О соотношении понятий публичный дискурс язык СМИ публичная речь

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
17
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2008. Вып. 3
УДК 81. 42 Т.А. Воронцова
О СООТНОШЕНИИ ПОНЯТИЙ ПУБЛИЧНЫЙ ДИСКУРС1 — ЯЗЫК СМИ — ПУБЛИЧНАЯ РЕЧЬ
Рассмотрены основные параметры современного публичного дискурса, определены факторы, позволяющие разграничить понятия публичный дискурс — язык СМИ — публичная речь.
Ключевые слова: дискурс, коммуникация, публичный дискурс, язык СМИ, адресант, адресат.
Современная коммуникативная парадигма характеризуется такими процессами, как плюрализация общения (сосуществование разных точек зрения при обсуждении той или иной проблемы) и рост индивидуальной неповторимости личностного дискурса (персонификация общения) [Стернин И. А., 2000. с. 10]. Возрастает роль устного общения, повышается роль диалога в процессе коммуникации [Голанова Е.И., 2000, 2001- Земская Е. А., 2000, с. 12- Лаптева О. А., 2003- Стернин И. А., 2000]. В связи с этим современная публичная коммуникация характеризуется языковой раскрепощенностью и свободой в выборе и содержания, и формы [Голанова Е.И., 2000, с. 428].
Разумеется, все эти изменения коснулись прежде всего той сферы, которую ранее квалифицировали как «язык массовой коммуникации» [Основы теории речевой деятельности, 1974, с. 286−291], а теперь принято называть туманными словосочетаниеми «язык СМИ» или «дискурс СМИ». Между тем, анализируя телевизионную речь, О. А. Лаптева резонно замечает, что «телевизионная речь неоднородна и делится на разновидности, подчас весьма далекие друг от друга по своим языковым особенностям» [Лаптева О. А., 2003, с. 11]. Очевидная неоднородность того, что называют «телевизионной речью», «языком СМИ», касается не только языковых, речевых и, в конечном счете, стилистических параметров. Жанровое разнообразие размывает дискурсивную сущность указанных словосочетаний. В связи с этим говорить сегодня о «дискурсе СМИ» и, в частности, о «телевизионном дискурсе» безот-
1 Термин «дискурс» в современной лингвистике имеет множество определений и трактуется по-разному (обзор различных трактовок термина дискурс см.: Макаров М. Л., 2003, с. 84- Слышкин Г. Г., 2000, с. 38- Дейк Т. ван, 1989- Карасик В. И., 2000- Серио П., 1999- Степанов Ю. С., 1995, с. 36−46 и др.). Мы исходим из понимания дискурса как широкой родовой категории по отношению к понятиям речь, текст, диалог [Богданов В.В., 1993, с. 5−6- Макаров М. Л., 2003, с. 89]. Обобщающий характер понятия дискурс снимает противопоставления монологический / диалогический, устный / письменный.
носительно жанровой и / или тематической конкретизации, на наш взгляд, вряд ли корректно.
В современной лингвистической и нелингвистической литературе понятия «дискурс СМИ», «массовая коммуникация» нередко «по умолчанию», т. е. без должного обоснования, отождествляются с понятием «публичный дискурс». Очевидно, что основой такой синонимизации является характер адресации. Действительно, в самом широком понимании, публичный дискурс
— это дискурс, ориентированный на массового адресата. Однако адресатом такого дискурса может быть как массовый, так и множественный адресат. Следовательно, публичный дискурс включает в себя не только массовое, но и публичное общение. Под публичным общением понимают обычно ряд ситуаций, в которых происходит непосредственное общение адресанта с множественным адресатом, представляющим собой многочисленную и неоднородную аудиторию, но все же объединенную по какому-либо параметру (место, социальная принадлежность, возраст и т. д.) [Анисимова Т.В., 2002, с. 2526].
Массовая коммуникация предполагает только опосредованное общение
— через средства массовой информации. Средством передачи информации сегодня служат не только СМИ, но и Интернет. А. А. Леонтьев отмечал, что при возрастающей возможности воздействия массовая коммуникация имеет свою специфику, такое воздействие осложняющую. Во-первых, коммуникатор не может отслеживать реакцию аудитории. Во-вторых, радио- и телевизионная аудитория не просто рассредоточена в пространстве, она рассредоточена психологически, поэтому ее труднее заинтересовать. В-третьих, теле- и радиоаудитория практически не поддается «заражению», в отличие от непосредственных слушателей. В-четвертых, через средства массовой информации происходит так называемое дистрибутивное общение: адресант сориентирован на множественного адресата, а адресат воспринимает данное общение почти как межличностное. В-пятых, выступающий должен ориентироваться на очень разный уровень слушателей и зрителей. [Леонтьев А.А. ,
1999. с. 288−290].
Публичный дискурс, с нашей точки зрения, подразумевает как опосредованную СМИ форму общения с массовым адресатом, так и непосредственную — с множественным.
Характер адресации публичного дискурса обусловливает его тематическое ограничение: предмет публичного дискурса должен быть значим и интересен для максимально широкой аудитории. Тематика публичного дискурса определяется прежде всего интересами адресата, а, следовательно, это не только политика, но и экономика, вопросы этики, морали, здоровья и т. п.
Поскольку выбор предмета речи должен быть ориентирован на множественного гетерогенного адресата, постольку этот предмет должен обсуждаться в языковых и речевых формах, доступных и понятных такому адресату.
Не менее важным параметром, отличающим публичный дискурс от дискурса СМИ, является «образ адресанта». По мнению Ю. В. Рождественского, в дискурсе СМИ представлен коллективный речедеятель, который мо-
жет быть противоставлен индивидуальному речедеятелю [Рождественский Ю.В., 1996, с. 240−250- 1997, с. 474−476]. Это позволяет рассматривать массовую информацию как глобальный текст, объединяющий разные языковые сообщества с их социальными речевыми структурами. «Несмотря на различие языковых систем, понимаемых лингвистически, массовая информация обладает принципиальным единством смысла и направленностью содержания» [Рождественский Ю.В., 1997, с. 477].
Адресант в публичном дискурсе — это индивидуальный речедеятель, который должен обладать высоким уровнем коммуникативной компетентности. «Среднестатистического» участника публичного дискурса в полной мере можно охарактеризовать словами А. К. Михальской (у автора эта характеристика ряда политиков): «Пожалуй, не каждый [из них. — Т. В.] умеет „произносить длинные прекрасные речи“ (Платон), но все способны говорить публично, причем вполне самостоятельно и связно, используя речь как свой профессиональный инструмент и явно получая от этого известное удовольствие» [Михальская А.К., 1999]. Действительно, адресант, как правило, профессионально связан с речевой деятельностью (журналист, писатель, актер, ученый, политик и т. д.). Речь выступает как важный фактор в поддержании реноме, создании имиджа. Высокий социальный статус адресанта способствует тому, что его точка зрения способна оказать влияние на общественное мнение. Вместе с тем, адресантами публичного дискурса в условиях современной социально-политической ситуации в России могут быть люди, не связанные с профессиональной речевой коммуникацией («рядовые носители языка»). В отличие от публичного дискурса тоталитарного общества, где участие «простых советских граждан» в публичном дискурсе было строго регламентировано, идеологизировано и, соответственно, процензурировано, современный публичный дискурс дает относительную возможность говорить и писать «от себя». Этому способствует изменение содержания и структуры многих жанров публичного дискурса. Достаточно, например, сравнить митинги и манифестации советского периода, где выступления участников заранее запланированы, проверены и отредактированы, и современные митинги и манифестации, иногда возникающие почти стихийно. Стиранию грани между обыденным и институциональным общением в значительной мере способствуют современные СМИ и возможность компьютерного общения [Карасик В.И., 2000- Шейгал Е. И., 2000]. Примером может служить жанр экспресс-интервью, когда люди высказываются по поводу того или иного события «экспромтом», нередко в прямом эфире- форумы в сфере Интернет-коммуникации. Однако такие формы публичного дискурса являются периферийными.
Основные параметры публичного дискурса фактически соответствуют тому определению, которое дает О. А. Лаптева «публичным речевым коммуникациям»: «…Это речь интеллектуализированного характера, на которой ведется общение с широкой аудиторией [здесь и далее выделено нами.
— ТВ.]… Эта речь направлена в адрес широкой аудитории — коллективной или массовой. Она имеет важные задачи содержательного плана, соотно-
сительные с теми, которые выполняются соответствующими письменными текстами — научными, публицистическими, отчасти деловыми и художественными. В то же время устная форма ее осуществления делает ее соотносительной и с живой разговорной речью бытового характера» [Лаптева О. А., 2003, с. 4]. Как видно из данного определения, О. А. Лаптева считает публичную коммуникацию устной речевой формой, «в которой ориентация на письменный текст и спонтанность выступают как переменные признаки» [Там же, с. 11]. Нам представляется целесообразным включать в понятие «публичный дискурс» не только устное, но и письменное общение (устное — непосредственное общение с аудиторией, или через посредство радио и телевидения, письменное — через газеты и журналы, а также посредством такого вида текстов, как листовки, письменные обращения и т. д.). Тем более что в такой новой форме публичного дискурса, как Интернет-коммуникация, присутствует значительный корпус текстов, представляющих письменную фиксацию устной речи.
Соответственно форма публичного дискурса может быть как монологической, так и диалогической. Публичный монолог адресован непосредственно адресату, множественному или массовому (публичные выступления перед аудиторией, телевизионные выступления и выступления по радио, статьи и т. д.). Публичный диалог (полилог) имеет опосредованную адресацию массовой аудитории (интервью, публичные дискуссии и т. д.).
На наш взгляд, понятие «публичный дискурс» не совпадает полностью и с понятием «публичная речь», принятым в риторике. Публичный дискурс всегда ориентирован на аудиторию гетерогенную. Публичная речь как ораторское произведение может быть ориентирована как на гетерогенную, так и на гомогенную аудиторию. Публичная речь может быть фактом профессионального дискурса, как, например, речи в суде, научные лекции или доклады. Такой дискурс ограничен соответствующими параметрами. Адресант получает право на речь в данном дискурсе в силу своего профессионального статуса, а не авторитета в обществе. (Исключения в данном случае составляют показательные судебные процессы или общественно-значимые научнопопулярные лекции и доклады).
Таким образом, существенными параметрами публичного дискурса можно считать: а) массовую или множественную адресацию- б) адресанта -индивидуального речедеятеля, обладающего определенным социальным статусом, дающим «право на речь" — в) общественно-значимую тематическую направленность- г) интеллектуализированную, но понятную широкой аудитории речь.
Следовательно, современный публичный дискурс, на наш взгляд, представляет собой качественно новый тип дискурса, который включает в себя и понятие публичная речь как устное (реже письменное) риторическое произведение, и абсолютное большинство речевых жанров дискурса СМИ.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Анисимова, Т. В. Современная деловая риторика: учеб. пособие / Т. В. Анисимова, Е.Г. Г импельсон. — М.: Московск. социально-психологический ин-т- Воронеж: Изд-во НПО «Модэк», 2002 — 432 с.
2. Богданов, В. В. Текст и текстовое общение: учеб. пособие / В. В. Богданов — СПб.
: Санкт-Петербург. гос. ун-т, 1993. — 67 с.
3. Голанова, Е. И. Устный публичный диалог: жанр интервью / Е. И. Голанова // Русский язык конца ХХ столетия (1985−1995). — М.: Языки русской культуры, 2000. — С. 427−452.
4. Дейк, Т. А. ван. Язык. Познание. Коммуникация / Т. А. ван Дейк. — М.: Прогресс, 1989. — 312 с.
5. Земская, Е. А. Введение / Е. А. Земская // Русский язык конца ХХ столетия (19 851 995). — М.: Языки русской культуры, 2000. — С. 9- 30.
6. Карасик, В.И. О типах дискурса / В. И. Карасик // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс: сб. науч. тр. — Волгоград: Перемена,
2000. — С. 5−20.
7. Лаптева, О. А. Живая русская речь с телеэкрана. Разговорный пласт телевизионной речи в нормативном аспекте / О. А. Лаптева. — М.: Едиториал УРСС, 2003. -510 с.
8. Леонтьев, А. А. Психология общения / А. А. Леонтьев. — М.: Смысл, 1999. — 365 с.
9. Макаров, М. Л. Основы теории дискурса / М. Л. Макаров. — М.: ИТДГК «Гно-зис», 2003. — 280 с.
10. Михальская, А.К. О речевом поведении политиков/ А. К. Михальская // Независимая газета. — 1999. — № 227 (2043). — 3 декабря.
11. Основы теории речевой деятельности / отв. ред. А. А. Леонтьев — М.: Наука, 1974. — 368 с.
12. Рождественский, Ю. В. Общая филология. / Ю. В. Рождественский. — М.: Фонд «Новое тысячелетие», 1996. — 326 с.
13. Рождественский, Ю. В. Теория риторики. / Ю. В. Рождественский. — М.: Добро-свет, 1997. — 600 с.
14. Серио, П. Как читают тексты во Франции / П. Серио // Квадратура смысла: Французская школа анализа дискурса: Пер. с франц. и португал.- М.: Прогресс, 1999. — С. 12−53.
15. Слышкин, Г. Г. Дискурс и концепт (о лингвокультурном подходе к изучению дискурса) / Г. Г. Слышкин // Языковая личность: институциональный и персональный дискурс: сб. науч. тр. / под ред. В. И. Карасика, Г. Г. Слышкина. — Волгоград: Перемена, 2000. — С. 38−45.
16. Степанов, Ю. С. Альтернативный мир, Дискурс, Факт и принцип причинности / Ю. С. Степанов // Язык и наука конца 20 века: сб. ст. — М.: Рос. гос. гуманит. унт, 1995. — С. 35−73.
17. Стернин, И. А. Социальные факторы и развитие современного русского языка / И. А. Стернин // Теоретическая и прикладная лингвистика. — Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000. — Вып. 2: Язык и социальная среда. — С. 4- 16.
18. Шейгал, Е. И. Семиотика политического дискурса / Е. И. Шейгал. — М.: Ин-т языкознания РАН- Волгоград: Волгогр. гос. пед. ун-т- Перемена, 2000. — 368 с.
Поступила в редакцию: 31. 01. 08
T.A. Vorontsova
On the correlation between the notions the public discourse, public speech and the discourse of mass media.
The main characteristics of the modern public discourse and the factors which help to differentiate between the public discourse, public speech and the discourse of mass media are considered in the article.
Воронцова Татьяна Александровна
Удмуртский государственный университет
426 034, Россия, Ижевск, Университетская, 1 (корп. 2)
E-mail: voron500@vandex. ru

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой