Л. Керолл "Алиса в стране чудес"

Тип работы:
Контрольная
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

  • Введение
  • I. Биография Л. Кэрролла
  • II. Англия во время жизни Л. Кэрролла
  • III. Языковые единицы, отмеченные культурной семантикой (по материалу «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» Л. Кэрролла)
  • IV. Различное толкование «Алисы в стране чудес» и «Алисы в Зазеркалье»
  • Заключение
  • Список литературы

Введение

«Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» произведения Л. Кэрролла, написанные на английском языке, и несут в себе культуру, присущую именно Англии во времена Кэрролла.

На современном этапе развития переводоведения в связи с развитием межкультурной коммуникации и рассмотрением перевода как коммуникативного процесса культурологический аспект перевода приобретает важное значение.

Язык — это зеркало культуры, в нем отражается не только реальный мир, окружающий человека, не только реальные условия его жизни, но и общественное самосознание народа, его менталитет, национальный характер, образ жизни, традиции, обычаи, мораль, система ценностей, мироощущение, видение мира. Являясь важным средством коммуникации, язык художественной литературы наиболее полно отражает культуру создавшего ее народа.

В связи с различиями в культурах народов, перед переводчиком художественной литературы встает проблема преодоления культурно-этнического барьера между носителями языка оригинала и языка перевода. Таким образом, для перевода художественных текстов в первую очередь наибольший интерес представляет проблема передачи в переводе национально-культурной специфики текста, которая в настоящее время не имеет однозначного решения.

  • В настоящее время есть множество различных определений культуры. В данной работе под культурой мы будем понимать огромный мир разнообразных материальных и духовных элементов, составляющих бытие народа, использующих в своем общении один язык. Составными частями культуры являются география региона и его история, политическая жизнь и деловая активность, искусство и спорт, фольклор и бытовые реалии. Сопоставительный анализ русских переводов Л. Кэрролла Alice in wonderland // Семантика и прагматика языка в диалоге культур. — 1998, № 2. — С. 55

Вопрос о передаче национального своеобразия подлинника относится к числу тех основных проблем перевода, от которых зависит и ответ на вопрос о переводимости. В связи с этим особенно актуальным и перспективным является изучение в переводе языковых единиц, участвующих в структурировании национально-культурной информации художественного текста. Рассмотрение элементов-носителей национально-культурной специфики в художественном переводе в рамках осмысления общей проблемы взаимоотношения языка и культуры является необходимым условием успешной двуязычной коммуникации. При этом целесообразно анализировать такие элементы не просто как представляющие определенную локальную трудность при переводе, а как структурные элементы, участвующие в создании национального колорита на уровне текста.

  • Предметом данного исследования являются языковые единицы, отмеченные культурной семантикой в произведениях Л. Кэрролла на примере «Алисы в стране чудес» и «Алисы в Зазеркалье».

Задачи данной работы следующие:

  • 1) рассмотреть биографию Л. Кэрролла;
  • 2) дать характеристику Англии во время жизни Л. Кэрролла;
  • 3) проанализировать языковые единицы, отмеченные культурной семантикой (по материалу «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» Л. Кэрролла).

Данная работа состоит из введения, четырех глав, заключения и списка литературы, изученной в целях исследования.

  • I. Биография Л. Кэрролла

Чарльз Лютвидж Доджсон (таково настоящие имя Льюиса Кэрролла) родился в небольшой деревне Дэрсбери в Графстве Чешир 27 января 1832 года.

Доктор Доджсон посвятил себя математике, его перу принадлежат солидные труды — «Конспекты по плоской алгебраической геометрии» (1860), «Формулы плоской тригонометрии» (1861), «Элементарное руководство по теории детерминантов» (1867) и другие. Современные историки науки отмечают глубокую традиционность этих книг, совсем по-иному относятся они к логическим сочинениям Кэрролла — «Логической игре» (1887), «Символической логике» (1896) и парадоксальным логическим задачам, вошедшим в различные сборники, которые были способны поставить тупик не только неискушенного человека, но даже современную ЭВМ, что было отмечено исследователями. Важдаев В. Л. Кэролл и его сказка. // Иностранная литература, 1995, № 7. — С. 13

Доктор Доджсон вел одинокий и строго упорядоченный образ жизни, знакомств избегал, был робок. Всю жизнь он страдал от заикания, поэтому лекции читал ровным механическим голосом. В университете он слыл педантом, эксцентриком и чудаком.

Больше всего доктор любил детей. Чуждаясь взрослых, чувствуя себя с ними тяжело и скованно, мучительно заикаясь, он становился необычайно веселым и занимательным собеседником в обществе детей. Толчком к творчеству для Кэрролла неизменно служила игра, непосредственное, живое общение с детьми.

Проще всего ему было находить общий язык с дочерьми декана — Алисой, Лориной и Эдит. Именно знакомство и дружба с сестрами Лидделл и привели к появлению на свет сказочной повести «Алиса в Стране чудес» (1865), мгновенно сделавшей Кэрролла знаменитым. Первое издание «Алисы» проиллюстрировал художник Джон Тенниэл, чьи иллюстрации сегодня считаются классическими. За этой повестью последовали «Алиса в Зазеркалье» (1971), поэма «Охота на Снарка» (1876) и роман «Сильви и Бруно» (1889−1893). Но все же следует сказать, что работы, идущие после «Алисы в Стране чудес» и «Алисы в Зазеркалье» успеха не имели. Важдаев В. Л. Кэролл и его сказка. // Иностранная литература, 1995, № 7. — С. 14

Иронизируя над шаблонами мышления в традициях «поэзии бессмыслиц», Кэрролл в то же время дал в «Алисе» насмешливое изображение поздневикторианской Англии.

Так называемые «бессмыслицы» Кэрролла, логические задачи, загадки и головоломки предвосхитили появление таких наук, как математическая логика, семиотика, лингвистический анализ, наконец, — теорию относительности, а влияние его творчества, как явное, так и скрытое, прослеживается в произведениях целого ряда классиков мировой литературы, творивших после него.

Умер Кэрролл в Гилфорде 14 января 1898 года. На его родине, в деревенской церкви Дэрсбери есть витраж, где рядом с задумчивым Додо стоит Алиса, а вокруг теснятся Белый Кролик, Болванщик и Мартовский Заяц.

  • II. Англия во время жизни Л. Кэрролла
  • Л. Кэрролл жил в Викторианскую эпоху, которая длилась шестьдесят четыре года: с коронации королевы Виктории в 1837 году до ее смерти в 1901 году. Сопоставительный анализ русских переводов Л. Кэрролла Alice in wonderland // Семантика и прагматика языка в диалоге культур. — 1998, № 2. — с. 56

В связи с тем, что со смертью английского короля Уильяма IV прервалась мужская линия Ганноверской династии, на британский престол взошла его 18-летняя племянница Виктория, ставшая родоначальницей правящего и поныне дома Виндзоров. За 64 года ее правления в так называемую викторианскую эпоху Англия пережила необыкновенный политический, экономический и культурный расцвет.

Именно в Викторианскую эпоху страна добилась гегемонии в индустриальном развитии, торговле, финансах, морском транспорте, построила величайшую колониальную империю.

Историки сходятся во мнении, что во времена королевы Виктории Англия стала «промышленной мастерской мира».

Королева прожила долгую жизнь, и на протяжении жизни ее вкусы менялись, соответственно этим изменениям в викторианской эпохе насчитывают три периода:

1) ранневикторианский период;

2) средневикторианский период;

3) поздневикторианский период.

  • В ранневикторианскую эпоху (1837−1861) королева была молода, влюблена и, как пишут, привлекательна.
  • Но после смерти принца-консорта Альберта (1861) королева, а с ней весь двор, погрузились в глубокий и продолжительный траур. Виктория так и не сняла черного до самой смерти.
  • При этом могущество Британии достигло апогея. Вместе с ним выросла роль среднего класса в жизни страны, и, соответственно, поднялось самосознание разночинцев. Последние, будучи постоянно упрекаемы в «торгашеском духе», сформировали собственную традицию, свою контркультуру, оппозиционную культуре дворянства. Пуританские ценности возведены в абсолют: даже ножки мебели считаются излишне эротичными, а посему столы и стулья драпируются тяжелой тканью.

Если траур королевы продолжался, то трауру общества, в конце концов, пришел конец. На закате средневикторианского периода (1861 — 1885) успехи археологов пробудили интерес к доантичным и раннеантичным цивилизациям средиземноморья и междуречья, геродотовой ойкумены.

К поздневикторианскому времени (1885 — 1901) английская, а с ней и европейская, эстетика, отличались изрядной эклектичностью.

Этот период викторианской эпохи называют «эстетическим» (не путать с эстетическим периодом немецкой литературы, который пришелся на начало XIX века). Логоцентричность публики того времени позволяла писателям играть заметную общественно-политическую роль, а властителем умов на тот момент оказался Чарльз Диккенс, чье бытописание мрачных викторианских нравов и всяческих язв общества вызвало в Англии сильнейший резонанс.

Льюиса Кэрролла со своими произведениями «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» признали и поняли не все.

Англичане знают цену странности: у Кэрролла на родине есть своя культурная ниша — «эксцентричный ученый-джентльмен», хотя, конечно, и это всего лишь одна из масок. Бесспорно, она подходит ему не в пример лучше, нежели маска чопорного педанта, у которого, как заметила в свое время Вирджиния Вулф, «не было жизни»; или совсем уж нелепая маска тайного искусителя девочек. Борисенко А., Демурова Н. Льюис Кэрролл: мифы и метаморфозы. // Иностранная литература. — 2003, № 7. — С. 18

XIX век создал свой миф о Кэрролле, миф о том, что было дорого викторианской Англии — о доброте и эксцентричности, о глубокой религиозности и удивительном юморе, о строгой и размеренной жизни, изредка прерываемой короткими «интеллектуальными каникулами», во время которых и были написаны сказки об Алисе и некоторые другие произведения.

Льюис Кэрролл дал в «Алисе» насмешливое изображение поздневикторианской Англии. Но все же Кэрролл представлял мир как мир, как такового, общего мироустройства, а не только крохотного кусочка, именуемого Англией, что также нашло свое отражение (не прямое, естественно) в написанных им книгах.

  • III. Языковые единицы, отмеченные культурной семантикой (по материалу «Алиса в стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» Л. Кэрролла)

Диалог культур понимается как межкультурная коммуникация, осуществляемая, прежде всего, с помощью языка. Языковая коммуникация является необходимым условием существования и развития человеческой культуры, она обеспечивает единство культурных процессов в рамках данной общности, хранение и передачу культурных ценностей.

Таким образом, коммуникативная деятельность оказывается тем звеном, в котором пересекаются и взаимодействуют язык как система знаковых единиц разных уровней и культура, в которой он существует и необходимым компонентом которой является.

  • Сопоставительное описание речевого поведения, реалий культуры, лексики с национально-культурным компонентом значения в языках и культурах позволяет «проникнуть» в языковую картину мира иной лингвокультурной общности и усвоить национально-культурную специфику языковых средств, обслуживающих общение и культурные потребности человека.
  • Известно, что художественное произведение — это бытие, переломленное сквозь призму индивидуальности его создателя. По Хайдеггеру «язык — это язык Бытия». Не мы говорим на языке, а Бытие говорит через нас посредством языка, но только через язык можно попытаться понять идею Бытия. Делез Ж. Марсель Пруст и знаки./ Пер. с фр./ Лаборатория исследований при философском факультете СПГУ. — СПб.: Алетейя, 1999. — С. 11 Поиски сущности, истины, которым каждый из нас посвящает свою жизнь, — это, прежде всего процесс познания и обучения.

Интересно, что эта смысловая необычность с развитием науки и техники иногда перестает быть необычностью, и шутка, ее использующая, полностью утрачивает комический эффект. В то время, когда Л. Кэрролл писал свою сказку «Алиса в Стране чудес», часы указывали часы, минуты, секунды — но не дни и месяцы. Отсюда его шутка: Hat has got from a pocket hours, is anxious has looked at them, has stirred up, has brought to an ear and has again stirred up. «What is the date today?» — he has addressed to Alice. Alice has considered in mind, has thought a little and has told: «May, fourth!» — «Tell lies for two days», — has sighed the Hat. — Шляпа достал из кармашка часы, озабоченно посмотрел на них, встряхнул, поднес к уху и опять встряхнул. «Какое сегодня число?» — обратился он к Алисе. Алиса посчитала в уме, подумала немного и сказала: «Четвертое мая!» — «Врут на два дня», — вздохнул Шляпа.

  • Сейчас часы указывают дни и месяцы, никого не удивишь и не позабавишь тем, что они врут на два дня. Шутка утратила свой эффект.
  • Метафора поиска истины, познания является лейтмотивом в произведениях Л. Кэрролла «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье». Познание и обучение напрямую связано со знаками. Знак — всегда объект познания. Познать — значит рассмотреть объект исследования как знак, подлежащий интерпретации. Всякий раз, встречаясь с обитателями Страны чудес и Зазеркалья, Алисе приходится прилагать максимум усилий, чтобы хоть частично расшифровать особые знаки этих миров:
  • Aloud she has asked: (…Вслух же она спросила)

— Tell where to me from here to go, please? (- Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?)

— And where you want to get? — the Cat has answered. (- А куда ты хочешь попасть? — ответил Кот.)

— To me all the same … — has told Алиса. (- Мне все равно… — сказала Алиса.)

— Then the entire same where and to go, — the Cat has noticed. (- Тогда всё равно, куда и идти, — заметил Кот.)

— … if only to get somewhere, — has explained Алиса. (- …только бы попасть куда-нибудь, — пояснила Алиса.)

— Somewhere you necessarily will get, — the Cat has told. — It is necessary to go long enough only… (Куда-нибудь ты обязательно попадешь, — сказал Кот. — Нужно только достаточно долго идти…)

На самом деле этот отрывок характеризует протестантскую традицию европейской культуры (Барокко — Романтизм — Модернизм) с её поэтикой «открытого произведения» и теоретической рефлексией нового мировоззрения посредством стилевого новаторства.

  • Понять текст — значит не просто понять, о чем в нем говорится; следует уловить и то, о чем там прямо не говориться: «значимость мысли сообщает не то, что она говорит, а то, о чем она умалчивает, выводя это на свет способом, который нельзя назвать высказыванием». Делез Ж. Марсель Пруст и знаки./ Пер. с фр./ Лаборатория исследований при философском факультете СПГУ. — СПб.: Алетейя, 1999. — С. 13 Можно предположить, что этот способ — знак, интерпретируя который можно понять истинное значение мысли. Ведь «истина не проявляется ни с помощью аналогий, ни с помощью доброй воли, она пробалтывается в непроизвольных знаках».
  • Информация, которой автор наполняет знак неосознанно, может быть расшифрована при помощи метафоры, представляющие самые трудные понятия в виде доступных образов.
  • Следует сказать, что во время жизни Л. Кэрролла в Англии получили развитие логические сочинения и парадоксальные задачи. Как уже говорилось, Л. Кэрролл также был автором логических сочинений — «Логическая игра» (1887), «Символическая логика» (1896) и парадоксальных логических задач, вошедших в различные сборники, которые были способны поставить тупик не только неискушенного человека, но даже современную ЭВМ, что было отмечено исследователями.
  • Можно сказать, что это отразилось и в произведении «Алиса в Стране чудес», так как герои произведения Кэрролла поднимают такие вопросы, ответы на которые его самого очень интересовали.

Например, когда Шалтай-Болтай говорит Алисе, что та должна думать обо всем, Алиса резонно замечает, что думать обо всем невозможно:

— I never spoke, that you could think of all. — I have told only, that you should think. (- Я никогда не говорил, что ты могла бы думать обо всем, — возражает Шалтай-Болтай. — Я сказал лишь, что ты должна думать.)

— And unless it is meaningful to speak, what I should make what I can not in any way? (- А разве имеет смысл говорить, что я должна сделать то, чего я никак не могу?)

— Is an interesting problem from philosophy of morals, but it would get us too far. (- Это интересная проблема из философии морали, — отвечает Шалтай-Болтай, — но она завела бы нас слишком далеко.)

Проблема действительно интересная: Шалтай-Болтай затронул знаменитую проблему, известную под названием парадокса Хинтикки (в честь одного из видных представителей философского направления «конкурирующих миров» — финского философа Яако Хинтикка). Уместно ли считать морально предосудительным то, что человек не в состоянии сделать? Хинтикка приводит весьма развернутую аргументацию, призванную показать, что пытаться делать невозможное «плохо». Столь странному на первый взгляд вопросу, относящемуся к разделу модальной логики, который называется деонтической логикой, посвящена обширная литература. Таким образом, становится понятным то, что Шалтай-Болтай как и Л. Кэрролл знает толк в классической логике и семантике.

  • Вернемся к знаку. Ч. Пирс представлял себе знак как «нечто способное быть заменителем другого в определенной ситуации» Делез Ж. Логика смысла. Пер. с фр. — М.: Раритет, 1998. — С. 19. В этом случае, представляется возможным дополнить определение знака следующим образом: знак — это основа человеческой деятельности, не тождественная своему смыслу, требующая множества способов расшифровки.
  • Существует огромное количество знаков. Так, Ж. Делез вводит понятие светского знака. Светский знак уникален тем, что в ограниченном пространстве производит множество знаков. Функция светского знака — замещение действия или мысли. Он не обладает способностью вызывать содержание. Заключенный в нем смысл — всего лишь мираж, который рассеивается при более внимательном рассмотрении. Светский знак не содержит мысли, он всего лишь условность, часть ритуала.
  • В силу отсутствия подлинной сущности светский знак пуст. Но эта пустота претендует на «самодостаточность». Как уже упоминалось, Л. Кэрролл жил в Викторианскую эпоху — эпоху светского общества и пышных балов. Возможно Л. Кэрролл был довольно замкнутым человеком и избегал светского общества именно потому, что ему как ученому претила атмосфера лжи и мнимой значимости света с его многочисленными фикциями.
  • На примере светского мира Зазеркалья можно проследить развенчание Кэрроллом светского знака, который не имеет ничего общего с мыслью, а просто формально ей сопутствует. Королева говорит Алисе: «Curtsey, while you’re thinking what to say». — «Реверанс, в то время как вы думаете, что говорить». То есть мышление и светский знак — это два непересекающихся понятия. Светский знак не нуждается в мысли, он сам ее замещает. «Speak when you’re spoken to» — «Говорите, когда с вами говорят». Светское общение это обмен знаками, а не мыслями. Этикет обязывает отвечать на знак знаком, а не мыслями.
  • Алису представляют бараньему окороку. «A leg of mutton» — метафора, смысл которой в том, что многие представители светского общества обладают интеллектом в той же мере, что и баран — животное глупое и упрямое. Но даже окорок может подавать светский знак: «The leg of mutton got up in the dish and made a little bow to Alice». — «Бараний окорок встал в блюде, и сделал небольшой поклон Алисе».
  • Мышление — важнейший инструмент в поисках смысла, оно способно интерпретировать знаки. Кэрролл представляет читателю работу мышления в виде метафора Страны чудес и Зазеркалья, отражающей мыслительные процессы. Там все находится в постоянном движении, совершаются переходы из одного состояния в другое (rush-snow). Алиса путешествует из одного места в другое, пока не добирается до конечного пункта. Итог движения — достижение абсолютной истины в идеале. Но возможно ли это?
  • Очевидно, что процесс познания — это движение. Вопрос в том, каково направление познания. Знак направления в познании состоит из единства противоречий: с одной стороны познание — это всегда движение вперед, а с другой, — постоянный регресс. Получив ответ на интересующий нас вопрос, мы сталкиваемся с необходимостью решить следующий вопрос, порожденный полученным ответом. Это возвращает нас в изначальную позицию незнания. И так до бесконечности. Чем больше мы получаем ответов, тем больше возникает новых вопросов. Каждый ответ королевы порождает в Алисе все новые вопросы, побуждая ее к постоянному поиску.
  • Метафора сна (приключения Алисы — сон) прекрасно иллюстрирует относительность процесса познания. В Зазеркалье Алиса находит истину, покоряет мышление и становится королевой. В действительности же, проснувшись, она оказывается в исходной точке своего путешествия — дома. Познание — это бег во весь дух, при котором всегда остаешься на начальной позиции: «…it takes all the running you can do to keep in the same place» — «…требуется все бег, на который вы только способны, чтобы удержаться в том же самом месте «.

Можно предположить, что знак, всегда присутствующий в художественном произведении, при адекватной интерпретации и дешифровке может дать представление о философских взглядах его творца, его взаимоотношениях с обществом. Он также позволяет проникнуть в систему индивида. При этом информация, полученная посредством дешифровки знака, носит объективный характер, так как создатель знаков не имеет возможности всегда контролировать их появление с помощью сознания. Знак — это бессознательное, вырвавшееся на поверхность незаметно для творца.

Наш мир построен на принципе зеркальности. Зеркало традиционно считалось предметом визуальной магии. В ритуале гадания оно выполняет роль границы, открывающей вход в потустороннее. Во многом благодаря физическим свойствам и оптическим эффектам (инверсия левого и правого), зеркало получило репутацию предмета, обладающего магическими свойствами.

Зеркало обладает уникальной дуальностью: оно может точно отображать объект, а может искажать его до неузнаваемости. Это свойство Кэрролл и представил в доступных образах. В основе сюжета «Алисы в Зазеркалье» лежит метафора зеркала, представляющая собой концентрацию сознательного и бессознательного, рационального и запредельного, хранящегося в виде символов. Если принять во внимание тот факт, что Алиса ребенок, а зеркало, по сути, — орудие познания, то путешествия девочки — это ее попытка познать мир. Дубровина В. П. Зеркальная метафора (на материале Л. Кэрролла «Алиса в Зазеркалье»). // Вестник АмГУ. — 2000, № 10. — С. 8

Зазеркалье — сфера протекания большинства процессов, мир, понять который можно, только идя в направлении, противоположном первичному нам мышлению (пример с горкой, на которую Алисе удается попасть, только когда она идет в противоположную сторону).

Зазеркальная метафора отражает оппозицию фактов реальности и Зазеркалья:

fast = slow, bee = elephant (быстро = медленно, пчела = слон)

Все события в Зазеркалье взаимосвязаны и взаимообратимы. Движение протекает в двух смыслах-направлениях сразу: memory works both ways. Нашему подсознанию известно не только прошлое, но и будущее.

Метафора зеркала у Кэрролла в то же время отражает и внутренний мир самого автора, делает явными некоторые черты его характера (скромность и тактичность Алисы — бессознательный перенос качеств самого писателя на его героиню), род занятий (всем абсурдным высказываниям даются разумные объяснения, в которых чувствуется логика ученого). Большое количество цифровых комбинаций в произведении выдают автора как математика.

IV. Различное толкование «Алисы в стране чудес» и «Алисы в Зазеркалье»

Произведения «отца нонсенса», между прочим, еще и до сих пор продолжают ставить исследователей в тупик, о чем именно так и высказывается тонкий знаток английского абсурда Н. М. Демурова: «Алиса («Алиса в Стране чудес», «Алиса в Зазеркалье Льюиса Кэрролла) поразила не только неискушенных читателей, но и критиков, — и продолжает ставить их в тупик по сей день». Демурова Н. М. Алиса в Стране Чудес и Зазеркалье. — В кн.: Кэрролл Л. Приключения Алисы в Стране Чудес. Сквозь зеркало и что там увидела Алиса, или Алиса в Зазеркалье. 3-е изд., доп. — М., Наука, 1998. — С. 249

К настоящему времени классический абсурд приобрел множество последователей в разных странах и еще больше почитателей и ценителей.

Искушение «истолковать неистолкуемое» подобно искушению «объять необъятное», которое практически неизживаемо. Исследовать такие версии-истолкования — занятие веселое и отнюдь не такое бесполезное, как это может показаться в начале ХХI века.

Обратимся к некоторым примерам интерпретации «Алисы в Стране чудес» и «Алисы в Зазеркалье».

Вот, скажем, решение «Алисы» физиками Смаллиан Р. Как же называется эта книга? — М.: Мир, 2001. — С. 37:

«В сценах Безумного чаепития и Суда (так же, как и во многих других эпизодах из «Алисы в Стране чудес» и «Алисы в Зазеркалье») физик без труда различает злую, но точную карикатуру на процесс развития физической теории. Насколько бы ни была абсурдна схема судопроизводства «First a verdict, then proofs» — «Сначала приговор, потом доказательства», именно она передает то, что не раз происходило в истории физики.

Вспомним хотя бы обстоятельства «рождения» квантовой механики. Многочисленные попытки описать спектр черного тела, предпринятые физиками в конце XIX века, оказались неудачными. При больших частотах в ультрафиолетовой части спектра хорошо «работала» формула Вина, при малых — совсем другая формула Рэлея-Джинса. Сшить оба куска в единое тело так, чтобы «все было по правилам» (как хотел того на суде Белый Кролик), не удавалось никому: безупречные логичные доказательства приводили к софизму. И тогда Планк во имя спасения физики решился на предположение, которое противоречило всему опыту предшествующего развития физики. Он высказал знаменитую гипотезу квантов: энергия атома изменяется не непрерывно, а может принимать лишь дискретный ряд значений, пропорциональных кванту действия.

О своем «приговоре» Планк сообщил 14 декабря 1900 года на заседании Берлинского физического общества. И, хотя формула Планка была проверена экспериментально в ту же ночь, понадобилось не одно десятилетие, прежде чем были «собраны доказательства» и квантовая механика обрела статус физической теории.

А вот еще одна, из совсем третьей области, попытка интерпретации «Алисы»:

«…удивительно, что в невинных, казалось бы, диалогах, забавлявших детей… сложные соотношения психологического времени и памяти так отчетливо названы. Читая Кэрролла, взрослый читатель, приобщенный к науке о времени, невольно ассоциирует парадоксы Кэрролла с современными представлениями о зыбкости и относительности таких привычных понятий, как настоящее, прошлое, будущее, завтра, вчера, давно, когда-нибудь, одновременно, раньше, позже и так далее. Календарная последовательность событий — внешних и внутренних — ломается и перестраивается не только в мире физического времени — в согласии с учением Эйнштейна, но и в мире нашего внутреннего „психологического“ времени…». Дубровина В. П. Зеркальная метафора (на материале Л. Кэрролла «Алиса в Зазеркалье»). // Вестник АмГУ. — 2000, № 10. — С. 9

На самом деле, интерпретации произведений Л. Кэрролла можно множить и множить. Мартин Гарднер в «Аннотированной Алисе» признается:

«Я старался избежать двух типов комментариев — не потому что они трудны и недостойны внимания, а потому что они настолько легки, что любой не лишенный сообразительности читатель может написать их сам. Я имею в виду аллегорические и психоаналитические толкования. Подобно „Одиссее“, Библии и другим великим порождениям человеческого гения, книги об Алисе легко подаются символическому прочтению любого рода — политическому, метафизическому, фрейдистскому. Некоторые из этих ученых интерпретаций могут вызвать лишь смех. Шан Лесли, например, в статье „Льюис Кэрролл и Оксфордское движение“ находит в „Алисе“ зашифрованную историю религиозных баталий викторианской Англии. Банка с апельсиновым вареньем, например, в его толковании — символ протестантизма (апельсины оранжевого цвета — отсюда связь с Вильгельмом Оранским и оранжистами). Поединок Белого и Черного Рыцарей — это знаменитое столкновение Томаса Гексли и епископа Сэмюэла Уилберфорса, Синяя Гусеница — это Бенджамен Джоветт, а Белая Королева — кардинал Джон Генри Ньюмен, тогда как Черная Королева — это кардинал Николас Уайзмен, а Бармаглот может только выражать отношение британцев к папству…». Гарднер М. Аннотированная Алиса. — В кн.: Кэрролл Л. Приключения Алисы в Стране Чудес. Сквозь зеркало и что там увидела Алиса, или Алиса в Зазеркалье. 3-е изд., доп. — М., Наука, 1998. — С. 251

Нетрудно предположить, что в последнее время большая часть толкований носит психоаналитический характер. Александр Вукотт как-то выразил удовлетворение по поводу того, что психоаналитики не трогают «Алису». С тех пор прошло двадцать лет, и теперь все мы — увы! — стали фрейдистами. Нам не надо объяснять, что значит упасть в заячью нору или свернуться клубком в маленьком домике, выставив одну ногу в трубу.

Кажется, количество примеров различных толкований, по крайней мере, «Алисы» уже вполне достаточное — и настало время присоединиться к общему выводу хотя бы и того же Мартина Гарднера:

«…в любом нонсенсе столько удобных для интерпретации символов, что, сделав относительно автора любое допущение, можно без труда подобрать к нему множество примеров».

  • Заключение
  • В заключение следует еще раз сказать о том, что язык — это зеркало культуры, в нем отражается не только реальный мир, окружающий человека, не только реальные условия его жизни, но и общественное самосознание народа, его менталитет, национальный характер, образ жизни, традиции, обычаи, мораль, система ценностей, мироощущение, видение мира. Являясь важным средством коммуникации, язык художественной литературы наиболее полно отражает культуру создавшего ее народа.
  • «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» произведения Л. Кэрролла, написанные на английском языке, и несут в себе культуру, присущую именно Англии во времена Кэрролла.
  • Л. Кэрролл жил в Викторианскую эпоху, которая длилась шестьдесят четыре года: с коронации королевы Виктории в 1837 году до ее смерти в 1901 году.
  • Викторианская эпоха — эпоха светского общества и пышных балов. Возможно Л. Кэрролл был довольно замкнутым человеком и избегал светского общества именно потому, что ему как ученому претила атмосфера лжи и мнимой значимости света с его многочисленными фикциями.
  • На примере светского мира Зазеркалья можно проследить развенчание Кэрроллом светского знака, который не имеет ничего общего с мыслью, а просто формально ей сопутствует. Королева говорит Алисе: «Curtsey, while you’re thinking what to say». — «Реверанс, в то время как вы думаете, что говорить». То есть мышление и светский знак — это два непересекающихся понятия. Светский знак не нуждается в мысли, он сам ее замещает. «Speak when you’re spoken to» — «Говорите, когда с вами говорят». Светское общение это обмен знаками, а не мыслями. Этикет обязывает отвечать на знак знаком, а не мыслями.
  • Алису представляют бараньему окороку. «A leg of mutton» — метафора, смысл которой в том, что многие представители светского общества обладают интеллектом в той же мере, что и баран — животное глупое и упрямое. Но даже окорок может подавать светский знак: «The leg of mutton got up in the dish and made a little bow to Alice». — «Бараний окорок встал в блюде, и сделал небольшой поклон Алисе».
  • Метафора зеркала у Кэрролла в то же время отражает и внутренний мир самого автора, делает явными некоторые черты его характера (скромность и тактичность Алисы — бессознательный перенос качеств самого писателя на его героиню), род занятий (всем абсурдным высказываниям даются разумные объяснения, в которых чувствуется логика ученого). Большое количество цифровых комбинаций в произведении выдают автора как математика.
  • Можно сказать, что о Л. Кэрролле и о его произведениях «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» комментировали, комментируют и будут комментировать очень много:
  • Мартин Гарднер в «Аннотированной Алисе» признается в том, что он старался избежать двух типов комментариев — не потому что они трудны и недостойны внимания, а потому что они настолько легки, что любой не лишенный сообразительности читатель может написать их сам. Он имеет в виду аллегорические и психоаналитические толкования. Подобно «Одиссее», Библии и другим великим порождениям человеческого гения, книги об Алисе легко подаются символическому прочтению любого рода — политическому, метафизическому, фрейдистскому. Некоторые из этих ученых интерпретаций могут вызвать лишь смех. Шан Лесли, например, в статье «Льюис Кэрролл и Оксфордское движение» находит в «Алисе» зашифрованную историю религиозных баталий викторианской Англии. Банка с апельсиновым вареньем, например, в его толковании — символ протестантизма (апельсины оранжевого цвета — отсюда связь с Вильгельмом Оранским и оранжистами). Поединок Белого и Черного Рыцарей — это знаменитое столкновение Томаса Гексли и епископа Сэмюэла Уилберфорса, Синяя Гусеница — это Бенджамен Джоветт, а Белая Королева — кардинал Джон Генри Ньюмен, тогда как Черная Королева — это кардинал Николас Уайзмен, а Бармаглот может только выражать отношение британцев к папству.
  • Такое множество предположений существует из-за того, что это «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье» — это странные и загадочные произведения, которые заставляют думать не только о содержании, но и о том, что они несут в себе культуру, присущую Англии именно во времена Кэрролла.
  • Список литературы

1. Борисенко А., Демурова Н. Льюис Кэрролл: мифы и метаморфозы. // Иностранная литература. — 2003, № 7

2. Важдаев В. Л. Кэролл и его сказка. // Иностранная литература, 1995, № 7

3. Гарднер М. Аннотированная Алиса. — В кн.: Кэрролл Л. Приключения Алисы в Стране Чудес. Сквозь зеркало и что там увидела Алиса, или Алиса в Зазеркалье. 3-е изд., доп. — М., Наука, 1998. — 332с.

4. Делез Ж. Логика смысла. Пер. с фр. — М.: Раритет, 1998. — 198с.

5. Делез Ж. Марсель Пруст и знаки. Пер. с фр. // Лаборатория исследований при философском факультете СПГУ. — СПб.: Алетейя, 1999. — 92с.

6. Демурова Н. М. Алиса в Стране Чудес и Зазеркалье. — В кн.: Кэрролл Л. Приключения Алисы в Стране Чудес. Сквозь зеркало и что там увидела Алиса, или Алиса в Зазеркалье. 3-е изд., доп. — М., Наука, 1998. — 332с.

7. Демурова Н. М. Льюис Кэрролл. Очерк жизни и творчества. — М.: Наука, 1999. — 89с.

8. Дубровина В. П. Зеркальная метафора (на материале Л. Кэрролла «Алиса в Зазеркалье»). // Вестник АмГУ. — 2000, № 10

9. Кэрролл Л. Алиса в стране чудес. Алиса в Зазеркалье. — М.: ЭКСМО, 2004. — 216с.

10. Кэрролл Л. Alice in wonderland / Алиса в стране чудес. Алиса в Зазеркалье: На английском языке. — М.: Глосса, 2001. — 156с.

11. Падни Дж. Льюис Кэрролл и его мир. — М.: Радуга, 1992. — 202с.

12. Смаллиан Р. Как же называется эта книга? — М.: Мир, 2001. — 82с.

13. Сопоставительный анализ русских переводов Л. Кэрролла Alice in wonderland // Семантика и прагматика языка в диалоге культур. — 1998, № 2

14. Эко У. Отсутствующая структура. — СПб.: Петрополис, 1998. — 117с.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой