Распространение и биоэкологические особенности Maackia amurensis Rupr. Et Maxim. На Дальнем Востоке

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Биология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

16. ОСТ 56−83−85. Ягоды, плоды и орехи дикие. Методы определения урожая и ресурсов. — 1985.
17. Ohwi, J. Flora of Japan / J. Ohwi. — Washington D. C., 1965. — 1066 p.
18. Kloet, S.P. V. The genus Vaccinium in North America / S.P. Kloet, Acadia University Biology Depart. — Wolf-
ville Nova Scotia, 1988. — 200 p.
'-----------¦-------------
УДК 630*176. 321. (571. 63) В. А. Полещук, Т. Н. Полещук, Л.И. Моисеенко
РАСПРОСТРАНЕНИЕ И БИОЭКОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ MAACKIA AMURENSIS RUPR. ET MAXIM.
НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ
В результате исследований биоэкологических свойств и особенностей маакии амурской выявлено, что этот вид не образует самостоятельных лесных формаций и типов леса, вследствие небольших запасов, как по числу стволов, так и по биомассе. В пределах дальневосточной части ареала маакия амурская растет, главным образом, в кедрово-широколиственной, ясенево-ильмовой и дубовой формациях. Наиболее часто она встречается в свежих влажных и сырых лесорастительных условиях, где участвует в составе до 2−4 единиц по запасу, главным образом, второго яруса древостоя. В целях повышения участия в составе древостоев маакии амурской необходимо проведение основных лесохозяйственных мероприятий, которые включают в себя рубки ухода, санитарные рубки, меры содействия естественному возобновлению и создание лесных культур.
Ключевые слова: маакия амурская, биологические и экологические особенности, типы леса.
DISTRIBUTION AND BIOECOLOGICAL FEATURES MAACKIA AMURENSIS RUPR. ET MAXIM. IN THE FAR EAST V.A. Poleschuk, T.N. Poleschuk, L.I. Moiseenko
As a result of the research of bioecological properties and features of Amur maackia it is revealed that this kind does not form independent wood formations and types of wood as a result of small stocks both on number of trunks and on a biomass. Within the limits of the Far East part of the area Amur maackia grows mainly in cedar -broad-leaved, ash- elm and oak formations. Most often it grows in fresh, damp and crude silvicultural conditions where it participates in structure of up to 2−4 units on a stock mainly the second circle of a forest stand. In order to increase the participation of Amur maackia in structure of forest stands it is necessary to do the basic silvicultural actions which include care fellings, sanitary fellings, measures of assistance for natural renewal and creation of wood cultures.
Keywords: аmur maackia, biological and ecological features, forest types.
Маакия амурская обладает ценными кормовыми, декоративными и лекарственными свойствами. В последние годы она является объектом внимания фармакологов и биохимиков, так как в тканях ее коры найдены алкалоиды, возбуждающие нервную систему и стимулирующие дыхание. В Тихоокеанском институте биорганической химии (ТИБОХ ДВО РАН) из сырья маакии амурской выделены эффективные гепато-протекторные вещества. Исследования химических и фармакологических свойств экстрактов из ядровой древесины маакии амурской позволили получить полифенольный препарат «Максар», обладающий гепато-протекторным действием [17]. Препарат обладает высокой терапевтической эффективностью при экспериментальном остром и хроническом гепатитах [5], по клинической эффективности превосходит карсил [34]. Исследован состав хинолизидиновых алкалоидов молодых побегов, которые можно выделять из коры стволов и ветвей при производстве препарата «Максар» [18]. Полифенольный комплекс из древесины эффективно предотвращает функционально-деструктивные изменения в легких при радиационном поражении [22]. Экстракты из листьев проявляют в эксперименте антиалкогольный эффект [10]. В плане поиска новых лекарственных препаратов изучен элементный состав листьев, настоек из листьев и ядровой древесины маа-кии амурской [19].
Таким образом, учитывая высокую практическую значимость маакии амурской, знание ее биоэколо-гических свойств и особенностей выращивания представляется нам своевременным и является актуальным особенно в вопросах рационального использования, воспроизводства и сохранения генофонда этого ценного во всех отношениях вида.
Методика работ. Полевые работы проводились в 1993—2008 годах на территории Приморского и Хабаровского краев и в ряде районов Амурской области. Основное внимание в процессе исследований уделялось вопросам лесоводственного, лесотаксационного и биоэкологического характера. При этом применялись методы маршрутных обследований с закладкой пробных площадей (ПП), на которых выполнялся весь комплекс лесоводственных и таксационных работ. Исследования в лесных формациях проводились по типам леса. Объем этой классификационной единицы принят нами по Б. П. Колесникову [12]. В настоящей работе авторы придерживаются существующих классификаций дубовых [9,28], кедрово-широколиственных [12,31] и ясенево-ильмовых [4] лесов, в основе которых использованы принципы генетической классификации лесов Б. П. Колесникова.
В процессе проводившихся полевых работ было заложено 20 пробных площадей (по 0,25 га каждая), свыше 60 геоботанических описаний, взято около 100 модельных деревьев, из которых 50 экземпляров маа-кии амурской использованы для анализа хода роста. Опыты по выращиванию проводились в питомнике Горнотаежной станции ДВО РАН (Уссурийский район). Созданы экспериментальные лесные культуры маакии амурской. За период исследований определены посевные качества у 4 тыс. семян, в питомнике выращено 6,5 тыс. штук ее однолетних сеянцев.
Маакия амурская впервые встречена в 1855 году в устье реки Буреи и отмечалась по берегам Амура вниз до оз. Кизи первооткрывателем флоры Приамурья Р. К. Мааком (1827−1891). Названа в его честь К. И. Максимовичем (1827−1891) и Ф. И. Рупрехтом (1814−1870), составившими научное описание рода Маа-кия (Maackia Rupr. et Maxim.). В новом, переработанном варианте эволюционной системы цветковых растений [33] род Maackia Rupr. et Maxim. включен в трибу Sophoreae Spreng., подсемейства Faboi'-deae (Papilionoideae D.C.), семействa Fabaceae Lindl. (Leguminosae Juss.), порядка Fabales, надпорядка Fabanae, подкласса Rosidae, класса Magnoliopsida (Dicotyledonis), отдела Magnoliophuta (Angiospermae).
Род Maackia Rupr. et Maxim. включает 6 видов, которые распространены в странах Восточной Азии [8,12,30,38]. Кроме типичной формы Maackia amurensis Rupr. et Maxim. известна var. Buergeru (Maxim.) с листьями из 9−13 эллиптических опушенных листочков 6 см длиной и 2,8 см шириной, с более густыми соцветиями и мелкими цветками [8] и var. floribunda Shiras. [38]. В более поздней работе [36] var. floribunda Shiras. представлена как вид Маакия обильноцветковая (Maackia floribunda (Mig.) Takeda), произрастающая на о. Кюсю в Японии, а также на островах, расположенных южнее.
Маакия амурская распространена в Приморском, Хабаровском краях и юго-восточных районах Амурской области. Она растет в Северном и Северо-Восточном Китае, на п-ове Корея и в Японии [1,68,13,20,29,30,35].
Северная граница маакии амурской в Приамурье находится на широте г. Благовещенска, западная проходит вдоль берега Амура, на востоке распространяется до устья р. Буреи [16] и пересекает бассейны р. Сутар, Кульдур, Бира, Биджан. Затем граница ее ареала поворачивает на северо-восток и выходит в бассейн Нижнего Амура. На территории Нижнего Приамурья это растение встречается у подножья горных склонов Сихотэ-Алиня и Боджанского хребта, на территории Средне-Амурской и Удыльско-Кизинской низменностей, в пределах высокой поймы р. Амур и нижних течений р. Анюй, Гур, Горин. Вниз по течению р. Амур маакия постепенно уходит со склонов и к северу от с. Киселевка сохраняется в основном на пойменных островах. По данным А. П. Нечаева [21], самая северная растительная группировка на Нижнем Амуре с господством маакии амурской обнаружена в окрестностях с. Мариинское.
В Приморском крае маакия амурская имеет достаточно обширное распространение в меридиальном направлении от р. Туманной на юге и до нижнего течения р. Бикин на севере. Она растет в бассейне р. Уссури, в широких поймах рек нижних течений Арсеньевки, Павловки и Большой Уссурки. По западному макросклону Сихотэ-Алиня маакия амурская поднимается до 300−400 м над ур. м. (Кировский район в 20 км от с. Хвищанка). По данным А. Н. Киселева и Е. П. Кудрявцевой [11], на Сергеевском плато маакия встречается на плоских водораздельных поверхностях в заманиховых ельниках на высотах 900−950 м над ур.м. Она участвует в составе осиново-белоберезовых лесов в юго-восточной части Ханкайского бассейна в верховьях р. Кулешовки и Лунзы [15]. В восточной части бассейна отмечена на низкогорных платообразных водоразделах в окрестностях сел Кронштадтки, Белая Церковь, Реттиховки. Далее маакия распространяется по бассейну р. Комиссаровки до Пограничного хребта и по горным склонам уходит в Северо-Восточный Китай. В
Южном Приморье маакия амурская часто встречается в средних и верхних частях бассейнов небольших рек (Шкотовка, Киевка, Артемовка, Комаровка, Раковка).
В Надеждинском районе произрастает в бассейнах р. Неженка и Грязная, участвуя в сложении порослевых многовидовых зарослей, образовавшихся в результате вырубок и пожаров широколиственных лесов. В пределах этой территории маакия амурская растет обычно в нижней части горных склонов, реже в их средней части. Наиболее высоко этот вид поднимается в районе Черных гор, где отдельные деревья встречаются на высоте от 500 до 550 м над ур. м. Южной точкой распространения маакии в пределах материковой части Приморья являются низовья Тумын-Гана [14], в настоящее время р. Туманной. Кроме того, этот вид отмечен на островах залива Петра Великого — Путятин, Русском, Аскольд, Попова, Рикорда, Большой Пелис, Де-Ливрона, Фуругельма, а также на п-ове Mуравьева-Амурского, в составе смешанных и дубовых лесов.
В восточных районах Сихотэ-Алиня маакия амурская растет на дренированных участках высоких пойм и переходных террас рек бассейна Японского моря (от р. Джигитовка на севере до р. Партизанской на юге). В Сихотэ-Алиньском заповеднике она отмечена по долинам рек Большая Лиановая, Курума и Куналей-ка южнее хребта Дальнего [37].
Лесоводственно-типологическая характеристика дубовых, кедрово-широколиственных и ясеневоильмовых лесов достаточно подробно освещена в литературе [3,4,9,12,28,31], поэтому при описании типов леса основное внимание было уделено маакии амурской.
Сухие рододендроново-осочковые дубняки (Д-I) приурочены к узким гребням водоразделов, вершинам гор и крутым склонам всех экспозиций. Из-за влияния пожаров древостой крайне изменчив. В нем преобладает дуб монгольский (Quercus mongolica Fisch. ex Ledeb.) в смеси с различными лиственными видами. Древостой одноярусный (II кл. возраста), производительностью V кл. бонитета с абсолютным преобладанием дуба монгольского при незначительном участии березы даурской (Betula davurica Pall.) и клена мелколистного (Acer mono Maxim.). Количество живых деревьев маакии амурской на обследованных нами участках не превышает 100 шт/га, при средней высоте 2 м и диаметре 4 см. В сухих дубняках она растет очень медленно и приобретает форму небольших кустов высотой до 1−2 м, для которых характерно от 3 до 8 скелетных осей. Незначительное участие маакии в составе данного типа леса объясняется неблагоприятными гидроклиматическими, эдафическими и антропогенными факторами среды, оказывающими существенное влияние на ее рост и развитие.
Свежие кустарниково-разнотравные дубняки (Д-IV) произрастают на пологих и покатых северных, северо-западных и северо-восточных склонах на абсолютной высоте до 300 м. Древостой одноярусный (II класс возраста), III кл. бонитета. В древостое преобладает дуб монгольский, участвуют липа амурская (Tilia amurensis Rupr.), клен мелколистный, ильм японский (Ulmus japonica Rehd. Sarg.), ясень носолистный (Fraxinus rhynchophylla Hance), ясень маньчжурский (F. mandschurica Rupr.) и др. Mаакия амурская в кустарниково-разнотравном дубняке принимает незначительное участие в составе древостоя, однако это хорошо развитые экземпляры, достигающие 14 м в высоту и 12 см в диаметре. В этом типе леса она характеризуется средней полнодревесностью (видовое число — 0,54). Стволы средней сбежистости (коэффициент формы
— 0,61), в верхней части сбег ствола увеличивается (коэффициент формы — 0,42). Результаты анализа хода роста показали, что до 20-летнего возраста маакия амурская росла хорошо, годичный прирост от 30 до 50 см по высоте и от 0,24 до 0,36 см по диаметру.
Влажные высокотравные дубняки с березой даурской (Д-V) приурочены к пологим склонам, затененным в верхних частях долин горных ключей. Древостой одноярусный (II кл. возраста), производительностью III кл. бонитета, имеет запас стволовой древесины 192,3 м3/га. Число живых стволов маакии амурской на обследованном участке составляет до 250 шт/га. Mаксимальные ее размеры по диаметру на высоте груди 22 см. Некоторые деревья достигают высоты 17,5 м. В основном же стволы имеют высоту 10−11 м и диаметр на высоте груди 8−13 см. Высота прикрепления первых живых сучьев 4−5 м, протяженность кроны в среднем равна 6−7 м. Взятое для модели дерево маакии амурской при высоте 11,3 м, диаметре 13,3 см имело ширину кроны 2,5 м с севера на юг и 2 м с востока на запад. Полнодревесность маакии низкая (видовое число — 0,337). Стволы сбежистые (класс формы — 0,63), нижняя половина ствола имеет слабую сбежи-стость (коэффициент формы — 0,80).
Лещинно-разнолистные осиновые дубравы (Д-Шр) занимают преимущественно окраины высоких те-расс (увалов или релок) и пологие подножия сопок. Древостой одноярусный, среднеполнотный (0,7), развивается по линии III класса бонитета. В сложении древостоя участвуют дуб монгольский, осина Давида (Popu-lus davidiana Dode), маакия амурская и вяз низкий (Ulmus pumila L.). Состав древостоя 6Д3ОсШа+Им ед. Ям. Общий запас на участке в переводе на 1 га составляет 56,4 м³. Количество живых деревьев маакии амурской
на обследованном участке составляет 80 шт/га. Максимальные размеры: диаметр на высоте груди 26 см, высота 12 м. В основном же маакия имеет средний диаметр 8 см и 10 м в высоту.
Кленово-лещинные кедровники с липой и дубом (K-VI) занимают преимущественно подножья гор, пологие и покатые склоны чаще всего южной и юго-западной экспозиции. Древостой одноярусный с равномерным распределением деревьев по площади. Средний возраст древостоя 100−150 лет. В этом возрасте древостой имеет запас 237 м3/га, высоту 18 и 20 м в диаметре, развивается по линии III класса бонитета. На 1 га насчитывается до 64 стволов маакии амурской, диаметр которых колеблется от 12 до 25 см, а высота от 15 до 19 м. Стволы хорошо очищены от сучьев, протяженность кроны 5−7 м при средней высоте деревьев 15 м. Полнодревесность маакии хорошая (видовое число — 0,585), с нормальной формой стволов (коэффициент формы — 0,77, класс формы — 0,91), что свидетельствует о слабой их сбежистости.
Кустарниково-разнотравные кедровники с ильмом и ясенем растут преимущественно линейно-вытянутыми участками на незаливаемых или редко и на короткий период заливаемых надпойменных террасах. Древостой чаще всего двухъярусный производительностью II класса бонитета. Общая сомкнутость 0,7. Средний возраст древостоя 150−200 лет. В сложении первого яруса участвуют кедр корейский (Pinus coraiensis Siebold et. Zucc.), пихта цельнолистная (Abies holophylla (Trautv) Maxim.), ильм японский, ясень маньчжурский, липа амурская и бархат амурский (Phellodendron amurense Rupr.). В сложении второго яруса принимают участие клены мелколистный, маньчжурский (A. manshuricum Maxim.), пихта почкочешуйная (А. nephrolepis Maxim.), яблоня маньчжурская (Malus manshurica (Maxim.) Kom.) и черемуха азиатская (Padus asiatica Kom.). Участие маакии амурской не превышает 10% по запасу второго яруса. На 1 га насчитывается до 32 стволов, диаметр которых колеблется от 12 до 22 см, а высота от 13 до 16 м. Происхождение маакии семенное. Она отличается хорошей формой ствола (коэффициент формы — 0,71) и отличается хорошей полнодревесностью (видовое число — 0,610). Стволы маакии хорошо очищены от сучьев, протяженность кроны 7−8 м при средней высоте дерева 16 м.
Акатниковые кедровники с ясенем произрастают по наиболее низким надпойменным террасам с близким залеганием грунтовых вод. Древостой в большинстве случаев двухъярусный, производительностью III класса бонитета. Доля участия кедра от 3 до 5 единиц. Из сопутствующих кедру видов наиболее характерны ясень маньчжурский и ильм японский, встречаются орех маньчжурский (Juglans manshurica Maxim.) и бархат амурский. По сравнению с влажными долинными кедровниками в составе второго яруса увеличивается количество маакии амурской, достигающей здесь 19 м в высоту и 25 см в диаметре. Количество живых стволов маакии амурской на обследованных участках составляет от 68 до 110 шт/га, возраст 70−100 лет. Происхождение маакии семенное. Деревья хорошо очищены от сучьев, протяженность кроны 5−6 м, при средней высоте 17−19 м.
Ясеневник лещинно-чубушниковый встречается в Верхнеуссурийском лесорастительном районе до высоты 380−420 м над ур. м. Маакия амурская участвует в сложении древостоев, имея запас от 10 до 20% второго яруса, что составляет в среднем от 2 до 10 м3/га. Незначительный запас древесины объясняется небольшим количеством живых стволов на обследованных участках (от 6 до 26 шт/га). Диаметр маакии варьирует от 10,2 до 20,3 см, высота — от 9,8 до 17,1 м.
Акатниково-сиреневый ясеневник с орехом характерен для переходных террас высокого уровня, а также растет на дренированных участках надпойменных террас и на конусах выноса до 400−480 м над ур. м. Количество живых деревьев маакии амурской на обследованных участках колеблется от 37 до 210 шт/га. Максимальные размеры ее по диаметру на высоте груди 16,2 см, по высоте — 14,5 м.
В результате изучения лесоводственных свойств и особенностей маакии амурской [23,26] необходимо отметить, что этот вид не образует самостоятельных лесных формаций и типов леса, вследствие редкой встречаемости. В пределах Приморского края маакия амурская растет главным образом в кедровошироколиственной, ясенево-ильмовой и дубовой формациях, участвуя в составе древостоев почти во всех типах этих лесов. Наиболее часто она встречается в свежих, влажных и сырых лесорастительных условиях, где участвует в составе до 2−4 единиц по запасу, главным образом, второго яруса древостоя.
Реакция маакии амурской на освещенность не является величиной строго постоянной и меняется в процессе онтогенеза. В молодом возрасте она является достаточно теневыносливым видом. Об этом свидетельствует ее успешное возобновление в высокосомкнутых древостоях (0,8−0,9) с сильно развитым кустарниково-травянистым пологом. С увеличением возраста у маакии возрастает потребность в свете, на освещенных местах она развивается лучше, чем в затенении и дает больший прирост по высоте и диаметру, что было отмечено нами при анализе хода роста в кустарниково-разнотравном дубняке и лещинно-разнотравной осиновой дубраве [26].
Маакия амурская относится к среднетребовательным к теплу видам. Об этом свидетельствует прежде всего ее географическое распространение. В Приморском крае размещается средняя часть ареала, тогда
как северная граница ее распространения доходит до Нижнего Приамурья и г. Благовещенска, где климат достаточно прохладный и континентальный. Этому виду свойственна высокая морозоустойчивость. В зимнее время маакия в пределах ареала способна переносить довольно низкие температуры воздуха (абсолютный минимум минус 49°С). Начало вегетации у маакии наступает значительно позднее, чем у многих других растений Дальнего Востока, что в свою очередь предохраняет ее от повреждения поздневесенними заморозками. За время выращивания сеянцев и саженцев в питомнике Горнотаежной станции ДВО РАН случаев обмерзания молодых побегов не наблюдали, что позволяет считать ее достаточно морозостойким и заморозкоустойчивым видом [23].
По отношению к влаге маакию можно отнести к группе мезогигрофитных видов. В процессе выращивания сеянцев выявлено, что для получения качественного посадочного материала оптимальной влажностью почвы можно считать 90−100% от полной влагоемкости почвы (ПВ). В то же время, снижение увлажнения до 50−60% от (ПВ) отрицательно сказывается на все биометрические параметры сеянцев [27]. В результате продолжительной засухи у маакии амурской может наблюдаться преждевременное пожелтение листьев, что в свою очередь свидетельствует о ее достаточно высокой потребности во влажности воздуха.
Для древостоев с участием в составе маакии амурской характерны бурые лесные, бурые горнолесные оподзоленные, горно-лесные желто-бурые и дерново-аллювиальные почвы. Условия произрастания и влажности отражаются на габитусе маакии амурской, растущей в разных орографических условиях: на склонах и подножиях гор, по берегам ключей и широким долинам рек. Участвуя в сложении древостоев, она имеет при этом разную интенсивность роста и продуктивность, зависящую от общих физико-географических условий, определяющих гидроклиматический режим почвы и воздуха. В то же время роль конкретного рельефа весьма велика в распространении и развитии маакии амурской. На южных склонах данный вид встречается очень редко, в основном в качестве подлеска, образуя при этом кустообразную форму. Главным фактором, препятствующим росту и ее распространению на склонах южной экспозиции, являются недостаток влаги, маломощность и скелетность почвогрунта, резкие амплитуды температуры воздуха и почвы, низкая влажность воздуха и т. д. На склонах северо-восточной и северо-западной ориентации по мере улучшения гидрологического режима в сторону его увлажнения доля участия маакии амурской в сложении ценозов возрастает, улучшается ее лесоводсгвенно-таксационные показатели (темпы роста по высоте, диаметру, объему и т. д.) [23].
Тем самым, в условиях благоприятного водного режима маакия амурская хорошо растет и развивается, особенно на плодородных и дренированных почвах, что было учтено нами при создании культур и реконструкции малоценных древостоев [27]. В процессе исследований было выявлено, что при введении маакии амурской под полог высокополнотных древостоев лесокультурные площадки желательно приурочивать к окнам древостоев. Наиболее оптимальными условиями для создания культур маакии, по нашим наблюдениям, являются леса с полнотой древостоя 0,3−0,5, произрастающими в нижних и средних частях склонов преимущественно северо-восточной ориентации, где более благоприятный гидрологический режим почвы и воздуха. Данный вид отличается хорошим ростом и в посадках на открытых лесокультурных площадях, занимающих свежие дерново-аллювиальные, хорошо дренированные почвы, обладая при этом высоким процент приживаемости и хорошим средним приростом в высоту (45 см). В возрасте 5 лет отдельные экземпляры начинают цвести и плодоносить. Для успешного выращивания маакии амурской в засушливых природноклиматических районах необходимым условием агротехники является достаточная обеспеченность влагой корнеобитаемого слоя почвы.
Заключение
По результатам многолетних исследований биоэкологических свойств и особенностей маакии амурской необходимо отметить, что этот вид не образует самостоятельных лесных формаций и типов леса, вследствие небольших запасов как по числу стволов, так и по биомассе. На большей части ареала маакия амурская растет, главным образом, в кедрово-широколиственной, ясенево-ильмовой и дубовой формациях, участвуя в составе до 2−4 единиц по запасу, главным образом, второго яруса древостоев в свежих, влажных и сырых лесорастительных условиях. Несмотря на значительные площади этих лесов, запасы маакии амурской в них невелики и составляют в среднем 10 м3/га. Наибольшие запасы маакии отмечены в акатниковом кедровнике с ясенем (в среднем до 40 м3/га) и в акатниково-сиреневом ясеневнике с орехом (до 25 м3/га). В недалеком прошлом эти типы леса были широко распространены в Приморском крае в бассейнах р. Уссури, Павловки, Арсеньевки, Раздольной, Раковки и Комаровки. В результате проведения сплошных рубок до-
вольно часто происходило поверхностное заболачивание с формированием вейниково-кочковатых лугов, которые в последующем были переведены в сельскохозяйственные земли.
Интенсивное использование маакии амурской в прошлом, частые лесные пожары привели к сокращению запасов и площади лесов с ее участием. В целях повышения участия в составе древостоев маакии амурской необходимо проведение основных лесохозяйственных мероприятий, которые включают в себя рубки ухода, санитарные рубки, меры содействия естественному возобновлению и создание лесных культур. Наибольшее значение для высокополнотных молодняков с участием маакии амурской имеют прочистки и прореживания, как мера ухода за составом древостоя и формой ствола. При проведении рубок ухода, прежде всего, необходимо удалять деревья, затеняющие маакию сверху, оставляя в виде подгона отставшие в росте теневыносливые хвойные и ценные лиственные породы. Санитарные рубки следуют проводить в дре-востоях, расстроенных рубками и пожарами. В рубку отводить только усыхающие деревья и те, которые прекратили свою семенную деятельность. Общая полнота древостоя после рубки должна быть не менее 0,5−0,4.
Своевременное и качественное проведение рекомендуемых мероприятий будет способствовать повышению продуктивности лесов с участием в их составе маакии амурской и тем самым позволит сохранить и улучшить генофонд этого ценного во всех отношениях вида.
Литература
1. Ареалы деревьев и кустарников СССР. — Л: Наука, 1986. — Т.3. — 182 с.
2. Бабурин, А. А. Растительность / Бабурин А. А., Васильев Н. Г. // Флора и растительность Большехех-цирского заповедника (Хабаровский край). — Владивосток, 1986. — С. 184−210.
3. Васильев, Н. Г. Долинные широколиственные леса Сихотэ-Алиня / Н. Г. Васильев. — М.: Наука, 1977. -116 с.
4. Васильев, Н. Г. Ясеневые и ильмовые леса советского Дальнего Востока / Н. Г. Васильев. — М.: Наука, 1979. — 320 с.
5. Влияние гепатопротекторов растительного происхождения на эффекты преднизолона при экспериментальном токсическом гепатите / А. И. Венгеровский [и др. ]// Раст. ресурсы. — 1998. — Т. 34. — Вып. 3.
— С. 91−96.
6. Воробьев, Д. П. Дикорастущие деревья и кустарники Дальнего Востока / Д. П. Воробьев. — Л.: Наука, 1968. — 278 с.
7. Древесная флора Дальнего Востока / А. С. Агиенко [и др.]. — М.: Лесн. пром-ть, 1982. — 224 с.
8. Деревья и кустарники СССС. — М.- Л.: Изд-во АН СССР, 1958. — Т. IV. — 914 с.
9. Добрынин, А. П. Дубовые леса Российского Дальнего Востока (биология, география, происхождения) / А. П. Добрынин. — Владивосток: Дальнаука, 2000. — 260 с
10. Зориков, П. С. Поиски растений антиалькогольного действия / П. С. Зориков, Н. И. Мартынова, Г. Г. Трегрубова // Новые лекарственные препараты Сибири и Дальнего Востока. — Томск, 1986. -С. 63−65.
11. Киселев, А. Н. Высокогорная растительность Южного Приморья / А. Н. Киселев, Б. П. Кудрявцева. — М.: Наука, 1992. — 117 с.
12. Колесников, Б. П. Кедровые леса Дальнего Востока / Б. П. Колесников // Тр. ДВФ АН СССР. Сер. ботан.
— 1956. — Т. 2(4). — 262 с.
13. Колесников, А. А. Декоративная дендрология / А. А. Колесников. — М.: Лесн. пром-сть, 1974. — 703 с.
14. Комаров, В. Л. Растения Южно-Уссурийского края / В. Л. Комаров // Тр. Гл. ботсада. — Т. 39. — Л., 1923. -
С. 1−128.
15. Куренцова, Г. Э. Растительность Приханкайской долины и окружающих ее предгорий / Г. Э. Куренцова.
— М. -Л.: Изд-во АН СССР, 1962. — 139 с.
16. Маак, Р. К. Путешествие по Амуру, совершенное по распоряжению Сибирского отделения РГО в 1855 году / Р. К. Маак. — СПб., 1859. — 230 с.
17. Максимов, О. Б. Биологически активные вещества Maackia amurensis Ruprt. et Maxim. и перспективы использования этого вида в медицине / О. Б. Максимов, Н. И. Кулеш, П. Г. Горовой // Раст. ресурсы. -1992. Т. 28. — Вып. 3. — С. 157−163.
18. Хинолизидиновые алкалоиды молодых побегов Maackia amurensis (Fabaceae) / А. И. Молчанова [и др.] // Раст. ресурсы. — 2004. — Т. 40. — Вып. 4. — С. 66−73.
19. Моисеенко, Л. И. Изучение элементного состава листьев, настоек из листьев и ядровой древесины Maackia amurensis (сем. Fabaceae) / Л. И. Моисеенко, П. С. Зориков, О. Г. Зорикова //Биологические ис-
следования на Горнотаежной станции: сб. науч. тр. — Вып. 11. — Владивосток: Дальприбор, 2008. -С. 222−227.
20. Недолужко, ВЛ. Конспект дендрофлоры российского Дальнего Востока I ВЛ. Недолужко. — Владивосток: Дальнаука, 1995. — 208 с.
21. Нечаев, АП. Древесные растения Нижнего Амура I АП. Нечаев // Учен. зап. Хабар. пед. ин-та. — Т. 18.
— Сер. биол. — 1969. — С. 17−30.
22. Палагина, М. В. Биологическая активность экстракта из ядровой древесины Maackia amurensis Rupr. et Maxim. в коррекции радиационного повреждения сурфактанта легких крыс I М. В. Палагина, Г. Н. Без-детко, Л. И. Моисеенко II Раст. ресурсы. — 2000. — Т.4. — С. 78−82.
23. Полещук, В.A. Отношение маакии амурской к эдафическим и климатическим факторам среды I ВЯ. Полещук // Биологические исследования на Горнотаежной станции: сб. науч. тр. — Вып. 6. — Владивосток: ДВО РАН, 1999. — С. 123−131.
24. Полещук, В.A. Биоэкологические и лесоводственные свойства маакии амурской I В.A. Полещук II Лесные биологически активные ресурсы: мат-лы междунар. семинара. — Хабаровск, 2001. — С. 80−82.
25. Полещук, В.A. Особенности выращивания маакии амурской (Maackia amurensis Rupr. et Maxim.) в питомнике и лесных культурах I В.A. Полещук, Т. Н. Полещук // Биологические исследования на Горнотаежной станции: сб. науч. тр. — Вып. 7. — Владивосток: ДВО РАН, 2001. — С. 63−70.
26. Полещук, В.A. Участие маакии амурской в сложении фитоценозов Приморского края I В.A. Полещук II Биологические исследования на Горнотаежной станции: сб. науч. тр. — Вып. 8. — Владивосток: ДВО РАН, 2002. — С. 238−266.
27. Полещук, В.A. Влияние макроудобрений и режимов увлажнения почвы на рост сеянцев маакии амурской I В.A. Полещук II Лесоведение. — № 1. — 2008. — С. 70−74.
28. Попов, KA. Типы дубовых лесов заповедника Кедровая падь I KA. Попов, Н. Г. Васильев // Вопросы
сельского и лесного хозяйства Дальнего Востока. — Владивосток, 1961. — Вып. 3. — С. 153−184.
29. Кречетова, Н. В. Семена и плоды деревьев и кустарников Дальнего Востока / Н. В. Кречетова,
A.r. Емлевская, Г. В. Сенчукова, В. И. Штейникова. — M.: Лесн. пром-ть, 1972. — 80 с.
30. Сосудистые растения советского Дальнего Востока. — Л.: Наука, 1989. — Т.4. — 380 с.
31. Соловьев, К.П. Кедрово-широколиственные леса Дальнего Востока и хозяйство в них I К. П. Соловьев.
— Хабаровск: Кн. изд-во, 1958. — 367 с.
32. Тахтаджян, АЛ. Флористические области земли I АЛ. Тахтаджян. — Л.: Наука, 1978. — 248 с.
33. Тахтаджян, АЛ. Система магнолиофитов I АЛ. Тахтаджян. — Л.: Наука, 1987. — 439 с.
34. Препарат максар из дальневосточного растения маакии амурской I С.A. Федореев [и др.] II Хим. -фарм. журнал. — Т. 38. — № 11. — 2004.
35. Флора СССР. — M.^.: Изд-во АН СССР, 1945. — Т.2.
36. Харкевич, С. С. Изумрудное ожерелье морской биологической станции «Восток» I С. С. Харкевич,
Т. К. Буч. — Владивосток: Дальнаука, 1994. — 140 с.
37. Шеметова, Н. С. Флора и растительность Сихотэ- Алиньского государственного заповедника I
Н. С. Шеметова // Флора и растительность прибрежных районов юга Дальнего Востока: тр. Биол. -
почв. ин-та. — 1975. — Т. 24(127). — С. 5−85.
38. Render A. Manual of cultivated trees and shrabs: Hardy in North America I A. Render. — New York: Macmil-
lan Co., 1949. — P. 488.
'---------¦------------

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой