От фундаментального знания к проектной деятельности: творческий потенциал философии культуры

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 009 ГРНТИ 13. 07 ВАК 09. 00. 13- 13. 00. 02
Т. Ю. Быстрова
Екатеринбург, Россия
ОТ ФУНДАМЕНТАЛЬНОГО ЗНАНИЯ К ПРОЕКТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: ТВОРЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ ФИЛОСОФИИ КУЛЬТУРЫ
КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: философия культуры, проектная деятельность, фундаментальные знания, образование, дизайн, творческий потенциал
АННОТАЦИЯ: В докладе автор дифференцирует понятия «философия культуры» и «культурология». Автор, опираясь на свой многолетний педагогический опыт, выявляет творческий потенциал философии культуры, раскрывает значение теоретических знаний для практики проектирования.
T. Yu. Bystrova
Yekaterinburg, Russia
FROM FUNDAMENTAL KNOWLEDGE TO DESIGN ACTIVITIES: CREATIVITY OF THE PHILOSOPHY OF CULTURE
KEYWORDS: philosophy, culture, design activity, fundamental knowledge, education, design, creativity.
ABSTRACT: In the paper, the author differentiates the concept of & quot-philosophy of culture& quot- and & quot-cultural studies& quot-. The author, drawing on his many years of teaching experience, reveals the creative potential of philosophy of culture, reveals the importance of theoretical knowledge for the practice of design.
Дискуссия о статусе философии культуры продолжается среди российских культурологов и философов культуры: одни последовательно приписывают ей статус фундаментального научного знания, некоей метатеории культуры- другие подчеркивают ее инструментальный потенциал, способность трансформировать видение уже известных предметных полей. Этой дискуссионности способствует не столько внутренняя противоречивость и сложность предмета изучения философии культуры, сколько обстоятельства ее генезиса. Известно, что в российском научном пространстве, в том числе на уровне институций, долгое время сосуществуют и как бы конкурируют между собой две формулировки -«философия культуры» и «культуроло-
гия». При этом первой приписывается статус метатеории, тогда как второй -теории т.н. «среднего уровня», являющейся «более прикладной».
Особую остроту вопрос приобретает при оценке квалификации специалистов, например, во время защит кандидатских и докторских диссертаций (при необходимости я могу сослаться на личный опыт руководства кандидатской диссертацией по культурологии). Сторонники «фундаментальной» версии иронично либо с неприятием отзываются о тех, кто утратил «чистоту» знания, тяготеет к эмпирическому опыту и т. п. Они указывают на то, что уровень знания «наук о культуре» не специфичен, что изучать культуру может любой человек, не имеющий специальной (в контексте их рассужде-
34
© Быстрова Т. Ю., 2014
Быстрова Татьяна Юрьевна — доктор философских наук, профессор- Уральский федеральный университет, профессор кафедры культурологии и дизайна, профессор межвузовского центра по преподаванию культур-логии в технических вузах.
г
ний назовем ее «культурологической») подготовки. На деле они не учитывают возможности включения философских положений в практически-
ориентированный дискурс — в качестве и методологической, и ценностно-мировоззренческой основы. Можно сказать, что в этом подходе на один «шаг» больше: он не отвергает философский уровень исследования культуры, но делает его сердцевиной творческих усилий по целенаправленному созданию новых продуктов культуры. Для меня этот подход восходит к известной формулировке М. С. Кагана о человеке как творении и творце культуры [9].
В свою очередь, со вторым — прак-тико-ориентированным — подходом связана основная идея автора о возможности использования различных культурологических методов (структурализм, герменевтика и др.) и теорий (теория диалога М. М. Бахтина, игровая теория Й. Хей-зинги и др.) в современной проектной деятельности.
Анализ конкретных процессов проектирования в дизайне, архитектуре, связям с общественностью, деятельности по формированию имиджа территорий и т. п. показывает недостаточность общей эрудиции или интуиции специалистов для формирования концепций, обеспечивающих новизну и креативность конечного продукта. Например, музейный дизайнер, участвующий в создании интерактивной экспозиции, не просчитает возможные варианты формообразования, если не знаком достаточно глубоко с коммуникативными теориями. Архитектор, осмысляющий идеи «открытого города», не добьется успеха, если оперирует стандартной для российской архитектуры позитивистской моделью человека, учитывающей исключительно количественные характеристики жизнедеятельности.
Вместе с тем, решаемые ими задачи настолько масштабны и сложны, что для проектирования недостаточно так на-
зываемых теорий среднего уровня, поскольку в них доминируют эмпирические данные, «привязанные» к конкретным условиям (другая культура, социокультурное пространство, аудитория проекта). Философия культуры содержит актуальные установки и модели, которые можно включить в проектную деятельность, прежде всего, социокультурного и человеко-ориентированного характера.
Нарушение этических и эстетических норм в угоду краткосрочной привлекательности (и коммерческому успеху) проекта приводит к весьма печальным последствиям. Подобные продукты, выполненные без оглядки на методологию и мировоззрение, могут быть даже вредны для потребителей.
Приведем несколько конкретных примеров проектов, имеющих в своей основе философско-культурологические теории. В качестве доказательства приведем работу над дизайном выставки «Искусство путешествий» (14. 05. 22. 07. 2014) в Свердловском областном краеведческом музее. Куратор — кандидат культурологии С. Ю. Каменский, консультант дизайн-проекта — Т. Ю. Быстро-ва. Грант фонда М. Потанина в области музейных проектов, 2013.
С самого начала разработки концепции дизайна организаторы выставки четко проговаривали три момента: ее партисипационный характер, связь с идеями «музея 3.0.» и культуры участия- важность слова «путешествие» (а не «путешественник/ и») в названии выставки- особость уральской аудитории, в том числе музейной. Скованность, сдержанность, отсутствие привычки к активному взаимодействию с экспозицией у посетителя практически любого возраста.
При этом бюджет проекта был крайне невелик — около 500 тыс рублей на экспозицию из пяти или шести залов и пробный зал, работавший в течение месяца перед официальным открытием выставки и служивший своеобразным поли-
35
© Быстрова Т. Ю., 2014
Быстрова Татьяна Юрьевна — доктор философских наук, профессор- Уральский федеральный университет, профессор кафедры культурологии и дизайна, профессор межвузовского центра по преподаванию культур-логии в технических вузах.
гоном обкатки и корректировки идей. Поэтому к формированию экспозиции было решено привлечь студентов-дизайнеров разных вузов и курсов Екатеринбурга, либо не изучавших дисциплину «Культурология», либо знающих ее в объеме 7−14 учебных недель.
Исходные тезисы и отсутствие опыта оформления подобных интерактивных экспозиций дали организаторам повод обратиться к философско-культурологическим теориям.
Поскольку в новой музейной парадигме [2- 11- 13] основополагающую роль играют коммуникации, то во-первых, это, конечно же, теория диалога М. М. Бахтина[1]. В своих работах разных лет М. М. Бахтин определил предпосылки и характеристики диалогического общения. Они были систематизированы и обобщены нами ранее. На этапе разработки дизайн-концепции выставки они были разъяснены дизайнерам (в том числе студентам екатеринбургских вузов, которых в общей сложности в подготовке выставки было занято около 800 человек). В ходе практических занятий со студентами каждая из характеристик диалога, выведенных М. М. Бахтиным, -открытость сторон, их равенство в отношении друг друга, субъектно-субъектный характер их взаимодействия и т. п. — была раскрыта через конкретные формальные решения, определившие в дальнейшем характер экспозиции.
Наши решения подкреплялись, прежде всего, длительным (более полугода) процессом сбора материалов, экспонатов, голосов, историй путешественников Екатеринбурга. Семь камней с семи самых высоких гор мира, поход на лодке из социалистического Свердловска до Испании, отпускные поездки современного офисного работника на велосипеде во Вьетнам или Индию — все эти элементы экспозиции обсуждались и собирались в ходе предварительных встреч, дискуссий и т. п., превращая выставку из
факта в процесс. В нем не существовало иерархии в духе «кто дальше» или «кто больше», важно было нахождение в состоянии пути, мотивы и духовные результаты путешествия. Будучи помещенными в единый смысловой континуум, в единый горизонт, эти истории и их герои очно и заочно вступали в диалогические отношения.
Примером «заочного» общения является арт-объект на входе, выполнен-ныймагистранткой Уральского федерального университета У. Фадеевой. Участникам предлагалось ответить на один из четырех вопросов (куда, когда, с кем, на чем) и написать ответ на стилизованном изображении воздушного шара (этот объект одновременно являлся главным элементом фирменного стиля выставки). Вставляя ответы в подготовленные дизайнером пазы, посетители формировали некий многозначный гипертекст, который можно читать во всех направлениях. По мере работы выставки объект стал коллективным призывом, воплощенным желанием путешествия, к созданию которого чувствуют себя причастными все посетители выставки.
Названный подход реализован на всех уровнях взаимодействия с материалом и героями выставки. Легкость нахождения карандаша или ручки, считывания навигации, характер призыва к действию (где-то на «вы», в других случаях на «ты»), субординация информации -все это стало реализацией принципа диа-логичности в нашем музейном дизайне.
Во-вторых, благодаря слову «путешествие» в заголовке выставки, мы обратились к феноменологическому подходу, настойчиво повторяя себе и дизайнерам идею передачи состояния путешествия. Это увело от: а) иллюстративности -дизайн направлен на создание состояния, переставая быть «рамкой» для иллюстраций и экспонатов- б) необходимости следовать привычной для музеев хронологии — ибо состояние путешествия имеет кон-
36
© Быстрова Т. Ю., 2014
Быстрова Татьяна Юрьевна — доктор философских наук, профессор- Уральский федеральный университет, профессор кафедры культурологии и дизайна, профессор межвузовского центра по преподаванию культур-логии в технических вузах.
станты, переживаемые людьми разных эпох и культур. Залы «большой» экспозиции назывались «Выбор пути», «Сборы в дорогу», «Возвращение» и т. п. В них «уравнивались в правах» знаменитый уральский путешественник конца XIX века, шестидесятница Т. Ю. Серых, инвалиды-колясочники, взбирающиеся на горные вершины, и современные студенты-школьники-пенсионеры, пришедшие в музей (иллюстрации). Конечно, путешествие немыслимо без людей. Но, рассказывая о них, мы тоже стремились рассказывать об их стремлениях, мечтах, преодолениях и т. п., оставаясь в контексте феноменологии.
Работа с «состояниями» была конкретизирована через обращение к психологии восприятия пространства, ритма, цвета, фактуры. Мы использовали знания о наиболее глубинных механизмах восприятия. Она помогла найти и обосновать проектные ходы, вызывающие необходимые эмоции и вместе с тем обладающие необходимой экономичностью. Например, было решено уйти от образных решений (типа воспроизведения купе поезда), рано или поздно превращающих экспозициюо путешествиях в историю поездов, карет и т. п. Их заменили фактуры картона, оберточной бумаги и даже яичные коробки, создавшие, так сказать, эстетику пути. Большая роль отводилась визуальным ритмам как наиболее универсальному инструменту воздействия на состояние человека (иллюстрации).
3 Философия культуры учит созданию целостных моделей мира той или иной культуры. Этот опыт помог при создании зала «Другой мир», раскрывающего горизонты путешествия. Самым простым и понятным было создание пространства, аналогичного «стандартному» географическому пространству (запад -слева, Япония рядом с Китаем и т. п.). Но такая модель ни о чем не говорит путешественнику, человеку, уезжающему из дома, ищущему себя или что-то еще. По-
сле многократных неудачных эскизов и макетов было принято решение отказаться от сходства с географической картой в пользу четырехчастной структуры, напоминающей мандалу, в центре которой расположен крестообразный стол, посвященный Уралу и безграничным возможностям путешествия по нему.
Эта архетипизация, возможно, не оригинальна [см.: 3]. Такого рода прием создания модели мира, напоминающей мифологическую, часто встречается в рекламных роликах, в том числе для создания впечатления другой, иной реальности («обычный порошок» существует в узнаваемом мире, а рекламируемый — в мире ясности, чистоты и простоты). Будучи использованной для некоммерческих целей, она не утратила своей действенности, наполняясь более гуманистическим содержанием. Урал, Екатеринбург превратились на недолгое время в центр мира, создаваемого траекториями путешествий. Страны и континенты каждый посетитель проходил в порядке, интересном ему, свободно варьируя передвижение по залу.
Под столом — и это еще одно важное следствие культурологического подхода — была устроена зона для детей, нечто вроде пещеры, мира их собственного, детского путешествия, где можно порисовать на стенах, найти драгоценный камень в ящике с землей и провести время вдали от взрослых.
Итак, философия культуры помогла концепции и дизайнерской реализации необычной выставки. В свою очередь, участие в этой работе позволило мне обогатить свои представления о теории диалога и остальных компонентах, о которых говорилось выше. Показательно, что деятельность по организации выставки-процесса, построенная с привлечением культурологических идей, не вошла в противоречие с достаточно консервативным менталитетом музейных работников. Показательно и то, что дизайнерские не-
37
© Быстрова Т. Ю., 2014
Быстрова Татьяна Юрьевна — доктор философских наук, профессор- Уральский федеральный университет, профессор кафедры культурологии и дизайна, профессор межвузовского центра по преподаванию культур-логии в технических вузах.
удачи, «выстрелы вхолостую» были связаны с отходом от философских положений, попытками свободного околохудожественного формообразования.
Кроме выставки «Искусство путешествий» можно упомянуть и работу над залом «Мифологическое время» в Ханты-Мансийском музее Природы и Человека (2003), где перед проектной командой (в составе которой был автор текста) ставилась сложная задача воссоздания хантыйского хронотопа при одновременном запрете любых моментов му-зеефикации живой культуры хантов и манси [12]. На основе идей философии культуры нами реализованы проекты «Русская вещь» (УралГАХА, 2007), «Для
Шадринска. С любовью» (УрГУ, 2011), др. Они доказываю возможность прикладного подхода к культурологическому знанию.
Какова роль философа в этих процессах? Его основными задачами становятся выбор теории, соответствующей параметрам проекта- нахождение средств и путей реализации этой теории в конкретных формальных решениях- экспертиза предложений практиков — музейных работников, специалистов по рекламе, дизайнеров [см.: 10]- обобщение нового опыта, его анализ, корректировка теоретических положений либо разработка новой теории.
ЛИТЕРАТУРА
1. Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. — М.: Искусство, 1979. — 424 с.
2. Беззубова О. В. Пространство музея и проблема аксиологической переориентации // Музей. Общество. Религия: Аспекты взаимодействия. К 70-летию Государственного музея истории религии. Материалы IX Санкт-Петербургских религиоведческих чтений. — СПб., 2002. С. 12−14.
3. Быстрова Т. Ю. От модернизма к неорационализму: творческие концепции архитекторов XX—XXI вв. — Екатеринбург: Вебстер, 2013. 288 с. Гл. 4.
4. Быстрова Т. Ю. Вещь, форма, стиль: введение в философию дизайна. — Екатеринбург, 2002. — 223 с.
5. Быстрова Т. Ю. Философские проблемы творчества в искусстве и дизайне. Изд. 2-е. — Екатеринбург: УГТУ-УПИ, 2009. — 159 с.
6. Бычков В. В. Эстетика. Краткий курс. — М.: Издательство «Проект», 2003. — 384 с.
7. Еремеев А. Ф. Границы искусства: Социальная сущность художественного творчества. — М.: Искусство, 1987. — 319 с.
8. Еремеев А. Ф. Первобытная культура: Происхождение, особенности, структура. В 2-х ч. — Саранск: изд-во Мордовского ун-та, 1996. Ч. 1. — 160 с.- Ч.2. — 220 с.
9. Каган М. С. Философия культуры. Учебное пособие. — СПб.: ТОО ТК «Петрополис», 1996. — 416 с.
10. Культурологическая экспертиза: теоретические модели и практический опыт. -СПб.: Астерион, 2011. — 126 с.
11. Ломако О. М. Идея музея в генезисе культурного пространства // Формирование дисциплинарного пространства культурологии. Материалы научно-методической конференции. 16 января 2001 года, Санкт-Петербург. — СПб.: Санкт-Петербургское философское общество. Серия & quot-Symposium"-. Выпуск 11. СПб. 2001. С. 72−74.
12. Мифологическое время: альбом-каталог на рус. и англ. яз. / Гос. музей Природы и Человека — [отв. ред. М. Южанинова, сост.: Е. Перевалова, С. Лёзова, фот.: А. Ма-ковнев, Б. Головченко, пер. на англ. Т. Говорухина, худож.Е. Клодт]. — М.: Эпифа-ния, 2003. — 215 с.: цв. ил.
38
© Быстрова Т. Ю., 2014
Быстрова Татьяна Юрьевна — доктор философских наук, профессор- Уральский федеральный университет, профессор кафедры культурологии и дизайна, профессор межвузовского центра по преподаванию культур-логии в технических вузах.
13. Музей как пространство образования: игра, диалог, культура участия / Отв. ред. А. Щербакова. Сост. Н. Копелянская. — М.: Фонд Михаила Прохорова- Творческая группа «Музейные решения», 2012. 176 с.
14. Музейная экспозиция. На пути к музею XXI века. Сб. научных трудов. М.: Российский институт культурологии, 1997. — 216 с.
15. Уральская школа дизайна. Опыт подготовки дизайнеров в Свердловском архитектурном институте. Методические материалы. М.: ВНИИТЭ, 1989. — 116 с.
39
© Быстрова Т. Ю., 2014
Быстрова Татьяна Юрьевна — доктор философских наук, профессор- Уральский федеральный университет, профессор кафедры культурологии и дизайна, профессор межвузовского центра по преподаванию культур-логии в технических вузах.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой