Биографический миф о Пушкине в русской литературе советского и постсоветского периодов

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Русская литература
Страниц:
318


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Как атеист я в Пушкина не верю& raquo-1 — так современный поэт Константин Арбенин сформулировал собственные взаимоотношения с пушкинским мифом. В этом стихе содержится как провозглашение божественной сущности Пушкина (мифологизация), гак и опровержение ее (демифологизация). Несовпадение образа Пушкина, закрепившегося в русской ментальности, и реального человека, так называемого биографического автора, чьи творения столь высоко ценимы современниками и потомками, создает особую диалектику пушкинского мифа, его динамическое равновесие. Строка из поэмы Арбенина восходит к письму Пушкина: & laquo-В вопросе счастья я атеист- я не верю в него <. >"2, что может свидетельствовать о провозглашаемом современным поэтом тождестве между понятиями & laquo-счастье»- и & laquo-Пушкин»-, то есть являться мифологической гранью сознания поэта.

Это отождествление, свойственное многим русскоязычным писателям XX в. 3, демонстрирует, с одной стороны, концептуализацию слова & laquo-Пушкин»-, то есть максимальное взаимоудаление означающего и означаемого. С другой стороны, & laquo-концептосфера»- каждого носителя языка зависит от его культурного опыта4, и в этом отношении богатство культурных ассоциаций, вызываемых в русской литературе XX в. образом Пушкина, не имеет аналогов.

Назовем основные этапы формирования мифа о Пушкине: создание образа & laquo-национального»- поэта во время празднований юбилеев в XIX в.- сакрализация образа поэта в литературе & laquo-серебряного века& raquo-- & laquo-огосударствление»- образа & laquo-товарища»- Пушкина в соцреализме, начиная с & laquo-юбилея»- столетия смерти в 1937 г.- интимизация образа в индивидуальных манифестациях мифа в эпоху

1 Арбенин К. Ю. Пушкин Мой. Поэма во фрагментах. СПб.: Зимовье Зверей, 1998.

2 Пушкин A.C. Полн. собр. соч.: В 10 т. Т. 10. JL: Наука, 1979. С. 647. Далее ссылки на это издание приводятся в тексте, с указанием римской цифрой тома и арабской — страницы.

3 Ср., например, сравнение Пушкина с радугой в стихотворении В. Набокова & laquo-Памяти Блока& raquo- или превращение & laquo-чудного мгновения& raquo- пушкинской жизни в & laquo-чудную вечность& raquo- для читателя в одноименном эссе Б. Ахмадулиной.

4 См.: Лихачев Д. С. Концептосфера русского языка // Русская словесность. О г теории словесности к структуре текста. М.: Academia, 1997. С. 280−287. оттепели& raquo-- демифологизация образа в литературе постмодернизма- распад концепта & laquo-Пушкин»- в концептуализме- разнообразные попытки & laquo-воскрешения»- Пушкина в соврехменной литературе.

Авторитетный пушкинист Сергей Бочаров в своей статье & laquo-Из истории понимания Пушкина& raquo- говорит о двух видах знания о Пушкине: пушкиноведении (объективном, построенном на фактическом материале) и философской и писательской пушкинистике (основанной на герменевтическом круге, интуитивно собирающей целое из частей). Согласно мнению ученого, мифологизация Пушкина осуществляется-в пушкинистике, или, иначе говоря, метафизическом & laquo-целостном знании& raquo-, обосновывающем исключительность & laquo-явления»- поэта в мировой культуре (а это ядро пушкинского мифа), выводящем его из общего историко-литературного ряда. В процессе мифологизации поэта ученый видит & laquo-некую объективность высшего порядка& raquo-5.

Противоположная точка зрения выражена в полемическом эссе писателя и ученого Юрия Дружникова с характерным названием & laquo-Дуэль с пушкинистами& raquo-6. По его мнению, в основной своей части пушкинский миф совпадает с советским периодом: это различного рода напластования, преимущественно идеологического характера, искажающие подлинный облик поэта. Нарушение нормы восприятия Пушкина & laquo-казенной пушкинистикой& raquo- делает возможной & laquo-дуэль»- Дружникова с пушкинистами. Следствие этих противоположных тенденций (по выражению Л. Аннинского, & laquo-мифотворчества»- и & laquo-мифоборчества»-) — современное восприятие поэзии Пушкина: от & laquo-пушкиноведения»- академических толкователей произведений поэта и музейных работников, для которых авторитет поэта непререкаем, до массовой культуры, «поп-пушкинистики», для представителей которой отсутствуют всяческие запреты.

Вопрос о соотношении реального Пушкина и мифа о нем ставит писатель, критик и литературовед Владимир Новиков в концептуальной статье & laquo-Двадцать два

5 Бочаров С. Из истории понимания Пушкина // Пушкин и теоретико-литературная мысль. М.: ИМЛИ, Наследие, 1999. С. 146.

6 Дружников Ю. Дуэль с пушкинистами. М.: Асас1е1та, 2002.

7 Аннинский Л. & quot-Наше всё& quot- - наше ничего? Мифотворчество на прицеле у мифоборчества // День литературы. 2002. № 1. Январь. мифе! о Пушкине& raquo-8. Ученый делает вывод о том, что в пушкинском мифе & laquo-текст жизни& raquo- поэта и все остальные тексты, сотворенные им, равноправны для читателей, вопреки желанию автора провести между ними четкую границу. Отсюда мысль: подлинный Пушкин равноудален от крайних полюсов мифотворчес гва.

Своеобразным медиатором между академической и массовой пушкинистикой можно считать современную художественную литературу, которая не только легитимизирует пушкинский миф, доставшийся ей в наследство от прежних эпох, но и, обновляя его собственными средствами, создает художественные феномены, призванные осовременить его устаревшую форму. Инвариантный набор черт внешнего облика и вех биографии, остававшийся ранее неизменным при характеристике Пушкина, независимо от жанра или содержания произведения, в конце XX в. сменяется принципом варьирования, изменения объема, качества и количества тех или иных компонентов образа с целью демонстрации влияния- современного миросозерцания на восприятие & laquo-протеистического»- образа Пушкина.

По мнению писателя и теоретика литературы Михаила Берга, современный исторический роман о Пушкине невозможен, потому что в нем не осталось места для вымысла9. Иначе говоря, & laquo-перфектологический»- роман о Пушкине так же фантастичен, как и & laquo-футурологические»- произведения, повествующие о будущем. (Ср., например, футурологический рассказ А. Битова «Фотография. Пушкина. 1999» и его же перфектологический роман-музей & laquo-Пушкинский дом& raquo-.) По этой причине такие авторы, как Т. Толстая и М. Берг, с разными целями пересматривают варианты финала пушкинской дуэли. & laquo-Сюжет»- (многозначное название рассказа) Т. Толстой метафорически вмещает в себя всю последующую русскую литературу, которая в виде обрывочных & laquo-сюжетов»- проносится в бредовом сознании выжившего после дуэли раненого Пушкина. Исгория России в результате выздоровления & laquo-солнца русской поэзии& raquo- поворачивается вспять, хотя в ней действуют те же & laquo-случайные»- персонажи (Ульянов и Джугашвили, а не Ленин и Сталин), которые, как и иные

8 Новиков В. И. Двадцать два мифа о Пушкине // Новиков В. И. Роман с литературой. М.: ШТКАОА, 2007. С. 6- 19.

9 См.: Берг М. Несчастная дуэль М.: Издательство Ивана Лимбаха, 2003. гении& raquo-, согласно историософской концепции другого Толстого, являются лишь & laquo-рабами истории& raquo- в & laquo-роевом»- движении народов10.

В романе М. Берга & laquo-Несчастная дуэль& raquo-, который автор позиционирует как & laquo-концептуальное высказывание& raquo-11, Пушкин и Дантес меняются местами. Первый играет роль соблазнителя, а второй — несчастного мужа Натальи Николаевны, который, будучи убитым на дуэли Пушкиным, лишает его морального права быть духовным лидером нации. Нация лишается своего & laquo-всего»-, при таком раскладе становящимся > совершенно непостижимым X** (иксом), которому для пущей убедительности автор приписывает две звездочки. & laquo-Русский Бог& raquo- заменен фрейдистским фаллосом, что, возможно, означает изменение хода истории в сторону западного образа жизни в случае потери нацией своей идентичности. С другой стороны, американский ученый Дэвид Бетеа пишет о влиянии 3. Фрейда на менталитет американского общества и шире — современного мира, ориентированного на Запад, и невозможности использования методологии психоанализа по отношению к Пушкину12.

Тема & laquo-старого Пушкина& raquo- и в том и в другом случае далека от ее решения

B.В. Набоковым, который в романе & laquo-Дар»- меч тал о & laquo-роскошной осени пушкинского гения& raquo-. Эта тема поднимается А. Битовым в рассказе & laquo-Памятник зайцу& raquo-, где заяц, перебежавший дорогу поэту, собиравшемуся тайком приехать в Петербург из Михайловской ссылки, заставляет суеверного Пушкина вернуться назад и выполнить свое поэтическое предназначение. Возможное участие в восстании декабристов могло с гать причиной каторги и способствовать продлению жизни поэта путем избавления от петербургских интриг. Таким образом, снимается проблема & laquo-старого Пушкина& raquo- (неполной реализованное& trade- его гения в силу преждевременной смерти), поскольку гений высказывается полностью в каждом своем произведении. Ср. слова Пушкина о смерти A.C. Грибоедова: & laquo-Грибоедов сделал свое. Он написал уже & quot-Горе от ума& quot-»-13.

10 Толстой JI.H. Война и мир // Толстой JI.H. Собр. соч в 22 т. Т.6. М: Художественная литература, 1980.

C. 10.

11 Берг М. Несчастная дуэль. М.: Издательство Ивана Лимбаха, 2003. С. 19.

12 Бетеа Д. Воплощение метафоры: Пушкин, жизнь поэта Пер. с англ. М. С. Неклюдовой М.: ОГИ, 2003. С. 70.

13 Разговоры Пушкина. Сост. С. Гессен- JI. Модзалевский. М.: Федерация, 1929. С. 122.

Пушкинский миф по структуре, происхождению и функционированию отличается как от архаического мифа, так и от модернистского неомифа и имеет свою, совершенно особую природу. Первый понимается преимущественно как способ & laquo-устойчивого выражения мироощущения и миропонимания человека- еще не создавшего себе аппарата абстрактных обобщающих понятий и соответствующей техники логических умозаключений& raquo-14- второй- возрождает и реконструирует архаические и классические мифы, синтезируя историю культуры и ее новейшие формы15. Пушкинский миф в отличие от вышеописанных форм мифологического сознания представляет собой сюжет, опирающийся на реальную биографию поэта, его творчество, письма, прозу и публицистику, то есть является биографическим мифом. По мысли исследователя, биографический миф появляется тогда, когда рациональное объяснение и понимание феномена невозможно или не нужно по тем или иным причинам. В этом смысле механизм возникновения биографического мифа подобен механизму возникновения мифа архаического16. Другое дело, что каждый писатель, интерпретатор мифа, актуализирует те его аспекты, которые наиболее близки его собственному мировоззрению, и тем самым способствует как архаизации, так и модернизации мифа.

Таким образом, миф о Пушкине, понимаемый узко (как литературный феномен) и широко (как социокультурное явление), оказывается не только весьма значимым в, контексте русской культуры последних двух столетий, но и одним из самых гибких объектов, допускающих различные интерпретации и трансляции в литературе XX в. При этом каждая манифестация мифа (от агиографических до развенчивающих тенденций), не теряя мифологических интенций, содержит элемент позитивного знания, из которого возникают многие вторичные культурные феномены, в частности столь уникальный феномен, как пушкиноведческий сюжет. Первооткрывателем в этой области литературы можно считать А. Синявского, который в & laquo-Прогулках с Пушкиным& raquo- под маской Абрама Терца синтезировал

14 Дьяконов И. М. Архаические мифы Востока и Запада. М.: ЛИБРОКОМ, 2009. С. 9.

15 См., например: Руднев В. 11. Ыеомифолошческое сознание // Руднев В. П. Энциклопедический словарь культуры XX века: Ключевые понятия и тексты. М.: Аграф, 2003. С. 269−273.

16 См.: Никитина О. Э. Биографический миф как литературоведческая проблема: На материале русского рока. Дис. .к.ф.н. Тверь, 2006. лагерный& raquo- и металитературный дискурс. Впоследствии А. Битов переадресовал

11 своим героям-литературоведам Льву Одоевцеву и А. Боберову собственные пушкиноведческие открытия, соединившие, по мысли критика, & laquo-профессионализм исследователя и целостный писательский подход& raquo-18. Не менее показательный синтез науки и мифологии представляет собой & laquo-пушкиноведческий детектив& raquo- А. Лациса & laquo-Верните лошадь!& raquo-, в котором основным предметом изображения предстает литературоведческая эвристика, а объектом — интуитивно выявляемый & laquo-подлинный автор& raquo- сказки «Конек-Горбунок», которым, согласно логике автора, оказывается не Ершов, а Пушкин.

В данной работе мы ограничиваем объект рассмотрения литературными произведениями тех авторов, судьбы и творчество которых, на наш взгляд, дают достаточное представление о функционировании пушкинского мифа в изменяющемся национальном самосознании советского и постсоветского периодов. Это произведения различной жанровой природы: А. Ахматовой, М. Цветаевой, В. Маяковского, С. Есенина, М. Булгакова, Ю. Тынянова, А. Платонова, А. Синявского-Терца, Д. Самойлова, Е. Евтушенко,

Б. Ахмадулиной, Б. Окуджавы, В. Высоцкого, И. Бродского, Л. Лосева, Т. Кибирова, Д. Пригова, А. Битова, Т. Толстой др. Кроме того, в ряде случаев мы обращаемся к произведениям & laquo-второго»- и & laquo-третьего»- литературных рядов, опубликованным в малодоступных источниках, которые, думается, наглядно демонстрируют ту или иную манифестацию мифа о Пушкине. Масштаб исследования — XX век — позволяет показать воздействие мифа о Пушкине на специфику художественных произведений и обратное влияние писательской рецепции на такие компоненты, как язык мифа, мифологемы и мифемы, иконография, значение имени & laquo-Пушкин»- (от мифа к концепту) — инварианты и варианты мифа о & laquo-Первом поэте& raquo-.

Необходимость историко-литературного исследования пушкинского мифа обусловила выбор темы, обеюятельный анализ которой позволяет увидеть

17 Битов А. Г. Пушкинский дом. М.: Современник, 1989- Битон Л. Г. МОЛЕНИЕ О ЧАШЕ. Последний Пушкин М.: Фортуна Э Л, 2007.

18 Сурат И Памятник зайцу // Новый мир 1994. № 10. С 237−239. диалектику мифотворчества и мифоборчества в современной литературе, что является целью нашей работы. Из нее вытекают следующие задачи:

• выявить основные компоненты мифа о Пушкине как особого континуума в составе русской литературы-

• определить роль континуальных мифем в языке пушкинского мифа-

• выявить значение иконографии в конструировании и трансформациях мифа-

• сформулировать философские аспекты пушкинского мифа-

• выявить операциональный потенциал мифологем (реконструкция и деконструкция мифа) —

• обозначить инварианты современного литературного мифа о & laquo-Первом поэте& raquo- на примере мифа о Бродском-

• продемонстрировать функционирование мифологем-образов как фундаментальной части биографического мифа-

• проследить использование мифологем-акций в аксиологическом аспекте в литературе XX в.

Некоторые из аспектов данной темы можно считать в достаточной степени изученными. Так, монография М. В. Загидуллиной & laquo-Пушкинский миф в конце XX века& raquo- содержит анализ множества фактов, документов, источников, связанных с двухсотлетним юбилеем поэга. По мысли исследователя, именно & laquo-юбилей снял кавычки и придал бывшей метафоре статус термина& raquo-19. В диссертационной работе того же автора20 дано подробное теоретическое обоснование понятия & laquo-пушкинский миф& raquo-, проанализирована его социокультурная функция в конце XX в, а также рецепция различными поколениями читателей. Функционирование мифа о Пушкине в художественной литературе названо одной из возможных перспектив данного исследования.

Восполняя эту задачу, О. В. Богданова изучает пушкинский миф на материале постмодернистской литературы. На правах синонимов в этой работе используются термины & laquo-мифологизированный концепт Пушкин& raquo-, «концепт-миф

19 Загидуллина М. В. Пушкинский миф в конце XX века. Челябинск: Челяб. гос. ун-т, 2001. С. 4.

20 Загидуллина М. В. Классические литерагурные феномены как историко-функциональная ' проблема (творчество A.C. Пушкина в рецептивном аспекте). Дисс. .д. ф. н. Екатеринбург, 2002.

У 1

Пушкин& raquo- (а иногда и & laquo-пушкинский миф& raquo-), что, как нам представляется, нуждается в дальнейшем теоретическом осмыслении. На наш взгляд, речь идет о трех различных понятиях: социокультурный миф, концепт в & laquo-концепгосфере»- носшеля языка и концепт в концептуализме. Миф — весь свод национальных представлений о культурном герое- концепт (символ) — креативный метафизический смысл, привнесенный в образ конкретным писателем- наконец, концепт (клише) — затертый речевой и визуальный образ, оторванный от первозданного смысла. Различие между концептуальностыо и концептуализмом, мы постараемся показать в главе второй данной работы па примере стихотворений Т. ГО. Кибирова'(концептуальность) и-Д.А. Пригова (концептуализм).

Глава & laquo-Пушкинский миф в литературе конца XX — начала XXI века& raquo- в учебном пособии М.А. Черняк22 демонстрирует использование термина & laquo-пушкинский миф& raquo- не в качестве мегафоры, но в качестве уже устоявшегося литературоведческого понятия, которое эффективно применяется в методике преподавания современной литературы. Отдельным манифестациям пушкинского мифа посвящены работы, подобные диссертационным исследованиям Г. А. Доброзраковоп, Н. В. Налегач, Е. В. Осмининой и многих других.

Вместе с тем применение понятия & laquo-пушкинский миф& raquo- весьма многообразно, что приводит порой к необоснованному расширению значения термина. Мы ставим себе целыо взглянуть на проблему активного функционирования разных аспектов пушкинского мифа с несколько иной точки зрения, чем это делалось до сих пор. Нас будет интересовать онтологический статус пушкинского мифа в литературе XX в., то есть его бытие в пространстве художественных текстов. Целесообразно, (на наш взгляд, выявить ряд специфических мифологем, из которых сконструирован пушкинский миф. По мысли К. Г. Юнга, & laquo-искусство мифологии определяется

21 Богданова О. В. & laquo-Пушкин — наше все. »-: Литература постмодерна и Пушкин. Научная монография. СПб.: Факультет филологии и искусств СГТбГУ, 2009.

22 Черняк М. А. Современная русская литература: учеб. пособие. СПб.- М., Сага, Форум, 2004. этДоброзракова Г. А. Пушкинский миф в творчестве Сергея Довлатова. Автореф. дис. к.ф.н. Самара, 2001- Налегач Н. В. Пушкинская традиция в поэзии И. Анненского. Автореф. дис. к.ф.н. Томск, 2000 (параграф & laquo-Миф о Пушкине как идеальном поэте в лирике И. Анненского. Рождение и смерть поэта& raquo- в первой главе) — Осминина Е. В. Творение мифа и интерпретация культурного героя: Розанов и Пушкин. Дис.. канд. культурологии. Кострома, 2005. своеобразием своего материала. Основная масса этого материала, сохранявшаяся традицией с незапамятной древности, содержалась в повествованиях о богах и богоподобных существах, героических битвах и путешествиях в подземный мир — повествованиях (& laquo-мифологема»- - вот лучшее древнегреческое слово для их обозначения), которые всем хорошо известны, но которые далеки от окончательного оформления и продолжают служить материалом для нового творчества. Мифология есть движение этого материала: это нечто застывшее и мобильное, субстанциональное и всё же не статичное, способное к трансформации& raquo-24.

Мифологема в случае пушкинского мифа — это элемент биографического сюжета, та часть & laquo-тела мифа& raquo-, которой может быть как наиболее репрезентативный образ, так и событие (акция). Например, мифологемы, подразумевающие многозначные, подчас противоположные друг другу толкования в современной культурной ситуации: царь, няня, Анна Керн, Наталья Гончарова, Дантес. Образы-мифологсмьт, связанные с самоопределением поэта: чудо-ребенок, арзамасский Сверчок, потомок негров, пророк, памятник. Мифологемы-события (акции): лицейская дружба, & laquo-Арзамас»-, Южная ссылка, Северная ссылка, женитьба, дуэль.

О ^

Мифогенность этих событий & laquo-биографической легенды& raquo- связана, с их способностью генерировать новые трактовки, как в художественных, так и в научных (и околонаучных) сферах, которые свидетельствуют о том, что пушкинский миф не только не рушится с уходом тоталитарной эпохи26, но, напротив, активно- участвует в современном национальном самоопределении, нуждаясь в пристальной научной рефлексии. Именно это доказывает актуальность предпринятого нами исследования. Изучение того, как миф о Пушкине становится ценнейшим материалом для вторичного моделирования в литературе XX в., в ходе которого провозглашается право на & laquo-свободу от Пушкина& raquo- - символа различного рода идеологий и — право па & laquo-моего Пушкина& raquo-

24 Юнг К. Г. Душа и миф: шесть архетипов. Киев -М.: Совершеноiво — Port-Royal, 1997. С. 13.

25 Выражение Б. Томашевского. См.: Томашевский Б. В. Пушкин. Книга первая (1813 -1824). М.- Л.: Изд-во АН СССР, 1956. С. 56−63.

26 Как мы показали выше, Ю. Дружников полагал, что пушкинский миф является ее производным. как стратегии конструирования и воспроизводства человеческой идентичности, обусловливает новизну данной работы.

Методологическую основу исследования составили научные труды по мифологии, проблематика которых связана с изучением сущиосш мифа: миф как дух музыки& raquo- и основание культуры (Ф. Ницше), мифологическая апперцепция (И.

Кант, В. Вундт), миф как форма проявления индивидуального и коллективного бессознательного (3. Фрейд, К.Г. Юнг) и имманентная символическая форма сознания (Э. Кассирер). При анализе механизмов формирования мифологизированных образов в литературе большое значение для данной работы

01 имели исследования JI. Леви-Брюля (закон парципации — сопричастия) и К. Леви-Строса (структурные компоненты мифа). Рассмотрение автобиографических мифологем базировалось на трудах A.A. Потебни (проблема субъекта мифотворчества), А. Ф. Лосева (мифологизм любой личности), А. Н. Веселовского (миф как субъективная форма восприятия мира). Определение структуры пушкинского мифа и выявление ее элементов в текстах литературы XX в. было ориентировано соответственно на структурную поэтику (семиотику) Ю. М. Логмана и мотивный анализ Б. М. Гаспарова. Анализ панхронического диалога с Пушкиным отдельных писателей и переосмысления мифа о нем в полифоническом сознании литературы XX в. основывался на теоретических построениях М. М. Бахтина.

Практическая значимость исследования состоит в возможности использования его материалов в учебных курсах & laquo-Современная русская литература& raquo- и & laquo-Историческая поэтика литературы XX века& raquo- на филологических факультетах вузов, а также при разработке спецкурсов, спецсеминаров и элективных (факульташвных) курсов по истории русской литературы XX — XXI вв.

Структура работы: диссертация состоит из введения, грех глав, заключения и библиографического списка, включающего 380 наименований.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Позитивистская картина мира, как правило, требует & laquo-развеять миф& raquo-, выявить некую единственно возможную правду о поэте. В ходе исследования мы стремились показа! ь, что механизмы формирования и функционирования хмифа о Пушкине в русской лшературе таковы, что его не только нет необходимости & laquo-развеивать»-, напротив, он является наиболее ценным компонентом культуры, генерирующим возможность непрерывного диалога ее творцов между собой. Феномен функционирования пушкинского мифа в том, что ни его реципиенты, ни даже репрезентанты зачастую не осознают, что находятся в поле мифа. Каждый по-своему трактует онтологические, аксиологические и гносеологические аспекты, формирующие своеобразный континуум современного мифа о Пушкине.

Противовесом созиданию мифа оказывается процесс демифологизации, признаки которого мы наблюдали в творчестве разных писателей, от Д. Хармса и А. Синявского-Терца до Д. Пригова и Т. Кибирова. Мы убедились, что демифологизация избавляет восприятие образа Пушкина от устаревшей ортодоксии. С другой стороны, в большинстве случаев демифологизация компенсирустся конструированием новых концепций пушкинского мифа, как спонтанным, так и нарочитым. Сознательное созидание неомифов, являющееся специфической чертой модернизма, не было предметом нашего изучения, а примеры спонтанной, & laquo-вторичной»- мифологизации можно увидеть во многих демифологизирующих текстах, начиная с пьес А. Платонова, стихов и эссе М. Цветаевой до прозы А. Битова и С. Довлатова.

Мифологические двойники реального существовавшего поэта A.C. Пушкина — это с одной стороны, & laquo-боги»- и & laquo-герои»-, наследующие черты классического образа Пушкина (созданного прежде всего совместными усилиями Гоголя и Достоевского) — с другой — & laquo-трикстеры»- и & laquo-шуты»-, продолжающие линию пушкинианы Хармса и Синявского. Порой писатель придумывает свою оригинальную мифологию, обладающую чертами мифологии традиционной. Так, разрабатывая мифологему дуэли, поступили, например, Михаил Берг в романе & laquo-Несчастная дуэль& raquo-, сделавший Пушкина убийцей Дантеса, и Марта Меренберг, в романе & laquo-Зеркала прошедшего времени& raquo- создавшая авторскую версию гибели Пушкина.

Анализ структуры пушкинского мифа мы начали с автобиографического мифа как доминанты жизни и творчества поэта. В поэтическом творчестве, как было показано, чаще всего формируются основные мифологемы, которые затем последовательно демифологизируются как самим поэтом, так и его окружением. Из запоминающихся мифологем формируется непротиворечивый лирический сюжет пушкинской поэзии. Автомиф уравновешивается, антимифом, придающим ему диалектическую устойчивость. Ценность антимифа для поэта в том. что он с негативной точки зрения дублирует и заставляет уточнять-автомиф, делая образ автора все более детализированным, интригующим для будущего читателя. Эга диалектика автомифа стала одной из возможных причин того, что в творческой деятельности последующих поколений пушкинский миф становится объективированной реальностью, независимо от субъективных и исторических факторов, на которых данная категория была основана.

Следующим рассмотренным элементом структуры пушкинского мифа в литературе XX в. стал используемый язык. Обнаружилось, что само имя «Пушкин"-в течение двух столетий его рецепции неоднократно меняло свое значение, как в контексте русской ментальности, так и в сознании отдельных представителей русской литературы. Сакрализующая тенденция пушкинского мифа сохранилась в языке в форме континуальных мифем таких, как: & laquo-русский человек через двести лет& raquo-, & laquo-солнце русской поэзии& raquo-, & laquo-всемирная отзывчивость& raquo-, & laquo-наше все& raquo- и т. д. В дискурсе отдельных представителей русской литературы означаемое слова & laquo-Пушкин»- не только выходит за пределы пушкинской биографии, но начинает выражать предельно обобщенные понятия: для Ходасевича Пушкин — имя национальной культуры, для Цветаевой — имя животворящей бесконтрольной и внеморальной поэтической стихии. Одним из следствий этого процесса становится то, что в обыденной речи русских людей конца XX в. имя & laquo-Пушкин»- начинает обозначать кого-то, заведомо далекого от того, о чем говорится.

Мы выявили, что пушкинская иконография (рисунки, портреты и карикатуры от пушкинской эпохи до наших дней) активно участвует в строительстве и обновлении мифа о Пушкине, порождая новые образы.

Современная иконография свободно варьирует различные мифологемы пушкинской биографии, отражая акхуальные представления о месте поэта в культурном пространстве. В этом она является безусловным отражением аналогичной тенденции в литературе. Например, мифологема & laquo-старого Пушкина& raquo-, выжившего после дуэли, функционирует в литературе от В. Набокова до А. Битова и Т. Толстой, отражаясь в- современной живописи. (См. выставку & laquo-Поэзия пушкинского мифа& raquo- в Государственном музее A.C. Пушкина.)

Философские аспекты пушкинского мифа, выявленные в ходе анализа его рецепции поэтами, прозаиками и критиками, демонстрируют, что одни и те же события могут по-разному переживаться и осмысляться различными реципиентами, а значит, и существовать в разных системах ценностей. Весь спектр прочтений формирует континуум пушкинского мифа и делает его не только объектом позиаиия, но и его инструментом. Элементы мифологизированного сознания свойственны, таким образом, не только литературе, но и науке о ней. Сознание исследователя (в том числе автора работы) зачастую схановится составной частью предмета изучения, то есть мифотворчества как процесса. Отсюда вывод о смежности понятий мифотворчества и художественной условности, мифотворчества и научной рецепции, которые, безусловно, не тождественны, но пограничны.

Схематизируя, можно сказать, что онтологический и аксиологический аспектхл находят свое воплощение преимущественно в поэзии и философской критике. Гносеологический аспект, предполагающий поиск истоков пушкинской гениальности, наиболее востребован в историческом романе о Пушкине и литературоведческих изысканиях, находящихся на стыке науки и художественного творчества. Мы выявили, что фундаментальную часть мифа о Пушкине составляет набор мифологем & laquo-биографической легенды& raquo-, связанных с самоопределением поэта: чудо-ребенок, Сверчок, потомок негров, няня, пророк. Мифологемы-акции (утаенная любовь, дуэль, памятник, заповедник), имеющие отношение к наиболее репрезентативным событиям реальной биографии поэта, закрепились в национальной памяти и отразились в литературе XX в. преимущественно в аксиологическом, ценностном аспекте.

Вместе с тем нельзя не огметнть, что философские аспекты пушкинского мифа существуют в литературе XX в. в непрерывной взаимосвязи, что заставляет вспомнить образ & laquo-клубка»- мотивов, использованный Б. Гаспаровым. Вычленение отдельных мифологем позволяет выявить их операциональный потенциал, т. е. способность мифа к реконструкции (многие писатели проецируют свою биографию на основополагающую парадигму пушкинского мифа) и деконструкции (варьирование традиционных и создание новых мифологем в художественных текстах).

Важным применительно к обозначенной теме представляется то обстоятельство- что процесс спонтанного формирования разного рода новых мифологем, которые, тем- не менее, стремятся встроиться в традиционную структуру пушкинского мифа, и развитие мифа как целого сюжета приобретают одинаковую направленность, формируя новый устойчивый культурный феномен. Говоря философским языком, происходит онтологизация мифической реальности, которая статусно начинает приравниваться к миру эмпирики. Пушкинский миф осознается как феномен, самостоятельный по отношению собственно к личности-и творчеству исторического Пушкина.

Мифогенность культурного феномена — отнюдь не исключительный случай. Другое дело, что разворачивание традиционных мифологем очень тесно связано с контекстом, в рамках которого это происходит. В контексте сегодняшнего дня образ Пушкина генерирует новое мифологическое пространство, в котором к устоявшимся биографическим мифологемам добавляются новые, авторские- различными писателями выстраиваются сюжеты, помогающие выразить сегодняшнее понимание жизни вообще, судьбы и поэзии Пушкина в частности. Несмотря на то, что имя Пушкина называют & laquo-собирательным»- - квинтэссенцией русской литературы, & laquo-нарицательным»- - русским синонимом слова & laquo-поэт»-, это имя порождает цепь свободных аллюзий, имеющих первоначальным импульсом восприятие известных фактов биографии и творчества поэта.

Все перечисленное заставляет говорить о том, что миф о Пушкине в современной литературе представляет собой культурный код, с помощью которого

522 Гаспаров Б. М. Литературные лейтмотивы: Очерки рус. лит. XX в. М.: Вост. лит., 1994. происходит самоидентификация творческой личности как писателя и человека, создающего текст собственной жизни в целом и тексты конкретных произведений в частности. Если традиционной культуре (как дореволюционной, так и советской) в той или иной мере была свойственна тенденция сакрализации & laquo-Первого поэта& raquo-, то основным отличием культурного кода пушкинского мифа в постсоветской лшературе является выход из-под власти привычного набора мифологем и создание вторичной мифологии. Сходным образом происходило освоение архаических мифов в античной литературе, что свидетельствует о структурном сходстве мифов Нового времени и древних эпох.

Одним из очевидных преимуществ современной литературной ситуации можно считать свободу конструирования образа Пушкина, тем более что набор мифологем, характеризующих образ автора-героя в творчестве Пушкина, менялся, и это привело к манипулированию ими на разных этапах развития пушкиноведения. Для одних он был и остается & laquo-пророком»-, для других гением моцартианского типа и т. д. Третьи, пользуясь образом Пушкина как своеобразным архетипом русской литературы, вкладывают в него принципиально новое содержание — современное понимание роли поэта в условиях & laquo-смерти поэзии& raquo-. В этом случае, мы имеем дело с неомифологическим сознанием.

Поскольку в культурном пространстве любой его компонент принципиально мифогснен, то есть обладает способностью продуцировать мифологемы, любые попытки в какой-либо форме заявить о собственном восприятии пушкинского мифа приводят к формированию того, что Я. Голосовкер назвал & laquo-мифом моей жизни& raquo-. Собственный миф становится частью глобального мифа о Пушкине, который воспринимается как парадигма идеальной писательской судьбы.

ПоказатьСвернуть

Содержание

ГЛАВА 1. Биографический миф о Пушкине. К вопросу об истории создания.

1.1. Автомиф Пушкина как исходная модель биографического мифа.

1.2. Континуальные мифемы в языке пушкинского мифа.

1.3. Роль иконографии в конструировании и трансформациях мифа о Пушкине.

1.4. Философские аспекты пушкинского мифа.

ГЛАВА 2. Операциональный потенциал набора мифологем.

2.1. Мифологемы (образы и акции).

2.2. Реконструкция мифа о & laquo-Первом поэте& raquo-.

2.3. Деконструкция мифа о & laquo-Поэте № 1″.

ГЛАВА 3. Мифологемы пушкинской биографии в русской литературе советского и постсоветского периодов.

3.1. Мифологемы-образы как фундаментальная часть пушкинского мифа (чудо-ребенок, Сверчок, няня, потомок негров, пророк).

3.2. Мифологемы-акции в аксиологическом аспекте (утаенная любовь, дуэль, памятник, заповедник).

Список литературы

1. Пушкин А. С. ПСС: В 10 т. Л: Наука. 1977 — 1979.

2. Предположение жигь. 1836. Сост. А. Г. Битов. М.: Независимая газета. 1999. — 920 с.

3. Разговоры Пушкина. Сосг: С. Гессен- Л. Модзалевский. М.: Федерация, 1929. 309 с.

4. Работы о Пушкине и его творчестве

5. Альтшуллер М. Пушкин и Шишков // Временник Пушкинской комиссии: Сб. науч. тр. СПб.: Наука, 2004. Вып. 29. С. 264−270.

6. Беляев М. Д. Отражение юбилея Пушкина в изобразительном искусстве // Пушкин: Временник Пушкинской комиссии / АН СССР. Ин-т литературы. М.- Л.: Изд-во АН СССР, 1941. Вып. 6. С. 497 523.

7. Благой Д. Д. Душа в заветной лире. М.: Советский писатель, 1979. 622 с.

8. Благой Д. Д. Мастерство Пушкина. М.: Советский писатель, 1955. -265 с.

9. Бонди С. М. Черновики Пушкина: Статьи, 1930−1970 гг. М.: Просвещение, 1978. 230с.

10. Бочаров С. Г. Поэтика Пушкина. Очерки. М., 1974. 206 с.

11. Брюсов В. Мой Пушкин. М. Л.: ГИЗ, 1929. 318 с.

12. Булгаков С. Н. Жребий Пушкина // Пушкин в русской философской критике: Конец XIX — первая половина XX в. М.: Книга, 1990. С. 488−493.

13. Вацуро В. Э. К изучению & quot-Литературной газеты& quot- Дельвига — Сомова // Временник Пушкинской комиссии. Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1968. С. 23−36.

14. Востриков A.B. Книга о русской дуэли. СПБ: Издательство Ивана Лимбаха, 1998. -280 с.

15. Гей Н. К. Художественный синтез в стиле Пушкина // Типология стилевого развития нового времени. Классический стиль. Соотношение гармонии и дисгармонии в стиле. М.: Наука, 1976. С. 115 143.

16. Гершензон М. О. Мудрость Пушкина. Томск: Водолей, 1997. 288 с.

17. Григорьев Ап. Сочинения: В 2 т. М.: Художественная литература, 1990.

18. Гуковский Г. А. Пушкин и проблемы реалистического стиля. М.: Гослитиздат, 1957.

19. Есипов В. & laquo-Подлинны по внутренним основаниям. »- // Новый мир. 2005. № 6. С. 130−144.

20. Зубков С. Лирика Пушкина и проблемы литературной эволюции // Пушкин и теоретико-литературная мысль. М.: ИМЛИ, & laquo-Наследие»-, 1999. С. 418−437.

21. Жирмунский В. Байрон и Пушкин: из истории романтической поэмы. Л.: Academia, 1924. — 334 с.

22. Жирмунский В. Валерий Брюсов и наследие Пушкина. Опыт сравнительно-стилистического исследования. Пб.: Эльзевир. 1922. 104 с.

23. Иваницкий Г., Деев А. Вернисаж находок. Компьютерный синтез живописных образов поэта // Наука и жизнь. 1999. № 6. С. 6−15.

24. Каиура A.B. Поединок чести. Дуэль в истории России. М.: Радуга, 1999. -392 с.

25. Киселева Л. & laquo-Заветы»- Пушкина литературоведению // Пушкин и теоретико-литературная мысль. М.: ИМЛИ, & laquo-Наследие»-, 1999. С. 438−458.

26. Кожинов В. & laquo-И назовет меня всяк сущий в ней язык. »- // Наш современник. 1981.№ 11.

27. Ласкин С. Б. Вокруг дуэли. Документальная повесть. СПБ: Просвещение. 1993. -255 с.

28. Лотман Л. М. Проблема & laquo-всемирной отзывчивости& raquo- Пушкина и библейские реминисценции в его поэзии и & laquo-Борисе Годунове& raquo- // Пушкин: Исследования и материалы / РАИ. Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом). СПб.: Наука, 2004. Т. XVI/XVII.

29. Ло1ман Ю. М. Очерк дворянского быта онегинской поры // Пушкин A.C. Собр. соч.: В 5 т. Т. 3. СПБ: БИБЛИОПОЛИС. 1994. С. 233−287.

30. Мейлах Б. A.C. Пушкин Очерк жизни и творчества. М. -Л.: Изд-во АН СССР, 1949.

31. Мережковский Д. С. Пушкин // Пушкин в русской философской критике: Конец XIX — первая половина XX в. М.: Книга, 1990. С. 92−160.

32. Набоков В. В. Комментарии к & quot-Евгению Онегину& quot- Александра Пушкина. М.: Интелвак. 1999. С. 446−449.

33. Непомнящий B.C. Лирика Пушкина. Статья третья. Первое семилетие (18 161 923) // Литература в школе. 1994. № 6. С. 5−6.

34. Панфилов Д. Г. История болезни камер-юнкера, титулярного советника A.C. Пушкина // Хозяева и гости усадьбы Вяземы. Материалы III Голицынсках чтений 20−21 января 1996 г. Большие Вяземы: ГИМЛЗ A.C. Пушкина, 1996. С. 229 241.

35. Переписка А. С. Пушкина: В 2 т. М.: Художественная литература. 1982.

36. Петраков Н. Последняя игра Александра Пушкина. М.: Экономика. 2003.

37. Петраков Н. Я. Александр Пушкин. Загадка ухода. М.: Экономика. 2005. -239 с.

38. Писарев Д. И. Пушкин и Белинский. М.- Петроград: Печатный двор, 1923. -230 с.

39. Последний год жизни Пушкина. М.: Правда, 1988.- 704 с.

40. Проскурин О. Когда же Пушкин вступил в Арзамасское общество? (ИСз заметок к теме & quot-Пушкин и Арзамас& quot-) Электронный ресурс. // Toronto Slavic Quaterly. http: //www. utoronto. са/tsq/14/proskurin 14. shtml

41. Проскурин O.A. Поэзия Пушкина, или Подвижный палимпсест. M.: НЛО, 1999. -462 с.

42. Проскурин O.A. Литературные скандалы пушкинской эпохи. М.: О.Г.И., 2000.- 368 с.

43. Пушкин в воспоминаниях современников: В 2 т. СПб.: Академ, проект, 1998.

44. Пушкин в русской философской критике: Конец XIX — первая половина XX в. М.: Книга, 1990.

45. Пушкин и теоретико-литературная мысль. М.: ИМЛИ, Наследие, 1999. — 460 с.

46. Пушкин. Исследования и материалы. Т. 18−19. (Материалы к & laquo-Пушкинской энциклопедии& raquo-). СПб.: Наука, 2004.

47. Пушкин: pro et contra. СПб.: Издательство Русского Христианского Гуманитарного Института. 2000. 712 с.

48. Пушкинский сборник / Сост.: И. Лощилов, И. Сурат. М.: Три квадрата. 2005.- 448 с.

49. Русская критика о Пушкине: избранные статьи, комментарии / сост., вступ. Статья, коммент. A.M. Гуревича. М.: Изд-во МГУ: Наука, 2003 — 288 с.

50. Скабичевский A.M. А. С. Пушкин. Его жизнь и литературная деятельность, Петроград: Типография А. Э. Коллинз, 1914.

51. Скатов H.H. Пушкин. Русский гений. М.: Классика, 199S> - 590 с.

52. Скрынников Р. Г. Пушкин. Тайна гибели. СПб.: Нева. — 3 84 с.

53. Словарь языка Пушкина: В 4 т. М., 1956−1961.

54. Сгарк В. Жизнь с поэтом. Наталья Николаевна Пушкина: В 2 т. СПб.: Вита Нова, 2006.

55. Стенник В. Пушкин и русская литература XVIII века. СПХ16.: Наука, 1995. 349 с.

56. Сурат И. З. Личный опыт в лирике Пушкина и проблема построения биографии поэта: Автореф. дис. д-ра филол. наук / РАН. Ин-т миров, лит. им. Горького. М., 2001. 59 с.

57. Тарасова Л. В. Поэма & quot-Руслан и Людмила& quot- как выражение- авторской позиции A.C. Пушкина в контексте русской литературной традиции конца XVIII первой четверти XIX вв. Дис. к. ф. н. 2007. — 169 с.

58. Томашевский Б. В. Пушкин: В 2 т. М.- Л.: Изд-во АН СССР, 1956.

59. Томашевский Б. В. Пушкин. Работы разных лет. М.: Кксисга., 1990. — 672 с.

60. Труайя А. Пушкин. Биография: В 2 т. СПб.: Вита Нова. 2. 005.

61. Турбин В. Н. Поэтика романа A.C. Пушкина & laquo-Евгений Онегин& raquo-: Монография. М.: Моск. ун-т, 1996. 232 с.

62. Тынянов Ю. Н. Пушкин и его современники. М.: Наука, 1969.

63. Утаенная любовь Пушкина. СПб.: Акад. проект, 1997. — 493 с.

64. Филин М. Д. Зарубежная Россия и Пушкин. Опыт изучг& нния. Материалы для библиографии (1918−1940). Иконография. М.: Дом-Музей ТЧ4арины Цветаевой, 2004. -432 с.

65. Филин М. Д. Арина Родионовна. М.: Молодая гвардия, 2. 008. -218с.

66. Хализев В. Е. Власть и народ в трагедии Л. С. Пушкина & laquo-Борис Годунов& raquo- // Пушкин: Сборник научных трудов. М.: Моск. ун-т, 1999. С. 3−18.

67. Ходасевич В. Ф. Дуэльные истории // Пушкин в эмиграции. М.: Прогресс-традиция, 1999. С. 295−304.

68. Ходасевич В. Ф. Колеблемый треножник // Русская критика о Пушкине: избранные статьи, комментарии / сост., вступ. статья, комменг. А. М. Гуревича. М.: Наука, 2005. С. 204−211.

69. Цветаева М. Искусство при свете совести // Там же. С. 212−216.

70. Цявловская Т. Г. Рисунки Пушкина. М.: Искусство, 1986. 446 с.

71. Цявловский М. А. Комментарии // Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей П. И. Бартеневым в 1851—1860 годах. М., 1925. С. 91−94.

72. Черейский J1.A. Пушкин и его окружение. Ленинград: Наука, 1975. 519 с.

73. Шмидт С. Становление творческой личности Пушкина: московское детство //Развитие личности. 2002. № 1. С. 96−117.

74. Щеголев П. Дуэль и смерть Пушкина. СПб.: Акад. проекг, 1999. 655 с.

75. Эткинд Е. Г. БОЖЕСТВЕННЫЙ ГЛАГОЛ: Пушкин, прочитанный в России и во Франции. M .: Языки русской культуры, 1999. 600 с.

76. Якобсон P.O. Работы по поэтике. М.: Прогресс, 1987. 461 с.

77. Vitale S. И bottone di Pushkin, Milano, 1995.

78. Литературно-художественные произведения цитируемых авторов 1А. Арбенин К. Пушкин мой. СПб.: Зимовье Зверей, 1998. — 48 с.

79. Ахмадулина Б. А. Много собак и Собака: рассказы, воспоминания, эссе: проза разных лет. М.: Эксмо, 2005. 752 с.

80. Ахмадулина Б. А. Сочинения. В 3 т. М: IIAN-Корона-Принт. 1997.

81. Ахматова А. А. Собр. соч: В 6 т. М.: Эллис Лак, 1998.

82. Ахматова A.A. Слово о Пушкине // Русская критика о Пушкине: избранные статьи, комментарии. М.: Наука, 2005. С. 221 -222.

83. Балдин А. Протяжение точки. Литературные путешествия. Карамзин и Пушкин. М.: Первое сентября, 2009. 576 с.

84. Берг М. Несчастная дуэль. М.: Издательство Ивана Лимбаха, 2003. 570 с.

85. Бильжо А. Заметки пассажира. 24 вагона с комментариями и рисунками авторам.: Астрель: CORPUS, 2010. 352 с.

86. Битов А. Воспоминание о Пушкине // Знамя. 1985. № 12.

87. Битов А. Моление о чаше. Последний Пушкин. M.: Фортуна Э Л. 2007. -176 с.

88. Битов А., Габриадзе Р. Метаморфоза. СПб.: Амфора, 2008. 216 с.

89. Бигов А. Г. ГУЛАГ как цивилизация// Звезда. 1997. № 5.

90. Битов А. Г. Жизнь без нас. Стихопроза // Новый мир. 1996. № 9.

91. Битов А. Г. Ожидание обезьян // Новый мир. 1993. № 10. С. 6−102.

92. Битов А. Г. Пушкинский дом. М.: Современник. 1989. 399 с.

93. Блок А. А. Собр. соч.: В 8 т. М.- Л.: Гослитиздат. 1960−1963.

94. Богаев О. Кто убил мсье Дантеса // Метель: Пьесы уральских авторов по мотивам произведений А. С. Пушкина. Екатеринбург, 1999.

95. Бродский И. Сочинения: В 4 т. СПб.: Пушкинский фонд, 1992−1995.

96. Бродский И. Часть речи: Избранные стихотворения. СПб: Азбука-классика, 2006. 464 с.

97. Булгаков М. А. Собр. соч.: В 8 т. М.: Центрополиграф. 2004.

98. Вайль П. Стихи про меня. М.: КоЛибри, 2007. 688 с.

99. Веллер М. Памятник Дантесу. СПб.: Нева- М.: ОЛМА-Пресс, 2000. 447 с.

100. Венок Натали: Сочинение о Поэзии. Стихи. Письма. A.C. Пушкин и Мадона. Очерки биографов. Галерея портретов. М., 1999.

101. Высоцкий В. Песни. Стихотворения. Проза. М: Эксмо, 2010. 816 с.

102. Гейченко С. С. У Лукоморья: Рассказы хранителя Пушкинского заповедника. Л.: Лениздаг, 1986. 494 с.

103. Герцен А. И. Собр. соч.: В 30 т. М.: Наука, 1955.

104. Гессен А. И. Жизнь поэта. М.: Дет. лит., 1972.- 480 с.

105. Гоголь II. В. Полн. собр. соч.: В 14 т. Л.: Акад. наук СССР, 1937. 1952.

106. Голлер Б. А. Возвращение в Михайловское. М.: Алетейя, 2007. 212 с.

107. Гроссман Л. П. Записки д’Аршиака- Пушкин в театральных креслах. М.: Художественная литература. 1990. 462 с.

108. Гусейнов Ч. Минувшее навстречу: мемуарное повествование. М.: Флинта, 2009. -712 с.

109. Данзас К. К. Последние дни жизни и кончина Александра Сергеевича Пушкина. М.: МИПКРО-ПРЕСС, 2000. 136 с.

110. Дельвиг A.A. Полн. собр. стихотв. / Сост. Ю. Томашевский. Л.: Изд. Писателей в Ленинграде, 1934.

111. Довлатов С. Д. Заповедник // Довлатов С. Собр. Соч.: В 3 т. Т.1 М., 1995.

112. Достоевский Ф. М. Речь о Пушкине // Достоевский Ф. М. ПСС: В 30 т. Л.: Наука. 1972−1990. Т. 26. С. 129−149.

113. Дружпиков Ю. II. Узник России. По следам неизвестного Пушкина. Роман-исследование. Трилогия. М.: Голос-пресс, 2003. 656 с.

114. Дружников Ю. И. Няня в венчике из роз // Дружников Ю. И. Русские мифы. СПб.: Пушкинский фонд, 1999. С. 33- 64.

115. Евтушенко Е. А. Первое собрание сочинений: В 8 т. М.: ACT- Харвест, 19 972 008.

116. Ерофеев В. Роскошь. М.: Зебра, 2006. 288 с.

117. Есенин С. А. ПСС: В 7 т. М.: Наука- Голос, 1995−2002.

118. Иванов Вс.Н. Александр Пушкин и его время. Историческое повествование. М.: Молодая гвардия, 1977. 448 с.

119. Иосиф Бродский. Большая юнига интервью. Составление Валентины Полухиной. М.: Захаров, 2000. — 702 с.

120. Кибиров Т. Избранные послания. СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 1998. -151 с.

121. Кибиров Т. Ю. Греко- и римско-кафолические песенки и потешки. 1986−2009. М.: Время, 2009. — 80 с.

122. Кибиров Т. Ю. На полях & laquo-А Shropshire lad": М.: Время, 2007. — 192 с.

123. Крещик В. Болдинские дали // День и ночь. 1999. № 4.

124. Лукаш И. С. Треуголка Пушкина // Сегодня. Рига. 1925. № 193.

125. Мандельниам О. Э. Собр. соч.: В 2 т. М.: Художественная литература, 1991.

126. Маяковский В. В. ПСС: В 13 т. М.: ГИСХЛ, 1955−1961.

127. Мережковский Д. С. Собрание сочинений: В 4 т. М.: Правда, 1990.

128. Меренберг М. Зеркала прошедшего времени. М.: ACT, 2007. 320 с.

129. Набоков В. (В. Сиринъ). Собрание сочинений русского периода: В 5 т. СПб., 2000.

130. Новиков И. А. Избранные сочинения: В 3 т. М.: Худ. лит., 1955.

131. Окуджава Б. Избранное. Стихотворения. М.: Московский Рабочий, 1989.

132. Пастернак Б Л. ПСС: В 11 т. М.: СЛОВО. 2004.

133. Петрушевская Л. С. Пушкин // Литературная матрица. Учебник, написанный писателями: В 2 т. Т. 1. СПб.- М.: Лимбус Пресс. 2010.

134. Платонов А. Собр. соч.: В 3 т. М., 1985.

135. Платонов А. П. Ноев ковчег: Пьесы. М.: Вагриус, 2006. 464 с.

136. Попов В. Новый Пушкин // Попов В. Избранные. М.: Зебра, 2006. С. 389 -400.

137. Предположение жить. 1836. Сост. А. Битов. М.: Независимая газета, 1999. -920 с.

138. Пригов Д. А. Написанное с 1975 по 1989. М.: НЛО. 1997. — 280 с.

139. Пригов Д. А. Написанное с1990 по 1994 М.: НЛО, 1998. 288 с.

140. Пушкин A.C. Тайные записки 1836 1837 гг. / Пер. с фр.- Публ. М. И. Армалинского. СПб.: Ретро. — 384 с.

141. Розанов В. В. Собр. соч.: Мимолетное. М.: Республика, 1994. 540 с.

142. Самойлов Д. С. Времена: Книга поэм. М.: Советская Россия, 1983. 112 с.

143. Самойлов Д. С. & laquo-Мне выпало все. »-. М.: Время, 2000. 624 с.

144. Синявский А. Путешествие на Черную речку. М.: Изографус, ЭКСМО-Пресс, 2002. 400 с.

145. Терц А. Прогулки с Пушкиным. СПб.: Всемирное слово, 1993. 159 с.

146. Толстая Т. Кысь. М.: Эксмо, 2010. 416 с.

147. Толстая Т. Любишь не любишь. М.: Оникс, ОЛМА-ПРЕСС, 1997. — 381 с.

148. Толстая Т. Н., Толстая H.H. Сестры: Сборник. М.: Подкова, 1998. -400 с.

149. Толстой Л. Н. Собр. соч. в 22 т. М.: Художественная литература, 1980.

150. Тынянов Ю. Пушкин. Л.: Художественная литература. 1974. — 584 с.

151. Тыркова-Вильямс A.B. Жизнь Пушкина: В 2 т. М.: Молодая гвардия, 2007.

152. Хармс Д. ПСС: В 4 т. Спб.: Акад. проект, 1997.

153. Цветаева М. Собр. соч.: В 7 т. М.: Эллис Лак, 1994.

154. Цветаева М. И. Неизданное. Сводные тетради. М.: Эллис Лак, 1997.

155. Цветы и гончарня. Письма Марины Цветаевой к Наталье Гончаровой. 19 281 932. Наталья Гончарова: Жизнь и творчество. М.: Дом-музей Марины Цветаевой, 2006.- 184 с.

156. Чулков Г. Жизнь Пушкина. М.: Республика, 1999. 447 с.

157. Языков Н. Златоглавая, святая. Стихотворения. Сказки, поэма. М.: Русский мир, 2003. -512 с.

158. Исследования по истории и теории мифа

159. GasparovB. et al. Cultural Mythologies of Russian Modernism: From the Golden Age to the Silver Age. Berkeley et al., 1992.

160. Апинян T.A. Мифология: теория и событие. СПб.: С. -Петерб. ун-т, 2005. -281 с.

161. Афанасьев А. Н. Происхождение мифа. М.: Индрик, 1996. 640 с.

162. Барт Р. Мифологии / Перевод, вступ. ст. и коммент. С. Зенкина. М.: Изд-во им. Сабашниковых, 1996. — 312 с.

163. Барышников П. Н. Миф и метафора: опыт межпарадигмального анализа. Дис. .к.ф.н. М., 2008. 196 с.

164. Бергсон А. Творческая эволюция. М.: Кучково поле, 1998. 304 с.

165. Богданов К. Повседневность и мифология. Спб.: Искусство СПБ. 2001. -438 с.

166. Веселовский А. Н. Историческая поэтика. М.: Высшая школа, 1989. 404 с.

167. Веселовский А. Н. Мерлин и Соломон: Избранные работы. М.: ЭКСМО-Пресс, 2001.- 864 с.

168. Вундт В. Проблемы психологии народов. М.: Академ, проект, 2010. — 136 с.

169. Гаспаров Б. М. Литературные лейтмотивы: Очерки рус. лит. XX в. М.: Вост. лит., 1994. 304 с.

170. Голосовкер Я. Э. Логика мифа. М.: Наука, 1987. 224 с.

171. Гуревич П. С. Социальная мифология. М.: Мысль, 1983. 175 с.

172. Давиденко И. В., Кеслер Я. А. Мифы цивилизации. М.: Неизвестная планета, 2004. 495 с.

173. Дьяконов И. М. Архаические мифы Востока и Запада. М.: ЛИБРОКОМ, 2009.

174. Журавлева А. И. Новое мифотворчество и литературоцентристская эпоха русской культуры. // Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. 2001. № 6. С. 35 43

175. Зенкин С. Работа с мифом // НЛО. 2011. № 1 (107).

176. Касирер Э. Философия символических форм: В 3 т. М. СПб., 2002.

177. Кэмпбелл Дж. Мифы, в которых нам жить. Киев: София, 2002. 256 с.

178. Леви-Брюль Л. Первобытный менталитет. Спб.: Европейский дом, 2002. -400 с.

179. Леви-Брюль Л. Сверхъестественное в первобытном мышлении. М.: Педагогика-Пресс, 1999. 608 с.

180. Леви-Строс К. Мифологики: В 4 т. М.- СПБ.: Университетская книга. 2000.

181. Леви-Строс К. Структура и форма. Размышление над одной работой Владимира Проппа // Зарубежные исследования по семиотике фольклора. М. 1985. С. 9−34.

182. Лосев А. Ф. Диалектика мифа // Лосев А. Ф. Из ранних произведений. М.: Правда, 1990. С. 387 -401.

183. Лосев А. Ф. Философия. Мифология. Культура. М.: Политиздат, 1991. 525 с.

184. Лотман Ю. М. Внутри мыслящих миров: Человек. Текст. Семиосфера. Ис тория. М.: Языки русской культуры, 1996. — 464 с.

185. Мелетинский Е. М. От мифа к литературе. М.: РГГУ, 2000.

186. Мелетинский Е. М. Поэтика мифа. М.: Наука. 1976. 407 с.

187. Миф и художественное сознание XX века. М.: Канон+, 20 011. 687 с.

188. Мифологический словарь / Гл. ред. Мелетинский Е. М. М.: Советская энциклопедия, 1990. 672 с.

189. Мифы народов мира. Энциклопедия: В 2 т. / Гл. ред. Токарев С. А. М.: Советская энциклопедия, 1987−1988. — 1392 с.

190. Найдыш В. М. Мифология: Учеб. пособие. М.: КНОРУС, 2010. — 432 с.

191. Найдыш В. М. Философия мифологии. От античности до эпохи романтизма. М.: Гардарики. 2002. 554 с.

192. Ницше Ф. Рождение трагедии из духа музыки, или Эллинство и пессимизм // Ницше Ф. Соч.: В 2 т. Т. 1. М.: Мысль, 1990. С. 47−157.

193. Потебня A.A. Слово и миф. М.: Правда, 1989. 624 с.

194. Потебня A.A. Символ и миф в народной культуре. М.: Лабиринт, 2007. — 480 с.

195. Поэтика мифа: современные аспекты. М.: РГГУ, 2008. 100 с.

196. Пропп В. Я. Морфология & laquo-волшебной»- сказки. М.: Лабиринт, 1998. 512 с.

197. Рязанова C.B. Социальный миф в пространстве гуманитарного знания: научный потенциал понятия // Религиоведение. 2010. № 1. С. 78−89.

198. Топоров В. Н. Из наблюдений над этимологией слов мифологического характера//Этимология. 1967. М.: Наука, 1969. С. 11−21.

199. Топоров В. Н. Петербургский текст русской литературы: Избр. тр. СПб.: Искусство-СПб, 2003. 616 с.

200. Фрейд 3. Сновидения. Избранные лекции. М.: Водолей. 1991. — 192 с.

201. Фрейд 3. Тотем и табу. Психология первобытной культуры и религии. СПб.: Алетейя, 1997. -222 с.

202. Фрейденберг О. М. Миф и литература древности. М.: Директ-Медиа, 2007. -1175 с.

203. Фрезер Дж. Дж. Фольклор в Ветхом завете. М.: Политиздат, 1989. 542 с.

204. Хализев В. Е. Мифология XIX — XX веков и литература. // Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. 2002. № 3. С. 7 19.

205. Хейзинга И. Homo ludens. В тени завтрашнего дня. М.: Прогресс, 1992. — 464 с.

206. Хтобнср К. Истина мифа, М.: Республика, 1996. 448 с.

207. Шатин Ю. В. Миф и символ как семиотические категории // Язык и культура. Новосибирск, 2003. С. 7 10.

208. Шеллинг Ф. Философия искусства. М.: Мысль. 1966. С. 19 43.

209. Эко У. Маятник Фуко. СПб.: Симпозиум, 2004. 736 с.

210. Элиаде М. Аспекты мифа. М.: Академический проект- Парадигма, 2005. -224 с.

211. Элиаде М. Религии Австралии. СПб.: Университетская книга, 1998. — 319 с.

212. Юнг Т С.Г. Душа и миф: шесть архетипов. Киев- М., 1997.

213. Историко-литературоведческиеработы о биографическом мифе

214. Амелин М. Граф Хвостов: писатель и персонаж // Избранные сочинения графа Хвостова. М.: Совпадение. 1997. С. 5−12.

215. Амфитеатров A.A. И теперь еще слышу речь Достоевского // Достоевский об искусстве. М., 1973. С. 510 511.

216. Белоногова В. П. Выбранные места из мифов о Пушкине. Нижний Новгород: ДЕКОМ, 2003. 120с.

217. Видок Фиглярин: Письма и агентурные записки Ф. В. Булгарина в III отделение / Публ., сост., предисл. и коммент. А. И. Рейтблата. М.: НЛО, 1998. -680 с.

218. Вишницкая Ю. В. Мифологемы Александра Блока в русском этнокультурном пространстве. Дис. .к. ф. н. Киев, 2003.

219. Гаспаров Б. История без телеологии (Заметки о Пушкине и его эпохе) // НЛО. 2003. № 59. С. 274 278.

220. Димитренко М. В. Мифологема & quot-Поэт"- в русском поэтическом дискурсе XIX—XX вв.: рефлексивно-коммуникативный потенциал и особенности вербализации. Дис. к.ф.н. Волгоград, 2009. -260 с.

221. Дилтс Р. Стратегии гениев. Т. 1. / Пер. с англ. В. П. Чурсина. М.: Класс, 1998.- 272 с.

222. Довгий О. Л. Тритон всплывает: Хвостов у Пушкина // Граф Дмитрий Иванович Хвостов. Сочинения. М.: ENTRADA, 1999. С. 44 64.

223. Загидуллина М. В. Классические литературные феномены как историко-функциональная проблема (творчество А. С. Пушкина в рецептивном аспекте). Дис. д. ф. н. Екатеринбург, 2002.

224. Карпова В. В. Автор в современной русской постмодернистской литературе (На материале романа А. Битова & laquo-Пушкинский дом& raquo-): Дис. к. ф. н. Тамбов, 2003.- 197 с.

225. Кошслев В. А. Константин Батюшков: Странствия и страсти. М.: Современник, 1987. — 351 с.

226. Курганов Е. Опояз и Арзамас. СПб.: Звезда, 1998. 96 с.

227. Лацис А. Вериите лошадь! Пушкиноведческий детектив. М.: Моск. учебн. и Картолигр., 2003. 352 с.

228. Лотман Ю. М. Пушкин: Биография писателя- Статьи и заметки. 1960−1990- & quot-Евгений Онегин& quot-: Комментарий. СПб.: Искусство-СПб, 1995.

229. Лотман Ю. М. Литературная биография в историко-культурном контексте (к типологическому соотнесению текста и личности автора) // Лотман Ю. М. Избранные статьи: В 3 т. Т.1. Статьи по семиотике и типологии культуры. Таллинн, 1992. С. 365−376.

230. Луков В. А., Соломатина Н. В. Феномен Уайльда: тезаурусный анализ: М.: МосГУ, 2007. 342 с.

231. Магомедова Д. М. Автобиографический миф в творчестве Александра Блока. Дис. д. ф. н. в виде научного доклада М., 1998.

232. Никитина О. Э. Биографический миф как литературоведческая проблема: На материале русского рока. Дис. к.ф.н. Тверь. 2006. 309 с.

233. Перельмутср В. & quot-Звезда разрозненной плеяды! "-. М.: Книжный сад, 1993. -360 с.

234. Рейтблат А. И. Буренин и Надсон: как конструируется миф // НЛО. 2005. № 75. С. 154−166.

235. Рейтблат А. И. Видок Фиглярин // Вопросы литературы. 1990. № 3. С. 73- 101.

236. Критические и литературоведческие работы о пушкинском мифе

237. Debreczeny Р. Social Functions of Literature: Alexander Pushkin and Russian culture. Stanford University Press. Stanford, California, 1997. 282 р. VIII p.

238. Аннинский Л. & quot-Наше всё& quot- - наше ничего? Мифотворчество на прицеле у мифоборчества // День литературы. 2002. № 1.

239. Аринштейн Л. М. Пушкин. Непричесанная биография. М.: Российский Фонд Культуры, 2007. 312 с.

240. Безродный М. К вопросу о культе Пушкина на Руси Электронный ресурс. // http: //www. mthenia. rU/document/242 352. html#2222

241. Бетеа Д. Воплощение метафоры: Пушкин, жизнь поэта. Пер. с англ. Неклюдовой М. С. М.: ОГИ, 2003. 256 с.

242. Бочаров С: Из истории понимания Пушкина // Пушкин и теоретико-литературная мысль. М.: ИМЛИ, Наследие, 1999. С. 144−177.

243. Вайль П. Требуется няня // Российская газета. Федеральный выпуск № 4639. 2008. 16 апреля.

244. Виролайнен М. Н. Культурный герой Нового времени // Легенды и мифы о Пушкине, СПб.: Академический проект, 1994. С. 334−335.

245. Вольперт Л. И. Пушкин в роли Пушкина. М.: Языки русской культуры, 1998. -328 с.

246. Гаспаров Б. М. Поэтический язык Пушкина как факт истории русского литературного языка. СПб.: Академ, проект, 1999. — 400 с.

247. Довгий О. JI. Пушкин астролог, или Близнецовая магия. М.: Интрада, 2007. -336 с.

248. Дружников Ю. Дуэль с пушкинистами. М.: Academia, 2002. 322 с.

249. Дубровский A.B. Стихотворная псевдопушкиниана (Исследование текстов, приписываемых A.C. Пушкину). Автореф. дис. .к.ф.н. СПб. 2007.

250. Загидуллина М. В. Пушкинский миф в конце XX века. Челябинск, 2001.

251. Загидуллина М. В. Пушкин и декабристы как мифологическая пара // 14 декабря 1825 года. Источники, исследования, историография, библиография. Выи. VIII. СПб.: Нестор-История, 2010. С. 556−577.

252. Есипов В. М. Пушкин в зеркале мифов. М.: Языки славянской культуры. 2006. 560 с.

253. Иезуитова Р. В. & laquo-Утаенная любовь& raquo- в жизни и творчестве Пушкина // Утаенная любовь Пушкина. СПб.: Академ, проект, 1997. С. 7−33.

254. Кондаков И. В. '& quot-Пушкин"- как текст русской культуры XX века // Слово и образ в современном информационном обществе. М.: РГГУ, 2001. 178 с.

255. Левитт Маркус Ч. Литература и политика: Пушкинский праздник 1880 года. СПб.: Академ, проект, 1994. 264 с.

256. Листов B.C. Миф об & laquo-островном пророчестве& raquo- в творческом сознании Пушкина// Легенды и мнфы о Пушкине. СПб.: Академ, проект. 1994. С. 185−208.

257. Листов B.C. Легенда о черном предке // Там же. С. 53−63.

258. Максимова Н. Медведев подарит Обаме портрет Пушкина? // & laquo-МК»- в Питере. Российский региональный еженедельник. 2009. 4 марта.

259. Меднис Н. О смысловых обертонах арзамасского прозвища Пушкина // Пушкинский сборник. М.: Три квадрата, 2005. С. 60−63.

260. Муравьева О. С. Образ Пушкина: исторические метаморфозы // Легенды и мифы о Пушкине. СПб.: Академ, проект, 1994. С. 109−128.

261. Непомнящий B.C. Лирика Пушкина. Статья третья. Первое семилетие (18 161 923) // Литература в школе. 1994. № 6. С. 5−6.

262. Непомнящий B.C. Поэзия и судьба. М.: Сов. писатель. 1983. 366 с.

263. Новиков В. И. Двадцать два мифа о Пушкине // Новиков В. И. Роман с литературой. М.: INTRADA, 2007. С. 6 19.

264. Орлицкий Ю. Пушкин с нами? // НЛО. 1999. № 36. С. 410−427.

265. Песков А. М. К истории происхождения мифа о всеотзьтвчивости Пушкина // НЛО. 2000. № 42. С. 230−238.

266. Полярковский В., Никольский Е. Портретная галерея Пушкина: миф, бренд, факт// Литературная учеба. 2011. № 1. С. 165 194.

267. Рейтблат А. И. Как Пушкин вышел в гении. М.: НЛО, 2001. 416 с.

268. Синдаловский Н. А. Пушкинский круг. Легенды и мифы. М.: Центрполиграф, 2010. 352 с.

269. Соловьев B.C. Значение поэзии в стихотворениях Пушкина // Русская критика о Пушкине: избранные статьи, комментарии. С. 131 -139.

270. Соловьев B.C. Судьба Пушкина // Пушкин в русской философской критике: Конец XIX — первая половина XX в. М.: Книга, 1990. С. 15−41.

271. Строганов М. В. & quot-Наше все& quot-: Причины и предпосылки формирования мифа о Пушкине II Искусство поэтики искусство поэзии: К 70-летию И. В. Фоменко. Тверь, 2007. С. 418−428.

272. Сурат И. Памятник зайцу // Новый мир. 1994. № 10. С. 237−239.

273. Сурат И. & laquo-Вчерашнее солнце& raquo-: О Пушкине и пушкинистах. М. :РГГУ, 2009. -652 с.

274. Турбин В. Н. Незадолго до Водолея. Сборник статей. М., 1994. 511 с.

275. Черняк М. А. Современная русская литература: учеб. пособие. СПб.- М.: Сага- Форум, 2004. 336 с.

276. Шарафадина К. И. Культурные эмблемы неомифа о поэте русской поэтической пушкинианы XIX вв. // Беллетристическая пушкиниана XIX XXI вв. Псков. 2004. С. 303−314.

277. Шатин Ю. В. & quot-Пушкинский текст& quot- как объект культурной коммуникации // Сибирская пушкинистика сегодня: Сб. науч. ст. Новосибирск, 2000. С. 231−238.

278. Работы о писателях, актуализирующих пушкинский миф в XX веке

279. Аверинцев С. Судьба и весть Осипа Мандельштама // Мандельштам О. Э. Собр. соч.: В 2 т. T.I. С. 5 63.

280. Аннинский Л. Борозда длинней // Дружба народов. 2005. № 9. С. 222.

281. Апанович Ф. Виза из позавчера в сегодня (Россия в произведениях Юрия Дружникова, о Пушкине и в судьбе автора) // Исюрия в зеркале литературы и литературоведения. Варшава: Slavica Orientalia, 2002. С. 210−227.

282. Арьев А. Нечувствительный Лосев // Звезда. 2007. № 6. С. 134−139.

283. Багрецов Д. Н. Тимур Кибиров: интертекст и творческая индивидуальность. Екатеринбург: Издательство Уральского университета. 2005. 176 с.

284. Богданова О. В. & laquo-Пушкин — наше все. »-: Литература постмодерна и Пушкин. СПб.: Факульте! филологии и искусств СПбГУ, 2009. — 237 с.

285. Вагнер E.H. Национальные культурные мифы в литературе русского постмодернизма. Автореф. дис. к. ф.н. Барнаул, 2007.

286. Вайль П., Генис А. Собр. соч.: В 2 т. Екатеринбург: У-Фактория, 2003.

287. Варламов А. Красный взрыв // Новый мир. 2010. № 7. С. 73−175.

288. Витале С., Старк В. Черная речка. До и после: к истории дуэли Пушкина. СПб.: Журн. & laquo-Звезда»-, 2000. 256 с.

289. Влади М. Владимир, или Прерванный полет М.: Прогресс, 1989. — 303 с.

290. Волков С. Диалоги с Иосифом Бродским. М.: Эксмо, 2006. — 328 с.

291. Воробьева Е. П. Литературная рефлексия в русской постмодернистской прозе (А. Битов, Саша Соколов, В. Пелевин). Дис. к. ф. н. Барнаул, 2004.

292. Гаспаров М. Л. & laquo-Грифельная ода& raquo- Мандельштама: исюрия текста и история смысла // Philologica. 1995. № 2.

293. Гаспаров М. Л. Научность и художественность в творчестве Тынянова // Тыняновский сборник. Четвертые тыняновские чтения. Рига, 1990. С. 12−20.

294. Геворкян Т. & quot-Дарующий отлив& quot- весны 1926 года (Истоки и подтексты поздних статей Цветаевой об искусстве) // Вопросы литературы. 2002. № 5. С. 1745.

295. Генис А. Пушкин // Сергей Довлатов. Последняя книга. СПб., 2001. С. 323 340.

296. Голубков М. М. История русской литературной критики XX века (1920−1990-е гг.) М.: Академия, 2008. 368 с.

297. Гордин Я. Рыцарь и смерть, или Жизнь как замысел: О судьбе Иосифа Бродского. М., 2010. 253 с.

298. Гречаник И. В. Религиозно-философские мотивы русской лирики рубежа XIX -XX столетий. Монография. М.: Спугник+, 2003. 170 с.

299. Гусейнов Г. Ч. Советские идеологемы в русском дискурсе 1990-х. М.: Три квадрата, 2003. — 272 с.

300. Доброзракова Г. А. Пушкинский миф в творчестве Сергея Довлатова. Автореф. дис. .к.ф.н. Самара. 2001.

301. Драгомирецкая Н. В. Автор и герой в русской литературе Х1Х-ХХ вв. М.: Наука, 1991. 382 с.

302. Ерохина И. Гений и злодейство: пушкинский подтекст в ахматовском & quot-Реквиеме"- // Вопросы литературы. 2006. № 4. С. 198−220.

303. Жолковский А. К. Интертексгуальное потомство & quot-Я вас любил. "- Пушкина // Жолковский А. К. Избранные статьи о русской поэзии: Инварианты, структуры, стратегии, интертексты. М.: РГГУ. 2005. С. 390−431.

304. Жолковский А. & laquo-Пушкинские места& raquo- Льва Лосева и их окрестности // Звезда. 2008. № 2. С. 215−228.

305. Жуков Б. Б. Современное состояние авторской песни как отражение изменений в национальном менталитете // Мир Высоцкого. Исследования и материалы. Вып.Ш. Т.2. М.: ГКЦМ В. С. Высоцкого, 1999. С. 380−389.

306. Зайцев В. А. Авторская песня: ее восприятие и перспективы изучения на современном этапе // Филологические науки. 2005. № 2. С. 77−85

307. Зубова Л. Декопструированный Пушкин (Пушкин в поэзии постмодернизма) // Пушкинские чтения в Тарту 2. Тарту, 2000. С. 364−384.

308. Каверин В., Новиков Вл. Новое зрение: Книга о Юрии Тынянове. М.: Книга, 1988. -320 с.

309. Как у вас, в Михайловском? Или история дружбы в письмах и записках Василия Ивановича Звонцова Семёну Степановичу Гейченко. Псков: Псковская обл. типография, 2003. 216 с.

310. Киселева Л. Пушкин в мире русской прозы XX века. М.: Наследие, 1999. -362 с.

311. Коваленко А. Г. Литература и постмодернизм: Учебное пособие. М.: РУДН, • 2004. 142 с.

312. Корнилов С. И. & laquo-Беллетристическая пушкиниана& raquo- как научная проблема // Беллетристическая пушкиниана XIX — XXI вв. Псков, 2004. С. 5−33.

313. Кормилов С. И. Статьи Андрея Платонова о Пушкине // Вестник МГУ. Серия 9. Филология. 1999. № 5. С. 39−55.

314. Коржавин Н. Генезис & quot-стиля опережающей гениальности& quot-, или Миф о великом Бродском // Континент. 2002. № 3. С. 329−364.

315. Кукулин И. & laquo-Русский Бог& raquo- на rendez — vous (О цикле М. И. Цветаевой & laquo-Стихи к А. С. Пушкину& raquo-) // Вопросы литературы. 1998. № 5. С. 122 137.

316. Кулагин A.B. В поисках жанра. Новые книги об авторской песне // HJIO. 2004. № 2. (вып. 66). С. 325−345.

317. Левинтон Г. А. Грибоедовские подтексты в романе & laquo-Смерть Вазир-Мухтара" // Тыняновский сборник. Четвертые тыняновские чтения. Рига: Зипатне, 1990. С. 23−24.

318. Лекманов О. Русская словесность на фоне Пушкина // Пушкинский сборник. М.: Три квадрата. 2005. С. 343−349.

319. Лекманов О. Саша vs. Маша. 20 сонетов Тимура Кибирова и Иосифа Бродского // Литературное обозрение. 1998. № 1. С. 35−36.

320. Липовецкий М. Как честный человек // Знамя. 1999. № 3. С. 187−194.

321. Мануйлова И. В. Формы и средства языковой историко-поэтической стилизации в романах И. Новикова & quot-Пушкин в изгнании& quot- и В. Гроссмана & quot-Арион"-: Автореф. дис. к. ф. н. Ставрополь. 2006. 26 с.

322. Материалы XIII Февральских научно-музейных чтений памяти С. С. Гейченко 12−14 февраля 2010. Пушкинский Заповедник. Михайловское, 2010. 240 с.

323. Медведев А. Как правильно срубить сук, на котором сидишь // Театр. 1993. № 1.

324. Меьсш Э. & laquo-Дурной арапчонок& raquo- или & laquo-дворянский сын Пушкин& raquo- (по рассказу И. Лукаша) // Филологические чтения. Даугавпилс. 1996.

325. Михайлова М. И. Новиков: грани творчества. Орел: Орловская литература и книгоиздательство, 2007.

326. Михайлова М. В., Абишева У. К. & laquo-Всему прошедшему наследник. »- (о всероссийских научных Ч1ениях «И. А. Новиков в круг}' писателей-современников») //Вестник МГУ. Серия 9. Филология. 2002. № 4. С. 185−188.

327. Мызников Д. В. Повесть «Кара-Бугаз» как лаборатория художественного меюда К. Паустовского периода 1930-х годов. Автореф. дис. .к. ф. и. Красноярск. 2010.

328. Найман А. Г. Заметки для памятника // Новый мир. 1997. № 9. С. 193−197.

329. Налегач Н. В. Пушкинская традиция в поэзии И. Анпенского. Автореф. дис. к.ф.н. Томск. 2000.

330. Немзер А. Фантастическое литературоведение Давида Самойлова // Труды по русской и славянской филологии. Литературоведение. V, 2005. С. 237−258.

331. Новиков В. И. Высоцкий. М.: Мол. гвардия, 2002. 412 с.

332. Осминина Е. В. Творение мифа и интерпретация культурного героя: Розанов и Пушкин: Дис. канд. культурологии. Кострома, 2005.

333. Перельмутер В. Пушкинское эхо. Записки. Заметки. М.: Минувшее, 2003. -512 с.

334. Полухина В. Иосиф Бродский глазами современников. СПб.: Звезда, 2006. -544 с.

335. Полухина В. Иосиф Бродский. Книга интервью. СПб.: Звезда, 2005. -784 с.

336. Ранчин А. & laquo-На пиру Мнемозины. »-: интертексты Бродского. М.: НЛО, 2001. 464 с.

337. Ранчин А. Рецензия на книгу В. Полухиной & laquo-Иосиф Бродский глазами современников& raquo- Электронный ресурс. // Критическая Масса. 2006. № 2 // http: //magazines. riiss. rU/km/2006/2/ra27. html

338. Рудник Н. М. Чай с сахаром: Высоцкий, Бродский и др. // Мир Высоцкого. Исследования и материалы. Вып. I. М., 1997. С. 292−313.

339. Рясов А. Неизвестный театр абсурда (заметки о пьесах А.П. Платонова) Электронный ресурс. // Топос. http: //www. topos. ru/article/6359

340. Серебрякова Е. Образ A.C. Пушкина в творчестве М. А. Булгакова и Ю. И. Дружникова // История в зеркале литературы и литературоведения. Варшава: Slavica Orientalia, 2002. С. 187−198.

341. Сибирская пушкинистика сегодня: Сб. науч. ст. Новосибирск. 2000. 382 с.

342. Скобелев В. П. & quot-Чужое слово& quot- в лирике Иосифа Бродского // Литература третьей волны. Самара: Самарский ун-т, 1997. С. 159 — 176.

343. Славяне& trade- Н. Твердая вещь //Новый мир. 1997. № 9. С. 197−203.

344. Солженицын А. Иосиф Бродский. Избранные стихи // Новый Мир. 1999. № 12. С. 182.

345. Степанов Е. Поэты-пророки XX века // Футурум APT. № 1. 2001. С. 57−64.

346. Турбин В. Н. Русские Ночи: Три новеллы о поэтах, сочинявших свои стихи во время бессонницы, о подвижничестве и об их прегрешениях. М.: Интерпракс, 1994. 172 с.

347. Тюпа В. Нобелевская лекция Бродского как манифест неотрадиционализма // Иосиф Бродский: стратегии чтения. М., 2005. С. 13 17.

348. Уланов А. Теплые персоны // Знамя. 2003, № 6. С. 217−219.

349. Ушакова Г. Борис Садовской поэт из Серебряного века. К 125-летию со дня рождения Электронный ресурс. //Нижегородский музей. № 9 — 10. http: //www. museum. nnov. ru/unn/managfs/index. phtml? id=800 522

350. Фокин A.A. Новые & laquo-Заметки для памятника& raquo- (О стихотворении И. Бродского «Aere perennius») Электронный ресурс. // http: //br00. narod. ru

Заполнить форму текущей работой