О Субъектах гражданского общества в современной России

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Социология
Галина ЛЫСЕНКО
О СУБЪЕКТАХ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА Б СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
В статье исследуется субъектность акторов гражданского общества, отмечаются ее основные черты. На основе анализа результатов эмпирических исследований выявляется уровень включенности граждан и общественных организаций в решение социальных проблем.
Subjectivity of actors of civil society in modern Russia is examined and the main features of subjectivity are marked in the article. The level of involvement of citizenry and social organizations in solving social problems is found out on the basis of the analysis of the results of empirical studies.
Ключевые слова:
гражданское общество, субъектность, актор, агент, со-участие- civil society, subjectivity, actor, agent, joint participation.
ЛЫСЕНКО
Галина
Васильевна —
к.и.н., доцент
кафедры
менеджмента
Волгоградской
академии
государственной
службы
galinalis9@mail. ru
Исследуя понятие гражданского общества, ученые выделяют нормативные аспекты гражданского общества, которые определяют мотивацию и мобилизацию акторов на реализацию гражданской активности, являясь орудием критики социальной реальности1, способствуя ее пониманию и приобретая черты проектного будущего. В этом смысле гражданское общество инструментально, поскольку символически легитимизирует «предпочтительность», «цивилизованность» предлагаемых социальными акторами способов политического доминирования и распределения (перераспределения) властных полномочий2. Нормативная характеристика гражданского общества, по мнению З. Т Голенковой, приобретает особое значение в обществах, находящихся в состоянии трансформации.
В теоретико-аналитическом значении гражданское общество трактуется как агрегированное понятие. Агрегация выражается в определении субъектности гражданского общества и его социокультурного, политического контекста существования.
К субъектам, как правило, авторы относят гражданина с его гражданскими правами и гражданские (не политические и не государственные) организации: ассоциации, объединения, общественные движения и гражданские институты (З.Т. Голенкова), общественность (Ю. Хабермас, В.В. Волков). В современном информационном обществе в число субъектов гражданского общества включают социальные сети, блоги, форумы.
Субъектность акторов проявляется в совокупности определенных характеристик, выраженность которых демонстрирует определение субъектности. Опираясь на мнение И.А. Климова3 и авторские суждения, отметим следующие черты субъектности.
1. Особенности самоидентификации акторов, образующих сообщество, идентификация членов сообщества, при этом идентичность выполняет функции интеграции, мобилизации и легитимации.
2. Внутригрупповая солидарность, понимаемая в трактовке В. А. Ядова как перераспределение ответственности: индивид ответственен за целостность группы, а группа отвечает за индивида.
1 Kocka J. Civil Society from a Historical Perspective // Civil Society: Berlin Perspectives / ed. by J. Keane. — N. Y: Berghahn Books, 2006, p. 38−39.
2 Завершинский К. Ф. Гражданская культура как способ трансформации и легитимации политических практик // В поисках гражданского общества. — Великий Новгород, 2008, с. 63.
3 Климов И. Респонсивность власти как фактор социальной мобилизации // www. hse. ru/data/256/030/
3. Выделенность, или диффузность, в пределах более широкой социальной общности.
4. Наличие институционализированного статуса и организационной оформ-ленности, каналов эффективного взаимодействия субъектов социального пространства как в системе горизонтальных, так и вертикальных связей.
5. Наличие более или менее постоянного состава участников сообщества, а также наличие/отсутствие лидера, берущего на себя ответственность за существование группы, при этом лидер и группа связаны сложной системой взаимодействий: лидер осмысливает и выражает интересы группы, члены которой признают его позицию, в лидере выражается персонификация процессов и взаимодействий. Обеспечивая легитимность власти, лидер в процессе коммуникации осуществляет кодирование информации, выстраивая идеологические конструкты и символы идентичности группы.
6. Согласие относительно целей и разделяемых ценностей сообщества, осознанность интересов и способность организационной структуры их реализовывать, наличие воспроизводящихся практик или коллективных актов.
7. Легитимность акторов, конфигурации их капиталов, способов накопления и использования, обеспечивающая ему возможность создавать и поддерживать принимаемую как внутри группы, так и другими группами систему ценностей и норм, определяющих модели социальных действий и взаимодействий.
Субъектность выражается в «диалектике контроля» (Э. Гидденс), поскольку актор обладает ресурсами, чтобы избегать нежелательных стратегий действия, определяя необходимость вмешательства или невмешательства в события, оказывая тем самым влияние на социальные процессы. Субъектность проявляется в способности актора контролировать сеть устанавливаемых контактов. Несмотря на оказываемое институтами влияние на коммуникативные предпочтения акторов, качество социальных связей, выражаемое в сплоченности и доверительности отношений, солидарности и взаимной ответственности, определяется актором.
Последовательность указанных признаков вариативна, они изменяются и трансформируются в пространстве и времени.
Наиболее значимыми характеристиками субъектности являются легитимность и идентичность. Легитимность реализуется в процессе кодирования, тем самым институты власти в коммуникации через систему символов обеспечивают единообразное поведение социальных акторов в разнородных ситуациях (Н. Луман)1. Социализация символов формирует идентичность группы, границы которой символически определены.
Выделенные критерии субъектности свидетельствуют, что свою субъектность индивиды или общественные организации обретают, вступая во взаимодействие с другими организациями, институтами для достижения собственных целей и удовлетворения интересов.
Процессуальный характер общества позволяет говорить о динамичности и трансформации субъектности социального актора, статус которого сохраняется и повышается, адаптируясь к новым условиям, или снижается вплоть до утраты субъектности. Вместе с тем, на наш взгляд, лишение актора субъектности порождает очаг социальной напряженности, способствует формированию конфликтных отношений. Тем самым прерывается взаимодействие между акторами, а коммуникация относится к типу «разорванных», несостоявшихся. Данная идея находит наиболее яркое выражение в либеральной доктрине, постулирующей субъектность власти и граждан2, которые в социальных взаимодействиях являются носителями власти, устанавливая и легитимируя ее независимо от того, являются ли они активными участниками или всего лишь пассивными наблюдателями действий государства.
Важность определения субъектности вызывается тем, что социальные процессы трактуются как производные от социальных взаимодействий индивидуальных и институциональных акторов (Э. Гидденс, П. Штомпка, В. А. Ядов, Т.И. Заславская). Следовательно, направленность социальных процессов, динамика трансформаций является результирующей деятельности институтов законодательной и исполнительной власти, бизнес-структур, обще-
1 Луман Н. Власть. — М.: Праксис, 2001, с. 54.
2 Ачкасов В. А. Политическая нация и гражданское общество в современной России // В поисках гражданского общества. — Великий Новгород, 2008, с. 135−136.
ственных организаций, а также повседневных практик граждан. В этом смысле преднамеренные и непреднамеренные практики оказывают влияние на трансформационные процессы в стране и регионе. На эту сторону трансформации указывает ТИ. Заславская1, признавая трансформационную активность элиты и субэлиты. Социолог подчеркивает, что акторы действуют на различных уровнях трансформационного процесса — макро-, мезо- и микроуровне — и в зависимости от объема капитала и условий его реализации они оказывают прямое или косвенное воздействие на социальные процессы. Итак, следуя логике отечественного ученого, признаем, что акторы социальных взаимодействий обладают различной степенью субъектности, но своими практиками, активно взаимодействуя или занимая пассивную позицию, они оказывают влияние на процессы трансформации. Следует учитывать, что субъектность актора не является постоянной величиной, она носит трансформационный характер, социальные изменения изменяют позиции акторов социального пространства и мотивацию социальных практик.
Преодолевая дихотомию объективного и субъективного в современном научном дискурсе, ученые используют понятия «актор» и «агент». Э. Гидденс приписывает каждому актору свойство власти. Эта власть, по мнению ученого, проявляется, если актор осознает, что имеет возможность выбора действия из множества альтернатив, и если он обладает необходимыми для этого ресурсами. Понятие «агент» использует П. Бурдье, обращая внимание на такое его качество, как активность и способность действовать. Это действие направлено на сохранение или изменение позиции агента в социальном пространстве. В отличие от Э. Гидденса, П. Бурдье разводит понятия «агент» и «субъект». Субъект, по его мнению, подчинен правилам структуры, и это лишает его активности. Агент не просто действует, он определяет стратегию, т. е. систему
1 Заславская Т. И. Поведение массовых общественных групп как фактор трансформационного процесса // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены, 2000, № 6(50), с. 14−19- О субъектно-деятельностном аспекте трансформационного процесса // Акторы макро-, мезо- и микроуровней современного трансформационного процесса / под ред. Т. И Заславской. — М.: МВСШЭН, 2001, с. 3−16.
практик в рамках габитуса, в котором он объективирован.
Подытоживая использование исследователями данной группы понятий, отметим, что в социологическом дискурсе участники коммуникативного процесса трактуются не как активный субъект и пассивный объект, но как относительно равноправные акторы (агенты) социального пространства, каждый из которых конструирует реальность с учетом своих возможностей и имеющихся ресурсов. Субъектность актора выражается в различной степени свободы выбора действий и участие в «диалектике контроля». В качестве акторов могут выступать как отдельные индивиды, институты, так общественные ассоциации.
Индикаторами, демонстрирующими гражданскую позицию акторов, является отношение россиян к институтам власти и закону, к свободе и социальному равенству, к инициативности и социальной ответственности, готовность к участию в общественных организациях. Исследование Института социологии РАН свидетельствует об увеличении числа респондентов, предпочитающих социальное равенство индивидуальной свободе. В 2010 г. 33% опрошенных предпочли индивидуальную свободу, а 67% - общество социального равенства (в 1997 г. это соотношение составляло 33% к 57%). При этом авторы отмечают, что даже в возрастной когорте до 30 лет сторонников общества социального равенства больше, чем сторонников индивидуальной свободы, что, по их мнению, свидетельствует об определенном культурном феномене, отражающем видение россиян. По нашему мнению, данная тенденция также отражает оценку социальных изменений, в т. ч. и социального расслоения общества. Вполне логично на этом фоне мнение респондентов о социальной ответственности за происходящее в стране. Согласно данным опроса, только 18% считают важной готовность к решению общих проблем и всего лишь 13% обнаруживают это качество лично в себе2.
Редуцирование субъектности акторов гражданского общества находит отражение в социальной пассивности и нежелании брать ответственность за решение
2 Социологический опрос «Российская идентичность в социологическом измерении». — М.: ИС РАН, 2008 // www. isras. ru/analytical_report_ Social_inequality0. html
социальных проблем. Подобное отношение к возможности участия в вопросах управления регионом продуцирует безответственность населения по отношению к событиям, происходящим как на ближней социальной дистанции (во дворе, доме, районе), так и в городе (селе, поселке) и стране в целом.
Взаимосвязь радиуса контроля и ответственности подтверждается исследованиями, проведенными Левада-Центром. Результаты исследований (1989 и 2008 гг.) выявили, что значительное количество россиян считают, что они способны оказывать влияние лишь на события, происходящие в их семье, и совершенно не в силах повлиять на происходящее в мире, стране, городе, районе и даже доме, в котором живут. Значительно изменилось представление о моральной ответственности. В два раза сократилось количество респондентов, готовых брать личную моральную ответственность за действия своего правительства и признающих эту ответственность за другими людьми (с 15% в 1989 г. до 7% в 2008 г.). Также два раза меньшее число респондентов (20% в 1989 г. и 10% в 2008 г.) стали признавать происходящие в стране события зоной моральной ответственности граждан. Существенно сократилось число россиян, убежденных в том, что каждый работник несет моральную ответственность за работу своего предприятия (с 46% в 1989 г. до 26% в 2008 г.), и почти в четыре раза увеличилось число тех, кто придерживается противоположной точки зрения (с 5% до 19% соответственно)1.
Ослабление социальных связей, основывающихся на принципе взаимопомощи, затрудняет процесс самоорганизации, в т. ч. на уровне осознаваемых потребностей для достижения легко калькулируемой цели. Так, 75,7% опрошенных жителей села часть произведенной ими продукции сдают посредникам, приезжающим в село, при этом 40,2% респондентов не удовлетворяет сложившаяся практика реализации продукции, еще половина участников опроса не определила свое отношение. Однако только 1,8% респондентов счи-
1 Первое исследование было проведено в ноябре 1989 г. по репрезентативной выборке 1 500 жителей РСФСР в возрасте от 16 лет. Второе исследование прошло в июле 2008 г. по репрезентативной выборке 1 500 человек в возрасте от 16 лет. Статистическая погрешность не превышает 3,4%. Результаты опубликованы в феврале 2010 // www. levada. ru
тают возможным вариантом решения проблемы объединение нескольких хозяйств2. В этом проявляется неспособность людей коллективно отстаивать свои интересы и отсутствие механизмов самоорганизации в обществе.
Инструментом эффективного взаимодействия институтов власти и населения являются общественные организации/ ассоциации, реализующие функции артикуляции и агрегации интересов членов общности. По итогам 2009 г. гражданский сектор Волгоградской обл. объединяет в своих рядах 5 487 некоммерческих организаций, в т. ч. 2 205 общественных объединений. Вместе с тем, по данным нашего исследования, почти 90% опрошенного населения региона отметили, что не являются членами организаций/ассоциаций. Относительной популярностью среди оставшихся 10% жителей Волгоградского региона пользуются профсоюзы, спортивные клубы и религиозные сообщества3.
В целом, по данным ФОМа, только 12% знают или слышали о молодежных неформальных объединениях неполитического характера и правозащитных организациях (юридическая помощь жертвам произвола властей, призывникам, комитеты солдатских матерей и т. п.). Только 14% жителей региона знают или слышали о существовании благотворительных инициатив/ акций (сбор денег, вещей для бездомных, детских домов, пострадавших, нуждающихся и т. п.). Отсутствие информированности о деятельности подобных общественных организаций и невключенность в их работу определяет минимальное (1%) число полагающих, что общественные и другие некоммерческие организации могут влиять на ситуацию в городе/селе/ районе, на решение вопросов местной жизни4.
В российской и зарубежной литературе
2 Социологический опрос «Адаптация сельской молодежи: проблемы и перспективы их решения» (август 2008 г.) проведен под руководством автора. Опрошено 1 136 чел. в сельских поселениях Волгоградской обл.
3 Социологический опрос «Информационнокоммуникативные процессы в регионе и качество жизни населения» (февраль-март 2009 г.) проведен под руководством автора. Опрошено 600 чел.
4 Социологический опрос «Гражданское общество: Социологический атлас» по репрезентативной выборке в 1 924 населенных пунктах 68 субъектов РФ. Объем выборки для региона — 500 респондентов. Сроки проведения опроса: 12−26 сентября 2007 г. // fom. ru
низкий уровень включенности граждан и общественных организаций как субъектов гражданского общества объясняется усилением закрытости власти, сужением пространства публичной политики. Кроме того, по мнению исследователей Института социологии РАН, на масштабах активности в рамках всей страны сказалось исчезновение госзаказа на участие.
Уточнить позиции акторов во взаимодействиях позволяет трактовка понятия «участие». Участие рассматривается как процесс включенности институциональных и индивидуальных акторов в определение направленности процесса взаимодействия. Участие реализуется в континууме уровней взаимодействия1: информационного, содействующего, дискуссионного, со-участвующего. Информационный уровень участия предполагает, что власть информирует граждан о принятии решений- на уровне содействия институты власти дают возможность субъектам гражданского общества внести свой отзыв при обсуждении планов и программ- дискус-
1 Мордасова Т. А. Факторы развития общественного участия в современной российской публичной политике // Власть, 2010, № 1, с. 30−33.
сионный уровень — институты власти предоставляют возможность принять участие в обсуждении планов принятия решений- со-участие выражается в том, что акторы имеют возможность непосредственно участвовать в разработке решения. На современном этапе взаимодействие субъектов гражданского общества и институтов власти в основном ограничивается использованием технологий первых двух уровней, тем самым определяя вертикальный тип отношений власти и общества.
Проведенный анализ позволяет отметить, что гражданское общество в России находится на этапе становления. К числу основных субъектов гражданского общества можно отнести граждан (акторы, агенты) и общественные объединения, которые не обладают субъектностью действия и контроля. По-прежнему акторами социальных преобразований в стране выступают институты власти и группы элит. Сформировавшееся качество взаимодействия власти и общества тормозит развитие процессов самоорганизации, социальной ответственности, порождает пассивность и бездействие акторов гражданского общества, тем самым лишая его субъектности.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой