Лагеря строгого режима в Коми-Пермяцком округе в 1940-1950-х годах

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник Челябинского государственного университета. 2012. № 34 (288). История. Вып. 53. С. 110−112.
А. Е. Коньшин
ЛАГЕРЯ СТРОГОГО РЕЖИМА В КОМИ-ПЕРМЯЦКОМ ОКРУГЕ В 1940—1950-х ГОДАХ
Изучаются лагеря строгого режима в Коми-Пермяцком округе, который был избран для сосредоточения большого количества ссыльных. Узники лагерей были задействованы на выполнении важнейшей народнохозяйственной задачи — заготовке древесины для преодоления послевоенной разрухи.
Ключевые слова: лагерные пункты, заключенные, лесозаготовки.
Тема функционирования лагерей строгого режима, тем более концлагерей в Коми-Пермяцком округе, в советский период была закрытой темой. Некоторые энтузиасты-краеведы делали попытки собрать некоторые материалы об этой системе со слов современников и очевидцев, но этого было недостаточно для серьезных выводов. Большую работу в этом направлении провели Г. Л. Гудовщиков и А. М. Кривощеков1, однако они, в силу известных причин, не могли с достоверностью утверждать, поскольку не было доступа к архивным материалам.
К концу войны была восстановлена довоенная структура Главного управления лагерей СССР (далее ГУЛАГ). По данным на 5 января 1945 г., в ГУЛАГе имелись 53 исправительно-трудовых лагеря (далее ИТЛ) с 667 филиалами в виде лагпунктов и лаготделений и 475 исправительно-трудовых колоний (далее ИТК). В дальнейшем лагерная система быстро разрасталась. Однако после мартовских событий 1953 г. (смерть И. В. Сталина, Указ об амнистии 27 марта) начал набирать обороты процесс свертывания гулаговской системы. Уже к 1 апреля 1954 г. в ГУЛАГе осталось 65 ИТЛ и 798 ИТК и лагерных подразделений2. Согласно текущей и сводной гулаговской статистике, за 13 лет (1941−1953 гг.) через ИТЛ и ИТК прошли около 22 миллионов человек3.
На 1 апреля 1953 г., накануне амнистии, согласно справке Управления МВД Моло-товской области в 25 лагерных подразделениях Управления исправительно-трудовыми лагерями и колониями (далее УИТЛК) содержались 112 340 заключенных. Доля (осужденных по политическим мотивам) среди них составляла примерно 10%4.
В Коми-Пермяцком округе в 1929—1954 гг. были дислоцированы 16 лагерных подразделений, в т. ч. в п. У. -Пожва в 1944—1946 гг.
находился концлагерь для немецких военнопленных. В Юсьвинском районе в п. Лемпи-ха лагпункт на 800 человек функционировал до 1955 г., здесь же базировался отдельный дивизион охраны НКВД. В 1948—1953 гг. в п. Е-Пожва базировался лагпункт на 600 человек, которые работали на строительстве узкоколейки (УЖД), в п. Кордон — отдельный лагпункт ИТК «Усольгидролеса» (до 1300 заключенных). В п. У-Пожва кроме концлагеря в 1941—1954 гг. базировалась ИТК «Усольла-га» на 1400 заключенных5.
10 подразделей «Усольлага» и «Соликам-склага» были сосредоточены в глухой тайге Гайнского района в п. У-Черная, Бадья, Пелес, Черноречинск, Весляна-2, Весляна-3, Н-Старица, Чепечанка, Касаево, У-Мый (до 1954 г.). Кроме того, в п. У-Черная дислоцировалось отдельное подразделение охраны НКВД-МВД СССР для поддержания порядка в лагерях и задержания бежавших заключенных. Все лагерные подразделения были ориентированы на заготовку леса для «Соли-камскбумстроя» и прилегающих к нему строек. Для обслуживания нужд тюрем и лагерей была построена железная дорога Яр-Бадья, а также по ней вывозилась заготовленная древесина на западные стройки. Четыре лагеря имели свои узкоколейки для доставки древесины на железную дорогу Яр-Бадья. На 1 апреля 1953 г. лагерное население Гайнско-го района составляло 12,5 тыс. человек, и в 1953—1960 гг. практически все лагподразде-ления в округе были закрыты, большинство заключенных амнистированы, остальные переведены в тюрьмы Усолья и Соликамска. Только лагеря Чепечанка и Касаево считались особо режимными, т. к. в них содержались заключенные, осужденные по политическим мотивам (ст. 58). Эти лагеря функционировали до 1990 г. 6.
Лагеря строгого режима в Коми-Пермяцком округе в 1940—1950-х годах
111
До настоящего времени в лесах Гайнско-го района функционируют три населенных пункта: Пелес, Черноречинский и Бадья -остатки лагерных поселков, которые в 1948 г. были переподчинены «Вятлагу» Кировской области. Теперь решается вопрос о передаче их обратно округу, но путей сообщения с ними нет. 40 человек, проживающих в поселках, остаются отрезанными от цивилизованного мира.
Что касается заключенных, то и они обладали некоторыми правами. Например, право на паек, на 2,0 кв. м в камере, на семичасовой сон и т. д. Но руководители лагерей и их филиалов обращали внимание не на права заключенных, а на их обязанности. Главными из них были труд и соблюдение режима. Все нарушения жестоко карались. «Временная инструкция о режиме содержания заключенных в исправительно-трудовых лагерях НКВД СССР» от 2 августа 1938 г. устанавливала правила: «…каждый заключенный обязан работать по назначению администрации лагеря». Это же положение содержалось во «Временной инструкции о режиме содержания заключенных в ИТЛ НКВД СССР» от 4 июля 1940 г. Отказчиков могли перевести на штрафной режим, злостные нарушители привлекались к уголовной ответственности. В «Наставлениях по организации труда заключенных в ИТЛ и колониях МВД» от 1949 г. также фиксировалось, что «отказ заключенных от работы или халатное к ней отношение влечет за собой. привлечение к уголовной ответственности как за саботаж"7. «Временная инструкция.» от 4 июля 1940 г. увеличивала рабочий день до 10−11 часов при четырех выходных в месяц. В 1942 г. выходные были сокращены до двух дней. После войны происходит возврат к 8-часовому рабочему и четырем выходным в месяц8.
Если до войны условия содержания были все-таки сносными, то в военные годы до предела обострили положение заключенных, поставив их на грань выживания. Вопрос размещения заключенных решался за счет уплотнения, приспособления хозяйственных помещений под камеры, строительства жилья барачного типа. Средняя площадь на одного заключенного в 1943 г. в «Усольлаге» сократилась до 1,2 кв. м вместо 2,0. Спали под нарами, в коридорах. Одеял хватало только на каждого третьего. Питание в лагерях было поставлено исключительно плохо: не хвата-
ло хлеба, картофеля, овощей. Смертность в 1943 г. в подразделениях «Соликамсклага» доходила до 20% к списочному составу, что было обусловлено не только плохим питанием, но и недостатком медперсонала и отсутствием лекарств9.
Угодить в лагеря и колонии в годы войны было просто. По агентурным данным или по навету односельчан органы НКВД-НКГБ производили арест «виновных» и чаще всего им приписывали высказывания о том, что якобы они публично желали гибели СССР и победы Германии в войне или якобы ТАСС неправильно освещает ход военных действий, или группа колхозников якобы договаривалась убить руководителей с/советов, председателей колхозов и т. д. Анализ приговоров Коми-Пермяцкого окружного суда показывает, что только в 1942 и 1943 гг. по ст. 58−10, 5811 были приговорены к расстрелу 7 человек, а по ст. 58−10 УК РСФСР было рассмотрено 118 дел, и на 8−10 лет лишения свободы приговорены 354 человека10. Это фактический контингент тюрем и лагерей.
По анализу приговоров Коми-Пермяцкого окружного суда в военные годы в тюрьмы и лагеря попадала женская часть населения округа, в т. ч. молодежь. Женщины, мобилизованные по Указу на заготовку древесины в леспромхозы на 2−3 месяца, вынуждены были время от времени возвращаться домой, чтобы проведать детей и престарелых, сходить в баню или в силу физиологических причин. Задержавшихся как дезертиров арестовывали органы НКВД-НКГБ или прокуратуры и предавали суду. Другим каналом пополнения лагерного контингента было задержание девушек, вернувшихся домой для смены сезонной одежды с военных объектов после курсов фабрично-заводского обучения (ФЗО). Как правило, они могли задерживаться дома на день-другой, и тогда они становились дезертирами, и суд, как в первом, так и во втором случаях, определял меру наказания в 5 лет11.
Так, в годы войны из округа была изъята большая часть населения детородного возраста. А вернулись ли они домой после отбытия срока наказания — анализа нет. Скорее всего, они остались в городах, на заводах и стройках, на которых работали в последние годы. Для Коми-Пермяцкого округа это стало большой демографической трагедией.
Резюмируя вышесказанное, надо отметить, что в 1941—1954 гг. Коми-Пермяцкий
112
А. Е. Коньшин
округ был одной большой тюрьмой в пенитенциарной системе СССР. Труд обитателей тюрем и колоний использовался в основном на заготовке древесины и частично в строительстве. В годы войны и послевоенные годы органы НКВД-НКГБ-МГБ СССР, сосредоточив свое внимание на внутренних угрозах, репрессивными методами способствовали решению главной задачи — изъятию потенциальных противников сталинского режима, созданию дешевой рабочей силы для обеспечения фронта всем необходимым и восстановлению хозяйства после войны.
Примечания
1 Гудовщиков, Г. Л. Места расселения и тру-диспользования спецконтингента в Коми-Пермяцком округе. 1929−1954 гг. / Г. Л. Гу-довщиков, А. М. Кривощеков. Кудымкар: Книж. изд-во, 2005. С. 3.
2 Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 9401. Оп. 2. Д. 450. Л. 463, 471-Д. 128.Л. 67.
3 ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 1. Д. 1155. Л. 2−3- Д. 1190. Л. 1−34.
4 Суслов, А. Б. Спецконтингент в Пермской области: монография. Екатеринбург — Пермь: Изд. Перм. гос. пед. ун-та, 2003. С. 69.
5 Архив УВД Пермского края. Ф. 21. Оп. 1. Д. 9. Л. 5.
6 Гудовщиков, Г. Л. Места расселения… С. 2.
7 Архив УВД Пермского края. Ф. 8. Оп. 1. Д. 46. Л. 122.
8 ГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 450. Л. 463, 471- Д. 128.Л. 67.
9 Архив УВД Пермского края. Ф. 21. Оп. 1. Д. 9. Л. 75−81.
10 Коньшин, А. Е. Война в глубоком тылу: в 2 т. Т. 1. Кудымкар: Филиал УдГУ, 2011. С. 84.
11 Там же. Т. 2. Кудымкар: Филиал УдГУ, 2011.С. 35.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой