Луи Дюпё как историк немецкой «Консервативной революции»

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Терехов Олег Эдуардович
ЛУИ ДЮПЁ КАК ИСТОРИК НЕМЕЦКОЙ & quot-КОНСЕРВАТИВНОЙ РЕВОЛЮЦИИ& quot-
В статье рассматривается феномен немецкой & quot-консервативной революции& quot- в период Веймарской республики в Германии в творчестве французского историка Луи Дюпё. Основное внимание автор уделяет вкладу Дюпё в исследование проблемы соотношения традиции и модерна в идеологии & quot-консервативной революции& quot-.
Адрес статьи: м№". агато1а. пе1/та1ег1а18/3/2011/3−¾СШт1
Источник
Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики
Тамбов: Грамота, 2011. № 3 (9): в 3-х ч. Ч. III. C. 160−163. ISSN 1997−292X.
Адрес журнала: www. gramota. net/editions/3. html
Содержание данного номера журнала: www. gramota. net/mate rials/3/2011/3−3/
© Издательство & quot-Грамота"-
Информацию о том, как опубликовать статью в журнале, можно получить на Интернет сайте издательства: www. aramota. net Вопросы, связанные с публикациями научных материалов, редакция просит направлять на адрес: уоргобу hist@aramota. net
иных несекретных сведений, при опросе лиц с их согласия, истребовании справок и прочих документов от органов государственной власти и местного самоуправления, общественных объединений и организаций [1, с. 11].
Потерпевший законодательно лишен ряда иных необходимых ему процессуальных прав для правомерного воздействия на ход уголовного судопроизводства, в котором он принимает участие. Потерпевший, подобно подозреваемому, обвиняемому или подсудимому, должен быть вправе иметь достаточное время и возможность для обращения в правоохранительные органы с ходатайством о допросе свидетелей преступления, производстве осмотров, истребовании документов, назначения экспертиз и других следственных действий для подготовки защиты своих законных интересов со стороны выбранного им или бесплатно назначенного адвоката-представителя, а также получить компенсацию ущерба через суд без неоправданной задержки. Такая правомерная возможность потерпевшего предусмотрена п. 3 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. и п. 3 статьи 6 Конвенции СНГ. Все это должно найти соответствующее отражение в действующем российском уголовно-правовом законодательстве в виде четких прав потерпевшего и обязанностей органов дознания, следствия, прокуратуры и суда. В частности, эти права потерпевшего должны быть зафиксированы в статье 271 УПК РФ не только на стадии судебного рассмотрения уголовного дела, но также и на стадии дознания и предварительного следствия [2, с. 80].
Только грамотное и продуманное законодательство, ясные и четкие положения закона могут и должны обеспечить полное соблюдение прав лиц, пострадавших от преступления. Многие проблемы нуждаются в решении, пробелы — в заполнении, и это единственный путь к защите прав и свобод реальных и потенциальных потерпевших.
Список литературы
1. Ибрагимов И. М. Понятие «потерпевший» в контексте уголовно-процессуального права // Представительная власть — XXI век: законодательство, комментарии, проблемы. 2008. № 1.
2. Ибрагимов И. М. Правомерные возможности защиты прав потерпевшего в российском уголовном процессе. М.: Юриспруденция, 2008. 424 с.
3. Проблемы защиты прав потерпевших от преступлений: специальный доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации [Электронный ресурс]. URL: http: //www. rg. ru/2008/06/04/doklad-dok. html (дата обращения: 20. 02. 2011).
4. Трунов И. Л. Защита прав личности в уголовном процессе. М.: Право, 2005. С. 229.
5. Шинкевич Н. Е. О праве потерпевшего на доступ к правосудию // Администратор суда. 2009. № 1.
PROTECTION OF CRIME VICTIMS' RIGHTS: GAPS IN LAW
Y ana Andreevna Tamozhnikova
Department of Civil and Criminal Law and Process South-Ural State University yan209@yandex. ru
The article considers some questions concerning the necessity of the legislative change of an aggrieved person’s status and the problem of the provision and protection of an aggrieved person’s rights while investigating a criminal case.
Key words and phrases: aggrieved person- aggrieved person’s rights provision- personality protection- indemnity.
УДК 930: 94(430). 085
В статье рассматривается феномен немецкой «консервативной революции» в период Веймарской республики в Германии в творчестве французского историка Луи Дюпё. Основное внимание автор уделяет вкладу Дюпё в исследование проблемы соотношения традиции и модерна в идеологии «консервативной революции».
Ключевые слова и фразы: «консервативная революция" — национал-большевизм- традиция- модерн.
Олег Эдуардович Терехов, к.и.н., доцент
Кафедра новой, новейшей истории и международных отношений Кемеровский государственный университет terehov1968@mail. ru
ЛУИ ДЮПЁ КАК ИСТОРИК НЕМЕЦКОЙ «КОНСЕРВАТИВНОЙ РЕВОЛЮЦИИ"®
Актуальность данной статьи обусловлена интересом, который возник в современной отечественной гуманитарной мысли к феномену немецкой «консервативной революции» периода Веймарской республики в
(r) Терехов О. В., 2011
Германии. В последние 10−15 лет на русском языке были опубликованы важнейшие работы идеологов «консервативной революции» [6- 11−15]. Тема «консервативной революции», на изучение которой в советской гуманитарной мысли было наложено определенное табу, получила свое освещение в ряде трудов современных авторов [1−3- 7- 8- 10]. Интерес к идейному наследию немецкой «консервативной революции» также обусловлен определенным общественно-политическим резонансом в современном обществе, вызванным пропагандой рядом радикально настроенных деятелей идеи национального и исторического своеобразия России. В этой перспективе идеология немецкой «консервативной революции» во многом рассматривается в качестве эталона и образца для подражания.
Феномен «консервативной революции» возник в Германии на пике общественно-политического кризиса 1918/1919 гг. Поражение Германии в Первой мировой войне, Ноябрьская революция, учреждение демократической Веймарской республики, Версальский мирный договор нарушили устоявшийся жизненный уклад немецкого общества и перевернули общественные представления немцев. В условиях краха идеологии германского консерватизма предвоенной эпохи начинается раскол среди германских консерваторов. Представители молодого и частично среднего поколения немецких консерваторов выступили против возвращения к традиционной консервативной идеологии и политике, что привело к возникновению идеологии «консервативной революции», идейные предпосылки которой формировались еще до войны.
«Консервативная революция» была попыткой создания нового немецкого консерватизма и национализма радикального характера. Четко очертить ее идейные и политические границы едва ли представляется возможным, так как она не обладала программным и политическим единством. Ее деятели стремились обновить германский консерватизм и придать ему современный и динамичный характер. К числу характерных черт «консервативной революции» обычно относят: национализм, антилиберализм, противопоставление немецкого народного духа и немецкой культуры ценностям западной цивилизации, поиск особого пути исторического развития Германии в русле «немецкого (прусского) социализма», идею корпоративного государства, бескомпромиссную борьбу против Веймарской республики. Эти черты делали «консервативную революцию» родственной национал-социализму — другому течению радикального германского консерватизма периода Веймарской республики в Германии. «Консервативные революционеры» отвергали парламентский путь достижения своих целей и считали, что они могут быть достигнуты только революционным способом. Ее сторонникам грезилась новая, истинно «немецкая революция», которая возродит Германию. Иными словами, «консервативная революция» представляла собой довольно причудливую смесь из национальных мифов, острой критики буржуазно-либерального общества, витализма и иррационализма, культурпессимизма и политического романтизма и в то же время обладала ясным пониманием невозможности удержать традицию в рамках добуржуазных общественных и экономических структур. Образно говоря, «консервативная революция осталась в истории последним ярким явлением немецкого романтизма» [9, с. 133]. К числу видных протагонистов «консервативной революции» относят: Артура Мёллера ван ден Брука, Освальда Шпенглера, Эрнста Юнгера, Карла Шмитта, Эдгара Юлиуса Юнга, Г анса Церера и ряд других деятелей немецкого консерватизма в Веймарской республике.
С выхода в 1950 году первого издания книги Армина Молера [20] историография немецкой «консервативной революции» стала значительным направлением в русле истории идей в западной гуманитарной мысли. Крупный вклад в исследование проблемы взаимосвязи традиции и современности в идеологии «консервативной революции» внесли французские гуманитарии. Они одними из первых обратили внимание на то, что основные идеи «консервативной революции» выходят за рамки традиционного немецкого консерватизма эпохи кайзеровской Германии. Жильбер Мерлио писал: «Специфика веймарского неоконсерватизма, или так называемой «консервативной революции», заключалась в его (ее) подтверждении модерна» [19, S. 271]. Целью данной статьи является рассмотрение взглядов на немецкую «консервативную революцию» профессора новой истории Страсбургского университета Луи Дюпё (1931−2002). Автор ставит перед собой задачу показать общую оценку немецкой «консервативной революции», данную Дюпё, и определить его вклад в ее изучение.
В число известных исследователей «консервативной революции» Дюпё вошел в 1970-е гг., когда вышла его работа о национал-большевизме в Веймарской Германии [18]. Дюпё определял «консервативную революцию» как идеологию «новых правых» в Веймарской республике. Она возникла не случайно, а явилась логическим продолжением идеалистической и националистической критики эпохи, распространенной среди немецких интеллектуалов в вильгельмовской Германии [Ibidem, S. 18]. В мировоззрении «консервативных революционеров» смешались черты универсальной европейской контрреволюции и специфически немецкого образа мысли. Идеология «консервативной революции» перенесла традиционный немецкий политический романтизм на почву агрессивного антирационализма, который сознательно противопоставлял себя духовному наследию Просвещения [Ibidem, S. 19].
Согласно Дюпё, важнейшей чертой «консервативной революции» являлась вера в существование в каждом народе оберегаемого поколениями народного духа [Ibidem, S. 20]. Политическим идеалом для «консервативных революционеров» было «народное сообщество», понимаемое как сословный, но основанный на принципах солидарности организм. Поиски идеала национальной солидарности вывели «консервативных революционеров» на проблему социализма, который они понимали иначе, чем социалисты, а именно: как «национальный социализм», образцом которого выступала для них прусская монархия [Ibidem, S. 20−21]. Своего главного врага идеологи «консервативной революции» усматривали в либерализме — разрушителе народного сообщества, а марксизм рассматривался как побочный продукт либерально-рационалистической идеологии [Ibidem, S. 21].
В 1980-е гг. Дюпё создал исследовательскую группу по изучению немецкой «консервативной революции», из числа которой впоследствии вышел ряд видных специалистов. Научные интересы самого Дюпё перемещаются от изучения национал-большевизма к общим проблемам «консервативной революции» и, прежде всего, к соотношению в ее идеологии традиционализма и модернизма. Определенным итогом исследовательской деятельности Дюпё стала статья «Культурпессимизм, консервативная революция и современность», опубликованная, как и большинство его трудов, на немецком языке [17].
Дюпё полагал, что «консервативная революция» была культурной реакцией немецкого консерватизма на процесс модернизации Германии. Она возникла в недрах германской общественной мысли на исходе Первой мировой войны, когда немецкие правые сумели выработать более реалистичное и динамичное видение мира [Ibidem, S. 288]. Несмотря на критику западной рационалистической и технологической цивилизации, «консервативные революционеры» обратились к современности, чтобы понять и по возможности преодолеть ее. В отличие от идеологов традиционно ориентированного немецкого консерватизма, идеологи «консервативной революции» приняли процесс буржуазно-капиталистического развития Германии. Именно в признании процесса индустриализации и ее последствий для германского общества, с одной стороны, и стремлении сохранить традицию — с другой, находится основное противоречие идеологии «консервативной революции»: ее промежуточное положение между традиционализмом и модернизмом [Ibidem, S. 289−290].
В этой связи Дюпё выделял три направления в отношении к современному им обществу и государству, существовавших среди идеологов «консервативной революции» [Ibidem, S. 292]. Сторонники первого были готовы принять ценности современного буржуазного общества. Приверженцы второго склонялись к созданию корпоративной модели государства. Третье, самое радикальное, направление было представлено национал-большевиками, которые предлагали национализировать экономику и реформировать буржуазное государство. Большинство «консервативных революционеров» выступали за создание в Германии авторитарного государства, но современного буржуазного типа, которое, однако, должно опираться на исконные традиции немецкого народа: авторитет, сословно-корпоративные принципы организации общества, национализм, культ вождя. Дюпё отмечает, что при всей неприязни к демократии и либерализму, «консервативные революционеры» считали их порождением индустриального века масс [Ibidem, S. 293].
Что же, по мнению Дюпё, делало «консервативную революцию» современной? Идеологи «консервативной революции» одними из первых уловили возрастающее значение среднего класса и связали этот процесс с феноменом национального сознания [Ibidem, S. 297]. Но в современности и модерности идеологии «консервативной революции» имелись и антимодернистские черты: иррационализм, антилиберализм, национализм, недоверие к разуму, основы проекта западного модерна [Ibidem, S. 298−299].
В последних работах Дюпё его концепция «консервативной революции» не претерпела существенных изменений. Он лишь уточнял и детализировал свои выводы, сделанные ранее. В вышедшей уже посмертно статье «Интеллектуалы «консервативной революции» и их влияние в годы Веймарской республики» Дюпё констатировал, что, несмотря на то что «консервативная революция» была в большей степени основана на образах и мифах, «консервативные революционеры» шли в ногу со временем и поэтому признавали состояние модерна [16, S. 7]. Дюпё также отмечает большую роль, которую придавали «консервативные революционеры» технике и современным техническим средствам для ведения идейно-политической борьбы [Ibidem].
Важным вкладом Дюпё в изучение немецкой «консервативной революции» стало то, что он одним из первых в западной гуманитарной мысли отметил дуализм идеологии «консервативных революционеров». Именно синтез традиции и модерна придал «консервативной революции» оригинальное идейнополитическое звучание, которое позволило ей стать значительным проявлением немецкого и западного консерватизма прошедшего столетия. В этой связи уместно привести мнение современного немецкого философа П. Козловски о том, что модернизм и понимание модерна в целом не обязательно могут быть проявлением левого политического сознания и принадлежать левой политической культуре [5, с. 191]. Дюпё показал, что новизна идеологии «консервативной революции» как раз и заключалась в том, что в условиях Веймарской Германии она попыталась синтезировать традицию и современность.
Список литературы
1. Алленов С. Г. «Консервативная революция» в Германии 1920-х — начала 1930-х годов: проблема интерпретации // Политические исследования. 2003. № 4. С. 94−107.
2. Артамошин С. В. Идея «консервативной революции» в Германии в годы Веймарской республики: к постановке проблемы // Всеобщая история: современные исследования: межвузовский сборник научных трудов. Брянск: Издательство БГУ, 2002. Вып. 11. С. 157−168.
3. Афанасьев В. В. Либеральное и консервативное // Шпенглер О. Политические произведения. М.: Канон± РООИ «Реабилитация», 2009. С. 223−526.
4. Дюпё Л. Под знаком Версальского мира: «восточная идеология» и «национал-большевизм» в Веймарской республике // Германия и русская революция 1917−1924. М.: Памятники исторической мысли, 2004. С. 176−204.
5. Козловский П. Миф о модерне: поэтическая философия Эрнста Юнгера / пер. с нем. М.: Республика, 2002. 239 с.
6. Мёллер ван ден Брук А. Третья империя // Мёллер ван ден Брук А., Васильченко А. Миф о вечной империи и Третий рейх. М.: Вече, 2009. С. 112−364.
7. Михайловский А. В. Консервативная революция: апология господства // Концепт «Революция» в современном политическом дискурсе / под ред. Л. Е. Бляхера, Б. В. Межуева, А. В. Павлова. СПб.: Алетейя, 2008. C. 264−283.
8. Михайловский А. В. Политическая публицистика Эрнста Юнгера в интеллектуальной истории Веймарской Германии // Юнгер Э. Националистическая революция: политические статьи 1923−1933. М.: Издательская группа «Ски-менъ», 2008. С. 317−362.
9. Сендеров В. Кризис современного консерватизма // Новый мир. 2007. № 1. С. 117−151.
10. Филиппов А. Ф. Карл Шмитт: расцвет и катастрофа // Шмитт К. Политическая теология: сборник / пер. с нем. М.: Канон-пресс-Ц, 2000. С. 259−314.
11. Фрайер Х. Революция справа / пер. с нем. М.: Праксис, 2008. 144 с.
12. Шмитт К. Политическая теология: сборник / пер. с нем. М.: Канон-пресс-Ц, 2000. 336 с.
13. Шпенглер О. Пруссачество и социализм / пер. с нем. М.: Праксис, 2002. 240 с.
14. Юнгер Э. Националистическая революция: политические статьи 1923−1933 / пер. с нем. М.: Издательская группа «Скименъ», 2008. 366 с.
15. Юнгер Э. Рабочий. Господство и гештальт. Тотальная мобилизация. О боли / пер. с нем. СПб.: Наука, 2000. 539 с.
16. Dupeux L. Die Intellektuellen der «Konservativen Revolution» und ihr Einflu? zur Zeit der Weimarer Republik // Volkische Bewegung — Konservative Revolution — Nationalsozialismus. Aspekte einer politisierten Kultur / hrsg. von W. Schmitz, C. Vollnhals. Dresden: Universitatsverlag, 2005. S. 3−19.
17. Dupeux L. Kulturpessimismus, Konservative Revolution und Modernitat // Intellektuellendiskurse in der Weimarer Republik: zur politischen Kultur einer Gemengelage / hrsg. von M. Gangl, G. Raulet. Frankfurt a.M.: Campus Verlag, 1994. S. 287−299.
18. Dupeux L. «Nationalbolschewismus» in Deutschland 1919−1933: kommunistische Strategie und konservative Dynamik. Munchen: Beck, 1985. 492 S.
19. Merlio G. Der sogenannte «heroische Realismus» als Grundhaltung des Weimarer Neokonservatismus // Intellektuellendiskurse in der Weimarer Republik: zur politischen Kultur einer Gemengelage / hrsg. von M. Gangl, G. Raulet. Frankfurt a. M.: Campus Verlag, 1994. S. 271−285.
20. Mohler A., Wei? mann K. Die konservative Revolution in Deutschland 1918−1932: ein Handbuch. 6, vollig uberarb. und erw. Aufl. Graz: Ares-Verlag, 2005. XXV. 643 S.
LOUIS DUPEUX AS THE HISTORIAN OF GERMAN «CONSERVATIVE REVOLUTION»
Oleg Eduardovich Terekhov, Ph. D. in History, Associate Professor Department of New and Modern History and International Relations Kemerovo State University terehovl968@mail. ru
In the article the phenomenon of German «conservative revolution» during the period of Weimar Republic in Germany is considered in the creative works of the French historian Louis Dupeux. The author pays special attention to Dupeux’s contribution to
researching the problem of tradition and art nouveau correlation in «conservative revolution» ideology.
Key words and phrases: «conservative revolution" — national Bolshevism- tradition- art nouveau.
УДК 94(47)
Статья раскрывает суть одного из аспектов внешнеторговой политики России, который касается действовавших в XVIII в. законодательных ограничений на вывоз в страны Востока вооружения и военных материалов для его изготовления. Основное внимание в работе акцентируется на формировании государственной политики запрета на вывоз указанных предметов, примерах нелегальной торговли российских подданных оружием в странах Востока, предложениях астраханского губернатора В. Н. Татищева по пересмотру политики запрета экспорта вооружения.
Ключевые слова и фразы: эмбарго- запрещенные товары- внешнеторговая политика России- нелегальный вывоз оружия- предложения астраханского губернатора В. Н. Татищева.
Илья Васильевич Торопицын, к.и.н.
Кафедра истории России
Астраханский государственный университет
иогоріїзуп@таіІ. ги
ЭМБАРГО НА ПОСТАВКИ ОРУЖИЯ СТРАНАМ ВОСТОКА КАК ПРИНЦИП ВНЕШНЕТОРГОВОЙ ПОЛИТИКИ РОССИИ В XVIII В. ®
В отношении торговли с восточными странами в России в XVIII в. действовал запрет на вывоз оружия и материалов, пригодных для его изготовления, который по своему характеру соответствовал введенному позднее в международную практику режиму эмбарго на поставки оружия.
Политика ограничения в экспорте вооружения, боеприпасов и военных материалов начала формироваться в России еще в XVII в. В царских наказах астраханским воеводам предписывалось, чтобы представителям персидского шаха — «послу и людям его в дороге… пансырев, свинцу, олова, меди и никакого заповедного товару
(r) Торопицын И. В., 2Q11

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой