Литургическая поэзия в контексте гомилетики

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

наруживаются в сильных текстовых позициях. В качестве примера можно привести альбом «Дар-за». Здесь маркированное слово «дарза» на зву-космысловом уровне проявляется практически во всех текстах, входящих в данный альбом, в виде повторяющихся сегментов «дар» и «за». Сегмент дар встречается 12 раз, за — 18 раз.
Даром закалить румяны,
Щебет заплести в моряны,
Исцелить рассерженных дождем.
Бусы расподарить в нитки.
Таким образом, в поэзии Д. Ревякина анаграмматической зашифровке подвергаются важнейшие смысловые комплексы, а само обращение к приему анаграммы связано с символистскими принципами построения его поэзии. Возможно, что развертывание анаграммы в диахроническом плане указывает на сам процесс создания песни: такие синкретичные интуитивные глоссолалии всегда «просвечивают» в самом тексте, как бы указывая на историю его создания, заключенную в нем самом. Как правило, они реализуются в ключевом сочетании песни, звуковой комплекс из которого как бы пронизывает весь текст, являясь его семантическим каркасом и структурой.
Примечания
1. См. подробнее: Леви-Строс К. Структурная антропология. М.: Главная редакция восточной литературы, 1985. С. 183−208.
2. Ср. мнение Т. М. Николаевой: «Чем текст n-мернее, тем его собственная синтаксическая опора менее значительна» (Николаева Т. М. От звука к тексту. М.: Языки русской культуры, 2000. С. 436−437).
3. Подробнее об анаграмме в проекции на особенности древней индоевропейской поэзии см.: Иванов В. В. Очерки по предыстории и истории семиотики // Избранные работы по истории и семиотике культуры. Т. 1. М.: Языки русской культуры, 1999. С. 617−628.
4. Иванов В. К проблеме звукообраза у Пушкина // Собр. соч. в 4 т. Т. 4. Брюссель: Foyer Oriental Chretien, 1987. С. 343.
5. Калинов мост: сб. статей и текстов песен. М.: Антао, 2001. С. 35.
6. Там же. С. 206.
7. Там же. С. 56.
УДК 82−1
О. В. Чевела
ЛИТУРГИЧЕСКАЯ ПОЭЗИЯ В КОНТЕКСТЕ ГОМИЛЕТИКИ
В статье ставится проблема влияния патристики и гомилетики на литургическую поэзию. На материале византийской гимнографии рассматриваются способы передачи «чужого слова». Обосновывается значимость «первичного» текста для интерпретации оригинала и анализа разночтений в славянских переводах.
In the article is raised a problem of the influence of patristics and gomiletics on liturgical poetry. On the material of Byzantine hymnography are considered the ways of the transmission of & quot-somebody else'-s word& quot-. It is motivated a value of the & quot-primary"- text for the interpretation of the original and for the analysis of the alternative versions in Slavonic translations.
Ключевые слова: герменевтика, гимнография, перевод, греческий язык, древнеславянский язык.
Keywords: hermenevtics, hymnographics, translation, greec, ancient Slavonic languages.
Византийская гимнография, развивавшаяся под влиянием святоотеческой письменности, содержит немало извлечений из творений вселенских учителей. Используя данные источники в качестве структурных элементов для своих произведений, гимнографы опирались на современную им христианскую доктрину и древнее учение Церкви. Как отмечает протоиерей Н. И. Фло-ринский, особенно сильное влияние на гимно-графию оказали творения Григория Назианзи-на, Григория Нисского и Иоанна Златоуста, самая проповедь которых «была высокою песнью веры и благочестия по дару Св. Духа» [1].
На зависимость гимнографии от гомилетики, в особенности же творений Григория Богослова и Иоанна Златоуста, указывали G. Grosdidier de Matons (1974), Ф. Детаракис (1978), В. Василик (2006). Это влияние проявлялось не только в «заимствовании» тех или иных выражений и текстовых фрагментов, но и в особенностях авторской экзегезы. Как отмечает В. Василик, «наиболее догматичными авторами канонов (в смысле четкости формулировок — как триадологических, так и христологичес-ких и мариологических), являются Свв. А. Критский, К. Маиумский и И. Дамаскин» [2].
Особо тесная связь существовала между гимнами, приуроченными к тому или иному празд-
ЧЕВЕЛА Ольга Всеволодовна — кандидат филологических наук, соискатель ученой степени доктора филологических наук, доцент по кафедре русского языка как иностранного Казанского высшего артиллерийского командного училища © Чевела О. В., 2009
О. В. Чевела. Литургическая поэзия 6 контексте гомилетики
нику, и гомилиями на этот же день. Цель данной работы — рассмотреть способы передачи «чужого слова» в гимнах Цветной Триоди и показать значимость гомилетики для интерпретации переводов гимнографии. В качестве источников привлекались славянские рукописи Х1-ХУ вв. [3]
Выделяются два основных способа передачи «чужого» слова — прямое заимствование (в форме цитат) и непрямое (в виде реминисценций и перифразов). В древних славянских рукописях сохранились песнопения, включающие не только цитаты, но целые блоки из творений Святых Отцов.
Известно влияние «Слова на Пасху» Григория Богослова на Пасхальный канон Иоанна Дамаскина. В Цветной Триоди XI в. Типографского собрания нами обнаружены стихиры, включающие фрагменты из двух его произведений -«Слова на Пасху и о своем замедлении» и «Слова на Святую Пасху», где христианское содержание облечено в изысканные формы античной риторики. Русский перевод дан в редакции Московской духовной академии [4].
Ёа стое^ Ёеликоую не1& quot- плс[а1 С[ра1 глЛ д слмО
ДУ спсние • мироу клико Бидимаш и клико нек. идимаш • [с ир мерт& amp-к. а1[а к. аскреснет&- • [с к. а сеь@ прид@те • [са 8 грол сободиса • и сам& amp-рт&- рлрдроушлетлсА • и к. ета[аш лдлма иродитсА • и нок. аш сак. &-ршлетАСА • 1ко о [е нок. л1 тк. лр&- • обно& amp-иса • ПЛС[Л ГН1 ПЛС[Л и плкй1 рекоу ПЛС[Л • хастл ТроиЦА • се НАМ] ПрАрДАМнКОМА ПрАрДАНнКЯ • се тяржястко кста тяржясткомя • КЯ то КО [С кяскресе нр мтрткя/[я • проск@ц!АЛ кя там@ н кя С@НИ • н СПАСАЛ спя/ ремнА/[я • ККО КЛГЯ/ н члкколкецл-
стштг|р1а тш кбстцф, бстод те братбд, кот абратбд, Хрштбд Ек уекрйу, стuvEyEIрEст8E• Хрштбд ?1 н Еаитбп, ЕрапЕрхЕстВе: Хрштбд Ек тафшп, ЕАеиВерйВ^тЕ тйу 8? а|аму т^С атарт1ад. ПиЛа1 а8ои ауо1уоута1, ка1 Вапатбд катаЛиета1, ка1 б раЛашд Л8ац арбт1ВЕта1, ка1 б пЕбд стицрЛирбита1 Е1 тк- Еп Хрштй кащ^ кт1ст1д, апакат^ЕстВе… Пастха Кир1би, Пастха, ка1 раЛщ Ерш Пастха, т^Н Тртббд. «Ныне спасение миру, видимому и невидимому! Христос бозстал из мертвых: возстань-те и вы с ним- Христос восходит к Себе: восходите и вы- Христос воскрес из гроба: освобождайтесь и вы от уз греха. Врата ада отверзаются, смерть ниспровергается, отлагается ветхий Адам и совершенствуется новый. Аще кто во Христе, нова тварь (2 Кор. 5,17), обновляйтесь» («Слово на Пасху»).
ЁаскресениА днл плода саторима сеь@ • хстное рлдлние и ск. оистк. Аное • шдлдима оьрлроу е-е по оьрлроу • порнлима нлше недостоинАсто • похастима дрекле оьрлрнок • рлроум@има тлинасткл силоу • и рл ка1[а [са оумлре • днаса • оумАрукепя/А кяркеде • да ако клгя/ н члкк [Тип. 54 об.] - ЛпасттастешдЦЕра … Каррбфбр^стшцепцад аитбид, тб
т1Ц1штатбу (c)ей кт^ца rai сцкЕОтатоу? ро8йцеу т| eikovi тб кат eirava, yvwpicjwmEv r|Wv тб a^iw^a, т^гой^ тб арсЕтироп, yvW|Ev тои тисттпр1биv Suva^iv, kai UpEp т^од Xpiсттбc apE6ave. «Принесем самих себя — стяжание самое драгоценное пред Богом и Ему наиболее свойственное, воздадим Образу сотворенное по образу, познаем наше достоинство, почтим Первообраз, уразумеем силу таинства и за то, за кого Христос умер» («Слово на Пасху и о своем замедлении»).
Несколько слов о трансформации исходного текста. В первой стихире речь Ангела объединяется с заключительными строками Слова, которые св. Григорий Богослов произносит от своего имени. Языковая компрессия связана с законами гимнической поэзии [5] и троичным принципом построения:
XpiCTToc Ек vEKpWv, CTuveyEipEsqe, XpiCTToc eic Eauтбv, EpavEpxEc#e XpiCTToc Ек тaфwv, EAEu6Epw6r| te (kai) б 6avaтoн raтaAUEтда, Kai б naAaic& gt-H ASa| ^по^бегт, Kai б veohCTumnAupoutot.
Отметим, что в каноне на Пасху прямые цитаты единичны, те же исходные формулы представлены в виде реминисценций — avaсттaстEwc rmEpa, Aa|ppuv6W|Ev Aaoi (п. 1, ирм.), ?орта^етш SE кбстцо& quot-, бpaтбc тЕ acnac кai aбpaтбc (п. 1, тр. 2). Общим для стихиры и Пасхального канона является и figura etymologica прлрдлникотл прлрдлника • ce таржастко кстл таржастьота — eбpтйv Eбpтr, кai pavryupeic Eсттi pavryupewv [6] (п. 8, ирм.), позволяющая реконструировать оригинал.
Во второй стихире начало «Слова на Пасху и о своем замедлении» объединяется с центральной частью. В роли каданса выступает традиционная формула 1ко ьлга и хлбколбёцл.
В переводе находят отражение характерные особенности доафонских редакций Триоди. Описательно переводятся греческие composita: плода саткорита — кappбфбprстwmEV, дреьле оьрлрнок -apxEтupбv. Термин apxEтupбc «архетип, Первообраз», по всей видимости, был неясен переводчику. Формы суперлатива переданы прилагательными в положительной степени. Как инновацию можно отметить использование pronomina demonstrativa в функции артикля: шдлдита оьрлроу еже по оьрлроу — apoSW|Ev т| Eiкбvi тб гат '- Eiкбva. Неудовлетворительно переведены формы императива, наряду с единоначатиями выполняющего текстообразующую функцию.
В оригинале как риторический прием использована фигура умолчания (apoCTiwprCTic), встречающаяся при особенно оживленном изложении и предоставляющая слушателю или читателю восполнить эллипсис подразумеваемого члена словесной последовательности. Авторы русского перевода свободно подошли к переводимому
тексту, «восстановив» предикат: Хршто& quot- ек уекрйу — Христос возстал из мертвых- Хршто& quot- е!& quot- Еаитоу — Христос восходит к Себе, Хршто& quot- ек тафшу — Христос воскрес из гроба. Первые переводчики, скованные рамками пословного принципа, оказались перед дилеммой: перевести текст буквально или восполнить пробел, «пожертвовав» императивом — к. аскреснетл, сбободиса, обиобиса (вместо совосстаньте, свободитеся, обновитеся). В результате утрачивается риторическое сопоставление двух планов. В то же время, строгое соблюдение пословного принципа позволяет сохранить ритмический рисунок оригинала. Синтаксис упрощается и в составе апостольской цитаты, где также представлена эллиптическая конструкция.
Контекстуально переводится глагол атстбгщ! «слагать с себя, оставлять» (термин, частотно используемый по отношению к «ветхому человеку»). Имеют место паронимические и антонимические замены: хстное рлдлние — т! р!Йтатоу (c)ей кт^ра «честнейшее Божие приобретение» (переводчик перепутал кт^ра «приобретение» и кт (стра «созданное, творение, тварь»), по^или^й нлше недостоинлсто (вм. достоинство — аЕДшра). В современных печатных изданиях стихиры отсутствуют, и славянский перевод может служить материалом для реконструкции греческого оригинала.
Гораздо чаще исходный текст представлен в гимнах в виде аллюзий. Существующие параллели иногда настолько затемнены в переводе, что обнаруживаются только при обращении к оригиналу. В каноне на Антипасху Иоанна Дамас-кина аллюзируется «Слово Григория Назианзи-на на Новое Воскресенье» — Обновление Воскресения Христова (Еука!ут т^& quot- Хрштои АуасттастЕО& quot-):
г| раст! А!& quot- тйу йрйу т^ Аарпрофорш г|рЕра,рЕршу те РааШб! фауотата, ЗорифороиоатЕрпЕ! -црл хлсолй • сб@тоноснй1лй же диета • диета же |Црк.и ск. @та • ДАр]/ прнносл оукрлшлктл • [Вол. 93] // црл кремень, ск. @тоноснлш денл, днета же црлск& amp-1 мкласл • ДАры носа, крлсит люди цркк. нлл [КТ 282].
В целом перевод весьма неудовлетворителен, что обусловлено рядом факторов, затрудняющих понимание оригинала: многозначностью ключевых слов, несовпадением падежного управления, дистанцированием артикля. Вариант доафонских рукописей црл хлсотл неверно передает греческое ^ Раст! А1& quot- тйу йрйу (царица временам), где йра — «час, время (года)». Выражение является перифразом ключевого слова первого тропаря-Еар «весна». Неадекватно передан значимый для образной системы канона глагол бориферш «составляю свиту, сопровождаю». Термин, образованный на основе глагольного словосочетания с прямым объектом (бори «жезл, копье» + фЕрш «ношу»), по происхождению связан с византий-
ской и римской государственностью, употребляется применительно к почетной страже, сопровождающей верховных правителей при их торжественных появлениях. Термин передан описательно, при этом первая часть — Sopu — интерпретирована как Swpov «дар». Существование глагола SwpofopEw «приношу дары» допускает предположение о паронимии в греческих рукописях. Как отмечает Н. Ф. Фокков, аналогичные разночтения существовали в «Херувимской песне» [7]. Конечным итогом переводческой деятельности явилась неясная полукалька дориносити.
Обращение к исходному тексту Слова позволяет не только установить первоначальное чтение, но и «прояснить» темные места славянского перевода:
h fiaaiAiaaa Twv wpwv Trj fbaailiSi tw rfmepwv poppeUaei, Kai Sopofopei pap '- EauTh? pa& quot- oti KaAAiOTOv Kai TeprnrvoTaTov «Царица времен года сопровождает царя дней и раздает щедрой рукой все самое прекрасное и радостное, что у нее есть» (перевод С. С. Аверинцева).
Текст Слова претерпевает в каноне ряд трансформаций, не затрагивающих корневых морфем, несущих «смысл»: синонимические замены h |aaiAiaaa — h baaiAi?, изменение порядка слов Th |3aaiAiSi тй hpEpwv — hpEpwv te |3aaiAiSi, смена категориальной принадлежности SwpofopeT. TEpppvoTaTov — SopufopoUaa TEppei. Текст расширен за счет лексического повтора и эпитетов-определений. Отметим, что в исходном фрагменте стоит Swpofopei «приносит дары, дарит», что подтверждает наше предположение о наличии вариантов в греческих списках канона. Таким образом, древний славянский перевод может быть свидетелем несохранившейся греческой рукописной традиции. Разночтения Sopufopouaa / Swpofopuaa проясняются на основе варьирования в «общих местах» гомилии, объединенных темой Царствия, где говорится о сопровождающей Царя почетной страже:
wapep PaaiAeT, ppoUpaT^va Ta baaiAeia, Kai outw& quot- eiaaxQhvai tov baaiAea naaiv h'-Sh Sopufopou|j?vov — «ибо для него, как для Царя, подлежало приготовить царскую обитель, и потом уже ввести в нее Царя в сопровождении всех тварей (букв. сопровождаемого всеми)».
Образно-символическая система канона также непосредствено связана с текстом Слова, и в первую очередь ключевые символы «зима» и «весна».
дуа кеснл дшм& amp- iro [й ир грол • iro слнце dscbids триднек. но • мрлчнук цнму (Шгонд) гр@[л нлшего [Вол. 96 об.] // днег проскереше дшлмя 1го [й 8 грол • 1го же слнце & amp-&-сУл триднек. но • мрлчнук ке'-рк шгнлла гр@[л нлшего [KT 282] - SupEpwv eap tpuxWv tov Zofepov xeimwv ap^Aaae Th? amapTiag hpwv.
Символическое значение ключевого слова эксплицируется при помощи распространителя в
О. В. Чебела. Литургическая поэзия 6 контексте гомилетики
родительном падеже. В тексте Слова метафора Eap twv yuxwv представлена в составе риторической амплификации:
Sumepwv sap yucWv, eap KoamiKov, eap pveumaTiKOv, eap yuxaT& quot-, eap awmaaiv «днесь весна душам, весна всемирная, весна духовная, весна душевная, весна телам». Метафора встречается и в других литургических текстах, например в составе службы Трем Святителям: eap xeAiSwv oU Ka8iaTr|ai mia, ai Tpel& quot- ariSdvec- SE twv yucwv sap…".
Символическое значение существительного xeimwv «зима» разъясняется Григорием Богословом в составе экзегетического приема типологии:
EyevETO SE '- EyKaivia ev '- IepoaoAUmoic-, Kai x? Wwv |v, o t|& quot- amoriag, Kai'- Iraou- pap|, Qeo- Kai vao- «Настал же (праздник) Обновления в Иерусалиме, и была зима, то есть (зима) неверия, и Иисус пришел, Бог и Храм, Бог Вечный, храм Новый». Применяя по отношению к «осьмому» (воскресному) дню название Обновление — EyKaivia, EyKaiviamo& quot-, Григорий Богослов соотносит его с ветхозаветным праздником Обновления (EyKaivia) Иерусалимского храма. Перед нами тот типичный случай, когда патристика выступает в роли посредника между библейским текстом и гимнографией. Аллюзируется текст Евангелия от Иоанна [Ин. 10: 22]. Как сказано в комментарии Феофилакта Болгарского, «была зима, и в первый весенний месяц Господь пострадал». На реальную основу евангельского повествования накладывается символика, уясняемая из слов самого Христа, где под храмом он разумеет Свое Тело [Ин. 2: 19−20], на основании чего в Священной герменевтике Иерусалимский храм рассматривается как прообраз тела Господнего [8]. Синкретизм термина EyKaivia, EyKaiviamo& quot- - Пасха и Неделя Фомина, первый и последний день, сохраняет следы столь же синкретичного представления древней Церкви. На связь между Фоминой неделей и праздником Обновления указывает и В. М. Лурье, основываясь на материалах древнего Иерусалимского лекционария [9]. В связи с этим нельзя не признать, что новое соответствие Б^рд, хотя и передающее «внутреннюю форму» греческого xeimwv «зима как дождливое и бурное время- пер. буря», затемняет образно-символическую структуру текста и евангельский затекст. Заметим, что при исправлении перевода Пентикостариона профессор П. П. Ми-роносицкий, внося правку зиму вместо ь^рю, комментирует ее евангельской параллелью [10]. Как видим, такое переводческое решение уже существовало. Новые переводчики нарушили принцип учета исторических и культурных условий: если для древнего грека, как для жителя теплой страны, зима и буря с дождем являются смысловыми эквивалентами, то в других языках представле-
ние о зиме основано на иных ассоциациях. Не мотивировано оригиналом и соответствие проскереш'-е, «развертывающее» центральный символ — Солнце-Христос.
Как и образная система канона, экзегеза Иоанна Дамаскина опосредована текстом Слова, где раскрывается богословие «осьмого дня», «Ось-мерицы — oySorf» — Дня Господнего, первого и последнего, «образа будущего века»:
og лрштц unapxei, rmepwv Kai Kupia, | lampofopo& quot- auT|, ev | ayaiAeaBai a^iov, tov Kaivov Kai BeTov Aaov, ev Tpomw fEpei yap, Kai aiwvog tov Tunov, Wg oySoag Telouoa тои mellovTog. Сложность выражаемого содержания, синтаксические особенности (дистанцирование определения) сказались на славянских переводах: iko nepdsi кстл диема же Pa • ск. @тоноснаш cm • k. ona же рлдок. лтисА достойно • NOdaivm же и b^TdtNaiwA людема • са трепетомл ьо носитл к@кл окрлря • оеморнцл же ткорлрн кудурлго [Вол. 95] // са трепетомл ьш прин0сит EtVHAf/f OEpfpZ. OCVAfH еякряшлл КОуД^ОЛГО
[KT 285].
В данном случае также аллюзируется текст Слова:
dySorj msvv, w- apo tou naaxa, npwTh Se, w- apxl twv aAAwv. kai oySor paAiv, oti eig eikovaTaTTETai t|& quot- apeBavTou ekeivi- rmEpai& quot-, тщ? v tw mellovTi aiwvi, | Ti- Kai ppwT| Kai mia EaTai pavTo-, m| vuktI SiaKopTomEvr. Данный фрагмент полностью вошел в текст Синаксария на Антипасху [11]. В символике воскресного дня, являющегося образом грядущего седьмого века и Дня Восьмого вечного Царствия после скончания мира, находит отражение «пасхальная эсхатология, или эсхатологическая пасхалия» (В. М. Лурье), характерная для ранней церкви, где «основное священнодействие каждого христианского празднования — литургия, на которой Воскресение всегда поминается с Па-кипришествием» [12].
«Отец библейской герменевтики» процедуру герменевтического анализа применительно к рукописному материалу формулирует следующим образом: «Весьма полезно сносить между собою как можно более переводчиков, углубляясь в их разности- только при сем должно употреблять все старание, как бы не обмануться неверностью списков» [13]. Что касается гимнографии, то здесь принцип «параллельных» мест осуществляется путем поиска первоисточника, способного пролить свет на «темные места» оригинала и перевода. В отношении же «неверности списков» воздержимся от строгой критики, вспоминая слова блаженного Августина: если переводчик не постигнет мысли писателя, «то может из рассматриваемых слов извлечь и другую мысль, лишь бы только сия мысль не противоречила правой вере и подтверждалась ясными свидетельствами Св. Писания».
Примечания
1. Флоринский Н. И. История богослужебных песнопений Православной кафолической восточной церкви [В драгоценных творениях Отцев сего времени, и по преимуществу в их словах на праздники Господни, весьма многие места по своему тону и изложению суть как бы песни, и скоро эти места были введены в церковные песнопения. С. 86]. Киев: Тип. Киево-Печерс-кой лавры, 1881. 203, V с.
2. Василик В. В. Происхождение канона (богословие, история, поэтика) [Говоря о влиянии гомилий св. Григория Богослова на каноны св. Космы Маи-умского, автор подчеркивает: «Каноны необходимо анализировать в контексте патристики, в частности -в связи с гомилетикой». С. 30]. СПб.: Изд-во Санкт-Петерб. ун-та, 2006. 362 с.
3. Мы придерживаемся классификации М. А. Моми-ной. См. Момина М. А. Вопросы классификации славянской Триоди // ТОДРЛ. Л.: Наука, 1983. Т. 38. С. 2538- Проблема правки славянских богослужебных гимног-рафических книг на Руси в XI в. // ТОДРЛ. Л.: Наука, 1992. Т. 45. С. 200−219. Привлекаемые русские списки представлены рукописями Гимовской редакции (Вол. 241, Тип. 138) из фондов ОРК РГБ и РГАДА и списком афонской редакции (КТ) из фондов ОРК НБЛ КГУ. Удачным представляет термин «староизводные списки», используемый М. Йовчевой по отношению к доафонским рукописям. См. Иовчева М. Традиции и новое в богословской терминологии афонских редакторов XIV в. // Церковнославянский язык: история, исследование, преподавание: м-лы междунар. конф. (28−30 сентября 2004 г. М.: Изд-во ПСГУ, 2005.
4. К русскому переводу текста «Слова на Пасху и о своем замедлении» дан следующий комментарий: «Слово сие говорено по сему случаю. Когда св. Григорий против воли был поставлен в пресвитера, с назначением вспомоществования в управлении Назиан-зскою паствою епископу, престарелому отцу его- тогда св. Григорий, по чувству смирения и потому, что в новом назначении видел препятствие своему стремлению к жизни созерцательной, удалился было в Понт: однако, не много спустя, в самый день Пасхи, он воз-
вратился в Назианз и произнес настоящее слово». Текст, отсутствующий в исходном тексте Слова, выделен курсивом (Прим. авт.).
5. Самым распространенным приемом был синтаксический параллелизм (симметричное построение колонов, или синтагм), обычно сочетающийся с едино-начатиями (гомеоарктеона) и единоокончаниями (го-меотелевта). Под воздействием оригиналов морфологическая рифма начинает широко использоваться в славянских переводах, а затем и оригинальных произведениях.
6. Родительный падеж однозначного и однокорен-ного имени составляет как бы превосходную степень в понятии — имени существительном = самый великий праздник, т. е. Пасха.
7. Фокков Н. Ф. К чтению церковно-греческого текста [В некоторых старых изданиях Литургии читалось ЗырофороицЕуо& quot- (вм. Зорифороицеуо& quot-). С. 183]. Киев: Тип. ун-та, 1886. 260 с.
8. Августин, епископ Иппонский. Христианская наука или Основания Священной Герменевтики и Церковного Красноречия [С. 107]. СПб.: В1ВЛЮПОЛИ, 2006. 508 с.
9. Лурье В. М. Три типа раннехристианского календаря и одно разночтение в тексте ер15Ш1а аро51о& gt-1огит [Григор Аршаруни (VII в.) называет Неделю Фомину праздником Обновления храма Тела Христова. С. 267] // Традиции и наследие христианского Востока: м-лы междунар. конф. М., 1996. С. 256−320.
10. Кравецкий А. Г., Плетнева А. А. История церковнославянского языка в России (конец XIX -начало XX в.) / отв. ред. А. М. Молдован [Автор приводит образцы исправлений П. П. Мироносицко-го в экземпляре Пентикостариона из архива СПбДА, отмечая, что П. П. Мироносицкий во многих случаях комментирует текст отсылкой к Св. Писанию. С. 97]. М.: Языки русской культуры, 2001. 400 с.
11. ОЕМЛА ОуБШ, 1КШ ОЕМАШ ДЕНА 8 ПЛЕ[И, ПЕрЬЛА ЖЕ, 1КШ НЛЧЛЛО Др? гИ[й. И ОЕМЛА ПЛКИ, ОуЧИНАЕТЕА О ШБрЛрХ БЕрКОНЕЧНЛГШ ОНЛГ7 ДНЕ, ИЖЕ ЬХ Б? д?фЕМХ Ь@Ц@ КАДЕТА ЬЕАКШ ПЕрЬАш И ЕДИН] НЕ рЛрС@КЛЕМХ НОф1Ю.
12. Лурье В. М. Указ. соч. С. 266.
13. Августин, епископ Иппонский. Указ. соч. С. 90.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой