Развитие представлений о семье и образе родителя в системе детско-родительских отношений [1]

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 159. 922
Алексеева Елена Николаевна
специалист по учебно-методической работе заочного отделения факультета психологии Астраханского государственного университета dom-hors@mail. ru
РАЗВИТИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О СЕМЬЕ И ОБРАЗЕ РОДИТЕЛЯ В СИСТЕМЕ ДЕТСКО-РОДИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ [1]
Alekseeva Elena Nikolaevna
Specialist of the teaching and guiding department, Correspondence Department of Psychology Faculty, Astrakhan State University dom-hors@mail. ru
DEVELOPMENT OF FAMILY CONCEPTION AND PARENTAL IMAGE IN CHILDREN-PARENTS RELATIONS [1]
Аннотация:
В данной статье представлены результаты теоретического исследования, цель которого -выявление особенностей становления представлений об образе родителя и семьи в целом у человека от 2-х лет и до юношеского возраста (до создания своей собственной семьи). Было установлено, что главными процессами формирования образа будущего родителя являются следующие: восприятие- соотношение- идентификация и имитация жизни семьи- попытка разобраться в семейных ситуациях- перенос и воспроизведение. Полученные результаты будут полезны при планировании и реализации коррекционной работы с родителями в направлении оптимизации межличностного общения и преодоления дисгармоничности в семье.
Ключевые слова:
образ родителя- детско-родительские отношения- установки- неадекватность образа родителя.
Summary:
The article presents results of the theoretic research, aim of which is to reveal peculiarities of parent and family images formation by a person in the age between 2 years old and juvenile (or up to the age when one’s own family appears). The author ascertains that the main processes of the future parent formation are: perception, correlation, identification and family imitation, attempt to sort out the family situations, transference and reproduction. The research results may be applied in planning and implementation of correctional work with parents aimed to optimize interpersonal communication and overcome disharmony in the family.
Keywords:
image of a parent- child-and-parents relations- guidelines- inadequacy of the parent image.
Среди многих аспектов проблемы формирования психологической готовности молодежи к семейной жизни в качестве одного из важнейших можно выделить правильное понимание молодежью роли семьи и брака в современном обществе, что, в свою очередь, связано с особенностями формирования у них установок, ориентацией на вступление в брак и деторождение [2, с. 121].
Обсуждение проблем воспитания семьянина начнем с рассмотрения сущности понятия «любовь». Смысл этого понятия сильно различается у разных людей, и отношение у юношей и девушек к нему будет различным. По данным исследований С. В. Мерзляковой, значимость ценностей «любовь», «счастливая семейная жизнь» значительно выше у девушек. «Данная взаимосвязь… определяется той ролью, которую занимает женщина в обществе, психологическими характеристиками, присущими ей, содержательной стороной направленности личности женщин, взглядом на окружающий мир. Согласно материнской роли, у женщины изначально присутствует направленность на создание семьи, проявление нежности и заботы к другим, способность разделять чувства близкого человека. При этом ценность „счастливая семейная жизнь“ не теряет своей значимости и у юношей» [3, с. 71−75].
«Воспитание чадолюбия — это особый раздел подготовки семьянина. Особое значение оно обретает при воспитании у девочек адекватных установок материнства и формировании образа будущей матери» [4, с. 139−140].
По данным исследований С. И. Левиковой, «формирование и становление образа будущего родителя закладываются в юношеском возрасте, тогда как подготовка к семейной жизни разворачивается уже на ранних этапах жизни» [5, с. 45].
О. А. Карабанова выделяет образ родителя как воспитателя и образ системы семейного воспитания у ребенка как интегративный показатель детско-родительских отношений. В данном контексте «роль образа родителя и ребенка в детско-родительских отношениях состоит в ориентировке в указанной системе отношений с целью достижения согласованности и сотрудничества в решении задач совместной деятельности и обеспечении необходимых условий гармоничного развития ребенка» [6, с. 119].
В работах Э. Галински выделяются шесть стадий родительства, содержание и последовательность которых задается логикой развития сотрудничества родителя и ребенка. Одна из стадий
(она же самая первая) — стадия формирования образа — продолжается от момента зачатия до рождения ребенка и рассматривается как исходная в формировании родительской позиции. Именно на этой стадии формируется первичный образ детско-родительских отношений, включающий представление о целях и ценностях воспитания, образ идеального родителя как эталона, представление о ребенке и взаимодействии с ним.
Д. Н. Исаев и В. Е. Каган отмечают, что «…супружеская и родительская социализация начинается на 2-м году жизни, когда ребенок в семейном общении воспринимает первые образцы маскулинности и фемининности. В 2−3 года, когда ребенок осознает свой пол и начинает соотносить „свое „я“ с представлениями о людях своего и другого пола, в ролевых играх он осуществляет маскулинное и фемининное поведение, как в первую очередь супружеское и родительское. В этих играх отражается формирование первого, простейшего уровня семейных установок, которые соответствуют общим стереотипам семь. В 3−5 лет в подобных детских играх уже можно проследить имитацию жизни собственной семьи или других виденных семей. Девочка уже не просто укачивает куклу, но делает это, точно копируя свою мать. Эти игровые перевоплощения -один из сильных путей формирования супружеских и родительских ролей. Основной механизм этого формирования — идентификация и имитация. Ребенок идентифицирует себя с родителем своего пола и имитирует его поведение в случаях, когда родитель холоден, груб, несправедлив, жесток. В этом же возрасте — 3−5 лет — дети просят у родителей брата или сестру, бывают трогательно ласковы и заботливы с младшими. Появление еще одного ребенка в семье обычно не сопровождается детской ревностью. Это возраст интенсивной закладки основ чадолюбия. Для его формирования небезразличны способы разъяснения происхождения детей — в них не должно быть места пугающей информации и они должны сигнализировать ребенку о том, что родительство — счастливое и необходимое человеку явление“ [7, с. 134−138].
„Младший школьник уже пытается разбираться в семейной ситуации, понимать и оценивать позиции родителей, вырабатывать собственные. Чем меньше ребенок эмоционально удовлетворен ситуацией в родительской семье, тем он больше воспринимает внесемейные образцы — и тогда многое зависит от того, каковы эти образцы.
Подростковый возраст ставит перед родителями усложняющиеся задачи. В первую очередь из-за того, что для подростка влюбленность и собственная семья столь же близки, сколько далеки друг от друга. Понятие „иметь ребенка“ связывается подростками в основном с беременностью и в лучшем случае с младенцем в коляске, но не с многолетними заботами о нем.
Исследование гендерных различий восприятия подростками родительской позиции матери и отца представляет особый интерес. Известно, что родительская роль специфицирована в соответствии с полом ребенка, что находит отражение в различных социальных ожиданиях и нормативах поведения, предписываемых обществом матери и отцу в отношении сына и дочери. Предписанные ожидания и нормативы создают идеальные эталонные формы маскулинности и фемининности, присвоение которых обеспечивает формирование полоролевой идентичности в подростковом возрасте. В соответствии со сложившимися культурно-историческими нормами социализации девушки и юноши, в свою очередь, предъявляют различные ожидания в отношении поведения матери и отца, подтверждение или неудовлетворение которых в значительной мере определяет образ родительской позиции матери и отца „глазами подростка“. По некоторым данным, матери воспринимаются подростками как более мягкие и склонные к поиску компромисса в спорных ситуациях, а образ отца приобретает угрожающий оттенок — с отцами подростки чаще связывают ситуации фрустрации и эскалации конфликта. Чем старше подростки, тем чаще они испытывают фрустрацию в отношениях с родителями вне зависимости от пола“ [8, с. 175−177].
„Образ родительской позиции матери у юношей и девушек различается по уровню позитивного интереса и враждебности. Во всех возрастных группах девушки склонны выше оценивать уровень позитивного интереса, любви и принятия со стороны матери по сравнению с юношами. Для юношей более характерно переживание недостатка материнской любви и тепла.
Гораздо ярче гендерные различия наблюдаются в отношении подростков к отцу и восприятии его воспитательных установок.
Во-первых, юноши более склонны оценивать поведение отцов как директивное, контролирующее, регулирующее. Особенно ярко эта тенденция проявляется в группе 14−15-летних, что обусловлено переживанием негативной фазы подросткового кризиса, формированием чувства взрослости и требованием его признания, а значит, и уважения и отказа от команднодирективного способа общения.
Во-вторых, юноши чаще, чем девушки, оценивают отношение отцов как враждебное, нетерпимое, придирчивое, подозрительное и амбивалентное, чем девушки.
Наконец, в-третьих, юноши чаще оценивают поведение отцов как непоследовательное, чем девушки.
Итак, гендерные различия в восприятии родительской позиции матери и отца состоят в том, что отношения мальчиков и отцов наиболее сенситивны к воздействию дисгармонического типа
воспитания, в то время как отношения девочек с родителями развиваются по сценарию относительного благополучия“ [9, с. 297].
По результатам исследований О. А. Карабановой были выделены следующие наиболее характерные особенности представлений родителей о себе как родителе.
„Я-реальное. 1. Родители в подавляющем большинстве случаев высоко оценивают уровень своего эмоционального принятия ребенка, однако оно достаточно часто реализуется лишь на уровне переживания и осознания и не находит адекватного выражения в общении и совместной деятельности родителей с ребенком. Несогласованность аффективного и предметнодейственного (поведенческого) уровней эмоционального принятия ребенка обусловлена различными причинами. В случае проблемного характера родительско-детских отношений они таковы:
— ориентация родителей на социально-желательные образцы родительской роли в силу гиперсоциализированности родителя и его стремления к перфекционизму при отсут-ствии/дефицитарности глубокого родительского чувства к ребенку-
— низкая коммуникативная компетентность в отношении освоения операционнотехническими средствами коммуникации (вербальными и невербальными), неумение выразить в действенной форме любовь и принятие ребенка-
— ориентация родителей на авторитарные стереотипы воспитания, структурирующие детско-родительские отношения по типу доминирования — подчинения, где открытое выражение родителем любви и принятия ребенка рассматривается как нежелательное проявление „слабости“ системы родительской дисциплины. Такой тип ориентации типичен для традиционного понимания отцовской, а не материнской любви.
2. Низкая критичность родителей в оценке своих родительских качеств и уровня родительской компетентности. Как правило, признаются лишь низкая эффективность системы семейного воспитания и существование трудностей понимания, взаимодействия и сотрудничества в детско-родительских отношениях.
Я-идеальное. Характеризует особенности представлений родителей об эталоне качеств и ролевого поведения родителя. Большое значение родители придают блоку характеристик эмоционального принятия и взаимодействия с ребенком и блоку коммуникативных качеств. При построении отношений с ребенком, по мнению родителей, необходимо исходить из принципов равноправия и уважения его личности, признавать его право на свободу выбора собственного пути развития. В то же время большинство родителей считают, что декларируемые ими принципы могут быть реализованы лишь при достижении определенного уровня „самостоятельности и ответственности“ ребенка, а до этого момента за ними должна быть сохранена функция безоговорочного руководства, опеки и контроля“ [10, с. 587−589].
„Отличительной особенностью соотношения образов Я-реального и Я-идеального родителей, испытывающих трудности в процессе воспитания детей, стала дисгармоничность их оценки реальных своих родительских качеств и представлений о желаемых „идеальных“ качествах. Исходя из работ К. Роджерса, К. Хорни и Р. Бернса, было выделено три вида дисгармоничности соотношения Я-реального и Я-идеального. Во-первых, замещение Я-реального Я-идеальным — родитель оценивает себя совершенным и безупречным в выполнении своей родительской роли, образ „Я как родитель“ искажает реальность. Во-вторых, замещение Я-идеального Я-реальным — родитель некритичен к выполнению своей отцовской или материнской роли, полностью удовлетворен своим поведением как воспитателя, слабо выражена его ориентация на саморазвитие и самосовершенствование, нет психологической готовности к работе над собой. И, в-третьих, значительный разрыв между Я-идеальным и Я-реальным, не оставляющий возможности для постановки конкретных реалистических задач совершенствования родительской позиции. Описанные виды дисгармоничности соотношения образов „Я как родитель“ (Я-реальное и Я-идеальное) обусловливают неконгруэнтность (К. Роджерс) родителя в общении с ребенком и значительно осложняют процесс коммуникации.
Неадекватность образа детско-родительских отношений у родителя и ребенка обусловлена ценностными установками каждого из участников этих отношений и ошибочными атрибуциями. Для большинства родителей оказывается характерной объектная установка в отношении ребенка, в рамках которой ребенок рассматривается как объект воспитания, а не как равноправный субъект его диалогического процесса.
Неадекватность образа родителя у ребенка обусловлена возрастно-психологическими особенностями ребенка, характером детско-родительских отношений, в частности типом привязанности и индивидуально-личностными особенностями ребенка, например типом акцентуации в подростковом возрасте. Искажение (нарушение) образа родителя является результатом воздействия всех указанных факторов. Консультативный опыт и полученные данные позволяют выделить следующие варианты искажения образа родителя у ребенка. Для раннего и дошкольного возраста характерно:
— преувеличение силы и могущества родителя, вера в его неограниченные возможности, достижения-
— преувеличение знаний, компетентности и мудрости родителя.
Миф о „всесилии родителя“, являющийся нормой для ребенка раннего и дошкольного возраста, постепенно преодолевается и, начиная со старшего дошкольного возраста, замещается реалистическим представлением о родительских возможностях“ [11, с. 51].
Для подросткового возраста характерно:
— преуменьшение способности родителя к пониманию, сопереживанию, способности оказать эмоциональную поддержку-
— преувеличение авторитарности, директивности, строгости, жесткости родителя.
Эти варианты искажения образа родителя в значительной степени обусловлены такими возрастно-психологическими особенностями подростков, как эмоционально-личностный эгоцентризм и чувство взрослости.
Вне зависимости от возраста тревожный тип привязанности провоцирует формирование образа родительского отношения как отвергающего, пренебрегающего, а родителя — как холодного, жесткого, не любящего.
Подводя итог вышесказанному, необходимо сказать, что в процессе жизни дети перенимают от старших поколений немало знаний об отношениях к человеку другого пола, о браке, о семье, усваивают нормы поведения. Все это ценно, но при нынешнем темпе жизни естественный механизм передачи таких знаний уже недостаточен. Поэтому важное место должно принадлежать и специальной подготовке подрастающего поколения в школе и в родительской семье к созданию в будущем своей семьи- к выполнению супружеских и родительских обязанностей- к воспитанию детей.
Всестороннее воспитание семьянина осуществляется под воздействием различных социально-педагогических и психологических факторов. Многие исследователи, подчеркивая многофакторный характер указанного процесса, выделяют среди них семью, школу, общество сверстников, художественную литературу, средства массовой информации, общественность, церковь. Процесс воспитания семьянина, как и любой другой подобный процесс, представляет собой совокупность воспитательных взаимодействий. Большое значение в указанных взаимодействиях имеет не только воздействие на воспитанника, но и его ответная реакция. Она тоже не остается неизменной, меняется, развивается. Все это необходимо учитывать, организуя работу с молодежью.
Ссылки и примечания:
1. Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта РГНФ („Трансформация представлений о семье и семейных ценностей молодежи в социально-экономических условиях современной России“»), проект № 12−06−20.
2. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкий В. В. Психология и психотерапия семьи. СПб., 1998.
3. Карабанова О. А. Психология семейных отношений. М., 2005.
4. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкий В. В. Указ. соч.
5. Левикова С. И. Молодежная субкультура: учеб. пособие. М., 2004.
6. Шнейдер Л. Б. Семейная психология. М., 2006.
7. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкий В. В. Указ. соч.
8. Там же.
9. Ковалев С. В. Психология современной семьи. М., 1988.
10. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкий В. В. Указ. соч.
11. Мерзлякова С. В. Сравнительное исследование особенностей связи семейных ценностей со свойствами темперамента юношей и девушек // Теория и практика общественного развития. 2012. № 7. С. 71−75.
References (transliterated) and notes:
1. The article was performed with financial support from the Russian Humanities Research Foundation, research project
№ 12−06−20 «Transformation of young people'-s family conception and family values in the socioeconomic conditions of
the contemporary Russia».
2. Eydemiller E.G., Yustitskiy V.V. Psikhologiya i psikhoterapiya sem'-i. SPb., 1998.
3. Karabanova O.A. Psikhologiya semeynykh otnosheniy. M., 2005.
4. Eydemiller E.G., Yustitskiy V.V. Op. cit.
5. Levikova S.I. Molodezhnaya subkul'-tura: manual. M., 2004.
6. Shneyder L.B. Semeynaya psikhologiya. M., 2006.
7. Eydemiller E.G., Yustitskiy V.V. Op. cit.
8. Ibid.
9. Kovalev S.V. Psikhologiya sovremennoy sem'-i. M., 1988.
10. Eydemiller E.G., Yustitskiy V.V. Op. cit.
11. Merzlyakova S.V. Sravnitel'-noe issledovanie osobennostey svyazi semeynykh tsennostey so svoystvami temperamenta yunoshey i devushek // Teoriya i praktika obshchestvennogo razvitiya. 2012. № 7. P. 71−75.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой