Особенности наказания в виде обязательных работ в отношении несовершеннолетних

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 343. 24
ОСОБЕННОСТИ НАКАЗАНИЯ В ВИДЕ ОБЯЗАТЕЛЬНЫХ РАБОТ В ОТНОШЕНИИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ
© Сутурин М. А., 2010
В отношении несовершеннолетних, совершивших преступления, применяется достаточно «узкий» круг мер уголовной ответственности и уголовных наказаний. В работе рассматриваются особенности одного из альтернативных лишению свободы видов наказания — обязательных работ.
Ключевые слова: несовершеннолетние- обязательные работы- трудовое право- уголовная ответственность.
Обязательные работы как вид уголовного наказания в России введены в действие Федеральным законом РФ «О введении в действие положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации о наказании в виде обязательных работ» от 28 декабря 2004 г. № 177-ФЗ [1].
На сегодняшний день положения о наказании в виде обязательных работ в отношении несовершеннолетних регулируются ст. 49 и ч. 3 ст. 88 УК РФ в редакции Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» от 27 декабря 2009 г. № 377-Ф3.
В качестве формально закрепленных особенностей рассматриваемого вида наказания в отношении несовершеннолетних можно отметить следующее. Во-первых, сокращенный, в отличие от взрослых, срок наказания, установленный от сорока до ста шестидесяти часов. Во-вторых, законодатель при определении труда осужденных к обязательным работам несовершеннолетних указывает на его посильность. В ст. 49 УК РФ указание на посильность труда отсутствует, и это дает основание считать, что в отношении взрослых осужденных нет необходимости учитывать характер труда, в аспекте его определения с позиции возможности выполнения и самой его посильности. В-третьих, законодатель дифференцирует, в зависимости от возраста, продолжительность исполнения данного вида наказания. Лица в возрасте до пятнадцати лет не могут работать более двух часов в день, а лица в возрасте от пятнад-
цати до шестнадцати лет — не более трех часов в день.
Наказание в виде обязательных работ, которое может быть назначено несовершеннолетним, наполняется собственным специфическим содержанием и обладает рядом особых отличительных признаков. В качестве таковых можно выделить следующее.
1. Формально закрепленным содержанием наказания в виде обязательных работ в отношении несовершеннолетних является выполнение работ, посильных для несовершеннолетнего, и исполнение им этих работ в свободное от учебы или основной работы время (ч. 3 ст. 88 УК РФ). В отличие от ст. 49 УК РФ, где устанавливаются общие положения наказания в виде обязательных работ, в ч. 3 ст. 88 УК РФ имеется указание на посильность труда и акцентируется внимание на том, что в первую очередь несовершеннолетний, осужденный к обязательным работам, должен их исполнять в свободное от учебы, а не основной работы (ст. 49 УК РФ) время. Таким образом, во-первых, законодатель априори подразумевает особенности характера труда несовершеннолетних, видимо, с учетом их возрастных физических (и, возможно, психологических) способностей. Во-вторых, законодатель презюмирует тот факт, что основным видом социально полезной деятельности несовершеннолетнего является учеба, что, впрочем, устанавливается и на уровне закона (например, Закон «Об образовании»).
2. Соглашаясь с мнением К. Н. Тарален-ко о том, что в содержании любого вида наказания можно выделить качественную и количественную стороны, представляется,
что качественным содержанием наказания в виде обязательных работ, в аспекте именно ограничений и лишений, являются:
1) ограничение права на отдых-
2) ограничение права на оплату труда-
3) ограничение свободы выбора вида труда.
При этом, по нашему мнению, в данном аспекте содержание наказания в виде обязательных работ в отношении взрослых и несовершеннолетних идентично. Количественную же сторону содержания наказания в виде обязательных работ, по мнению К. Н. Тараленко, можно проанализировать с точки зрения объема правоограничений и степени правоограничения. Объем правоог-раничений обязательных работ зависит от их продолжительности [2]. В этом аспекте явным отличием выступает более сокращенный срок наказания в виде обязательных работ, на который они могут быть назначены несовершеннолетним. Согласно ч. 3 ст. 88 УК РФ обязательные работы назначаются несовершеннолетним на срок от сорока до ста шестидесяти часов. Также существенным отличием является продолжительность исполнения данного вида наказания: лицами в возрасте до пятнадцати лет — не более двух часов в день, лицами в возрасте от пятнадцати до шестнадцати лет — не более трех часов в день.
Развивая позицию К. Н. Тараленко, С. В. Чубраков отмечает, что качественную сторону содержания наказания в виде обязательных работ составляет совокупность таких карательных элементов, как ограничение в праве на свободу «самоопределения», лишение права на вознаграждение за труд и ограничение права на отдых. При этом ограничение в праве на свободу труда имеет «обеспечительный» характер. Оно не имманентно исследуемому наказанию и, соответственно, должно относиться к его организационно-правовой форме [3].
В связи с вышесказанным представляется необходимым рассмотреть сущность наказания в виде обязательных работ в отношении несовершеннолетних.
В отечественной литературе по сей день ведутся дискуссии по вопросу: «Что выступает сущностью наказания?».
С позиции философии под сущностью следует понимать внутреннюю основу предметов, определяющую их глубинные связи и отношения, которые обнаруживаются и познаются в явлениях [4]. Сущность — это
то, что составляет суть вещи, совокупность ее значимых свойств, субстанциональное ядро самостоятельного существующего сущего [5].
Несмотря на то, что в литературе по вопросу понимания кары нет единого мнения [6], мы разделяем позицию значительного числа специалистов в области уголовного права, считающих, что именно кара является сущностью уголовного наказания. И кара, по нашему мнению, выражена, во-первых, в формально определенном объеме возмездия в отношении признанного виновным в совершении преступления лица со стороны государства и общества. Во-вторых, карой выступают определенные психические страдания, переживания преступника. В-третьих, в психологическом отношении, кара выражается в понимании осужденным неправомерности, несправедливости и т. д. совершенного им и, возможно, раскаивании и действительном признании своей вины.
Как отмечает С. В. Чубраков, само название наказания в виде обязательных работ делает акцент на труде. Следовательно, можно предположить, что осужденные караются трудом (работой) [7]. Далее, рассматривая вопросы содержания, в том числе и карательного, наказания в виде обязательных работ, автор приходит к следующему выводу. Придание труду свойств кары, конечно, возможно. Однако на данном этапе развития общества это будет противоречить сложившимся устоям, основным началам нашего государства, провозгласившего себя социальным, не будет соответствовать многим принципам уголовного и уголовно-исполнительного права (таким как экономия репрессий, соединение наказания с исправительным воздействием и др.), а также не будет способствовать эффективному достижению целей, стоящих перед наказанием.
По нашему мнению, подобный вывод носит дискуссионный характер. Это обосновывается следующим.
1. С позиций законодательной формулировки, обязательные работы заключаются в выполнении общественно полезных работ (ст. 49 УК РФ) — труд, как таковой, имманентен данному наказанию, а именно работам (работа — вид деятельности, труда, круг занятий [8]). Кроме того, Уголовноисполнительный кодекс РФ использует не только термин «обязательные работы», но и
термин «труд», видимо, вкладывая в эти термины единый смысл. Так, например, в ч. 1 ст. 26 УИК РФ устанавливается обязанность осужденных к обязательным работам добросовестно относиться к труду. Или, например, ч. 3 ст. 28 УИК РФ регламентирует положение о том, что в случае причинения увечья, связанного с выполнением обязательных работ, возмещение вреда осужденному производится в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде [9]. Также следует отметить, что и некоторые ведомственные нормативные акты, касающиеся исполнения и отбывания наказания в виде обязательных работ, содержат положения бланкетного характера, в отношении обязательного учета норм трудового законодательства именно в связи с исполнением указанного наказания. Так, например, 12 апреля 2005 г. Министерство юстиции РФ издало Приказ № 38 «Об утверждении Инструкции о порядке исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества» [10]. В главе III Инструкции «Исполнение наказания в виде обязательных работ» прямо указывалось, что данная глава разработана на основе ст. 63, 92, 94, 270 Трудового кодекса Российской Федерации. Данный ведомственный нормативный акт действовал до 20 мая 2009 г. и регулировал некоторые аспекты деятельности уголовноисполнительных инспекций, в том числе и в аспекте исполнения наказания в виде обязательных работ.
20 мая 2009 г. был издан Приказ Министерства юстиции РФ № 142 «Об утверждении Инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества» [11]. В главе V «Исполнение наказания в виде обязательных работ» указывается, что уголовно-исполнительная инспекция: 1) ежемесячно получает информацию об отработанном времени и трудовой дисциплине-
2) запрашивает из организации табель (в случае его непоступления в инспекцию) о количестве отработанного осужденным времени (п. 51). Табелирование труда осужденных к обязательным работам производится в соответствии с положениями Постановления Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 5 января 2004 г. № 1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты». Пункты 55−57
указанной Инструкции регламентируют вопросы, связанные с нарушением осужденным порядка и условий отбывания наказания, злостным уклонением от отбывания наказания, которые могут быть выражены и в нарушении трудовой дисциплины.
2. Признание обязательности (принудительности) труда (а именно он, по нашему мнению, выступает квинтэссенцией наказания в виде обязательных работ) в качестве карательной составляющей (элемента) рассматриваемого вида наказания не нарушает принципы уголовного и уголовно-исполнительного права. Принципы, как отмечает С. В. Чубраков, экономии репрессий и соединения наказания с исправительным воздействием. Возможно, наоборот, признание принудительного труда как карательной составляющей некоторых видов наказаний (обязательные, исправительные работы) позволяет интерпретировать эти наказания именно как наказания, применение которых направлено на экономию репрессий, в аспекте более широкой представленности альтернатив наиболее репрессивному наказанию — лишению свободы. Возможности же исправительного воздействия труда, в том числе формально, презюмируются в ч. 2 ст. 9 УИК РФ, где общественно полезный труд (а именно такой характер труда закладывается законодателем в смысл обязательных работ) выступает в качестве одного из основных средств исправления. Использование труда связано с его социальной природой — быть материальной основой воспитания личности. Посредством труда происходит воспитание осужденного в духе уважения к интересам общества, развитие трудовых навыков, таких качеств, как дисциплинированность, добросовестность, уважение к закону.
3. Спорно и утверждение о том, что придание труду свойств кары не будет способствовать эффективному достижению целей, стоящих перед наказанием. Так, например, В. Н. Петрашев отмечает, что «: … исправительную функцию обязательных работ выполняет, прежде всего, сам труд, а точнее, его характер. Не любой труд способствует исправлению преступников, а только обладающий определенными качествами: он должен быть нелегким и не доставлять осужденному радости, может даже причинять нравственные страдания, переживания, быть не престижным при всех условиях, но в то же время быть общественно полезным»
[12]. По нашему мнению, рассмотрение карательных свойств принудительного труда через призму достижения целей наказания затруднительно, поскольку сама кара не является формально закрепленной целью уголовного наказания. Кроме того, цели наказания достигаются не только и не столько путем их формального закрепления, сколько характером, интенсивностью и качественным механизмом назначения и исполнения наказания.
Таким образом, по нашему мнению, труд осужденных к обязательным работам, именно как принудительный труд, с известной степенью условности можно рассматривать как карательный элемент рассматриваемого вида наказания. В связи с этим представляется необходимым рассмотреть некоторые аспекты наказания в виде обязательных работ в отношении несовершеннолетних с позиций общественных отношений в сфере труда, поскольку здесь, на наш взгляд, имеется ряд противоречий, требующих либо уточнения со стороны законодателя или правоприменителя, либо их устранения.
Вообще следует отметить, что наблюдается интеграция правового регулирования, выражающаяся во все более тесном и сложном взаимодействии и взаимовлиянии отдельных отраслей при правовом регулировании некоторых общественных отношений. Эти тенденции, несомненно, усложняют как систему права в целом, так и структуру отдельных отраслей, порождая проблемы согласованности и непротиворечивости разноотраслевых норм в «пограничных» областях общественных отношений [13].
В первую очередь необходимо отметить, что рассмотрение обязательных работ именно как принудительных не противоречит международным актам, которые признает Российская Федерация. Запрет принудительного труда не абсолютен. Так, например, Международный пакт «О гражданских и политических правах», запрещая «принудительный и обязательный труд», в ч. 3 ст. 8 определяет, что данным термином не охватывается, в частности, «какая бы то ни была. работа или служба, которую, как правило, должно выполнять лицо, находящееся в заключении на основании законного распоряжения суда, или лицо, условно освобожденное от такого заключения». Конвенция № 29 Международной организации труда от 28 июня 1930 г. «О принуди-
тельном и обязательном труде», вступившая в силу в 1932 г. и ратифицированная СССР в 1956 г., в ст. 2 устанавливает следующее положение. Используемый термин «принудительный и обязательный труд» не включает в себя, помимо прочего, «всякую работу или службу, требуемую от какого-либо лица вследствие приговора, вынесенного решением судебного органа, при условии, что эта работа или служба будет производиться под надзором и контролем государственных властей, и что указанное лицо не будет уступлено или передано в распоряжение частных лиц, компаний и обществ» [14]. Так как обязательные работы являются одним из видов наказания, включенного в перечень наказаний УК РФ (ст. 44) и в перечень наказаний, которые могут быть назначены несовершеннолетним (ч. 1 ст. 88 УК РФ), и только по приговору суда лицу, признанному виновным в совершении преступления, они не могут быть оценены как принудительный труд, запрещаемый не только актами международного законодательства, но и национальным законодательством (например, ст. 4 Трудового кодекса РФ).
Говоря о формально закрепленном понятии обязательных работ в отношении несовершеннолетних (ч. 3 ст. 88 УК РФ) как о работах, посильных для несовершеннолетнего, следует остановиться и на анализе отраслевого взаимодействия, соотношения трудового, уголовного и уголовно-исполнительного права.
В отличие от главы 14 УИК РФ, в которой в ст. 103−106 регулируется труд осужденных к лишению свободы, в главе 4 УИК РФ («Исполнение наказания в виде обязательных работ») условия труда осужденных к обязательным работам не регламентируются. Однако, по нашему мнению, трудовая деятельность осужденных к обязательным работам попадает в правовое поле не только уголовно-исполнительного права, но и иных отраслей, например, трудового права и права социального обеспечения. В числе основных прав осужденного (в том числе и осужденного к обязательным работам несовершеннолетнего) — право на социальное обеспечение, в том числе на получение пенсий и социальных пособий, в соответствии с законодательством РФ (ч. 5 ст. 12 УИК РФ). Так, в случае причинения увечья, связанного с выполнением обязательных работ, возмещение вреда осужден-
ному, отбывающему обязательные работы, производится в соответствии с законодательством РФ о труде (ч. 3 ст. 28 УИК РФ). Это обосновывается и тем, что осужденный к обязательным работам, выполняя определенные, по сути, трудовые функции, вступает в трудовые (с позиций трудового законодательства формально не закрепленные) отношения с администрацией тех объектов (организаций и учреждений), где он отбывает назначенное ему наказание. Некоторые нормы, регулирующие труд осужденных, хотя и не имеют прямой связи с нормами трудового законодательства, тем не менее, дают основание проследить некоторые аналогии. Например, с нормами трудового права, устанавливающими продолжительность рабочего времени при совместительстве и сверхурочных работах, наблюдается определенное сходство при исчислении срока обязательных работ. Время обязательных работ, согласно ст. 27 УИК РФ, не может превышать четырех часов в выходные и в дни, когда осужденный не занят на основной работе, службе или учебе- в рабочие дни — двух часов после окончания работы, службы или учебы, а с согласия осужденного1 — четырех часов. Право на отпуск также находит свое правовое закрепление в ряде норм УИК РФ. Такое право сохраняется для осужденных к обязательным работам (ч. 2 ст. 26 УИК РФ). Осужденные к обязательным работам право на отпуск используют по основному месту работы в полном соответствии с законодательством Российской Федерации о труде. Это общие правила.
Однако для несовершеннолетних, осужденных к обязательным работам, устанавливается несколько отличный режим продолжительности исполнения данного наказания. Для лиц в возрасте до пятнадцати лет продолжительность не может превышать двух часов в день, а для лиц в возрасте от пятнадцати до шестнадцати лет — трех часов в день. В данной ситуации, по нашему мнению, наблюдается ряд противоречий, никоим образом не регулируемых ни Уголовно-исполнительным кодексом, ни подзаконными актами (например, упомянутой Инструкцией по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества).
Во-первых, если проводить аналогию (а она, по нашему мнению, наблюдается) с трудовым законодательством, то, исходя из
положений ст. 286 Трудового кодекса РФ, устанавливается полный запрет на привлечение работников в возрасте до восемнадцати лет к сверхурочной работе. То есть если в отношении взрослых, осужденных к обязательным работам, аналогия продолжительности рабочего времени при совместительстве и сверхурочных работах и исчисления срока обязательных работ наблюдается, то в отношении несовершеннолетних, сравнивая положения ч. 3 ст. 88 УК РФ и ст. 268 ТК РФ, выясняется определенное противоречие.
Во-вторых, если для несовершеннолетних, осужденных к обязательным работам, в возрасте до пятнадцати лет продолжительность исполнения данного вида наказания не может превышать двух часов в день, а для лиц в возрасте от пятнадцати до шестнадцати лет — трех часов в день (ч. 3 ст. 88 УК РФ), то законодатель не говорит о несовершеннолетних в возрасте шестнадцати и семнадцати лет, которым назначены обязательные работы, в аспекте сокращения продолжительности исполнения данного наказания в день. Соответственно, можно сделать вывод о том, что в этом случае несовершеннолетние в возрасте шестнадцати и семнадцати лет, по сути, находятся в одинаковом положении с совершеннолетними, осужденными к обязательным работам. Если проводить аналогию2 с трудовым законодательством, то можно отметить, что Трудовой кодекс РФ в ст. 92 устанавливает сокращенную продолжительность рабочего времени для работников в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет, работающих в течение учебного года в свободное от учебы время. В данном случае продолжительность рабочего времени не может превышать 17,5 часов в неделю, т. е., в среднем, при шестидневной рабочей неделе — примерно 3 часа в день, а при пятидневной — 3,5 часа в день. В данной ситуации особых противоречий между уголовным и трудовым законодательством не наблюдается. Однако если мы (исходя из положений уголовного закона) констатируем определенное сходство между совершеннолетними и несовершеннолетними (в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет), осужденными к обязательным работам, в аспекте продолжительности рабочего времени в день, то, по нашему мнению, терпит ущербность принцип индивидуализации уголовной ответственности (в широком ее понимании).
Не учитывается, на наш взгляд, возрастная специфика несовершеннолетних, хоть и относящихся к более старшей возрастной группе, чем четырнадцати- и пятнадцатилетние осужденные3.
Несмотря на вышеуказанные противоречия, нормативно-правовой анализ Уголовно-исполнительного кодекса показывает, что труд осужденных к обязательным работам в определенной степени регламентируется законодательством о труде. При этом наличествует как прямое обращение к законодательству о труде, так и использование отдельных норм трудового права в качестве модельных при правовом регулировании отношений осужденных. Однако это не дает оснований для отнесения рассматриваемых отношений к совместному предмету правового регулирования или же к области влияния трудового права. Выведение этих отношений за пределы сферы действия трудового права и отнесение их к области влияния трудового права некорректно даже по формальным соображениям — из-за случаев прямого использования норм трудового права. Рассмотрение этих отношений как совместного предмета правового регулирования также некорректно. При правовом регулировании отношений осужденных используются нормы трудового права и, в определенной степени, находит свое отражение ряд принципов трудового права. Однако эти нормы и принципы применяются лишь постольку, поскольку они не противоречат принципам уголовно-исполнительного права, целям функционирования данной отрасли как системы.
В связи с вышесказанным трудовые отношения осужденных, по нашему мнению, необходимо рассматривать как входящие в сферу действия трудового права, но относящиеся к области субсидиарного применения трудового права. Субсидиарное применение права — это способ преодоления пробела, при котором правоприменительное решение принимается на основе нормы из другой отрасли права. Субсидиарное применение права имеет место в тех случаях, когда законодатель сознательно отказывается от дублирования идентичных правовых норм в различных отраслях права.
Рассматривая, с точки зрения субсидиарного применения трудового права, возможность использования трудового законодательства в сфере исполнения (отбывания) несовершеннолетними осужденными нака-
зания в виде обязательных работ, следует остановиться на некоторых вопросах, имеющих, на наш взгляд, принципиальное значение с позиции более полного и обоснованного, качественного и эффективного механизма исполнения рассматриваемого наказания.
Данный тезис касается вопросов возможности применения (учета) норм трудового законодательства, регламентирующих некоторые аспекты трудовой деятельности лиц, не достигших восемнадцатилетнего возраста.
1. Представляется необходимым, рассматривая соотношение норм гл. 42 Трудового кодекса РФ [15] («Особенности регулирования труда работников в возрасте до восемнадцати лет») и норм уголовного и уголовно-исполнительного законодательства, регулирующих порядок назначения и исполнения (отбывания) несовершеннолетними осужденными наказания в виде обязательных работ, остановиться на анализе положений ст. 265 Трудового кодекса РФ и положений ч. 3 ст. 88 Уголовного кодекса РФ. В ч. 3 ст. 88 УК РФ указывается, что наказание в виде обязательных работ в отношении несовершеннолетних заключается в выполнении работ, посильных для несовершеннолетнего. Статья 265 ТК РФ, устанавливая запрет на применение труда лиц в возрасте до восемнадцати лет на отдельных работах, говорит, в том числе, о предельных нормах тяжестей, которые утверждаются в порядке, установленном Правительством Р Ф с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.
Следует отметить, что нормативно-правовой анализ уголовного, уголовно-исполнительного, трудового и иных отраслей законодательства позволяет прийти к выводу о том, что термин «посильность работ» нигде не раскрывается. При этом нужно иметь в виду, что правовые предписания нормативного характера выражаются через соответствующий уровню развития общества понятийно-терминологический аппарат. Понятия и термины являются тем необходимым «строительным материалом», который используется при конструировании общеобязательных правил поведения [16]. Они не только обеспечивают «единообразное понимание права» [17], придавая ему целостность и последовательность, но и заключают в себе «в концентрированном виде информацию о реальной и желаемой
действительности» [18]. Пожалуй, одним из главных элементов механизма правотворчества в целом и правотворчества в уголовноправовом аспекте является создание единого понятийного аппарата отрасли права, который есть «средство достижения и выражения правовой действительности» [19]. В ситуации, когда содержание термина (в нашем случае «посильность работ») не находит своего отражения в действующем законодательстве, центральные органы юрисдикции, в том числе и Пленум Верховного Суда, вынуждены издавать нормы, вносящие определенные дополнения в действующую систему нормативного регулирования общественных отношений [20].
Однако ни Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном приговоре», ни Постановление Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних», ни Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», ни Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах судебной практики назначения и исполнения уголовного наказания» [21] не содержат положений, касающихся разъяснений вопросов определения «посильности работ» как конструктивной составляющей процесса назначения и исполнения обязательных работ в отношении несовершеннолетних. При этом п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» [22] обращает внимание судов на необходимость повышенного внимания к своевременному и качественному рассмотрению дел о преступлениях несовершеннолетних. Судопроизводство по делам этой категории должно основываться на строгом соблюдении требований материального и процессуального законодательства, максимально способствовать обеспечению интересов, защиты законных прав несовершеннолетних, назначению справедливого наказания, предупреждению совершения новых преступлений.
Следует также отметить, что в ведомственных нормативных актах, в том числе касающихся исполнения наказания в виде обязательных работ, правоприменитель также не раскрывает содержание термина «по-сильность работ». В упомянутой Инструк-
ции «О порядке исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера», т. е. практически сразу после того, как наказание в виде обязательных работ стало назначаться и исполняться в правоприменительной практике, указывалось только то, что при определении осужденному (как взрослому, так и несовершеннолетнему) вида обязательных работ и объекта учитываются его место жительства, график основной работы и учебы, состояние здоровья, возрастные особенности и профессиональные навыки (п. 44). В п. 53 указанной Инструкции воспроизводились, без каких-либо дополнительных разъяснений, положения
ч. 3 ст. 88 УК РФ. В Инструкции «По организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества» указывается, что при определении осужденному вида обязательных работ и объекта инспекция учитывает преступление, за которое он осужден, его место жительства, график основной работы и учебы, состояние здоровья, в отношении несовершеннолетних — возрастные и психологические особенности личности, а также другие обстоятельства (п. 47). В отличие от ранее действовавшей Инструкции, данный акт не содержит положений, кроме вышеуказанного, об особенностях исполнения рассматриваемого наказания в отношении несовершеннолетних. Таким образом, указанные ведомственные акты также не раскрывают содержание термина «посильность работ».
В связи с вышесказанным представляется, что в данной ситуации все-таки имеет место субсидиарное применение норм трудового законодательства, в частности, ст. 265 Трудового кодекса РФ, и, соответственно, положений ведомственных нормативных актов — Постановления Правительства Р Ф «Об утверждении Перечня тяжелых работ и работ с вредными и опасными условиями труда, при выполнении которых запрещается применение труда лиц моложе 18 лет» [23] и Постановления Министерства труда РФ «Об утверждении норм предельно допустимых нагрузок для лиц моложе восемнадцати лет при подъеме и перемещении тяжестей вручную» [24], поскольку в подавляющем большинстве случаев работы, выполняемые несовершеннолетними, осужденными к обязательным работам, носят характер неквалифицированного труда, например по санитарной уборке территорий, и эта деятельность связана также с пе-
ремещением тяжестей. Проблема, по нашему мнению, кроется в другом: кому вменяется в обязанность контроль за соблюдением норм предельно допустимых нагрузок для лиц моложе 18 лет при подъеме и перемещении тяжестей вручную? Согласно ч. 3 ст. 25 УИК РФ уголовно-исполнительные инспекции, помимо иных функций, закрепленных в указанной норме, только контролируют поведение осужденных. Инструкция по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества в п. 51 устанавливает обязанность уголовно-исполнительной инспекции не реже одного раза в месяц посещать объекты для проверки, опять же, поведения осужденного по месту работы. В справке по результатам проверки отражается информация о виде выполняемой осужденным работы и другие сведения, имеющие отношение к исполнению наказания. Обязанность контроля за соблюдением норм предельно допустимых нагрузок, установленных Правительством Р Ф, нигде не закреплена. Возможно, подобная обязанность возлагается на администрации организаций, в которых осужденные отбывают обязательные работы. Однако, исходя из положений ст. 28 УИК РФ, на администрацию возлагается обязанность только по контролю за выполнением осужденным определенных для них работ, уведомлению уголовно-исполнительных инспекций о количестве отработанных часов или об уклонении осужденных от отбывания наказания. Опять же обязанность контролирования характера работ, в аспекте контроля и учета положений Постановления Министерства труда РФ «Об утверждении норм предельно допустимых нагрузок для лиц моложе восемнадцати лет при подъеме и перемещении тяжестей вручную» на администрации организаций формально не возлагается. Закономерно возникает вопрос: кто будет нести ответственность за причиненный вред здоровью (не увечья, как это установлено в ч. 3 ст. 28 УИК РФ) несовершеннолетнему осужденному, если этот вред наступит в результате превышения норм предельно допустимых нагрузок? Данный вопрос, на формальном уровне, пока остается без разрешения.
Таким образом, в аспекте рассмотрения посильности обязательных работ в отношении несовершеннолетних, мы констатируем, в том числе, некую импликативность4
данного установления. Что естественным образом затрудняет вопросы качественного назначения и исполнения данного вида уголовного наказания.
2. Говоря о возможности субсидиарного применения норм трудового законодательства при исполнении (отбывании) обязательных работ несовершеннолетними, следует отметить еще один немаловажный момент. На наш взгляд, необходимо проанализировать, в аспекте их возможного взаимодополнения, положения ст. 266 ТК РФ и нормы уголовно-исполнительного законодательства, ведомственных нормативно-правовых актов. Исходя из положений ст. 266 ТК РФ лица в возрасте до восемнадцати лет принимаются на работу только после предварительного обязательного медицинского осмотра (обследования) и в дальнейшем, до достижения возраста восемнадцати лет, ежегодно подлежат обязательному медицинскому осмотру (обследованию). Уголовно-исполнительный кодекс РФ, нормативно регулируя порядок и условия исполнения и отбывания наказания в виде обязательных работ, обязанности администраций организаций, в которых осужденные отбывают обязательные работы и т. д., не устанавливает вышеуказанную обязанность прохождения предварительного медицинского осмотра осужденными к обязательным работам несовершеннолетними. В ранее действовавшей Инструкции [25] говорилось только о том, что при определении осужденному вида обязательных работ и объекта учитываются. состояние здоровья, возрастные особенности и профессиональные навыки (п. 44). То есть учитывались они только уголовно-исполнительной инспекцией по результатам проведенной беседы. В Инструкции по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества в п. 21 устанавливается, что в ходе первоначальной беседы с осужденным инспекция, помимо иных необходимых сведений, выясняет сведения о состоянии здоровья осужденного. В п. 47 указанного ведомственного акта говорится о том, что инспекция при определении вида обязательных работ и объекта, где они будут отбываться, учитывает также состояние здоровья осужденного. Таким образом, и ведомственные акты, касающиеся, в большей степени, процедурных вопросов исполнения и отбывания наказания в виде обязательных работ, не регламентируют по-
ложения о необходимости проведения обязательного медицинского осмотра (обследования) несовершеннолетних лиц, принимаемых на работу (даже учитывая его принудительный характер и формальное основание — вступивший в силу и принятый к исполнению приговор суда), которым назначено наказание в виде обязательных работ.
Следует также отметить, что ч. 1 ст. 213 Трудового кодекса РФ устанавливает обязанность для лиц моложе 21 года, которые приняты на тяжелые работы (виды работ, выполняемых при отбывании наказания в виде обязательных работ, в подавляющем большинстве случаев имеют характер неквалифицированного, низкооплачиваемого и т. д. труда), проходить ежегодные медицинские осмотры.
Нормативно-правовой анализ уголовноисполнительного законодательства, ведомственных нормативных актов, касающихся исполнения и отбывания наказания в виде обязательных работ, позволяет прийти к следующему выводу. Вопросы, связанные с должным уровнем обеспечения несовершеннолетних, осужденных к обязательным работам, всеми необходимыми условиями оценки их состояния здоровья, в аспекте проведения обязательного медицинского осмотра (обследования), остаются недостаточно урегулированными. В подобных ситуациях необходимо учитывать следующее. Как мы уже отмечали, при правовом регулировании отношений осужденных используются нормы трудового права и, в определенной степени, находит свое отражение ряд принципов трудового права. Однако эти нормы и принципы применяются лишь постольку, поскольку они не противоречат принципам уголовно-исполнительного права, целям функционирования данной отрасли как системы. На наш взгляд, применение при исполнении (отбывании) несовершеннолетними, осужденными к обязательным работам, положений ст. 266 Трудового кодекса РФ не противоречит принципам уголовно-исполнительного права (законодательства). Наоборот, их применение (учет) позволит с большей степенью эффективности как раз и реализовывать закрепленные в ст. 8 УИК РФ принципы уголовно-исполнительного законодательства (например, принцип рационального применения мер принуждения), что, в свою очередь, будет способствовать достижению це-
лей и решению задач эффективного функционирования уголовно-исполнительной системы и т. д. Ш
1. О введении в действие положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации о наказании в виде обязательных работ: федер. закон от 28 дек.
2004 г. № 177-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 2005. № 1 (ч. 1). Ст. 3.
2. Тараленко К. Н. О содержании наказания в виде обязательных работ // Развитие альтернативных санкций в российской уголовной юстиции: опыт и перспективы: сб. материалов междунар. конф. М., 2002. С. 67.
3. Чубраков С. В. Уголовное наказание в виде обязательных работ (перспективные вопросы теории и практики): автореф. дис. … канд. юрид. наук. Томск,
2004. С. 5.
4. Современный толковый словарь русского языка / под ред. С. А. Кузнецова. М., 2004. С. 812.
5. Философский энциклопедический словарь. М., 1997. С. 444.
6. См., например: Гаверов Г. С. Условное осуждение и его применение к несовершеннолетним правонарушителям. Иркутск. 1973. С. 40- Ременсон А. Л. Является ли кара целью уголовного наказания? // Сборник работ юридического факультета. Томск, 1959. С. 120- Шаргородский М. Д. Наказание, его цели и эффективность. Л., 1973. С. 14−15- Карпец И. И. Наказание. Социальные, правовые и криминологические проблемы. М., 1973. С. 81- Полубинская С. В. К вопросу о целях наказания // Проблемы совершенствования уголовного закона: сборник. М., 1990. С. 100- Наумов А. В. Уголовное право: курс лекций. Общая часть. М.: БЕК, 1996. С. 361- Камзенов Е. Б. Правовые наказания: понятия и виды // Новая правовая мысль. 2008. № 2. С. 14−16.
7. Чубраков С. В. Содержание наказания в виде обязательных работ // Правовые проблемы укрепления российской государственности: сб. ст. Часть 11 / под ред. В. Д. Филимонова. Томск, 2002. С. 28.
8. Современный толковый словарь русского языка / под ред. С. А. Кузнецова. М., 2004. С. 660.
9. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации // Собр. законодательства РФ. 1997. № 2. Ст. 198.
10. Инструкция о порядке исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества: утв. приказом М-ва юстиции РФ от 12 апр.
2005 г. № 38 // Ведомости уголовно-исполнительной системы. 2005. № 5, 6.
11. Инструкция по организации исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества: утв. приказом М-ва юстиции РФ от 20 мая 2009 г. № 142 // Гарант [Электронный ресурс]: справочная правовая система.
12. Цит. по: Подройкина И. А. Проблемы и перспективы наказания в виде обязательных работ // Науч. тр. / Рос. акад. юрид. наук. Т. 3. М., 2008. С. 375.
13. Кузьменко А. В. Предмет трудового права. Опыт системно-юридического исследования. СПб. ,
2005. С. 144.
14. Международная защита прав и свобод человека: сб. документов. М., 1990.
15. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30. 12. 2001 г. № 197-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 2002. № 1 (ч. 1). Ст. 3.
16. Миронов А. В. Оценочные понятия в избирательном законодательстве Российской Федерации. Иркутск, 2005. С. 12.
17. Соловьева Т. А. Оценочные понятия и суждения в уголовно-процессуальном праве // Изв. вузов. Правоведение. 1986. № 3. С. 68.
18. Игнатенко В. В. Оценочные понятия и административно-деликтный закон. Иркутск, 1996. С. 7.
19. Васильев А. М. Правовые категории: Методологические аспекты разработки системы категорий теории права. М., 1976. С. 60.
20. Там же. С. 137.
21. О судебном приговоре: постановление Пленума Верховного Суда Р Ф № 1 от 29 апр. 1996 г. (с изм. и доп., внес. постановлением Пленума от 6 февр. 2007 г. № 7) — О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних: постановление Пленума Верховного Суда Р Ф № 7 от 14 февр. 2000 г. (с изм. и доп., внес. постановлением Пленума от 6 февр. 2007 г. № 7) — О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания: постановление Пленума Верховного Суда Р Ф № 2 от 11 янв. 2007 г. (с изм. и доп., внес. постановлением Пленума от 3 апр. 2008 г. № 5) — О некоторых вопросах судебной практики назначения и исполнения уголовного наказания: постановление Пленума Верховного Суда Р Ф № 20 от 29 окт. 2009 г. // Гарант [Электронный ресурс]: справочная правовая система.
22. О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних: постановление Пленума
Верховного Суда Р Ф № 7 от 14 февр. 2000 г.
23. Об утверждении Перечня тяжелых работ с вредными и опасными условиями труда, при выполнении которых запрещается применение труда лиц моложе 18 лет (в ред. от 20 июня 2001 г. № 473): постановление Правительства Р Ф № 163 от 25 февр. 2000 г. // Собр. законодательства РФ. 2000. № 10. Ст. 1131- 2001. № 26. Ст. 2685.
24. Об утверждении норм предельно допустимых нагрузок для лиц, моложе восемнадцати лет при подъеме и перемещении тяжестей вручную: постановление М-ва труда РФ № 7 от 7 апр. 1999 г. // Рос. газ. 1999. 30 июля.
25. Инструкция о порядке исполнения наказаний и мер уголовно-правового характера без изоляции от общества.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 По нашему мнению, в данной ситуации наблюдается некое противоречие. В специальной литературе нередко обсуждается вопрос о том, необходимо ли введение института согласия осужденного к обязательным работам на вид трудовой деятельности, которой он будет заниматься в период отбывания наказания. В некоторых зарубежных странах при исполнении обязательных (общественных) работ требование такого согласия является формально необходимым условием. Исходя из положений отечественного уголовного и уголовно-исполнительного законодательства подобного рода согласие не требуется, поскольку, по мнению значительного числа ученых и практиков, по-
добного рода формальное установление затруднит исполнение рассматриваемого вида наказания. Однако если законодатель допускает возможность согласия осужденного на увеличение продолжительности отбывания наказания в день, видимо, с целью стимулирования его на более оперативный порядок исполнения наказания, то не вполне логичным выглядит отсутствие возможности стимулирования осужденного на выбор деятельности (в аспекте обязательных работ). Подобного рода стимулирование, по нашему мнению, возможно, выступило бы инструментом повышения качественной составляющей механизма исполнения (отбывания) обязательных работ и, возможно, позитивным аспектом дальнейшей постпенитенциарной реабилитации (ресоциализации) осужденных. Уголовноисполнительное законодательство одной из формально закрепленных целей ставит цель оказания осужденным помощи в социальной адаптации (ч. 2 ст. 1 УИК РФ). Однако данный вопрос требует, по нашему мнению, более углубленного самостоятельного рассмотрения.
2 Нужно отметить, что Уголовно-исполнительный кодекс РФ закрепил систему принципов уголовно-исполнительного законодательства (ст. 8). При этом, в отличие от положений ч. 2 ст. 3 УК (принцип законности), в ст. 8 УИК РФ законодатель не устанавливает формально закрепленного запрета на применение аналогии закона.
3 При этом следует отметить, что анализ практики назначения наказания в виде обязательных работ несовершеннолетним в некоторых субъектах СФО свидетельствует о том, что значительная часть приговариваемых к данному виду наказания несовершеннолетних находится как раз в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет.
4 Импликация (лат. implicatio) — подразумевание, подтекст. Импликация охватывает явления невыраженного, неявного, непрямого (косвенного), «завуалированного» смысла.
Features of Punishment in the Form of Compulsory Community Service Concerning Minors
© Suturin M., 2010
Considerably «narrow» scope of measures of the criminal responsibility and criminal punishments under criminal law is applied to the minors who have committed crimes. At this article features of compulsory community service as one of kinds of punishments alternative to deprivation of liberty are considered.
Key words: a minor- compulsory community service- labour law- criminal responsibility.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой