Лесная экономика в системе экономических наук: ее место, роль и отраслевые особенности

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ЭКОНОМИКА
7. Моисеев, Н. Н. Быть или не быть человечеству? / Н. Н. Моисеев. — М., 1999 — 280 с.
8. Газета «Советская Россия», 25. 05. 1990 г. — № 120 (10 271). — С. 1−5.
9. Сорокин, П. Главные тенденции нашего времени / П. Сорокин. — М.: Наука, 1997.
10. Галимова, Н. Халонен не завидует Медведеву / Н. Галимова // Московский комсомолец, 02. 04. 09 г.
— № 85 (25. 037). — С. 2.
11. Костиков, В. Компот для народа. Во времена кризиса людей лучше не злить / В. Костиков // Аргументы и факты, 4−10. 03. 09. — № 10 (1479).
12. Велихов, Е. Олигархи вымрут, как динозавры / Е. Велихов // Аргументы и факты, 22−28. 04. 2009.
— № 17 (1486).
13. Лужков, Ю. М. Развитие капитализма в России. 100 лет спустя. Спор с правительством о социальной политике / Ю. М. Лужков. — М., 2005. — 107 с.
14. Бовт, Г. Месть олигархам / Г. Бовт // Аргументы и факты, 25. 02. -03. 03. 2009. — № 9 (1478). — С. 12.
15. Кургинян, С. Кризис и другие. Газ / С. Кургинян // Завтра, 03. 2009. — № 10 (798).
16. ТЭК и его альтернативы. (Интервью с Н. И. Рыжковым, председателем комиссии Сове-
та Федерации по естественным монополиям) / И. Харламов // Литературная газета, 20−26. 05. 2009.
— № 21 (6225).
17. Моисеев, Н.А. О стратегии развития лесного сектора экономики России / Н. А. Моисеев // Лесное хозяйство. — № 5. — 2008. — С. 2−6.
18. Системные проблемы России. Путь в ХХ1 век. Стратегические проблемы и перспективы Российской экономики (кол. авторов под руководством академика РАН Д.С. Львова). — М.: Экономика, 1999. — 794 с.
19. Миронов, С. Эффективно только то, что справедливо / С. Миронов // Аргументы и факты, 1319. 05. 2009. — № 20 (1484).
20. Лужков, Ю. М. Кризис транскапитализма и Россия / Ю. М. Лужков // Экономист. — 2009. — № 5.
21. Дзидоев, О. Проблемы надо решать / О. Дзидоев.
— Красноярск: Сиб. межригион. леспром. журнал «Леспромкомплекс», 05. 2009. — № 2(7). — С. 5.
22. Тацюн, М. О работе лесной промышленности в условиях экономического кризиса / М. Тацюн // Лесная газета, 09. 06. 09. — № 45 (9995).
23. Достигнут компромисс. Выборгский ЦБК. (ИТАР-ТАСС) // Лесная газета, 22. 01. 2000.
ЛЕСНАЯ ЭКОНОМИКА В СИСТЕМЕ ЭКОНОМИЧЕСКИХ НАУК:
ЕЕ МЕСТО, РОЛЬ И ОТРАСЛЕВЫЕ ОСОБЕННОСТИ
Н.А. МОИСЕЕВ, проф. каф. экономики и организации л/х и л/п МГУЛ, д-р с. -х. наук
caf-elh@mgul. ac. ru
«…вот вы верите еще, что существует такая наука — экономика? Я не верю абсолютно! Как могли тысячи экономистов не предвидеть кризис, не подозревать о том, что нас ждет ТАКОЕ?! Я уже не говорю о том, чтобы внятно предупредить… «
М. Жванецкий [1]
аргументы сводятся к тому, что экономика может претендовать лишь на роль одного из советников, слово которого «не является ни решающим, ни окончательным» [2].
Данное предисловие отнюдь не умаляет роли экономики как общественной науки, но ни в коем случае не допускает «эйфории» по поводу ее якобы первостепенной значимости среди других наук и требует трезвого взгляда на ее возможности и место в системе наук как целостного поля знания человечества, которое постоянно расширяется и вряд ли когда-нибудь станет самодостаточным. Как говорил Сократ, по мере расширения круга знаний расширяется и круг непознанного
Конечно, может казаться несерьезным такое начало серьезной по заголовку статьи, которая предваряется эпиграфом известного сатирика-юмориста. Но представьте себе, что примерно то же, но другими словами говорят даже видные экономисты, в том числе и лауреаты Нобелевской премии в области экономики. Чтобы подтвердить это, воспользуемся образным выражением известного американского экономиста Р. Хайлбро-нера, касающегося места и роли экономики в системе общественных наук: «многие считают экономическую теорию первой дамой среди общественных наук, однако, возможно, ее следует разжаловать в «валеты». Его
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
23
ЭКОНОМИКА
того мироздания, которое старается осмыслить человек.
Экономика отличается от естественных наук, таких как математика, физика, что здесь нет раз и навсегда установленных незыблемых законов и тем более постулатов. Она относится к эмпирическим наукам, обобщающим развитие хозяйственной жизни, постоянно изменяющейся в динамике развития человечества в рамках его неустойчивых взаимоотношений и внутри себя, и с окружающей его природой, ограниченными ресурсами которой он пользуется, изменяя при этом и условия существования для самого себя. Конечно, и при таком характере экономической теории могут быть выявлены и определяются соответствующие закономерности развития человеческой деятельности, применительно к которым вырабатывается экономический инструментарий (методы и приемы) для экономической оценки принимаемых решений и выбора наиболее эффективной ее организации на разных уровнях управления.
И вот тут для начала следует отметить, что экономика (и ее теория) лишь только одна из составляющих сложной системы управления в широком его понимании — управления жизнеобеспечением людей и человечества в целом на разных исторических этапах его развития. При этом надо иметь в виду, что и управление как наука еще не сформировалась и носит пока эклектический характер, несмотря на наличие объемистых учебников по «менеджменту». И что это так, а не иначе, политологи, рассматривающие природу нынешнего системного кризиса, подчеркивают, что наступивший кризис далеко не только финансовый и экономический, а изначально кризис прежде всего управления как на уровне отдельных стран, так и на мировом уровне. Авторы одного из докладов Римскому клубу приходят к выводу: «объяснение того, что многие мировые проблемы заведены в тупик, заключаются в плохом управлении» [3].
Само по себе управление охватывает широкий круг органически взаимосвязанных мероприятий, предпринимаемых для достижения поставленных целей, в том чис-
ле политических, социальных, экономических, экологических и культурных, притом с учетом многих факторов — менталитета народов, их культуры, истории развития, выработанных традиций, накопленного опыта, уровня социально-экономического развития, институциональной структуры общества, прав собственности на природные ресурсы и, конечно, внутренней и внешней обстановки. В каждой стране исторически складывается своя комбинация перечисленных факторов и целей развития, а потому и адекватная ей система управления, которую непродуктивно спонтанно менять, копируя сложившиеся образцы в других странах. В качестве примера я обычно привожу две рядом расположенные страны, выделяющиеся в мировом лесном секторе — США и Канаду, которые тесно сотрудничают между собою, но почти ничего общего не имеют в системе управления лесами, различаясь и формой собственности на них, и взглядами народов этих стран на данный предмет.
Экономика как одна из составляющих системы управления, разумеется, не может игнорировать характер последней, причем не только с учетом особенностей страны, но и тех цивилизаций, к которым она относится. Последнее до недавнего времени экономистами вообще игнорировалось.
Экономическая теория пережила большую историю и имела немало направлений в развитии, включая, например, неолиберализм («пусть идет как идет»), институционализм, кейнсианство и др. Но, тем не менее, она в основном зацикливалась на эволюции частнокапиталистической рыночной экономики. При этом централизованно планируемая социалистическая система хозяйства, имевшая место в СССР и сохраняющаяся в определенных формах в Китае и некоторых других странах, рассматривалась «как незаконно рожденное дитя». Но в мире ничего случайного не возникает. И ничто бесследно не исчезает. Даже применительно к рыночной экономике зародившийся, например, более ста лет назад институционализм ныне снова привлекает к себе внимание, особенно в России.
Но и взгляды на рыночную экономику претерпели существенные изменения, осо-
24
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
ЭКОНОМИКА
бенно в связи с монополизацией рынков, тем более на том этапе, когда трансконтинентальные корпорации (ТНК) стали все более влиять на характер функционирования глобальной экономики, вынуждая принимать межгосударственные меры по ее регулированию.
Однако наступивший мировой кризис заставил и политиков, и экономистов взглянуть по-новому на характер экономических взаимоотношений внутри- и межстрановых субъектов и вырабатывать новую парадигму взглядов на экономическую науку. Хотя и раньше было замечено, что далеко не одна только частнокапиталистическая рыночная экономика определяет вектор развития экономической теории. Еще Питирим Сорокин, всемирно известный социолог, глубоко изучивший характер развития США как лидера капиталистического мира, отмечал, что «только лицемеры могут называть экономику Соединенных Штатов экономикой свободного предпринимательства». «В настоящее время отход от капитализма зашел уже настолько далеко, что во всех евро-американских странах, включая США, подлинная «полнокровная» «капиталистическая» или «свободнопредпринимательская» («free enterprise») система экономики превратилась лишь в один из секторов экономики этих стран, причем не всегда главный». Ее все более вытесняют «экономика корпораций» и «экономика, регулируемая правительством" — и та, и другая существенно отличаются от капиталистической системы» [4].
Общей же закономерностью развития является конвергенция, т. е. сближение противоположных экономических систем и выработка интегральной, смешанной экономической системы, в которой рыночный механизм целенаправленно в общественных интересах регулируется системой государственных мер, включая выработку экономического курса, планирование, законодательные меры и др. Признается, что большинство развитых и развивающихся стран ныне функционируют в рамках смешанной экономической системы с большим веером страновых и цивилизационных различий. Ограниченные рамки статьи не позволяют вдаваться в детали этой системы, которая также находится в разви-
тии. Отметим лишь одну из особенностей этой системы. Если в идеале «свободной рыночной экономики» представлялись во взаимодействии лишь два субъекта («продавец» и «покупатель»), то в смешанной экономической системе добавляется третий субъект — государство, и не в какой-то пассивной, а в активной роли устанавливающего правила «игры» двух субъектов и осуществляющего регулирование их деятельности и контроль за нею.
Но и в этой системе субъект, осуществляющий бизнес, страдает теми же недостатками, которые связаны с частной, индивидуалистической деятельностью, руководствуясь погоней за прибылью, причем нередко любой ценой. Частные и общественные интересы никогда не бывали в гармонии, независимо от форм и масштаба бизнеса — мелкого, среднего или крупного. Но в данном случае мы хотим обратить внимание на то обстоятельство, что до недавнего времени в экономической теории незримо главенствовал тот взгляд, что экономика не касается морали и нравственности. Это де другая сторона дела, не относящаяся к экономике. Но наступивший мировой кризис, который, предполагают, превзойдет масштабы «Великой депрессии» 30-х гг. прошлого столетия, заставляет всех основательно перетряхнуть взгляды не только на экономику, но и на весь предшествующий этап хозяйствования человека на маленькой планете Земля. Суммарно накопившиеся недостатки его хозяйственных воздействий на природу угрожают уже существованию всего человечества, причем не в какой-то отдаленной перспективе, а в ближайшие десятилетия, если не образумится род Homo sapiens (человек разумный), которого охватила болезнь «всеобщего помешательства» [3]. И оказывается по признанию не только духовных лиц [5], но и многих политологов, в основе кризиса лежит утрата в человеческой деятельности нравственного начала, морали. И не случайно видный политик, мэр г. Москвы Ю. М. Лужков в своей обличительной статье по поводу нынешнего кризиса в мире и в России в качестве эпиграфа использует как никогда звучащие актуально слова известного лидера индийского народа Махатмы Г анди»: «нас погубит
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
25
ЭКОНОМИКА
политика без принципов, богатство без труда … бизнес без морали». [6].
В связи с углубляющимся экологическим кризисом все настойчивее звучат призывы к экономистам не ограничиваться односторонней экономической оценкой принимаемых решений, а руководствоваться эколого-экономическим подходом [16]. Но не меньшей критике подвергаются и те экономисты, а также идущие у них на поводу политики, которые в орбиту рыночных отношений все шире вовлекают ресурсы и услуги нерыночного характера под видом их якобы желательной коммерциализации, что приводит к загрязнению социальной и духовной сфер и наносит непоправимый вред всему роду человеческому, опустошая души людей. Поэтому духовная элита народов всех наций призывает в человеческой деятельности руководствоваться тремя «Э» в следующей последовательности по их значимости: «Этика — Экология — Экономика». Эта последовательность означает, что прежде чем что-то предпринимать, вначале надо подумать об этической стороне дела- затем о том, не нанесет ли предпринимаемое дело ущерб людям и окружающей среде- и уже только после этих экспертиз, как фильтров, отсеивающих грязные проекты, предлагается приступать к экономической стороне дела. Все эти три требования в указанной последовательности и должны быть в основе организации устойчивого развития человеческой деятельности, в том числе, и в особенности в управлении лесами и пользовании ими.
отраслевые особенности лесной экономики
Лесной экономике не повезло в истории развития, хотя она и старше на девять лет экономической теории, которая лежит в основе всех отраслевых наук. Ее формированию помешал излишне потребительский взгляд на пользование лесными ресурсами, который хорошо выражается в известном афоризме: «нам не надо ждать милостей от природы, взять их — наша задача». И брали без всякой меры и расчета. Вплоть до половины ХХ столетия общей тенденцией эксплуатации лесов в промышленно разви-
тых странах были опустошительные рубки девственных лесов самых ценных пород с высокосортной древесиной без должной заботы об их воспроизводстве. Лишь доведя свои леса «до ручки», ряд из этих стран, в т. ч. США, скандинавские и некоторые другие, спохватились и начали принимать меры по упорядочению лесоуправления и интенсификации лесного хозяйства. Россия не была исключением такого прошлого порядка лесоэксплуатации с тем только отличием, что отсутствие надлежащего порядка в ее лесах продолжается до сих пор.
Должному взгляду на лес как объект управления и на отраслевые особенности лесной экономики как составной части управления этим объектом мешает недостаток понимания исключительной сложности этого объекта и особой многосторонней важности его для жизнеобеспечения всего человечества.
Особенности этого объекта управления заключаются, во-первых, в том, что он должен и может воспроизводить непрерывно расширяющийся — по мере его познания — ассортимент рыночных и нерыночных ресурсов и услуг, необходимых для всех сфер жизнеобеспечения человечества, включая экономические, социальные, экологические, духовные, которые несоизмеримы с одним только денежным эквивалентом, на котором и зиждется рыночная экономика и ее система ценообразования.
Во-вторых, для создания такого объекта управления, без которого немыслимо воспроизводство всего комплекса ресурсов и услуг, необходимых не только для нынешних, но и будущих поколений людей, требуются не годы, а десятилетия, а для наиболее ценных лесов даже и не одно столетие, что ставит всю отрасль лесного хозяйства, связанную с лесовыращиванием, в неконкурентное положение с другими отраслями в инвестиционном отношении. Эта «ахиллесова пята» лесной экономики является самой уязвимой стороной для сохранения лесов и интенсификации хозяйства в них, особенно при переходе на многоцелевое лесное хозяйство.
Во всей мировой истории лесоэксплуатации лесной бизнес никогда не радел
26
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
ЭКОНОМИКА
за сохранение лесов, его биоразнообразия и тем более не руководствовался обременяющими его требованиями воспроизводства нерыночных ресурсов и услуг, потребности в которых растут опережающими темпами по сравнению с рыночными. Вся мировая история лесоэксплуатации сводилась к первоочередному изъятию самых ценных для рынка ресурсов леса, без заботы об их воспроизводстве, что вело к истощению их, разрушению сложных лесных экосистем, потере их биоразнообразия и сводке под другие виды землепользования. Многочисленные примеры такого отношения к лесам юридических и физических лиц, занятых лесным бизнесом, общеизвестны, и здесь нет необходимости их описывать. Такое отношение бизнеса к лесам предельно четко выражено Норбертом Винером, основателем кибернетики: «В мире, связанном стремлением к выгоде, мы вынуждены эксплуатировать рощи секвойи, как шахты, не оставляя будущему ничего, кроме опустошенной земли» [7]. Для тех, кто не знает, заметим, что секвойя, одно из самых высоких деревьев в мире (до 120 м, с диаметром до 10 м), живущим до
4−5 тыс. лет, была на Западном побережье США нещадно вырублена и ныне в естественном виде сохраняется лишь в отдельных национальных парках. Уильям О. Дуглас, ветеран Верховного суда США, в книге «Трехсотлетняя война (хроника экологического бедствия)» заключает, что большой бизнес нанес непоправимый урон природе США, в особенности лесам этой страны [8].
Мишель Монтень в книге «Опыты» писал, что «нет такой выгоды, которая не была бы связана с ущербом для других» [9].
Все эти штрихи к общему рисунку отношения человека к природе и к лесу как ее экологическому каркасу наши далекие (по времени) предшественники постарались учесть при формировании науки лесоустройства, которая в 18 и 19 вв. во многих европейских странах и в России заменяла лесную экономику. Основатели ее вкладывали в эту науку тот смысл, что при организации использования лесов и хозяйства в них надо создавать такой порядок, который бы обеспечил не сиюминутный эффект, а постоянный
наивысший доход при сохранении самих лесов и даже улучшении их. Ниже назовем те отраслевые особенности, которые должны учитываться для организации такого порядка не только при лесоустройстве как важнейшем инструменте лесоуправления, но и при формировании лесной экономики, ибо без учета их она не способна будет использовать экономический инструментарий, выработанный экономической теорией, применительно к специфике лесного хозяйства как отрасли, связанной с использованием и воспроизводством всего комплекса ресурсов и услуг леса, как рыночных так и нерыночных (общественных благ).
Главной отраслевой особенностью,
накладывающей отпечаток на всю лесную экономику и на лесоуправление в целом является беспрецедентно (по сравнению с другими отраслями) длительный по времени процесс воспроизводства самого леса как объекта управления и основного средства производства в лесном хозяйстве, измеряемый десятилетиями. С учетом этой особенности основатели лесоустройства (Котта и Г артиг) при формировании этой науки и практики выдвинули непреложное требование — соразмерения во времени размера пользования ресурсами леса с масштабами и темпами их воспроизводства. Это требование было возведено в принцип постоянства пользования лесом, ныне называемым требованием непрерывного неистощительного пользования лесом (ННПЛ). Это требование должно быть стержневой идеей и для формирования науки лесной экономики. Но, к сожалению, не стало, к чему мы еще вернемся.
Второй, соподчиненной первой, особенностью леса как объекта управления является его многоцелевой характер, т. е. многообразие ресурсов и услуг, воспроизводимых этим объектом как средством производства. Здесь следует пояснить трактовку этой особенности. Суть ее заключается в том, что все ресурсы и услуги леса как цели хозяйства органически взаимосвязаны и не могут рассматриваться изолированно друг от друга в процессе их использования. Пользование каждым из них должно производиться с учетом других ресурсов и услуг леса, в общей
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
27
ЭКОНОМИКА
системе целей, поставленных перед лесным хозяйством, с учетом их соподчиненности, но без противопоставления друг другу для
каждой категории лесов. Такая трактовка этой особенности выдвигает соответствующие требования к организации производства в лесном хозяйстве и управлению лесами. Не вдаваясь в подробности, отметим лишь, для примера, что при таком понимании этой особенности недопустимо передавать на одной и той же территории леса разным арендаторам для пользования разными ресурсами и услугами леса, и вряд ли допустимо в аренду вообще передавать ресурсы и услуги леса нерыночного характера, т. е. общественные блага, которые по своей природе не должны служить только частным интересам.
Третьей особенностью, хотя свойственной и другим отраслям, является органическое сочетание природных процессов роста и развития леса с направляющими их процессами приложения труда в виде системы хозяйственных воздействий с учетом целей их, экономических и зонально-типологических условий, в которых произрастают леса как объект управления. Эта особенность тоже выдвигает ряд требований к организации производства и управления, без которых немыслим системный экономический подход к оценке принимаемых решений. Суть этих требований сводится, во-первых, к тому, что при экономической оценке хозяйственных воздействий на управляемый объект следует учитывать не отдельные, порознь взятые мероприятия, а систему их как целостную совокупность взаимосвязанных мероприятий, включая способы рубок, возобновления, ухода, защиты, охраны и иные, в т. ч. организационные и инфраструктурные меры (например, дорожную сеть). Системы мероприятий являются фундаментальной основой и в отраслях агропромышленного комплекса (АПК), связанных с земледелием и растениеводством.
Но системы мероприятий в лесном хозяйстве связаны с конкретными условиями произрастания леса и потому могут быть только региональными. Профессор Г. Ф. Морозов по этому поводу писал, что зональное и типологическое начало должно быть ру-
ководящим при планировании и организации лесного хозяйства, при этом не допуская «всеобщих рецептов» для всей россии.
Немецкие лесоводы это требование называли «железным законом места». Между тем, используемая на практике десятилетиями до сих пор существующая сметно-бюджетная операционная система планирования отдельных разрозненных мероприятий в лесном хозяйстве, не связанных в систему (форма 10-ЛХ), находится в противоречии с вышеназванным должным системно-дифференцированным подходом к управлению лесами.
Ряд и других особенностей несет на себе рассматриваемый объект управления. По образному выражению писателя Л. Леонова, «лес — это открытая кладовая», на которой не навешен замок. Поэтому она, эта кладовая, открыта для любых нарушений, если в общей системе лесоуправления не предусматриваются надежные меры по охране лесов от разного рода нежелательных воздействий, в т. ч. и от умышленных лесонарушений. Беспрецедентный масштаб так называемых «нелегальных» рубок явился следствием отмены разрешительного порядка и ликвидации лесной службы с постоянной лесной охраной, надобность в которых была подтверждена двухвековым опытом отечественного лесоуправления.
Можно было бы остановиться и на такой особенности, как сезонность многих мероприятий в лесном хозяйстве, что также выдвигает определенные требования к организации и планированию лесного хозяйства и отражается на его экономике.
Все перечисленные особенности безусловно должны учитываться при организации устойчивого пользования и управления лесами. Но они должны быть и макроструктурной основой содержания отраслевой науки «лесной экономики», и, конечно, на практике при организации и планировании лесного хозяйства и смежных, связанных с ним отраслей и производств, базирующихся на использовании ресурсов и услуг леса.
В действительности эти отраслевые особенности в основном лишь декларируются, но органически не вплетаются в общую системную связь лесоуправления и содержа-
28
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
ЭКОНОМИКА
ния лесной экономики как его составляющей. При этом и учебные пособия по лесной экономике в содержательной части в основном представляют лишь механическое приложение экономической теории к отдельным фрагментам перечисленных особенностей, что лишает ее конкретности и действенности.
Модели воспроизводства и экономическая природа затрат в лесном хозяйстве
Длительный период воспроизводства леса как основного средства производства в лесном хозяйстве должен изначально отражаться на содержании его экономики и на соответствующих моделях, раскрывающих природу затрат в этой отрасли. Однако со времени предложенной Фаустманом (1849) формулы земельной ренты в лесном хозяйстве и основанной на ней финансовой спелости Пресслера (1856) лесные экономисты разделились на два непримиримых лагеря по взглядам на процесс воспроизводства в лесном хозяйстве: сторонников земельной ренты и сторонников лесной ренты. Об этом подробно написано в трудах профессора М. М. Орлова, в томе 1 «лесоустройства» [11], в трудах проф. Шпай-деля [17] и в нашем учебнике по экономике лесного хозяйства [12]. Не вдаваясь в подробности, отметим лишь, что сторонники земельной ренты строят свои взгляды на основе модели периодического пользования лесом для каждого отдельного его участка с позиции голой земли. Вторые строят модели воспроизводства в лесном хозяйстве на основе той совокупности лесных участков, в рамках которых возможна организация непрерывного и неистощительного пользования лесом.
Социальной базой точки зрения первых явились мелкие частновладельческие леса (до 50−100 га), которые преобладали на ранних этапах развития капитализма и тогда еще не были объединены в ассоциации, возникшие позже, во второй половине ХХ столетия. В рамках таких владений экономически эффективная организация ННПЛ была недоступна и потому мелкие лесовладельцы ограничивались формой периодического пользования лесом. Для такой вынужденной формы лесопользования строилась и соответствующая ей модель воспроизводства, в которой все
затраты в лесном хозяйстве считались инвестициями, а для оценки их эффективности определялся чистый дисконтированный доход (ЧДД) на разных возрастных этапах древостоя с возрастом рубки в момент достижения его максимального значения. На таком подходе как краеугольном камне и сформированы в основном англоязычные учебники по лесной экономике. В трудах проф. М. М. Орлова и проф. Шпайделя отмечаются уязвимые стороны такого подхода, включая и необоснованность используемой процентной ставки, заниженные возраста рубки, а как следствие
— сведение лесов к древостоям с преобладанием мелкотоварной древесины, упрощение структуры насаждений и обеднение биоразнообразия, что в целом противоречит организации устойчивого управления лесами.
В Германии, где и зародился такой подход, принесший непоправимый урон лесам этой страны, борьбу с ним возглавил проф. Шпайдель, который в своих трудах доказывал необходимость другого подхода — на основе организации ННПЛ и определения возраста спелости леса на основе не земельной, а лесной ренты [17].
На практике в государственных лесах и в крупных частных лесных владениях использовался в основном второй подход.
В моделях воспроизводства леса на основе организации ННПЛ затраты в лесном хозяйстве разделяются на две категории: текущие, ежегодно окупаемые при реализации лесоматериалов и др. видов лесной продукции, и единовременные вложения
— инвестиции, используемые для повышения продуктивности лесов (интенсивный путь развития хозяйства) и для разведения леса на площадях, где он ранее не произрастал (экстенсивный путь), а также при освоении резервных лесов, требующих создания соответствующей инфраструктуры. Проф. М. М. Орлов и другие сторонники лесной ренты особо подчеркивали недопустимость смешения текущих и капитальных затрат при планировании, отчетности и оценке эффективности их в практике лесного хозяйства.
При таком подходе обычно обращалось внимание на ограниченность использо-
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
29
ЭКОНОМИКА
вания схемы нормального леса как критерия для ориентации лесного хозяйства, далеко не всегда реализуемого в ближайшей перспективе. Мною была разработана теория воспроизводства леса, в которой сняты недостатки подхода на основе схемы нормального леса [10]. На основе этой теории были предложены модели простого и расширенного воспроизводства (интенсивным и экстенсивным путем), которые логично увязываются в общих программах использования и воспроизводства лесных ресурсов с оценкой их эффективности. При этом раскрывается и экономическая природа затрат: модели простого воспроизводства функционируют на основе ежегодно используемых и окупаемых текущих затрат- модели же расширенного воспроизводства — на основе дополнительных капитальных вложений (инвестиций), при оценке эффективности которых следует учитывать фактор времени с помощью процентной ставки.
Принципиальным отличием взглядов сторонников упомянутых разных точек зрения на схему воспроизводства является и то весьма немаловажное положение, что если сторонники земельной ренты рассматривают в качестве исходного объекта управления в лесном хозяйстве «голую землю» изолированно взятого отдельного участка, то сторонники лесной ренты в качестве объекта управления и основного средства производства в лесном хозяйстве рассматривают леса в органическом единстве всех образующих их компонентов, включая и землю, в том понимании, которое в отечественной науке (В.Н. Сукачев) представлялось в виде лесных биогеоценозов, названных в зарубежной литературе «лесными экосистемами». И когда ныне говорят об экосистемном управлении лесами, то очевидно имеют в виду управление не одной только «голой землей».
При этом чистый доход в лесном хозяйстве в определяющей степени зависит не от земельной, а от лесной ренты как показателя умения управлять лесами, формировать соответствующие их структуры, используя целенаправленные хозяйственные воздействия. И стоимость лесов, вместе с землей, занятых ими, определяется путем капита-
лизации отнюдь не фиктивной величины земельной ренты, а именно лесной ренты,
в составе которой, если сравнивать величину первой от второй, она составляет от 1/5 до 1/10, а в низкобонитетных лесах она становится нулевой или отрицательной.
Что же касается возраста спелости леса как основания для назначения возраста рубки, то в каждый отдельный период он определяется существующей структурой спроса, а не будущим непредсказуемым его характером, который будет к концу оборота рубки. Сам же прием дисконтирования не имеет никакого отношения к определению возраста спелости, а предназначен лишь для оценки эффективности инвестиций при сравниваемых сценариях в моделях расширенного воспроизводства лесных ресурсов.
Некоторые прикладные выводы рассматриваемой проблемы применительно к сложившейся ситуации с лесами и хозяйством в них
Как мы и ранее писали [13], лесное хозяйство, пожалуй, единственная из отраслей, которая до сих пор не имеет четких понятий о своей продукции, ее себестоимости, цене и рентабельности. Тем же страдают и учебные пособия по лесной экономике. Но при таком положении вещей как можно рассчитывать на эффективную организацию производства и на должный контроль за деятельностью в этой области? До сих пор действующие официальные наставления, правила, инструкции по планированию и отчетности в лесном хозяйстве не дают ясного представления о целесообразности затрат в лесном хозяйстве, об их достаточности при до сих пор остаточном характере финансирования и эффективности их использования. О доходной стороне дела вообще не приходится распространяться. В нашей стране до сих пор размер платежей определяется в основном административным путем, по наитию чиновников, полагающих, что существующие мизерные платежи за лесные ресурсы вроде бы надо увеличить или, по крайней мере, индексировать с учетом инфляции. Насколько и почему? Аргументация обычно страдает.
30
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
ЭКОНОМИКА
Было бы ошибочно полагать, что для исправления вышеназванных недостатков нет опыта прошлого. Нет недостатка и в научных рекомендациях ученых разных поколений. Главная беда в отсутствии преемственности имевшихся в разное время и опыта, и научных разработок. По этому поводу невольно вспоминается восклицание академика И. С. Мелехова: «Ох уж эти Иваны, не помнящие своего родства!» — по поводу тех «первооткрывателей», которые не удосуживаются узнать, что же до них было сделано.
Разнонаправленные реформы наложили свой отпечаток, ибо после каждой революции (а в России только в ХХ веке их было две) перестройка начинается с отрицания трудов предшественников. Ярким примером подобного является организованная в 30-х гг. прошлого века травля наших классиков — профессора Г. Ф. Морозова — создателя учения о лесе, и профессора М. М. Орлова, сформировавшего учение о лесном хозяйстве. Не является исключением в этом отношении и перестроечный период последних двух десятилетий. Руками некомпетентных составителей последнего лесного кодекса, подмененного земельным законодательством, была ликвидирована служба лесоустройства, разрушен федеральный орган управления лесами вместе с лесной охраной и расчищена дорога беспрецедентному масштабу нелегальных рубок и прочих лесонарушений.
Не пора ли собирать разбросанные в беспорядке камни и упорядочивать постановку лесного дела в стране? По мнению А. Эйнштейна, «вся наука есть не что иное, как упорядочение мышления», которое, по нашему мнению, позволяет привести в систему суммарно накопленные знания и опыт при условии их преемственной связи, историческая нить которой в результате социальных потрясений неоднократно обрывалась.
Прежде всего определимся, с какой экономической системой должна быть связана лесная экономика. Учитывая, что ряд ресурсов и услуг леса носит нерыночный характер и представляет общественные блага, значимость и потребность в которых возрастают опережающими темпами по сравнению с рыночными ресурсами, ответственность за воспроизводс-
тво их может обеспечить только государство, независимо от того, кто будет выполнять заказ по их воспроизводству. Такая установка на многоцелевое лесное хозяйство означает, что лесная экономика при нынешней ситуации (разброда и шатания) ближе всего должна быть связана со смешанной экономической системой, в которой, как уже отмечали, рыночный механизм должен целенаправленно регулироваться системой государственных мер с учетом общественных интересов.
А что при этом должна представлять наука лесной экономики и по ее характеру, и названию, и содержанию? В связи с многоцелевым характером леса его ресурсы и услуги связаны по существу со всеми сферами жизнеобеспечения человечества, притом и по горизонтали (межсекторальная связь), и по вертикали (с рынками разных уровней — от местного до глобального). При таком характере структуры лесопотребления система лесоуправления и ее экономическая составляющая не может замыкаться только на уровне микроэкономики. Она естественно должна быть связана и с другими уровнями — макро- и мезоэкономики, имея в виду и отдельные блоки мирового рынка, и крупные региональные рынки внутри страны. При этом правомерно признание лесов глобальным фактором, регулирующим и стабилизирующим многие природные, да и социально-экономические процессы в рамках биосферы.
При таком характере экономических связей лесную экономику недостаточно было бы замыкать в тех традиционных рамках, которые представлялись учебными пособиями по экономике лесного хозяйства. Не случайно и они, эти рамки, постоянно раздвигались, с учётом расширяющихся экономических отношений с различного рода лесопользователями, тем более, что эффект от пользования лесами оседает во многих отраслях и секторах народного хозяйства, что само по себе уже обязывает при оценке эффективности использования лесов учитывать народнохозяйственный эффект, а в организационном отношении начинать налаживать межотраслевые хозрасчетные отношения с целью привлечения средств отраслей-потребителей для организации расширенного воспроизводства
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
31
ЭКОНОМИКА
лесных ресурсов и услуг. При этом роль лесного хозяйства и его финансовая подпитка будут только возрастать.
С учетом вышеизложенного экономику лесного хозяйства как отраслевую науку целесообразно расширить, представляя ее экономикой непрерывного, неистощительного, многоцелевого использования и воспроизводства лесов, их охраны и управления ими с учетом растущего спроса на ресурсы и услуги леса на внутренних и внешних рынках для повышения благосостояния народов Российского государства. При подобном расширительном понимании такую дисциплину можно называть «лесной экономикой». При этом мы не открываем ничего нового. Этого названия придерживались и наши предшественники, например, профессор М.М. Орлов
[11] и академик В. И. Переход [14].
Но при этом не должна утрачиваться фундаментальная основа экономики лесного хозяйства с теми названными выше отраслевыми особенностями, которые должны учитываться ею. Когда говорят о сравнительной значимости лесных отраслей в общем объединяющем их лесном секторе, отдавая первенство то лесозаготовкам, то отраслям глубокой переработки, особенно целлюлозно-бумажной промышленности (ЦБП), которая действительно является ключевой на данном этапе, не следует забывать, что все эти отрасли, и не только они, в своей исходной основе зависят прежде всего от качества и количества тех используемых ими ресурсов, за воспроизводство которых ответственна отрасль «лесное хозяйство». Это тот «колодец», в который нельзя плевать и от которого зависят жизнь и благосостояние тех, кто утоляет свою жажду из этого колодца.
Теперь время вернуться к вопросу, что собою представляет лесное хозяйство как отрасль, в чем заключается ее продукция, какова себестоимость и цена ее, а также рентабельность и продукции, и отрасли в целом. Внятных ответов на все эти вопросы в нынешних учебных пособиях мы не найдем. Тогда возникает вопрос, чему же мы учим студентов, нашу будущую смену?
Чтобы ответить на ряд из этих вопросов, для начала надо хотя бы перелистать
труды наших предшественников, в том числе М. М. Орлова, А. Ф. Рудзского, Ф. К. Арнольда, В. И. Перехода, Д. Товстолеса, не перечисляя длинный ряд и других не только отечественных, но и зарубежных ученых и лесных экономистов.
Следует напомнить, что названные предшественники не отделяли лесное хозяйство от лесопользования (первое логично включало второе), аргументировано утверждая, что нет и лесного хозяйства, если нет лесопользования. Но при этом подчеркивали, что лесное хозяйство мыслится только при условии организации постоянства лесопользования или по нынешней терминологии — непрерывного неистощительного пользования лесами (ННПЛ), т. е. теми ресурсами и услугами, на которые предъявляется спрос. Без постоянства пользования, или ННПЛ, как подчеркивали и М. М. Орлов и его учитель А. Ф. Рудзский, будет не лесное хозяйство, а лесосводка.
Таким образом, если возвращаться к трудам наших корифеев, научную значимость которых при нынешнем состоянии лесной экономики мы не перешагнули (конечно, найдутся оскорбленные лица, полагающие, что они впереди планеты всей), то лесозаготовки выделять из лесного хозяйства в какую-то самостоятельную отрасль нелогично, несмотря на то, что она по статистике в нашей стране давно фигурирует в качестве самостоятельной и как бы самодостаточной отрасли. Но не будем в данном случае распространяться на эту тему, учитывая регламент статьи.
Однако следует вернуться к уточнению понятий, которые мы уже использовали в этой статье, и прежде всего связанных с лесом и его ресурсами. Трактовка их при всей кажущейся очевидности далеко не однозначна и определяется главным образом взглядами того или иного автора на схему воспроизводства в лесном хозяйстве. Сторонники земельной ренты, рассматривающие в качестве объекта управления отдельно взятый участок «голой земли» с позиций периодического пользования, представляют создаваемый на нем древостой одновременно в двух ролях: и как средство производства, и как продукт труда.
32
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
ЭКОНОМИКА
Сторонники лесной ренты, рассматривающие в качестве объекта управления лесной массив, в рамках которого возможна организация ННПЛ, представляют его в качестве основного средства производства в лесном хозяйстве. Заметим, что в «лесном кодексе РФ» (1997), в статье 6 лесной фонд и участки лесного фонда как объекты лесных отношений признавались «основным средством производства в лесном хозяйс-тве"[15, стр. 13]. Соответственно согласно назначению, леса как основное средство производства, по Гражданскому кодексу (статья 130) относились к «недвижимому имуществу», поскольку они «прочно связаны с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно» [15, стр. 68]. Составители лесного кодекса 2006 г. приложили все усилия, даже вопреки заключению Президента Р Ф В. В. Путина, чтобы разорвать эту прочную связь леса с землей и представить леса уже как движимое имущество, настояв и на последующей поправке в Гражданском кодексе об исключении лесов из категории объектов недвижимого имущества. Чем бы ни руководствовались при этом составители последнего лесного кодекса, но предпринятый ими шаг можно рассматривать как диверсию, облегчающую последующий оборот лесных земель (в том числе и перевод их в частную собственность), руководствуясь уже не лесным, а земельным кодексом. Но полагаем, что история на этом не заканчивается, так же как и принятый Лесной кодекс (2006) не является последним. И если найдутся достойные политические силы, они исправят этот махина-торский выверт.
Что касается лесных ресурсов и услуг, то сторонниками лесной ренты они представляются продуктами труда в лесном хозяйстве без отождествления их с лесом, их воспроизводящим, как основным средством производства. Обычные вопросы в рассуждениях досужих авторов, был ли затрачен труд на их воспроизводство или они являются бесплатными дарами природы, снимаются требованием ННПЛ, выполнение которого возможно только через гарантию воспроизводства используемых ресурсов и финансирования необходимых для
этого затрат, которые должны быть учтены в составе платежей за ресурсы леса.
О характере последних и нами, и др. авторами неоднократно уже писалось и говорилось. В цивилизованных условиях рыночной экономики они, конечно, должны определяться не административным путем, как это до сих пор делалось, а с учетом спроса и предложения на тех рынках, в зоне которых находятся леса. Стартовые же цены для аукционов должны устанавливаться на основе рентного подхода с учетом известных и неоднократно описанных в литературе рентообразующих факторов. Напомним, что лесная рента или чистый дифференциальный доход (ЧД) представляет собою остаточную стоимость, как разность между рыночной ценой лесоматериалов, реализуемых на рынке (Ц, ын) и суммой затрат (ЕС) по всей технологической цепочке, включая затраты на воспроизводство используемого ресурса (Св), на заготовку (Сз) и транспортировку (Ст) вместе с нормативной прибылью на эти затраты (Пн)
ЧД = Црын. — (ЕС + Пн).
В этом виде лесная рента играет мно-нефункциональную роль: она определяет экономическую доступность лесных ресурсов- чистый доход собственника лесов (в России — государства) — рентабельность продукции и индекс эффективности инвестиций, используемых для улучшения лесов и их доступности.
Что же касается платежей (Ц^) за ресурсы леса, то они должны состоять из двух частей — лесной ренты или чистого дохода и затрат на воспроизводство используемого ресурса (Св)
Црес. = ЧД + Св.
Для владельца лесов (и лесопользователей) далеко не безразлично распределение этих платежей согласно их структуре по финансовым потокам. В принципе, как должно бы быть, чистый доход или рента должна направляться в консолидированный бюджет, распределяясь между его уровнями по законодательному соглашению на заранее оговоренные цели в программах федерального, регионального (субъекты РФ) и местного (муниципальные образования) уровней.
Что касается затрат на воспроизводство используемых ресурсов, то они должны
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
33
ЭКОНОМИКА
оставаться на счетах либо арендатора, по договору обязанного вести лесное хозяйство, либо местного государственного органа управления (лесничества) для финансирования лесного хозяйства на неарендованной лесной площади. Именно эти затраты должны предусматривать простое воспроизводство используемых ресурсов в рамках себестоимости их воспроизводства. При этом затраты на региональные системы лесохозяйственных мероприятий, обоснованные при лесоустройстве на зонально-типологической основе с учетом целевого назначения лесов, и представляют себестоимость воспроизводства используемых ресурсов как составную часть лесных платежей, которая отражается в себестоимости производства лесоматериалов у лесопользователя (арендатора).
Нынешний порядок финансирования текущих затрат на лесное хозяйство через субвенции представляет ту же порочную практику использования сметно-бюджетной операционной системы финансирования из федерального бюджета, необоснованно претендующего на предвосхищение характера и размера затрат на отдельные лесохозяйственные мероприятия и операции их, которые зависят от многочисленных непредсказуемых факторов и условий хозяйствования на местном уровне (в числе этих переменных выступают и погодные, и меняющиеся, особенно в связи с кризисом, экономические условия и т. д.).
Что же касается субвенций, то они должны относиться не к текущим, а к капитальным вложениям, которые и должны финансироваться из бюджетов разных уровней за счет аккумуляции лесного дохода по соответствующим сметам, как это и делается в практике капитального строительства. Например, уже сейчас достигнуто понимание необходимости строительства магистральных лесных дорог за счет государственных средств из бюджетов рФ и субъектов рФ в определенной пропорции.
Выше мы коснулись лишь отдельных прикладных сторон лесной экономики как экономической составляющей организации устойчивого пользования и управления лесами. Но сами по себе предлагаемые экономические меры не смогут быть реализованы на
практике, если они не будут закреплены законодательством в соответствующих нормативно-правовых актах.
общий взгляд на роль педагога и характер его действий при исходном
состоянии лесной экономики в науке и на практике
Поскольку среди лесных экономистов еще нет общего взгляда на решение ряда экономических вопросов, а законодательная база весьма несовершенна, то возникают вопросы, чему и как следует учить студентов в области лесной экономики, какова должна быть при таком положении роль ученого-педагога (лесного экономиста) в нынешней ситуации как связующего звена между сферами практики, науки и образования. Все эти вопросы весьма злободневны, учитывая, что в век инноваций, которым прочат быть ХХ! веку, само образование должно быть еще и опережающим.
Автор не берется по этому поводу давать какие-то рекомендации, тем более что преподаватель вуза обставлен со всех сторон рамками всякого рода образовательных стандартов, предписанных Минобрнаукой. Поэтому автор ограничится высказыванием лишь личного взгляда на обсуждаемый предмет.
Прежде всего, мне очень импонирует тот взгляд, который высказывали отдельные из наших предшественников (например проф. М.М. Орлов), что роль учителя сводится не к тому, чтобы только «напичкать» голову ученика знаниями, а к тому, чтобы приучить ученика (студента) к размышлению и способности вырабатывать самостоятельные решения, учитывая быстро меняющуюся ситуацию в связи с научно-техническим прогрессом и необходимостью непрерывно учиться уже в порядке самообразования во всей последующей (после вуза) жизни.
Но как это сделать в условиях наблюдаемого несовершенства окружающей нас жизни на стыке трех сфер — науки, практики и образования, особенно в области экономики в условиях переходного периода.
Для стратегической ориентации в первых лекциях, на мой взгляд, требуется в доступной для понимания форме представить вводную часть курса для краткой характерис-
34
ЛЕСНОЙ ВЕСТНИК 2/2010
ЭКОНОМИКА
тики представляемого для обучения предмета с акцентами на его значении, месте и связи с другими науками, а также на основных проблемах в их логической связи, которые и будут представлять содержание всего курса. Вводной частью я стараюсь подготовить сознание слушателей к восприятию представляемого им курса данной дисциплины.
Учитывая наблюдающийся не только в нашей стране разрыв между наукой и практикой, особенно в условиях чрезмерно затянувшегося кризиса, переходя к освещению отдельных проблем курса, я полагаю для себя возможным держаться следующей последовательности. Охарактеризовав вначале суть проблемы (ее определение и значимость), я вначале объясняю, как она решается на практике (в настоящее время и в прошлом), оттеняя положительные стороны и недостатки. Затем, как должна бы решаться эта проблема с учетом научных рекомендаций и передового опыта (в нашей стране и за рубежом). Если отдельные вопросы решения данной проблемы дискуссионны, то не обхожу разные точки зрения (с указанием авторов и их трудов) и высказываю свое мнение по оценке их.
И, наконец, в заключительной части стараюсь показать, как можно перейти от того, что есть на практике, к тому, что должно быть, какие для этого надо принять решения и какие меры следует предложить для их реализации.
Для иллюстрации необходимы, безусловно, наглядные примеры из повседневной практики, зарубежного опыта, принимаемых решений на уровне Правительства Р Ф, федеральных органов, Госдумы, общественных организаций (союзы лесопромышленников и лесоэкспортеров России, отраслевые профсоюзы, инициативы отдельных партий и движений, относящиеся к рассматриваемому вопросу).
Конечно, лекционный курс связывается с конкретной литературой, с рекомендациями авторов отечественных и зарубежных учебников, а также с периодической печатью (специализированные журналы, отраслевые газеты). При этом слушателей целесообразно информировать о проходящих и готовящихся
конференциях, форумах, съездах по тем вопросам, которые связаны с курсом лекций.
Поскольку любые учебники в области экономики по тем или иным вопросам быстро устаревают, а ежегодное их переиздание нереально, то лекции должны заполнять те или иные «пробелы» учебных пособий.
Весьма немаловажное значение имеет характер «подачи» преподаваемого материала. Это очень непростая задача. Каждый преподаватель, разумеется, решает ее с учетом своего характера, опыта, но и состава аудитории.
Для себя я выработал непреложное правило, независимо от знания предмета и многолетнего его преподавания, а также наличия сравнительно «свежего» своего учебника, считаю моральным долгом основательно готовиться к каждой лекции. И при этом делаю ее «набросок», продумывая последовательность вопросов, характер их представления с учетом собственного осмысления произошедшего за последний год в области науки и практики. Этот набросок служит для настроя к предстоящей встрече со слушателями, хотя при этом я высказываюсь устно, глядя на аудиторию, на ее состояние и реакцию, по ходу корректируя себя, чтобы добиться наибольшей степени исполнения задуманного замысла.
Скажу прямо, что роль педагога очень непроста в исполнении и весьма ответственна. Для меня лично легче выступить перед весьма компетентными специалистами, независимо от их ранга, чем перед студентами, т.к. в отличие от первых надо суметь вторым так подать сложный вопрос, чтобы им было понятно. В этом случае по ассоциации я вспоминаю напутствие Форда, известного лидера автомобилестроения, одному из своих управляющих: «надо писать инструкции так, чтобы последнему идиоту было понятно».
Нельзя забывать, что учитель сам должен подавать пример студентам во всем, выполняя этим и воспитательную роль, которая имеет не меньшее значение, чем чисто образовательная. По существу, если говорить обобщенно, педагог (учитель) должен настроить своих учеников на подготовку философского мировоззрения в сфере преподаваемого предмета, учитывая, что специальность
ЛЕСНОИ ВЕСТНИК 2/2010
35

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой