К вопросу о роли религии в политической модернизации.
Сравнительный анализ: римская католическая церковь, теология освобождения, русская православная церковь

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Общие и комплексные проблемы технических и прикладных наук и отраслей народного хозяйства


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 316. 334. 3:2 ББК 66. 3(0). 4:86
Е. М. Дринова
К ВОПРОСУ О РОЛИ РЕЛИГИИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ.
СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ: РИМСКАЯ КАТОЛИЧЕСКАЯ ЦЕРКОВЬ,
ТЕОЛОГИЯ ОСВОБОЖДЕНИЯ, РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ
Волгоградский государственный социально-педагогический университет
E-mail: edrinova@mail. ru
В статье анализируется место религии в политической модернизации. Проводится сравнительный анализ участия Римской католической церкви, теологии освобождения, Русской православной церкви в модернизации.
Ключевые слова: религия, церковь, теология освобождения, политическая модернизация, религиозные акторы модернизации.
E. M. Drinova
THE ROLE OF RELIGION IN POLITICAL MODERNIZATION.
COMPARATIVE ANALYSIS: THE ROMAN CATHOLIC CHURCH,
LIBERATION THEOLOGY, RUSSIAN ORTHODOX CHURCH
Volgograd State Socio-pedagogical University
The article analyzes the place of religion in the political modernization. A comparative analysis of the Roman catholic church, liberation theology, Russian orthodox church in the modernization is conducted.
Keywords: religion, church, liberation theology, political modernization.
Исследование религии в поле политической осуществляется анализ. Принципиально важно
модернизации содержательно описывается ба- найти то общее и конкретное, что объединяет
зовыми категориями науки, в пределах которой эти понятия и создает им своеобразную содер-
жательную палитру применительно к политическому процессу в различных национальногосударственных образованиях и обществе в целом. Мы исходим из того, что прямое или опосредованное воздействие политического процесса (политическая модернизация) на религию приводит к ее политизации. Политизация религии представляет собой процесс, когда неполитическое явление (религия) обретает черты политического. Процесс политизации религии проходит несколько стадий развития, от политизации церкви до образования и функционирования политических религиозных партий. Под влиянием политической модернизации социальный институт религии трансформируется и приобретает ряд черт политического института [2]. Анализ этих процессов опирается на концептуальные исследования трансформации институтов в неоконституционализме (Т. North, M. Levi, R. E. Goodin). Результатом высшей стадии политизации религии становится феномен политической религии, который обусловлен появлением политических религиозных партий. Политическая религия представляет собой одно из состояний трансформированной религии, для нее характерно функционирование политических религиозных партий, стремление их к власти и расширение электорального поля [2, с. 200−207].
Следующее понятие, нуждающееся в содержательной интерпретации, это модернизация. В целом модернизация понимается как прогрессивное изменение общества в социальной, политический и экономической сферах. В политической науке, как правило, модернизация трактуется как переход к политическому, демократическому устройству общества, к развитию идей демократии. Российские политологи (О. В. Гатман-Голутвина, И. С. Каспэ, В. И. Пантин, Е. С. Строев, Т. А. Яшкова) рассматривают политическую модернизацию в формате эффективного государства, которое ориентировано в экономической сфере на инновационную экономику, в политической сфере на эффективную деятельность государственной власти, установление политической демократии и ее нацеленность на будущее, как форму консолидации общества. По мнению А. А. Громыко, политическая модернизация означает способность политической системы государства видоизменяться и «…адаптироваться к условиям постиндустриального общества на основе принципов плюрализма, толерантности и раз-
нообразия культур» [1, с. 9]. В. Г. Ледяев выделяет специфические черты политической модернизации в России, которые заключаются «в расширении сферы государственного (бюрократического) контроля в осуществлении экономической и социальной регуляции- в формировании „управляемой демократии“ (наличие формальных демократических институтов, которые адаптированы к собственным интересам правящего класса) — в распространении идеологии, в которой превозносятся ценности государства, державы, стабильности, порядка, управляемости, традиционного уклада, самобытности» [4, с. 61−84].
По мнению Ш. Эйзентштадта, модернизация имеет многосторонний характер, в силу чего она оказывает влияние на практически все стороны общественного развития, в том числе и на религию [5]. Влияние политической модернизации на религию сопровождается политизацией ее структурных компонентов, каждый из этих элементов целого при необходимости в ходе политической модернизации трансформируется сам, в свою очередь, эти элементы прямо или опосредованно вызывают изменения в ходе модернизации. Этот процесс обусловлен появлением на политической арене нескольких групп акторов, обладающих религиозным сознанием, которые осуществляют политическую модернизацию. Первую группу составляют миряне (государственные служащие, депутаты парламента), которые активно включились в модернизационные процессы общества, именно они отвечают за глубину включения религии в процесс политической модернизации. Политические акторы как носители религиозного сознания имеют свое видение религиозного обоснования политического строя, либо определенных религиозных констант, сопровождающих формирование этого строя. В России этот группа акторов поддерживает Русскую православную церковь, которая является носителем системы христианских ценностей. Что же касается ценностей демократии и свободы, то в России они, как отмечает Ледяев, постепенно уходят на «периферийное место в общественном сознании и системе ценностей политического класса» [8, с. 67]. Ко второй группе акторов относятся политические религиозные партии и их лидеры. Партии, основанные на религиозном основании, или ап-пелирующие в своей деятельности к системе религиозных ценностей, существуют в боль-
шинстве стран мира. Это христианские, исламские, буддийские, индуистские и другие религиозные партии. Политические религиозные партии являются консолидированным актором политической модернизации в своих странах. Религиозные партии стремятся к расширению своего электората, который составляют верующие граждане. Таким образом, внекультовая деятельность верующих граждан проявляется в электоральной сфере. Современный электорат представлен значительным числом верующих граждан. К третьей группе акторов относятся служители церкви. Это неспецифические акторы политической модернизации. Священнослужители непосредственно способствуют христианизации политики, а в исключительных случаях принимают активное участие в политической модернизации своей страны.
Существенным компонентом структуры религии является религиозная деятельность, которая имеет два вектора бытия: духовный и практический. Если первый связан с религиозным мышлением и переживанием религиозных «истин» и сюжетов, то второй вектор религиозной деятельности заключается в пропаганде религиозных взглядов и внедрении их в социальную и политическую практику. Важным компонентом религиозной структуры выступает церковь, организация, ставящая задачу «спасения души человека» и на самом деле выполняющая функции социально-психологической терапии и адаптации человека в сложном социальном мире. Значимый вклад в модернизацию своих стран внесли Римская католическая церковь и Русская православная церковь. Основные идеи, подтверждающие опосредованное участие церкви в политической модернизации были изложены в энцикликах Ватикана, которые и составляют основу социально-политического учения Римской католической церкви. В 1963 году была опубликована энциклика «Pacem in Terris» (Мир на земле), которая во многом способствовала формированию политического мышления, направленного на прекращение «холодной войны». Значимую роль в политической модернизации стран Латинской Америки сыграла энциклика Папы Павла VI «Po-pulorum progressio» (Прогресс народов), которая была посвящена проблемам социального преобразования общества [7]. Идеи энциклики «Populorum progressio» оказали непосредственное влияние на становление и деятельность «Теологии освобождения», которая стала ве-
дущим актором политической модернизации в странах Латинской Америки.
Лидеры «Теологии освобождения» считали своей важной миссией участие священников в политической борьбе. Революционная деятельность поставила часть священников вне закона. Многие из них были заключены в тюрьму, убиты или были депортированы. Одним из теоретиков политического религиозного движения был Г. Гутьеррес. В его работе «Теология освобождения: история, политика и спасение» была изложена концепция модернизации Латинской Америки. Г. Гутьеррес считал, что «…главным фактом в жизни латиноамериканской церкви является участие христиан в процессе освобождения» [6, с. 20−22]. Согласно Г. Гутьерресу, освобождение понимается как политическое и социальное освобождение угнетенных народов, полное устранение всех причин бедности и несправедливости. В теологическом аспекте освобождение представляет собой восстановление отношений человека с Богом.
Деятельность движения во многом способствовала тому, что в самой церкви произошло разделение на традиционную церковь, которая продолжала заниматься спасением души человека, и политикоориентированную, включившуюся в процессы модернизации своих стран. Римская католическая церковь осудила политическую деятельность «Теологии освобождения». В программных документах Римской католической церкви была еще раз заявлена ее главная миссия — социальное служение обществу. В 1987 году была опубликована энциклика «8оШС1-Ыо ге1 socialis» (Забота о социальных ценностях), в которой четко был обозначен принцип невмешательства Ватикана в общественно-политическую систему и политический процесс. Таким образом, Римская католическая церковь дистанцировалась от политики. Ватикан в энциклике «8оШсйЫо гei socialis» четко озвучил свою идеологическую позицию — социальное служение и критическое отношение как к либеральному капитализму, так и к коллективистскому марксизму.
В 2013 году главой Римской католической церкви стал аргентинский (кардинал Хорхе Марио Бергольо) Папа Франциск, который, как и его предшественники, в своих выступлениях еще раз подтвердил, что основная задача Церкви заключается в спасении страждущих и обездоленных. Он заявил о том, что Церковь явля-
ется историческим институтом, а «. ее истинная природа — духовная. Церковь — это народ Божий, который идет на встречу с Иисусом Христом. Природа церкви не является политической» [8]. Следует отметить, что на протяжении многих десятков лет Римская католическая церковь дистанцировалась от политики, она не вмешивалась в деятельность христианско-демократических партий, но при этом сохранила свое участие в социально-политической жизни стран Западной Европы и Латинской Америки.
В России после распада Советского Союза началось строительство новой государственности. После многих десятков лет социальнополитической изоляции института Церкви в стране начался религиозный ренессанс. В процесс политической модернизации общества активно включились отдельные представители Русской православной церкви. Начиная с 90-х годов прошлого века, идеологическая ниша в России постепенно стала заполняться религиозным содержанием. В стране начались процессы христианизации социальной сферы и процессы христианизации политики. В настоящее время эти процессы идут параллельно. Боковым эффектом религиозного ренессанса православия стало формирование политических религиозных партий. На волне религиозного возрождения в процесс политической модернизации общества стремительно вторглись партии, образованные по конфессиональному признаку: Христианско-демократический союз
России, Российский союз молодых христианских демократов и Российская христианско-демократическая партия. В программах христианско-демократических партий подчеркивалась принадлежность к православию. Здесь следует отметить, что если в Западной Европе христианско-демократическое движение развивалось с опорой на социально-политическое учение Римской католической церкви, то в России такая традиция отсутствовала. Русская православная церковь не только не оказала поддержки религиозным партиям, но и осудила их деятельность. В 1993 году решением Священного Синода духовенству было запрещено участвовать в деятельности политических партий и баллотироваться в представительные органы власти. В 2000 году были опубликованы Основы социальной концепции Русской православной церкви. В концепции отмечалось, что Церковь «. допускает наличие различных политических убеждений среди ее епископата, клира и мирян,
за исключением таких, которые явно ведут к действиям, противоречащим православному вероучению» [3, с. 194−195]. Священнослужителям запрещалось участвовать в деятельности политических организаций и выдвигать свои кандидатуры на выборах любых органов представительной власти всех уровней, но православным мирянам разрешалось заниматься политической деятельностью. Следует отметить, что на тот момент времени Русская православная церковь не была готова к участию в модернизации общества. По мнению патриарха Алексия, Россия не была готова к созданию партий на конфессиональной основе, которые должны были отстаивать свои позиции будучи независимыми от церкви.
За прошедшие годы в России сложились тесные государственно-религиозные отношения. Православие стало рассматриваться в качестве новой идеологии, возросла его роль в деле патриотического воспитания. Русская православная церковь, получив государственную поддержку, окрепла и заявила о своих социально-политических взглядах. В 2011 году был принят новый документ Русской православной церкви «Практика заявлений и действий иерархов, духовенства, монашествующих и мирян во время предвыборных кампаний». Согласно этому документу, Синод мог благословить священников избираться во власть. В документе было зафиксировано стремление Церкви сотрудничать с политическими партиями и отдельными политиками. В 90-е годы прошлого века Церковь была не готова к сотрудничеству с религиозными партиями, ну, а сегодня она заявляет о необходимости создания религиозных партий. В последнее время идеи создания партии на христианской основе все чаще озвучиваются церковными, православными деятелями. Однако эта тенденция не получает поддержки у представителей ислама и иудаизма. Но здесь возникает иной вопрос. Готова ли Россия к созданию партий на религиозной основе? Так ли необходимы России в настоящий период времени политическое православие, политический ислам и политический буддизм?
В заключение отметим следующее: церковь как социальный институт является одним из акторов социально-политической модернизации. В зависимости от уровня политического, экономического развития и страновой специфики активное участие церкви в социально-
политических процессах модернизации приводит к ее политизации, крайней формой которой может стать раскол на политикоориентированную и традиционную церковь. Опосредованное же участие церкви в политической модернизации способствует христианизации политики и наполнению ее религиозными ценностями.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1. Громыко, А. А. Модернизация партийной системы Великобритании / А. А. Громыко. — М., 2007.
2. Дринова, Е. М. Конфессиональная геополитика: политические процессы в религии / Е. М. Дринова. — Волгоград, 2010.
3. Основы социальной концепции РПЦ // Сборник документов и материалов юбилейного Архиерейского собора Русской православной церкви. — Москва. 2000.
4. Ледяев, В. Г. Власть, авторитет и господство в России: основные характеристики и формы / В. Г. Ледяев // Политическая концептология. — 2009. — № 4. -С. 61−84.
5. Эйзенштадт, Ш. Революция и преобразование общества. Сравнительное изучение цивилизаций / Ш. Эйзенштадт. — М., 1999.
6. Gutierrez., G. A theology of liberation: history, politics and salvation / G. Gutierrez. — N.Y., 1973.
7. Populorum progressio http: //www. vatican. va/holy_father/ paul_vi/encyclicals/documents/hf_p- vi_enc_26 031 967_populo-rum_en. html
8. http: //www. vatican. va/holy_father/francesco/speeches/ 013/march/documents/papa-francesco_20 130 316_rappresentan-ti-media_en. html

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой