Место акатинола мемантина в современной терапии психических расстройств

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Медицина


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

МЕСТО АКАТИНОЛА МЕМАНТИНА В СОВРЕМЕННОЙ ТЕРАПИИ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ
В. И. Максимов, канд. мед. наук., Ю. В. Ушаков, д-р мед. наук, Е.В. Чевризова
Филиал ГБУЗ ПКБ № 1 им. Н. А. Алексеева ДЗМ Психоневрологический диспансер № 13
В статье отражены данные о клинической эффективности Акатинола Мемантина при широком спектре когнитивных нарушений различной степени тяжести, даны рекомендации по оптимальным дозам и длительности применения препарата для достижения выраженного и стабильного эффекта у различных категорий пациентов.
Ключевые слова: Акатинол Мемантин, де-менция, когнитивные нарушения, клиническая эффективность.
Одной из наиболее актуальных задач современной терапии психических расстройств является патогенетическое лечение группы заболеваний нейродеструктивного характера. В эту группу входят нейроатрофические (болезнь Альцгеймера — БА, болезнь Пика), нейродегенеративные (болезнь Паркинсо-на — БП, болезнь Геттингтона, деменция с тельцами Леви), сосудистые, посттравматические и другие психоорганические процессы, сопровождающиеся выраженным интеллектуально-мнестическим снижением.
Проблема деменций является одной из наиболее значимых медицинских и социально-экономических проблем настоящего времени. Всего в мире к началу третьего тысячелетия насчитывалось около 20 млн больных с де-менцией, а к 2025 г., по некоторым прогнозам, их число возрастет до 35 млн. Проведенные популяционные исследования свидетельствуют, что примерно у половины лиц в возрасте 85 лет и старше возможно развитие деменции. Причем этот процесс затрагивает как экономию чески развитые, так и развивающиеся страны. 5 Подобного увеличения числа больных с демен-™ цией в истории никогда не было, что позволяет см некоторым авторам говорить об «эпидемии г деменции» [4, 5].
На сегодняшний день учение о деменции трансформировалось в концепцию о когнитивных расстройствах. Термин, заимствованный из психологии, распространился на другие науки и, в частности, стал широко употребим в психиатрии.
Психиатры перешагнули границы своей дисциплины. Появились сообщения об умеренно выраженной деменции, возник термин «мягкой» деменции и, наконец, система когнитивных расстройств [11].
Эту систему по мере облегчения симптоматики представили тяжелый (собственно деменция), умеренный, легкий и невыраженный уровни интеллектуальных расстройств. Обсуждение в научных медицинских кругах «недементных» когнитивных нарушений завершилось формированием такого понятия, как непатологические «возрастные когнитивные изменения».
В 1962 г. американский психиатр W. Kral описал контингент пожилых лиц, которые, жалуясь на снижение памяти, остаются адаптированными к жизни и не нуждаются в медицинской и социальной помощи. Это состояние получило определение «доброкачественная старческая забывчивость». В 1986 г. Американский институт психического здоровья предложил термин «связанные с возрастом нарушения памяти» и разработал диагностические критерии. В 1994 г. ВОЗ рекомендовала использовать официальный диагноз «возрастные когнитивные нарушения», и данная диагностическая позиция была включена в DSM-IV [1−3].
Когнитивный синдром был описан специалистами непсихиатрического профиля при ургентных, хронических и тяжелых соматических состояниях [29].
Расширение спектра расстройств, включаемых в когнитивный синдром, продолжается, и фармакотерапевтические подходы, сходные с лечением органических деменций, применя-
ются для коррекции психоречевого нарушения, для профилактики психических поведенческих расстройств, афазий, аутизма, при биполярных аффективных расстройствах, глаукоме, синдроме «шопинга», спондилогенных болевых синдромах и зависимости от психоактивных веществ [26−28, 30, 32−36].
Арсенал зарегистрированных препаратов для терапии когнитивных нарушений представлен неспецифическими средствами (ноотропы, витамины и др.), которые не обладают необходимой эффективностью, и несколькими препаратами, которые непосредственно воздействуют на нейроны на уровне трансмиттеров.
Акатинол Мемантин (АМ) — один из наиболее эффективных специфических трансмиттерных препаратов.
Действующее вещество под названием «ме-мантина гидрохлорид» было синтезировано в начале 1960-х гг. как препарат для снижения уровня концентрации глюкозы в крови. Однако мемантин не оправдал возложенных на него надежд и с 1976 г. попал в поле зрения специалистов, занимающихся лечением последствий детского церебрального паралича и паркинсонизма. Только в 1986 г. было отмечено выраженное влияние препарата на деменцию, и с 1989 г. компания Merz распространяет АМ в Германии, а с 2000 г. — в США. В 2003 г. этот препарат был зарегистрирован и разрешен к применению в России.
АМ является ингибитором глутаматэргиче-ской системы, в частности представляет собой неконкурентный антагонист NMDA-рецепторов с низким сродством к рецептору, однако он не вызывает таких побочных реакций со стороны ЦНС, как другие антагонисты NMDA. Было высказано предположение, что это объясняется высокой вольт-зависимостью и скоростной разблокирующей кинетикой АМ, благодаря которым препарат тормозит только патологическое, а не физиологическое активирование рецепторов NMDA [10].
АМ препятствует передаче глутамата NMDA рецепторам, и следует заметить, что глутамат является не только нейротрансмиттером, но и нейротоксином. При различных по своей природе процессах, включая БА и сосудистую деменцию, конечным этапом гибели клетки является эксайтотоксичность, обусловленная избыточным выбросом глутамата. Поэтому важной задачей становится коррекция обусловленных эксайтотоксичностью изменений
при условии сохранности нормальной глута-матергической нейротрансмиссии. Подобное противоречие было неразрешимо — до введения в клиническую практику АМ. Результаты экспериментальных исследований свидетельствуют, что АМ предохраняет нейроны от повреждения в условиях эксайтотоксичности. Одновременно отмечается улучшение мнести-ческих функций и способности к обучению. При этом отмечено замедление прогрессирования патологического процесса, что свидетельствует о нейропротективных свойствах АМ. Согласно существующим в настоящее время представлениям, положительный терапевтический эффект АМ обусловлен улучшением межнейрональной передачи информации [4].
Препарат обладает благоприятным профилем безопасности и разрешен к применению в США, Франции, Германии, Италии, Испании, Великобритании и Японии [6].
Симптоматический эффект АМ при демен-ции был убедительно показан в ряде международных рандомизированных клинических исследований. Так, В. ШтЫаЬ и N. Рог^б (1999) установили, что на фоне применения АМ увеличиваются функциональная активность и степень самостоятельности пациентов с тяжелой деменцией. В другом исследовании на фоне использования АМ был зафиксирован достоверный регресс выраженности поведенческих нарушений, в том числе агрессия и бред, у пациентов с деменцией умеренной и тяжелой степеней. Благоприятный эффект терапии в отношении поведения пациентов позволяет во многих случаях избежать назначения антипсихотических препаратов или уменьшить их дозу. АМ также эффективен в отношении когнитивных нарушений при деменции легкой степени выраженности, что было показано у пациентов с цереброваскулярными расстройствами [7−9].
В клинической практике АМ в основном назначается при БА, сосудистой деменции, эпилепсии, БП и посттравматических когнитивных расстройствах.
В клинических исследованиях продолжительностью от двух до шести месяцев у пациентов с легкой, средней и тяжелой степенями болезни Альцгеймера с применением АМ в дозе 20 мг/сут продемонстрирована статистически ю достоверная эффективность во всех случаях. ° Действие А М отмечалось со второй недели исследования и нарастало до последнего дня,™
ю
о см
см 01
что позволило сделать вывод о необходимости долгосрочной терапии. Результаты анализа показателей по шкале ММБЕ не коррелировали со степенью тяжести, отмечался больший эффект при тяжелой степени болезни (увеличение показателей в среднем на 3 балла), чем при легкой (увеличение на 1,5 балла) и умеренной (увеличение показателей составило до 1 балла). С другой стороны, корреляции зависели от длительности терапии: чем длительнее применялся АМ, тем лучше были результаты. Эффект лечения дементных больных не ограничивался улучшением их когнитивных, поведенческих и функциональных нарушений, но и замедлял прогрессирование заболевания с сокращением сроков пребывания больного в стационаре. Косвенно на упорядочивающий эффект АМ указывало снижение потребности пациентов в дополнительных психотропных средствах. Отмечался позитивный эффект в отношении таких поведенческих нарушений, как агрессия и раздражительность, а также в отношении бредовых расстройств. Эти эффекты АМ являются уникальными по сравнению с препаратами других классов, применяемыми в лечении поведенческих симптомов, сопутствующих деменции [12, 13, 16].
При изучении профиля безопасности различных препаратов при лечении БА было показано, что ограничивающим фактором использования антихолинэстеразных препаратов являются их прямые дозозависимые эффекты блокирования холинэстеразы в тканях ЦНС, приводящие к нарушениям сердечной деятельности, функций периферической и центральной нервной и дыхательной систем, диспептическим явлениям и т. п. Несколько менее выражены они у галантамина, имеющего большую широту терапевтического действия, но, как свидетельствуют данные исследований, рекомендованные эффективные дозы более трех месяцев могут принимать только 50−58% пациентов. Трансдермальные лекарственные формы в виде пластыря принципиально эту частоту не меняли, определяя только сравнительно большее удобство применения [21, 22].
В отличие от антихолинэстеразных препаратов АМ характеризуется благоприятным профилем безопасности и низкой частотой развития побочных эффектов — менее 5%.
Эффективность А М при постинсультной деменции доказана в масштабных рандомизированных плацебо-контролируемых исследо-
ваниях. На двух группах пациентов изучалось сравнительное действие АМ в дозе 20 мг/сут и традиционной сосудистой терапией на протяжении шести месяцев. У больных первой группы отмечалось заметное улучшение, которое достигало наиболее значимого результата на третий месяц. О положительных изменениях свидетельствовали данные по шкале деменции Матисса, значительно улучшились показатели тестов на внимание (повторение цифр в обратном порядке, повторение простых вербальных команд, поиск повторяющейся буквы), прак-сис (моторные пробы, копирование рисунка) и обобщение. У больных этой группы также наблюдалось уменьшение неврологических нарушений и степени инвалидизации, оцениваемой по шкале Бартел. После двух месяцев лечения существенно улучшилось самочувствие, что благоприятно отразилось на улучшении бытовой и социальной адаптации пациентов. За время лечения ни в одном случае не было отмечено выраженных побочных эффектов, что указывает на хорошую переносимость АМ [15].
При эпилепсии когнитивные нарушения обусловлены как самим течением органического процесса, так и неблагоприятным воздействием антиэпилептической терапии. Проводилось проспективное неконтролируемое фокусное наблюдение 50 больных эпилепсией с когнитивными нарушениями средней степени тяжести при отсутствии регулярной антиэпилептической терапии. Пациенты принимали АМ в дозе 10 мг/сут на протяжении двух месяцев, после чего среднее значение теста ММБЕ изменилось от 20,34 до 22,40. Несмотря на небольшую абсолютную величину, этот эффект имеет заметное клиническое значение. Из 17 пациентов с признаками деменции средней степени тяжести после лечения лишь у одного человека сохранился прежний диагноз (значительное посттравматическое повреждение головного мозга), а у 16 пациентов степень тяжести изменилась со средней на легкую. Таким образом, применение АМ приводило к уменьшению когнитивного дефицита, что было продемонстрировано с помощью использованных психоневрологических тестов. Отмечено, что достоверные отличия были получены для всех пациентов уже к концу второй недели приема при дозировке 5 мг/сут. Дальнейший прием в дозировке 10 мг/сут в течение еще шести недель приводил к нарастанию эффекта. В результате фокусного наблюдения не было
зафиксировано достоверного влияния АМ на частоту эпилептических приступов. Полученные данные демонстрируют возможность применения АМ как эффективного и безопасного средства для коррекции когнитивных нарушений у больных с эпилепсией [17].
Когнитивные нарушения при болезни Пар-кинсона являются почти облигатными, а частота деменций составляет 20−40% от всего контингента с этим заболеванием. В последние годы всё больше работ посвящают изучению недементных когнитивных нарушений при БП, частота встречаемости которых, вероятно, еще выше, чем частота деменции. Результаты некоторых исследований свидетельствуют о том, что легкие и умеренные когнитивные нарушения при БП являются последовательными стадиями развития одного патологического процесса. Так, за четыре года наблюдения у 62% пациентов с умеренными когнитивными нарушениями развивается деменция, поэтому своевременное и правильное лечение этих нарушений позволит уменьшить выраженность имеющихся когнитивных расстройств и, возможно, отсрочить наступление деменции [18].
Эффективность А М у пациентов с БП и когнитивными нарушениями подтверждена в исследовании, в котором на протяжении трех месяцев пациенты принимали АМ в дозе 10 мг/сут.
Полученные клинико-нейрофизиологиче-ские данные, отражающие влияние курсового лечения антагонистом NMDA-рецепторов, позволяют утверждать, что препарат оказывает положительное влияние на функциональную активность головного мозга, улучшает корковую нейродинамику, когнитивные функции и психоэмоциональный статус больных. Достоверных же различий по шкале ММБЕ не отмечалось.
В другом исследовании больные с демен-цией при БП получали 20 мг препарата в сутки на протяжении шести месяцев. Назначение А М приводило к улучшению ориентации, способности к счету, запоминанию слов и выполнению команд. Положительная динамика отмечалась уже через два месяца от начала приема препарата, однако достоверные различия появлялись к четвертому месяцу терапии. Если на исследовании суммарный балл по шкале ММБЕ составил 22,5 балла, то через четыре месяца — 23,5 балла, а к шестому месяцу терапии — 24,1 балла. Следует подчеркнуть, что,
помимо благоприятного воздействия на когнитивные функции, АМ улучшает двигательные функции больных БП, причем в более короткие сроки, влияя преимущественно на акинетико-ригидную симптоматику. Эффективность А М в отношении двигательных функций, с одной стороны, связана с усилением вигильности, повышением инициативности, положительной мотивации больных к движению уже на начальных этапах терапии- с другой стороны, восстановление нормального баланса нейро-медиаторов в базальных ганглиях ведет к улучшению функционирования дофаминергических путей [19, 20].
Длительное, на протяжении 24 недель лечение больных с тяжелыми посттравматическими расстройствами АМ в дозе 20 мг/сут показало значительную положительную динамику состояния по сравнению с контрольной группой пациентов, получавших пирацетам в дозе 2400 мг/сут. Эффект при применении АМ наступал через 12 недель от начала приема препарата, и дальше улучшение нарастало соответственно времени терапии. В контрольной группе эффект наступал после четвертой недели лечения, но носил нестойкий и обратимый характер, так что к концу исследования контрольная группа демонстрировала первоначальное состояние. По шкале ММБЕ наблюдалось отчетливое улучшение при приеме АМ и отсутствовала достоверная динамика в контрольной группе [14]
Заслуживающими внимания являются результаты клинико-функционального и ресурсосберегающего исследования применения АМ, проведенного Любовым Е. Б. и соавт. на протяжении 24 недель в 43 психиатрических центрах РФ. Анализ результатов наблюдения достоверно продемонстрировал, что АМ затратно эффективен по сравнению с типовым лечением за счет отсрочки госпитализации и снижения бремени семьи. В ходе исследования доля госпитализированных пациентов в группе АМ снизилась с 51,2 до 36,0% и не изменилась в группе традиционной терапии, оставшись на уровне 47,96%. В итоге среднее число госпитализаций в расчете на стационарного пациента в группе АМ снижено с 0,755 до 0,434- при обычном лечении — с 0,625 до 0,550. Продолжительность госпитализации была снижена в группе АМ с 52,7 до 34,5 и с 52,7 до 47,4 дня при обычном лечении.
ю
о сч
сч
о!
ю
о см
см
ol
С учетом усредненных затрат на дневную дозу АМ 130 руб. (http: //www/medlux. ru, 2009 г.) и средней стоимости койко-дня в психиатрической больнице в стране 1500 руб. (постановление Правительства Р Ф от 05. 12. 2008 № 913 «О программе государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи на 2009 год»), компенсация 6-месячной монотерапии АМ достигается снижением потребности госпитализации (укорочение эпизода больничного лечения) за тот же период на 16 дней или отсрочкой пребывания в психоневрологическом интернате в течение 20 дней.
В заключение необходимо отметить, что Ака-тинол Мемантин демонстрирует достоверную клиническую эффективность и благоприятный профиль безопасности при широком спектре когнитивных нарушений различной степени тяжести — от тяжелой необратимой деменции до когнитивного снижения легкой и средней степени. Максимальная эффективность терапии достигается при дозировке препарата не менее 20 мг в сутки и при длительном применении -клинический эффект прогрессирует и достигает оптимальной выраженности к шестому месяцу терапии. Прекращение терапии АМ на фоне благополучной клинической картины быстро приводит пациента в изначальное состояние, а повторное назначение АМ эффекта уже не дает.
На основании нашего собственного клинического опыта и наблюдений за пациентами на базе ПНД № 13 (Филиал ГБУЗ ПКБ № 1 им. Н.А. Алексеева) можно сделать вывод о том, что выраженность клинического эффекта и наибольшая эффективность терапии достигается титрацией оптимальной дозы и необходимой длительностью курсового лечения, возможно, в течение всей жизни для поддержания необходимого качества жизни пациента.
Литература
1. Kral W.A. Senescent forgetfullness: benig-nand malignant // Can Med Assoc J 1962- 86: 257−60.
2. Crook T., Bartus R., Ferris S.H. et al. Ageas-sociated memory impairment: proposed diagnostic criteria and measures of clinical change. Report of National Institute of Mental Health Work Group // DevNeuropsy 1986- 2: 261−76.
3. Levy R. Aging-associated cognitive decline // Int Psychogeriatr 1994- 6: 63−8.
4. Дамулин И. В. Новая нейропротективная и терапевтическая стратегия при деменци-
ях: антагонист NMDA-рецепторов Акати-нол Мемантин // РМЖ. — 2001. — № 25. -С. 1178−1182.
5. Парфенов В. А. Лечение дегенеративной и сосудистой деменции: возможности применения мемантина // Неврология и психиатрия. — 2013. — № 5 (47). — С. 24−31.
6. Alzheimer'-s Disease. Decision Resources. Waltham, Massachusetts, Pharmacor, 2004.
7. Winblad B., Portis N. Severe dementiatreat-ment // Int J Geriatr Psychiatr. 1999- 14: 135−46.
8. Reisberg B., Windscheif U., Ferris S. et al. Memantine in moderately severe to severe Alzheimer'-s disease: results of placebo-controlled 6 month trial // Neurobiol Aging 2000- 21: S275.
9. Wilcock G., Stoeffler A., Sahin K. et al. Neu-roradiological findings and the magnitude of cognitive benefit by memantine treatment. A subgroup analysis of two placebo-controlled clinical trials in vascular dementia // Eur Neuropsychopharm 2000- 10 (Suppl. 3): S360.
10. Parsons C.G., Danysz W. & amp- Quack G. Meman-tine is a clinically well-tolerated N-methyl-D-aspartate (NMDA) receptor antagonist — a review of the preclinical data // Neuropharmacology 1999- Vol. 38: 735−767.
11. Захаров В. В. Эволюция когнитивного дефицита: легкие и умеренные когнитивные нарушения // Неврология, нейропсихиа-трия, психосоматика. — 2012. — Вып. 2. -С. 16−21.
12. Гаврилова С. И., Жариков Г. А., Калын Я. Б., Колыхалов И. В., Михайлова Н. М., Рощина И. Ф., Селезнева Н. Д. Акатинол Мемантин: новый подход к лечению // Журнал психиатрии и психофармакотерапии им. П.Б. Ган-нушкина. — 2003. — № 2. — С. 24−27.
13. Большаков Ю. А., Меркель В. А., Соловьева Н. В. Опыт лечения Акатинолом (меманти-ном) больных с деменцией средней и тяжелой степеней в больничном отделении // Социальная и клиническая психиатрия. -2009. — Т. XIX (1). — С. 61−64.
14. Литвиненко И. В., Емелин А. Ю., Воробьев С. В., Лобзин В. Ю. Клинические особенности формирования и возможности терапии посттравматических когнитивных расстройств //Журнал неврологии и психиатрии. — 2010. — № 12. — С. 60−66.
15. Вербицкая С. В. Ведение пациентов с постинсультной деменцией // Журнал неврологии, нейропсихиатрии, психосоматики. — 2013. — Вып. 2. — С. 46−49.
16. Колыхалов И. В. Лечение поведенческих и психотических симптомов болезни Аль-цгеймера: вклад мемантина // Актуальные проблемы геронтопсихиатрии. — 2013. -№ 3−4. — С. 17−19.
17. Соломатин Ю. В., Курбатова В. В., Сердюк И. Е., Логвинов Ю. И., Шамохова М. М., Бурд С. Г., Лебедева А. В. Опыт применения препарата мемантин у больных с фокальной эпилепсией и когнитивными нарушениями // Эпилепсия и пароксизмальные состояния. — 2013. — № 2. — С. 11−17.
18. Emre M. Diagnosis of dementia in Parkinson'-s disease // Cognitive Impairment and Dementia in Parkinson'-s disease / Ed. by M. Emre. -Oxford Univ. Press, 2010. — P. 245−244.
19. Карабань И. Н., Карасевич Н. В., Чивли-кий М.А., Мельник Н. А., Крицкая О. В. Влияние блокаторов глутамата (антагонистов NMDA-рецепторов) на когнитивные функции у пациентов с болезнью Паркин-сона // УкраУнський невролопчний журнал. — 2013. — № 2. — С. 50−58.
20. Гусев Е. И., Авакян Г. Н, Боголепова А. Н., Катунина Е. А. Оценка эффективности терапии Акатинолом Мемантином больных с сосудистой деменцией и болезнью Паркинсона // Нервные болезни. — 2009. -№ 1. — С. 15−20.
21. Hyman B.T. et al. National Institute on Aging — Alzheimer'-s Association guidelines on neuorpathologic assessment of Alzheimer'-s disease // Alzheimer'-s & amp- Dementia 2012- 8 (1): 1−13.
22. Mazza M., Capuano A., Bria P., Mazza S. Ginkgo biloba and donepezil: a comparison in the treatment of Alzheimer'-s dementia in a randomized placebo-controlled doubleblind study // European Journal of Neurology 2006- 13: 981−985.
23. Alzheimer'-s Disease Facts and Figures. -Alzheimer'-s Ass Public Policy Office, 2012. -72 р.
24. McShane R., Areosa S.A., Minakaran N. Me-mantine for dementia // Cochrane Database of Systematic Reviews 2006- 2- Art. No.: CD003154. DOI: 10. 1002/14 651 858. pub5.
25. Любов Е. Б. и группа исследователей. Клинико-функциональный и ресурсосберегающий эффекты лечения меманти-ном деменции альцгеймеровского типа и сосудистой деменции // Социальная и клиническая психиатрия. — 2010. — Т. XIX, № 1. — С. 43−51.
26. РБК Daily. http: //rbcdaily. ru/tags/ 562 949 983 988 461. 26.
27. Бородина Л. А. Лекарственная терапия расстройств аутистического спектра у детей: опыт зарубежных психофармакологов // Аутизм и нарушения развития. — 2012. -№ 4 (39). — С. 1−18.
28. Зайцев Д. Е., Хоршев С. К., Корсакова Е. А., Алексеева Н. Ю. Способ медикаментозного лечения психоречевого нарушения при ювенильной миоклонической эпилепсии у детей. Патент Р Ф RU (11) 2 314 021 (13) C1.
29. Кондратьев А. Н., Кондратьева Е. А. Протокол обследования и проведения интенсивной терапии у больных в вегетативном состоянии [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. neurosurg. ru/veget. htm.
30. Дорофеева С. А., Балунов О. А., Мокшанцев П. С. Способ лечения афазий. Патент Р Ф RU 2 380 111.
31. ВОЗ: Роль мемантина. Рекомендации [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. who. int/mental_health/mhgap/ evidence/dementia/q2/ru/.
32. Мемантин помогает биполярным пациентам [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. psyportal. net/12 974/ memantin-pomogaet-bipolyarnyim-patsientam/.
33. Нейропротекция при глаукоме: несмотря на трудности, поиск продолжается // Eurotimes: европейский взгляд на мировую офтальмологию [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. eurotimesrussian. org/newsitem. asp? id=98.
34. Алиев К. Т. Клиническая эффективность мемантина при спондилогенных болевых синдромах в пояснице и нижних конечностях: автореф. дисс. … канд. мед. наук. -СПб., 2003.
35. Запольский М. Э., Морозова М. А., Бениаш-вили А. Г. Фармацевтическая композиция для профилактики и лечения психических, поведенческих, когнитивных расстройств. Патент Р Ф RU 2 488 388.
36. Незнанова О. Н. Терапевтические эффекты мемантина при алкогольной и опиатной зависимости: клинико-экспериментальное исследование: автореф. дисс. канд. мед. наук. — СПб, 2005.
Palace of Akatinol of Memantine in modern therapy of mental disorders
V.I. Maksimov, MD, Y.V. Ushakov, D. M. ,
E.V. Chevrizova Branch of the MOSCOW design Bureau № 1 them. N. And. Alekseeva MBT Psychoneurological dispensary № 13
This article describes the data on clinical efficiency of Akatinol Memantin at a wide range of cognitive violations of varying severity are reflected in article, recommendations about optimum doses and duration of application of a preparation for achievement of the expressed and stable effect for various categories of patients are made.
Keywords: Akatinol Memantin, dementia, cognitive violations, clinical efficiency.
lo
о
CN
CN
ol

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой