Пути повышения устойчивости организма к вредному действию наносеребра и нанооксида меди

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Медицина


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ющих окружающую среду. М.: Федеральный центр Госсанэпиднадзора Минздрава России- 2004.
6. Новиков С. М., Рахманин Ю. А., Шашина Т. А., Филатов Н. Н., Аксенова О. И., Волкова И. Ф. и др. Критерии установления уровней минимального риска здоровью населения от загрязнения окружающей среды. Методические рекомендации. М.: Центр Госсанэпиднадзора в г. Москве- 2003.
7. Новиков С. М., Рахманин Ю. А., Шашина Т. А., Шашина Е. А., Пономарева О. В., Гудкевич А. З. и др. Расчет доз при оценке риска многосредового воздействия химических веществ. Методические рекомендации. М.: Центр Госсанэпиднадзора в г. Москве- 2001.
Поступила 15. 10. 14
References
1. Onishchenko G.G., Novikov S.M., Rakhmanin Yu.A., Avaliani S.L., Bushtueva K.A. Principles of Risk Assessment for Health of the Population with Exposure to Chemical Substances, Polluting the Environment [Osnovy Otsenki Riska dlya Zdorov '-ya Naseleniya pri Vozdeystvii Khimicheskikh Veshchestv, Zagryaznyayushchikh Okru-zhayushchuyu Sredu]. Moscow: NII ECh i GOS- 2002. (in Russian)
2. Yearbook of emissions of polluting substances in atmospheric air of cities and regions of the Russian Federation in 2011. St. Petersburg: OOO «NII Atmosfera" — 2013. (in Russian)
3. Rakhmanin Yu.A., Novikov S.M., Ivanov S.I. Modern scientific
О КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2015
problems of improvement of the methodology for the assessment of risk to the health of the population. Gigiena i Sanitariya. 2005- 2: 7−10. (in Russian)
4. Onishchenko G.G. Assessment and management of health risks as an effective tool for solving problems of ensuring the sanitary and epidemiological welfare of the population of the Russian Federation. AnalizRiska Zdorov'-yu. 2013- 1: 4−14. (in Russian)
5. R 2.1. 10. 1920−04. Guidance on the assessment of the risk exposure to chemical substances, polluting the environment. Moscow: Gossanepidnadzor Federal center of Russian Ministry of health- 2004. (in Russian)
6. Novikov S.M., Rakhmanin Yu.A., Shashina T.A., Filatov N.N., Ak-senova O.I., Volkova I.F. et al. Criteriafor Establishing the Levels of the Minimum Risk to Human Health from Environmental Pollution. Methodical Recommendations [Kriterii Ustanovleniya Urovney Minimal'-nogo Riska Zdorov'-yu Naseleniya ot Zagryazneniya Okru-zhayushchey Sredy. Metodicheskie Rekomendatsii]. Moscow: Tsentr gossanepidnadzora v g. Moskve- 2003. (in Russian)
7. Novikov S.M., Rakhmanin Yu.A., Shashina T.A., Shashina E.A., Ponomareva O. V, Gudkevich A.Z. et al. Dose Calculation in the Risk Assessment the Multimedia Exposure. Methodical Recommendations [Raschet Doz pri Otsenke Riska Mnogosredovogo Vozdeyst-viya Khimicheskikh Veshchestv. Metodicheskie Rekomendatsii]. Moscow: Tsentr gossanepidnadzora v g. Moskve- 2001. (in Russian)
Received 15. 10. 14
УДК 613. 632−092. 9
Привалова Л. И. 1, Кацнельсон Б. А. 1, Гурвич В. Б. 1, Логинова Н. В. 1, СутунковаМ.П. 1, Шур В. Я. 2, Макеев О. Г. 3, Вала-мина И.Е. 3, Минигалиева И. А. 1, Киреева Е. П. 1
ПУТИ ПОВЫШЕНИЯ УСТОЙЧИВОСТИ ОРГАНИЗМА К ВРЕДНОМУ ДЕЙСТВИЮ НАНОСЕРЕБРА И НАНООКСИДА МЕДИ
'-ФБУН & quot-Екатеринбургский медицинский научный центр профилактики и охраны здоровья рабочих промпредприятий& quot- Роспотребнад-зора, 620 014, г Екатеринбург, Россия- 2ФГАОУ ВПО УрФУ имени первого Президента России Б. Н. Ельцина (Уральский центр коллективного пользования «Современные нанотехнологии»), 620 000, г. Екатеринбург- 3ГБОУ ВПО Уральский государственный медицинский университет, 620 028, г Екатеринбург, Россия
Субхронические интоксикации крыс, вызванные повторными внутрибрюшинными инъекциями стабильных водных суспензий наночастиц серебра или оксида меди в малых дозах, проявлялись неблагоприятными сдвигами ряда функциональных и биохимических показателей, развитием морфологических изменений тканей и полиорганной фрагментацией ДНК. Все проявления токсичности были существенно ослаблены параллельным пероральным воздействием биопротекторных комплексов, адаптированных к механизмам действия конкретного наноматериала и включавших в себя витаминно-минеральные препараты, пектин, некоторые аминокислоты и препараты рыбьего жира, богатые омега-3 жирными кислотами.
Ключевые слова: наносеребро- медно-оксидные наночастицы- токсичность- генотоксичность- биопротекторы. Для цитирования: Гигиена и санитария. 2015- 94(2): 31−35.
Privalova L. 1. 1, Katsnelson B. A. 1, Gurvich V. B. 1, Loginova N. V. 1, Sutunkova M. P. 1, Shur V. Ya2, Makeev O. G. 3, Valamina I. E. 3, Minigalieva I. A. 1, Kireeva E. P.1 APPROACHES TO ENHANCING THE ORGANISM'-S RESISTANCE TO THE ADVERSE EFFECTS OF NANOMATERIALS AS EXAMPLIFIED BY NANOSILVER AND NANOCOPPER OXIDE
'-The Ekaterinburg Medical Research Center for Prophylaxis and Health Protection in Industrial Workers, Ekaterinburg, Russian Federation, 620 014- 2The Ural Federal University (Ural Center for collective use & quot-Modern Nanotechnologies& quot-), Ekaterinburg, Russian Federation, 620 000- 3Ural State Medical University, Ekaterinburg, Russian Federation, 620 028
Subchronic intoxications in rats induced by repeated intraperitoneal injections of stable water suspensions of silver or copper oxide nanoparticles in low dosage were manifested by adverse shifts in some functional and biochemical indices, by development of histo-structural changes in different tissues and by poly-organ fragmentation of DNA. All these manifestations of toxicity were substantially attenuated against the background ofparallel oral administration of bioprotective complexes comprising vitamins, trace elements, pectin, some amino acids and a fish oil preparation rich in omega-3 fee fatty acids, this composition has been adjusted to mechanisms of action of this or that nanomaterial.
Key words: nanosilver- nanocopper oxide- toxicity- genotoxicity- bioprotectors.
For citation: Gigiena i Sanitariya. 2015- 94(2): 31−35. (In Russ.)
Для корреспонденции: Привалова Лариса Ивановна, privalova@ymrc. ru For correspondence: Privalova L., privalova@ymrc. ru
[гиена и санитария 2/2015
Металлические наночастицы (НЧ), в частности НЧ серебра и меди, все шире используются в электронике, медицине, бытовой химии. Аэрозоли конденсации, загрязняющие воздух рабочих помещений и атмосферу при использовании различных пирометаллургических и сварочных технологий, содержат существенную фракцию металлооксидных частиц нанометрового диапазона. По сравнению с микрометровым диапазоном НЧ ряда металлов, в частности, железа, серебра, меди, золота, отличает большая токсичность, что доказано многими исследованиями [2−12].
Цель работы — экспериментальное испытание эффективности биопрофилактических комплексов, направленных против токсического и генотоксического действия НЧ серебра и оксида меди.
Материалы и методы
Эксперименты проводились с использованием нано-частиц суспензии наносеребра (НС) и нанооксида меди (НМ), со средним диаметром НС = 49 ± 10 нм и НМ = 20 ±10 нм, полученными специально разработанным методом лазерной абляции металлических пластин в водной среде.
Исследования проводились на белых беспородных аутбредных крысах-самках с начальной массой тела 180−200 г. Были сформированы 8 групп по 12 крыс в каждой. Изучаемая доза веществ составляла 10 мг/кг массы тела, которую вводили внутрибрюшинно по 3 раза в неделю- всего было 19 введений. Контрольным крысам вводили по той же схеме равный объем той деио-низированной воды, на которой готовилась наносуспен-зия. Половина групп получала воду, НС или НМ на фоне перорального приема биопрофилактического комплекса (БПК). Капиллярную кровь получали из насечки на кончике хвоста крыс для оценки гематологических показателей и активности сукцинатдегидрогеназы лимфоцитов общепринятыми методами. Затем крысы умерщвлялись быстрой декапитацией, при которой собиралась кровь для получения сыворотки [13, 14]. Токсические эффекты оценивались на основе большого набора функ-
циональных показателей: содержания общего белка, альбуминов, глобулинов, церулоплазмина, малонового диальдегида, щелочной фосфатазы, активности аланин-и аспартаттрансаминазы, гамма-глутаминтрансферазы, билирубина, креатинина. Проведено патоморфологиче-ское исследование внутренних органов с морфометри-ей. Определено накопление металлов в органах-мишенях: печени, почках, селезенке, головном мозге (только для НМ). Оценка генотоксичности наночастиц НС и НМ у тех же крыс проводилась с помощью ПДАФ-теста (полиморфизм длин амплифицированных фрагментов) по коэффициенту фрагментации геномной ДНК в клетках органов-мишеней.
Для двух разных нанометаллов с учетом их предполагаемых механизмов действия были разработаны два разных биопрофилактических комплекса. Основу комплексов составили пектин яблочный (энтеросорбент, препятствующий реабсорбции из кишечника металлов), глутаминовая кислота (эффективный стабилизатор клеточных мембран и один из предшественников глутатио-на), глицин (предшественник глутатиона), ацетилцистеин (предшественник глутатиона), препарат рыбьего жира (содержащий незаменимые эссенциальные жирные кислоты (НЭЖК) класса омега-3 в качестве предшественника эйкозаноидов, активирующих репликацию ДНК), поливитаминно-полиминеральный комплекс. Различия касались витаминов и минералов, специально подобранных с учетом предполагаемых токсикодинамических и токсикокинетических особенностей действия нанометал-лов. Так, в основу комплекса, предотвращающего токсические эффекты НС, вошли такие компоненты, как селен, медь, кальций, являющиеся физиологическими и токсикологическими антагонистами серебра.
Комплекс против токсических эффектов меднооксид-ных наночастиц основан на применении железа, цинка, марганца, молибдена, которые являются физиологическими и токсикологическими антагонистами меди. Витамины А, Е, С, малые дозы селена были использованы в качестве дополнительных компонентов антиокислительной системы организма.
Таблица 1
Биохимические показатели после субхронической интоксикации наноматериалами (наносеребром и меднооксидными наночастицами)
Показатели Группы крыс, получавших
НС НС + БПК БПК воду
Гемоглобин в крови, г/л 13,99 ± 0,36 14,3 ± 0,40 14,20 ± 0,28 14,8 ± 0,40
Эритроциты, 1012 г/л 3,87 ± 0,13* 4,25 ± 0,04** 4,04 ± 0,09 4,34 ± 0,04
Ретикулоциты, %о 31,67 ± 3,25 27,25 ± 2,67 29,67 ± 3,84 27,17 ± 5,45
Активность СДГ, число гранул в 50 лимфоцитах 679,9 ± 12,4* 827,8 ± 22,1** 834,1 ± 11,2 805,33 ± 12,6
Церулоплазмин в сыворотке крови, мг% 78,75 ± 8,6* 72,62 ± 6,3* 149,72 ± 12,3 164,5 ± 20,0
Показатели Группы крыс, получавших
НМ НМ + БПК БПК воду
Гемоглобин в крови, г/л 13,4 ± 0,35* 14 3 ± 0 32*,**,*** 16,7 ± 0,46 16,6 ± 0,40
Эритроциты, 1012 г/л 1,61 ± 0,05* 1,63 ± 0,03* 1,69 ± 0,05 1,84 ± 0,03
Ретикулоциты, %о 28,9 ± 2,14* 16 0 ± 1 59*,**,*** 11,0 ± 1,87 10,45 ± 0,78
Активность СДГ, число гранул в 50 лимфоцитах 656,75 ± 11,99* 807,5 ± 20,85*** 766,1 ± 19,53 737,1 ± 10,74
Церулоплазмин в сыворотке крови, мг% 77,0 ± 5,05 100,5 ± 3,05** 109,9 ± 7,99 90,9 ± 4,95
Общий белок в сыворотке крови, г/л 70,3 ± 1,18 74,8 ± 0,69** 73,2 ± 1,37 72,4 ± 1,28
Альбумины в сыворотке крови, г/л 36,9 ± 0,71 40,6 ± 0,60** 39,1 ± 0,51 38,336 ± 1,02
Примечание. Различия статистически значимы (р & lt- 0,05 по /-критерию для множественных сравнений с поправкой Бонферони), отличия
: — в сравнении с контролем на воду- ** - в сравнение с НЧ- *** - в сравнении с контролем на БПК.
Таблица 2
Некоторые морфометрические показатели клеточной структуры печени и селезенки крыс, получавших НС (X ± s.e.)
Показатель Контроль Н С НС + БПК
Число безъядерных 17,6 ± 0,6 18,5 ± 1,3 13,0 ± 1,0*** гепатоцитов
Число двуядерных 59 ± 0 8 7 8 ± 0 6 12 0 ± 15*** гепатоцитов
Число клеток Купфера 16,5 ± 0,5 25,0 ± 0,8* 20,0 ± 0,6*,** Отношение белой
к красной пульпе 0,59 ± 0,036 0,37 ± 0,035* 0,59 ± 0,086** селезенки
Примечание. * - статистически значимое различие с контрольной группой- ** - с группой НС, (р & lt- 0,05- по /-критерию Стьюдента).
Статистическая обработка результатов проводилась в программе 81ай8йоа 6. 0, по критериям Стьюдента и Манна-Уитни.
Результаты и обсуждение
После субхронического воздействия изученных НЧ по ряду функциональных показателей наблюдались существенные изменения (табл. 1). Например, под действием как НС, так и НМ произошло снижение содержания эритроцитов в крови, снижение уровня гемоглобина и повышение содержания ретикулоцитов. Однако под влиянием БПК все три показателя изменились почти до контрольных значений.
Активность сукцинатдегидрогеназы (СДГ) лимфоцитов крови, отражающая общий уровень окислительно-восстановительного метаболизма, была снижена под влиянием обоих нанометаллов. Судя по нашему опыту, такое снижение является одним из наиболее чувствительных интегральных показателей различных хронических и субхронических интоксикаций, что подчеркивает важность его нормализации под влиянием испытанных БПК.
Оба нанометалла вызвали снижение уровня церуло-плазмина, однако только БПК, разработанный против токсических эффектов НМ, повысил его до нормы.
Под влиянием только НМ происходило угнетение белковообразовательной функции печени, что видно по снижению содержания общего белка и альбуминов в сыворотке крови. В группе НМ + БПК отмечена нормализация данных показателей.
Позитивный эффект использования комплекса биопротекторов был отмечен при гистологическом изучении органов-мишеней. Так, под действием НС наблюдалось значительное увеличение числа клеток Купфера (табл. 2) и числа безъядерных гепатоцитов, а репаратив-
Таблица 3
Некоторые морфометрические характеристики печени крыс, подвергавшихся субхронической затравке медьсодержащими НЧ на фоне БПК или без БПК (X ± S)
Показатель Контроль Н М НМ на фоне БПК БПК
Число безъядерных гепатоцитов на 100 клеток 8,08 ± 0,55 6,88 ± 0,5*** 6,63 ± 0,50 9,86 ± 0,70
Число клеток Купфера на 100 клеток 42,79 ± 1,60 54,06 ± 1,80* 46,88 ± 1,20** 45,67 ± 1,20
Таблица 4
Некоторые морфометрические характеристики почек крыс, подвергавшихся субхронической затравке наночастицами нанооксида меди на фоне приема БПК или без него (X ± S).
Характеристика Группы, получавшие
НМ НС + БПК воду БПК
Площадь
по внутренней 4547,6 ± 0,06 5195,5 ± 0,08*-** 4368,6 ± 0,06 4324,2 ± 0,06
поверхности
капсулы, мкм2
Шощада 2 3331,5 ± 0,04 3861,6 ± 0,075* 3395,9 ± 0,06 3303,7 ± 0,05 клубочка, мкм2
Площадь мочевого пространства, 1216,1 ± 0,03* 1333,9 ± 0,05*,** 972,6 ± 0,04 1020,5 ± 0,05
мкм2
Длина участка
десквамации ще- 8,36 ± 0,76* 5,98 ± 0,46** 5,39 ± 0,42 6,03 ± 0,57 точной каемки,%
Длина участка
десквамации 1,16 ± 0,38* 0,98 ± 0,35* 0,33 ± 0,13 0,73 ± 0,21 эпителия,%
Примечание. Различия статистически значимы (р & lt- 0,05 по /-критерию Стьюдента): * - сравнение с контролем- ** - в сравнении с НЧ (без БПК).
ный показатель — количество двуядерных гепатоцитов — был понижен. При том же воздействии НС на фоне приема БПК наблюдалось статистически достоверное снижение числа клеток Купфера, безъядерных гепато-цитов и увеличение в 1,5 раза числа двуядерных гепатоцитов.
При воздействии на печень животного медноокис-ных НЧ также наблюдалось существенное повышение количества клеток Купфера (табл. 3), но БПК оказал практически нормализующее действие.
Под влиянием НС в почках наблюдалось «серебрение» гломерулярных базальных мембран, причем эффект был предотвращен в группе, получавшей нано-серебро и БПК. НЧ оксида меди оказали значительно более выраженное токсическое действие на почки. В проксимальных почечных канальцах НМ вызвали статистически достоверное увеличение длины участков потери щеточной каемки и в особенности участков полной десквамации эпителия (табл. 4). На фоне БПК эти морфометрические показатели нефротоксичности были значимо снижены.
В селезенке под действием БПК было предупреждено вызванное НС снижение коэффициента соотношения
Таблица 5
Коэффициенты фрагментации (Кфр) геномной ДНК крыс, подвергшихся субхронической затравке частицами наносеребра без защиты и на фоне приема БПК или частицами нанозолота (по результатам ПДАФ-теста), X ± Sx
Органы Группы, получавшие:
НС НС + БПК воду
Печень 0,461 ± 0,002* 0,408 ± 0,011 0,399 ± 0,001
Почки 0,42 ± 0,008* 0,407 ± 0,006*,** 0,385 ± 0,003
Селезенка 0,462 ± 0,001* 0,419 ± 0,003*,** 0,379 ± 0,002
Костный мозг 0,455 ± 0,032* 0,373 ± 0,003*,** 0,3 ± 0,003 Скелетные
мышцы
0,356 ± 0,009 0,33 ± 0,015* 0,352 ± 0,002
П р и м е ч, а н и е. Различия статистически значимы (р & lt- 0,05 по /-критерию Стьюдента) — * в сравнении с контролем на воду- ** - в сравнение с НМ- *** - в сравнении с группой БПК.
Примечание. Различия статистически значимы (р & lt- 0,05 по /-критерию Стьюдента): *- в сравнении с контролем на воду- ** - в сравнении с НЧ.
]^1гиена и санитария 2/2015
Таблица 6
Влияние БПК и/или медьсодержащих частиц на коэффициент фрагментации геномной ДНК (ПДАФ-тест) в клетках различных органов (X ± S).
Орган Группы, получавшие
НМ НМ + БПК БПК воду
Печень Почки Селезенка
0,426 ± 0,0020* 0,404 ± 0,002*,**,*** 0,394 ± 0,0040 0,396 ± 0,0020 0,382 ± 0,0015 0,406 ± 0,0027*,**,*** 0,393 ± 0,0025* 0,383 ± 0,0025 0,460 ± 0,0020* 0,418 ± 0,0015*,**,*** 0,377 ± 0,0028* 0,369 ± 0,0016
Головной мозг 0,355 ± 0,0020 0,335 ± 0,0021*
0,356 ± 0,0025 0,354 ± 0,0028
(p & lt- 0,05 по /-критерию — в сравнении с НЧ- *** -
Примечание. Различия статистически значимы Стьюдента) — * в сравнении с контролем на воду- ** в сравнении с контролем на БПК.
белой пульпы к красной (см. табл. 2), которое в этой группе не отличалось от нормального.
В группе, получавшей НМ на фоне приема БПК, в головном мозге животных были ослаблены дегенеративные изменения нейронов. Для морфометрии мы использовали наиболее четкий признак — отсутствие ядрышка. Получено, что если при воздействии НМ средний процент клеток Гольджи, потерявших ядрышки, составил 62,2 ± 3,1 (против контрольного 23,3 ± 2,8), то при воздействии тех же НМ на фоне БПК — только 29,5 ± 4,1 (р & lt- 0,05).
Судя по результатам использованного ПДАФ-теста, оба исследованных металла обладают генотоксично-стью. Так, при действии НС достоверно повышенные значения коэффициента фрагментации геномной ДНК получены во всех исследованных тканях, кроме скелетной мышцы. Этот генотоксический эффект был ослаблен на фоне приема БПК. Отметим, что в костном мозге с характерной весьма высокой пролиферативной (митоти-ческой) активностью НЧ серебра вызвали существенное увеличение коэффициента фрагментации ДНК, чего не наблюдалось при действии нанооксида меди. Вместе с тем, и в группе НМ + БПК была статистически значимо ослаблена (почти до полной нормализации) фрагментация геномной ДНК в клетках печени и селезенки, хотя и не во всех исследованных органах. В почках она вообще была выявлена только при действии НМ на фоне БПК. Последнее, вероятнее всего, объясняется показанным выше ослаблением выраженного цитотоксического эффекта меди, маскирующего генотоксический.
Работа проводилась в рамках тем НИР: «Развитие мер, направленных на повышение устойчивости групп риска к воздействию вредных факторов среды обитания», № 1 201 157 738 от 28. 04. 2011.
«Анализ основных закономерностей и особенностей негативного действия наноматериалов на организм как основа гигиенического нормирования и оценки риска в сфере нанотехнологий», № 1 201 157 730 от 28. 04. 2011.
На основании проведенной работы получен патент на изобретение: «Способ профилактики вредных эффектов общетоксического и генотоксического действия наносеребра на организм» (№ 2 013 125 265 от 30. 06. 14) в ФГБУ «Федеральный институт промышленной собственности».
Выводы
1. Субхронические интоксикации у крыс с помощью наночастиц серебра и оксида меди в эксперименте проявлялись выраженными токсическими и генотоксиче-скими эффектами.
2. На фоне перорального приема комбинации биопротекторов (пектин, ряд витаминов, глутамат, аце-тилцистеин, кальций, селен и НЭЖК группы омега-3), разработанной с учетом как общих представлений о
механизмах вредного действия нанометаллов, так и имеющихся сведений об их токсикодина-мике, отмечено существенное ослабление субхронической токсичности и генотоксичности как наносеребра, так и наномеди.
3. Прием комплекса биопротекторов способствует повышению резистентности целостного организма к токсическому действию исследованных наноматериалов, что имеет принципиальное значение для целесообразности их применения и развития такого направления исследований в сфере нанотоксикологии.
Л итер атур, а References)
(пп. 1−4, 6, 10−12, 14
см.
5. Кацнельсон Б. А., Привалова Л. И., Дегтярева Т. Д., Кузьмин С. В., Гурвич В. Б., Сутункова М. П. и др. Анализ некоторых результатов экспериментального изучения токсикологии наночастиц с позиций гигиенического нормирования. Уральский медицинский журнал. 2011- 9: 35−8.
7. Логинова Н. В. Экспериментальная оценка эффективности биопрофилактического комплекса, направленного на снижение токсических эффектов наночастиц оксида меди. Медицина труда и промышленная экология. 2014- 6: 26−30.
8. Кацнельсон Б. А., Дегтярева Т. Д., Привалова Л. И. Разработка средств, повышающих устойчивость организма к действию неорганических загрязнителей производственной и окружающей среды. Российский химический журнал. 2004- 18 (2): 65−71.
9. Кацнельсон Б. А., Дегтярева Т. Д., Привалова Л. И., Кузьмин С. В. и др. Биологическая профилактика как комплексное воздействие, повышающее резистентность организма к действию вредных факторов производственной среды. Вестник Уральской медицинской академической науки. 2005- 2: 70−6.
13. Соколов В. И. Правила проведения работ с использованием экспериментальных животных. Приложение к Приказу Минздрава СССР от 12. 08. 1977 г. № 755.
Поступила 15. 10. 14
References
1. Albers C.E., Hofstetter W., Siebenrock K.A. In vitro cytotoxicity of silver nanoparticles on osteoblasts and osteoclasts at antibacterial concentrations. Nanotoxicology. 2012- 51: 401−6.
2. Alarifi S., Ali D., Verma A., Alakhtani S., Ali B.A. Cytotoxicity and genotoxicity of copper oxide nanoparticles in human skin keratinocytes cells. Int. J. Toxicol. 2013- 32(4): 296−307.
3. Bagdonas E., Vosyliene M.Z. A study of toxicity and genotoxicity of copper, zinc and their mixture to rainbow trout (Oncorhynchus mykiss). Biologija (Vilnius). 2006- 1: 8−13.
4. Katsnelson B.A., Privalova L.I., Degtya T.D., Sutunkova M.P., Minigalieva I.A. et al. Experimental estimates of the toxicity of iron oxide Fe3O4 (magnetite) nanoparticles. Central Eur. J. Occup. andEnvir. Med. 2010- 16(1−2): 47−63.
5. Katsnel'-son B.A., Privalova L.I., Degtyareva T.D., Kuz'-min S.V., Gurvich V.B., Sutunkova M.P. et al. Analysis of some results of experimental study of toxicology of nanoparticles from the standpoint of hygienic standardization. Ural skiy Meditsinskiy Zhurnal. 2011- 9: 35−8. (in Russian)
6. Katsnelson B.A., Privalova L.I., Loginova N.V., Gurvich V.B., Shur V.Y., Valamina I.E. et al. Subchronic Toxicity ofCopper Oxide Nanoparticles and Its Attenuation with the Help of a Combination of Bioprotectors. Int. J. Mol. Sci. 2014- 15(7): 12 379−406.
7. Loginova N.V. Experimental evaluation of the effectiveness of preventive biological complex, aimed at reducing the toxic effects of nanoparticles of copper oxide. Meditsina Truda i Promyshlennaya Ekologiya. 2014- 6: 26−30. (in Russian)
8. Katsnel'-son B. A., Degtyareva T. D., Privalova L. I. Developing means to enhance the body'-s resistance to the action of inorganic
pollutants of work environment and the environment. Rossiyskiy Himicheskiy Zhurnal. 2004- 18 (2): 65−71. (in Russian)
9. Katsnel'-son B.A., Degtyareva T.D., Privalova L.I., Kuz'-min S.V. et al. Biological prevention as a complex effect, increases the body'-s resistance to the action of harmful factors of work environment. Vestnik Uralskoy Meditsinskoy Akademicheskoy Nauki. 2005- 2: 70−6. (in Russian)
10. Katsnelson B., Kuzmin S., Privalova L. et al. & quot-Biological prophylaxis& quot- - one of the ways to proceed from the analytical environmental epidemiology to the population health protection. Centr. Eur. J. Occup. andEnvir. Med. 2008- 14(1): 41−2.
11. Katsnelson B., Privalova L., Kuzmin S. et al. Biological prophylaxis of adverse health effects caused by environmental and
occupational impacts — theoretical premises, experimental and field testing, practical realization. Centr. Eur. J. Occup. and Envir. Med. 2009- 15(1−2): 35−51.
12. Katsnelson B. A., Privalova L.I., Yeremenko O.S. et al. Toxicity of monazite particulate and its attenuation with a complex of bio-protectors. Medicina del Lavoro. 2009- 100(6): 455−70.
13. Sokolov V.I. Pravila provedeniya rabot s ispol'-zovaniem ekspe-rimental'-nykh zhivotnykh. Prilozhenie k Prikazu Minzdrava SSSR ot 12. 08. 1977g. № 755. (in Russian)
14. International Guiding principles for biomedical research involving animals. Geneva. Council for international organizations of medical science. 1985.
Received 15. 10. 14
О КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2015 УДК 614. 3/. 4:579. 842. 14:579. 252. 55]. 083. 1
РешетневаИ.Т. 1, Перьянова О. В. 1, ДмитриеваГ.М. 2, Остапова Т. С. 3
АНТИБИОТИКОРЕЗИСТЕНТНОСТЬ САЛЬМОНЕЛЛ, ВЫДЕЛЕННЫХ НА ТЕРРИТОРИИ КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ
'-Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого, 660 022, г. Красноярск- 2Управление Ро-спотребнадзора по Красноярскому краю, 660 049, г. Красноярск- 3ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Красноярском крае», 660 100, г. Красноярск
Исследовали сальмонеллы, выделенные из различных объектов на территории Красноярского края (от больных людей, бактерионосителей, из пищевых продуктов, сточных вод и др.). Чувствительность к антимикробным препаратам определяли диско-диффузионным методом. Культуры, выделенные от больных и с объектов внешней среды, высокочувствительны к аминогликозидам (амикацину и гентамицину) — чувствительных штаммов 98−99%, к карбапенемам (имипенему) — 100%, цефалоспоринам (цефтриаксону) — 97,8%- фторхинолонам (офлоксацину) — 95,8%- хинолонам (ципрофлоксацину) — 88,9%- хлорамфениколу — 86,8%. Меньшую чувствительность сальмонеллы проявили к ко-тримоксазолу (81,4%) — к препаратам пенициллино-вого ряда — ампициллину 73,6% и к ингибиторзащищенному препарату — амоксициллину/клавуланату 86,4%. Наиболее резистентны сальмонеллы к тетрациклину- доля чувствительных штаммов составила менее трети — 22,1%. Сравнение резистентности серовара S. enterica Enteritidis с резистентностью других серова-ров S. enterica (S. Typhimurium, S. Infantis, S. Tshiongwe, S. Agama и др.) выявило большую резистентность у изолятов «не Enteritidis» к ампициллину, амоксициллину/клавуланату, ципрофлоксацину- наибольшие различия по резистентности — к офлоксацину и котримоксазолу. Самая высокая резистентность у всех сероваров S. enterica к тетрациклину (S. Enteritidis — 26,2%- «не Enteritidis» — 9,1%). Таким образом, сальмонеллы, циркулирующие на территории Красноярского края, характеризуются чувствительностью к большинству антибактериальных препаратов. Высокая резистентность изолятов выявлена к тетрациклину, ампициллину и сульфаниламидам.
Ключевые слова: Salmonella enterica- Salmonella еnteritidis- антибиотики- лекарственная устойчивость. Для цитирования: Гигиена и санитария. 2015- 94(2): 35−38.
Reshetneva I. T. 1, Peryanova O. V. 1, Dmitrieva G. M. 2, Ostapova T. S.3 ANTIBIOTIC RESISTANCE OF SALMONELLA SPP. ISOLATED IN THE TERRITORY OF THE KRASNOYARSK REGION
Krasnoyarsk State Medical University named afterProfessor V. F. Voino-Yasenetsky, 660 022, Krasnoyarsk, Russian Federation- 2 Directorate of the Federal Service for Supervision of Consumer Rights protection and Human Welfare in the Krasnoyarsky Krai Krai, 660 049, Krasnoyarsk, Russian Federation- 3 Center for Hygiene and Epidemiology in the Krasnoyarsk Region, Krasnoyarsk, Russian Federation, 660 100
There were studied Salmonella spp. isolated from various objects (sick patients, bacteria carriers, food, sewages) in the Krasnoyarsk region. Susceptibility to antimicrobial drugs was estimated with disc diffusion method. Bacterial cultures form sick patients were highly susceptible to aminoglycosides (amikacin and gentamicin) — susceptible strains accounted for 98−99%, carbapenems (imipenem) — 100%, cephalosporins (cephtriaxone) — 97,8%, fluoroquinolones (ophloxacin) — 95,8%, quinolones (ciprofloxacin) — 88,9%, chloramphenicol — 86,8%. Salmonella showed lesser susceptibility to sulphamethoxazole/trimethoprim 81,4%. Ampicillin — 73,6% inhibitor protected antibiotic amoxicillin/clavulanic acid — 86,4%. Salmonella spp. are the most resistant to tetracycline, the proportion of susceptible strains was less than a third — 22. 1%. The comparison of resistance of serovar S. enterica Enteritidis with other serologic strains of S. enterica (S. Typhimurium, S. Infantis, S. Tshiongwe, S. Agama et al.) revealed greater resistance of «not Eneteritidis» isolates to ampicillin, amoxicillin/ clavulanic acid, ciprofloxacin and greater differences in resistance were to ofloksacin and co-trimoxasol. The most high resistance of the all serovars S. enterica is to tetracycline (S. Enteritidis — 26,2%, «non Enteritidis» — 9,1%). Thus salmonella circulating in the Krasnoyarsk region are characterized by susceptibility to the most of antimicrobial drugs. The high resistance of islitates is revealed to tetracycline, ampicillin and sulfonamides.
Key words: Salmonella enterica- Salmonella еnteritidis- antibiotics- drug resistance. For citation: Gigiena i Sanitariya. 2015- 94(2): 35−38. (In Russ.)

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой