«Егенда о луковке» как символ милосердия

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 82: 801. 6- 82−1/-9 Е. В. Костенко
«ЛЕГЕНДА О ЛУКОВКЕ» КАК СИМВОЛ МИЛОСЕРДИЯ
Рассматривается обозначенная в русской классической литературе проблема спасения души человека через христианские ценности: милосердия, добра, веры, любви. Легенда о луковке в романе Ф. М. Достоевкого «Братья Карамазовы» символизирует обращение человека к Богу, спасение его души, которая находится на краю гибели.
Ключевые слова: Ф. М. Достоевский, «Братья Карамазовы», милосердие, ценность, любовь, спасение, добро, вера.
The parable of the onion as an emblem of forgiveness. ELENA V. KOSTENKO (The Institute of Refresher Training and Professional Retraining, Far-Eastern National Technical University, Vladivostok).
The problem of the salvation of the individual through Orthodox Christian ideals: forgiveness, kindness, belief and love are considered. The parable of the onion functions in the novel as an emblem of conversion, salvation, and the joy of mutual gift-giving between two souls each at the brink of crisis. The parable reflects the willingness of the Christian God to show mercy.
Key words: Fyodor Dostoevsky, «The Brothers Karamazov», belief, love, forgiveness, values, ideals, salvation, soul.
В романе Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» легенда о луковке занимает одно из главных мест среди множества христианских мотивов как народное чаяние, что к спасению можно прийти не индивидуальным путем, а всем вместе.
Достоевский пишет 16 сентября 1879 года Н. А. Любимову: «Особенно прошу хорошенько прокорректировать легенду о луковке. Это драгоценность, записана мною со слов крестьянки, и, уж конечно, записана в первый раз. Я по крайней мере до сих пор никогда не слыхал» [2, с. 572].
Легенда о луковке — притча, интертекстуальная ссылка, представляющая собой одновременно и конструкцию «текст в тексте», а это значит, что «у текста не просто несколько смыслов, но что в нем осуществляется сама множественность смысла как таковая» — множественность неустранимая, а не просто допустимая -текст пересекает их, движется сквозь них" [3]. Легенда о луковке как интертекстуальная ссылка выполняет и метатекстовую функцию, являясь органичной частью его строения, она служит для более глубокого понимания текста.
Климент Александрийский считал, что притча, легенда — это такой способ выражения мыслей, при котором не называется само явление, но изложением
какой-либо простой вещи делается намек на более глубокий истинный смысл, сюжет притчи чаще всего строится как подыскание ответа к определенной задаче. Легенда о луковке — это фольклорный в своей основе текст, близкий к апокрифической литературе. Использование этой притчи опосредовано как житийной схемой, так и другими архетипичными эпизодами в романе: она соотносится с рассказом Герценштубе о фунте орехов, который тот принес Мите, и Митя с благодарностью принял подарок и запомнил доброту старика, который заронил в его душу «зерно добра».
Легенда у Достоевского становится ключом к главе, эпизоду, попыткой увидеть во всем временном, тленном, в явлениях природы, в человеческой жизни, в исторических событиях символы и знаки вечного, вневременного, духовного, божественного.
Диалектика духовных исканий и философских построений у писателя определяется двумя исходными темами: темой падения человека и темой его спасения, темой восстановления вечных ценностей. Как правило, легенды в романе «Братья Карамазовы» звучат в момент необычайного душевного потрясения героев, когда человек должен выбрать путь, от которого зависит его дальнейшая судьба.
КОСТЕНКО Елена Валентиновна, старший преподаватель кафедры русской филологии и культуры Института повышения квалификации и переподготовки педагогических кадров (Дальневосточный государственный технический университет, Владивосток). Е-mail: gisdv1985@mail. ru © Костенко Е. В., 2009
«Легенда о луковке» как символ милосердия
Е.В. КОСТЕНКО
В романе «Идиот» князь Мышкин стоит перед репродукцией картины Гольбейна, изображающей мертвого Иисуса. Мрачная сила этого полотна действует на князя так, что он может потерять веру в свое спасение и воскрешение Христа. В судьбе Алеши Карамазова тоже совершается важнейший жизненный переворот: готова обрушиться вся его система ценностей, в которую не укладывается смерть старца Зосимы, человека, который был для Алеши «бесспорным идеалом, путеводной звездой» [1, с. 29], основой для веры. Алеше кажется, что смерть старца — это отрицание высшей справедливости, на которой был построен весь внутренний мир младшего Карамазова. Перед героем нет картины Гольбейна, как перед князем Мышкиным, но возникает другая, «живая» картина, на которой «изображен» вероломный иуда — Ракитин, бутылка водки, мясо и обольстительная грешница Грушенька. В тексте Достоевского известие о смерти старца является на этом фоне. Вот почему «тварь» и «гетера» Гру -шенька ощущает испуг за свою душу, стыд за дурные мысли в такой момент и стремится покаяться. Она в ужасе вскакивает с Алешиных колен и через несколько мгновений начинает рассказывать притчу (басню, как она ее называет) о луковке, которую она слышала от няньки Матрены. В нужный момент героиня вспоминает «ценную» вещь: она повествует отчаявшемуся, бунтующему Алеше историю своего детства — о старой злой крестьянке, которая за всю свою долгую жизнь сделала одно только хорошее дело — подала луковку нищенке. «Жила-была одна баба, злющая-презлющая, и померла. И не осталось после нее ни одной добродетели. Схватили ее черти и кинули в огненное озеро» [1, с. 319]. Грушенька описывает сцену между Богом и ангелом-хранителем, который убеждает Всевышнего дать злющей бабе шанс на спасение, потому что «она в огороде луковку выдернула и нищенке подала». Бог ответил: «Протяни бабе луковку и пусть ухватится за нее, и коли сможешь вытащить ее из озера, то пусть в рай идет, а оборвется луковка, то там и останется баба». Начал ее вытягивать ангел, ухватились за бабу другие грешники, но «баба начала их ногами брыкать: „Меня тянут, а не вас, моя луковка, а не ваша“. Только она это выговорила, луковка-то и порвалась. И упала баба в озеро и горит по сей день. А ангел заплакал и отошел» [1, с. 319].
Злющей бабе, когда протянули луковку, оказали небывалую милость, о которой мечтает всякий в аду, но баба нисколько не изменилась, проявив те же свойства своего характера, что и при жизни земной, никого не пожелав спасти ценою хотя бы своей жизни, не решившись вытянуть на тоненькой луковке всех, кто горел в огненном озере вместе с ней. Она грешила одна и спасаться своим добрым делом хочет тоже одна, что с точки зрения христианской морали невозможно. По Достоевскому, если только человек сам не отрицает
свою живую связь со всем миром, надежда на спасение для него есть даже среди адских мук.
Кажется, что судьба бабы предопределяет судьбу Грушеньки: зло побеждает, и ангел-хранитель бессилен, так как злая душа — погиблая душа.
Легенда о луковке становится исповедью Грушеньки в аллегорической форме. В момент откровения она отождествляет себя со злющей-презлющей бабой: «жила же Грушенька очень скупо», «я скупая», «я низкая, неистовая», «злющая-презлющая», «злая собака» [1, с. 321]. Для Грушеньки злость — это точка отсчета, так как душа ее может повернуться и к добру, и к злу: она хочет унизить себя в глазах Алеши, доказать, что не стоит его любви. Но в то же время Грушенька стремится вспомнить, что доброе в ней есть: «…я и есть та баба злющая. Ракитке я похвалилась, что луковку я подала, а тебе иначе скажу: всего-то я луковку, какую-нибудь луковку во всю мою жизнь подала, всего только на мне и есть добродетели» [1, с. 319].
По христианскому канону спасти себя можно только спасая других: этого не понимает «злющая-презлю-щая» баба, но этот нравственный закон принимает и напоминает Грушенька.
Луковка становится символом христианских ценностей: милосердия, добра, веры, любви. Алеша идет к Грушеньке, чтобы «злую душу найти», и влекло его самого к этому, как он считает, потому, что был «подл и зол» [1, с. 318]. Но вместо злобы и ненависти он находит почитание, уважение и преклонение перед Зо-симой как перед праведником. И такая вера Грушеньки в его учителя означает для Алеши, что высшая справедливость торжествует. Грушенька, признавая себя ниже всех, делает первый шаг к спасению: поворачивает ее к добру вера Алеши и его любовь «ни за что». Любовь Алеши и Грушеньки — это христианская любовь: герои обретают друг в друге брата и сестру, а вместо искушения подается Алеше луковка спасения. Алеша и Грушенька вместо чаемого Ракитиным грехопадения обретают в себе силы к новой жизни и через страдания приходят к радости. Здесь действует духовно-православный закон — потакание страстям заканчивается страданием, страдание, соединенное с верой, приводит к очищению от грехов, потому что вера — это путь к Богу, естественное свойство человеческой души. Спасение у Достоевского связано с невозможностью осуждения ближнего.
Прощаясь с Грушенькой, когда она собирается уйти, Алеша говорит с нежностью: «Луковку я тебе подал, одну самую малую луковку, только, только, только» [1, с. 325]. Как видим, герои обменялись символическими жестами, проявив в себе подлинные человеческие чувства. Луковка — это то доброе, что сделала Грушенька, пощадив Алешу и восстановив его душу любовью, милосердием, которые и есть наиболее важные духовные ценности в православии.
2009 • № 4 • ГИСДВ
89
ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ. КУЛЬТУРОЛОГИЯ
Итак, по мысли Достоевского, необходимым условием спасения погибшего человека является деятельная любовь, к которой неоднократно призывает и старец Зосима, в прошлом — великий грешник, раскаянию которого, по Евангелию, радуются небеса. В видении Алеши о Канне Галилейской старец был зван на пир, на свадьбу в Канне потому лишь, что «луковку подал, вот я и здесь. И многие здесь только по луковке подали, по одной только маленькой луковке… Что наши дела? И ты, тихий, и ты, кроткий мой мальчик, и ты сегодня луковку сумел подать алчущей» [1, с. 327].
Знаменательно, что легенда о луковке проясняет, с точки зрения писателя, путь спасения его героев как путь соборного спасения. Притча о луковке символизирует в романе «Братья Карамазовы» обращение к Богу, спасение души и радость взаимного прощения.
Как видно, Достоевский, используя интертекст (притчу о луковке) в своем романе, добивается особых художественных результатов: писатель объединяет в одну систему образов по мотиву совиновности злю-
щую-презлющую бабу из легенды, Алешу, Грушеньку и Зосиму: в других обстоятельствах их сближение было бы невозможно. Проведенный нами анализ показывает, что Достоевский осознанно выстраивает идею всеобщей совиновности и взаимного спасения.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Достоевский Ф. М. Братья Карамазовы: кн. 1−10 // Полн. собр. соч. В 30 т. Т. 14. Л.: Наука, 1976. 512 с.
2. Достоевский Ф. М. Братья Карамазовы: кн. 11−12 // Полн. собр. соч. В 30 т. Т. 15. Л.: Наука, 1976. 624 с.
3. Ильин И. П. Стилистика интертекстуальности: теоретические аспекты // Проблемы современной стилистики: сб. науч. -аналит. тр. М., 1989. С. 186−207.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой