43. Lihachev G. D. ukaz. p. 77.
44. Civil law. T. 1 / under the editorship of E.A. Sukhanov. p. 99.
45. Ruzakova O. A. The author'-s and adjacent rights on the Internet // the Legislation. № 9. 2001. p. 41.
46. Bajtin M. I. Questions of the general theory of state and right. Saratov: SGAP, 2006. p. 169.
47. In the same place. p. 71.
48. Kulgar K. Basis of right sociology (translated from Hungarian) / under edition of V.P. Ka-zimirchuk. M: Progress, 1981. p. 166.
49. Marx K, Engels F. Soch. V. 17. p. 446.
50. Kudryavtsev V. N, Kazimirchuk V.P. ukaz. p. 71.
51. Alexeyev S.S. General theory of right. V. 1. M: Legal literature, 1981. p. 72.
52. Kudryavtsev V. P, Kazimirchuk V.P. ukaz. p. 72.
53. Jakovlev A.M. Sociology of economic criminality. M: Science, 1988.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой