Медведь на охоте, охота на медведя: Россия в немецкой карикатуре XIX XX вв

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 81 '22: 741.5 ББК Ш 100. 3
ГСНТИ 16. 21. 51- 16. 21. 33
Код ВАК 10. 00. 00
М. Жаковска
Лодзь, Польша МЕДВЕДЬ НА ОХОТЕ, ОХОТА НА МЕДВЕДЯ:
Россия в немецкой карикатуре XIX и XX вв.
Аннотация. Рассмотрена проблема эволюции семиотического значения понятия «русский медведь» в немецкой карикатуре и политическом дискурсе в XIX и XX вв.
Ключевые слова: «русский медведь" — семиотика- немецкая карикатура- политический дискурс- XIX и XX вв.
M. Zakowska
Lodz, Poland
THE HUNTING BEAR, THE BEAR HUNTING: Russia in German caricature of 19-th and 20-th centuries
Abstract. The article describes the evolution of semiot-ic meaning of the idea of «Russian Bear» in German caricatures and political discourse in l9h and 20th centuries.
Key words: «Russian Bear" — semiotics- German caricature- political discourse- 19th and 20h centuries.
Сведения об авторе: Жаковска Магдалена, канди- About the author: Zakowska Magdalena, PhD, Assis-
дат исторических наук, доцент. tant Professor.
Место работы: Факультет международных и по- Place of employment: Faculty of International and Po-
литических дел, Лодзинский университет. litical Studies, University of Lodz.
Контактная информация: Katedra Europy Srodkowej i Wschodniej, Wydzial Studiow Migdzynarodowych i Politologicznych UL, ul. Narutowicza 59a, 90−131 Lodz. e-mail: magdazakowska@uni. lodz. pl.
По крайней мере со времен Петра I немцы стали носителями культуры России. С наполеоновской эпохи вплоть до Первой мировой войны у Пруссии была общая граница с Россией, более того: до этого времени между немецкими государствами и Россией царил мир. Однако поражение России в крымской войне (1853- 1856), объединение Германии (1870) и, наконец, договоры России с Францией (1893) и с Англией (1907) обостряли отношения между двумя империями. Общественные волнения и недовольство царизмом после неудачи реформ Александра II вызвали у немцев чувство беспокойства перед непредсказуемой Россией. Немецкие консерваторы предупреждали об опасности, которую несли с собой русские революционеры. Социал-демократы и либералы сочувствовали подданным царя, напоминающим «рабов». В немецком националистическом дискурсе русским было отказано в праве на равенство с народами Западной Европы. Царская империя стала предметом немецких планов Drang nach Osten [ср. Unsere Russen: 14−45].
С этого времени популярным становится сравнение отношений между немцами и Россией со связью Красавицы и Чудовища, продиктованное представлениями о столкновении Европы с Азией. Для немцев XIX в. Россия выступала «миром наоборот», источником опасности, которую несет с собой империализм, деспотизм, азиатчина, покрытые флером европейской культуры. Особенно часто «русский медведь» ассоциировался с «варваром у ворот». Это понятие появилось в немецкой политической риторике уже в конце XVII в. Например, Готфрид Лейбниц называл русских «крещеными медведями». В середине XIX в. русские медведи «прижились» также в немецкой карикатуре (о развитии немецкой карикатуры с середины XIX в. см. [Hiller: 76−81]). В карикатурах образ медведя используется до сих пор и стал
© Жаковска М., 2011
самым популярным, если не единственным, символом России. Однако является ли сегодняшний «русский медведь» тем же самым, что и персонаж карикатур XIX или начала XX вв. ?
В КОНЦЕРТЕ ДЕРЖАВ. В XIX в. «русский медведь «не всегда ассоцировался с Чужим. Олицетворение России в облике нордического «царя зверей» вовсе не было самым обидным оскорблением и не подразумевало, что она является Чудовищем. Русского Голиафа немецкие карикатуристы изображали с уважением, как равноценного соперника, состязающегося в успехах с державами Европы. Карикатуры с медведем чаще всего выступали комментарием к дипломатическим и военным действиям России. На рисунке 1863 г. (рис. 1) медведь предстает одним из «игроков» на политической карте Европы, наряду с Великобританей — львом, Италией — единорогом, Испаней — быком, Пруссией и Австрией — двумя орлами, и с расположенным в центре карикатуры символизирующим Францию петухом. Отрицательные чувства по отношению к России выражены здесь довольно мягко. Медведь присел на корточки в правом нижнем углу картины, прикрываясь сжимаемым в лапе кнутом. Покусанный турецкими пчелами в Крымской войне медведь (карикатура 1855 г. — см. рис. 2) вызывает у читателей не только злорадство (Schadenfreude), но и сочувствие.
ЧУДОВИЩЕ. Была, однако, и обратная сторона медали. Царская империя ассоциировалась у немцев с косностью, темнотой и дикостью, и свои взгляды они открыто выражали в карикатурах. Медведь идеально подходил для этих целей, и поэтому стал героем очень популярных в свое время работ, образующих цикл «Красавица и Чудовище». Роль Красавицы чаще всего играла «фрау Европа». Наибольшее отвращение у нее вызывал «балканский зверинец» (см. рис. 3). Однако медведя она также
предпочитала видеть в зоопарке, а не в салоне (см., напр., рис. 4). После 1893 г. в роли Красавицы постоянно фигурировала также Марианна. Плача в растрепанном пеньюаре, она тщетно проклинала брак с пропивающим ее приданое косолапым зверем (рис. 5).
В то же время случалось, что карикатуристы из либеральных журналов конца XIX — на-
чала XX вв. высмеивали подобный «варварский дискурс». Примером тому может служить карикатура «В службе России», опубликованная в журнале «81тр11с1ББ1тиБ». Рисунок изображает белого медведя, которого с миссионерским страданием чистят от вшей пруссаки, представленные в виде обезьян (рис. 6).
Рис. 1
Рис. 2
Рис. 4
«КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ЗАРАЗА». В меж-военный период образ «русского медведя» приобрел в немецкой пропаганде черты символического Эльдорадо. Это способствовало созданию и образа союзника, и нейтральной фигуры, и Врага. Особенно востребованной фигура медведя становится во время Первой и Второй мировых войн, меньше — в период 1922—1932 гг., когда во взаимных отношениях Германии и СССР доминировало сотрудничество, даже своеобразная дружба. Однако следует понимать, что даже поддержка «русского медведя» не снимала с него клейма Чуждости. Основным символом советского государства стал рыжий «медведишка» в буденовке с серпом и молотом или же с красной звездой на космах. Тот же медведь фигурировал как символ «коммунистической заразы» (рис. 7). Изображение советского государства в облике зверя оправдывало отношение к нему как к дикому зверю (см. рис. 8).
Рис. 5
Рис. 6
Подчеркивались сила, грубость и «извращенный эротизм» русских. Маркируемый как примитивный самец, «русский медведь» воплощал «темную» сторону маскулинности. Карикатуристы внушали, что он мог, по непонятным причинам, очаровать распутницу Францию (см. рис. 9, 10), однако у германской красавицы блондинки — цивилизованной Европы он вызывал лишь отвращение и презрение (см. рис. 11).
После прихода к власти Гитлера «русский медведь» был использован также в качестве антисемитского символа, который ассоциировался с отходами и смрадом. Так, карикатура 1938 г., опубликованная перед Мюнхенским соглашением, представляет Сталина медведем с большим «еврейским носищем», приветствующим президента Чехословакии Эдуарда Бенеша. Бенеш на этой карикатуре изображен в виде медвежонка, испражняющегося на шляпу британского дипломата (см. рис. 12).
Рис. 7
Рис. 8
Рис. 9
Рис. 101
Рис. 11
Рис. 122
Рис. 13
Рис. 14
Рис. 15
Рис. 163
Рис. 17
1 Надпись под карикатурой: «Политический сон в летнюю ночь. Титания — Марианна: Мой слух влюбился в твой певучий голос, / Мой взор пленился образом твоим- / Мне красота твоя велит поклясться. Моток — Сталин: По-моему, сударыня, вряд ли это с Вашей стороны разумно» (пер. М. Лозинского).
Надпись: «В Чехословакии распространился советско-русский обычай приветствования гостей».
3 Надпись: «Только прошу уважать время поста!»
«ИМПЕРИЯ ЗЛА» И ЕЕ РАСПАД. После
окончания Второй мировой войны Германия и другие страны Западной Европы для определения феномена Советского Союза стали использовать термин «тоталитаризм», служивший для обозначения «теории извращенной современности и разложившейся демократии» [Ма-лия: 16−17]. Эти воззрения ярко отразились в способе представления советского государства в общественном дискурсе в ФРГ. СССР существовал в нем почти исключительно в контексте примитивных ассоциативных рядов: русский = восточный человек = враг европейской цивилизации- Советский Союз = коммунизм = опасность для «свободного мира». На политических плакатах ФРГ в 40-е и 50-е гг. постоянно появлялся мотив опасного советского «чудовища». Наряду с ним в немецкой карикатуре времен холодной войны сохранялся мотив «русского медведя». Прежде всего он проявился в откликах карикатуристов из «свободного мира», в том числе из ФРГ, на такие события, как участие СССР в афганской войне (1979−89- см. рис. 16) и в противодействии движению «Солидарность» в Польше (см. рис. 17). В карикатурах того времени «советский медведь» воплощал не только силу и величину советского государства, но и проводимую им агрессивную внешнюю политику. Кроме того, он, как правило, олицетворял коммунистическую систему и ее идеологию.
Однако «русского медведя» немецкие карикатуристы постепенно стали изображать и с симпатией. Это произошло во время перестройки, когда немцы восхищались реформами Михаила Горбачева и воспринимали СССР государством, наиболее заинтересованным в преодолении противостояния эпохи «холодной войны». Симпатия к Горбачеву проявлялась в сочувствии его борьбе за «поддерживание жизни» Советского Союза, даже когда она была уже практически проиграна. «Die Welt» в декабре 1989 г. изобразил наступающий распад восточного блока как постепенное таяние и разламывание льдины в форме медведя, происходящее несмотря на усилия Горбачева избежать гибели «медведя» в океане перестройки (рис. 18).
Созданная после распада СССР Российская Федерация довольно быстро стала важным политическим и экономическим партнером Германии. В то же время многих немцев беспокоили результаты общественно-экономических перемен в новом государстве. Сохраняется очарование далекой и неизвестной России, однако это государство до сих пор представляется амбивалентным. Положительное отношение к русскости в области культуры вступает в противоречие с критичным отношением к России-государству.
Сегодня медведь остается последним зверем из богатого в XIX и начале XX вв. немецкого «зверинца народов». В настоящее время сложно встретить британского льва или французского петуха, не говоря уж о персонажах, исключенных по соображениям политической корректности, таких как японские обезьяны, сербские вши, польские крысы. Все эти фигуры не более популярны, чем сидящая на быке Европа в качестве олицетворения Европейского союза. Современные карикатурные изображения России более мягки и ироничны по форме, однако более критичны по содержанию. Рос-сия-медведь в международных отношениях считается чаще всего одиноким Чудовищем среди людей (см. рис. 19). Россию, обладающую мощным военным и сырьевым потенциалом, на одной из карикатур изображают в виде медведя, идущего на Европу, который опирается на газовую трубу и ассоциируется с враждебно настроенным Дедом Морозом (рис. 20).
Из немецкой сатиры давно исчез мотив злорадства по поводу поражения малых народов и государств в столкновении с русским (и любым другим) Голиафом. В ней клеймятся любые войны и военные интервенции, осуждаются агрессоры и не считается маловажным нарушение прав человека. Современная немецкая карикатура без прикрас показывает «державный дискурс», управляющий политикой великих держав. Особенно экспрессивно это выражено в карикатурах 2008 г., представляющих грузинский конфликт «с русской точки зрения» (см., напр., рис. 21, 22).
Рис. 19. Реплика: «Можно Рис. 20. Дед Мороз
мне с ним поиграть?»
Рис. 21 Рис. 22.
НАРОД В ОКОВАХ. Из немецкой карикатуры никогда не исчезала идея противопоставления русского государства русскому народу. В XIX в. этот народ представлялся, однако, опасным и варварским, как сама Россия. Такое мнение ярко отразилось в перцепции немцами революции 1905 г. Сатирики солидаризовались с «цивилизованной Европой» в осуждении анахронической авторитарной власти Николая II. Однако народ, борющийся за демократические свободы, изображался не иначе как в облике
медведя, сбежавшего из клетки (рис. 23). Такой зрительный образ мог вызвать у читателей только одно желание: чтобы монстра удалось задержать в зоопарке. Мотив Чудовища, который освобождается из-за решетки, был также использован карикатуристами еженедельника «Der Spiegel» для изображения распада СССР в 1991 г. (рис. 24). Однако в Рис. 23 ецкой карикатуре русский народ представляется с заметно большим, чем сто лет назад, сочувствием и пониманием. Более того, вырождение русской власти и «диктатуры закона» современная немецкая карикатура осуждает чаще и жестче, чем прежние немецкие сатирики — режим последних царей (см., напр., рис. 25).
Как сто лет назад, так и в настоящее время в карикатурах отражается тезис, что чем _________________________
хуже русскому государству, тем лучше его гражданам.
Войны, проигранные Россией, дают импульс к либеральным реформам и к расширению пространства
свободы для народа. В карикатуре, помещенной в 1906 г. в журнале «Simplicissimus», Россия-Матушка заявляет, что отец новорожденной русской конституции — кайзер, Микадо. Радостно урчит сидящий у их ног белый медведь, освобожденный от намордника (рис. 26). Победные войны ведут к консервативной реакции, сжиманию кандалов, дальнейшим войнам (см., напр., рис. 27).
Рис. 24
Рис. 25
Рис. 26
Рис. 27
По мнению Ивэра Нойманна, в немецком и (обще)европейском культурном дискурсе Россия рассматривается как часть Европы только в том смысле, что Россия — ученик Европы. Последние 500 лет она была государством-аномалией, отрицавшим категории европейского универсума, что вызывало у европейцев глубокую обеспокоенность [Нойманн 2004: 152−153.].
В подобном восприятии русскости мало что изменилось до сих пор. Устойчивость представлений о «русских дикарях» демонстрирует сравнение рекламы спектакля 1B73 г. с участием «косолапого дикого человека и его сына из девственных лесов России» со снимком косолапого русского туриста, украшающим статью «Русские прибывают», опубликованную в журнале «Stern» в 2005 г. (см. рис. 2B, 29).
Рис. 28 Рис. 29
По мнению Нойманна, специфичнось России как Другого «находится не столько в пространственном, сколько во временном измерении, поскольку эта страна воспринимается как постоянно находящаяся в состоянии перехода к следующей стадии европеизации» [Там же:
153−154]. Исторически Россия является главным «лиминарным спутником» Европы. Поэтому, утверждает Нойманн, одна из основных характеристик, которая приписывалась России, — это неопределенность. В XVI и XVII вв. Европа «выражала сомнения по поводу христианского статуса России», в XVIII в. — «по поводу успехов европеизации России», в XIX в. — «относительно ее военных намерений», в XX в. — по поводу ее великодержавного статуса, сегодня — по поводу ее желания стать членом мирового сообщества. Пока Россия воспринимается как «пограничное явление», она будет считаться «медведем» — опасностью [Там же:
154−155].
ЛИТЕРАТУРА
Малия М. Советская трагедия: История социализма в СССР (1917−1991). — М., 2002.
Нойманн И. Использование «Другого». Образы Востока в формировании европейских идентичностей / пер. В. Литвинов, И. Пильщиков. — М., 2004.
Hiller B. Cartoons and caricatures. — London- N. Y., 1970.
Unsere Russen. Unsere Deutschen. Bilder vom An-deren 1800 bis 2000. — Leipzig, 2008.
СПИСОК ИЛЛЮСТРАЦИЙ
Рис. 1. Zur Beruhigung // Kladderadatsch. 1863.
№ 23−24.
Рис. 2. Die hohere Politik oder so macht man’s Allen recht // Kladderadatsch. 1855. № 46.
Рис. 3. Aus der Balkanmenagerie oder angenehme Nachbarschaft // Kladderadatsch. 1909. № 14.
Рис. 4. Die Rustungen im Osten // Kladderadatsch. 1914. № 11.
Рис. 5. Die gluckliche Ehe // Kladderadatsch. 1905. № 51.
Рис. 6. In Russlands Diensten // Simplicissimus. 1904. № 20.
Рис. 7. Berlin 1926 // Kladderadatsch. 1926. № 23.
Рис. 8. Der Barenhauter // Kladderadatsch. 1917. № 39. Рис. 9. Die Dompteuse von Genf // Kladderadatsch. 1934. № 24.
Рис. 10. Politischer Sommernachtstraum // Kladdera-datsch. 1937. № 7.
Рис. 11. Abgeblitzt // Kladderadatsch. 1938. № 43.
Рис. 12. Johnson A. Ein sauberer GruB // Kladdera-datsch. 1938. № 34.
Рис. 16. Aber jetzt bitte die Fastenzeit respektieren! // Suddeutsche Zeitung. 1980.
Рис. 17. Revolution im Sowjet-block // Der Spiegel. 1981. № 41.
Рис. 18. Bohle K. // Die Welt. 1989. 27. 12.
Рис. 19. Koufogiorgos K. Kann ich auch mal damit spielen? 2008. URL: http: //es. toonpool. com/cartoons/ Kann%20ich%20auch%20mal%20damit%20spielen%3 F_21 432.
Рис. 20. Schopf O. Vaterchen Frost. 2007. URL: www. oliverschopf. com.
Рис. 21. Sakurai H. Einfuhlungsvermogen gefordert. 16. 08. 2008. URL: http: //www. sakurai-cartoons. de/
Рис. 22. Schonfeld K. -H. NATO — Russland. 21. 08. 2008. URL: http: //www. cartooncommerz. de/IIMS/
iims. php? op=modload&-name=IIMS_Gallery&-file=inde x& amp-do=showpic&-pid=5164&-orderby=.
Рис. 23. Das Verfassungsmanifest // Kladderadatsch.
1905. № 44.
Рис. 24. Ein Weltreich zerbricht // Der Spiegel. 1991. № 36.
Рис. 25. Schwalme R. Vaterchen Putin und der russi-scher Bar. 2003. URL:
http: //www. cartooncommerz. de/IIMS/iims. php? op=modl
oad& amp-name=IIMS_Gallery&-file=index&-do=showpic&-pi
d=284& amp-orderby.
Рис. 26. Die neugeborene Verfassung // Simplicissimus.
1906. № 9.
Рис. 27. Schwalme R. Russland. 2001. URL:
http: //www. schwalme. de/schwalme/index. php5. Россия Рис. 28. Adrjan Jeftichjew, der haarige Waldmensch und sein Sohn, aus den Urwaldern Russlands. -Berlin, 1873. // Unsere Russen… — Leipzig, 2008. S. 25.
Рис. 29. Die Russen kommen // Stern. 2005. № 33.
Статью рекомендуют к публикации доцент М. Б. Ворошилова
и проф. Анджей де Лазари

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой