Формирование и функционирование чередования ступеней согласных в карельском языке

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Языкознание
Страниц:
232


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Диссертация посвящена исследованию системы формирования и функционирования явления чередования ступеней согласных в диалектах всех трех карельских наречий: собственно карельском, ливвиковском и людиковском. Альтернация согласных — это- одна из основополагающих особенностей прибалтийско-финской морфонологической системы. Она имеет праязыковые корни и бытует в большинстве современных языков^ данной языковой семьи. Вопрос о времени, зарождения исследуемого* явления* в прибалтийско-финском языкознаний. остаетсяг открытым.

Чередование ступеней согласных является фундаментальной* частью фонологической системы карельского языка, примерно третья часть его словарного состава вступает в отношения альтернации, что указывает на* роль и значимость исследуемого явления. Чередование ступеней занимает важное место как в процессе словоизменения, так и словообразования. Исследование осуществляется на стыке таких разделов языкознания как фонетика, фонология, морфонология, морфология.

Актуальность настоящего исследования обуславливается отсутствием специальных работ в области карельского чередования- ступеней согласных, полностью отражающих особенности фонологического явления' во всех диалектах карельского- языка. Существует немало- работ частного — характера, посвященных исследованию альтернации отдельных карельских диалектов или особенностей карельского чередования * в целом в сравнении с остальными прибалтийско-финскими языками, изданных в Финляндии и России начиная с конца XIX в. Однако целостной картины, учитывающей и временную, и пространственную характеристики карельского чередования ступеней согласных, в прибалтийско-финском языкознании не существует. При этом альтернация согласных ряда диалектов не исследована вообще. Следует обратить особое внимание на то, что отдельные диалекты карельского языка находятся на стадии исчезновения, да и в местах компактного проживания карел родной язык постепенно выходит из употребления. Поэтому особо важно зафиксировать то состояние, в котором на данный момент находится 4 исследуемое явление и попытаться определить насколько сильное влияние оказали и оказывают на него соседние языки.

На данный момент преподавание карельского языка ведется в школах и вузах Республики Карелия, а также-в одной школе и Лихославльском педагогическом училище Тверской области, кроме того, в разных населенных пунктах проводятся курсы, карельского языка. Преподавание языка требует наличия учебников, словарей и методической базы. Довольно подробно карельская система чередования рассмотрена в грамматиках новописьменных карельских наречий (севернокарельский и тверской диалекты собственно карельского наречия, ливвиковское наречие). Каждый из новописьменных карельских языков создан на базе одного из карельских диалектов, это нередко вызывает определенного рода трудности в преподавании языка носителям других диалектов. Изучение карельского чередования в средних& raquo- и высших учебных заведениях вызывает затруднения среди неносителей языка в силу того, что данная система — довольно сложное и многогранное явление. Таким образом, становится очевидным, что задачи, на решение которых направлено диссертационное исследование, актуальны и имеют выход на практику языкового строительства.

Основной целью предпринимаемого исследования является выявление и анализ особенностей формирования и функционирования системы чередования ступеней согласных всех карельских диалектов с учетом истории становления явления с привлечением сравнительного материала из других близкородственных языков.

В соответствии с названной целью в круг задач входит:

— выявление закономерностей сложения и функционирования системы чередования в карельском языке-

— анализ генезиса специфических для каждого наречия явлений- характеристика соотношения собственно фонологической и морфонологической составляющей в процессе становления современной системы чередования.

Решение поставленных задач существенно для понимания истории развития карельского языка и его- наречий, а также их места в прибалтийско-финской языковой системе. Оно позволит уточнить механизмы и составляющие функционирования исследуемого явления.

Научная новизна заключается в том, что предпринимаемое исследование является первой работой, рассматривающей особенности систем чередования ступеней согласных всех карельских диалектов и их развитие во времени, а также определяющей место карельской альтернации! в системе прибалтийско-финского чередования. Кроме того, что работа объединяет результаты уже-имеющихся исследований по альтернации карельских диалектов, она основывается& quot- на новейших лингвистических данных, полученных в ходе полевых работ в исследуемом регионе, это позволяет с максимальной точностью отразить современное состояние явления в отдельных карельских диалектах, дать анализ языковых процессов, происходивших в нем в последнее- время, выявить тенденции его развития.

Источники и материалы. Теоретической основой' работы послужили труды финляндских, эстонских и российских исследователей по фонологии, и исторической фонетике отдельных прибалтийско-финских языков Л*. Кеттунена, П. Равила, М. Рапола, JI. Хакулинена, В. Руоппила, Е. А. Тункело, Э. Итконена, А. Ряйсянена, А. Миеликяйнен, К. Виика, Т. Лехтинена, А. Лаанеста, М. Хинта, Д. В. Бубриха, Ю. Э. Коппалевой и др., а также работ по* отдельным диалектам карельского языка А. Генетца, X. Оянсуу, А. Турунена, X. Лескинена, Т. Итконена, П. Палмеос, A.A. Белякова, В. Д. Рягоева, IT.M. Зайкова и др. Работа основывается на фактическом материале, собранном автором из сборников образцов карельской речи, опубликованных начиная с 30-х годов прошлого века, словарей карельского языка, а также осуществленных автором расшифровок магнитофонных записей, сделанных Г. Н. Макаровым, В. П. Тарасовым и М. И. Муллонен в 50-е — 60-е гг. прошлого века в карельских районах Тверской области. Большая работа по сбору мателиала была проведена в Научном архиве Карельского научного центра Российской академии наук. В течение трех лет состоялось четыре экспедиции в места компактногопроживания карел: в Лихославльский и Спировский районы Тверской области (2009 г.) — в Весьегонский район Тверской области (2009 г.) — в поселок Спасская Губа Кондопожского района Республики Карелия (2010 г.) — в Пряжинский район Республики Карелия (2011 г.). Большой помощью оказался личный языковой опыт автора как носителя толмачевского диалекта карельского языка.

Основным, методом исследования является сравнительно-исторический метод, включающий в себя целый комплекс приемов. На начальном этапе исследования используются метод наблюдения, компаративный метод, методы систематизации и описания, осуществляющегося, с одной*, стороны, в констатации отдельных явлений системы чередования карельских диалектов, а с другой- - в целостном описании- системы, языковых фактов, рассматриваемых как в* синхронном, так и в историческом аспекте. Исследование не ограничивается, однако, только констатацией* особенностей функционирования 7 системы чередования, делается попытка объяснить диалектные особенности. & quot-На собственно исследовательском этапе активно используется метод компонентного анализа (эксперимент + метод оппозиций): Объяснение диалектных особенностей, в свою очередь, невозможно без обращения- к истории языка и использования историко-сравнительного метода (вариация сравнительно-исторического метода, используемого в пределах одного языка). Основными приемами историко-сравнительного метода- являются1 внутренняя реконструкция и диалектография. Диалектография — прием сбора диалектного материала путем анкетирования и интервьюирования, а также из уже опубликованных в разные периоды образцов речи, его обработки и интерпретации. Картографирование собранного материала и проведение изоглосс позволяют установить границы территориального распространения фонологического явления. Лингвистическая интерпретация результатов картографирования невозможна без внутренней реконструкции, заключающейся в установлении этимологически изначальной формы изучаемой единицы путем сопоставления ее проявлений на разных этапах развития, а также причин, породивших языковые изменения.

Если на первом этапе исследования (фонологическом) активно используется метод изолирования, предложенный ленинградской фонологической школой, то на морфонологическом этапе существенное место занимает разработанный московской фонологической школой позиционно-морфематический метод, подразумевающий рассмотрение фонемы в составе морфемы.

Теоретическая* и практическая значимость работы. Материалы диссертационной работы и выводы, полученные в результате исследования, могут способствовать дальнейшим теоретическим изысканиям- в области фонологии и морфонологии, не только, карельского, но и остальных прибалтийско-финских языков, использоваться' для- описания и изучения особенностей функционирования карельских диалектов* как в синхронном, так и в диахроническом аспектах. Основные положения работы, могут найти применение в практике преподавания фонологии, и морфологии, диалектологии и истории карельского языка, оказать помощь в составлении учебных пособий, разработке курсов лекций по сравнительно-исторической морфонологии, выработке правил и норм орфографии новописьменного карельского языка:

Структура и объем работы. Диссертация состоит из предисловия, введения, четырех глав, рассматривающих историю формирования альтернации& laquo- в прибалтийско-финском языке-основе и древнем карельском языке, ее функционирование в современных наречиях карельского языка, чередование ступеней согласных в морфонологическом аспекте, заключения, 20 приложений, списка использованной литературы, включающего 202 наименования, списка принятых в работе сокращений и списка^ информантов. Объем работы составляет 232 страницы компьютерного текста.

Апробация работы. Основные положения работы были изложены в докладах на региональных и международных конференциях в России (г. Петрозаводск, г. Санкт-Петербург, г. Тверь) и Финляндии (г. Хельсинки). Результаты исследования отражены в десяти публикациях.

0. 1Явление чередования ступеней согласных

Чередование (альтернация) — парадигматическое отношение между однородными единицами языка, способными заменять друг друга в составе более крупных единиц (ЛЭС 2002: 580). Следует сразу отметить, что употребление термина, & laquo-чередование»- принято в, прибалтийско-финском языкознании, термин & laquo-альтернация»- является- интернациональным. В тексте работы будут использованы оба. принятых термина во* избежание тавтологии. Для графического выражения, явления альтернации3 в фонологии используются различные символы. Обычно? для* обозначения позиционных, чередований-употребляются знаки двоеточие* (:)• и тильда (~), для* исторических — знак бесконечности (оо). Поскольку целью- работы является исследование позиционных чередований, остановим свой выбор на символе & laquo-двоеточие»-, употреблению которого- отдается предпочтение в большей части работ по фонетике и фонологии прибалтийско-финских языков.

Чередование свойственно, прежде всего, единицам звукового строя языка -звукам и фонемам, выступающим в составе морфем. Отсюда следует еще одно определение альтернации как факта различия звуков, занимающих одно и то же место в звуковой оболочке одной и той же морфемы в разных случаях ее употребления (Ахманова. 2007: 513−514). Единицы, связанные отношением чередования, называют альтернантами- (альтернационный- ряд). Напр., ливв.: leiby: soin leivan 'хлеб: я съел хлеб', jogi: jovet 'река: реки' - две пары альтернантов (два альтернационных ряда) b: v, g: v. Альтернанты, существуют одновременно, проявление каждого из них мотивировано определенными условиями.

Чередование ступеней согласных является одной из основополагающих особенностей всей прибалтийско-финской фонологической системы. Исследуемое явление свойственно карельскому, финскому, эстонскому, ижорскому и водскому языкам. В вепсском и ливском языках исследователи также обнаружили следы наличия древней альтернации. Кроме того, чередование свойственно и многим саамским диалектам. Такое широкое распространение явления позволяет говорить о его праязыковых корнях.

Прибалтийско-финская альтернация согласных заключается в чередовании смычно-взрывных согласных фонем. Различными фонологическими школами фонема понимается по-разному. В теории фонемы И. А. Бодуэна де Куртене выделены следующие уровни фонемы: фонема как подвижный компонент морфемы и признак известной морфологической категории- фонема как абстрагированная функциональная единица, общая для фонетического строя& laquo- родственных языков- фонема как образ звука, обнаруживаемый в пределах слова в идиолекте- и фонема как комплекс различительных признаков1 разного типа. Каждая из фонологических школ XX в. исходит именно из этой парадигмы (Киров 1997: 32−39). Для ленинградской фонологической школы основной является идея обладания фонемой, представленной в словоформе, а, следовательно, максимально приближенной к звуковой материи значимостью, для пражской фонологической школы важнейшей единицей служит наличие различительных и неразличительных признаков фонемы, которые действуют в пределах морфемы. Московская фонологическая школа за основную единицу считает морфему, фонемный состав которой определяется чисто графически, т. е. особый упор делается на письменную фиксацию фонем (Колесов 2008: 3132). Исследуя явление чередования, мы оказываемся на стыке подходов фонологических школ. Каждая фонема, действуя в пределах морфемы, противопоставляется всеМ (остальным фонемам языка, благодаря чему имеет смыслоразличительную функцию. Такой подход позволяет отнести исследуемое явление не просто к области фонологии, а и морфонологии.

Морфонология исследует особенности и закономерности морфологического использования фонологических противопоставлений языка (Ахманова 1966: 52). Становление морфонологии как отдельного раздела языкознания относится к 20−30 гг. XX в. и связано с работой пражской фонологической школы (Колесов 2008: 41). Объектом морфонологии является варьирование фонем в составе морфем, т. е. алломорфирование, в процессе словоизменения и словообразования. Следует отметить, что, если рассматривать чередование с чисто фонологической позиции, то в центре внимания будут & laquo-фонема»- и ее & laquo-аллофон»-, если же подходить с морфонологической точки зрения, то появляется необходимость апеллировать также к таким терминам как & laquo-морфема»- и & laquo-алломорф»-. Выявление алломорфов происходит в результате сопоставления форм одного парадигматического и словообразовательного ряда, т. е. в грамматических или словообразовательных оппозициях (ЛЭС 2002: 313). Морфонологическая типология чередования объединяет в себе фонологическую и морфологическую типологии. Фонологическая типология включает в себя два параметра: фонологический статус альтернантов и степень фонетической обусловленности чередования в синхронном срезе языка, морфологическая типология основывается на взаимосвязи грамматического значения и чередования (Маслов, 1979: 195−199). Одной из основных задач диссертационной работы является анализ чередования ступеней1 согласных карельских наречий как с чисто фонологической, так и с морфонологической точки зрения.

В зависимости от дифференциального признака исследователи выделяют следующие типы и виды чередования:

1. По характеру условий чередования в языкознании принято выделять два типа — фонетическое (автоматическое) и фонологическое (морфонологическое, нефонетическое, традиционное, историческое) чередование. При фонетическом чередовании альтернантами являются звуки, взаимно исключающие друг друга в различных фонетических позициях, т. е. принадлежащие одной- фонеме (аллофоны). Фонетические чередования всегда позиционны, т. е. происходят при определенных фонетических условиях. Фонологические чередования некомбинаторны, т. е. не зависят более от соседства окружающих звуков. Они также могут быть позиционными, чередования такого вида происходят в определенных грамматических формах, а, следовательно, сопровождают регулярное формо- и словообразование. Непозиционные фонологические чередования не обусловлены позицией перед определенной морфемой и служат целям формо- и словообразования. Такие чередования выступают в языке в роли внутренней флексии и соотносятся с определенной грамматической категорией.

Фонологические чередования, однако, имеют фонетическую природу, но не могут быть объяснены исключительно на основе фонологических данных, в отличие от фонетических чередований. В истории языка фонетическое чередование может перейти в фонологическое, также подвиды фонологического чередования могут сменять друг друга (ЛЭС 2002: 580).

Ю.С. Маслов выделяет в обоих видах чередования подвиды. Фонологическая альтернация- включает чередование фонем и чередование вариантов, а также субфонемные чередования (чередование вариантов& raquo- одной фонемы), фонетические чередования (проявляющиеся в определенной фонетической позиции, когда, зная сильный альтернант, можно предсказать слабый, но не наоборот), исторические фонемные чередования- (нет фонетической закономерности с точки зрения современного языка, либо она сохраняется лишь в части случаев). Морфологические чередования подразделяются на асемантические чередования^ (не несущие семантической информации), семантизированные в неполной степени (обеспечивающие противопоставление грамматического значения в разных ступенях, когда альтернант связан с определенной группой форм), семантизированные (чередования являются-единственным или главным показателем грамматического различия, когда альтернанты получают статус определенного& quot- рода морфем — симульфиксов). Исследователь отмечает, что в случае неотчетливой семантизации- возможно устранение чередования из словоизменительной парадигмы за счет экспансии альтернанта слабой позиции (Маслов 1979: 195−200).

М. Хинт, основываясь на данных эстонского языка, выделяет четыре возможные стадии прибалтийско-финского чередования ступеней согласных: фонетическая, фонологическая, морфонологическая и морфологическая. В классификации Хинта фонетическая стадия чередования совпадает с фонетическим типом, морфологическая — с непозиционным фонологическим, а фонологическая и морфонологическая заключают в себе позиционное фонологическое чередование из предложенной выше классификации. Исследователь также особо отмечает возможность перехода чередования из одной стадии в другую в процессе развития, что сопровождается уменьшением продуктивности исследуемого явления и сложным взаимоотношением ступеней (Хинт 1981: 194−198). В& quot- задачи исследования входит определение стадии- на которой пребывает современная карельская система чередования ступеней согласных, важно также проследить переход от стадии к стадии в процессе развития явления.

2. В зависимости от морфемы, в которой встречается"альтернация, различают радикальное и суффиксальное чередование. При радикальном чередовании изменение происходит в основе слова вследствие присоединениям ней аффикса. Сам термин происходит от латинского слова, radix, что обозначает & laquo-корень»-. Радикальное* чередование происходит в процессе формо- и словообразования (Lehtinen 2007: 146): Суффиксальное чередование происходит, соответственно, в суффиксах. Напр., с. -к.: шесса-: meca-t 'лес: леса' - радикальное чередование- sano-kkua: tul-kua 'скажите: приходите' - суффиксальное чередование. Следует отметить, что суффиксальное чередование в современных прибалтийско-финских языках, в том числе и в карельском, постепенно становится достоянием языковой истории, т.к. Bi процессе развития многие его виды утратились или уравнялись в пользу одной из ступеней. Радикальное же чередование, рассмотрению которого посвящено исследование, активно функционирует на современном этапе его развития.

3. По характеру дифференциальных признаков альтернантов, различают количественные (квантитативные) и качественные (квалитативные) чередования-: Количественное чередование распространяется на двойные согласные (геминаты). В результате данного — вида чередования происходит их сокращение до одиночных согласных. Напр., с. -к.: kukko: kukot 'петух: петухи'. В качественное чередование в карельском языке вступают интервокальные и постконсонантные смычно-взрывные. В результате данного вида альтернации происходит замена смычно-взрывных согласных полугласными (очевидно изначально имеющими вставочный характер)' их полное исчезновение или ассимиляция с предшествующим согласным. Напр., с. -к. pada: puassa 'горшок: в горшкеpelto: pellolla 'поле: на поле'.

Из примеров наглядно видно, что, также как и в случаях с качественной альтернацией, в процессе количественного чередования происходит изменение (выпадение) одного из согласных компонентов, однако, количественное чередование все-таки принято выделять в отдельный вид. Дело в том, что в прибалтийско-финских языках двойные смычно-взрывные согласные (а также аффрикаты), представляют собой одну фонему, т.к. встречаются^ только в пределах одной морфемы, а, не в сочетании двух морфем- т. е. они неделимы с фонематической точки зрения, что и позволяет называть, такие фонемы геминатами, а не долгими согласными. Таким- образом, в случае количественного чередования нельзя говорить о выпадении одного- из компонентов геминаты, т. е. механизм чередования количественной^альтернации отличен от механизма качественной:

4. В прибалтийско-финском языкознании принято, выделять также-прямое и обратное чередование. При- прямом чередовании начальная (словарная) форма слова находится в сильной ступени, при обратном чередовании& mdash- в слабой (ISK 2010: 118). Напр., люд.: aitte (ном. ед.): aitat (ном. мн.) 'амбар: амбары' - прямое чередование, t’yt’ar (ном. ед.): t’yt’t’ared (ном. мн.) 'дочь: дочери' -обратное чередование.

5. Финляндский, фонолог К! Суоми выделяет синхроническое и диахроническое виды чередования: Синхроническое чередование обнаруживается на уровне диалектов и говоров (ареальное), в. речи разных поколений носителей языка или в, речи разных социальных групп людей (социолингвистическое), кроме того, оно может зависеть от темпа речи и влияния соседних языков. Диахроническое же чередование обнаруживается при сравнении различных периодов развития языка, что обеспечивается, методом компаративной реконструкции (Suomi 1996: 121−139). Исследование диахронических и синхронических внутрисистемных языковых связей дополняет друг друга. Без обращения- к- историческим языковым процессам невозможно данными современного языка объяснить чередования.

6. Кроме перечисленных, исследователи подразделяют чередования на продуктивные и непродуктивные. Продуктивные чередования активно функционируют в языке, они распространяются не только на исконную лексику, но также на неологизмы и заимствования. Непродуктивные же чередования в большинстве случаев сохраняются лишь в исконной лексике, и то неполностью. Непродуктивными могут быть некоторые фонологические чередования, фонетические же чередования всегда сохраняются продуктивными.

В современных прибалтийско-финских языках отчетливо заметна тенденция перехода радикального качественного чередования ступеней согласных из ряда продуктивного феномена в непродуктивный, данная тенденция не обошла стороной и карельские наречия. Переход от одного вида к другому в большинстве случаев является свидетельством опрощения явления, его постепенного вымирания, это указывает на то, что чередование ступеней- как и любое языковое явление и язык вообще, имеет определенный жизненный цикл, т. е. зарождается, распространяется, развивается и умирает.

Язык изменяется медленными темпами, т.к. является средством общения-и хранителем культурно-исторического опыта. В языке, как в постоянно развивающейся системе, непрерывно возникают новые явления, что происходит в связи с развитием общества и в соответствии с внутренними тенденциями языка. Изменения происходят при наличии определенных условий для развития феномена, они возникают в определенное время и в определенном месте, чаще всего на центральной территории распространения языка (Баталова 1981 г 13). Зародившись, чередования ступеней согласных, как и любое другое фонетическое изменение, развиваются по следующей схеме: фонетическое изменение возникает в идиолекте и распространяется в более широкие группы > изменения происходят изначально в определенной позиции, а затем переходят и в остальные > изменения затрагивают определенные лексемы, а затем распространяются на весь лексический состав языка.

Распространение нового явления происходит постепенно и может занимать десятки и даже сотни лет. Кроме того, важно, что фонетическое изменение может быть естественным, но не начать распространяться, или его распространение может остановиться на каком-либо этапе развития, его могут воспринять не все диалекты языка, что объясняет отличия между ними (Зиогш

1996: 144). Диалекты, таким образом, как. и памятники письменности, сохраняют более древние особенности языка, но одновременно они богаты поздними явлениями, т.к. все изменения в первую очередь отражаются именно в устной речи. С центральной территории явление распространяется на периферию^ которая дольше сохраняет раннюю стадию его развития. Появление феномена возможно и в периферийных говорах. В местах с относительно редким населением, языковые процессы протекают значительно, медленнее (Баталова 1981: 15−16). Примерно по аналогичной схеме происходит и отмирание языковых явлений-, Одной из задач& raquo- данного исследования- является определить, на. какой из стадий находится современное чередование ступеней согласных в разных карельских наречиях.

Особое внимание в учениях о чередовании уделяется^ направленности исследуемого явления- И. Б. Иткин выделяет следующие пять возможных направлений, от установления которых зависит описание условий- альтернации:

1) А/Х: В/У, А/Х: С/У, А/Х: 0/У, т. е. от разнообразия к единообразию (о г В, С, В к А) —

2) А/Х: В/У, где контекст У имеет более сложное описание, чем контекст X, т. е. В обладает более свободной дистрибуцией (от В к А) —

3) А/Х: В/У, при этом есть чередование А/Х: А/У, но нет В/Х: В/У (от, А и В к А) —

4) В/Х: С/У, Ш: В/Х, А/2: С/У (от, А к В, С) —

5) А/Х: А/У (от Л к А, если, А протётическип элемент, и от, А к Л в остальных случаях) (Иткин. 2007: 47−49).

В работе поставлена задача проследить, насколько направление развития альтернации карельского языка соответствует предложенным.

Кроме того, в процессе анализа любого фонологического явления важно учитывать следующие законы: закон перехода количественных изменений в качественные, закон единства и борьбы противоположностей (борьба: между старым: и новым, ассимиляция и диссимиляция, аналогия и дифференциация, опрощение и др.), закон отрицания & laquo-отрицания»- (внутренние связи между разными фазами языкового- развития, новое отрицает предыдущее, но удерживает все, положительное из старого) (Амфиренко 2009: 333−338).

Определение направленности развития явления с опорой на основные фонологические законы позволит лучше разобраться! в. механизме смены ступеней альтернации. Для большинства прибалтийско-финских языков характерно наличие двух ступеней чередования. Три ступени, — краткая- долгая и сверхдолгая-, — встречаются, только в-, эстонском языке, однако, большинство современных исследователей связывает появление третьей ступени с довольно поздним явлением геминации, отличным, от привычного механизма чередования. Во- всех остальных прибалтийско-финских языках в- системе чередования согласных выделяют сильную ступень, когда морфема, а, следовательно, и сама чередующаяся фонема, остается неизменной, и слабую, которая представляет измененную, модифицированную морфему. Этимологически первичной считается сильная-ступень чередования', в то время как слабая является вторичной. Согласно П. С. Кузнецову, в сильной* позиции друг другу противостоит наибольшее количество звуков, т. е. это позиция максимальной дифференциации. В слабой же позиции минимальные звуковые различия утрачены, т. е. речь идет о позиции нейтрализации, в которой фонема выступает в виде своего варианта (Кузнецов 1970: 185).

Выбор ступени при суффиксальном чередовании в прибалтийско-финских языках зависит от того, следуют ли интервокальные одиночные смычно-взрывные согласные, выступающие в суффиксах, за слогом с главным или второстепенным ударением (сильная- позиция), или за безударным? слогом (слабая, позиция) (ОФУЯ 1975: 34). При радикальном чередовании идентификация ступени в большинстве случаев обусловлена качеством слога, т. е. сильная ступень выступает в открытом слоге (оканчивается на гласный звук) или первоначально открытом слоге, а слабая в закрытом (оканчивается на согласный звук) или первоначально закрытом слоге. Таким образом, можно сделать вывод, что выбор ступени при суффиксальном чередовании зависит от конститутивной позиции чередующейся, фонемы в слове, а при радикальном — от комбинаторной позиции. Данное правило и является основным правилом функционирования чередования ступеней согласных большинства прибалтийско-финских языков, однако, как и любое другое, не обходится без исключений, которые можно объяснить, обратившись к истории языка. Напр., с. -к.: радикальное чередование: mat-to: ma-tot 'ковер: ковры', ma-to:. ma-vot 'червь: черви' суффиксальное чередование: показатель. императива: kacco-kkua^ 'смотрите': syo-kya 'ешыпе', окончание партитива: ei ole puu-ta 'нет дерева': ei ole kalu-a 'нет рыбы'.

Рассматривая взаимоотношения двух видов чередования, Т. Лехтинен отмечает, что при зарождении явления^ они были взаимозависимыми. Так, суффиксальное чередование происходило только в тех словах, где выступала, сильная ступень радикального чередования. Если же в основе слова в & iexcl-результате радикального чередования появлялась слабая ступень, то слабая ¦ ступень суффиксального чередования в данных случаях была невозможной (Lehtinen 2007: 151). На современном этапе развития чередования в карельском’языке сложно что-либо сказать об их взаимосвязи из-за практически полной: утратьт суффиксального вида чередования ступеней согласных в нем.

Необходимо обратить, особое внимание таюке на то, что чередование ступеней согласных прибалтийско-финских языков затрагивает определенный фонемный ряд. В большинстве представителей группы этот ряд включает только смычно-взрывные согласные, но в карельском языке в фонемный ряд чередования входят также некоторые аффрикаты, таким образом1, чередование распространяется только на-смычные согласные звуки, но не на остальные.

В артикуляции согласных различают обычно три фазы: -экскурсию — переход органа произношения из состояния покоя или артикуляции другого звука к положению, необходимому для произношения данного* согласного- выдержку -нахождение органа в указанном положении- рекурсию — возвращение к нейтральному положению или переход к артикуляции другого звука. Каждая из трех фаз имеет неодинаковое значение в разных способах образования шума. Во время произношения любого смычного согласного обязательно наличие первых двух фаз. В отношении же третьей фазы необходимо различать взрывные и аффрикаты. При произношении смычно-взрывных согласных имеет место смычка артикулирующих органов на пути выдыхаемой струи воздуха, что вызывает преграду, в результате продвижение воздуха на мгновение вообще останавливается. В момент резкого преодоления преграды воздушной струей происходит взрыв, также предполагающий активность действующего органа. Аффрикаты совпадают со смычно-взрывными в отношении первых двух фаз артикуляции. Различие между ними обнаруживается в третьей* фазе. При произнесении аффрикат сомкнутые органы не открываются сразу широко, как это происходит в случае со смычно-взрывными, а только приоткрываются, образуя щель для выхода воздуха. Следовательно, аффриката содержит в себе два элемента — смычный и щелевой, что и дает повод для традиционного определения аффрикат как слитных звуков, с чем, однако, не согласны некоторые современные исследователи. Согласно одной-из теорий аффрикаты образовались в результате развития смычных звуков (Зиндер 1960: 140−141).

Очевидно, на стадии формирования явления чередования именно такая сама по себе довольно сложная артикуляция смычных согласных требовала облегчения произношения в позиции закрытого слога, артикуляция которого является более трудной, чем открытого. Такое звуковое изменение вполне объяснимо & laquo-теорией наименьших усилий& raquo- (& laquo-теория удобств& raquo-), согласно которой причина звуковых изменений лежит в, стремлении к ясности, простоте произношения, в результате чего сложная артикуляция заменяется более легкой (Зиндер 1960: 253).

В зависимости от места образования смычки при артикуляции выделяют лабиальные смычно-взрывные р, Ъ (губы), дентальные t, d (кончик языка и альвеолы) и палатальные к, g (спинка языка и твердое нёбо) смычно-взрывные согласные. В современном прибалтийско-финском языкознании все чаще используется международный фонетический алфавит (IPA), в котором согласные к, g названы велярными (спинка языка и мягкое нёбо). Однако в финно-угорском фонетическом алфавите (SUT) данные согласные отнесены к палатальным (Lieko 1992: 131−132). Первая версия финно-угорского фонетического алфавита была предложена Э. Н. Сетяля в 1901 г., а в дальнейшем многократно переработана JT. Пости, Т. Итконеным, А. Совиярви и др. В рамках данного исследования мы остановимся именно на этом фонетическом алфавите, поскольку на него опирается большинство используемых работ.

Как уже было отмечено выше, количественное чередование также затрагивает двойные смычно-взрывные согласные и аффрикату с. Согласно одной из терминологий, используемых в фонетике, выделяют мгновенные и длительные согласные, таким образом, что под первыми подразумеваются смычно-взрывные согласные, а под вторыми — щелевые. Исходя3 из данной терминологии, смычные лишены возможности быть произнесенными протяженно (Зиндер i960: 124−125). Однако- такое представление считается неверным, по крайней мере, относительно уральских языков: как с произносительной, так и с акустической стороны, кроме того- длина звука несет в себе смыслоразличительную функцию. Носитель- любого-' прибалтийско-финского языка четко слышит разницу между одиночным смычно-взрывным и геминатой. Эта. разница заключается в длине, периода отсутствия звучания (период смычки) до взрыва в процессе артикуляции, смычно-взрывных. При изолированном произношении, конечно, эта разница неуловима,. чего нельзя сказать о потоке речи. В слабой же ступени, в случае количественного чередования, время смычки значительно короче, чем в сильной: Длительность смычки не имеет ограничения с произносительной-точки зрения, в звонком же согласном смычка не’может быть очень продолжительной (Зиндер 1960: 125). Очевидно- именно эта особенность артикуляции позволила. двойным смычно-взрывным согласным карельского языка сохраниться’глухими, а не перейти в звонкие соответствия, как это произошло во многих диалектах с одиночными смычно-взрывными.

В ливвиковском и людиковском наречиях карельского языка в количественное чередование вступают также фрикативные согласные геминаты ss, ss, hh, артикуляция которых происходит благодаря трению воздушной струи, проходящей через щель, образованную путем сближения органов произношения (кончика языка и альвеол (s), кончика языка и постальвеольного пространства (?), спинки языка и мягкого нёба (И)). Артикуляция удвоенных фрикативных согласных не вызывает значительного затруднения, очевидно, они вступили в отношения количественного чередования по аналогии со смычными.

Исходя из приведенных основ феномена чередования ступеней согласных, становится очевидным, что рассматриваемое морфонологическое явление -довольно развитая и значимая система, не случайно Д. В. Бубрих назвал ее самым сложным явлением фонетики прибалтийско-финской группы языков (Бубрих 1948: 119).

0. 2История исследования явления чередования ступеней согласных 1

Теория чередования зародилась еще в индийской языковой традиции. В конце XIX в. проблема альтернации заняла центральное место в работах российских лингвистов Н. В. Крушевского, В. В. Радлова, Р. Ф: Брандта. Впервые теория чередования получила глубокую разработку с позиции фонологии в трудах польского и российского лингвиста основателя казанской лингвистической школы И. А. Бодуэна де Куртене (1845−1929). Согласно теории Куртене, альтернация — это отношения альтернантов, т. е. фонетически различных фонем, входящих в состав этимологически родственных морфем и стоящих в фонетической структуре этих морфем на одном и том же месте. Возможны мена фонем с другой фонемой или мена вариантов одной фонемы, а также мена фонемы с нолем звука и одной группы фонем с другой. Куртене приводит следующие возможные первоначальные причины альтернации, как фонетические природные изменения, возникшие либо в данном сообществе, либо заимствованные целиком или частично из родственного сообщества. Первоначальные причины действуют в языке, либо они существовали только в прошлом (Куртене 1963: 271−273). В работе & laquo-Опыт теории фонетических альтернаций& raquo- (1963) исследователь выводит формулы чередований, а также приводит различные классификации чередований с точки зрения их причинности (дивергенция, корреляция, традиционная, внутренняя, заимствованная альтернация), генезиса (зарождающаяся, развивающаяся, развившаяся, укрепившаяся, исчезающая, угасшая альтернация) и удаленности от источника (в процессе заимствования, полное усвоение, окончательное укрепление), с точки зрения этимологического родства, столкновения различных тенденций, простоты или сложности сопоставлений (Куртене 1963: 281−294).

Основываясь на фонологическом учении И. А. Бодуэна де Куртене, в начале XX в. в индоевропеистике сформировались три фонологические школы: московская (выделение фонологических и морфологических видов чередования, рассмотрение чередования с морфологической точки зрения), ленинградская (выделение аллофонических и исторических видов чередования), пражская (обоснование нового раздела языкознания — морфонологии (термин ввел Н.С. Трубецкой), разработка основных морфонологических понятий) (ЛЭС 2002: 264, 390, 316). Дальнейшую разработку фонологическая теория получила в работах представителей лондонской' фонологической школы, в рамках американской дескриптивной лингвистики, а также диахронической фонологии. Современные исследования по морфонологии делают упор на определение значимости морфонологических явлений, направлений чередований, их функций, позиций, их синхронию и диахронию, изучение классов фонем, включенных в чередование.

С самого момента появления финно-угорское языкознание не могло не обратить внимания на явление чередования ступеней согласных, затрагивающее большую часть прибалтийско-финских и саамский языки. Первые грамматики финского и саамского языков XVII — XVIII вв. включали описание фонетической системы (Itkonen 1961: 137−151). Первой теоретической работой, рассматривающей особенности чередования ступеней в прибалтийско-финских и саамском языках, явилась диссертация М. А. Кастрена «Die affmitate delclinationum in lingua fennica, estonica at lapponica» (1839), в которой исследователь обращает особое внимание на обусловленность слабой ступени чередования закрытостью слога, а затем работа & laquo-От accentens inflytande i Lappska spraket" (1844), где функционирование чередования в саамском языке связано автором с ударением в слове. Вопросам альтернации финского языка уделяли внимание в своих работах Э. Лённрот, М. Акиандер, Д.Е. Д. Европеус. В середине XIX в. вышли в свет грамматики эстонского и водского языков, которые также не оставляют в стороне феномен альтернации. В работе «Die samojedischen Sprachen und die Finnisch-ugrischen» (1881) О. Доннер' возводит корни исследуемого явления к прауральскому языку-основе.

В конце XIX в. в немецкой лингвистике большую популярность заслужила школа младограмматизма, впервые предложившая применить естественнонаучные принципы& raquo- верификации научного знания к лингвистике. В качестве конкретного примера младограмматики предложили гипотезу регулярных фонетических чередований. Центральную роль их в работах играло сравнительно-историческое языкознание. Немецкий лингвист А. Лескин приходит в своих работах к выводу, что в определенное время в. определенных фонетических условиях определенные звуки& laquo- изменяются одинаково- аналогия же является уравнивающей изменения силой. Огромное влияние идеи младограмматиков оказали и на финно-угорское языкознание, особенно периода конца XIX — начала XX вв. Появляются, многочисленные работы по исторической фонетике отдельных прибалтийско-финских языков, а также отдельно взятых диалектов, затрагивающие и особенности функционирования^ чередования ступеней согласных в них. В конце XIX в. в свет вышло исследование К. Каннелина по финским диалектам («Tutkimus Kemin kielimurteesta» (1888), «Kieliopas» (1916)), на материалах ижорского языка была основана диссертация В. Поркка. л

На основе материала, собранного А. Генецем на территории северных людиковских диалектов, которые автор относит к северным диалектам вепсского языка, вышла работа «Vepsan pohjoiset etujoukot» (1872). Исследование «Versuch einer karelischen Lautlehre» (1877) опирается на собственно карельский и ливвиковский языковые материалы. В данной работе автор описывает систему радикального чередования карельского языка, а также затрагивает некоторые случаи суффиксального чередования, однако, не выделяя их в особый вид. Работа «Tutkimus Venajan karjalan kielesta» (1880) объединила собранные на территории проживания собственно карел данные. Здесь исследователь останавливается на некоторых фонетических особенностях рассматриваемых диалектов, в том числе и на & laquo-количественном и качественном смягчении согласных, выступающих в закрытом слоге& raquo-. Чуть позже в свет вышло фонетическое исследование А. Генеца по ливвиковскому наречию карельского языка «Tutkimus Aunuksen kielesta» (1885), основанное на материале северных и западных ливвиковских диалектов. Особое внимание автор обращает на представительство альтернации смычно-взрывных, выступающих в глухом фонетическом окружении, а также на чередование смычно-взрывных, находящихся в положении далее второго слога слова.

Первым исследованием по отдельному диалекту карельского языка явилась работа И. Мустакаллио «Vuokkiniemen Akonlahden kylan ynna sita ymparoivien kylien kielimurteesta» (1883), в которой довольно подробно описана фонетическая и грамматическая системы вокнаволокского собственно i карельского диалекта, в том числе система чередования ступеней согласных в нем.

Более полно теория чередования& laquo- ступеней согласных прибалтийско-финских языков была изложена Э. Н. Сетяля в работах «Yhteissuomalaisten klusiilien historia» (1890), «Uber Quantitatswechsel im Finnisch-ugrischen» (1896), «Uber Art, Umfang und Alter des Stufenwechsels im Finnisch-ugrischen und Samojedischen» (1914). Э. Н. Сетяля впервые ввел термин & laquo-чередование ступеней& raquo- (astevaihtelu) в исследовании «Yhteissuomalainen aannehistoria» (1890−1891), который пришел на смену термину & laquo-смягчение согласных& raquo- (konsonantinpehmennys), употреблявшемуся ранее. Кроме того, исследователь вводит термины сильная и слабая ступени чередования, количественное и качественное чередование, предполагает первоначальную- зависимость чередования от ударности/ безударности слога. Кроме того, Сетяля предложил использовать для выражения слабоступенных альтернантов символы у, 5, ?, обозначающие звонкие спиранты. Данные символы прижились в прибалтийско-финском языкознании, вытеснив, иные (напр., предложенные Д. В. Бубрихом G, D, В (Бубрих 1948) или JI. Кеттуненым маленькие символы к, t, р, написанные чуть выше основного ряда (Kettunen 1928: 24)), и используются до сих пор. Основное же положение Сетяля о зарождении явления альтернации согласных в финно-угорском языке-основе получило отпор и уже вскоре было отклонено. Теория формирования чередования ступеней Сетяля была поддержана исследователем саамского языка Ф. Яймя в работе «Astevaihtelututkielmia» (1919). Историческую фонетику финно-угорских языков освещает также работа X. Паасонена «Beitrage zur finnischugrisch-samojedishehen Lautgeschihte» (1912−1917).

Исследованию фонетической системы саамских диалектов в XX в. были посвящены работы Т. И. Итконена, защитившего в 1916 г. диссертацию на тему чередования ступеней, П. Равила (диссертация по исторической фонетике одного из саамских диалектов (1932), «Probleme des Stufenwechsels im Lappischen» (i960)), Ю. Х. Тойвонена («Zum Problem des Protolappischen» (1949)), Э. Итконена («Lapin murteiden fonologiaa (1971)», «Betrachtungen zum lappischen Stufenwechsel» (1977)), M. Корхонена («Johdatus lapin kielen historiaan» (1981)) и др.

Сравнительно-историческим изучением фонетики финских диалектов занимались лингвисты А. Каннисто, X. Оянсуу («Suomen lounaismurteiden aannehistoria» (1903), «Aannehistoriallisia lisia suomen murteiden tuntemiseen» (1915)), M. Айрила («Aannehistoriallinen tutkimus Tornion murteesta» (1912)), Й. Лауросела («Aannehistoriallinen tutkimus Etela-Pohjanmaan murteesta I, II» (1913, 1914)), К. Вилкунд («Nivalan murteen aanneoppia» (1928)), H. Икола («Ala-Satakunnan murteen aannehistoria I, II» (1925, 1931)), Р. Э. Нирви («Suistamon keskusmurteen vokalismi» (1932), «Soikkolan ayramoismurteesta» (1978)), Э. Линденин («Kaakkoishameen murteiden aannehistoria I, II» (1942, 1944)), M. Рапола («Johdatus suomen murteisiin» (1947)), Л. Хакулинен («Suomen kielen rakenne ja kehitys I» (1941)), В. Руоппила («Ayramoismurteiden aannehistoriaa» (1955)), А. Турунен («Itaisten savolaismurteiden aannehistoria» (1959)), П. Виртаранта («Lansiylasatakuntalaisten murteiden aannehistoria I, II» (1946, 1957), «Paapainollisen tavun jalkeisen soinnillisen dentaalispirantin edustus suomen murteissa» (1958)), X. Лескинен («Luoteis-Laatokan murteiden aannehistoria» (1963), «Suomen itamurteet keskiajan ja uuden ajan taiteessa» (1964)), Э. Кангасмаа-Минн («Suffiksaalisesta astevaihtelusta» (1968), «Suomen aannehistorian suuntaviivat» (1978)), Э. Итконен («Kantasuomen aannehistoria» (1953)), M. Пяякконен («Oulun seudun murteen aannehistoria» (1971)), А. Ряйсянен («Kainuun murteiden aannehistoria» (1972)), Т. Итконен («Astevaihtelun tempauksia» (1974)), А. Миеликяйнен («Etela-Savon murteiden aannehistoria» (1981)), Ю. Э. Коппалева (& laquo-Чередование ступеней согласных в колтушском говоре финского языка& raquo- (2007)), а также К. Суоми, К. Виик, Ф. Карлссон. и др. Кроме того, за последние два века были изданы многочисленные грамматики финского языка- отдельно рассматривающие столь важное фонетическое, явление как, чередование ступеней согласных. Для-русского читателя основы чередования ступеней были изложены, Д. В. Бубрихом (& laquo-Историческая фонетика финского-суоми языка& raquo- (1948)).

Фонетическим' и фонологическим проблемам эстонского языка посвящены, работы К. Виика, М*. Хинта,. эстонская система чередования ступеней согласных подробно описана в грамматиках.

Ио фонетической системе вепсского языка вышли в свет работы Е. А. Тункело, затрагивающие, в- том числе, и проблему чередования^ ступеней согласных («Vepsan kielen aannehistoria» (1946), «Vepsan kielen astevaihteluttomuudesta» (1952), «Vepsan aannehistorian paakohdat» (1965)), Jl. Пости («Uber den Stufenwechsel im Wepsischen» (1940), «Uber einige problematische Lautverhaltnisse im Wepsischen» (1962)), M.M. Хямяляйнен (& laquo-К вопросу о чередовании ступеней согласных в прошлом вепсского языка& raquo- (1954)), Э. Кангасмаа-Минн («Vepsan klusiilisysteemi» (1964)):

В' середине XX в. были опубликованы исследования JII Пости по фонетике ливского языка («Grundzuge der livischen Lautgeschichte»), а также А. Совиярви («Foneettis-aannehistoriallinen tutkimus Soikkolan inkeroismurteesta» (1944)) и Э. А. Тункело («Inkeroismurteiston asemasta» (1952)) по фонетике ижорского языка.

Серьезный вклад в исследование фонетической системы всех без исключения прибалтийско-финских языков, а также вопросов формирования и функционирования явления чередования ступеней согласных в них внес исследователь JI. Кеттунен («Vatjan kielen aannehistoria» (1915), «Onko vepsassa ollut astevaihtelua?» (1925), «Lounasvepsa haalik-ajalugu» (1922), «Eestin kielen aannehistoria» (1929), «Suomen murteet I-III» (1930−1940), «Karjalan heimon ja karjalan kielen iasta ja alkuperasta» (1940), «Hauptzuge der livishen Laut- und

Formengeschichte" (1947), «Suomen lahisukukielten luonteenomaiset piirteet» (1960) и многочисленные статьи).

По общей фонетике и фонологии прибалтийско-финских языков вышли в свет работы JI. Пости («From Pre-Finnic to late Proto-Finnic» (1953)), А. Пикамяэ («Tuveline astmevaheldus laanemeresoome keeltes jalapi keeles» (1957)), M. Рапола («Suomen kielen aannehistorian luennot» (1966)), А. Лаанеста (& laquo-Об истории чередования ступеней согласных в прибалтийско-финских языках& raquo- (1972)), К. Хяккинена («Suomen kielen aanne- ja muotorakenteen historiallista taustaa"(1985)) и mh. др. В последние десятилетия в прибалтийско-финском^ языкознании наблюдается спад интереса к исторической фонетике, однакоf периодически появляются- работы, посвященные фонетике и фонологии отдельных диалектов и говоров. Особый интерес у исследователей вызывает рассмотрение альтернации в морфонологическом аспекте.

На протяжении всего XX в. исследования* пс фонетике и фонологии карельского языка велись силами, российских, финляндских и эстонских исследований. Итогом экспедиционной работы финского исследователя Ю. Куёла явилось исследование по салминскому диалекту ливвиковского наречия карельского языка «Aanneopillinen tutkimus Salmin murteesta» (1910), где рассмотрены все возможные случаи чередования ступеней согласных, а также даны примеры, обнаруживающие отсутствие данного явление в положении после глухих согласных. Кроме того- Куёла. был собран ценный диалектный материал по людиковскому наречию карельского языка.

В результате работы Э. В. Ахтиа в Олонецкой Карелии в свет вышла первая грамматика карельского языка «Karjalan kielioppi: Aanne-ja sanaoppi» (1936). За основу были взяты рыпушкальский и сямозерский диалекты ливвиковского наречия, а также суоярвский диалект карельского языка Приладожской Карелии. Система чередования ступеней согласных рассмотрена автором в сравнении с собственно карельской, дается перечень исключений из основного правила функционирования явления.

В 1905 г. была издана работа X. Оянсуу «Karjalan aanneoppi» (1905), в которой исследователь не просто описывает фонетику карельского языка, а делает сравнительный анализ фонетических особенностей различных его наречий, в том числе системы альтернации согласных. В 1918 г. вышло в свет исследование X. Оянсуу по исторической фонетике ливвиковского наречия карельского языка «Karjala-Aunuksen aannehistoria» (1918), написанное на основе тулмозерского и видлицкого диалектов. В главе, посвященной истории развития согласных звуков, довольно подробно рассмотрена и система чередования в них.

В начале 30-х гг. XX в. было опубликовано исследование Т. Лильеблада «Tunkuan murteen konsonantismi» (1931), в котором прослеживается история согласных, начиная с позднего периода функционирования прибалтийско-финского языка-основы до современного их состояния в тунгудском диалекте карельского языка. В годы советско-финляндской' войны А. Туруненым был собран богатый диалектный материал по людиковскому наречию, послуживший основой для исследования «Lyydilaismurteiden aannehistoria I, II» (1946, 1950). «B первой части работы автор рассматривает историю развития древних прибалтийско-финских согласных, в том числе слабоступенных спирантизированных смычно-взрывных, в людиковском наречии карельского языка. Фонетические особенности людиковского наречия были описаны позже также в нескольких статьях Турунена.

Исследованием фонетики южных карельских диалектов занимался П. Виртаранта. Его статья «Uber den olonetzischen Kondusi-Dialekt» (1973) является единственной работой, описывающей фонетическую систему кондушского диалекта карельского языка. Диалектные особенности карельских наречий отражены в статьях Виртаранта «Die Dielekte des Kerelischen» (1972), «Kriterien zur Klassifizierung der Dielekte des Karelischen» (1985), где автор к важнейшим диалектным признакам карельских наречий относит особенности системы чередования ступеней согласных.

В 1971 г. в журнале «Virittaja» вышла статья Т. Итконена «Aunuksen aanneopin erikoispirteet ja aunekselaismurteiden synty», посвященная фонетическим особенностям и проблеме происхождения ливвиковского наречия карельского языка. Довольно большое внимание автором уделено в ней рассмотрению системы чередования данного наречия. Отдельное внимание особенностям карельской альтернации отводится также в работе JI. Хакулинена

Ita-Karjalan murreopas" (1942), статьях X. Лескинена «Vepsan, karjalan ja inkeroisen asemasta kolmen aannepiirteen valossa» (1990), «Karjala ja karjalaiset kielentutkimuksen nakokulmasta» (1998), а также во многих других работах, посвященных исследованию прибалтийско-финской фонетики и фонологии, вышедших в Финляндии.

Активная работа по изучению фонологии карельского языка велась и в Советском Союзе начиная с 30-х т гг. прошлого века. В 1937 г. вышла в свет & laquo-Грамматика карельского языка& raquo- Д. В. Бубриха. В грамматике предпринята попытка отобрать языковые явления, наиболее устраивающие представителей всех карельских наречий, для создания1 карельского литературного языка. Так, система чередования в данной грамматике включила количественное чередование геминат, а также качественное чередование смычно-взрывных согласных, выступающих в звонком фонетическом окружении во втором слоге и далее в слове. В 1939 г. была издана грамматика H.A. Анисимова & laquo-Карельскойн киэлен грамматика& raquo- (1939), составленная на ливвиковской основе. В грамматике были даны примеры на все виды чередований, а также приведены исключения из основного правила функционирования явления.

Огромное значение в изучении диалектов карельского языка сыграла работа по- сбору материала для диалектологического атласа, которая проводилась советскими исследователями под руководством Д. В. Бубриха. Работа началась в довоенные годы и была продолжена в послевоенное время. В процессе работы были заполнены программы по собиранию диалектного материала в 250 карельских населенных пунктах Карелии и Тверской области. & laquo-Атлас карельского языка& raquo- был издан в 1997 г. В нем представлено несколько карт, посвященных распространению отдельных видов чередования ступеней согласных. В 2004 г. в журнале «Fenno-ugristica» было опубликовано исследование К. Виика «Karjalan kielen murteet: kvantitatiivinen tutkimus» (2004), заключающееся в анализе всех 209 карт атласа (186 населенных пунктов) с целью выявления говорных и диалектных особенностей карельских наречий при помощи компьютерной обработки.

Одновременно с работой над составлением атласа велось исследование отдельных карельских диалектов. A.A. Беляков в работах & laquo-Фонетика карельского диалекта с. Толмачи Калининской области& raquo- (1947), & laquo-Грамматика карельского языка: Калининское наречие собственно-карельского языка& raquo- (1948) отражает систему чередования ступеней согласных толмачевского диалекта карельского языка. В статье & laquo-Языковые явления, определяющие границы диалектов и говоров карельского языка в Карельской АССР& raquo- (1958) исследователь, в качестве одного из факторов выделения отдельных карельских говоров и диалектов использует особенности системы альтернации согласных. В & laquo-Очерке весьегонского говора собственно-карельского диалекта карельского языка& raquo- (1964) К. В. Маньжиным рассмотрено поведение смычно-взрывных как конца, так и начала слога, выступающих в закрытом слоге, в весьегонском диалекте.

В.Е. Злобина проводит диссертационное исследование по фонетике олонецких говоров, основные результаты по ливвиковскому чередованию ступеней были отражены ею в статье & laquo-Особенности чередования ступеней согласных в ливвиковском диалекте& raquo- (1948). Автор обращает особое внимание на условие четности/ нечетности слога, а также & laquo-затемнения»- в области функционирования? явления. В исследовании А. П. Баранцева & laquo-Фонологические средства людиковской речи& raquo- (1975), а также в его статьях подробно рассмотрен звуковой состав людиковского наречия карельского языка.

В 1977 г. выходит исследование В. Д. Рягоева & laquo-Тихвинский говор карельского языка& raquo- (1977), где автор отдает предпочтение освящению тех языковых явлений, которые выделяют исследуемый диалект из остальных. В работе приводятся примеры на все случаи чередования ступеней согласных, а также его отсутствия. Кроме того, отдельно рассмотрены случаи отсутствия альтернации в русских заимствованиях и исключения из основного правила функционирования явления. В исследовании «Karjala Valdai murrak» (1962) И. Палмеос подробно описывает системы качественного и количественного чередования ступеней согласных в валдайском диалекте карельского языка. Внимание уделено также русским заимствованиям, не вступающим в отношения чередования. Чуть позже выходит работа Палмеос, описывающая систему альтернации согласных дёржанского диалекта карельского языка «Аз^еуаЪеМиз Каца1а Цргга тиггакиБ& raquo- (1973−1974). В 1987 г. вышла в свет работа П. М. Зайкова & laquo-Диалекты карельского языка& raquo-, где автором описываются основные диалектные особенности карельских наречий, в том числе и особенности систем чередования ступеней согласных.

В связи с введением преподавания языка в, конце прошлого века появляется необходимость издания грамматик карельского языка. В 1999 г. выходит & laquo-Грамматика карельского языка& raquo- П. М. Зайкова, основанная на севернокарельском языковом материале, в 2002 г. — & laquo-Грамматика карельского языка: ливвиковское наречие& raquo- Л. Ф. Маркиановой. Каждая из грамматик подробно рассматривает систему чередования ступеней согласных. В 20 004 г. было завершено исследование М. Пахомова по исторической фонетике Михайловского диалекта карельского языка «Мшг^БУерБап 1уШг1аекеп Ыз1: опаШ81а ааппеорр1а: Кшуагуеп 1уусШш8тш1ееп кИдвпШ аз1еуаШ1е1ши111етееп» (2000).

Очевидно, что изучению системы чередования ступеней согласных -основополагающей фонетической особенности прибалтийско-финских языков -было уделено значительное внимание, как в Финляндии, так и в России. Большое количество трудов прямо или косвенно затрагивает и систему альтернации карельского языка и его диалектов. Следует, однако, отметить, что система чередования далеко не всех карельских диалектов исследована- грамматики карельских наречий, в свою очередь, описывают новописьменный карельский язык. Кроме того, в прибалтийско-финском языкознании нет целостного представления о поэтапной истории становления явления в карельском языке. Требуют систематизации явления, вызванные чередованием, на уровне морфонологии. 1

выводы.

1. Явление чередованияt ступеней согласных карельского языка уходит своими корнями в прибалтийско-финский, и, вероятно, даже прибалтийско-финско-саамский язык-основу. На начальном этапе функционирования исследуемый феномен носил фонетический характер, т. е. чередование происходило автоматически и полностью зависело от звукового окружения и качества слога. Альтернация затрагивала глухие смычно-взрывные согласные и геминаты, выступающие в звонком фонетическом окружении- сильная& raquo- ступень выступала' в открытом слоге, а слабая в закрытом. По сильной ступени легко можно было определить слабую, и наоборот. Слабоступенным альтернантом удвоенных согласных служили редуцированные геминаты, одиночных смычно-взрывных — спиранты, являющиеся аллофонами. Изначально альтернации подвергались лишь согласные, выступающие в безударных слогах, но, очевидно, к концу периода функционирования прибалтийско-финского праязыка чередование распространилось на остальные слоги. К данному этапу становления альтернации относятся и такие изменения как редукция слабоступенных альтернантов геминат до одиночных согласных, ассимиляция смычно-взрывных с предшествующими сонорными и носовыми. Изменения, произошедшие в системе чередования, привели к началу перехода явления с фонетического на фонологический уровень, завершившемуся уже в древнем карельском язьже.

2. Древний карельский язык, оформившийся на Карельском перешейке к концу I тысячелетия н.э., перенял прибалтийско-финскую систему альтернации согласных, претерпевшую определенные изменения, основными из которых являются: выпадение спирантов, выступающих в слабой ступени чередования, и* появление на месте отсутствия слабоступенного альтернанта согласных, носящих вставочный характер, в целях сохранения слогораздела- сокращение геминат, являющихся слабоступенным соответствием сочетаний спирантов с палатальным смычно-взрывным согласным, очевидно, произошедшее в целях избежания омонимии с аналогичными формами при чередовании дентального смычно-взрывного- вовлечение в систему чередования смычно-взрывных, находящихся в глухом фонетическом окружении. Вместе с перечисленными изменениями, в древнем карельском языке завершился переход, явления альтернации на фонологический уровень, стало невозможным по слабой ступени определить сильную, однако сам механизм чередования остался неизменным.

3. Современный карельский язык, с одной стороны, сохранил древнекарельскую альтернационную систему, но с другой, обнаруживает существенные отличия на уровне наречий и диалектов. Во всех, наречиях карельского языка представлены радикальное и суффиксальное (практически перешедшее, однако, в разряд исторических), прямое и обратное виды чередования.

4. Статистический анализ материала словарей карельского языка «ЬуусШш8тш1е1с1еп Бапаклца& raquo- (1944), & laquo-Словарь карельского языка: Ливвиковский диалект& raquo- (1990), & laquo-Словарь карельского языка: Тверские говоры& raquo- (1994) позволил сделать следующие выводы. В собственно карельском наречии чередованию подвержено около 40% лексем. Процент количественного и качественного видов чередования практически одинаков. Наиболее часто в отношения количественного чередования вступает гемината и (52%), реже кк (35%) и еще реже сс (18%) и рр (2%), в качественное — одиночный палатальный смычно-взрывной согласный Ш (78%), реже А/^ (19%) и совсем редко р/Ъ (11%), выступающие в различном фонетическом окружении.

В ливвиковском наречии чередование охватывает около 25% словарного состава. Процент случаев количественного (74%) чередования практически в три раза выше, чем качественного (26%). Наиболее распространенный вид количественного чередования — №Л (53%), намного реже в отношения альтернации вступают геминаты кк (26%), сс (16%), и совсем редко рр, бб (5%). Чаще других качественное чередование затрагивает дентальный смычновзрывной согласный (Л (66%), почти в два раза реже палатальный g (29%) и совсем редко лабиальный Ь (5%).

Чередование распространяется примерно на 20% словарного состава людиковского наречия. Наиболее распространенным является количественное чередование кк: к (45%), немного реже встречается чередование и’Л (41%), еще реже сс: с (9%) и совсем редко рр: р, сс: с, (5%).

5. Собственно карельское наречие карельского языка довольно хорошо сохранило древнюю систему альтернации согласных. Особо яркими диалектными отличиями в ней являются: чередование палатального смычно-взрывного, выступающего в положении после сонорных согласных, на южной территории распространения южнокарельских диалектов, а также в диалектах центральной России- отсутствие альтернантов, носящих вставочный характер, в соседних говорах паданского и ругозерского южнокарельских диалектов- сокращение геминаты гг, выступающей в слабой ступени при чередовании сочетаний согласных гс1 в толмачевском и дёржанском диалектах центральной России, а также представительство чередования сочетания согласных як в южнокарельских диалектах. Диалектные отличия при чередовании одиночных палатального и дентального смычно-взрывных можно объяснить незавершенностью формирования данных видов альтернации еще в древнем карельском языке.

6. Система альтернации согласных в ливвиковском наречии на диалектном-уровне представлена довольно единообразно, однако, в отличие от собственно карельского наречия и древнего карельского языка, она не обнаруживает чередования в слогах, выступающих далее второго слога в положении после сонорных согласных и носовых, а также чередования смычно-взрывных, выступающих в положении после глухих согласных. Кроме того, в ливвиковских диалектах удвоились слабоступенные соответствия сочетаний согласных

7. Выдающейся особенностью людиковской системы чередования, в сравнении с другими наречиями, является полное отсутствие в ней качественного вида альтернации. Количественное же чередование представлено на территории распространения людиковского наречия единообразно. Таким образом, людиковская альтернационная система намного ближе вепсскому (практически полное совпадение), чем карельскому языку.

8. Представительство фонологического явления в южных карельских наречиях объясняется степенью сохранения в них вепсского субстрата. Очевидно, в связи с особенностями территориального положения, при формировании ливвиковского наречия преобладающим оказался карельский компонент, в то время как в людиковском наречии он выступил менее значительным. Поэтому, вероятнее всего, именно в результате влияния древнего вепсского языка произошло упрощение системы чередования ступеней в ливвиковском наречии и полностью утратилась качественная альтернация в людиковском.

Собственно карельское наречие развивалось самостоятельно, лишь южнокарельские диалекты обнаруживают ливвиковские и людиковские черты чередования ступеней согласных, отдельные могли быть восприняты, вероятно, даже на начальной стадии формирования наречий.

Особое внимание необходимо обратить на то, что, безусловно, значительное влияние на все диалекты карельского языка оказал русский язык, а на северные диалекты собственно карельского наречия также финский.

9. Развитию системы чередования карельского языка на различных его этапах свойственны все из представленных во введении направлений:

1) В, С к А. Напр., южные диалекты с. -к.: *pelko: pelot 'страх: страхи', *pelto: pellot 'поле: поля' > pelgo: pellot, peido: pellot — от разнообразия к единообразию-

2) От В к А. Напр., система именного словоизменения ливв.: jogi 'река' (ном. ед.), jovet (ном. мн.), jogie (парт, ед.), joven (акк. -ген. ед.), jogennu (эсс. ед.), joves (инесс. -элат. ед.), jogeh (илл. ед.), jovel (адесс. -абл. ед.), jovele (алл. ед.), jovetta (абесс. ед.), jovenke (ком. ед.), jovin (инстр. мн.), joveJluo (парт, ед.), jovessah (терм, ед.), joveci (прол. ед.) — дистрибуция слабой ступени более свободна-

3) От, А и В к А. Напр., ливв.: tabu: tavat 'традиция: традиции', возможно tabu: tabat, но не tavu: tavat-

4) От, А к В, С. Напр., диалекты центральной России: leski: lesset 'вдова: вдовыlaiska: laisat 'ленивый: ленивые

5) От, А к Л. Напр., *t: 5, *k:y.

10. Собственно карельское и ливвиковское наречия обнаруживают тенденцию утраты продуктивности качественным чередованием ступеней согласных, что проявляется, в первую очередь, в поздних русских и финских заимствованиях, собственных именах и неологизмах, а во вторую, в исконной карельской лексике. Опрощение в исконной лексике касается главным образом чередования одиночных смычно-взрывных, особенно это заметно в речи ливвиков, живущих среди людиков, которые сохранили лишь чередование смычно-взрывных, выступающих в положении после звонких согласных, или людиков, проживающих на ливвиковской территории, и перенявших лишь чередования сочетаний согласных. Тенденция опрощения ярче проявляется в речи представителей более молодых поколений носителей языка. Очевидно, что отсутствие чередования при словоизменении новых лексем позволяет распознать слово. Количественное чередование остается во всех карельских наречиях довольно продуктивным явлением.

11. Связь фонологии и морфологии в карельском языке наиболее ярко проявляется в, альтернации согласных. На современном этапе развития чередование взяло на себя морфологические функции. Выбор ступени определяется теперь в первую очередь грамматической формой. Выявлен целый ряд исключений из основного правила функционирования явления. Стало возможным произношение слабой& laquo- ступени в открытом, а сильной — в закрытом слоге, что свидетельствует о переходе явления на новый уровень — морфонологический. Меньшее число исключений в собственно карельском наречии свидетельствует о том, что оно лучше сохранило древнекарельское фонологическое чередование, чем ливвиковское и людиковское наречия. Переход же исследуемого явления на новый морфонологический уровень указывает на то, что карельский язык, находясь между вепсским языком, не обнаруживающим альтернации согласных, и эстонским, в котором иногда лишь представительство той или иной ступени позволяет определить грамматическую' форму слова, занимает все более отдаленную от агглютинативного языка позицию на пути к флективному типу.

12. Наличие отличительных особенностей в системе чередования ступеней согласных на диалектном уровне, очевидно, вызвало ряд трудностей при создании новописьменных ливвиковского и севернокарельского языков. Опора на определенные диалекты и попытки унифицировать отдельные явления позволили успешно с ними справиться.

В последнее время все чаще ведутся дискуссии о необходимости- создания единого карельского- языка. Сразу возникает вопрос, на основе какого из многочисленных карельских диалектов могла бы быть выведена система чередования ступеней- согласных единого карельского языка? Эта проблема была удачно решена еще в первой-половине прошлого века Д.В. Бубрихом’в работе & laquo-Грамматика карельского языка (фонетика, морфология)& raquo- (Бубрих 2005), в- которой собраны и связаны в единую1 систему явления, наиболее устраивающие всех карел. Построенный таким образом язык, согласно Бубриху, оказался наиболее близким-к речи тверских карел (Бубрих 2005: 293).

Чередование ступеней согласных в предложенном Бубрихом едином карельском языке затрагивает геминаты кк- tt, рр, сс, а также смычно-взрывные согласные g, d, b, выступающие как в положении между первым и вторым слогами слова, так и далее в слове, как это происходит в диалектах собственно карельского наречия. Одиночные смычно-взрывные g, d чередуются- с альтернантом v в окружении лабиальных гласных о, о, и, у, с нолем звука в положении между гласными а-а, а-а, при этом аа переходит в иа, аа — в Ja. Для остальных позиций, представительство которых довольно сильно разнится в карельских диалектах, Бубрихом принято обобщение: смычно-взрывные чередуются с альтернантом j, если они выступают в положении после гласных i, е, или перед гласным е. Согласно исследователю, такое представительство чередования легче укладывается в правила. Лабиальный смычно-взрывной Ь чередуется с согласным v. Смычно-взрывные, выступающие в сочетаниях согласных Id, rd, nd, mb, в слабой ступени ассимилируются с предшествующим согласным, что характерно для всех диалектов карельского языка, за исключением людиковского наречия. Сочетание согласных 1Щ находится за рамками чередования. Относительно сочетаний согласных rg взяты за основу нормы южнокарельских диалектов и ливвиковского наречия, т. е. 1^: 11, rg. Tr. Что же касается чередования смычно-взрывных, выступающих в положении после глухих согласных, то тут исследователь склоняется в пользу ливвиковского и людиковского наречий, т. е. в пользу отсутствия-чередования. Это делается с той целью, чтобы словоформы лексем, включающих рассматриваемые сочетания согласных, оставались понятными всем карелам (Бубрих 2005: 301−303).

Конечно, система чередования, предложенная Д. В. Бубрихом для единого литературного карельского языка, была бы понятна как представителям ливвиковского, так и собственно карельского наречий, но вряд ли носители людиковского наречия, в котором качественный вид чередования отсутствует полностью, могли бы идентифицировать формы слова, образованные путем прибавления грамматического показателя к слабоступенной основе. Учитывая это обстоятельство, а также тенденцию опрощения качественного чередования в ливвиковском и собственно карельском наречиях, все более отчетливо проявляющуюся с течением времени, приходим к выводу, что при создании единого карельского литературного языка, понятного носителям& laquo- всех существующих карельских наречий, единственным выходом является принятие системы чередования ступеней согласных, ограничивающейся лишь количественной альтернацией. Такой выход из сложившейся ситуации удовлетворяет основной цели создания вспомогательных литературных языков, цели обеспечения практического общения, и соответствует главному требованию максимального упрощения.

Заключение

Анализ системы чередования ступеней согласных в прибалтийско-финских языках и отдельно в наречиях карельского языка позволяет сделать следующие 4

ПоказатьСвернуть

Содержание

Предисловие.

0.1 Явление чередования ступеней согласных.

0.2 История исследования явления чередования ступеней согласных.

Глава 1. Чередование ступеней согласных в прибалтийско-финских языках: история и современность.

1.1 Время и причины формирования чередования ступеней-согласных.

1.2 Чередование ступеней согласных в современных прибалтийског финских и саамском языках.

1.3 Реконструкция чередования ступеней согласных прибалтийско-финского языка-основы.

Глава 2. Древнекарельская система чередования.

2.1 Формирование древнего карельского языка.:.

2.2 Система чередования ступеней согласных в восточных диалектах финского языка.

2.3 Чередование ступеней согласных в древнем карельском языке.

Глава 3. Особенности чередования ступеней согласных в современных наречиях карельского языка.

3.1 Формирование наречий современного карельского языка.

3.2 Чередование ступеней согласных в собственно карельском наречии карельского языка.

3.2.1 Количественное чередование в собственно карельском наречии.

3.2.2 Качественное чередование в собственно карельском наречии.

3.2.2.1 Чередование палатального смычно-взрывного согласного k/g.

3.2.2.2 Чередование дентального смычно-взрывного согласного tld.

3.2.2.3 Чередование лабиального смычно-взрывного согласногор/Ь.

3.3 Чередование ступеней согласных в ливвиковском наречии карельского языка.

3.3.1 Количественное чередование в ливвиковском наречии.

3.3.2 Качественное чередование в ливвиковском наречии.

3.3.2.1 Чередование палатального смычно-взрывного согласного g.

3.3.2.2 Чередование дентального смычно-взрывного согласного d.

3.3.2.3 Чередование лабиального смычно-взрывного согласного Ъ.

3.4 Чередование ступеней согласных в людиковском наречии карельского языка.

3.4.1 Количественное чередование в людиковском наречии.

3.4.2 Представительство древнекарельского качественного чередования в людиковском наречии.

3.4.2.1 Представительство палатального смычно-взрывного согласного g/k.

3.4.2.2 Представительство дентального смычно-взрывного согласного

3.4.2.3 Представительство лабиального смычно-взрывного согласного

Глава 4. Чередование ступеней согласных в системах именного и глагольного словоизменения карельского языка.

4.1 Чередование ступеней согласных в системе именного словоизменения карельского языка.

4.2 Чередование ступеней согласных в системе глагольного словоизменения карельского языка.

Список литературы

1. Адель 1995 Адель E. JI. Система глагольного словоизменения паданского говора карельского языка // Автореферат диссертации на соискание уч. степени кандидата фил. наук. Москва, 1995. 28 с.

2. Амфиренко 2009 Амфиренко-Н.Ф. Современные проблемы науки о языке. М.: Флинта, Наука, 2009. 416 с.

3. Ахманова 1966 Ахманова О. С. Фонология. Морфонология. Морфология. М.: Изд-во Московского университета, 1966. 108 с.

4. Ахманова 2007 Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М.: КомКнига, 2007. 572 с.

5. Беляков 1958 Беляков A.A. Языковые явления, определяющие границы диалектов и говоров карельского языка в КарАССР // Прибалтийско-финское языкознание 12, 1958. С. 49−62.

6. Богданов 1958 Богданов Н. И. Народность вепсы и их язык // Прибалтийско-финское языкознание 12, 1958. С. 63−75.

7. Бубрих 1932 Бубрих Д. В. Карелы и карельский язык. М.: Изд-во Мособлисполкома, 1932. 38 с.

8. Бубрих 1946 Бубрих Д. В. Программа по собиранию материала для диалектологического атласа карельского языка. Петрозаводск: Государственноеиздательство Карело-Финской ССР, 1946. 174 с.

9. Бубрих 1948 — Бубрих Д. В. Историческая фонетика финского-суоми языка // СФУ 8, 1948. 232 с.

10. Бубрих 1948 Бубрих Д. В. Историческое прошлое карельского народа в свете лингвистических данных // Известия Карело-финской базы Академии наук СССР. Петрозаводск, 1948. С. 42−50.

11. Бубрих 1971 Бубрих Д. В. Русское государство и сформирование карельского народа // Прибалтийско-финское языкознание. Вопросы взаимодействия прибалтийско-финских языков с иносистемными языками. Л., 1971. С. 3−22.

12. Бубрих 1997 Бубрих Д. В. Диалектологический атлас карельского языка. t

13. Хельсинки: SUS, 1997. 10 с. + 209& raquo-с. карт.

14. Бубрих 2005 Бубрих Д. В. Грамматика карельского языка (фонетика, морфология) // Прибалтийско-финское языкознание: Избранные труды. Спб.: Филологический факультет СПбГУ, 2005. С. 291−345.

15. Бубрих 2005 Бубрих Д. В. Происхождение карельского народа // Прибалтийско-финское языкознание: Избранные труды. Спб.: Филологический факультет СПбГУ, 2005. С. 145−179.

16. Вийтсо 2007 Вийтсо Т. -Р. Ливское чередование ступеней: типы и генезис // LU 43, 2007. С. 62.

17. Галахова 1969 Галахова Л. Я. К вопросу о чередовании ступеней’согласных-в основе слова в финских диалектах Ленинградской области // Вопросы финно-угорской филологии. Вып. 2. Ленинград: Ленинградский университет, 1969. С. 63−75.

18. Жербин 1956 Жербин A.C. Переселение карел в Россию в XVII веке. Петрозаводск: Государственное издательство Карело-Финской СССР, 1956. 77 с.

19. Зайков 1987 Зайков П. М. Бабинский диалект саамского языка. Петрозаводск: Карелия, 1987. 202 с.

20. Зайков 1987 Зайков П. М. Диалектология карельского языка. Петрозаводск: РИО ПетрГУ, 1987. 128 с.

21. Зайков 1999 Зайков П. М. Грамматика карельского языка. Петрозаводск: Периодика, 1999. 120 с.

22. Зайков 2000 Зайков П. М. Глагол в карельском языке. Петрозаводск: Издательство Петрозаводского государственного университета, 2000. 293 с. Зайцева 1981 — Зайцева Н. Г. Именное словоизменение в вепсском языке. Петрозаводск: Карелия, 1981. 182 с.

23. Зайцева 2002 Зайцева Н. Г. Вепсский глагол. Петрозаводск: Периодика, 2002. 288 с.

24. Зиндер 1960 Зиндер J1. Р. Общая фонетика. Л.: Издательство Ленинградского университета, 1960. 336 с.

25. Керт 1971 Керт Г. М. Саамский язык. Л.: Наука, 1971. 356 с.

26. Киркинен 1998 Киркинен X. История карельского народа. Петрозаводск: Б.и., 1998. 322 с.

27. Киров 1997-Киров Е. Ф. Фонология языка. Ульяновск: СВНЦ, 1997. 451 с. Колесов 2008 Колесов В. В. Русская историческая фонология. СПб.: Факультет филологии и искусств СПбГУ, 2008. 400 с.

28. Коппалева 2007 — Коппалева Ю. Э. Чередование ступеней согласных в колтушском говоре финского языка. Петрозаводск: Карельский научный центр РАН, 2008. 49 с.

29. Кочкуркина 1987 Кочкуркина С. И. Древние карелы. Петрозаводск: Карелия, 1987. 72 с.

30. Кочкуркина 1990 Кочкуркина С. И. Письменные известия о 'карелах. Петрозаводск: Карелия, 1990. 142 с.

31. Кросс 1983 Кросс К. Граница падежной формы и наречия в инструктиве прибалтийско-финских языков // СФУ 19, 1983. С. 253.

32. Кузнецов 1970 Кузнецов П. С. К вопросу о фонематической системе современного французского языка1 // Реформатский A.A. Из истории < отечественной фонологии. М.: Наука, 1970. С. 163−203.

33. Куртене 1963 Бодуэн де Куртене И. А. Опыт теории фонетических альтернаций // И.А. Бодуэн-де Куртене: Избранные труды по общему языкознанию. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1963. С. 265−347.

34. Лаанест 1966 Лаанест А. Ижорские диалекты. Таллин: АН ЭССР, 1966. 183 с. Лаанест 1979 — Лаанест А. О периодизации истории ижорского языка // Вопросы финно-угроведения. Сыктывкар, 1979. С. 27.

35. Леппик 1969'& mdash-Леппик М. О нефонологическом характере чередования ступеней1 В прибалтийско-финском праязыке // СФУ 4, 1968. С. 12.

36. ЛЭС 2002 Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Большая Российская энциклопедия, 2002. 711 с.

37. Макаров 1969 Макаров Г. Н. Образцы карельской речи: говоры ливвиковского диалекта карельского языка. Л.: Наука, 1969. 282 с.

38. Маньжин 1964 Маньжин К. В. Очерк весьегонского говора собственно-карельского диалекта карельского языка. Рукопись, 1964. 129 с. Маслов 1979 — Маслов Ю. С. О типологии чередований // Звуковой строй языка. М.: Наука, 1979. С. 195−201.

39. Муллонен 2007 Муллонен И. И. Введение в финно-угроведение. Петрозаводск: Издательство ПетрГУ, 2007. 124 с.

40. ОКР Образцы карельской речи: Говоры республики Карелии, тихвинских и тверских карел. Joensuu-Петрозаводск: Joensuun yliopiston monistuskeskus, 1994. 460 с

41. ОФУЯ 1975 Основы финно-угорского языкознания: Прибалтийско-финские, саамский и мордовские языки. М.: Наука, 1975. 346 с.

42. Пикамяэ 1957 Пикамяэ А. Чередование ступеней согласных в основе слова в прибалтийско-финских и саамском языках // Автореферат диссертации на соискание уч. степени кандидата фил. наук. Тарту: Тартуский государственный университет, 1956. 30 с.

43. Рягоев 1977 -Рягоев Д. В. Тихвинский говор карельского языка. Л.: Наука, 1977. 286 с.

44. СФУ Советское финно-угроведение.

45. Хакулинен 1953 Хакулинен JI. Развитие и структура финского языка. М.: Изд-во иностранной литературы, 1953. 312 с.

46. Хинт 1979 — Хинт М. Типологические особенности, чередования ступеней согласных в эстонском и финском языках // Вопросы финно-угроведения. Сыктывкар, 1979. С. 18−19.

47. Хинт 1981 — Хинт М. Неоднородность систем чередования ступеней эстонского языка// СФУ 17, 198k С. 247−265.

48. Хинт 1981 Хинт М. Чередование ступеней в эстонском языке как явление флективной морфологии И СФУ 17, 1981. С. 186−201.

49. Хямяляйнен 1954 Хямяляйнен М. М. К вопросу о чередовании ступеней согласных в прошлом вепсского языка // Труды карело-финского филиала АН СССР 1, 1954. С. 98−108.

50. Языки народов 1966 — Языки народов СССР: Финно-угорские и самодийские языки. М.: Наука, 1966. 462 с.

51. ALFEI 2004 Atlas Linguarum Fennicarum. I. Helsinki: SKS, 2004. 464 s.

52. Alvre 1991 Alvre P. Inkerin suomalaismurteiden nominitaivutus // Vir. 95, 1991. S.1. 15.

53. Ariste 1948 Ariste P. Vadja keele grammatika. Tartu: Teaduslik kirjandUs, 1948. 138 s.

54. Collinder 1928 Collinder B. Kantasuomen s~h: kantalapin s~s toisen tavun vokaalin jaljessa// Vir. 32, 1928. S. 237−251.

55. Donner 1912 -Donner K. Salmin murteen kvantiteettisuhteista. Helsinki: SKS, 1912. 74 s.

56. Elomaa 1990 Elomaa J. Vatjan astevaihtelun historian kysymyksia // Congressus septimus internationalis fenno-ugristarum. Debrecen, 1990. S. 197−202. FUF — Finnisch-ugrische Forschungen.

57. Genetz 1877 Genetz A. Versuch einer karelischen Lautlehre. Helsinki: Frenckell, 1877. 88 s.

58. Grunthal 1997 Grunthal R. Livvista liiviin: Itamerensuomalaiset etnonymit. Helsinki: Hakapaino OY, 1997. 188 s.

59. Hakulinen 1942 Hakulinen L. Ita-Karjalan murreopas. Helsinki: Otava, 1942. 108 s.

60. Hakulinen 1972 Hakulinen L. Suomen kielen rakenne ja kehitys. Helsinki: Otava. 1972. 633 s.

61. Hint 1997 Hint M. Viron kielen astevaihtelun ja prosodian systeemin typologiset ongelmat//Vir. 101, 1997. S. 412−415.

62. Hakkinen 1985 Hakkinen K. Suomen kielen aanne- ja muotorakenteen historiallistataustaa. Turku: Abo Akademi, 1985. 132 s.

63. Kalima 1934 Kalima J. Entisen Kakisalmen laanin. alueen aikaisemmasta kielimuodosta // Vir. 38, 1934. S. 254−256.

64. Kallio 2006 — Kallio P. Suomen kantakielen absoluuttista kronologiaa // Vir. 110, 2006. S. 2−25.

65. Kangasmaa 1978 Kangasmaa-Minn E. Suomen aannehistorian suuntaviivat. Turku: Turun yliopisto, 1978. 64 s.

66. Kangasmaa 1987 Kangasmaa-Minn E. Suomi kielikunnassaan. Turku: Turun yliopisto, 1987. 38 s.

67. Kettunen 1915 -Kettunen L. Passiivin tunnuksesta// Vir. 19, 1915. S. 107−112. Kettunen 1919 Kettunen L. Astevaihtelusta lansisuomalaisissa kielissa // Vir. 23, 1919. S. 36−55.

68. Kettunen 1920 Kettunen L. Liallisia astevaihtelutapauksia // Vir. 24, 1920. S. 91−95. Kettunen 1925 — Kettunen L. Eraita erimielisyyksia tieteemme kysymyksissa // Vir. 29, 1925., S. 63−74.

69. Kettunen 1925 Kettunen L. Untersuchung uber die livische Sprache. Tartu, 1925. 160 s.

70. Kettunen 1930 Kettunen L. Suomen murteet I. Helsinki: SKS, 1930. 294 s. Kettunen 1930 — Kettunen L. Vatjan kielen aannehistoria. Helsinki: SKS, 1930. 170 s. Kettunen 1938 — Kettunen L. Onko vepsassa ollut astevaihtelua? // Vir. 42, 1938. S. 373−388.

71. Kettunen 1940 Kettunen L. Karjalaisen heimon ja «karjalan kielen» ijasta ja alkuperasta // Vir. 44, 1940, 129−144, 282−301.

72. Kettunen 1945 Kettunen L. Hauptzuge der livischen Laut- und Formengeschichte. Helsinki: SUS, 1945. 90 s.

73. Kettunen 1946 Kettunen L. Der Abessiv auf-tta/-tta in Finnischen // FUF 29, 1946. S. 109−110.

74. Kettunen 1949 Kettunen L. Astevaihtelun salaisuus // Vir. 53, 1949. S. 69−74. Kettunen 1959 — Kettunen L. Suomen murteet III. Murrekartasto. Helsinki, 1959. 70 s.

75. Kettunen 1960 Kettunen L. Suomen lahisukukielten luonteenomaiset piirteet. Helsinki: SUS, 1960. 252 s.

76. Kettunen 1962 — Kettunen L. Eestin kielen aannehistoria. Helsinki: SKS, 1962. 218 s. Korhonen 1967 Korhonen M. Lapin kielen vartalonsisaisten aannevaihtelujen morfologisesta funktiosta // Vir. 71, 1967. S. 353−358.

77. Korhonen 1976 Korhonen M. Suomen kantakielen kronologiaa // Vir. 80, 1976. S. 3−13.

78. Korhonen 1981 Korhonen M. Johdatus lapin kielen historiaan. Helsinki: SKS, 1981. 378 s.

79. Kujola 1910 Kujola J. Aanneopillinen tutkimus Salmin murteesta. Helsinki: SKS, 1910. 108 s.

80. Markianova 1993 Markianova L. Livvin murdehen morfolougii. Nominat da abusanat. Petroskoi: Petroskoin valdionyliopisto, 1993. 101 s.

81. Markianova 1995 Markianova L. Livvin murdehen morfolougii. Verbit. Advervit. Petroskoi: Petroskoin valdionyliopisto, 1995. 96 s.

82. Markianova 2002 Markianova L. Karjalan kielioppi: 5−9. Petroskoi: Periodika, 2002. 296.

83. Mielikainen 1981 -Mielikainen A. Etela-Savon murteiden aannehistoria 1. Jyvaskyla: SKS, 1981. 335 s.

84. Mielikainen 1990 Mielikainen A. Savolais- ja kaakkoismurteiden rajakayntia // Laatokan piiri. Helsinki: Vapk-kustannus, 1990. S. 112−130.

85. Mustakallio 1883 Mustakallio J. Vuokkiniemen Akonlahden kylan ynna sita ymparoivien kylienkielimurteesta//Vir. 1, 1883. S. 38−85.

86. Nahkola 1995 Nahkola K. Miksi astevaihtelu fonemaattistui? // Vir. 99, 1995. S. 173−190.

87. Nirvi 1932 — Nirvi R.E. Suistamon keskusmurteen vokalismi. Helsinki: SKS, 1932. 96 s.

88. Nirvi 1961 Nirvi R.E. Inkeroismurteiden asema // Kalevalaseuran vuosikirja 41, 1961. S. 99−136.

89. Ojansuu 1918 Ojansuu H. Karjala-aunuksen aannehistoria. Helsinki: SUS, 1918. 182 s.

90. Ojansuu 1919 Ojansuu H. Muutamia astevaihteluhuomioita suomessa // Vir. 23, 1919. S. 90−97.

91. Paasonen 1917 Paasonen H. Beitrage zur finnischugrisch-samojedischen lautgeschichte. Budapest, 1917. 376 s.

92. Pahomov 2000 Pahomov M. Muinaisvepsan tytarkielten historiallista aanneoppia: Kuujarven lyydilaismurteen klusiilit astevaihtelusuhteineen. Рукопись. Helsinki, 2000. 336 s.

93. Palmeos 1962 Palmeos P. Karjala valdai murrak. Tallinn, 1962. 226 s.

94. Palomaki 2001 Palomaki U. Aina vain astevaihtelun arvoituksesta // Kiinnostuksestakieleen. Turku: Abo. Akademi, 2001. S. 144−158.

95. Posti 1940 Posti L. Uber den Stufenwechsel im wepsischen // FUF 26, 1940. S. 1−25. Posti 1942 — Posti L. Grundzuge der livischen Lautgeschichte. Helsinki: SUS, 1942. 328! s.

96. Posti 1945 — Posti L. Itamerensuomalaisten kielten passiivin tunnusten suhteesta // Vir. 49, 1945. S. 355−368.

97. Polla 1995 Polla M. Vienan Karjalan etnisen koostumuksen muutokset 1600−1800 -luvulla. Helsinki: SKS, 1995. 354 s.

98. Punttila 1992 Punttila M. Impilahden karjalaa. Helsinki: Yliopistopaino, 1992. 126 s.

99. Rapola 1966 Rapola M. Suomen kielen aannehistorian luennot. Helsinki: SKS, 1966. 498 s.

100. Rapola 1969 Rapola M. Johdatus Suomen murteisiin. Helsinki: SKS, 1969. 148 s. Ravila 1951 -RavilaP. Astevaihtelun arvoitus // Vir. 55, 1951. S. 292−300. Ravila 1960 — Pavila P. Probleme des Stufenwechsels im Lappischen. // FUF 33, 1960. S. 285−325.

101. Ruoppila 1937 — Ruoppila V. Kaakkois-Suomen murteet // Vir. 41, 1937. S. 58−71. Ruoppila 1955 Ruoppila V. Ayramoismurteiden aannehistoria. Helsinki: SKS, 1955. 210 s.

102. Ruoppila 1956 Ruoppila V. Etela-Karjalan murreopas. Helsinki: Otava, 1956. 136 s.

103. Raisanen 1976 Raisanen A. Suomen murteiden luennot. Joensuu: Joensuun korkeakoulu, 1976. 97 s.

104. Raisanen 1979 Raisanen A. Suomen murteiden kurssi. Petroskoi, 1979. Raisanen 1982 — Raisanen A. Tutkimus Etela- Savon murteiden konsonandstosta // Vir. 86/1982. S. 337−341.

105. Raisanen 1991 Raisanen A. Kvalitatiivisen astevaihtelun rappeutuminen suomen kielessa // Vir. 95, 1991. S. 109−121.

106. Raisanen 1998 Raisanen A. Kainuuri murteiden aannehistoriaa. II. Helsinki: SUS, 1998.

107. Samallahti 1977 Sammallahti P. Suomalaisten esihistorian kysymyksia // Vir. 81, 1977. S. 119−135.

108. Setala 1890 Setala E.N. Yhteissuomalaisten klusiilien historia. Helsinki: SKS, 1890. 228 s.

109. Setala 1896 Setala E.N. Uber Quantitatswechsel im Finnisch-ugrischen. Helsinki, 1896. 54 s.

110. Setala 1911 Setala E.N. Zu dem Alter des Stufenwechsels // FUF 11, 1911. S. 14−15. Sotavalta 1912 — Sotavalta A. Astevaihtelusta samojedikielissa // Suomalaisen tieteakademian esitelmat 1, 1912. S. 47−52.

111. Sovijarvi 1944 Sovijarvi A. Foneettis-aannehistoriallinen tutkimus Soikkolan inkeroismurteesta. Helsinki: SKS, 1944. 235 s.

112. Suomi 1996 Suomi K. Fonologian perusteita. Oulu: Oulun yliopisto, 1996. 108 s. Suoniemi-Taipale 1994 — Suoniemi-Taipale I. Itamerensuomalaisten kielten prolatiivi. Helsinki: SKS, 1944. 290 s.

113. Zaikov 1992 — Zaikov P. Karjalan kielioppie I. Petroskoi: Petroskoin valtionyliopisto, 1992. 104 s.

114. Zaikov 1993 — Karjalan kielioppie II. Petroskoi: Petroskoin valtionyliopisto, 1993. 88 s.1. V V (V

115. Zerbin 1977 Zerbm A.S., Saskol’skij I.P. Neuvostotieteen kasitys karjalaisten alkuperasta // Karjalan synty symposio 1976. Joensuu: Joensuun korkeakoulu, 1977. S. 15−29.

116. Toivonen 1932 Toivinen I.H. Kantasuoman *tts-tts, *ts-s // Vir. 36, 1932. S. 145 150.

117. Tunkelo 1938 Tunkelo E.A. Vepsan kielen astevaihteluttomuudesta. Helsinki: SKS, 1938. 44 s.

118. Tunkelo 1946 Tunkelo E.A. Vepsan kielen aannehistoria. Helsinki: SKS, 1946. 922

119. Tuomi 1990 — Tuomi T. Itamurteiden loi-monikosta ja eraista sekundaareista monikon merkeista//Laatokan piiri. Helsinki: Vapk-kustannus, 1990. S. 94−99. Turunen 1946 Turunen A. Lyydilaismurteiden aannehistoria I. Helsinki: SUS, 1946. 338 s.

120. Turunen 1947 Turunen A. Lyydin asema vepsan ja karjala-aunuksen valimurteistona //Vir. 51, 1947. S. 1−12.

121. Turunen 1956 Turunen A. Pohjois-Karjalan murreopas. Helsinki: Otava, 1956. 154 s.

122. Turunen 1959- Turunen A. Itaisten savolaismurteiden aannehistoria. Helsinki: SKS, 1959. 319 s.

123. Turunen 1965 Turunen A. Vepsan aannehistorian paakohdat. Helsinki: Heisingin yliopisto, 1965. 126 s.

124. Uino 1999 Uino P. Muinais-Karjala arkeologian kannalta // Pohjan poluilla Suomalaistenjuuretnykytutkimuksen mukaan. Helsinki, 1999. S. 337−350. Vir. — Virittaja.

125. Virtaranta 1972 Virtaranta P. Die Dialekte des Karelischen // COY 8, 1972. C. 1−15. Virtaranta 1973 — Virtaranta P. Havaintoja tverinkaijalaisesta nimistosta // JSTOu 72, 1973. S. 467−495.

126. Virtaranta 1976 Virtaranta P. Haljarven lyydilaismurteen muoto-oppia. Helsinki: SUS, 1986. 180 s.

127. Virtaranta 1976 Virtaranta P. Suomussalmen Kuivajarven kylan kalastuksesta // Kalevalaseuran vuosikirja 56, 1976. S. 152−180.

128. DKT Oispuu J. Djorza karjala tekstid. Tallinn: Tallinna pedagoogiline instituut, 1990. 198 s.

129. MN — Itakaijalaismurteiden naytteita. Helsinki: SKS, 1956. 64 s.

130. MO Ita-Karjalan- murreopas. Toim. L. Hakulinen, J-. Kalima, Т.Е. Uotila.1. Helsinki: Otava, 108 s.

131. K Punttila M: Impilahden karjala- Helsinki: Yliopistopaino, 1992. 126 s. KKNII — Karjalan kielen naytteita II. Toim: E. Eeskinen. Helsinki: SKS, 193,4. 146 s. KKN III — Kaijalan kielen naytteita HI. Toim. E. Leskinen. Helsinki: SKS, 1936. 202 -s. ' «'

132. KKS — Karjalan kielen sanakirja. Helsinki: Eexica Societatis Fenno-Ugricae XVI, I — 968. 576 е.- II-- 1974, 591 c.- III- 1983- 584 е.- IV- 19 931 61.0 c.- V 1997., 634'c.- VI-2005. 782 c.

133. KzVM Palmeos P. ^^ Karjala valdai mun-ak. Та1Нпп^1962. 226 s. ' > ••

134. N -Lyydilaisia kielennaytteita. Helsinki: SUS, 1934. 310 s.

135. S -Lyydilaismurteiden sanakirja. Helsinki: -SUS, 1944. 543 s.

136. K bahisukukielet. Toim. P. Virtaranta, S. Suhonen. Helsinki: SKS, 1978, 78 s.

137. KL Virtaranta P. Lahisukukielten lukemisto. Helsinki: SKS, 1967. 240: s.

138. I Virtaranta P: Lyydilaisia teksteja. I. Helsinki: Suomalais-ugrilainen, seura, 1963. 455 s.

139. III-- Virtaranta P. Lyydilaisia teksteja. III. Helsinki: Suomalais-ugrilainen seura- 1964. 404 s.

140. ТМК Liljeblad T. Tunkuan murteen konsonantismi. Helsinki: SKS, 1931. 68 s. ОКР — Образцы карельской, речи: Говоры республики Карелии- тихвинских и тверских карел. Joensuu-Петрозаводск: Joensuun yliopiston monistuskeskus, 1994. 460 с.

141. ОКРКГ Образцы карельской речи: Калининские говоры. M., JL: Изд-во АН СССР, 1963. 196 с.

142. ОКРТГ Образцы карельской речи: Тихвинский говор собственно карельского диалекта. Л.: Наука, 1980. 384 с.

143. ОЛР Баранцев А. П. Образцы людиковской речи. Петрозаводск: Карелия, 1978. 188 с.

144. СКЯЛД Словарь карельского языка: Ливвиковский диалект. Петрозаводск: Карелия, 1990. 496 с.

145. СКЯТГ Словарь карельского языка: Тверские говоры. Петрозаводск: Карелия, 1994. 398 с.

146. ССКГК Федотова В. П. Словарь собственно-карельских говоров Карелии. Петрозаводск: КникоГрад, 2009. 350 с.

Заполнить форму текущей работой