К вопросу о возможном проникновении «Исламского государства» в Афганистан

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Политика и политические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 2/2016 ISSN 2410−700Х_
ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАУКИ
УДК 327. 8
Демидов Андрей Владимирович
кандидат политических наук Тел. (495) 613−54−40, (965) 337- 13- 28 andrey. demidov @ list. ru Demidov Andrey Vladimirovich PhD in Political Science Phone: (495)613−54−40, (965)337−13−28 e-mail: andrey. demidov @ list. ru
К ВОПРОСУ О ВОЗМОЖНОМ ПРОНИКНОВЕНИИ «ИСЛАМСКОГО ГОСУДАРСТВА» В АФГАНИСТАН
Аннотация
В статье анализируется возможность распространения военной активности и политического влияния организации «Исламское государство» на Афганистан и, далее, на государства региона Центральной Азии.
Summary
The author analizes the eventual possibility of spreading the military activities ans political influence of an organisation called the «Islamic State» into Afghanistan and further into the states of Central Asia region.
Ключевые слова
Исламское государство, ИГИЛ, Сирия, «Аль-Каида», Движение «Талибан», Афганистан, АНСБ, У. Бин
Ладен, аль-Багдади, Халифат.
Key words
Islamic State, ISIS, Syria, «Al-Qayeeda», Taliban Movement, Afghanistan, ANSF, U. Bin-Laden, Al-Baghdadi, Khalifat.
По сообщениям некоторых СМИ, на фоне быстро меняющейся в пользу правительства Б. Асада ситуации в Сирии руководители и члены экстремистской организации, именующей себя «Исламским государством» (известно также как «Исламское государство Ирака и Леванта» или ИГИЛ), действовавшие на территории этой страны против правительственной армии, стали заявлять о намерении перебазироваться в другие страны мира, такие как, Ливия или Афганистан.
Для того, чтобы проанализировать возможность такого перемещения и вероятность закрепления лидеров и боевиков этой организации, в частности, в Афганистане, необходимо обратиться к генезису появления «Исламского государства», а также кратко рассмотреть нынешнее положение в Афганистане.
Организация, принявшая название «Исламское государство» (ИГ), была образована в октябре 2006 году иорданцем Абу Мусабом аз-Заркави в результате слияния одиннадцати радикальных исламистских группировок, входивших до того в структуру «Аль-Каиды».
Группировка ставит своей задачей захват для создания всемирного Халифата максимально обширных территорий, независимо от этнической и религиозной принадлежности жителей. В отличие от «Аль-Каиды», являющейся весьма аморфным объединением многочисленных экстремистских организаций, разбросанных по разным странам и объединенных лишь идеями активного мусульманского противодействия западному образу жизни, высказанными и сформулированными У. Бин Ладеном, ИГ является достаточно централизованным образованием, имеющим строгую иерархию, четкое распределение ролей между отдельными лидерами, то есть — образованием, претендующим на роль государства.
Это непризнанное квазигосударство действует на основе законов шариата. Его штаб-квартира до недавнего времени находилась в сирийском городе Ракка [1]. 29 июня 2014 года ИГ провозгласил себя как Халифат.
_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 2/2016 ISSN 2410−700Х_
По сообщениям СМИ, в настоящее время во главе ИГ стоит иракец Абу-Бакр аль-Багдади [2]. В его боевой организации состоит порядка 80 тысяч человек. [3] В качестве костяка боевых структур «Исламского государства» выделяются бывшие сотрудники иракских спецслужб, а также бывшие офицеры и солдаты иракских вооруженных сил, оставившие службу после свержения в их стране режима Саддама Хуссейна.
ИГ мобилизует сторонников в различных странах мира, в основном, двумя путями. Во-первых, проводится агитационная работа среди боевиков различных исламистских террористических групп, разочаровавшихся по какой-либо причине в своих организациях. Во-вторых, ИГ активно использует социальные сети для рекрутирования кандидатов по всему миру. Только одними экспертами ОДКБ выявлено десятки тысяч сайтов, вербующих в ряды «Исламского государства».
При анализе многочисленных версий появления рассматриваемой организации на военно-политической карте Ближнего Востока наиболее вероятной выглядит следующая: ИГ было создано спецслужбами Саудовской Аравии и ряда других арабских государств Персидского залива по заказу из Вашингтона (совпадение интересов США и лидеров ИГ крайне показательно) с комплексной целью:
а) усиление фронта борьбы против режима Б. Асада в Сирии- б) ослабление влияния шиитского Ирана-
в) поддержание состояния нестабильности на Ближнем и Среднем Востоке путем разжигания вражды между мусульманами-суннитами и мусульманами-шиитами и, таким образом, отвлечение внимания арабских государств от задач борьбы с Израилем-
г) укрепление негативного имиджа ислама и мусульман в общественном мнении США и стран Западной Европы и, таким образом, реализация на практике теории «столкновения цивилизаций».
Приведенные соображения подтверждаются информацией, согласно которой у истоков создания «Исламского государства» стояло американское ЦРУ. Как заявил глава Чечни Р. Кадыров, лидер этой группировки аль-Багдади был якобы завербован лично бывшим директором ЦРУ Д. Петреусом. [4]
Одной из важных причин активизации ИГ именно в Сирии, без сомнения, явился религиозный баланс в этой стране. Дело в том, что в Сирии в течение последних десятилетий у власти находятся выходцы из секты алавитов, являющейся ответвлением, хотя и далеким, шиитского течения в исламе. Именно религиозная принадлежность Б. Асада и его окружения объясняет поддержку, оказываемую Дамаску со стороны Тегерана и ливанского шиитского движения «Хизбалла».
С другой стороны, принадлежность сирийского лидера к алавитам, вызывает неприятие в США и в Саудовской Аравии, стремящихся на путях свержения режима Б. Асада в том числе нанести ущерб влиянию Ирана в регионе. Становится понятно, почему на раннем этапе возникновения ИГ его бойцы проходили подготовку у американских инструкторов, а формально неправительственные суннитские религиозные фонды из Саудовской Аравии оказывали и продолжают оказывать ИГ финансовую поддержку. Суннитский Эр-Рияд таким образом ведет скрытую непрямую борьбу с влиянием шиитского Ирана в странах Ближнего и Среднего Востока.
В сообщениях российских СМИ, касающихся деятельности этой организации, очевидна озабоченность в связи с тем, что ИГ может представлять угрозу для национальной безопасности России. Приводятся данные, согласно которым в составе отрядов этой группировки сражаются тысячи выходцев из России и других государств СНГ. Более того, не могут не тревожить появившиеся в последнее время сообщения, согласно которым в сферу активности ИГ попал Афганистан, имеющий слабо защищенную границу с государствами Центральной Азии.
Нынешнюю военно-политическую ситуацию в Афганистане можно охарактеризовать как весьма неоднозначную. После официального завершения многолетней военной операции США и НАТО в Афганистане ответственность за поддержание мира и безопасности в этой стране возложена на Афганские национальные силы безопасности (АНСБ). Тем не менее, Афганистан остается в крайне сложной и нестабильной военно-политической ситуации. Ни для кого не является секретом слабость нынешнего правительства Кабула. Боеспособность АНСБ находится на крайне низком уровне. Именно поэтому для сохранения status-quo в стране до сих пор остается порядка 13 тысяч военнослужащих стран НАТО, главным образом, американцев.
НАТОвская военная операция в Афганистане не привела к уничтожению Движения Талибан. Влияние
_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 2/2016 ISSN 2410−700Х_
и позиции талибов в этой стране остаются достаточно сильными — их отряды до сих пор контролируют значительную часть территории Афганистана. Более того, снижение интенсивности военных мероприятий западной коалиции рассматривается талибами как благоприятная возможность укрепления своих позиций. Так, в конце сентября 2015 года сообщалось о захвате ими стратегического города Кундуз на Севере Афганистана. Освободить этот город АНСБ смогли лишь после вмешательства остающегося в стране американского контингента.
Только за один 2014 год от рук боевиков Движения Талибан погибло 5 тысяч военнослужащих АНСБ. Сложность обстановки признают и западные военные специалисты, предлагающие увеличить численность американского воинского контингента в Афганистане. [5]
Вместе с тем, было бы неправомерно утверждать о безусловном укреплении позиций Движения Талибан в Афганистане. Ослаблению позиций талибов способствовала гибель основателя движения муллы Омара и последовавшая за ней гибель нового лидера муллы Мансура. Многие талибы разочаровались в организации после попыток некоторых руководителей начать переговоры с американцами. В результате появилась информация даже о расколе в Движении Талибан.
Информация о пребывании в Афганистане боевиков ИГ на данном этапе скудна. Как сообщается, первая ячейка Исламского государства численностью около ста человек появилась не так давно в южной афганской провинции Гильменд. Ее создал бывший полевой командир Движения Талибан мулла Рауф Хадем. Эта организация уже взяла на себя ответственность за ряд терактов в афганских городах [6]. Были сообщения о появлении вооруженных группировок ИГ в граничащей с Ираном провинции Фарах. По некоторым данным, лидерами Исламской партии Афганистана, возглавляемой Г. Хекматьяром, рассматривалась возможность присоединения к ИГ. Некоторые отряды как афганского, так и пакистанского талибана также заявляли о своем позитивном отношении к объявленной ИГ идее создания всемирного Халифата. В начале декабря 2015 года в прессе появилась информация о захвате игиловцами ряда районов в восточной части Афганистана.
Очень важным видится то обстоятельство, что по информации некоторых наблюдателей, агитационные брошюры с призывом присоединяться к ИГ появились не только в Афганистане, но даже в пакистанском городе Пешавар (центр провинции Хайбер-Пахтунква).
Возникает в этой связи вопрос: действительно ли ИГ распространяет свое влияние на Афганистан? Может ли ИГ всерьез проникнуть и закрепиться в Афганистане? Каковы могут быть цели ИГ в Афганистане? Один из ответственных сотрудников МВД Афганистана Н. Ж. Муллахил сообщил в ходе своей встречи с прессой, что, по его мнению, «ИГ в Афганистане было создано иностранными спецслужбами для поддержания нужного градуса напряженности, а также противодействия мирным переговорам между афганским правительством и талибами» [9]. Нельзя, кроме того, исключать постановку и решение задачи расширения территории, подконтрольной Халифату. Кроме того, Исламское государство могло бы заинтересоваться, по сути дела, нетронутыми природными ресурсами Афганистана. Правда, при этом большие сомнения вызывает возможность этого квазигосударственного объединения эффективно разрабатывать эти ресурсы. Ведь, как известно, на подконтрольных ИГ территориях Сирии и Ирака группировка эксплуатирует нефтедобывающую и нефтеперерабатывающую инфраструктуру, созданную ранее.
Весьма вероятным выглядит предположение, согласно которому на фоне снижения доходов от нелегального экспорта нефти с подконтрольных ИГ территорий Сирии и Ирака, произошедшего в результате ударов ВВС России и ряда других стран, лидеры ИГ могли бы заинтересоваться перспективой обогащения от наркоторговли, являющейся основным источником доходов Движения Талибан.
Возможно, что ИГ может поставить своей целью создание на территории Афганистана своего рода плацдарма для начала наступательных операций в новых стратегических направлениях. В первую очередь, в качестве возможной цели видится открытие фронта борьбы с шиитским Ираном. Нельзя исключать и постановку задачи распространения влияния Халифата из Афганистана на государства Центральной Азии с выходом в перспективе на южные границы России.
Перечисленные варианты, без сомнения, устроили бы Вашингтон.
_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 2/2016 ISSN 2410−700Х_
Достигались бы сразу три цели: а) дестабилизация Ирана- б) недопущение усиления в Афганистане влияния Китая и Индии- в) создание на южных рубежах СНГ и России террористической угрозы гораздо более серьезной, чем Талибан. Последний, по отдельным сообщениям, уже начал искать контакты с целью нормализации отношений с Россией и входящими в ОДКБ государствами Центральной Азии.
С другой стороны, пакистанские спецслужбы, пристально отслеживающие положение в Афганистане, отрицают возможность укрепления позиций ИГ в этой стране. И такой скептицизм вполне обоснован. Движение Талибан, в основном объединяет афганцев и пакистанцев, этнических пуштунов. Оно не ставит задачи выхода за географические пределы Афганистана и населенных пуштунами районов Пакистана. Процент джихадистов из друшгих стран среди талибов невелик. Ислам, исповедуемый коренными афганцами, включая лидеров Движения Талибан, носит, в основном, суфийский характер [7] с этническими и иными наслоениями, имеющими доисламское происхождение. Бойцы И Г — это, в основном, иракцы и сирийцы, к которыим присоединилось значительное число выходцев из разных стран мира. ИГ придерживается ислама салафитского толка [8], распространенного на Аравийском полуострове и незнакомого пуштунам.
На почве отмеченных расхождений ИГ даже объявило «джихад» («священную войну») Движению Талибан. В СМИ появилась информация и о якобы имевших место столкновениях между отрядами двух организаций.
Исход возможного прямого военного столкновения между отрядами талибов и игиловцами предугадать сложно. Нельзя не учитывать того обстоятельства, что на стороне «Исламского государства» сражаются профессиональные военные из Ирака и ряда других стран. Перспектива вооруженной конфронтации, как видится, осознается нынешними лидерами Движения Талибан. Руководящий орган талибов — «Кветтская шура» и состоящие при ней пакистанские военные советники уже начали готовиться к возможному столкновению. Появляются сообщения о подготовке талибами некоего спецназа, отличающегося более высоким классом боевой подготовки и более совершенным вооружением. И хотя, на данном этапе такие столкновения между игиловцами и талибами не отличаются регулярностью, но, как считают аналитики, до активной фазы боев остается недолго. Более того, расширению конфликта может способствовать пакистанский фактор. Ведь нельзя исключать, что в случае военного поражения талибов на их стороне могут выступить части регулярной армии Пакистана, отличающиеся хорошей подготовкой, современными вооружениями, и высокой дисциплиной. Важно и то, что в рядах пакистанской армии служит большое число этнических пуштунов.
В этой связи обратили на себя внимание публикации, сообщавшие о неприятии афганскими и пакистанскими талибами претензий лидера ИГ аль-Багдади на мировое лидерство среди мусульман. В частности, в Пакистане было распространено заявление организации «Техрик-э-Талибан Пакистан» («Пакистанское движение Талибан»), в котором говорилось, что аль-Багдади не является халифом, поскольку халиф означает лидера для всего мусульманского мира, а у аль-Багдади нет такого лидерства. Он, утверждается в заявлении, является лидером некоторого народа на некоторой территории. К этому добавлялось, что аль-Багдади не является мусульманским халифом, поскольку он не был избран по исламским правилам [10].
Тем не менее, российская озабоченность безопасностью южных рубежей СНГ сохраняется. Границы государств Центральной Азии защищены слабо, политическая обстановка в этих государствах нестабильна. Существующие там социально-экономические проблемы способствуют радикализации части населения. Позиции исламистов остаются достаточно сильными. К примеру, Исламское движение Узбекистана, выступающее за свержение светского режима президента И. Каримова и уже устраивавшее теракты на территории Узбекистана, по имеющейся информации, поддерживает тесные связи с ИГ. И эта группировка получает возможность вербовать новых бойцов среди наиболее обездоленных жителей.
Подводя итог рассмотрению заявленной темы, хотелось бы отметить, что укрепление позиций ИГ в Афганистане выглядит маловероятным. Скорее всего, всемирные амбиции «Халифата» не найдут широкой поддержки как у населения этой страны, так и у активистов сохраняющего здесь свои позиции Движения Талибан. Кроме того, необходимо принимать во внимание и географический фактор. В случае с
_МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 2/2016 ISSN 2410−700Х_
Афганистаном, находящимся в непосредственной близости от южных рубежей России и СНГ, можно предположить, что реакция Москвы на появление там серьезной террористической угрозы будет гораздо более жесткой, чем аналогичная реакция на присутствие ИГ в Сирии. Неудивительно, что лидеры «Халифата» уже дали понять, что они планируют переместить свою основную штаб-квартиру из сирийского города Ракка на территорию Ливии, страны весьма удаленной от России.
Вместе с тем, нашей стране необходимо выработать целостную стратегию взаимоотношений с Афганистаном. Движение Талибан, несомненно, будет играть сеьезную роль в будущем балансе политических сил в этой стране. Важно учитывать, что за время после прихода в 1996 г. к власти в Афганистане, за время борьбы с американской и натовской оккупацией этой страны Движение Талибан в значительной степени «повзрослело». Сохраняя исламистские тезисы в своей идеологии, лидеры талибов начали осознавать необходимость находить политические решения проблем, остающихся в отношениях с сопредельными государствами и мировыми державами. На это же талибов ориентируют и руководители пакистанской армии и спецслужб Пакистана, имеющие значительное влияние на лидеров талибов. С нашей стороны абсолютно необходима политическая и социально-экономическая стабилизация таких стран, как Сирия, Ирак, Афганистан и др. Применительно к Афганистану необходимы переговоры с конструктивно настроенной оппозицией, такой как афганский Талибан, включение талибов в процесс социально-экономического и политического возрождения их страны. Важно с участием афганцев восстановить в затронутых рассматриваемыми проблемами странах и обеспечить эффективное функционирование аппарата государственного управления и правосудия, системы светского образования, здравоохранения и социального обеспечения. Только это позволит избежать дальнейшей радикализации населения этих стран. Одними бомбардировками подобные сложные проблемы решить невозможно. Примечания:
1. В декабре 2015 года в СМИ появилась информация о том, что лидер И Г Абу Мусаб аль-Багдади переехал в Ливию. Можно в этой связи предположить, что туда же отправились и члены его штаба.
2. Известно, что аль-Багдади активно участвовал в гражданской войне в Ираке в 2006 — 2007 гг. Некоторое время содержался в американской тюрьме Камп Букка в северном Ираке и вышел на свободу в 2009 г. См.: А. Кемаль. ИГИЛ. Зловещая тень Халифата. — М., «Алгоритм». 2015.
3. Что такое ИГ? // www. maxpark. com/community/politic/content/2 999 623.
4. См. ИГИЛ в Афганистане и Центральной Азии: правительствам региона надо быть начеку. // www. 365info. kz/2015/02/igil-v-afganistane-i-centralnoy-azii- pravitelstvam-regiona-nado-byt-nacheku/.
5. См. «Независимая газета», 23. 01. 2015 // www. ng. ru/world/2015−01−23/afganistan. html.
6. Что такое ИГ? // www. maxpark. com/community/politic/content/2 999 623.
7. Суфиизм — эзотерическое течение в исламе, проповедующее аскетизм и повышенную духовность, одно из основных направлений классической мусульманской философии. Гибкость суфизма и «открытость» посторонним влияниям сделали его крайне неоднородным. В связи с широким распространением идей суфизма среди различных слоев мусульманского общества в XII—XIII вв.еках развитие получила спекулятивно-эзотерическая сторона суфийского учения, представляющая интерес в первую очередь для образованных мусульман. В настоящее время суфизм продолжает играть важную политическую и религиозную роль в жизни исламских государств.
8. Салафиия — направление в суннитском исламе, объединяющее мусульманских религиозных, в разные периоды истории ислама выступавших с призывами ориентироваться на образ жизни и веру ранней мусульманской общины, на праведных предков. Салафия подразумевает «понимание религии в том виде, в котором её понимал Пророк Мохаммед и его сподвижники», «возвращение к Корану и Сунне» в интерпретации шариатских положений. Слово «салаф» («предшествие») в его обычном значении применимо к любому времени, на смену которому приходит другое. В западной литературе для характеристики идеологии салафитов используются термины «традиционализм», «фундаментализм».
9. «Талибы ударят с тыла по «Исламскому государству» // www. //interpolit. ru/blog/taliban_udarit_s_tyla_po_islamskomu_gosudarstvu/2015−10−14−5790.
МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ ЖУРНАЛ «СИМВОЛ НАУКИ» № 2/2016 ISSN 2410−700Х
10. См. «Пакистанские талибы отказались присоединиться к ИГИЛ». // www. rbc. ru/rbcfreenews/56 765 1119a794757944dc2ff.
© Демидов А. В., 2016
УДК 328
Каюмогли Мохаммад Исмаил
Аспирант Полит. наук. БГУ, г. Бишкек, КР E-mail: ustaoghli@gmail. com
СОПЕРНИЧЕСТВО РЕГИОНАЛЬНЫХ СТРАН — ОСНОВОПОЛАГАЮЩИЙ ФАКТОР НЕСТАБИЛЬНОСТИ В АФГАНИСТАНЕ ВЛИЯЮЩИЙ НА СИТУАЦИЮ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ
Аннотация
Афганистан начиная с 2001 года в связи с наличием на своей территории военных сил НАТО превратился в платформу, где под предлогом ведения борьбы с террроризмом, построения мира и обеспечения безопасности, сверхдержавы конкурируют друг с другом. Таким образом, с прохождением 14 лет вышеуказанной борьбы с терроризмом, можно сказать, что все результаты сведены к нулю.
Ключевые слова
Афганистан, региональные страны, Центральная Азия, политика, терроризм, безопасность.
На сегодняшний день, несмотря на многомиллиардную финансовую помощь и присутствие иностранной военной силы в Афганистане, политическая и оборонная ситуации с каждым днем все ухудшаются. Увеличение производства наркотиков, агрессия талибов и жестокие убийства мирного населения, взятие в заложники гражданских пассажиров и туристов, в том числе и наркотраффик, являются основными дестабилизирующими факторами ситуации в стране.
Афганистан является зоной реализации различных интересов сверхдержав относительно стран третьего мира, исламских и центрально азиатских государств. Террористические и радикальные группировки прилагают всесторонние усилия в целях ведения активной совместной деятельности. Террористическая деятельность т.н. ИГИЛ в Афганистане, в действительности же является большой угрозой для стран Центральной Азии. Для мирового сообщества, несомненно, то, что Южная Азия и Ближний Восток представляют собой 3 категории террористической и экстремистической деятельности.
По информации информационного источника & quot-Индепендент"- в опубликованной статье & quot-Мировой рейтинг терроризма& quot- следует: & quot-42 различных террористических групировок во всем мире являются сторонниками ИГИЛ& quot-. 30 террористических групп официально дали присягу ИГИЛ, а остальные 12 являются стронниками данной радикальной организации. В источнике & quot-Международное ведомство экономики и мира& quot- сообщается: & quot-Наблюдается активная деятельность террористических групп имеющих связь с ИГИЛ в Ливии, Тунисе, Египте, Узбекистане, Индонезии, Филиппинах, Афганистане, Нигерии, Сирии и Ираке& quot- [5].
Исламское Движение Туркестана, Международное Исламское Объединение, Хизб ут-Тахрир и т. д., число которых достигает как минимум 10, прилагают все усилия для дестабилизации региона и установления своего влияния над ним. Данные экстремистские организации финансируются посредством различных сборов, извлекаемых в ходе террористических актов в Афганистане, странах Центральной Азии и России. Количество боевиков примкнувших к Движению Талибан Афганистана из центральноазиатского региона по информации местных властей достигало 1,500 человек, но в действительности же данное число превысило 3000−5000 человек.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой