Место проживания как источник немецких и русских фамилий

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 811. 112. 2
МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ КАК ИСТОЧНИК НЕМЕЦКИХ И РУССКИХ ФАМИЛИЙ
© З. Р. Абзалилова
Башкирский государственный университет Россия, Республика Башкортостан, 450 074 г. Уфа, ул. Заки Валиди, 32.
Тел. /факс: +7 (347) 273 28 42.
E-mail: abzalilova@yandex. ru
В центре внимания автора статьи находятся имена собственные, а именно фамилии. Немецкие и русские фамилии, образованные по месту проживания их носителей, рассматриваются по их структуре, значению и словообразованию. Проводя сопоставительное исследование в ономастике, мы приходим к той истине, что большинство людей имеют имена и фамилии. Фамилии — это юридически значимые личные именования, передаваемые по наследству от родителей к детям. Фамилии записаны в паспортах, свидетельствах о рождении, о браке. Фамилия — главная часть именования личности при почтовых отправлениях, при выдаче наград и во многих других ситуациях.
Ключевые слова: имена собственные, мотивация, словообразование, типы ономаобра-зования, конкуренции, социально-историческое развитие, генеалогическое развитие
Эпоха одноименности, присущая германскому антропонимикону, а соответственно и древненемецкому именнику в период общинно-родового и раннефеодального развития общества, претерпела коренные изменения в связи с произошедшими в средневековье преобразованиями в обществе, потребовавшими усложнения структуры антропоним-ных именований личности. На смену царившей одноименности приходит двуименность [1, с. 143]. В структуре антропонимов появляется новый элемент — фамилии. При двухчастной структуре антропонима — личное имя и фамилия — сам личный оним может быть как однословным, так и несколь-кословным, например, официальные личные имена и фамилии таких известных личностей, как Вольфганг Амадеус Моцарт (австриец), Иоганн Вольфганг Гете, Эрих Мариа Ремарк (немцы). В отличие от Германии, постоянные, т. е. наследственные фамилии, как и отчества, стали обязательными компонентами трехчленной именной структуры у многих этносов, проживавших на территории бывшего СССР, лишь в 30-е годы ХХ столетия с проведением повсеместной паспортизации многонационального населения страны, например: Ильяс Саид-Гиреевич Алкин (башкир).
С точки зрения мотивации происхождения фамильных онимов немецкие ономатологи, как правило, различают следующие пять основных классов именований: 1) патронимические образования- 2) фамилии, указывающие на профессиональное занятие человека- 3) прозвища людей, отражающие те или иные их свойства или данные им в связи с каким-то особенным событием в их жизни- 4) фамильные онимы, мотивированные указанием на происхождение из другой местности или страны- 5) образования, в основе мотивации которых дано указание на место проживания их носителей.
Остановимся более подробно на пятой группе фамилий. Поскольку пространственно-географические ориентиры в индивиду-альном и коллективном сознании имели необычайно важное значение для жизнедеятельности, постольку они представля-
ли для членов немецкого этносоциума один из наиболее весомых факторов в именовании личности. Для различения и идентификации тезоименных индивидов весьма часто применялись лексические конкретизаторы в форме атрибутивного указания на топографическое место проживания — на горе, у склона, в долине, на лугу, около леса, у воды и т. д. Ежели они как географические объекты имели свои названия, то это могло повлечь за собой образование оттопонимических фамилий. Весьма характерно, что в атрибутивных конструкциях, уточняющих местожительство индивида, употреблялись самые разные предлоги для указания на локальнопространственные отношения: an, bei, in, auf, vor, zu [2, с. 262]. Возьмем для примера фамилию известного средневекового миннезингера Walther von der Vogelweide. Однако с переходом этих конструкций в категорию постоянных, наследственных фамилий предлоги и артикли, как правило, опускались. Лишь в фамильных онимах дворян, где предлог von выполнял функцию указания на соответствующего индивида как на владельца замка, поместья, имения, этот предлог сохранился и приобрел социальную функцию обозначения лиц дворянского сословия вообще. Усиление этой тенденции произошло в связи с присвоением дворянских званий лицам иного сословного происхождения (Briefadel): von Goethe, von Schiller. В отдельных дворянских фамильных онимах можно встретить также предлог zu, указывающий на то, что носитель фамилии не только по генеалогической линии принадлежит к данному дворянскому роду, но и является наследственным владельцем фамильного поместья или имения: Schenck zu Schweinsberg [3, с. 187−188].
В эту же группу фамилий, мотивированных местом проживания, немецкие ономатологи включают, как правило, достаточно представительную подгруппу фамильных имен, возникших из названий домов. Существовавшая в Германии вплоть до XVIII в. традиция давать названия каждому отдельному дому основывалась большей частью на использовании какого-либо отличительного при-
ISSN 1998−4812 Вестник Башкирского университета. 2011. Т. 16. № 1
89
знака местности, характеризующего местоположение дома: zum Rosenbaum, zum Rebstock. Вполне естественным образом название дома переносилось на его владельца и других домочадцев, проживающих в доме, как характерный отличительный признак индивида, т. е. легко переходило в разряд прозвищ, а затем становилось фамилией данной семьи. Этим объясняется также распространенность фамилий в немецком антропонимиконе, омонимичных с названиями растений и животных: Blum (e), Lilie, Rose, Korn, Tannenbaum, Eichhorn, Bar и др. [З, с. 264].
Что касается русских фамилий, то и здесь встречаются фамилии, образованные от географических и этнических названий. Насколько разнообразны современные русские фамилии, образованные от топонимов, может показать следующий перечень: Аден, Нарва, Польша, Терек, Европин, Киевский, Кубинец, Сызранкин, Сызранцев. Среди них представлены совершенно различные по местоположению объекты и разные по времени бытования их названия, разные по форме фамилии.
В русском языке выявлено пять типов современных фамилий, созданных на основе топонимов.
1) Безсуффиксные фамилии, образованные от названий городов, рек, островов и др. объектов: Америка, Волга, Кама, Кострома, Ростов, например: Ирина Анатольевна Галич, Александра Федоровна Польша.
2) Фамилии, оформленные суффиксом -ский (-цкий), образованные от названий тех же видов объектов, т. е. городов, рек, островов и т. д., с абсолютным преобладанием названий городов: Архангельский, ср. Денис Игоревич Донской, Оксана Леонидовна Карельская.
3) Фамилии, образованные от названий тех же видов объектов и оформленные суффиксами -ов (-ев), -ин: Бузулуков, Волгин, Торопцев и др. (от топонимов Бузулук, Волга, Торопец): Дмитрий Валерьевич Уралов.
4) Безсуффиксные фамилии, образованные от названий жителей определенных мест: Беломорец, Пермяк, Тоболич, Москвич: Георгий Геннадьевич Костромич.
5) Фамилии, образованные от названий жителей определенных мест и оформленные суффиксами -ов, -ин: Пермяков, Сызранцев, Уфимцев (от пермяк, сызранец, уфимец): Таисия Сергеевна Сызранцева, Федор Николаевич Сызранкин [4, с. 110].
Иногда от одного топонима может образоваться несколько фамилий: Суздаль, Суздалев, Суз-дальцев, Суздальский.
Многие литературные фамилии писателей связаны с Волгой. Писатели подписывались Волгин, Волжский, Волжин, Волгарь, Волгарев, Волжанин, Волжанский, Волжанов. Такова же литературная фамилия татарского писателя — Иделле (Идель — татарское название Волги). Ср. башкирские фамилии Идельбаев, Идельбеков, Идельку-жин- в основе фамилии концепт «идель» (река).
Ряд журналистов, живших на берегу Белого моря, избрали псевдонимы Беломорец, Беломорский, Беломорцев, Беломор. Жившие на берегу другого моря подписывались Черноморский, Черноморец. Под некоторыми очерками Вс. Вишневский ставил псевдонимы Черномор или Каспиец [5, с. 108−109].
Ср. немецкие фамилии, образованные от названий рек: Rhein, Necker, Mosel, Hunte, Wipper, Havel, Kocher- Hesing, Oderer, Riensche, Hunte-mann [6, с. 142−180].
На место проживания могут указывать и фамилии, образованные от нарицательных обозначений определенных мест. Они также часто оформляются суффиксом -ский / -цкий: Монастырский, Губернский, Запрудский. Среди этих фамилий можно различать:
а) нестандартные
б) стандартные
Поле
Луг
Полев
Лугов
Полевский
Польский
Луговской
Ср. немецкие фамилии, образованные от названий местностей: Dohna, Leifiling, Lengefeld, Freiberg, Grunewald. На северо-западе встречаются: Allermann, Emsmann, Leinemann, Lippmann.
Также в состав данного разряда фамилий, образования от сложных аппелятивов, входят Ново-сад, Триполе, Чистопруд. От обозначений типов поселений происходят нестандартные фамилии Кордон, Слобода, Столица, а также стандартные Аулов, Городов, Местечкин, ср. в составе фамилий, образованных от сложных имен: Милоград, Новоселок, Семихат. Суперанская и Суслова выделяют фамилии, непонятные из современного русского литературного языка: Ласта (пермское ласта. <-плоская равнина. >-), Рубан (архангельское рубан & lt-край льда, примерзший к берегу& gt-) [4, с. 110].
Очерчена группа фамилий. А можно ли признать, что эти фамилии образованы, действительно, аффиксацией, словосложением и т. д. ?
Большинство русских фамилий по месту проживания состоят из основы и суффикса: 1) производные: Пензин, Уралов, Рековский, Запруд-ский, Заставский- 2) безсуффиксные: Новодвор, Семихат, Беломор- 3) сложные с суффиксами: Беломорский, Беломорцев.
Сопоставляя русские и немецкие фамилии, мы видим резкое различие между ними: у русских нет однослоговых фамилий, встречающихся у немцев (например, Rhein, Kirsch, Korn). Наиболее часты у русских фамилии в три слога: Лифляндский, То-ропцев, Пермяков. В основном длина фамилии обусловлена морфологией слова в конкретном языке, а длина слова в каждом языке — своя. Но внутри каждого языка она связана с определенными разрядами слов. Русские фамилии по своему происхождению — краткие формы притяжательных прилагательных, что обусловило их большую длину по
сравнению с немецкими фамилиями, мотивированными одно- и двусложными существительными. Большинство немецких фамилий этой группы имеют суффиксы: Furtwangler (nach Furtwangen), Steding (zu Stade) — встречаются и сложные фамилии: Rosenbaum, Rosenstock, Dyckmann. При образовании немецких и русских фамилий использовались одинаковые способы и средства словообразования: аффиксация (префиксация, суффиксация) и словосложение с отсутствием префиксальных немецких фамилий. Префиксация как способ словообразования фамилий в системе немецкого языка представлена лишь исключениями, например: Er-rat. Между личными именами и фамилиями в немецком языке существует определенная специализация в словопроизводстве. Фамилии, как правило, выступают в качестве производящих основ, редко -в качестве полусуффиксов, и наоборот, личные имена, как правило, пополняют инвентарь полу-суффиксов [7, с. 41]. Личные имена в качестве по-лусуффиксов функционируют в разговорной речи, а производные от фамилий тяготеют к терминологической лексике.
В заключение следует отметить, что приведенная система немецких и русских фамильных онимов по месту проживания, отражающая возможные пути их возникновения и семантической мотивации, ни в коем случае не должна рассматриваться как единственная типология, допускающая только одну возможную интерпретацию конкретной фамилии. Довольно часто одно и то же фамильное имя может быть объяснено несколькими способами и соответственно причислено ни к одному, а к нескольким типам ономаобразования. Терминологически это явление в немецкой ономастике обозначается как перекрещивание интерпретаций или конкуренции [8, с. 164−167]. Конкретные мотивы наречения прозвищами, из которых развились фамильные онимы, весьма разнообразны, и за ними могут стоять самые различные семантические основания. Так, носитель фамилии Unger совсем не обязательно должен быть венгром по национальности (хотя это как мотив тоже не исключается). Он мог быть переселенцем из Венгрии, или совершившим поездку в эту страну, или временно проживавшим там, или внешне похожим на венгра, или просто часто говорящим о Венгрии. Ср. русские
фамилии Китай и Китаев, которые могут быть объяснены следующим образом:
1) у ряда тюркских племен имеется родовое имя Кытай (Китай) и русские фамилии, возможно, восходят к тюркским родовым именам-
2) рассказы древних путешественников о великой китайской стене могли поразить воображение наших предков, что, возможно, и послужило поводом к появлению нарицательного китай-
3) также имя-прозвище Китай-Китаец в XV—XVI вв. было распространено во всех слоях населения, что могло привести к возникновению фамилии. Точно так же фамилии Frank (e), Fries (e), Schwab (e), Hesse|Hess, Sachs (e) допускают, по крайней мере, две интерпретации: они могли возникнуть в результате превращения этнических обозначений носителей в клички или основой мотивации могли выступать омонимичные этнонимам личные имена [3, с. 182−194]
Не исключено, что далекие предки современных однофамильцев имели совершенно разные мотивы для наречения их, казалось бы, одинаковыми прозвищами, из которых возникли тезоименные фамилии. Истинный ответ здесь можно получить, только обратившись к социально-историческому ретроспективному развитию каждой конкретной семьи, что вряд ли возможно осуществить в настоящее время из-за отсутствия соответствующих письменно засвидетельствованных данных о генеалогическом развитии этих многочисленных ячеек немецкого и русского этносоциумов.
ЛИТЕРАТУРА
1. Антышев А. Н. Имена. Немецкие антропонимы. Уфа: БГАУ, 2001. С. 143.
2. Schmidt W. Deutsche Sprachkunde. Berlin: Volk und Wissen Volkseigener Verlag 1968. S. 262.
3. Seibicke, W. Die Personennamen im Deutschen. Berlin — New York: de Greuter, 1982. 230 S.
4. Суперанская А. В., Суслова А. В. Современные русские фамилии. М.: Наука, 1981. С. 110−112.
5. Дмитриев В. Г. Скрывшие свое имя (из истории анонимов и псевдонимов). М.: Наука, 1977. С. 108−109.
6. Deutsche Namenkunde // Kleine Enzyklopadie. Die deutsche Sprache. Zweiter Band. Leipzig: VEB Bibliographisches Insti-tut, 1970. S. 142−180.
7. Мурясов Р. З. Имя собственное в немецком языке. Уфа: БГУ, 1983. С. 41.
8. Fleischer W. Die deutschen Personennamen. Geschichte, Bildung und Bedeutung. 2., durchgesehene und erganzte Au-flage. Berlin: Akademie-Verlag, 1968. S. 164−167.
Поступила в редакцию 13. 11. 2009 г. После доработки — 04. 10. 2010 г.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой