Развитие сельскохозяйственной кооперации — важнейший фактор конкурентоспособности АПК

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

РАЗВИТИЕ сельскохозяйственной кооперации -ВАЖНЕЙШИЙ ФАКТОР КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТИ АПК
А. Г. СВЕТЛАКОВ, доктор экономических наук, профессор,
З. Б. ХМЕЛЬНИЦКАЯ,
доктор экономических наук, профессор, 620 012, Екатеринбург, ул. Машиностроителей, д. 11
Уральская государственная сельскохозяйственная академия
Положительная рецензия представлена М. М. Трясциным, доктором экономических наук, профессором (Уральская государственная сельскохозяйственная академия).
Ключевые слова: интеграция, кооперация, сельскохозяйственные предприятия, хозяйства населения, конкурентоспособность АПК.
Keywords: integration, cooperation, agricultural enterprises, population farms, competitiveness of agrarian and industrial complex.
Важнейшим фактором конкурентоспособности агропромышленного комплекса в развитых странах на современном этапе является кооперирование крестьянских хозяйств с общественным сельскохозяйственным производством.
Представляет интерес система организации кооперации фермеров в США (первичные кооперативы — их союзы — кооперативная биржа) и крестьянских хозяйств в Японии (крестьянские хозяйства — префектуральные федерации — Центральный комитет сельхозкооперативов Японии). Кооперирование крестьянских хозяйств помогает им выстоять в конкурентной борьбе, способствует подъему культуры сельскохозяйственного производства и обеспечивает поступление существенной части продукции на продовольственный рынок. В частности, сельскохозяйственная кооперация в Японии, объединяющая в настоящее время почти все крестьянские хозяйства, обеспечивает поступление на внутренний рынок 95% риса, 96% других зерновых, 98% картофеля, 50% фруктов, 48% овощей, 90% молока, 52% говядины, 38% свинины и 30% яиц.
90-е годы ХХ столетия характерны проведением крупных экономических реформ в России, Китае, Южной Корее, Чили. Анализ результатов их осуществления позволяет лучше понять причины провала экономической системы, созданной в России в результате либерализации. Исследования дополним сравнением с опытом Швеции, ведь экономические реформы в обеих странах осуществлялись практически одновременно, а именно в 1990-х гг.
Ценность такого сопоставления в том, что реформа «по-шведски» позволяет высветить роль социального фактора, инновационной среды в обеспечении успеха экономического реформирования.
Такое сравнение интересно в той связи, что обе страны имели в исторической ретроспективе некоторые общие черты: они практически одновременно вступили в стадию индустриализации на рубеже XIX и XX вв., обладая тогда и сейчас богатством природных ресурсов, в том числе минеральных, что определило их выход на индустриальной стадии роста на комплексную многопрофильную модель экономического развития. И в той, и в другой стране социально-экономическая система на определенной стадии развития привела к недостатку мотивации к инновационному труду и торможению НТП.
Швеция и Россия в период 1990-х гг. продемонстрировали две крайности в степени учета социального фактора: чрезмерно высокий уровень социальной защищенности в Швеции и неадекватная по отношению к качеству и интенсивности труда социальная поддержка в России. Следствием обеих крайностей становится недостаток
шшш. т-ауи. пагоб. ги
материальной заинтересованности людей труда и дефицит мотивации на предпринимательском уровне, что препятствует реализации высококвалифицированного труда. В итоге происходят падение эффективности общественного производства и замедление или даже сокращение темпов экономического роста.
Шведская модель организации экономической жизни позволяет выделить те принципы, которые обеспечивают этой стране развитие на протяжении длительного времени без социальных потрясений:
а) в экономической сфере — высокая конкурентоспособность промышленности, базирующаяся на создании особого сектора экономики, основанного на интеграции между наукой, образованием и производством, на взаимодействии государственных институтов с частным бизнесом, сотрудничестве или даже сращивании (симбиозе) крупных предприятий с малыми и средними в единые крупные научно-производственные системы-
б) в социальной области — возрастание среди традиционных факторов производства (труд — капитал — технологии — природные ресурсы) значения человеческого фактора — высококвалифицированного и инновационного, творческого по характеру труда.
Основанный на этих принципах шведский тип организации жизни общества обеспечивает высокий уровень экономической эффективности и жизненные экологические стандарты. Экономически эта модель базируется на своеобразной «технологической ренте», получаемой страной на внутреннем и мировом рынках за высокое качество и инновационность продукции.
Опыт Швеции интересен в том отношении, что в ее социально-экономической практике общие закономерности развития социально ориентированной экономической системы хозяйства, присущие любым другим странам на стадии постиндустриального общества, проявились ярко.
Что касается российской экономики, то ее нынешнее состояние в значительной мере является следствием ее отставания по критериям социальной ориентации. Например, доля заработной платы в ВВП РФ, составляющей основной доход лиц наемного труда, снизилась до 31% в 1991 г., до 23,4% в 2005 г.
И сейчас Россия отстала в этом отношении от большинства европейских стран, от Китая. Доля частного потребления в России в дореформенный период была немногим ниже, чем в Европе: 48% против 51% в 1985 г. Далее развитие по этому показателю пошло в противоположных направлениях: в России он стал сокращаться (до 41% в 1995 г.), а в Западной Европе — расти, достигнув 59%. Доля личного потребления в России, которая и до начала реформ была ниже, чем в стабильно
77
развивающихся странах, сократилась с 48% в 1985 г. до 41% в 1995 г. против 45% в Китае, 59% в Западной Европе, 52% в Швеции и 68% в США. Удельный вес заработной платы упал в ВВП РФ с 27% в 1992 г. до 24% в 1995 г., начавшийся медленный рост до 29% в 1997 г. был прерван кризисом 17 августа.
Неспособность реформы повлиять на качественные параметры хозяйства связана с дефектами ее научнотехнической и инновационной политики, прежде всего из-за недостатка мотивации к нововведениям. Эта сфера народного хозяйства финансируется в реформируемой России почти в 10 раз меньше, чем в среднем в странах-членах ОЭСР: затраты на НИОКР в РФ — 0,3% в 2002 г., в США — 2,6%, в Германии — 2,5% ВВП.
В противоположность российскому, шведский опыт показывает, что экономическая система, которая позволяет компенсировать высококвалифицированный и интенсивный труд, создающий высококачественную продукцию или услуги, вводит в действие силы общества. Тот крупный общественный сдвиг в сторону социально ориентированного рыночного хозяйства, который начался в Швеции в 1930-х гг. и был продолжен в 60−70-е гг., обеспечил мощный подъем шведской экономики, который продолжается и поныне.
Экономическое регулирование в Швеции имеет широкий характер: государство контролирует не только доходы и прибыли, но и использование капитала, рабочей силы, а также цены через антимонопольное законодательство и специальные ведомства, такие как Ведомство по делам цен и картелей.
Экономическая эффективность шведской системы основывается на том, что эффективность рыночной системы хозяйства обнаруживает все большую зависимость от способности частнохозяйствующих единиц вписываться в такие сети или системы, которые фактически действуют как общественный капитал и опираются на прямую государственную помощь и поддержку, в том числе и финансовую.
Экономика стран с цивилизованной рыночной системой хозяйства, для которой характерны рассредоточенная форма собственности и государственное регулирование всех макроэкономических показателей, в условиях, когда труд становится «человеческим капиталом», способным приносить на мировом рынке «технологическую ренту», по уровню эффективности в десятки раз превосходит системы типа той, что существует в России.
«Продуктом деятельности» социально ответственного и политически стабильного государства является выработка таких «правил», когда труд и предпринимательство социально ответственны и развиваются преимущественно за счет повышения качественных характеристик своей деятельности. Такая модель развития приводит к тому, что значительная часть населения превращается в средний класс. В Швеции к таковому относится подавляющая часть населения.
Выводы.
Гибкость и устойчивость адаптационной способности новых формирований к рынку обеспечивается за счет быстрой перестройки производства с учетом изменившейся ситуации на продовольственном рынке. Такими качествами может обладать небольшое узкоспециализированное конкурентоспособное сельхозпредприятие, хозяйство, главным образом ориентирующее свое
производство на рынок на базе регулярного отслеживания его основных характеристик. Для крупного агропредприятия, где обычно производится несколько различных видов сельхозпродукции, сложно, в случае смены рыночной конъюнктуры, быстро изменить структуру производства без ломки взаимосвязанных технологических процессов. Для такого предприятия переход на узкую специализацию таит в себе слишком большой риск банкротства, поэтому крупные сельхозпредприятия пытаются развивать диверсификацию, подсобные промыслы, которые порой чаще, чем крупное производство, дают хозяйству прибыль. Особенно важно сочетание этих двух факторов — гибкости и устойчивости — в условиях нестабильности цен на материально-технические ресурсы и непредсказуемости жизненных циклов продовольственных товаров. Такую нагрузку может выдержать только экономически крепкое высокотоварное агропредприятие с низкозатратным производством. Или это может быть совокупность скооперировавшихся хозяйств населения, производящих один-два вида сельхозпродукции и имеющих доступ к продовольственным рынкам. Функционируя в кооперации, эти хозяйства могут составить конкуренцию крупному производству и даже вытеснить его с рынка по некоторым видам сельхозпродукции, т. к. она имеет в хозяйствах населения низкую себестоимость (там этот показатель зачастую и не рассчитывают).
Наиболее точное обеспечение второго условия — достижение гармонизации отношений в системе «крупное — малое производство» — возможно только на базе развитых интеграционных процессов, когда в кооперативно-корпоративных структурах юридически связывают отношения предприятий всех сфер АПК и эти отношения строятся на основе взаимной ответственности, где риск оказаться ненужным сводится к минимуму. Именно надежности экономических отношений в локальных интеграционных формированиях (например, связке «совхоз — хозяйства населения») всегда недоставало в системах социалистической ориентации. Эти отношения, как правило, носили неустойчивый, кратковременный характер и были сориентированы в основном на крупные хозяйства. И только в условиях крайней нужды хозяйства населения, лишенные собственной переработки сельхозпродукции и самостоятельного свободного выхода на рынок, вынуждены продавать (а иногда и просто сдавать) свою продукцию в обмен на взятые у крупного хозяйства корма, зерно и т. д. по ценам, значительно ниже рыночных. Поэтому пока и не получается взаимозаинтересованных отношений хозяйств населения с сельхозпредприятиями на локальном уровне. Здесь нужна широкая кооперация таких хозяйств на уровне сельских районов с подключением к ней крепких агропредприятий, имеющих пункты переработки продукции, фермерских хозяйств, предприятий торговли и комбикормопроизводящих заводов. Но в перспективе, когда число малых товарных агроструктур значительно возрастет, им выгоднее будет иметь свои перерабатывающие, торговые и комбикормовые объекты рыночной инфраструктуры.
Следующее важное условие — обеспечение рациональной ротации малых агроструктур. Ротация как процесс появления новых и «умирания» неспособных выжить в рыночных условиях малых предприятий не должен проходить в ущерб развитию конкуренции. Например, число фермерских хозяйств, созданных на
78
№№№. т-Э?и. пэгос! ги
базе крепких хозяйств населения, необходимо поддерживать на основе соответствующего государственного регулирования на уровне, достаточном для развития здоровой конкуренции на продовольственном рынке. В настоящее время во многих регионах страны число вновь созданных фермерских хозяйств значительно ниже числа сохранившихся. А численность хозяйств населения заметно возрастает, что в определенной мере свидетельствует об их натурализации, о кризисных явлениях в аграрном секторе, росте безработицы и бедности населения, об отсутствии эффективного механизма государственного регулирования в сфере развития малых агроструктур.
При реформировании крупных сельхозпредприятий-банкротов и создании на их базе малых агроструктур, которые, в свою очередь, явились бы основой для их будущего укрупнения при развитии цивилизованной кооперации и рынка земли, необходимо учесть и такое важное условие, как соблюдение научно обоснованных рекомендаций по системам ведения растениеводства, животноводства и других специализаций. Важно, чтобы реформирование агроструктур не снижало качественные характеристики почвы, не ухудшало породности скота и т. д. Для решения этой задачи наука пока не предложила достаточно обоснованных рекомендаций, поэтому реформирование сельхозпредприятий
наталкивается порой на определенную преграду, когда в процессе разукрупнения хозяйств нарушается сложившаяся система ведения сельского хозяйства.
Примером страны, где на практике воплощены многие указанные принципы развития системы хозяйств населения, является Венгрия. Особенно это касается успешного решения таких первостепенных проблем, как интеграция хозяйств населения с крупными сельскохозяйственными предприятиями и разработка системы поддержки развития хозяйств населения со стороны государства.
В последние несколько лет взаимоотношения между хозяйствами населения и сельхозпредприятиями начали приобретать правовую основу. Это связано с тем, что крестьяне стали собственниками земельных долей. Хозяйство заключает договор, в соответствии с которым оно обязуется оказывать услуги по имеющемуся перечню в счет арендной платы за пользование земельной долей. Не заключившие договор владельцы хозяйств населения лишаются возможности получать услуги предприятия (вспашка огорода, посадка и уборка картофеля, выдача сена, соломы, уплата земельного налога и др.).
Дальнейшее развитие крестьянских подворий неразрывно связано с организацией их поддержки сельхозпредприятиями.
Литература
1. Мингалев В. Д., Пустуев А. Л., Семин А. Н., Буробкин И. Н. Агрокооперация на Среднем Урале: становление и развитие. Екатеринбург, 1997. 157 с.
2. Пустуев А. Л., Берсенев В. Л., Белолугов В. Б. Краткий курс кооперации. Екатеринбург, 1998. 440 с.
3. Стародубова Л. В. Международный опыт возникновения и развития сельскохозяйственной кооперации // Материалы научных трудов института послевузовского профессионального образования СГА. М., 2003. С. 126−128.
4. Чупина И. П. Развитие сельскохозяйственной кооперации // Проблемы современной экономики. 2007. № 1. С. 267−269.
АЛГОРИТМ МОНИТОРИНГА УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ СЕЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИЙ
П. Е. ПОДГОРБУНСКИХ, доктор экономических наук, профессор, ректор Курганской государственной сельскохозяйственной академии имени Т. С. Мальцева С. Г. ГОЛОВИНА, доктор экономических наук, доцент, проректор по учебной работе Курганской государственной сельскохозяйственной академии имени Т. С. Мальцева
641 300, Курганская обл., Кетовский р-н, п. КГСХА, 7/135-
тел. 89 091 464 064- e-mail: s_golovina@yahoo. com
Положительная рецензия представлена Н. Г. Володиной, доктором экономических наук, доцентом, заведующей кафедрой маркетинга (Российский государственный аграрный университет — МСХА имени К. А. Тимирязева).
Ключевые слова: сельские территории, многофункциональность сельского хозяйства, экономическая, социальная и институциональная устойчивость, экологическая компонента устойчивости, мониторинг устойчивого развития сельских территорий.
Keywords: rural territories, multifunctionality of agriculture, economical, social and institutional sustainability, ecological components of sustainability, monitoring of rural territories sustainable development.
В течение последних десятилетий представители разных теоретических течений уделяют большое внимание объективной оценке устойчивого развития сельских территорий и того, как современная государственная политика, правительственные программы и проекты влияют на эту устойчивость. Созданы центры и институты,
осуществляющие междисциплинарные исследования отдельных аспектов устойчивости развития аграрной отрасли, сообществ и территорий. Наблюдается активизация данного подхода и в отечественной экономической науке, в том числе аграрной. Тем не менее, несмотря на существенные достижения отечественных и западных
www. m-avu. narod. ru
79

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой