Апоптоз лейкоцитов периферической крови в норме и при психической дезадаптации

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Медицинские науки
Страниц:
159


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Апоптоз — запрограммированная клеточная гибель, является нормальным физиологическим процессом, необходимым для жизнедеятельности организма, имеет широкое биологическое значение, вносит вклад в реакцию клеток на неблагоприятные внешние воздействия и проявление иммунной защиты. Апоптоз -следствие действия на клетку различных факторов экзогенной и эндогенной природы. Установлено, что апоптоз осуществляется и контролируется генетическими, иммунными, гормональными механизмами (Пушников Е.Ф., Абросимов А. Ю., 2001). Известна группа физиологических активаторов и ингибиторов апоптоза (Пальцев М.А. и др., 2003).

Апоптоз играет важную роль в реализации механизмов адаптации организма к воздействию различных стрессогенных факторов (Lucassen P.J. et al., 2006). Стресс и гиперсекреция кортизола являются индуцирующими факторами запрограммированной клеточной гибели лейкоцитов периферической крови.

Особый интерес представляет собой изучение гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы, основной функцией которой является адаптация организма в меняющихся условиях внешней среды, в том числе, мобилизация организма при стрессовых воздействиях (Herman J.P., Seroogy К., 2006). Усиление апоптоза характерно для стадии продолжительного стресса (Heine V.M. et al., 2004). Эффекты кортизола, физиологического активатора апоптоза, в организме частично блокируются дегидроэпиандростероном (ДГЭА), обладающим нейропротективным и стресспротективным действием. 7

Определение уровня кортизола и нейростероидов характеризует состояние стресс-реализующих и стресс-лимитирующих систем организма и может иметь диагностическое и прогностическое значение.

Для современного развития общества характерно ускорение темпов жизни и, как следствие этого, обостряются проблемы психического здоровья населения (Sartorius N., 1999). Человек постоянно подвергается воздействию неблагоприятных, потенциально дестабилизирующих факторов, психическое состояние индивида в любой момент жизни может быть оценено с позиции адаптации-дезадаптации (Семке В.Я. и др., 1999). Психодезадаптационные состояния понимаются как относительно стабильный симптомокомплекс, соответствующий регистру пограничных психических расстройств, формирующихся в течение длительного периода (около полугода и более). Пограничные психические состояния разделяют состояния психического здоровья (норма) с основными психическими заболеваниями, сопровождающимися психотическими и психопатологическими расстройствами (Семке В.Я., 1999).

Невротические и депрессивные расстройства, основным причинным фактором в патогенезе которых является наличие стрессового события, представляются адекватной моделью для изучения влияния стресса на регуляцию апоптоза.

Актуальность данного исследования объясняется всё большим распространением в последнее время невротических, социально-стрессовых расстройств и возникающей в связи с этим необходимостью изучения индивидуальных реакций на психический стресс (Александровский Ю.А., 1991- Краснов В. Н., 1995- Семке В. Я., 1999- Кекелидзе З. И. и др., 2000- Положий Б. С., 2001- Чуркин А. А., 2002- Levi L., 2001). 8

Проявления психической дезадаптации в основе своей являются комплексом гомеостатических и адаптационных реакций и имеют под собой материальную основу, никогда не протекая на чисто функциональной основе. Невротические и депрессивные расстройства, представляя собой срыв адаптации, вне зависимости от причины, ее вызвавшей, развиваются по механизмам адаптации биологической системы к изменившимся условиям внешней или внутренней среды. Нарушения механизмов регуляции, авторегуляции психических процессов под влиянием психотравмирующих факторов приводят к дисфункции всех гомеостатических систем организма. В настоящее время во многих группах населения (субъекты образовательного процесса, военнослужащие и т. д.) формируются новые функциональные системы на уровне организма, обеспечивающие адаптацию к определенным условиям при воздействии длительных факторов. Практически всегда выявляются группы риска развития процессов дезадаптации, характеризующиеся низкой величиной психического и физического здоровья (Васильев В.Н., 2005- Медведев М. А., 2005).

В последние годы в литературе представлены данные об участии и возможной роли нарушений процессов апоптоза в этиологии и патогенезе невротических и депрессивных расстройств (Ветлугина Т.П., Волкова Е. М., 1999- Черных Е. И., Семке В .Я., 1999- Мороз И., Александровский Ю. А., 2000- Eilat Е., Mendlovic S., 1999- Lucassen P.J. et al., 2001- Lee A.L. et al., 2001- Lista Varela A., 2003- Serafeim A., et al., 2003).

Используемые в фармакотерапии невротических и депрессивных расстройств препараты активно вовлечены в процессы психонейроиммуномодуляции (Ветлугина Т.П., 1999- Иванова С. А., 2000- Pellegrino Т.С., Bayer В. М, 1998- Schleifer S.J., 1999- Frank M.G., 1999- Fuchs Е. et al., 2004), однако их влияние на модуляцию апоптоза изучено недостаточно. Такие исследования представляются важными 9 для понимания роли психотропных препаратов во взаимодействии нервной и иммунной систем на модели стрессовых расстройств и при назначении психотропной фармакотерапии с учетом модулирующих свойств препаратов.

Таким образом, представляется актуальным комплексное изучение апоптоза лейкоцитов периферической крови у лиц с невротическими и депрессивными расстройствами на клеточном и рецепторном уровнях и исследование факторов, участвующих в регуляции данного процесса.

Цель работы — исследование процессов апоптоза лейкоцитов периферической крови и его регуляции в норме и у лиц с психической дезадаптацией на модели невротических и депрессивных расстройств.

Исходя из поставленной цели, были определены следующие задачи исследования:

1. Изучить экспрессию FAS-рецептора как маркера апоптоза лимфоцитов и оценить морфологические признаки апоптоза нейтрофилов и лимфоцитов у здоровых лиц и лиц с психической дезадаптацией.

2. Определить уровень гормонов стресс-реализующих и стресс-лимитирующих систем (на модели дегидроэпиандростерона и кортизола) и их взаимосвязь с показателями апоптоза у здоровых лиц и у лиц с ассоциированными со стрессом расстройствами.

3. Исследовать апоптоз лейкоцитов, индуцированный действием различных регуляторных факторов (гипертермии, дегидроэпиандростерона и синтетического глюкокортикоида преднизоло-на) в нагрузочных пробах in vitro.

10

4. Изучить влияние различных схем фармакотерапии на запрограммированную гибель лейкоцитов периферической крови у лиц с невротическими и депрессивными расстройствами.

Научная новизна исследования

В результате проведенного комплексного исследования с использованием современных методов выявлены особенности осуществления процессов апоптоза лейкоцитов периферической крови у здоровых лиц в зависимости от пола и возраста. Показано, что у лиц с психической дезадаптацией на модели невротических и депрессивных расстройств наблюдается повышенная апоптотическая активность лимфоцитов на рецепторном и клеточном уровнях. Степень нарушения процессов апоптоза лейкоцитов периферической крови зависит от длительности стрессового воздействия.

В данной работе впервые оценено влияние физиологических регуляторов (кортизола и дегидроэпиандростерона) на апоптоз нейтро-филов и лимфоцитов в нагрузочных пробах in vitro в норме у здоровых лиц и у пациентов в динамике фармакотерапии. Показано, что специфический индуктор апоптоза — преднизолон in vitro приводит к увеличению уровня апоптоза лимфоцитов и сдерживает апоптоз нейтро-филов здоровых лиц даже в условиях длительной гипертермии. Использование ДГЭАС приводит к снижению уровня апопТотической гибели лимфоцитов. У лиц с невротическими и депрессивными расстройствами наблюдается угнетение индуцированного апоптоза ней-трофилов и лимфоцитов по сравнению с таковыми у здоровых людей.

Результаты, полученные в данной работе, позволили охарактеризовать процессы апоптоза лейкоцитов в зависимости от клинических характеристик невротических и депрессивных расстройств в процессе различных схем терапии с использованием селективных ингибиторов

11 обратного захвата серотонина, растительных антидепрессантов, све-тотерапии и цитопротекторов.

Практическая значимость

Полученные данные об особенностях процессов апоптоза лейкоцитов периферической крови и его физиологической регуляции у лиц с невротическими и депрессивными расстройствами могут быть использованы для научно обоснованных рекомендаций по оценке адаптационных возможностей организма и дифференцированному назначению препаратов для терапии. Исследование с применением индукторов апоптоза in vitro позволило выявить особенности запрограммированной гибели в зависимости от типа клеток. Выделены информативные биологические показатели в качестве дополнительных клинико-диагностических критериев прогноза терапии стрессовых расстройств.

Результаты исследования представлены в научно-методических рекомендациях & laquo-Методологические подходы к оценке биологических факторов психической дезадаптации (на примере невротических расстройств)& raquo- и в учебно-методическом. пособии & laquo-Оценка апоптоза лимфоцитов и нейтрофилов при психических расстройствах& raquo- (утверждены Проблемной комиссией № 56. 13 & laquo-Основные психические заболевания и наркология& raquo- Научного совета РАМН и МЗ РФ № 56 по медицинским проблемам Сибири, Дальнего Востока и Крайнего Севера).

Положения, выносимые на защиту:

1. Дегидроэпиандростерон и кортизол вовлечены в процессы регуляции запрограммированной клеточной гибели лейкоцитов периферической крови в норме и при психической дезадаптации.

2. Индукция апоптоза клеток периферической крови при невротических и депрессивных расстройствах является адекватной времен

12 ной преходящей реакцией целостного организма в ответ на стрессовую психотравмирующую ситуацию.

3. Оценка экспрессии рецептора апоптоза и цитологический анализ апоптических форм лейкоцитов в совокупности с гормональными показателями отражают адаптационные возможности и эффективность проводимой реабилитации у лиц с невротическими и депрессивными расстройствами.

Апробация работы

Результаты проведенных исследований докладывались и обсуждались на III Конференции молодых ученых России с международным участием & laquo-Фундаментальные науки и прогресс клинической медицины& raquo- (Москва, 2004) — на XLI1 Международной научной студенческой конференций & laquo-Студент и научно-технический прогресс& raquo- (Новосибирск, 2004) — на V Международном конгрессе молодых ученых и специалистов & laquo-Науки о человеке& raquo- (Томск, 2004) — на 8th Multidisciplinary Conference of Biological Psychiatry «Stress and Behavior», (Санкт-Петербург, 2004) — на V Конференции молодых ученых СО РАМН & laquo-Фундаментальные и прикладные проблемы современной медицины& raquo- (Новосибирск, 2004) — на Всероссийской научно-практической конференции с международным участием & laquo-Метаболические механизмы иммунореактивно-сти" (Красноярск, 2004) — на VI Международном конгрессе молодых ученых и специалистов & laquo-Науки о человеке& raquo- (Томск, 2005) — на Научной студенческой конференции & laquo-Старт в науку& raquo- (Томск, 2003−2005) — на V Сибирском физиологическом съезде (Томск, 2005) — на Отчетной сессии ГУ НИИ ПЗ ТНЦ СО РАМН (Томск, 2005) — на VII конгрессе молодых ученых и специалистов & laquo-Науки о человеке& raquo- (Томск, 2006).

13

Внедрение результатов исследования

Результаты исследования включены в программу подготовки врачей-ординаторов и аспирантов ГУ НИИ ПЗ ТНЦ СО РАМН, используются в учебном процессе на кафедре психиатрии Сибирского государственного медицинского университета в программе повышения квалификации врачей-психиатров, а также в подготовке студентов лечебного, педиатрического и медико-биологического факультетов. Результаты внедрены в лечебный процесс отделений пограничных состояний и аффективных состояний клиник ГУ НИИ ПЗ ТНЦ СО РАМН.

Публикации

По теме диссертации опубликовано 24 печатных работы, в том числе 7 журнальных статей, учебно-методическое пособие и методические рекомендации.

Объем и структура диссертации

Работа изложена на 159 страницах машинописного текста. Состоит из введения, обзора литературы, описания материалов и методов исследования, результатов собственных исследований, заключения, выводов, списка использованной литературы, приложений. Работа иллюстрирована 15 таблицами и 20 рисунками. Библиографический указатель включает 210 источников: 91 отечественных и 119 зарубежных авторов.

14

ВЫВОДЫ

1. Рецептор CD95 в периферической крови здоровых лиц экспрессирован на 11,64±0,31% лимфоцитов. Уровень спонтанного апоптоза нейтрофилов составил 0,40±0,15%, а лимфоциты с фрагментированным ядром в мазках крови здоровых лиц выявлены в 0,88±0,18% случаев. Индекс реализации апоптоза лимфоцитов у здоровых лиц составил 7,74±1,65%. Нейтрофилы с морфологическими признаками апоптоза чаще выявлялись у мужчин 26−45 лет по сравнению с женщинами этой возрастной группы. Лимфоциты с фрагментированным ядром чаще встречались в мазках крови мужчин старше 45 лет. Индекс реализации апоптоза у женщин разных возрастных групп остается на одном уровне, а у мужчин увеличивается с возрастом и достигает 17,81 ±0,86% после 45 лет.

2. При оценке стимулированной клеточной гибели нейтрофилов и лимфоцитов in vitro с использованием индукторов апоптоза (гипертермии, синтетического глюкокортикоида преднизолона) и дегидроэпиандростерона сульфата в различных концентрациях и временных условиях выявлены определенные особенности для нейтрофилов и лимфоцитов здоровых лиц.

2.1. Длительное нагревание действует однонаправлено на нейтрофилы и лимфоциты и приводит к снижению жизнеспособности клеток.

2.2. При высокотемпературном культивировании с добавлением преднизолона наблюдался дальнейший рост числа апоптотических лимфоцитов- доля нейтрофилов с признаками апоптоза значимо уменьшалась при инкубации с преднизолоном.

2.3. Дегидроэпиандростерон сульфат при различных температурных условиях оказывал выраженное антиапоптотическое действие в отношении лимфоцитов. Инкубация нейтрофилов с

129 добавлением ДГЭАС при комнатной температуре и при 41 & deg-С не вызывала достоверного изменения содержания клеток с морфологическими признаками фрагментации ядра.

3. У лиц с психической дезадаптацией выявлено достоверное по сравнению со здоровыми лицами усиление экспрессии рецептора CD95 и увеличение содержания лимфоцитов и нейтрофилов с морфологическими признаками фрагментации ядра. Индукция апоптоза сопровождается нарушением гормональной регуляции и наблюдается на фоне повышения концентрации кортизола при посттравматических стрессовых расстройствах (545,14±33,51 нмоль/л, в контроле — 443,13±23,00 нмоль/л, р& lt-0,05). Снижение содержания ДГЭАС характерно как для посттравматических стрессовых расстройств (1,29±0,14 пкг/мл, в контроле — 2,44±0,24 пкг/мл, р& lt-0,05), так и расстройств адаптации с преобладанием депрессивных реакции (1,89±0,20 пкг/мл, в контроле — 2,44±0,24 пкг/мл). Величина соотношения ДГЭАС/кортизол, характеризующая устойчивость организма, минимальна у лиц с посттравматическими стрессовыми расстройствами (0,28±0,04%, в контроле — 0,60±0,07%, р& lt-0,05) и незначительно снижена по сравнению с контролем у лиц с расстройством адаптации (0,47±0,05%). В нагрузочных пробах in vitro выявлено изменение реакции клеток на действие индукторов апоптоза по сравнению с реакцией клеток здоровых лиц.

4. Включение в комплексные программы реабилитации лиц с посттравматическими стрессовыми расстройствами препаратов с цитопротекторными свойствами оказывает достоверное положительное воздействие на показатели клеточной гибели. Фармакотерапия антидепрессантами способствует нормализации показателей апоптоза и уровня гормонов при лечении лиц с депрессивной симптоматикой. При оценке сравнительной эффективности различных схем реабилитации выявлено, что

130 наиболее эффективным в клиническом и биологическом отношении является комбинация светотерапии и селективных ингибиторов обратного захвата серотонина.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Настоящее исследование посвящено изучению особенностей процессов апоптоза лейкоцитов периферической крови у здоровых лиц и при психической дезадаптации на основе комплексного исследования показателей запрограммированной клеточной гибели, гормональной системы, характеризующей состояние стрессреализующих и стресслимитирующих систем организма, и их взаимосвязей.

Анализ апоптотической гибели лимфоцитов и нейтрофилов периферической крови здоровых лиц

При комплексном исследовании процессов апоптоза выявлено, что в периферической крови у здоровых лиц рецептор CD95 экспрессирован на 11,64±0,31% лимфоцитов (0,34±0,03×109/Л). В мазках крови здоровых лиц выявлены полиморфно-ядерные лейкоциты и лимфоциты с морфологическими признаками, характерными для клеток, подвергшихся апоптозу. Уровень спонтанного апоптоза нейтрофилов у здоровых лиц составил 0,40±0,15% (0,007±0,003×109/Л). Лимфоциты с фрагментированным ядром в мазках крови здоровых лиц выявлены в 0,88±0,18% случаев (0,026±0,007хЮ9/Л). Индекс реализации апоптоза лимфоцитов, т. е. доля клеток с морфологическими признаками апоптоза в процентах от общего числа клеток, экспрессирующих рецепторы готовности к апоптозу, у здоровых лиц составил 7,74±1,65%.

Определение содержания в сыворотке крови гормонов -основных физиологических регуляторов апоптоза выявило, что концентрация кортизола у здоровых лиц составляет 443,13±23,00 нмоль/л, содержание дегидроэпиандростерона сульфата (ДГЭАС) -2,44±0,24 пкг/мл. Соотношение ДГЭАС/кортизол составило

118

0,60±0,07%. Именно соотношение этих двух стероидов характеризует состояние организма, его устойчивость к различным нарушениям.

Оценка стимулированной клеточной гибели нейтрофилов и лимфоцитов in vitro с использованием индукторов апоптоза: гипертермии, синтетического глюкокортикоида преднизолона и дегидроэпиандростерона сульфата в различных концентрациях и временных условиях, показала ярко выраженную реакцию клеток крови здоровых лиц. Инкубация крови даже при комнатной температуре вызывала апоптоз нейтрофилов и лимфоцитов. Максимальное содержание нейтрофилов и лимфоцитов с морфологическими признаками апоптоза наблюдали в образцах крови, подвергнутых гипертермии. Показано антиапоптотическое действие преднизолона на нейтрофилы и стимуляция апоптоза лимфоцитов при добавлении этого гормона. Культивация образцов крови в присутствии дегидроэпиандростерона при различных температурных условиях показала выраженное антиапоптотическое действие ДГЭАС на лимфоциты.

Исследование процессов апоптоза и уровня гормонов, участвующих в модуляции апоптоза, у здоровых лиц в зависимости от пола и возраста, показало, что относительное и абсолютное содержание в кровотоке лимфоцитов, экспрессирующих рецепторы готовности к Fas-зависимому апоптозу, у здоровых лиц разного пола и возраста не отличается. В группе здоровых лиц до 25 лет не выявлено различий в содержании лимфоцитов и нейтрофилов с морфологическими признаками апоптоза у женщин и мужчин.

Для мужчин возрастной группы от 26 до 45 лет характерно повышение процентного содержания апоптотических нейтрофилов (0,98±0,33%, у женщин — 0,32±0,22%, р& lt-0,05) и снижение содержания лимфоцитов с фрагментированным ядром (0,43±0,18, у женщин -0,94±0,37).

119

С возрастом различия в содержании нейтрофилов с морфологическими признаками апоптоза нивелируются: в мазках крови у женщин и мужчин после 46 лет не наблюдали апоптотических нейтрофилов. Процентное и абсолютное содержание в циркуляции лимфоцитов с морфологическими признаками фрагментации ядра у женщин в разных возрастных группах остается на одном уровне, а у мужчин наблюдали усиление апоптоза лимфоцитов в возрасте старше 46 лет (1,76±0,31%, у женщин — 0,91 ±0,30%, р& lt-0,05- 0,07±0,02хЮ9/Л, у женщин — 0,03±0,01хЮ9/Л, р& lt-0,05).

Индекс реализации апоптоза у женщин разных возрастных групп остается на одном уровне, а у мужчин увеличивается в зависимости от возраста: 3,72±3,72% в группе до 25лет, 4,99±3,52% в группе от 26 до 45 лет и 17,81±0,86% в старшей возрастной группе, что статистически достоверно (р& lt-0,001).

Исследование зависимости концентрации стероидных гормонов от возраста и пола выявило отсутствие половых различий в молодом возрасте для сульфатной формы ДГЭА и его значительное возрастное падение у женщин старше 45 лет. Концентрация кортизола в исследованных группах лиц мужского и женского пола до 25 лет находилась на одном уровне. В группе лиц 26−45 лет у мужчин концентрация кортизола достоверно выше, чем у женщин. В группе лиц старшего возраста различий в содержании кортизола в сыворотке крови выявлено не было.

Величина соотношения ДГЭАС/кортизол значимо не отличалась в группах обследованных доноров до 25 лет и 25−45 лет- у женщин после 45 лет наблюдали значительное падение этого показателя, что может быть сопряжено с плохим прогнозом процесса старения.

120

Характеристика процессов апоптоза у лиц с посттравматическими стрессовыми расстройствами Для лиц с ПТСР характерно статистически значимое по сравнению с контролем усиление экспрессии рецептора CD95 -маркера апоптотического сигнала (19,54±1,30% и 11,64±0,31% соответственно, р& lt-0,05).

Цитологический анализ мазков крови ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС показал статистически значимое по отношению к здоровым лицам повышение содержания нейтрофилов и лимфоцитов с морфологическими признаками апоптоза.

Определение содержания гормонов в сыворотке крови выявило, что концентрация кортизола у пациентов статистически не отличалась от соответствующих значений в контрольной группе, а содержание ДГЭПС значимо снижено до 1,55±0,23 пкг/мл.

Исследование регуляции апоптоза с применением гипертермии, преднизолона и дегидроэпиандростерона сульфата проведено и у лиц с ПТСР в нагрузочных пробах in vitro.

Максимальное содержание нейтрофилов с морфологическими признаками апоптоза наблюдали, как и у здоровых лиц, от гипертермического воздействия (12,54±3,44%). Инкубация с преднизолоном снижала содержание апоптозных нейтрофилов как при 20& deg-С, так и при высокой температуре. Показано, что ДГЭАС сдерживает апоптоз-индуцирующее действие гипертермии на нейтрофилы.

Исследование действия регуляторов апоптоза in vitro показало изменение реакции лимфоцитов лиц с ПТСР на изучаемые факторы: не происходило значимых изменений в содержании лимфоцитов с фрагментированным ядром при действии преднизолона в различных температурных условиях. При инкубации лимфоцитов с ДГЭАС в нормальных температурных условиях наблюдали достоверное

121 снижение содержания клеток с морфологическими признаками апоптоза, а при гипертермии не показано антиапоптотическое действие ДГЭАС.

В процессе терапии цитофлавином показано значительное снижение экспрессии рецептора CD95 на лимфоцитах лиц основной группы. В группе сравнения (лица с ПТСР, применяющие стандартную медикаментозную терапию) снижение этого показателя не было статистически достоверно. Применение цитофлавина сопровождалось тенденцией к снижению содержания нейтрофилов и лимфоцитов с признаками апоптоза в мазках крови лиц с посттравматическими стрессовыми расстройствами. В группе сравнения данные изменения касались только апоптоза лимфоцитов- относительно нейтрофилов выявлялась тенденция к незначительному повышению содержания апоптозных клеток.

После проведения фармакотерапии в группе лиц, получающих цитофлавин, концентрация ДГЭА-сульфата не изменялась, в то время как в группе сравнения наблюдалось дальнейшее снижение концентрации этого нейростероида до 0,62±0,14 пкг/мл, В связи с тем, что ДГЭА-сульфат в организме обладает анаболическим, нейропротективным, стресспротективным действием и способен нормализовать метаболические нарушения, можно предположить, что его снижение в группе сравнения является прогностически неблагоприятным признаком.

Исследование фармакологической модуляции апоптоза лимфоцитов и нейтрофилов в нагрузочных пробах in vitro проведено у лиц с ПТСР и у здоровых лиц. Показано, что препарат не оказывает влияния на клетки здоровых доноров, а в группе лиц с ПТСР происходит статистически значимое снижение показателя апоптоза лимфоцитов до значений нормы.

122

Анализ действия препарата в нагрузочных тестах in vitro показал значимые изменения содержания нейтрофилов и лимфоцитов с морфологическими признаками апоптоза в мазках крови лиц с ПТСР. В группе здоровых лиц достоверные различия наблюдали только в отношении апоптоза нейтрофилов: в мазках не было обнаружено клеток с признаками апоптоза.

Содержание в кровотоке лимфоцитов, экспрессирующих рецепторы готовности к Fas-зэвисимому апоптозу у лиц с ПТСР, получающих терапию кортексином, достоверно превышает аналогичный показатель в группе контроля, что отражает процессы активации лимфоцитов. После терапии кортексином наблюдали снижение данного показателя до значений нормы. В группе лиц, получающих стандартную медикаментозную терапию, также обнаружено значительное усиление экспрессии рецептора CD95 и его достоверное снижение после проводимого лечения

Относительное и абсолютное содержание в кровотоке апоптозных нейтрофилов у пациентов с социально-стрессовыми расстройствами незначительно повышен по отношению к здоровым лицам. Содержание лимфоцитов с фрагментированным ядром достоверно отличается от значений, наблюдаемых в группе контроля.

Применение нейропротекгора кортексина не вызывало изменений в содержании апоптозных нейтрофилов.

В мазках крови пациентов группы сравнения чаще выявлялись нейтрофилы с морфологическими признаками, характерными для клеток, подвергшихся апоптотическим изменениям, но различия не были статистически достоверны. Проводимая стандартная медикаментозная терапия приводила к дальнейшему росту числа апоптотических клеток.

Относительно динамики содержания лимфоцитов с фрагментированным ядром в мазках крови пациентов показано

123 следующее: терапия кортексином способствовала статистически значимому снижению числа апоптозных клеток. В группе сравнения проводимая терапия не изменяла изначально невысокий уровень лимфоцитов с фрагментированным ядром.

Определение содержания гормонов в сыворотке крови выявило, что концентрация кортизола у обследованных лиц до проведения фармакотерапии статистически значимо отличалась от соответствующих значений в контрольной группе. После терапии кортексином концентрация кортизола снижалась до 570,80±85,23 нмоль/л. В группе сравнения уровень кортизола находился в пределах нормы и не изменялся после терапии.

Содержание дегидроэпиандростерона сульфата было снижено в группах обследованных. Проводимая терапия не приводила к изменению концентрации ДГЭА-сульфата в группе лиц, получающих кортексин, в то время как в группе сравнения наблюдалось дальнейшее снижение концентрации этого нейростероида до 0,62±0,22 мкг/мл.

Таким образом, включение в комплексную программу реабилитации лиц с посттравматическими расстройствами метаболических препаратов, обладающих цитопротекторными и церебропротекторными свойствами, повышает эффективность медикаментозной терапии за счет нормализации процессов запрограммированной клеточной гибели: снижение экспрессии рецептора CD95, уменьшение содержания нейтрофилов и лимфоцитов с морфологическими признаками апоптоза, на фоне снижения концентрации кортизола.

Апоптоз лейкоцитов у лиц с депрессивной симптоматикой

В исследовании показано статистически значимое по сравнению с контролем повышение экспрессии рецептора CD95 при депрессивных расстройствах (19,47±1,02% и 11,64±0,31%

124 соответственно, р& lt-0,05). Высокий уровень CD95+ лимфоцитов может быть обусловлен деструктивным действием стресса на организм.

В группе обследованных больных выявлено, что концентрация кортизола в сыворотке крови составила 490,64±22,04 нмоль/л, в то время как в группе психически и соматически здоровых лиц средние значения составили 443,13±23,00 нмоль/л.

Корреляционный анализ между параметрами апоптоза и уровнем кортизола выявил положительную корреляцию & laquo-кортизол -CD95″, показывающую определяющую роль кортикостероидов в регуляции экспрессии маркера апоптоза на иммунокомпетентных клетках.

Подсчет клеток с морфологическими признаками апоптоза показал достоверное отличие уровня спонтанного апоптоза нейтрофилов и лимфоцитов от значений, наблюдаемых у здоровых лиц. Проводимые инкубации вызывали увеличение числа клеток, подвергшихся апоптозу, у пациентов с депрессивными расстройствами и у здоровых лиц. Состояние хронического стресса, сопровождающееся сдвигом гормонального баланса и длительным повышением уровня глюкокортикоидов, вызывает у лиц с депрессивными расстройствами уменьшение чувствительности к любым стимулам, что изменением реакции нейтрофилов и лимфоцитов на действие гипертермии и преднизолона при депрессивных расстройствах. Для лиц с депрессивными расстройствами характерно увеличение спонтанного и угнетение индуцированного апоптоза нейтрофилов и лимфоцитов периферической крови по сравнению с контролем.

Изучение эффективности СИОЗС и влияния их на показатели апоптоза проведено у лиц с депрессивными расстройствами в процессе фармакотерапии флуоксетином и пароксетином.

125

После 4 недель терапии флуоксетином у лиц с депрессивными расстройствами обнаружено незначительное снижение содержания CD95 лимфоцитов, снижение содержания кортизола до уровня контроля и уменьшение количества лимфоцитов с морфологическими признаками апоптоза до 0,23±0,16%.

Фармакотерапия пароксетином приводила к нормализации изначально усиленной экспрессии рецептора CD95, сопровождалась отсутствием в мазках крови нейтрофилов с морфологическими признаками апоптоза и сохранением изначально невысокого уровня лимфоцитов с фрагментированным ядром.

Таким образом, терапия селективными ингибиторами обратного захвата серотонина способствует восстановлению изучаемых показателей, при этом терапевтические психотропные эффекты препарата развиваются на фоне нормализации показателей запрограммированной гибели лимфоцитов и нейтрофилов периферической крови.

Максимальное содержание лимфоцитов с рецептором апоптоза CD95 (20,19±1,42%) обнаружено в группе лиц с депрессивными расстройствами, получающими терапию растительным антидепрессантом. В процессе терапии экстрактом зверобоя было выявлено, что эффективность негрустина сопоставима с традиционными антидепрессантами (СИОЗС). Показано значительное снижение содержания лимфоцитов, экспрессирующих FAS-рецептор. Показано значительное увеличение содержания нейтрофилов и лимфоцитов с фрагментированным ядром. Терапия экстрактом травы зверобоя приводила к снижению содержания апоптозных нейтрофилов и не оказывала влияния на число лимфоцитов с фрагментированным ядром.

Проведенное исследование показало усиление апоптоза лейкоцитов периферической крови, что может быть отражением

126 взаимодействия нервной и иммунной систем. Усиление программированной клеточной гибели может отражать & laquo-суицидальную»- тенденцию иммунной системы пациентов с депрессией и может приводить к изменениям в иммунной системе: снижение устойчивости к инфекциям, аутоиммунные и опухолевые заболевания.

Применение светотерапии в сочетании с медикаментозной терапией флуоксетином и негрустином позволило значительно повысить эффективность лечения, что было объективизировано характерной динамикой выраженности апоптоза: показана нормализация всех изучаемых показателей.

Использование светотерапии у лиц с депрессивными расстройствами оказывает влияние на изменение синтеза мелатонина и серотонина. Данные нейромедиаторы вовлечены в патогенез депрессивных расстройств. На фоне использования фототерапии изменяется чувствительность синапсов к препаратам, регулирующим обмен серотонина, в частности, селективным ингибиторам обратного захвата серотонина. В связи с этим увеличивается эффективность фармакотерапии.

Сравнительная характеристика влияния антидепрессивной терапии на запрограммированную гибель нейтрофилов и лимфоцитов показала, что для лиц с депрессивными расстройствами всех исследованных групп характерно усиление процессов апоптоза лимфоцитов и нейтрофилов на рецепторном (CD95) и клеточном уровнях (морфологическая картина изменений ядерного вещества).

Терапия антидепрессантами способствовала нормализации данных показателей. Применение растительного антидепрессанта негрустина сравнимо по эффективности с СИОЗС флуоксетином и пароксетином. Применение светотерапии в сочетании с медикаментозной терапией значительно повышает ее эффективность:

127 в группах пациентов, получающих флуоксетин и негрустин со светотерапией, выявлено снижение экспрессии рецептора CD95 и содержания нейтрофилов и лимфоцитов с морфологическими признаками апоптоза до показателей нормы.

Таким образом, полученные результаты показывают усиление апоптоза клеток периферической крови при связанных со стрессом расстройствах. Усиление апоптоза иммунокомпетентных клеток может объяснить полученные многими исследователями снижение активности лимфоцитов у лиц под воздействием психоэмоционального стресса и повышенный риск развития заболеваний с иммунологической недостаточностью. Стресс способствует усилению активности гипоталамо-гипофизарно-адреналовой оси с повышенным выделением глюкокортикоидов, которые являются физиологическими индукторами апоптоза. При клиническом улучшении состояния пациентов наблюдается и нормализация показателей клеточной гибели на фоне восстановления состояния основных гомеостатических систем организма. Индукция апоптоза клеток периферической крови у больных с депрессивными расстройствами, по нашему мнению, является адекватной временной преходящей реакцией целостного организма в ответ на стрессовую психотравмирующую ситуацию.

128

ПоказатьСвернуть

Содержание

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ.

ГЛАВА 1. ПРОЦЕССЫ АПОПТОЗА В НОРМЕ И ПРИ ПСИХИЧЕСКОЙ ДЕЗАДАПТАЦИИ (Обзор литературы).

1.1. Апоптоз и его механизмы.

1.1.1. Морфологические и биохимические проявления апоптоза.

1.1.2. Природа апоптогенных сигналов и их рецепция

1.1.3. Система Fas/Fas-L в регуляции апоптоза клетки

1.1.4. Внутриклеточные факторы, участвующие в передаче сигналов при развитии апоптоза.

1.1.5. Внутриклеточные ингибиторы апоптоза.

1.2. Апоптоз в иммунной системе.

1.2.1. Роль апоптоза в формировании клеток иммунной системы.

1.2.2. Особенности апоптоза нейтрофилов.

1.2.3. Апоптоз и патология иммунной системы

1.3. Стресс и апоптоз.

1.3.1. Современные исследования апоптоза при депрессивных состояниях.

1.3.2. Процессы апоптоза под влиянием ионизирующего излучения

ГЛАВА 2. МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ.

2.1. Характеристика клинического материала.

2.2. Лабораторные методы исследования.

2.3. Методы статистической обработки.

ГЛАВА 3. АНАЛИЗ АПОПТОТИЧЕСКОЙ ГИБЕЛИ ЛИМФОЦИТОВ И НЕЙТРОФИЛОВ ПЕРИФЕРИЧЕСКОЙ КРОВИ ЗДОРОВЫХ ЛИЦ.

3.1. Общая характеристика апоптоза лимфоцитов и нейтрофилов в норме.

3.2. Характеристика процессов запрограммированной гибели лимфоцитов и нейтрофилов в крови здоровых лиц разных возрастных категорий.

ГЛАВА 4. ХАРАКТЕРИСТИКА ПРОЦЕССОВ АПОПТОЗА У ЛИЦ С ПОСТТРАВМАТИЧЕСКИМИ СТРЕССОВЫМИ РАССТРОЙСТВАМИ

4.1. Общая характеристика апоптоза лейкоцитов улиц с ПТСР.

4.2. Динамика процессов апоптоза у лиц с ПТСР в ходе реабилитации с применением цитофлавина.

4.3. Запрограммированная гибель лейкоцитов у лиц с ПТСР в динамике терапии кортексином.

ГЛАВА 5. АПОПТОЗ ЛИМФОЦИТОВ И НЕЙТРОФИЛОВ У ЛИЦ С ДЕПРЕССИВНОЙ СИМПТОМАТИКОЙ.

5.1. Общая характеристика апоптоза лейкоцитов у лиц с депрессивным состоянием.

5.2. Апоптоз нейтрофилов и лимфоцитов в динамике антидепрессивной терапии селективными ингибиторами обратного захвата серотонина.

5.3. Запрограммированная гибель лейкоцитов периферической крови в динамике терапии растительным антидепрессантом

5.4. Оценка действия сочетанной фармакотерапии и светотерапии на показатели апоптоза лейкоцитов.

5.5. Сравнительная характеристика влияния антидепрессивной терапии на запрограммированную гибель нейтрофилов и лимфоцитов.

Список литературы

1. Александровский, Ю. А. Некоторые узловые вопросы современной пограничной психиатрии / Ю. А. Александровский // Психиатрия и психофармакотерапия. 2006. — № 2. — Т. 8. — С. 4−13.

2. Александровский, Ю. А. Пограничные психические расстройства / Ю. А. Александровский. М.: Медицина, 2000. -496 с.

3. Барышников, А Ю. Иммунологические проблемы апоптоза / А. Ю. Барышников, Ю. В. Шишкин. М.: Эдиториал, 2002. — 320 с.

4. Белецкий, И. П. Генная терапия на основе системы Fas-антиген-Раэ-лиганд / И. П. Белецкий, О. В. Сорокина, Л. В. Никонова // Вопр. биол. мед. фарм. химии. 1999. — № 4. — С. 40−49.

5. Ветлугина, Т. П. Методологические принципы клинической психонейроиммунологии, клинико-иммунологические аспекты / Т. П. Ветлугина // Сибирский вестник психиатрии и наркологии.- 1997. № 3. — С. 8−9.

6. Гончаров, Н. П. Дегидроэпиандростерон и функции мозга / Н. П. Гончаров, Г. В. Кация, А. Н. Нижник // Вестник Российской АМН.- № 8. 2005. — С. 37−43.

7. Гончаров, Н. П. Кортикостероиды: метаболизм, механизм действия и клиническое применение / Н. П. Гончаров, Г. С. Колесникова. М., 2002. — С. 62−75.

8. Группы риска нарушения адаптации среди субъектов образовательного процесса / В. Н. Васильев, А. И. Нестеренко, Т. В. Робенкова и др. // Бюл. сибирской медицины. 2005. — Т. 4. -Прил. 1. -С. 157−158.

9. Девойно, Л. В. Нейромедиаторные системы в психонейроиммуномодуляции / Л. В. Девойно, Р. Ю. Ильюченок. Новосибирск, 1993. — 240 с.

10. Житкевич, Т. И. Функциональное состояние иммунокомпетентных клеток у животных в разные сроки после хронического действия облучения и тепла / Т. И. Житкевич, П. П. Мурзенок // Радиац. биол. радиоэкол. 1996. — Т. 36. — С. 338−343.

11. Зимин, Ю. И. Иммунитет и стресс / Ю. И. Зимин // Итоги науки и техники ВИНИТИ. Сер. Иммунология. 1979. — № 8. — С. 173 -198.

12. Иммунофлюоресцентный анализ / П. С. Барбан, Р. А. Пшеничное, А. Н. Пантюхина, И. Б. Ившина. Свердловск: УрОАН СССР, 1988. — 176 с.

13. Интерферон и другие цитокины при основной нервно-психической патологии / Н. Н. Найденова, В. Я. Семке, Т. И. Невидимова и др. // Бюл. эксперим. биологии и медицины. -2001. -№ 1. -С. 85−87.

14. Кирзон, С. С. Внутриядерные характеристики мононукпеарных клеток периферической крови в норме и при хроническом лимфолейкозе / С. С. Кирзон, Л. М. Вавилова, Т. И. Ткачева // Иммунология. 1994. — № 4. — С. 34−36.

15. Кпемпарская, Н. Н. Радиоактивные изотопы и иммунитет / Н. Н. Клемпарская, Г. М. Львицына, Г. А. Шальнова. М.: Атомиздат, 1969. -184 с.

16. Клиническая психонейроиммунология / В. Я. Семке, Т. П. Ветлугина, Т. И. Невидимова и др. Томск: ООО «Изд-во & laquo-РАСКО»-, 2003. — 300 с.

17. Кожевников, В. Н. Невротические и наврозоподобные состояния (клинико-патодинамические, реабилитационные ипревентивные аспекты) Автореф. дис. д-ра мед. наук /В.Н. Кожевников. Томск, 2006. -41 с.

18. Корнева, Е. А. Гормоны и иммунная система / Е. А. Корнева, Э. К. Шхинек. Л.: Наука, 1988. — 249 с.

19. Кортексин пятилетний опыт отечественной неврологии / Под редакцией А. А. Скоромца, М. М. Дьяконова. — СПб.: Наука, 2005. — 224 с.

20. Меерсон, Ф. 3. Адаптационная медицина: Механизмы и защитные эффекты адаптации / Ф. З. Меерсон // М.: Hyp. Med. LtD., 1993. -332 с.

21. Мейерсон, Ф. 3. Адаптация, стресс и профилактика / Ф. З. Меерсон. М.: Наука, 1981. — 284 с.

22. Пальцев, М. А. Межклеточные взаимодействия / М. А. Пальцев, А. А. Иванов, С. Е. Северин. М.: Медицина, 2003. — 288 с.

23. Петров, Р. В. Диагностика иммунопатологических состояний на основании оценки баланса в функционировании иммунной системы / Р. В. Петров, К. А. Лебедев // Иммунология. 1984. -№ 6. — С. 38−43.

24. Положий, Б. С. Перспективы развития социальной психиатрии / Б. С. Положий И Российский психиатрический журнал. 2001. -№ 1. — С. 68−69.

25. Порядин, Г. В. Особенности экспрессии активационных антигенов лимфоцитами при обострении миокардита / Г. В. Порядин, Н. Р. Палеев, Н. П. Санина // Rus. J. Immunol. 1999. -Vol. 4. -P. 118.

26. Потапнев, M. П. Апоптоз клеток иммунной системы и его регуляция цитокинами / М. П. Потапнев // Иммунология. 2002. — № 4. — С. 237−243.

27. Программированная клеточная гибель / Под ред. B.C. Новикова. СПб., 1996. — С. 23−34.

28. Психофизиология: Учебник для ВУЗов / Под ред. Ю. И. Александрова. 3-е изд., доп. и перераб. — СПб.: Питер, 2007. -С. 326−344.

29. Путилов, А. А. Хронофизиологические механизмы, опосредующие действие яркого света на активность и настроение человека: Автореф. дис. д-ра биол. Наук / А. А. Путилов. Томск, 1999. — 38 с.

30. Пушкарев, А. Л. Посттравматическое стрессовое расстройство: диагностика, психофармакотерапия, психотерапия / А. Л. Пушкарев, В. А. Доморацкий, Е. Г. Гордеева. М.: Изд-во Института психотерапии, 2000. — 128 с.

31. Пшенникова, М. Г. Феномен стресса. Эмоциональный стресс иего роль в патологии / М. Г. Пшенникова // Патологическая физиология и экспериментальная терапия. 2001. — № 1. — С. 26−31.

32. Результаты трехлетнего иммунологического мониторинга жителей среднего Урала / И. В. Орадовская, И. А. Лейко, М. А. Оприщенко, И. Д. Фадеева // Rus. J. Immunol. 1999. — Vol. 4. -P. 200.

33. Семенов, С. Ф. Нейроиммунные реакции при эмоциональном стрессе у здорового человека / С. Ф. Семенов // Вестник АМН СССР. 1985. — Вып. 8. — С. 38−43.

34. Семке, В. Я. Аффективные расстройства. Региональный аспект: Научно-практическое издание / В. Я. Семке, Е. Д. Счастный, Г. Г. Симуткин. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2004. -234 с.

35. Семке, В. Я. Клиническая персонология / В. Я. Семке. Томск: МГП & laquo-РАСКО»-, 2001. — 376 с.

36. Семке, В. Я. Превентивная психиатрия / В. Я. Семке. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999. -403 с.

37. Семке, В. Я. Психическая адаптация и дезадаптация в клинике пограничных нервно-психических расстройств: Методические рекомендации / В. Я. Семке, Д. В. Саванин, О. Д. Головин -Томск, 1993. -22 с.

38. Скороходова, Т. Ф. Клинико-гормональные взаимосвязи у больных реактивной депрессией в процессе комплекснойтерапии: Автореф. дис. канд. мед. наук / Т. Ф. Скороходова. -Томск, 1988. -20 с.

39. Типы иммунного статуса у ликвидаторов аварии на Чернобыльской АЗС в отдаленном периоде после катастрофы / Т. П. Ветлугина, Е. М. Волкова, В. Я. Семке, Н. А. Бохан // Иммунология. 2001. — № 4. — С. 54−56.

40. Фильченков, А. А. Апоптоз и рак / А. А. Фильченков, Р. С. Стойка. Изд-во Национ. Академии наук Украины, 1999. — 102 с. Хаитов, Р. М. Иммунология / P.M. Хаитов. — М.: Медицина, 2000. -С. 151−161.

41. Хансон, К. П. Молекулярные механизмы интерфазной гибели лимфоидных клеток / К. П. Хансон // Радиобиология. 1979. -Т. 19. -№.6. -С. 814−817.

42. Черных, Е. И. Апоптоз лейкоцитов периферической крови, индуцированный действием гипертермии и преднизолона, у лиц с расстройством адаптации / Е. И. Черных, К Г. Языков, В. Я. Семке // Бюл. экспер. биологии и медицины. 2002. -Т. 134. -№ 12. -С. 617−619.

43. Чиркин, В. В. Вторичные иммунодефициты / В В. Чиркин, В. Ф. Семенков, В. И. Карандашов. М.: Медицина, 1999. — С. 53−60. Чумаков, П. М. Функция гена р53: выбор между жизнью и смертью / П. М. Чумаков // Биохимия. — 2000. — Т. 65. — № 1. — С. 34−47.

44. Чуркин, А. А. Краткое руководство по использованию МКБ-10 в психиатрии и наркологии / А. А. Чуркин, А. Н. Мартюшов. М.: Издательство «Триада-Х», 1999. -232 с.

45. Чуркин, А. А. Состояние психиатрической службы в Российской Федерации в 2002 г. / А. А. Чуркин, Н. А. Творогова // Медицина в Кузбассе. Спецвыпуск: Проблемы медицины и психиатрии. -2003. № 3. -С. 14−17.

46. Alterations of neuroplasticity in depression: the hippocampus and beyond / E. Fuchs, B. Czeh, M.H. Kole et al. // Eur. Neuropsychopharmacol. 2004. — Vol. 14. — Suppl. 5. — P. 481 490.

47. Antidepressant administration modulates neural stem cell survival and serotoninergic differentiation through bcl-2 / S.J. Chen, C.L. Kao, Y.L. Chang et al. // Curr. Neurovasc. Res. 2007. — Vol. 4. -P. 19−29.

48. Apoptotic promoters and inhibitors in Alzheimer’s disease: Who wins out? / A.K. Raina, A. Hochman, H. Ickes et al. // Prog. Neuropsychopharmacol. Biol. Psychiatry. 2003. — Vol. 2. — P. 251−254.

49. Arantes-Goncalves, F. Depression and treatment. Apoptosis, neuroplasticity and antidepressants / F. Arantes-Goncalves, R. Coelho // Acta Med. Port. 2006. — Vol. 19. — P. 9−20.

50. Arends, M. Y. Apoptosis: The role of the endonuclease / M.Y. Arends, R.G. Morris, A.N. Wyllie // Am. J. Pathol. 1990. — Vol. 136. -P. 593.

51. Association study of the p53-gene Pro72Arg polymorphism in schizophrenia / H.J. Chiu, Y.C. Wang, J.Y. Chen, C.J. Hong // Psychiatry Res. -2001, — Vol. 105. P. 279−283.

52. Associations between stress, trait negative affect, acute immune reactivity, and antibody response to hepatitis В injection in healthy young adults /A.L. Marsland, S. Cohen, B.S. Rabin, S B. Manuck // Health Psychol. 2001. — V. 20. — № 1. — P. 4−11.

53. Baker, G. B. Stress, Cortisol concentration and lymphocyte subpopulations / G. B. Baker, M.S. Irani, N. A. Byron // Brit. Mtd. J. 1985. -Vol. 290. -P. 75.

54. Balducci, L. Age as a risk factor in multistage carcinogenesis / L. Balducci, W.B. Ershler, G. Lyman // In: Comprehensive Geriatric Oncology. Amsterdam: Harwood Acad. Publ., 1998. — P. 157−178.

55. Baulieu, E. E. Steroid Hormone Regulation of the Brain / E.E. Baulieu, K. Fuxe, J.A. Gustaffson, L. Wetteberg. Oxford, 1981. -P. 3−14.

56. Bohr, V. A. DNA damage, mutation and fine structure DNA repair in aging / V.A. Bohr, R.M. Anson // Mutat. Res. 1995. — Vol. 338. -P. 25−34.

57. Borysenko, M. Stress, Behavior and Immunity: animal models and mediating mechanisms / M. Borysenko, G. Borysenko // Gen. Hosp. Psychiatry. 1982. — Vol. 4. — P. 59−67.

58. Boscarino, J. A. Higher abnormal leukocyte and lymphocyte counts 20 years after exposure to severe stress: research and clinical143implications / J.A. Boscarino, J. Chang // Psychosom. Med. 1999. — Vol. 61. — № 3. — P. 378−386.

59. Caregiving to very low birthweight infants: a model of stress and immune response / S. Gennaro, W. Fehder, I F. Nuamah et al. // Brain Behav. Immun. 1997. — V. 11. — № 3. — P. 201−15.

60. Caspase inhibition does not protect against liver damage in hemorrhagic shock / J.L. Mauriz, P. Gonzalez, F. Jorquera et al. // Shock. 2003. — Vol. 1. — P. 33−37.

61. Catania, J. Fairweather D.S. DNA methylation, and cellular aging / J. Catania // Mutat. Res. 1991. -Vol. 256. — P. 283−293.

62. Cell proliferation is influenced by bulbectomy and normalized by imipramine treatment in a region-specific manner / G. Keilhoff, A. Becker, G. Grecksch et al. // Neuropsychopharmacoiogy. 2006. -Vol. 31. — P. 1165−1176.

63. Chromatin cleavage in apoptosis: association with condensed chromatin morphology and dependence on macromolecular synthesis / A.N. Wyllie, R.G. Morris, A.L. Smith, D. Dunlop // J. Pathol. 1984. — Vol. 142. — P. 67 — 77.

64. Chronic treatment with a low dose of lithium protects the brain against ischemic injury by reducing apoptotic death / J. Xu, J. Culman, A. Blume et al. // Stroke. 2003. — Vol. — 34. — P. 12 871 292.

65. Chronic zinc deficiency in mice disrupted T cell lymphopoiesis anderythropoiesis whiie В cell lymphopoiesis and myelopoiesis were maintained / L.E. King, J.W. Frentzel, J.J. Mann et al. // J. Am. Coll. Nutr. 2005. — Vol. 24. — P. 494−502.

66. Cohen, J. J. Apoptosis: the phisiologic pathway of cell death / J.J. Cohen // Hosp. Pract. 1993. -Vol. 28. — № 12. — P. 35−43.

67. Connor, Т. J. Depression, stress and immunological activation: the role of cytokines in depressive disorders / T.J. Connor, B.E. Leonard // Life Sci. 1998. — Vol. 62. — №. 7. — P. 583−606.

68. Cuende, E. Programmed cell death by bcl-2 dependent and independent mechanisms in В lymphoma cells / E. Cuende, J.E. Ales-Martinez, L. Ding // EMBO J. 1993. — № 12. — P. 1555 -1560.

69. Dehydroepiandrosterone relations to dietary and lifestyle variables in a general population sample / A. Trichopoulou, C. Bamia, V. Kalapothaki et al. // Ann. Nutr. Metab. 2003. — Vol. 47. — P. 158 164.

70. Dehydroepiandrosterone-sulfate serum levels and common age-related diseases: results from a cross-sectional Italian study of a general elderly population / G. Ravaglia, P. Forti, F. Maioli et al. // Exp. Gerontol. 2002. — Vol. 37. — P. 701−712.

71. Delayed neutrophil apoptosis induced by synovial fluid in rheumatoid arthritis: role of cytokines, estrogens, and adenosine / L. Ottonello, G. Frumento, N. Arduino et al. // Ann. N. Y. Acad. Sci. 2002. — Vol. 966. — P. 226−231.

72. Dorian, G. Aberrations in lymphocyte subpopulations and function during psychological stress / G. Dorian, P. Garfinkel, G. Brown // Clin. Exp. Immunol. 1982. — Vol. 50. — P. 132−138.

73. Effects of chronic stress on structure and cell function in rat hippocampus and hypothalamus / M. Joels, H. Karst, D. Alfarez et al. // Stress. 2004. — № 7. — Vol. 4. — P. 221−231. 145

74. Eilat, E. Increased apoptosis in patients with major depression: A preliminary study / E. Eilat, S. Mendlovic, A. Doron // J. Immunol. -1999. Vol. 163. — P. 533−534.

75. Endogenous sex hormones in men aged 40−80 years / M. Muller, I. den Tonkelaar, J.H. Thijssen et al. // Eur. J. Endocrinol. 2003. -Vol. 149. -P. 583−589.

76. Evan, G. A matter of life and cell death / G. Evan, T. Littlewood // Science. 1998. — Vol. 281- P. 1317−1322.

77. Evolution of GADD34 expression after focal cerebral ischaemia / D. McCaig, H. Imai, L. Gallagher et al. // Brain Res. 2005. — Vol. 9. -P. 51−61.

78. Expression profile of mRNAs from rat hippocampus and its application to Microarray / T. Tanaka, Y. Horikawa, T. Kawamoto et al. // Brain Res. Mol. Brain Res. 2004. — Vol. 22. — P. 20−32.

79. Frank, M. G. Antidepressants augment natural killer cell activity: in vivo and in vitro / M.G. Frank, S.E. Hendricks, D.R. Johnson // Neuropsychobiology. 1999. — Vol. 39 — P. 18−24.

80. Geenen, V. Neuroendocrineimmunology: from systemic interactions to the immune tolerance of self neuroendocrine functions / V. Geenen, F. Robert, J. Legros // Acta Clin. Belg. 1991. — V. 46. -№ 3. — P. 135−141.

81. Gladkevich, A. Lymphocytes as a neural probe potential for studying psychiatric disorders / A. Gladkevich, H.F. Kauffman, J. Korf // Progress in Neuro-psychopharmacology and Biological Psychiatry. Vol. 28. — lssue.3. — P. 559−576.

82. Gondal, M. Surfase markers on human T and В lymphocytes forming non-immune rosettes with sheep blood cells / M. Gondal, J. Holm, H. Wigzell // J. exp Med. 1972. — Vol. 136. — № 124. — P. 207−215.

83. Hale, A. J. Apoptosis: molecular regulstion of cell death / A.J. Haie, C.A. Smith, L.S. Sutherland // Eur. J. Biochem. 1996. — Vol. 236. -№ 1. — P. 319−326.

84. Hengarten, О. M. The biochemistry of apoptosis / О. M. Hengarten // Nature. 2000. — Vol. 407. — P. 770−775.

85. Herman, J. P. Hypothalamic-pituitary-adrenal axis, glucocorticoids, and neurologic disease / J.P. Herman, K. Seroogy // Neurol. Clin. -2006. -Vol. 24. -P. 461−481.

86. Hodel, L. Immunity and Psyche Literature Rewiew of Psychoneuroimmunology in Healthy Subjects / L. Hodel, P.J. Grob // Schweizerische Mtdizinische Wochenschrift. — 1993. — Vol. 123. -Iss. 49. -P. 2323−2341.

87. Immune response reduced by intense intellectual stress: changes in lymphocyte proliferation in medical students / S. Gloger, J. Puente, P. Arias et al. // Rev Med Chil. 1997. — V. 125. — № 6. -P. 665−70.

88. Inhibition of iNOS protects the aging heart against beta-adrenergic receptor stimulation-induced cardiac dysfunction and myocardial ischemic injury / D. Li, Y. Qu, L. Tao et al. // J. Surg. Res. 2006. -Vol. 131. -P. 64−72.

89. Kasper, S. Epidemiological Findings of seasonal changes in mood and behavior. A telephone survey of Montgomery Country, Maryland / S. Kasper // Arch/ Gen. Psychiatry. 1989. — Vol. 46. -P. 823−833.

90. Kawamura, N. Suppression of cellular immunity in men with a past history of posttraumatic stress disorder / N. Kawamura, Y. Kim, N. Asukai // Am. J. Psychiatry. 2001. — Vol. 158. — № 3. — P. 484 486.

91. Khodarev, N. N. An inducible lymphocyte nuclear Ca/Mg-dependent endonuclease associsted with apoptosis / N N.

92. Khodarev, J.D. Ashwell // J. Immunol. 1996. — Vol. 156. — P. 922 -931.

93. Kovalenko, S. A. Age-associated tissue bioenergetic decline and extensive mitochondrial DNA rearrangements / S.A. Kovalenko // Успехи геронтологии. 1999. — Т. 3. — С. 81−87.

94. Krammer, P. H. Regulation of apoptosis in the immune system / P.H. Krammer, J. Behrmann, P. Daniel // Curr. Opin. Immunol. -1994. -Vol. 6. -P. 279−289.

95. Laudenslager, M. L. Elevated cytotoxicity in combat veterans with long-term posttraumatic stress disorder: preliminary observations / M.L. Laudenslager, R. Aasal, L. Adler // Brain Behav. Immun. -1998. Vol. 12. — № 1. — P. 74−79.

96. Laughlin, G. A. Sexual dimorphism in the influence of advanced aging on adrenal hormone levels: the Rancho Bernardo Study / G.A. Laughlin, E. Barrett-Connor // J. Clin. Endocrinol. Metab. -2000. -Vol. 85. P. 3561−3568.

97. Lee, A. L. Stress and depression: possible links to neuron death in the hippocampus / A.L. Lee, W.O. Ogle, R.M. Sapolsky U Bipolar. Disord. -2002. Vol. 4. — P. 117−128.

98. Lee, H. J. Fluoxetine enhances cell proliferation and prevents apoptosis in dentate gyrus of maternally separated rats / H.J. Lee, J.W. Kim, S.V. Yim // Mol. Psychiatry. 2001. -Vol. 610. — P. 725 728.

99. Lista Varela, A. Serotonin and antidepressant treatments: new issues about the therapeutic mechanism of action / A. Lista Varela // Vertex. 2003. — Vol. 51. -P. 25−29.

100. Lithium blocks the c-Jun stress response and protects neurons via its action on glycogen synthase kinase 3 / V. Hongisto, N. Srneds, S. Brecht et al. // Mol. Cell. Biol. 2003. — Vol. 17. -P. 6027−6036. 148

101. Low dehydroepiandrosterone and ischemic heart disease in middle-aged men: prospective results from the Massachusetts Male Aging Study / H.A. Feldman, C.B. Johannes, A.B. Araujo et al. // Am. J. Epidemiol. 2001. — Vol. 153. — P. 79−89.

102. Lucassen, P. J. Antidepressant treatment with tianeptine reduces apoptosis in the hippocampal dentate gyrus and temporal cortex / P.J. Lucassen, E. Fuchs, B. Czeh // Biol. Psychiatry. -2004. Vol. 15. — P. 789−796.

103. Lucassen, P. J. Hippocampal apoptosis in major depression is a minor event and absent from subareas at risk for glucocorticoid overexposure / P.J. Lucassen, M B. Muller, F. Holsboer // Am. J. Pathol. -2001. -Vol. 158. P. 453−468.

104. Lunenfeld, B. Aging men-challenges ahead / B. Lunenfeld // Asian J. Androl. 2001. — Vol. 3. -P. 161−168.

105. Lymphocyte subsets associated with major depression and dysthymia: modification by antidepressant treatment / A.V. Ravindran, J. Griffiths, Z. Merali, H. Anisvan II Psychosom Med, 1995, — Nov-Dec.- Vol. 57. № 6. -P. 555−563.

106. Maccarrone, M. Arachidonate cascade, apoptosis and vitamin E in peripheral blood mononuclear cells from hemodialysis patients / M. Maccarrone, S. Manca-di-Villahermosa, C. Meloni // Am. G. Kidney Dis. 2002. -V. 40. — № 3. — P. 600−610.

107. Maes, M. Evidence for an immune response in major depression: a review and hypotesis I M. Maes // Prog. Neuropsychopharmacol. Biol. Psychiatry. -1995. -Vol. 19. -№ 1. -P. 11 38.

108. Magata, S. The Fas death factor I S. Magata, P. Goldstein // Science. 1995. — Vol. 267. — P. 1449−11 456.

109. Mattson, M. P. Folate and homocysteine metabolism in neural plasticity and neurodegenerative disorders I M.P. Mattson, T.B. Shea // Trends Neurosci. 2003. — Vol. 3. — P. 137−146. 149

110. McEwen, В. S. Structural plasticity and tianeptine: cellular and molecular targets / B.S. McEwen, A.M. Magarinos, L.P. Reagan // Eur. Psychiatry. 2002. — Vol. 17. — Suppl 3. — P. 318−330.

111. Meldrum, D. R. p38 mitogen activated protein kinase mediates both death signaling and functional depression in the heart / D. Meldrum, R. M. Wang, B.M. Tsai et al. // Ann. Thorac. Surg. 2005. — Vol. 80. — P. 2235−2241.

112. Mendlovic, S. Can depressive patients exploit the immune system for suicide? / S. Mendlovic, A. Doron, E. Eilat // Med. Hypotheses. -1999. Vol. 49. — P. 443−463.

113. Mitochondrial-related gene expression changes are sensitive to agonal-pH state: implications for brain disorders / M.P. Vawter, H. Tomita, F. Meng et al. // Mol. Psychiatry. 2006. — Vol. 11. — P. 615, 663−679.

114. Modulation of the peroxisomal gene expression pattern by dehydroepiandrosterone and vitamin D: therapeutic implications / M. Depreter, J. Vandesompele, M. Espeel et al. // J. Endocrinol. -2002. Vol. 175. — P. 779−792.

115. Monnet, F. P. Functional cooperation between neurosteroids and D2 dopamine antagonists on KCI-evoked 3H. noradrenaline release: modulation by calcium channel blockers / F.P. Monnet II J. Neuroendocrinol. 2002. — Vol. 14. — P. 955−962.

116. Multiple forms of endonuclease activity linked with radiation induced apoptosis in C4−1 cervical carcinoma cells / E. Krueger, I. Sokolova, M. Kamradt et al. // Anticancer Res. 1998. — Vol. 18. -№ 2. — P. 983 — 988.

117. Neuroprotective effects of Hypericum perforatum on trauma induced by hydrogen peroxide in PC12 cells I Y.H. Lu, C.B. Du, J.W. Liu et al. // Am. J. Chin. Med. 2004. — Vol. — P. 397−405. 150

118. О Iff, М. Stress, depression and immunity: the role of defense and coping styles/ M. Olff // Psychiatry Res. 1999. — V. 85. — № 1. -P. 17−31.

119. Owen-Snaub, L. Fas/APO-1: a cell surface protein mediating apoptosis / L. Owen-Snaub II Cancer Bull. 1997. — Vol. 29. — P. 305−327.

120. Papa, S. Reactive oxygen species, mitochondria, apoptosis and aging / S. Papa, VP. Skulachev // Molec. Cell. Biochem. 1997. -Vol. 174. -P. 305−319.

121. Pathophysiology of focal cerebral ischemia: fundamental aspects and its projection on clinical practice / C. Arango-Davila, M. Escobar-Betancourt, G.P. Cardona-Gomez, H. Pimienta-Jimenez // Rev. Neurol. -2004. Vol. 39. — P. 156−165.

122. Pellegrino, Т. C. Modulation of immune cell function following fluoxetine administration in rats / T.C. Pellegrino, B.M. Bayer // Pharmacol. Biochem. Behav. 1998. — Vol. 59. — P. 51−57.

123. Pike, J. L. Chronic life stress alters sympathetic, neuroendocrine, and immune responsivity to an acute psychological stressor in humans / J.L. Pike, T.L. Smith, M.R. Irwin // Psychosom. Med. -1997. Vol. 59. — № 4. — P. 447−457.

124. Protection against inflammatory neurodegeneration and glial cell death by 7beta-hydroxyepiandrosterone, a novel neurosteroid / B. Dudas, I. Hanin, M. Rose et al. // Neurobiol. Dis. 2004. — Vol. 15. — P. 262−268.

125. Psychoneuroendocrine immunology: perception of stress can alter body temperature and natural killer cell activity / R.N. Hiramoto,

126. H.B. Solvason, С.М. Hsueh et al. // Int. J. Neurosci. 1999. -V. 98. — № 1, — P. 95−129.

127. Rilly, V. Psychoneuroendocrine influences on immunocompetence and neoplasma / V. Rilly // Scince. 1981. — Vol. 212. — P. 11 001 109.

128. Rogers, M. P. The influence of the psyhe and the brain on immunity and disease susceptibility: a critical review / M. P. Rogers, D. Dubey, P. Reich // Psychosomat. Med. 1979. — Vol. 41. — P. 147 164.

129. Sabioncello, A. Immune, endocrine and psychological responses in civilians displaced by war / A. Sabioncello, D. Kosijan-Hercigonja, S. Rabatic // Psychosom. Med. 2000. — Vol. 62. — № 4. — P. 502 508.

130. San Martin, M. DHEA-sulfate causes a phase-dependent increase in melatonin secretion: a study of perifused rat pineal glands / M. San Martin, Y. Touitou // Steroids. 2000. — Vol. 65. — P. 491−496.

131. Sartorius, N. The use of public health approaches in mental health programmes / N. Sartorius // Int. Clin. Psychopharmacol. 1999. -Suppl. 3. — P. 1−5.

132. Schleifer, S. J. Depression and immunity: clinical factors and therapeutic course / S.J. Schleifer, S.E. Keller, J.A. Bartlett // Psychiatry Res. 1999. — Vol. 18. — P. 63−69.

133. Selye, H. The stress of life / H. Selye. New York: McCraw, Hill., 1956.

134. Serafeim, A. Selective serotonin reuptake inhibitors directly signal for apoptosis in biopsy-like Burkitt lymphoma cells / A. Serafeim, M.J. Holder, G. Grafton // Blood 2003. — Vol. 101. -P. 12−19.

135. Sex differentials in biological risk factors for chronic disease: estimates from population-based surveys / N. Goldman, M. 152

136. Weinstein, J. Cornman et al. // J. Womens Health (Larchmt). -2004. Vol. 13. — P. 393−403.

137. Skulachev, S. P. Why are mitochondria involved in apoptosis? Permeability transition pores and apoptosis as selective mechanisms to eliminate superoxide-producing mitochondria and cell / S.P. Skulachev // FEBS Lett. 1996. — Vol. 397. — P. 7−10.

138. Skulachev, V. P. Cytochrome с in the apoptotic and antioxidant cascades / V.P. Skulachev // FEBS Lett. 1998. — Vol. 423. — P. 275−280.

139. Stein, M. Depression, the Immune System, and Health and Illness -Findings in Search of Meaning / M. Stein, A.H. Miller, R.L. Trestman // Archives of General Psychiatry. 1991. — Vol. 48. -Iss. 2. — P. 171−177.

140. Steroid sulfatase (STS) expression in the human temporal lobe: enzyme activity, mRNA expression and immunohistochemistry study / S. Steckelbroeck, A. Nassen, B. Ugele et al. // J. Neurochem. 2004. — Vol. 89. — P. 403−417.

141. Stress, depression and hippocampal apoptosis / P.J. Lucassen, V.M. Heine, M.B. Muller et al. // Neurol. Disord. Drug Targets. -2006. -Vol. 5. -P. 531−546.

142. Stress, depression and psychoneuroimmunology / J. Kaye, J. Morton, M. Bowcutt, D.J. Maupin // Neurosciense Nurs. 2000. -Vol. 32. — № 2. -P. 93−100.

143. Suppressed proliferation and apoptotic changes in the rat dentate gyrus after acute and chronic stress are reversible / V.M. Heine, S. Maslam, J. Zareno et al. // Eur. J. Neurosci. 2004. — Vol. 19. — P. 131−144.

144. Suppression of DHEA sulfotransferase (Sult2A1) during the acute-phase response / M.S. Kim, J. Shigenaga, A. Moser et al. // Am. J. Physiol. Endocrinol. Metab. 2004. — Vol. 287. — P. 731−738. 153

145. Swaab, D. F. The stress system in the human brain in depression and neurodegeneration / D.F. Swaab, A.M. Bao, P.J. Lucassen // Ageing Res. Rev. -2005. Vol. 4. — P. 141−194.

146. Synthesis of sphingomyelin analogues as a sphingomyelinase inhibitor and the application as a blocking agent of extracellular stress signaling / Y. Tsuji, S. Soeda, T. Ochiai et al. // Nippon. Yakurigaku Zasshi. 2002. — Vol. 120. — P. 67−69.

147. Szuster-Ciesielska, A. In vitro immunoregulatory effects of antidepressants in healthy volunteers / A. Szuster-Ciesielska, A. Tustanowska-Stachura, M. Slotwinska // Pol. J. Pharmacol. 2003 -Vol. 55. — P. 353−362.

148. Tagliaferro, A. R. Physiological levels and action of dehydroepiandrosterone in Yucatan miniature swine / A. R. Tagliaferro, A.M. Ronan // Am. J. Physiol. Regul. Integr. Сотр. Physiol. -2001. -Vol. 281. P. 1−9.

149. Taylor, R. P. Age, cell signalling and cardioprotection / R.P. Taylor, J.W. Starnes // Acta Physiol. Scand. 2003. — V. 178. — № 2. — P. 107−16.

150. The pathogenesis of clinical depression: stressor- and cytokine-induced alterations of neuroplasticity / S. Hayley, M.O. Poulter, Z. Merali, H. Anisman // Neuroscience. 2005. — № 135. — Vol. 3. — P. 659−678.

151. Thomas, R. M. A neurogenic theory of depression gains momentum / R.M. Thomas, D A. Peterson // Mol. Interv. 2003. Vol. 3. — P. 441−444. 154

152. Trofta, P. P. Cytocines: an overview / P.P. Trofta // Amer. J. Reprod. Immunol. 1991. — Vol. 25. — P. 131−141.

153. Walter, C. A. Analysis and modulation of DNA repair in aging / C.A. Walter, D.T. Grabowski, K.A. Street // Mech. Ageing Dev. 1997. -Vol. 98. — P. 203−222.

154. Westerlund, H. Changes in anabolic and catabolic activity among women taking part in an alternative labour market programme / H. Westerlund, A. Bergstrom, T. Theorell // Integr. Physiol. Behav. Sci. -2004. -Vol. 39. -P. 3−15.

155. Wichers, M. C. The role of indoleamine 2, 3-dioxygenase (IDO) in the pathophysiology of interferon-alpha-induced depression / M.C. Wichers, M. Maes // J. Psychiatry Neurosci. 2004. — Vol. 29. -Vol. 11−17.

156. Wolkowitz, О. M. Dehhydroepiandrosterone. Biochemical, Physiological and Clinical Aspects Reus V.I. / O.M. Wolkowitz, M. Kalimi, W. Regelson. Berlin- New York, 2000. — P. 272−2273.

157. Wyllie, A. N. Glucocorticoid induced thymocyte apoptosis is associated with endogenous endonuclease activation / A.N. Wyllie // Nature. — 1980. — Vol. 284. — P. 555 — 556.

158. Yin, X. M. BH1 and BH2 domaines of Bcl-2 are required for inhibition of apoptosis and heterodimerization with Bax / X.M. Yin, Z.N. Oltvai, S.J. Korsmeyer // Nature. 1994. — Vol. 369. — P. 321 323.

159. Zs-Nagy, I. The membrane hypothesis of aging: its relevance to recent progress in genetic research / I. Zs-Nagy // J. Mol. Med. -1997. V. 75. — № 10. — P. 703−714.

160. КАРТА ОЦЕНКИ ЭФФЕКТИВНОСТИ ТЕРАПИИ & quot-м1. ВИД ТЕРАПИИ1. ЦЕЛЬ ТЕРАПИИ1. СПОСОБ ПРИМЕНЕНИЯ1. Фамилия И. О. больного1. Адрес1. ПРИМЕНЯЕМЫЕ ДОЗИРОВКИ1. Год рождения ()тел.1. Клинический диагнозния

161. Шифр по МКБ-10. Давность заболева

162. Дата госпитализации & laquo-»-200г.1. Дата ««выписки"200 г. Дата начала терапии200г. Дата окончания терапии & laquo-»-200г.1. Фоновая терапия

163. Психическое состояние на момент начала терапии Динамика в процессе лечения

164. На момент начала лечения На момент окончания лечения В последующем (с указанием даты)

165. Ведущий психопатологический синдром

166. Тип динамики (0 отсутствие динамики- 1 — незначительное улучшение- 2 — отчетливое улучшение- 3 — исчезновение симптоматики- 4 -незначительное усиление симптоматики- 6 — появление новой симптоматики — указать в скобках номер по регистру)

167. Сомато- неврологический статус 0 — нет патологии- 1 патология — вписать какое заболевание- 2 — сочетан-ная патология — вписать какая

168. ШКАЛА ДЕПРЕССИИ ГАМИЛЬТОНА:

169. ДЕПРЕССИВНОЕ НАСТРОЕНИЕ 0 1 2 3 42. ЧУВСТВО ВИНЫ 0 1 2 3 4

170. СУИЦИДАЛЬНАЯ НАСТРОЕННОСТЬ 0 1 2 3 4

171. ИНСОМНИЯ В НАЧАЛЕ СНА 0 1 2

172. ИНСОМНИЯ В СЕРЕДИНЕ СНА 0 1 2

173. ИНСОМНИЯ В КОНЦЕ СНА 0 1 2

174. РАБОТА И ИНТЕРЕСЫ 0 1 2 3 48. ЗАТОРМОЖЕННОСТЬ 0 1 2 3 49. АЖИТАЦИЯ 0 1 2 3 4

175. ТРЕВОГА (ПСИХИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ) 0 1 2 3 4

176. ТРЕВОГА (СОМАТИЧЕСКИЕ ПРОЯВЛЕНИЯ) 0 1 2 3 4

177. ЛОКАЛЬНЫЕ СОМАТИЧЕСКИЕ СИМТПОМЫ 0 1 2

178. ОБЩИЕ СОМАТИЧЕСКИЕ СИМПТОМЫ 0 1 2

179. ГЕНИТАЛЬНЫЕ СИМПТОМЫ 0 1 215. ИПОХОНДРИЧНОСТЬ 0 1 2 3 416. ПОТЕРЯ ВЕСА 0 1 2 17. ПОТЕРЯ ВНИМАНИЯ 0 1 2 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 177 день14 день21 день28 день35 день42 день

180. Примечание: на каждый контрольный день отмечать в левом прямоугольнике сумму выраженности симптомов, в правом прямоугольнике в числителе отмечается порядковый номер симптома, в знаменателе выраженность симптома в баллах.

Заполнить форму текущей работой