Особенности земельной аренды на Дону в конце XIX начале XX веков

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 94(282. 247. 36)08
М.А. КОЛОМЕЙЦЕВА
ОСОБЕННОСТИ ЗЕМЕЛЬНОЙ АРЕНДЫ НА ДОНУ В КОНЦЕ XIX — НАЧАЛЕ XX ВЕКОВ
Ключевые слова: Область Войска Донского, земельный вопрос, аренда земли.
Рассмотрено развитие на Дону в конце XIX — начале XX вв. земельной аренды, определившей особенности поземельных отношений в регионе. Анализируются формы аренды, основные источники пополнения арендного фонда. Установлено, что основными арендаторами выступали крестьяне Области Войска Донского, что было обусловлено недостаточным для ведения продуктивного хозяйства размером крестьянских наделов. Показано, что система аренды оказала важное влияние на социально-экономическую картину жизни донского общества.
M.A. KOLOMEYTSEVA
THE PECULIARITIES OF LANDRENTING ON THE DON IN THE END OF XIXth — XXth CENTURY
Key words: The region of Don Cossacks, land relationships, land renting.
This article deals with the development of landrenting in the end of XlXh — XXh century, that determined the features of land relations in the region. Types of renting and the main courses of rent fond multiplication are analyzed. It is pointed out that the main renters were the peasants of the Don’s Army Region that was explained by the short part of peasants' fields boundary for effective farm management. It was testified that the rent system was of great influence on social economic picture of the Don’s society life.
В конце XIX — начале XX вв. на Дону широкое развитие получила земельная аренда, определившая особенности поземельных отношений в регионе. Развитие крестьянской аренды, как условной собственности на землю, было основано на том, что юридически основной массив донской земли принадлежал казачьему войску, что было законодательно закреплено грамотой 1793 г. Казачьи наделы, равно как и войсковой запас земли, не могли отчуждаться и поступать в продажу. Однако расходы на снаряжение, отвлечение на длительную службу и лагерные сборы крайне негативно сказывались на производительности казачьего хозяйства. Многие казачьи семьи вынуждены были сдавать часть своих паевых наделов в аренду. Постепенно сокращался и войсковой запас земли, поскольку рост затрат на нужды войска заставлял канцелярию сдавать часть земли в аренду.
В аренду сдавались и земли донских помещиков. Многие землевладельцы, лишившись после реформы 1861 г. свободной бесплатной рабочей силы, вынуждены были сокращать свои владения, сдавая пустующие земли в аренду.
Основными арендаторами выступали крестьяне. Донское крестьянство по итогам реформы 1861 г. получило в надел в среднем по 3,3 дес. Этот мизерный надел не мог обеспечить потребительских нужд крестьянина в полной мере, не говоря уже о производстве хлеба на рынок. В связи с естественным приростом населения надел сокращался до минимума. «Существование бывших помещичьих крестьян, по словам исследователей, было бы немыслимым, если бы они, не прибегая к аренде, вздумали ограничиться одними наделами… [1, с. 50]». Между тем платежная способность крестьян находилась в прямой зависимости от получаемого денежного дохода с земли [1, с. 52]. Таким образом, для большинства донских земледельцев аренда дополнительной земли была жизненно необходимым условием поддержания своего хозяйства.
Крупными арендаторами являлись переселяющиеся на Дон иногородние крестьяне и пришлое население в целом. После реформы 1861 г. Донская область оставалась районом усиленной колонизации. По данным Е. Савельева, в 1900 г. в области насчитывалось около 880 тыс. иногородних (обоего пола), т. е. около 30%
всего населения области [7, с. 46]. Не имея права на получение наделов, большинство переселенцев вынуждено было прибегать к аренде свободных земель.
Основными формами аренды являлись аренды: краткосрочная — на 1−3 года и долгосрочная — на 5 и более лет. Из двух систем первая была наиболее распространенной. Крестьянство, не имевшее средств для заключения долгосрочных договоров, арендовало, как правило, участки на небольшой срок. Однако краткосрочная аренда крайне негативно сказывалась на состоянии самой земли, ее плодородии. «При постоянной смене арендаторов, арендуемая земля почти вся распахивается и засевается без всякой осмотрительности… почти каждый краткосрочный арендатор старается всеми способами извлечь выгоду от арендной земли в год, 2 или 3, а затем бросить ее. В результате, в Донской области краткосрочная аренда получила какой-то хищнический характер … Донская земля повыпахалась, истощилась, .и не оставила прежнего плодородия [8]», — так характеризовал краткосрочную аренду исследователь И. И. Струков. При долгосрочной же аренде арендатор был заинтересован в улучшении плодородия земли, применяя правильный севооборот, оставляя часть земель под пар, в целях повышения урожайности использовались удобрения. Имея большую возможность для окупаемости затрат, арендатор приобретал технику, мог нанять дополнительное число рабочих.
Понятно, что краткосрочная аренда в основном использовалась мелкими крестьянскими хозяйствами. Долгосрочные же аренды заключались, как правило, специально созданными с этой целью арендными товариществами, кампаниями, или же, «целыми сельскими обществами сообща, иногда хуторами, в одних случаях с постройками и даже усадьбой владельца, в других — с одними лишь угодьями или частью их» [1, с. 59]. При такой коллективной системе землепользования крестьяне старались сохранить общинные начала: переверстка земли, общее распределение угодий, общий выпас и т. д. «Товарищество устанавливает и способ пользования угодьями: севооборот, количество скота на выпас толоки, место последней, место сенокоса, нанимает пастуха, разделяет между собой общие платежи и т. п.» [1, с. 58]. Однако существенным отличием от общинных традиций было разделение земли на определенное количество паев, размеры которых при переверстках не изменялись, в том числе и по мере увеличения числа душ в том или ином хозяйстве.
Плата за арендное держание могла быть как денежной, так и натуральной. Условия пользования зависели от доли распашки: «цена. варьируется. в зависимости от части распашки: 1/3 части цена одна, при распашке половины -высшая, 2/3 еще высшая» [1, с. 54]. В начале ХХ в. получила распространение «скопщина», т. е. испольная система, основанная на отдаче земли крестьянам не за деньги, а за часть урожая. Также в качестве платы принимались различные натуральные отработки (обработка, посев, уборка части земли арендодателя).
В конце XIX — начале XX вв. на Дону в связи с «пшеничной лихорадкой», вызванной возросшим спросом на донскую пшеницу, в том числе и за рубежом, происходило увеличение посевных площадей, что было обусловлено ростом площади арендуемой земли. На Дон хлынула масса переселенцев, активно арендовавших свободные земли крупными участками. Крупные арендаторы, из разных социальных слоев, в том числе пришлое купечество и торговые круги, активно арендовали земельные угодья с целью их дальнейшей сдачи мелкими участками. Не сдерживаемые исторически сложившимися традициями и негласными правилами выстраивания добрососедских взаимоотношений, они образовали целую прослойку, специализирующуюся на спекуляциях с арендными участками [3, с. 11]. Переселенцы нередко образовывали собственные арендные товарищества, чтобы выгоднее организовать систему субаренды. «Давая владельцам
высшие, в сравнении с крестьянскими, цены, эти посредники сейчас же бросаются всеми мерами выручать их с населения.. Водворяется вскоре. тип „упрощенного“ хозяйства без инвентаря, без построек, без рабочих.» [1, с. 55, 56].
Цена на землю через такие посреднические услуги резко возрастала. Крестьянство, вынужденное арендовать землю мелкими участками, от таких посредников страдало больше, чем в свое время от помещичьего гнета [2, л. 5]. В разгар крестьянского движения на Дону в конце XIX — начале XX вв. донское крестьянство выступало, прежде всего, за понижение арендных платежей.
В целом на территории Дона и Северного Кавказа арендный земельный фонд превышал 10 млн дес. удобной земли, что составляло почти треть всего земельного фонда [5, с. 52]. На Дону к началу ХХ в. только из фонда войсковых земель в аренде находилось свыше 1 млн дес. земли [3, с. 11]. В 1903 г. арендная плата с отданных на разные сроки войсковых земель составила 1 млн 700 тыс. руб. [6, с. 14]. «Как это видно из материалов особого совещания о нуждах сельскохозяйственной промышленности при Государственном Совете, арендованных войсковых земель приходилось: на долю казаков 18,56%, казачьих обществ — 9,56%, крестьян и мещан — 47,52%, крестьянских обществ — 12,78% и других — 11,58%» [3, с. 12].
Таким образом, следует отметить, что, во-первых, в условиях экстенсивного хозяйства урожайность и, следовательно, уровень доходов напрямую зависели от количества посевных площадей. Крупные арендаторы, ориентировавшие свое хозяйство на рынок, получали большие доходы с земли. В итоге те, кто имел возможности для аренды, мог наращивать и свой доход. Широкие возможности аренды, таким образом, способствовали, во-первых, активизации процесса расслоения и дифференциации донского крестьянства. Во-вторых, коллективная аренда являлась важным этапом в становлении крестьянской кооперации, так как открывала доступ к земле большему числу крестьян.
В-третьих, крупные арендаторы, производящие продукт на рынок, активно использовали в своих хозяйствах труд наемных работников. Например, «. зажиточное крестьянство таганрогского округа (обязанное своей зажиточностью. именно этим арендам, иначе сказать — большим размерам хозяйства) в значительной степени пользуется наемными рабочими, ибо ведет хозяйство на такой площади, которая далеко превышает рабочую способность самих семей» [1, с. 50].
Наконец, широкие возможности для прироста земельного владения создавали необходимые условия для развития более продуктивного хозяйства, в котором активно использовались новые, передовые техника и технологии.
И. Д. Ковальченко относил Донской край на рубеже Х1Х-ХХ вв. наряду с Екатеринославской, Херсонской, Таврической губерниями к регионам крестьянского пути развития, характеризующегося низкой долей помещичьего землевладения, широким распространением немного труда и аренды, самой высокой долей зажиточных и низкой беднейших крестьян [4, с. 78−80].
В целом система аренды оказала важное влияние на социально-экономическую картину жизни донского общества.
Литература
1. Греков А. М. Очерки экономического и хозяйственного быта населения Донской области / А. М. Греков. Таганрог: тип. Чумаченко К. Д., 1905.
2. Государственный архив Ростовской области (ГАРО). Ф. 213. Оп.1. Д. 6399.
3. Золотов В. А. Аграрный вопрос на Дону в конце XIX — начале ХХ вв. / В. А. Золотов, И. П. Хлыстов // Очерки экономического развития Дона: сб. науч. тр. Ростов н/Д., 1960.
4. Ковальченко И. Д. Аграрная типология губерний Европейской России на рубеже XIX—XX вв. / И. Д. Ковальченко, Л. И. Бородкин // История СССР. 1979. № 1.
5. Крестьянство Северного Кавказа и Дона в период капитализма / под ред. А. М. Анфимова. Ростов н/Д., 1990.
6. Памятная книжка Области войска Донского на 1905 г. Новочеркасск, 1905.
7. Савельев Е. Крестьянский вопрос на Дону в связи с казачьим / Е. Савельев. Новочеркасск: Областная войска Донского типография, 1912.
8. Струков И. И. По вопросу о краткосрочной и долгосрочной аренде земли в Донской области / И. И. Струков // Донские Областные Ведомости. 1880. № 44.
КОЛОМЕЙЦЕВА МАРИЯ АНДРЕЕВНА — кандидат исторических наук, специалист отдела магистратуры учебного управления, Калмыцкий государственный университет, Россия, Элиста (marijaAndreeva@mail. ru).
KOLOMEYTSEVA MARIA ANDREEVNA — candidate of historical sciences, Kalmyk State University, Russia, Elista.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой