К вопросу историографии культов коня и быка в ямной археологической культуре

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

К вопросу историографии культов коня и быка в ямной археологической культуре

Введение

культ животное историография

В работе представлены основные точки зрения и взгляды исследователей на вопрос о культах животных ямной АК, а так же на проблемные позиции в данной тематике в историографии.

История изучения культа животных в ямной АК не занимает долговременное пространство, так как к сожалению эта тема, возможно из-за некоторых предубеждений, не вызывает научный интерес у широкого массива исследователей. В этом заключается актуальность темы данной работы. Малоизученность темы верований и религиозных представлений ямной АК, а следовательно отсутствие фундаментальных работ, посвященных данной тематике, а тем более научных трудов на тему истории изучения культа животных, дают возможность нам дальше двигаться в выбранном направлении.

Предметом исследования является историческое население территории Украины на границе III и II тыс. до н.э.

Объект — историография вопроса культовых и религиозно — мифологических представлений исторического населения территории Украины на границе III и II тыс. до н.э.

Цель курсовой работы заключается в представлении основных существующих мненй в вопросах о культах быка и коня у носителей ямной А К Украины и их анализ. Хронологические рамки исследования определены периодом бытования ямной культуры в данном регионе сер. III — нач. II тыс. до н.э.

В качестве источниковой базы для данной работы выступают опубликованные материалы археологических раскопок экспедиции ДНУ.

Для доостижения поставленной цели автор ставит себе следущие исследовательские задачи:

1. Определить степень изученности ямной культуры в целом по Украине;

2. Наметить основные проблемы в изучении культов быка и коня носителей ямной культуры;

3. Выявить основные направления в изучении религиозно — мифологических и культовых верованиях, определив индикатор для каждого конкретного случая;

4. Представить основные существующие мнения в вопросах о культе быка и дать их анализ;

5. Представить основные существующие мнения в вопросах о культе коня и дать их анализ;

6. Сделать вывод в прведенном исследовании;

7. Выполняя данные задачи, достичь поставленной цели.

Таким образом, цели и задачи данной курсовой работы, определили ее структуру. Данная работа состоит из введения, трех раздделов, выводов, списка использованной литературы.

Общие проблемы историографии

Зональные исследования, проводимые в 1960—1970 гг. в ряде районов Степной Украины привели к значительному накоплению материалов, приведших к выделению новых культур и переосмыслению некоторых явлений древнейшей истории.

Следует отметить, что в начале прошлого века ряд дореволюционных ученых проводили раскопки и разведки, но установить присутствие в исследуемых курганах древнейших — ямных погребений удалось именно Д. И. Яворницкому. в последствии, полученные им материалы неоднократно привлекались при написании специальных трудов по энеолиту — бронзовому веку степи (речь идет о работах О. Г. Шапошниковой «Ямна культура», Н. Я. Мерперта «Древнейшая история населения степной полосы Восточной Европы», «Древнейшие скотоводы Волжско — Уральского междуречья»).

История изучения культа животных в ямной АК не занимает долговременное пространство, так как к сожалению эта тема, возможно из-за некоторых предубеждений, не вызывает научный интерес у широкого массива исследователей.

Долгое время происходило накопление материалов, а интерпретация их проходила в очень опасной обстановке, так как идеологическая и религиозно — мифологическая сфера деятельности древних людей предполагает более тщательное осмысление обработанного материала.

В большинстве работ осмысление и интерпретация происхождения и бытования культа животных в ямной АК происходило несколькими путями:

1. Поиск аналогий в изобразительном или монументальном искусстве. Например, работы Хлопина И. Н. ,

Мариной З.П.

2. Проявление культа животных в астрально — зодиакальном аспекте. Например, В. Н. Даниленко и Н. А. Чмыхов.

3. Поиск аналогий в религиозно — мифологических представлениях древнеиранского насления. Это работы Р. С. Липеца, Е. Е. Кузьминой, И. Ф. Ковалевой, А. М. Беленицкого, М. П. Грязного и других.

Еще В. О. Виттом была высказана мысль, что ритуальным животным становится в первую очередь то, которое играет определяющую роль в экономике. Это нашло подтверждение в данных Г. Беренса, выяснившего, что 90% ритуальных захоронений животных в Старом Свете приходится на долю домашних особей. Поэтому сложение культа коня в эпоху энеолита было закономерно связано с той ролью, которую коневодство играло в скотоводческом хозяйстве носителей ямной культуры. Значение коневодства у древних народов Средней Азии нашло яркое отражение в мифологии, фольклоре и изобразительном искусстве. Среди исследователей фольклора и мифологии распространено мнение, что миф появляется как объяснение ранее возникших в обществе обрядов и ритуальных церемоний. Поэтому при реконструкции мифа и попытке установления времени его возникновения интересно проследить археологические свидетельства зарождения ритуала, истолкование которого находит отражение в мифе. Это в первую очередь относится к ритуалам, связанным с головой коня, поскольку голова коня играет важную роль в мифологии и фольклоре всех индоевропейских народов.

М.Я. Марр проанализировал лингвистические материалы касательно группы животных, которые в то или иное время использовались как способ передвижения. Ученый доказал, что при изменении одного тяглового животного другим на последнего переносятся не только транспортные функции предыдущего, а также его родовое имя, а значит, и связанные с ним идеологические представления.

Л.Г. Самойленко, рассматривая курганы ямной культуры в бассейне реки Базавлук в днепровском степном Правобережье, выявил 10 погребений, где были обнаружены кости животных (козы-овцы, быка и коня). По их расположению в могиле он определяет, что обычай класть кости в могилу зафиксирован в более поздних погребениях ямной культуры.

Проследив расположение костей животных во всех 10 погребениях, Л. Г. Самойленко отмечает, что кости быка у черепа покойного ни разу не обнаружены. В головах умерших найдены только кости козы-овцы. Правда челюсти этих животных, как и челюсти быка, обнаружены в боках умерших. Лопатки быка на заплечиках впускных погребений сочетались только с обрядом трупоположения на спине с подогнутыми ногами. Кости же быка, зафиксированные в ногах погребенных, сочетались только со скорченными на правом боку скелетами. Основываясь на своих наблюдениях, Самойленко ставит вопрос о существовании некоторых особенностей в размещении костей животных в погребениях как о компоненте обряда, а так же об отражении неоднородных явлений в атрибуции разных частей животных, которые сопровождали покойника в загробный мир. По его мнению, остатки разных частей животных символизировали самих животных, входивших в состав стада рода или племени покойного и отражали особенности погребального обряда и культовые представления носителей ямной культуры.

Таким образом, основные проблемы в историографии вопроса о культах быка — коня в ямной АК определены индивидуальностью подходов разных исследователей к данной тематике.

Культ быка

Историография о происхождении и столь широком распространении культа быка заслуживает отдельного исследования. На ряду с мнением В. Н. Даниленко, что изображение быка «с недостаточно раскрытыми религиозно — мифологическими сюжетами, возможно связаны с попытками осознания путей и фаз движения солнца…», в современной литературе получило развитие астрально — зодиакальная теория Н. А. Чмыхова, связывающая изображение с созвездием Тельца, «широкое распространение которого объясняется главенством в зодиаке в 4400−1710 гг. этого созвездия».

На основании широкого круга этнографических данных В. А. Шнирельман пришел к выводу о тесной связи промысловых культов с теми животными, которые играли ведущую роль в жизнеобеспечении коллективов, а увеличение значимости домашних животных определило расширение их культовых функций.

Д.Л. Тесленко отметил, что многообразие атрибутов культа быка, значительный хронологический и территориальный разрыв между отдельными его проявлениями, привлекающимися в качестве аналогий, устанавливаемая исследователями связь культа с разными — астральной, производительной сферами жизнедеятельности, существование синкретических образов, а также фактов распространения и взаимодействия мировоззренческих установок и концепций вызывают желание к определению основных тенденций и закономерностей в возникновении и развитии столь своеобразных идеологических представлений.

Рассматривая поэтапно процесс возникновения и распространения культа быка, Д. Л. Тесленко выделяет несколько этапов, начиная с периода одомашнивания крупного рогатого скота (ранненеолитическое время), заканчивая курганными памятниками Крыма III — начала II тыс. до н.э., где так же известны как ритуальные захоронения, так и культовые изображения быка, связываемые А. А. Щепинским с большой хозяйственной ролью этого животного.

По мнению Д. Л. Тесленко, в эпоху ранней бронзы культ быка занимал ведущее место в религиозно — мифологических представлениях носителей степных скотоводческих культур, в первую очередь для ямной АК. Данное положение основывается на роли крупного рогатого скота в экономике древнеямных племен, многообразии проявлений и доминировании среди культовых предметов атрибутов культа быка.

Вызывает интерес наблюдение Д. Л. Тесленко о том, что данные о бытовании культа быка присутствуют лишь в тех культурах, в которых крупный рогатый скот если не преобладал, то составлял значительную часть стада и активно использовался в хозяйственной деятельности. Так же Д. Л. Тесленко, проделав данную исследовательскую работу утверждает, что нет оснований связывать распространение символов быка — Тельца исключительно с процессами расслоения индоевропейцев, равно как и отдавать последним приоритет в возникновении культа.

Культ быка рассматривается исследователями с разных позиций, видя его проявление следовательно в разных сферах деятельности (изобразительной или монументальной) или же в религиозно — мифологических представлениях (поиск аналогий в древнеиранских священных текстах).

И.Н. Хлопин рассматривает культ быка именно с позиции предметов первобытного искусства массового характера — росписи на посуде и мелкой скульптуры. Отказываясь от принятой методике аналогий, считая ее неподходящей для изучения проявления культа быка, И. Н. Хлопин пытается подобрать оптимальную методику для проникновения в его внутреннее содержание. Он на примере анализа семантики изображений крупного рогатого скота показывает, что «в первобытном мышлении существовал полисемантизм. Изображения одного и того же предмета или явления, по его мнению, могли содержать разное смысловое значение, которое было туда вложено в зависимости от времени и условий его возникновения. Однако каждое отдельное значение одного итого же изображения было связано в единую систему и определяло разные стороны одного и того же явления. И все те значения образа быка, на которые можно разложить его изображение, вытекают одно из другого, акцентируя то или иное свойство этого образа. И наверняка, если присмотреться внимательно к другим образам первобытного искусства и идеологии, например к антропоморфным статуэткам, не исключено, что и их удастся расчленить по значению и показать тем самым их полисемантизм».

Проявление культовой стороны образа тура в монументальном искусстве рассматривает и З. П. Марина, связывая его с индоиранской мифологией, а именно воспроизведение в стелах не реальных людей, а скорее божеств — божества типа передневосточного Тешуба, объединяющих функции божества войны и грома. В индоиранской мифологии ему соответствует образ Парджаньи, обрушивающего на землю, его потоки — семя, которое он вкладывает во все живое. В своем объяснении культа быка З. П. Марина ссылается в основном на индоиранскую интерпретацию, связывая его с текстами Ригведы. На отождествление солнца с быком указывает также и ряд изображений последнего на сосудах в центре спирали, то есть на месте обычного помещения солярного знака, а орнаментация керамики знаками в форме букраниев должна рассматриваться, как отражение небесной и земной сфер.

Рассматривая культ быка в религиозно — мифологических представлениях Р. С. Липец прослеживает связь образа тура с солнечным культом, свидетельством чему служит «золотое обличье» туров. На примере «ильинских» (приуроченных ко дню Ильи-Пророка-Громовика, заместителя языческого Перуна) общественных жертвоприношений скота крестьянами бывшей Новгородской губернии о вере в «утроении» охотничьей добычи «костью ильинского быка». «Обетный» бык выкармливался общиной, и хотя мясо его освещалось церковью, пиршество совершалось по языческим обрядам.

Поддерживая точку зрения Р. С. Липеца, И. Ф. Ковалева связывает образ тура с евразийскими мифами, рассматривая их в связи с авестийскими мифами о первородном скоте. С диким быком — туром связывает древнейшие и культурные представления, отголоски которых сохранились в славянском фольклоре. И. Ф. Ковалева особенно большое значение в скотоводческой обрядности видит в жертвоприношениях животных, наделяя их ритуальной и социально — престижной сущностью. В культурах позднего энеолита — раннего бронзового века предстепья на первом месте находятся жертвоприношения крупного рогатого скота.

Существование культа быка И. Ф. Ковалевой подтверждается обнаружением черепов и других частей скелета в 20,5% погребений по материалам Левобережной Украины.

По мнению Ковалевой, образ быка занимал важное место в искусстве степных культур энеолита — бронзового века Украины, в частности в скульптуре, приобретая предельно стилизованное выражение в молоточковидных и рогатковидных булавках и более реалистическое — в каменных скипетрах в виде стилизованной головы быка, происходящих из погребений социально — выделенных лиц, рассмотренных в статье А. И. Куйбышева и А.л. Нечитайло «Кремневый скипетр Васильевского кургана»

Культ коня

Роль коня в истории цивилизации Старого Света вполне оценена в науке. Исследователь по доместикации животных, венгерский ученый С. Бокони, отмечает революционную роль коня в развитии транспорта. Благодаря приручению коня практически стала возможной кочевая форма животноводства.

Еще В. О. Виттом была высказана мысль, что ритуальным животным становится в первую очередь то, которое играет определяющую роль в экономике. Это нашло подтверждение в данных Г. Беренса, выяснившего, что 90% ритуальных захоронений животных в Старом Свете приходится на долю домашних особей. Поэтому сложение культа коня в эпоху энеолита было закономерно связано с той ролью, которую коневодство играло в скотоводческом хозяйстве носителей ямной культуры. Значение коневодства у древних народов Средней Азии нашло яркое отражение в мифологии, фольклоре и изобразительном искусстве. Среди исследователей фольклора и мифологии распространено мнение, что миф появляется как объяснение ранее возникших в обществе обрядов и ритуальных церемоний. Поэтому при реконструкции мифа и попытке установления времени его возникновения интересно проследить археологические свидетельства зарождения ритуала, истолкование которого находит отражение в мифе. Это в первую очередь относится к ритуалам, связанным с головой коня, поскольку голова коня играет важную роль в мифологии и фольклоре всех индоевропейских народов.

Систематизировал ранее существующие мнения о культе коня А. М. Беленицкий, выделив несколько теорий происхождения культа коня.

Некоторые исследователи пришли к заключению, что погребение вместе с покойником коня является отголоском, реликтом древнейшей тотемической идеологии. Следы весьма определенных тотемических представлений, связанных с конем, обнаруживают исследователи фольклора и этнографии народов Средней Азии и соседних областей.

Однако в целом тотемическая теория встретила веские возражения. Так, по мнению М. И. Артамонова, лошадь символизировала иные идеологические, культовые представления. М. П. Грязнов относит тотемические представления к глубокой древности, когда животные представлялись «родоначальниками и представителями времени».

Параллельно с тотемической теорией выдвинута так называемая хтоническая теория, согласно которой конь в погребальном ритуале, а так же на многих памятниках изобразительного искусства олицетворял божество подземного царства, потустороннего мира.

О связи образа коня с хтоническими божествами подробно писал Е. Г. Кагаров. Этой точки зрения придерживается и Бокони. По его словам, на протяжении всех веков от неолита до принятия христианства обычай помещать коня вместе с покойником в могилу связан с хтоническими представлениями.

По мнению А. М. Белицкого хтонические божества воспринимались в древности не только как персонажи подземного мира, связанные с умершим. В них видели божества от которых зависело и благополучие оставшихся в живых. Образ коня исследователь связывает с космогонической идеологией и в первую очередь с солярным культом. Представления о древней колеснице, символизирующей дневное светило, связаны с коневодческими степными племенами и развитиеи колесног транспорта.

Большой вклад в историю изучения культа коня сделала Е. Е. Кузьмина, которая также связывает образ коня с солярным культом и привязывает его к территории южнорусских степей, где было обнаружено древнейшее в Старом Свете ритуальное захоронение коня на поселении Дериивка.

Проанализировав состав стада и топографию памятников ямной культуры, многие из которых расположены в открытой степи, Е. Е. Кузьмина приходит к выводу, что некоторые группы ямных племен вели подвижный образ жизни и коневодство было у них высоко развито.

Для Е. Е. Кузьминой археологическим свидетельством зарождения культа коня служат находки захоронений коня или только его черепа и изображений коня или его головы в памятниках искусства. Убедительно интерпретировать значение костей коня, находимых при раскопках, возможно только с учетом мифологии и этнографических материалов. Наиболее полное описание жертвоприношений коня содержится в индийских источниках.

По мнению Е. Е. Кузьминой жертвоприношение коня сопровождало важнейшие церемонии. Жертвоприношение белого коня является общеиндоевропейским ритуалом в честь бога неба, сопровождающимся возжиганием священного огня и возлиянием крови жертвенного животного. Обряд совершается с целью вызвать плодородные силы природы и передать их царю как носителю этих сил.

Общие у разных индоевропейских народов детали ритуала (украшение коня, отделение головы, ног и хвоста) и многие ритуальные термины являются показательными для Е. Е. Кузьминой в определении возникновения этого обряда в древнейшую эпоху контактов носителей индоевропейских диалектов.

Е.Е. Кузьмина, рассмотревшая многочисленные мифологические этнографические материалы, пришла к выводу, что «с развитием общества происходило усложнение идеологии, развивалась религия — конь стал, с одной стороны, воплощением богини матери-земли и двух ее спутников-близнецов, олицетворяющих жизнь и смерть, с другой — инкарнацией богов неба и солнца, так как для индоевропейцев солнце и небо были не только подателями плодородия, но и вечным пастбищем, куда отправлялись умершие предки».

Важнейшее значение исследователь придавала коню в культе небесных и солнечных богов. В образе конной колесницы или только ее части — колеса или коня — представляют солнце все индоевропейские народы. В Ригведе, в Авесте, в греческой поэзии солнце называется «быстроконным», а лучи его сравниваются с развевающимися гривами лошадей. Колесничный вариант мифа у индоевропейских народов, по предположению Е. Е. Кузьминой, мог сложиться не ранее середины II тысячелетия до н.э., когда были изобретены сами колесницы. В более архаичную эпоху солнце ассоциировалось с конем светлой масти. Пережитки этих представлений сохранились и в Ригведе, и в Авесте, где светлый конь является инкарнацией бога.

З.П. Марина так же культ коня связывает с культом небесного светила, посредством анализа расположения костей коня в могиле. Практически во всех известных случаях ритуальные захоронения черепов и костей ног лошади располагались в непосредственной близости от могилы — на заплечиках, в насыпи над ямой и пр. В отличие от них в Орельско — Самарском междуречье исследован курган (Новоподкряж. 1/3), в кольцевом ровике которого лежали, чередуясь, черепа лошади, быка и собаки. В их расположение в ровике, выступающим в качестве солярного символа, З. П. Марина подчеркивает связь коня и небесного светила. Она связывает культ коня с мифологией индоиранских племен, где конь является инкарнацией бога молнии, грома, солнца. Приводя примеры из Ригведы («Погребальный гимн коню»), исследователь показывает посредническую роль между миром живых и царством предков.

Выводы

История изучения культа животных в ямной АК не занимает долговременное пространство, так как к сожалению эта тема, возможно из-за некоторых предубеждений, не вызывает научный интерес у широкого массива исследователей.

Основные проблемы в историографии вопроса о культах быка — коня в ямной АК определены индивидуальностью подходов разных исследователей к данной тематике.

Еще В. О. Виттом была высказана мысль, что ритуальным животным становится в первую очередь то, которое играет определяющую роль в экономике. Это нашло подтверждение в данных Г. Беренса, выяснившего, что 90% ритуальных захоронений животных в Старом Свете приходится на долю домашних особей.

М.Я. Марр проанализировал лингвистические материалы касательно группы животных, которые в то или иное время использовались как способ передвижения. Ученый доказал, что при изменении одного тяглового животного другим на последнего переносятся не только транспортные функции предыдущего, а также его родовое имя, а значит, и связанные с ним идеологические представления.

Историография о происхождении и столь широком распространении культа быка заслуживает отдельного исследования. На ряду с мнением В. Н. Даниленко, что изображение быка «с недостаточно раскрытыми религиозно — мифологическими сюжетами, возможно связаны с попытками осознания путей и фаз движения солнца…», в современной литературе получило развитие астрально — зодиакальная теория Н. А. Чмыхова, связывающая изображение с созвездием Тельца, «широкое распространение которого объясняется главенством в зодиаке в 4400−1710 гг. этого созвездия».

На основании широкого круга этнографических данных В. А. Шнирельман пришел к выводу о тесной связи промысловых культов с теми животными, которые играли ведущую роль в жизнеобеспечении коллективов, а увеличение значимости домашних животных определило расширение их культовых функций.

Роль коня в истории цивилизации Старого Света вполне оценена в науке. Исследователь по доместикации животных, венгерский ученый С. Бокони, отмечает революционную роль коня в развитии транспорта. Благодаря приручению коня практически стала возможной кочевая форма животноводства.

Систематизировал ранее существующие мнения о культе коня А. М. Беленицкий, выделив несколько теорий происхождения культа коня.

Большой вклад в историю изучения культа коня сделала Е. Е. Кузьмина, которая также связывает образ коня с солярным культом и привязывает его к территории южнорусских степей, где было обнаружено древнейшее в Старом Свете ритуальное захоронение коня на поселении Дериивка.

Проанализировав состав стада и топографию памятников ямной культуры, многие из которых расположены в открытой степи, Е. Е. Кузьмина приходит к выводу, что некоторые группы ямных племен вели подвижный образ жизни и коневодство было у них высоко развито.

Общие у разных индоевропейских народов детали ритуала (украшение коня, отделение головы, ног и хвоста) и многие ритуальные термины являются показательными для Е. Е. Кузьминой в определении возникновения этого обряда в древнейшую эпоху контактов носителей индоевропейских диалектов.

Список использованной литературы

1. Хлопин И. Н. Образ быка у первобытных земледельцев Средней Азии // Древний Восток и мировая культура. М., 1981.

2. Марина З. П. Некоторые аспекты социальной структуры и идеологии древнеямного общества // Степное Поднепровье в бронзовом и раннем железном веках. Дн-ск., 1981.

3. Даниленко В. Н. Неолит Украины. К., 1969.

4. Даниленко В. Н. Энеолит Украины. К., 1974.

5. Чмыхов Н. А. Кургани як явище давньоЇ культури. К., 1993.

6. Липец Р. С. Образ тура и отголоски его культа в былинах // Славянский фольклор. М., 1972.

7. Кузьмина Е. Е. Распространение коневодства и культура коня у ираноязычных племен Средней Азии и других народов Старого Света. — в сб.: Средняя Азия в древности и средневековье. — М.: Наука, 1977.

8. Ковалева И. Ф. Социальная и духовная культура племен бронзового века (по материалам Левобережной Украины). Дн-ск., 1989

9. Беленицкий А. М. Конь в культах и идеалогических представлениях народов Средней Азии и евразийских степей в древности и раннем средневековье. КСИА АН, вып. 154., М., 1978.

10. Грязнов М. П. Древнее искусство Алтая. Л., 1958

11. Самойленко Л. Г. Курганы ямной культуры в бассейне р. Базавлук в днепровском степном Правобережье // Новые памятники ямной культуры степной зоны Украины. — Киев: Наукова думка, — 1988, С. 77.

12. Тесленко Д. Л. К вопросу о культе быка в культурах неолита — бронзового века Евразии. // Проблемы археологии Поднепровья., Дн-ск., 1995.

13. А. И. Куйбышева и А. Л. Нечитайло «Кремневый скипетр Васильевского кургана» // Новые памятники ямной культуры степной зоны Украины. К., 1988., С. 107−117.

14. Шнирельман В. А. Доместкация животных и религия // Исследования по общей этнографии. М., 1979

15. Рыбаков Б. А. Космогония и мифология земледельцев энеолита // СА., 1965, № 1, 2.

16. Кузьмина Е. Е. Колесный транспорт в этнической и социальной истории южнорусских степей. — ВДИ, № 4, 1974.

17. Ковалева И. Ф. погребальный обряд и идеология ранних скотоводов (по материалам культур бронзового века Левобережной Украины) Дн-ск., 1983.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой