Особенности социализации молодежи в культурном пространстве современной России: социологический анализ

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 316. 346. 32−053.6 Хузяхметова Виктория Фаритовна dom-hors@mail. ru
ОСОБЕННОСТИ СОЦИАЛИЗАЦИИ МОЛОДЕЖИ В КУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
Khuzyakhmetova Victoria Faritovna dom-hors@mail. ru
SPECIFICS OF THE YOUTH SOCIALIZATION IN THE CULTURAL ENVIRONMENT OF THE MODERN RUSSIA: SOCIOLOGICAL ANALYSIS
Аннотация:
В статье рассмотрены понятия социализации и культурного пространства, указана степень их взаимодействия, проанализировано культурное пространство России, отмечено его влияние на процесс социализации молодежи страны. На основе проведенного теоретического исследования выявлены основные особенности социализации молодого поколения в условиях современности. Результаты работы могут быть использованы при изучении молодежи в последующем.
Ключевые слова:
молодежь, социализация, культурная социализация, глобализация, девиантное поведение, культурное пространство, культурные контакты.
Summary:
The article considers concepts of socialization and cultural environment, degree of their interaction. The author analyzes the cultural environment of Russia and its influence on the youth socialization. Basing upon the undertaken theoretic research the author defines the principle specifics of the young generation socialization under the current conditions. The research results may be applied in the further studies of the youth.
Keywords:
youth, socialization, cultural socialization, globalization, deviant behavior, cultural environment, cultural contacts.
Молодежь является самой активной частью социума, играющей существенную роль в социально-экономических и общественно-политических процессах. Ю. Г. Волков отмечает, что «специфика данной социальной группы в современном обществе заключается в том, & lt-… >- что она в большей степени, чем другие возрастные группы, подвержена различным социальноэкономическим, политическим, идейным, культурным влияниям, более непосредственно и активно реагирует на них, что способствует поддержанию высокого уровня неопределенности ее социального поведения, подвижности ценностных ориентаций» [1, с. 483]. В более сложных условиях в результате этого осуществляется и процесс социализации, связанный с усвоением совокупности нормативных установок, ценностей, правил и поведенческих стандартов, на основе которых формируется социальная личность.
Социализация связывает разные поколения, через нее осуществляется передача социального и культурного опыта [2]. Данный процесс может носить как целенаправленный характер, осуществляясь в ходе воспитания индивида, так и стихийный, проходя под воздействием широкого круга разнонаправленных факторов, таких как: семейное и несемейное общение, СМИ и т. п. Большое значение имеет также культурное пространство, в рамках которого осуществляется культурная социализация, интегрирующая и дающая основное направление ее общему процессу.
Целью культурной социализации, по мнению Е. В. Панфиловой, «является включение индивида в систему общественно-культурных отношений, а также вживание в существующую социальную структуру, то есть воспитание гуманности и культуры в каждой отдельной личности, которая в процессе культурной социализации не просто приспосабливается к окружающей культурной действительности, но и сама создает свое собственное культурное пространство. С одной стороны, она способна выйти из своего мира в чужой, проникнуть в иные культуры, в чужую духовную жизнь, и определить свое отношение к ним. С другой — в каждом обществе постепенно формируется свой характер культурной социализации личности, который осуществляется в условиях культурных тенденций и социокультурных кризисов, растущей роли нестабильности современных социальных процессов, столкновений и ассимиляций культурных парадигм. В этих условиях едва ли не единственным средством развития культуры становится приобщение к истокам национальной культуры, понимание опасности потери культурной идентичности» [3].
На протяжении последних столетий наметилась некая тенденция к унификации культуры. На роль «общечеловеческой» стал активно претендовать некий нивелированный «европейский» вариант. В ХХ в. ситуация усугубилась набиравшей темпы и мощь глобализацией, кото-
рая оказалась реальным процессом, разрушающим границы государств, стран, народов и их традиций, поставившим под угрозу их многообразие [4].
Определенные социализационные риски, связанные с глобализацией, наметились и в молодежной среде [5]. Подтверждением этому служат данные массовых исследований Центра С И МГУ, проведенных в период с 1997 по 1998 г.
Так, ответы молодежи, предпочитающей западные образцы массовой культуры, показали, что восприятие их происходит достаточного пассивно и усвоение в целом оказывается часто поверхностным, эклектичным. Между тем принятие внешних форм чужой жизни — будь то одежда, стиль общения, музыкальные ориентации — вещь далеко небезопасная. «Инородные духовные традиции» вступают в конфликт с генетически и социально обусловленным внутренним содержанием родной культуры, а чисто внешне усвоенный чужой стиль нередко нивелирует индивидуальность человека. Это происходит уже по той простой причине, что он не чувствует иную культуру достаточно тонко, чтобы в ее рамках ощущать себя органично. Западная культура, преподносимая в упрощенном, примитивном варианте, достаточно агрессивно навязывается внешне, прежде всего, через рекламу. И сегодняшняя молодежь реально может оказаться в пропасти, потеряв «свои корни» и не впитав никаких иных. Результатом подобной культурной инвазии может оказаться потеря исторически, национально и генетически обусловленных ориентаций [6, с. 73−74] и в конечном итоге способствует падению культурного уровня значительной части молодежи [7].
В условиях многообразия культуры многие молодые индивиды теряются, не могут найти верные пути и направления своего духовного развития. Отсутствие развитых оценок и суждений не позволяет в процессе потребления отделить истинные ценности «от мнимых», «аморальных» [8] и молодежь в результате все больше отдаляется от «высокой» культуры, что подтверждается данными исследований Института Социологии РАН, проведенных в период с 2005 по 2007 г. Так, среди всех форм досуга молодежи на сегодняшний день преобладает «развлечение». Практически потеряли популярность такие занятия, как конструирование, обучение в каких-либо кружках и клубах, походы и т. д. У большинства молодых людей все эстетические интересы — это просмотр остросюжетных и эротических кинофильмов и видео, компьютерные игры и блуждание по сети Интернет и, конечно, «ничегонеделание» как основной вид досуга [9].
Система жизненных ценностей современных молодых людей деформирована с самого раннего возраста. Им хочется самоутвердиться, что-то совершить, найти у окружающих признание, приобрести друзей, но это плохо получается. Стремления к творчеству или желания что-то создать нет. Им хочется «красивой жизни», богатой, обеспеченной и независимой, но прилагать к этому долгие усилия неинтересно, да и нелегко [10].
Говоря о причинах этого, исследователи помимо всего прочего отмечают ограничение деятельности или прекращение существования ряда учреждений культуры, неразвитость инфраструктуры, а также ухудшение материальных возможностей большинства молодых людей, снижение качества образования.
А. С. Кончаловский пишет: «сегодня из школьной программы убрана астрономия. & lt-… >- Резко сокращены часы на преподавание литературы. & lt-… >- Упразднен сам предмет «русская литература» — теперь преподается предмет «русский язык и литература». Учащиеся фактически лишены возможности осмыслить культуру прошлого как почву для саморазвития. Ученик более не рассматривается как самостоятельно мыслящая личность, теперь он должен лишь воспроизводить некоторую часть полученной информации. Естественно предположить, что цель такого образования — создание потребителя, «управляемой массы».
Постоянное навязывание потребительской психологии и бездуховности привело к кризису нравственных идеалов и смыслообразующих целей, что в итоге способствовало широкому распространению отклоняющегося от норм поведения — жестокости, насилия, преступности и наркотизации.
М. К. Горшков отмечает, что: «треть молодежи в ходе проведенных Институтом социологии РАН опросов признавались в том, что ради достижения своих целей готовы переступить через моральные и правовые нормы» [11].
По данным ИС РАН: «Каждый пятый подросток входит в ту или иную неформальную группу. Среди них 95% сказали, что с приятелями они в основном «гуляют по улице, в парке, во дворе», 63% - играют в компьютер, 52% - в футбол или другие спортивные игры, 43% ходят на дискотеку, в клуб или в бар, 42% - пьют пиво и другие слабоалкогольные напитки, 38% -курят. Каждый третий член неформальной группы — 32% - сказал, что вместе с друзьями он «прикалывается, пугает людей и досаждает им», 27% - «крушат и ломают все вокруг ради удовольствия» (в одиночку подобными вещами занимаются лишь 6% опрошенных) [12].
По мнению А. Маслоу, «склонность к агрессивности не является врожденной & lt-… >- при наличии здорового, оказывающего поддержку окружения агрессивное поведение практически не проявляется. & lt-… >- По отношению к проявлениям агрессивности следует принимать во внимание три фактора: структуру характера индивида, культурное давление и непосредственную ситуацию» [13, с. 15]. Очень часто люди (и подростки в том числе) жестоки не «сами по себе», а потому, что «так положено» [14] в их неформальной среде.
Социологи отмечают, что «молодыми людьми в возрасте 14−29 лет совершается 57% всех преступлений в России. Особую тревогу вызывает преступность несовершеннолетних, которая в стране в последнем десятилетии выросла в 7 раз быстрее, чем общее число лиц в подростковом возрасте.
С 2006 по 2010 г. доля «законопослушных» подростков снизилась почти вдвое: с 32 до 15% от общего числа опрошенных. И наоборот: несовершеннолетние, которые периодически нарушают «нормы общежития» — дерутся, пьют, курят, воруют, хулиганят — это уже не 58%, как раньше, а целых 69%. И если 8 лет назад к числу «трудных» можно было причислить лишь каждого десятого подростка в России, то сейчас это уже каждый шестой (16%).
Среди школьников 10−11-х классов почти половина (48%) имеет опыт участия в драках (то же самое указали в своих ответах 21% 7−9-классников, — то есть каждый пятый подросток). Что такое вандализм, могут сказать с полным знанием дела и на личном опыте 43% старшеклассников и каждый десятый человек с «неоконченным средним». Каждый пятый старшеклассник (20%) и вдвое меньше их младших товарищей совершали мелкие кражи из магазинов. Очень тревожная цифра: 14% старших школьников и 2% 7−9-классников поставили галочку в строке «избиение с группой человека». По 2−5% признались социологам, что совершали кражу кошелька или сумочки, угоняли чужой велосипед или скутер, что-то похитили из чужого автомобиля.
Особенно тревожит то, что в последнее время несовершеннолетние успешно «осваивают» вполне взрослый криминал: торговлю оружием и наркотиками, рэкет, сутенерство, разбойные нападения. Они не останавливаются перед тем, чтобы пытать своих жертв, калечить и убивать их. Юные бандиты проявляют сейчас гораздо большую изобретательность и жесткость, чем в прежние времена. Причем их отличительная черта — то, что они обычно собираются в «стаи», и примерно в 2,5 раза чаще, чем взрослые, совершают именно групповые преступления.
Контркультура преступного мира — самая старая. У нее есть свои законы, свой язык, свои опознавательные знаки (одежда, татуировки и прочее). Многие подростки к «блатной» романтике явно тяготеют [15].
Происходит это во многом под влиянием средств массовой информации, оказывающих на сознание человека, и в особенности молодого, серьезное воздействие.
Д. Дондурей, анализируя состояние современной социокультурной ситуации, пишет: «57 из каждых 100 героев российских сериалов связаны с криминальными отношениями. В поле массового сознания годами воспроизводится кодекс жизни «по понятиям» — & lt-… >- тюремный сленг, психология и стилистика зоны» [16]. Данная проблема между тем имеет глубокие корни и ранее свое отражение находила в основном в кинематографе и литературе.
Так, В. Шаламов в «Очерках преступного мира» отмечал: «художественная литература всегда изображала мир преступников сочувственно. & lt-… >- Художественная литература окружила мир воров романтическим ореолом & lt-… >- (В. Гюго «Отверженные», Ф. М. Достоевский «Записки из Мертвого дома», М. Горький «На дне» и т. п.).
В 20-е гг. литературу нашу охватила мода на налетчиков («Беня Крик» Бабеля, леонов-ский «Вор», «Остап Бендер» Ильфа и Петрова) — кажется, все писатели отдали легкомысленную дань внезапному спросу на уголовную романтику. Безудержная поэтизация уголовщины выдавала себя за «свежую струю» в литературе и соблазнила много опытных литературных перьев. Бравшиеся за эту серьезнейшую тему писатели разрешали ее легкомысленно, увлекаясь и обманываясь фосфорическим блеском «уголовщины», наряжая ее в романтическую маску и тем самым укрепляя у читателя вовсе ложное представление об этом коварном, отвратительном мире, не имеющим в себе ничего человеческого [17, с. 132, 135−136].
Директор И С РАН академик РАН М. К. Горшков отмечает: «Жизнь современного молодого человека представляет собой сплошные «не»: он не чувствует себя нужным, ему некуда податься и нечем себя занять- родителям, школе и государству не до него. В этой ситуации молодежь действительно либо «уходит в себя», либо сбивается в некие стаи, чтобы почувствовать себя «своими», значимыми.
Массу возможностей дают для этого интернет-сообщества. В итоге молодой человек все чаще теряет связь с социумом, существует в некой «параллельной реальности». По данным социологов более половины (57%) подростков указали, что принадлежат к различным сетевым сообществам по интересам» [18].
Таким образом, необходимо отметить изменения молодежного досуга, которые базируются на новой форме реальности, новом информационном поле, пространстве компьютерного общения и коммуникации [19].
Итак, интегративная характеристика социального положения молодежи позволяет выделить некоторые особенности социализации молодого поколения россиян [20]: усиление бездуховности- отчуждение от культуры- деформация принципа преемственности поколений- ослабление установок на подлинные духовные ценности- преобладание личных приоритетов- ориентация на потребление, развлечение, получение удовольствия.
В контексте изучения процесса социализации молодежи особое внимание стоит уделить рассмотрению культурного пространства, в рамках которого происходит становление и развитие молодого поколения.
Под культурным пространством подразумевается вся совокупность культурных условий конкретной местности [21]. Оно включает ареал распространения национально-этнических языков, традиционные формы бытового и хозяйственного уклада. В нем сохраняются рецепты народной кухни, приемы воспитания детей, архитектурные и художественные памятники, региональные центры народного и профессионального искусства, религиозные конфессии, природные заповедники и исторические ландшафты, города-музеи и университетские комплексы науки и образования, места памятных исторических событий [22]. Однако оно подразумевает не только сосуществование разнообразных культурных ценностей и институтов в рамках конкретных пространственных границ, не только их восприятие, но в первую очередь взаимодействие с ними человеческой личности, индивидуума.
Современные исследователи выделяют в качестве одной из главных функций культурного пространства коммуникативную, подчеркивая диалогичность культур прошлого, настоящего и будущего. Именно в культурном пространстве возможно сосуществование прошедших и современных пластов культуры, которые по мере развития социума расширяются и вбирают в себя опыт предшествующих поколений. Таким образом, диалогичность, преемственность, эстафет-ность являются важнейшими признаками культурного пространства [23].
А. Мурзин пишет: «каждый человек живет в определенном культурном пространстве, а точнее, пространствах. Это связано с тем, что разные системы ценностей (их ансамбли) создают разные культурные пространства, которые взаимодействуют друг с другом, будучи частями более или менее целостного культурного пространства региона, страны, города, места» [24].
При контакте двух разнородных культурных пространств возможны следующие варианты перемен:
1. Утрата народом своей культуры под влиянием другой, располагающей либо большим авторитетом, либо более значительными средствами воздействия, либо особой привлекательностью, которая соответствует уже сложившимся ожиданиям и установкам.
2. Под натиском новой культуры в культурном пространстве активизируются силы противодействия и защиты традиционной основы этнической самобытности, появляются призывы к борьбе с иноземным влиянием и утверждаются идеи «почвенничества».
3. Под влиянием культуры-донора в культурном пространстве возникают новые ориентации. Они меняют некоторые ценности, но сохраняют общий самобытный облик данной культуры.
4. Культурные контакты могут порождать возникновение совершенно новых культурных форм, которых еще не было [25, с. 445−446].
Таким образом, вторжение иных культур всегда сопровождается целым комплексом перемен, то более кратковременных, то более длительных. Иногда со временем многие заимствования начинают восприниматься как собственные достижения. Между тем, как отмечает Н. Г. Козин, «само заимствование не должно сопровождаться разрушением культурных основ. У каждой культуры есть чему учиться, но это не значит, что в этой связи следует превращаться в другую культуру» [26, с. 128].
Всякое общество заинтересовано в сохранении своей собственной культуры, системы ценностей, в их передаче от поколения к поколению. Это залог его стабильности и устойчивости, духовного единства поколений [27], постичь который современная молодежь может только через приобщение к истокам национальной культуры, понимание опасности потери культурной идентичности, критическое отношение к культурной глобализации [28]. Поэтому проблемы вхождения молодежи в культуру должны иметь общегосударственное значение. Недостаточное внимание к подрастающему поколению сегодня способствует превращению его в сильнейший фактор общественной деградации и нравственного разложения. Преодоление сложившихся кризисных явлений в молодежной среде видится во многом в формировании и реализации грамотной молодежной политики, направленной на воспитание у молодых людей чувств уважения и любви к отечеству, патриотизма и национальной гордости.
Ссылки:
1. Социология молодежи / под ред. Ю. Г. Волкова. Ростов н/Д., 2001.
2. Чупров В. И., Зубок Ю. А. Социализация молодежи в посткоммунистической России // Социально-политический журнал. № 6. С. 150−157.
3. Панфилова Е. В. Культурная социализация городской и сельской студенческой молодежи: пути и способы формирования // Актуальные вопросы современной педагогики (II): материалы междунар. заоч. науч. конф. (г. Уфа, июль 2012). Уфа, 2012. URL: http: //www. moluch. ru/conf/ped/archive/60/2534/ (дата обращения: 28. 02. 2013).
4. Добрынин А. П., Иваненков С. П., Кусжанова А. Ж. Интерактивный культурно-просветительский проект по социализации молодежи. URL: http: //credonew. ru/content/view/959/62/ (дата обращения: 01. 04. 2013).
5. Панфилова Е. В. Указ. соч.
6. Шевченко А. Социокультурные аспекты современного развития России молодежи. М., 2010.
7. Панфилова Е. В. Указ. соч.
8. Там же.
9. Добрынина Е. Поколение «А» // Российская газета. 2012. № 5797 (124). URL:
http: //www. rg. ru/2012/06/01/pokolenie. html (дата обращения: 01. 07. 2012).
10. Там же.
11. Добрынина Е. Михаил Горшков: Народ десятилетней выдержки // Российская газета. 2010. № 5128 (49). URL: http: //www. rg. ru/2010/03/10/intervyu-poln. html (дата обращения: 12. 07. 2010).
12. Добрынина Е. Указ. соч.
13. Маслоу А. Мотивация и личность. СПб., 2003.
14. Добрынина Е. Указ. соч.
15. Там же.
16. Дондурей Д. Человека забыли! // Российская газета. 2010. № 5328 (249). URL:
http: //www. rg. ru/2010/11/03/manifest. html (дата обращения: 03. 12. 2010).
17. Шаламов В. Т. Шоковая терапия. Хабаровск, 1990.
18. См.: Добрынина Е. Указ. соч.
19. Дюркгейм Э. Социология. Ее предмет, метод, предназначение. М., 2008.
20. Социализация молодежи. URL: http: //sociologs. ru/sotsiologiya_molodezhi_i_semi/122_sotsializatsiya_molodezhi. html (дата обращения: 01. 04. 2013).
21. Устьянцев В. Б. Культурно-историческое пространство крупного города: исходные структуры. URL:
http: //www. comk. ru/HTML/ustyancev_doc. htm (дата обращения: 01. 04. 2013).
22. Мурзин А. Российское культурное пространство в региональном измерении: поиск новой интегративной модели. URL: http: //sr. fondedin. ru/new/fullnews_arch_to. php? subaction=showfull&-id=1 232 712 514&-archive=1 232 714 081 & amp-start_from=&-ucat =14& amp- (дата обращения: 01. 04. 2013).
23. Устьянцев В. Б. Культурно-историческое пространство крупного города: исходные структуры. URL:
http: //www. comk. ru/HTML/ustyancev_doc. htm (дата обращения: 01. 04. 2013).
24. Мурзин А. Указ. соч.
25. Теория культуры / под ред. С. Н. Иконниковой, В. П. Большакова. СПб., 2008.
26. Козин Н. Г. Бегство от России: к логике исторических потрясений России в XX веке. Саратов, 1996.
27. Социализация молодежи. URL: http: //sociologs. ru/sotsiologiya_molodezhi_i_semi/122_sotsializatsiya_molodezhi. html (дата обращения: 01. 04. 2013).
28. Панфилова Е. В. Указ. соч.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой