Гагаузы: трансформации миграционного поведения (вторая половина ХХ - начало ХХI вв.)

Тип работы:
Диссертация
Предмет:
Этнография, этнология и антропология
Страниц:
224


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Важнейшими факторами, обусловливающими воспроизводство любого этноса, наряду с его территориальной организацией, политическим статусом, спецификой межэтнических контактов, является характер демографических процессов, тип сложившегося демографического поведения, включающего в себя брачное, репродуктивное, самосохранительное и миграционное поведение. Демографическое воспроизводство, физическое возобновление поколений людей, не гарантируя их функционирования как носителей этнических качеств, является тем не менее необходимой предпосылкой этнокультурного воспроизводства. В свою очередь, сложившийся образ жизни, культурная специфика и особая система ценностных ориентацией этносов влияют на их демографическое поведение. Чем малочисленнее этнос, тем более существенное влияние на воспроизводство его численности и основных демографических структур (половозрастной, семейной) оказывают изменения, трансформации, происходящие в процессах рождаемости и смертности, брачности и разводимости, а также в процессах миграции. Разнонаправленные миграционные перемещения, существенно влияя на картину расселения народа, на динамику численности этноса на разных территориях, ведут к расширению возможностей для межэтнического взаимодействия, межэтнических контактов на разных уровнях. Они могут способствовать постепенной утрате языка этноса, его традиционных норм поведения, ценностных ориентаций, усилению ассимиляционных процессов, смене этнической идентичности у части представителей этноса, и, в конечном счете, в значительной мере определяют сохранность этноса, перспективы его демографического воспроизводства.

После распада СССР на постсоветском пространстве сложилась новая миграционная ситуация, миграции приобрели вынужденный харакетер и более выраженную этническую составляющую. Бурно происходящие процессы глобализации, интернационализации производства, привели к интеграции национальных рынков труда, к усилению процессов международной миграции, т. е. способствовали тому, что страны бывшего советского пространства включились в систему общемировых миграционных процессов. До середины -1980-х-годов-международная-миграция-была-слабым-рз^чейком-нафонемощ-- -ных внутренних миграционных потоков в бывшем Советском Союзе из-за & laquo-закрытости государства& raquo-. После развала СССР и произошедших базовых изменений в политической и социально-экономической жизни вновь созданных государств на постсоветском пространстве процессы международной миграции, в т. ч. трудовой, получили бурное развитие. Стремительный рост масштабов международной миграции, изменение направлений ее потоков, а также сложные последствия этого явления как для самих мигрантов, так и для демографического, социального и экономического развития стран, отдающих и принимающих население, вызывают необходимость серьезного изучения происходящих процессов. Явление гастарбайтерства, как и связанная с ним безвозвратная миграция, эмиграция, становятся не только политической, социально-экономической, но и актуальной этнодемографической проблемой, особенно значимой для государств, активно теряющих свое население в результате международной миграции, а также для малочисленных народов, чей демографический потенциал в значительной степени детерминирован происходящими миграционными процессами. Среди стран и этнических общностей постсоветского пространства в этом отношении особенно выделяются Республика Молдова и населяющие ее гагаузы — тюркоязычный народ православного вероисповедания, численностью в 148 тысяч человек, из которых примерно 16−20 тысяч составляют международные трудовые мигранты.

История последних 200−250 лет существования гагаузов — это история переселений, миграций, добровольных и принудительных, организованных и стихийных, легальных и нелегальных, временных и окончательных, безвозвратных, менявших рисунок расселения народа, расширявших или сужавших территорию его проживания. Это история адаптации, приспособления к новым, изменяющимся условиям жизни, к новым землям, новой природе, иному ландшафту, иному укладу жизни, иным соседям и отношениям- адаптации всегда этнического меньшинства к иноэтничному (и нередко иноконфес-сиональному) большинству или поликультурному окружению. Последние десятилетия XX и начало XXI вв., насыщенные процессами трансформации всех сторон жизни общества, усилили и усложнили пути миграций гагаузов, модифицировали их миграционное поведение и траектории их адаптивных практик, вызвав неоднозначные перемены в картине расселения народа и в процессах его воспроизводства.

Распад Советского Союза привел к разделению на части и так малочисленного этноса, оказавшегося в массе своей поделенным между тремя государствами — Молдавией, Украиной и Россией, что ослабило статусные позиции разделенного народа, во многом определяемые его численностью, снизило конкурентноспособность этнической группы как в экономической, так и в политической сферах внутри новых стран ее расселения. Произошло резкое снижение уровня жизни гагаузов, усилилось социальное и имущественное расслоение, ускорились распад семей и снижение рождаемости в гагаузских семьях, постарение населения, уменьшение доли в нем активных трудоспособных лиц. Все это, а также масштабные миграционные перемещения за пределы основного этнического ядра их расселения, за границы пусть условного, зыбкого, но единственного в мире государственного образования гагаузов — Гагауз-Ери, в том числе наиболее молодого и образованного поколения, создают серьезную опасность целостности этноса, стабильности его воспроизводственных процессов, демографических и социальных перспектив развития гагаузов. Сокращение численности народа, обеднение структуры, как демографической, так и социально-профессиональной, может осложнить этнокультурное воспроизводство гагаузов, коренным образом изменить их дальнейшую историю. Все это неизбежно ставит на повестку дня такого по-лиэтничного государства как Республика Молдова, где проживает большая часть гагаузов, вопрос о создании и совершенствовании социально-экономи

--------ческих условий, правовых и организационных форм-защиты самобытности, сохранения культуры и дальнейшего социального развития населяющих ее малочисленных народов, что является одним из способов поддержания этнополитиче-ской стабильности в многоэтничном государстве.

Все вышесказанное определяет актуальность изучения проблем, выбранных в качестве темы диссертационного исследования, связанных с динамикой и трансформациями миграционного поведения гагаузов и их влиянием на демографическое воспроизводство этноса.

Степень научной разработанности проблемы. Научные подходы и труды, раскрывающие некоторые аспекты темы, представлены в рамках различных наук: общей демографии, этнодемографии, этнологии, этносоциологии, этнопсихологии и др. Условно их можно разделить на два комплекса: 1) труды, посвященные изучению гагаузского этноса- 2) исследования по миграции, миграционному поведению, в общем, и этнической миграции и этнокультурной адаптации, в частности.

Первые упоминания гагаузов в Российской империи, как и начало их научного изучения, относятся к середине XIX века. Ученые и общественные деятели второй половины XIX в. впервые охарактеризовали особенности языка гагаузов, их материальной, духовной и соционормативной культуры. В конце века гагаузы были внесены в официальный перечень народов России, и в переписи населения 1897 г. численность бессарабских гагаузов была зафиксирована в категории населения, говорящего на турецком языке. До этого времени в официальных источниках гагаузы не выделялись из среды болгар, вместе с которыми в составе задунайских переселенцев они начали переселяться из Болгарии в Буджак во второй половине XVIII в., а потому изучение процессов этнодемографического развития гагаузов, в том числе миграции, было затруднено. Но так или иначе проблемам демографического развития гагаузов в связи с изучением истории и демографии южных регионов России, вопросам их этногенеза, языка, традиционной культуры и быта было посвя--щено немало научных трудов. Среди известных отечественных исследователей этих проблем необходимо назвать имена ученых XIX-начала XX вв. — Н. С. Державина, А. Защука, П. И. Кеппена, А. Клауса, В. А. Мошкова, А.А. Скаль-ковского, М. Чакира и др. 1, а также исследователей XX—XXI вв. — Л. С. Берга, Н. А. Баскакова, С. С. Булгара, Г. А. Гайдаржи, И. Ф. Грека, М. Н. Губогло, И. В. Дрона, ВЛ. Дыханова, В. С. Зеленчука, В. М. Кабузана, Е. Н. Квилинковой, С. С. Курогло, М. В. Маруневич, И. И. Мещерюка, Д. Е. Никогло, А. К. Папцовой, Л. А. Покровской, О. К. Радовой, Е. С. Сорочану, Д. Н. Танасоглу, Г. Н. Топузлу, Б. П. Тукана, П. Чеботаря, Л. С. Чимпоеш, А. В. Шабашова, М. И. Ярмоленко и др.2 Среди известных исследователей Болгарии, Польши и Румынии, зани

1 Державин Н. С. Болгарские колонии в России. Таврическая, Херсонская и Бессарабская губернии. София, 1914- Державин Н. С. О наименовании и этнической принадлежности гагаузов. Кишинев, 2005- Защук А. Этнография Бессарабской области // ЗООИД. 1863. Т.5.- Кеппен П. Хронологический указатель материалов для истории инородцев Европейской России. Спб., 1861- Мошков В. А. Гагаузы Бендерского уезда (Этнографические очерки и материалы). Кишинев, 2004- Скальковский A.A. Болгарские колонии в Бессарабии и Новороссийском крае. Спб., 1848 и др.

2 Берг JI.C. Бессарабия. Страна, люди, хозяйство. При, 1918- Губогло М. Н. Малые тюркоязычные народы Балканского полуострова (К вопросу о происхождении гагаузов) // Автореф. дисс. канд. истор. наук. М., 1967- Дрон И. В., Курогло С. С. Современная гагаузская топонимия и антро- понимия. Кишинев, 1989- Зеленчук B.C. Население Бессарабии и Поднестровья в ХГХ в. Кишинев, 1979- Квилинкова E.H. Традиционная духовная культура гагаузов: этнорегиональные особенности. Кишинев, 2007- Курошо С. С. Семейная обрядность гагаузов в XIX — начале XX вв. Кишинев, 1980- Курогло С. С., Маруневич М. В. Социалистические преобразования в быту и культуре гагаузскомавшихся проблемами гагаузов, нельзя не упомянуть К. Баева, И. Градешлие-ва, М. П. Губоглу, Г. Димитрова, В. Зайончковского, М. Иванову, А. Манова, В. Маринова, Э. Миланова, Н.И. Милиш-Титяка, М. Николову, Н. Стойкова, И. Титорова, Д. Тодорову, И. Червенкова и др. 1

Однако проблемы современного демографического и социокультурного развития-гагаузов в XX—XXI вв. во многом оставались вне поля зрения ученых, хотя актуальность их не вызывала сомнений. Исключением из этого правила явился ряд работ М. Н. Губогло, посвященных этнополитической истории гагаузов, их этнокультурному развитию во второй половине XX века, проблемам языка, труда и трудовой деятельности гагаузов в условиях становления рыночной экономики2- работы Е.Н. Квилинковой3, исследующей регионально населения МССР. Кишинев, 1983- Маруневич М. В. Материальная культура гагаузов, XIX — начало XX вв. Кишинев, 1988- Мещерюк И. И. Социальное и экономическое развитие болгарских и гагаузских сел Южной Бессарабии (1808−1856 гг.). Кишинев, 1970- Никогло Д. Е. Система питания гагаузов в XIX — начале XX вв. Кишинев, 2004- Покровская JI.A. Современный гагаузский язык (курс лекций). Комрат, 1997- Радова (Каранастас) O.K. Гагаузы в составе задунайских переселенцев и их поселения в Буджаке (конец XVIII-первая четверть XIX вв.). Кишинев-Комрат, 2001- Топузлу Г. Н., Анцупов И. А. Очерки истории гагаузов в XIX веке. Кишинев, 1993- Шабашов A.B. Гагаузы: система терминов родства и происхождение народа. Одесса, 2002- Ярмоленко М. И. Расселение и обустройство гагаузов в Бессарабии (XIX — нач. XX ст.). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Львов, 2001 и др.

1 Градешлиев И. Гагаузите. Изд.2. Добрич, 1994- Манов А. Потеклото на гага узите: Техните обичаи и нрави. Варна, 1938- Zajaczkowski Wl. Jezyk i folklor gagauzow z Bulgarii // Polska Akademia nauk, Nr.5. Krakowie, 1966 и др.

2 Губопло M.H. Именем языка. М., 2006- Губопло М. Н. К изучению идентичностей. Вопросы теории. // Этническая мобилизация и межэтническая интеграция. М., 1999- Губогло М. Н. Русский язык в этнополитической истории гагаузов. М., 2004 и др.

3 Квилинкова E.H. Традиционная духовная культура гагаузов: этнорегиональные особенности. Кишинев, 2007- Квилинкова E.H. Религиозность гагаузов и формы проявления религиозной ные особенности традиционной духовной культуры гагаузов- Л. В. Остапенко, анализировавшей развитие социальной структуры гагаузов И. А. Гришаева, С. С. Курогло, изучавших проблемы современной гагаузской семьи2 — С.С. Са-воскула, исследовавшего современные тенденции процессов социокультурного развития гагаузов3 — П. М. Пашалы, А. Н. Няговой, занимающихся проблемами становления и развития гражданского общества в Гагаузии. --

Особенности современного расселения гагаузов, их миграции, в том числе международные, трудовые (так называемое гастарбайтерство) и проблемы социально-экономической и культурной адаптации гагаузских мигрантов к новым условиям жизни, к инокультурному окружению следует отнести к числу малоисследованных, но весьма значимых вопросов современного социального и этнодемографического развития гагаузского этноса. Те или иные аспекты этих явлений затрагивались М. Н. Губогло, H.A. Дубовой, А.Н. Ямс-ковым4. идентичности // Этнографические исследования в Республике Молдова. Кишинев, 2006.

1 Остапенко JI.B. Особенности и перспективы трудовой занятости гагаузов Молдовы//Эт-носоциальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. Российский этнограф, 1993, вып. 17.

2 Гришаев И. А., Курогло С. С. Семейно-бытовая сфера жизни гагаузов //Этносоциальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. Российский этнограф, 1993, вып. 17.

3 Савоскул С. С. Этносоциальные аспекты культурной жизни. //Этносоциальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. Российский этнограф, 1993, вып. 17.

4 Губогло М. Н., Дубова H.A. Временные трудовые мигранты: созидание и/или разрушение? // Гастарбайтерство. Факторы выталкивания и притяжения. М., 2006- Губогло М. Н., Дубова H.A. Социально-адаптивная и этноразрушительная энергия гастарбайтерства. // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. М., 2004, N 174- Ямсков А. Н. Временные трудовые миграции за рубеж гагаузов села Чишмикиой // Русский язык в тюрко-славянских этнокультурных взаимодействиях. М., 2005- Ямсков А. Н., Дубова Н. М. Свет и тени гастарбайтерства в с. Чишмикиой. //Гастарбайтерство. Факторы выталкивания и притяжения. М., 2006 и др.

Исследование миграции имеет солидную историографию. Уже с конца XIX в. формируются подходы к изучению миграции как социального процесса. Первые научные работы, посвященные непосредственно миграции, связываются с именем Е. Равенстайна, который, обобщив ряд эмпирических исследований, сформулировал одиннадцать правил миграции, используемых до сих пор. Основы методологических подходов к исследованию миграции зало--жены в работах классиков социологической мысли: М. Вебера, Г. Зиммеля, К. Маркса, Р. Мертона, Т. Парсонса.

В России еще в начале XX в. появились работы И. Л. Ямзина, Г. К. Гинса, М. М. Ковалевского, А. А. Кауфмана, В.П. Вощинина1, а позднее работы В.В. Покшишевского2, в которых обобщался опыт переселенческого движения населения России, обустройства переселенцев. В последующие годы исследования проблем миграции носили главным образом экономический характер, будучи тесно увязаны с экономической ролью миграции в процессах перераспределения трудовых ресурсов в период социалистической реконструкции страны, при освоении новых территорий.

Новый пик в исследованиях миграции в нашей стране пришелся на 1960-е гг. Именно в этот период появились работы, посвященные общей теории миграции, изучению основных параметров миграционных процессов, классификации факторов миграции и выявлению их воздействия на различные группы населения (Д.И. Валентей, В. М. Моисеенко, В. ИЛереведенцев, Л.Л. Рыба-ковский, Б. С. Хорев. В. Н. Чапек и др.)3. К этому же периоду относится поста

1 Вощинин В. П. Очерки нового Туркестана. Свет и тени русской колонизации. Спб., 1914- Ямзин И. Л., Вощинин В. П. Учение о колонизации и переселениях. M-JL, 1926- Кауфман

A.A. Переселение и колонизация. Спб., 1905- Гинс Г. К. Переселение и колонизация. Спб., 1913, вып.2 и др.

2 Покшишевский В. В. Заселение Сибири. Иркутск, 1951.

3 Моисеенко В. М. Территориальное движение населения. М., 1985- Переведенцев В. И. Современные миграции населения Западной Сибири. Новосибирск, 1965- Переведенцев

B.И. Методы изучения миграции населения. М., 1975- Рыбаковский JI. JI. Региональный новка вопроса об изучении миграционного поведения как совокупности действий или поступков, логически приводящих к миграции населения, вследствие чего меняются некоторые характеристики жизненного положения мигранта. Наиболее полно теоретические основы исследования данного вида социального поведения были разработаны новосибирскими социологами под руководством Т. И. Заславской.1 Идеи, методика исследования миграционного-поведения получили дальнейшее развитие в 1980-е годы в работах Л.Л. Рыба-ковского и его коллег.2 В 1990-е гг. сложилась новая миграционная ситуация и миграционные процессы стали определяться факторами, связанными с распадом СССР, разрушением единого политического и экономического пространства, значительным спадом промышленного производства и сокращением занятости населения. Абсолютно новым явлением стало появление беженцев и вынужденных переселенцев, покидающих места проживания из-за межэтнических конфликтов, т. е. в яркой форме проявились этнические факторы миграции. Эти проблемы стали предметом исследования ученых ряда институтов Российской Академии наук — Института этнологии и антропологии (Ю.В. Арутюнян, М. Н. Губогло, Н. М. Лебедева, С. С. Савоскул, В. В. Степанов, В. А. Тишков, Е.И. Филиппова), Института социально-политических исследований (Л.Л. Рыбаковский, Н. В. Тарасова В.Д. Шапиро,), Института социологии (Л.М. Дробижева, И. М. Кузнецов В.И. Мукомель, Э.А. Паин), Института народнохозяйственного прогнозирования (Г.С. Витковская, А. Г. Вишневский, Ж. А. Зайончковская, Т.Д. Иванова), Института востоковедения (Н.П. Космар-ская, С.А. Панарин) и др. Особое внимание при этом было уделено проблемам вынужденной миграции русских из стран ближнего зарубежья в Россию. анализ миграций. М., 1973 и др.

1 Миграция сельского населения: цели, задачи и методы регулирования. Новосибирск, 1969.

2 Рыбаковский Л. Л., Шапиро В. Д. Методика социологического изучения демографического поведения. Вып. 1. Миграционное поведение. М., 1985.

Стремительный рост масштабов международной миграции в конце XX-начале XXI вв., изменение направлений ее потоков, а также сложные последствия этого явления вызвали необходимость серьезного изучения происходящих процессов. К настоящему времени в западной науке исследования международной трудовой миграции приобрели широкий размах. Значительный интерес к проблеме наблюдается-и у ученых России (В.А. Ионцев, Е. СгКра-синец, Е. С. Кубишин, А. В. Топилин, Е. В. Тюрюканова и др.)1 и стран ближнего ее зарубежья, в том числе Молдавии, для которой вопросы международной трудовой миграции стали особенно актуальными как для страны, стремительно теряющей в этом процессе население.

Исследования феномена международной трудовой миграции из Молдавии, основанные на социологических опросах, проводились различными Международными центрами и молдавскими экономистами и социологами, начиная с середины 1990-х годов. В ходе этих исследований выяснялись масштабы трудовой миграции, качественный состав мигрантов и мотивы га-старбайтерства (Е. Бурдельный, А. Гудым, С. Киркэ, В. Мошняга, В. Мунтяну, В. Теоса и др.). Но среди множества работ молдавских ученых, посвященных международной трудовой миграции в Молдавии, лишь в немногих затрагивались этнические аспекты этой проблемы.

В этот же период появилось много работ, в которых рассматривались различные стороны миграции и адаптации иноэтничных групп мигрантов к новой среде, вопросы их взаимодействия. Это работы С. А. Авакьяна, В. В. Амелина, Ю. В. Арутюняна, И. М. Бадтыштовой, С. С. Борисова, В. В. Гриценко, Л. М. Дробижевой, В. Н. Иванова, И. М. Кузнецова, Л. В. Макаровой, Г. Ф. Морозовой, Г. У. Солдатовой, Н. В. Тарасовой, Ж. Т. Тощенко, Л. А. Шайгеровой, Р. Г. Яновского и др.

В настоящее время активно изучаются проблемы адаптации мигрантов на

1 Ионцев .В. А. Международная миграция. М., 2002-Красинец Е. С. Международная миграция населения в России в условиях перехода к рынку. М., 1997 и др. региональном уровне, важнейшим аспектом которых является исследование факторов межкультурной коммуникации и особенностей межэтнических взаимодействий, включая проблемы диаспор. К этому направлению можно отнести работы М. А. Аствацуровой, Г. С. Денисовой, В. И. Дятлова, В. Д. Попкова, М. Ю. Орловой, В. Н. Петрова, С. В. Рязанцева, В. Н. Титова, Ю. А. Чеботарева, А. А. Хастян и др.

Объектом диссертационного исследования является взрослое (от 16 лет и старше) гагаузское население Республики Молдова. Особое внимание в работе уделено группе международных трудовых мигрантов гагаузской национальности из Молдавии, мигрировавших в Российскую Федерацию, в т. ч. в Москву.

Предмет исследования представляет миграционное поведение гагаузов (в различных исторических и географических координатах) на трех его этапах -ретроспективной, реальной и потенциальной миграции, адаптации к условиям жизни в иноэтничной среде.

Хронологические рамки исследования включают вторую половину XX — начало XXI вв. Однако в диссертации применен и ретроспективный подход, позволивший проанализировать по литературным источникам (фрагментарно) традиции миграций гагаузов, прежде всего трудовых, на протяжении XIX — начала XX вв., что значительно расширило источниковедческие и хронологические рамки работы.

Территориальные рамки исследования ограничены территорией бывшего Советского Союза, ныне постсоветским пространством. с

Цель исследования — анализ трансформаций миграционного поведения гагаузов во второй половине XX — начале XXI вв. и их влияния на сохранность и воспроизводство малочисленного этноса.

Для достижения поставленной цели решались следующие задачи:

1. Анализ воздействия миграционных перемещений на динамику численности, пространственно-временные особенности и основные закономерности расселения гагаузов в Российской империи, в СССР и на постсоветском пространстве.

2. Исследование изменений в процессах урбанизации у гагаузов, трансформации системы и структуры городского и сельского рас& mdash- - селения на основной-территории их проживания — в Республике

Молдова.

3. Изучение влияния культурных традиций на миграционное поведение гагаузов Бессарабии в XIX — начале XX вв.

4. Сравнительный анализ миграционного поведения гагаузов в СССР в 1970−80-е годы и в постсоветский период: выявление масштабов, направлений, структуры миграции, факторов выталкивания и стабилизации, мотивации миграционного поведения, а также социально-экономических и демографических последствий миграции.

5. Исследование структурных изменений потенциальной миграции у гагаузов.

6. Изучение влияния этнокультурных факторов на процессы социально-культурной адаптации гагаузских и молдавских трудовых мигрантов в странах приема (на примере Москвы).

7. Уточнение моделей адаптации гагаузских и молдавских трудовых мигрантов

Теоретико-методологические основы исследования Проблемы миграций, миграционного поведения различных этнических групп населения, социально-культурной адаптации мигрантов в принимающем сообществе в силу своей сложности и многосторонности находятся в поле зрения представителей разных наук. Многомерность научных подходов к исследованию миграции, комплексность изучения сложного социального феномена — миграционного поведения этнической общности — сделали неизбежным использование в работе целого спектра теоретико-методологических концепций.

Теоретическую и методологическую основу исследования составляют принципы исторического, системного, структурного и функционального подходов. Исторический подход позволяет выявить динамику миграционного процесса^ системный-подход-его-многофакторную целостность. Структурный метод дал возможность рассмотреть миграцию как процесс, состоящий из ряда иерархически расположенных объектов и элементов, трансформирующихся в соответствии с собственной логикой и логикой социального развития. Функциональный подход раскрывает миграцию с точки зрения ее воздействия на развитие этноса в целом и отдельных его групп, в частности.

Важными методологическими и теоретическими источниками явились классические работы в области этнологии (С.А. Арутюнов, Ю. В. Бромлей, П. И. Кушнер, Ю. И. Семенов, В. А. Тишков, С.А. Токарев)1, этнодемографии (В.И. Козлов, П.И. Пучков)2 и социологии (Ю.В. Арутюнян, Т.И. Заславская)3, теории и концепции современных западных и отечественных ученых.

В своей работе автор опирался на основы социологических подходов к изучению миграции, заложенные в трудах М. Вебера, К. Маркса, Г. Зиммеля, Т. Парсонса, на теоретические подходы к анализу миграций отечественных и зарубежных социологических школ, в том числе на концепции миграционно

1 Арутюнов С. А. Народы и культуры: развитие и взаимодействие. М., 1989- Бромлей Ю. В. Этнос и этнография. М., 1973- Кушнер П. И. Этнические территории и этнические границы. М., 1956- Тишков В. А. Реквием по этносу. М., 2004 и др.

2 Козлов В. И. Динамика численности народов. М., 1969- Козлов В. И. Этническая демография. М., 1972- Казьмина O.E., Пучков П. И. Основы этнодемографии. М., 1994.

3 Арутюнян Ю. В. Трансформация постсоветских наций. М., 2003- Арутюнян Ю. В. Москвичи. Этносоциологическое исследование. М., 2007. го поведения (Т.И. Заславская, Л. Л. Рыбаковский, В.Д. Шапиро), теорию трех-стадийности миграционного процесса (Л.Л. Рыбаковский), концепцию взаи-мозамещаемости различных форм миграционной подвижности (Б.С. Хорев, В.М. Моисеенко), концепции неоклассической экономической теории равновесия (Э. Равенстайн), макроуровневой теории (М. Тодаро), микроэкономической-теории-индивидуальнош-выбора-(Дж. Борджас),-концепции факторов «притяжения-выталкивания» (Э. Ли), новой экономической теории миграции (О. Старк), теории человеческого капитала (Л. Съястад), интегративной теории & laquo-миграциологии»-, разработанной В. А. Ионцевым, социологии миграции как специальной социологической теории (Т.Н. Юдина) — теории двойного рынка труда (М. Пиор), теории миграционной системы связей (сетей) и др.

Определенное влияние на авторский подход к анализу адаптивного поведения мигрантов оказали теории и концепции аккультурации (Дж. Берри), культурных границ (Ф. Барта), культурной дистанции (А. Фернхем, С. Бочнер).

При анализе сложных процессов социально-культурной адаптации иноэт-ничных мигрантов к принимающему сообществу автор опирался на теоретические подходы и результаты эмпирических исследований В. Анучина, В. В. Гриценко, Л. В. Корель, И. М. Кузнецова, А. Сухарева и др.

Источниковая база исследования. Работа базируется на разнообразном и репрезентативном материале. Для решения поставленных в диссертации целей и задач была использована обширная база данных, позволившая получить качественный материал для анализа миграционного поведения малочисленного этноса — гагаузов, включавшая шесть основных видов источников:

1. Основу работы составили материалы трех выборочных этнодемо-графических и этносоциологических исследований гагаузского населения, проведенных автором в разные годы. Первое этнодемографическое исследование гагаузского населения Молдавии было проведено в 1989−90 гг., времени активней борьбы гагаузов за свое самоопределение. В эти годы коллектив этносоциологов Института этнографии АН СССР (Гришаев И.А., Остапенко JI.B., Савоскул С. С., Субботина И.А.) совместно с коллегами из Отдела гагау-зоведения Академии наук МССР (руководимого в те годы Курогло С.С.) провели масштабное этнодемографическое и этносоциологическое исследование среди гагаузского населения Молдавии, Украины и Северного Кавказа, важным аспектом которого стал анализ демографического развития гагаузов во второй половине XX века, в том числе проблем миграции. Этнодемографическое исследование осуществлялось по программе и методике, разработанной автором диссертационного исследования, некоторые его результаты нашли отражение в коллективной монографии & laquo-Этносоциальные проблемы гагаузов& raquo-1.

Спустя 15 лет, вместивших в себя такие эпохальные события как распад Советского Союза, образование на его руинах 15 новых независимых государств, смену общественного строя с социалистического на капиталистический в постсоветских государствах, разрыв не только экономических, политических, культурных, но и человеческих, семейных, родственных связей, осенью 2004 г- на территории юга Молдавии, теперь уже Гагаузского автономно-территориального образования (ГАТО) в независимой Республике Молдова, автором было проведено повторное этнодемографическое исследование гагаузского населения. Оба исследования, 1989−90 гг. и 2004 г., были осуществлены по единой программе, сопоставимой методике, представительны для всего гагаузского населения Республики Молдова. Кроме того, они были привязаны ко времени проведения переписей населения: последней Всесоюзной 1989 года и первой в независимой Республике Молдова 2004 года, которые проходили, однако, в разных этнополитических условиях: одно в союзной республике Молдавии, другое — в независимом государстве, в составе которого уже существовало и Гагаузское ATO.

1 Этносоциальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. Российский этнограф, 1993, вып. 17.

Третье этносоциологическое исследование проводилось в России, в Москве, в 2006 году и направлено было на изучение проблем адаптации, приспособления гагаузских трудовых мигрантов, так называемых гастарбайте-ров, к жизни в столичном российском мегаполисе, куца они активно мигрировали в последние два десятка лет. Особое место было уделено анализу дальнейших адаптивных стратегий мигрантов из Молдавии. ---

2. Второй источник — первичные материалы текущего учета механического движения населения — отрывные талоны листков прибытия и выбытия -были в СССР обязательными для заполнения мигрантами документами, поступавшими в местные статистические органы и хранившимися в течение года (после чего эти документы уничтожались), являясь в то время единственным открытым источником для изучения структурных показателей этнической миграции, особенно миграции малочисленных этнических групп, не выделявшихся в отдельную графу никакими статистическими формами отчетности. Картотеки паспортных столов милиции, в которых хранились сами листки прибытия и выбытия, были труднее доступны исследователям и работа с данными этих картотек представлялась более сложной и трудоза-тратной.

Разработка массива статистических талонов листков прибытия и выбытия позволила автору получить обширный материал, характеризовавший не только объемы, направления миграции гагаузов Молдавии накануне распада Союза, но и существенные качественные характеристики мигрантов: половозрастную, социально-профессиональную, образовательную, семейную и пр. В разработку было включено 20% из общего массива отрывных талонов листков прибытия и выбытия по городской и сельской местности Молдавии за 1988 г., заполненных мигрантами гагаузской национальности, что составило около 1,5 тыс. листков. Дополнительно к этому массиву в обработку были включены данные по миграции гагаузов в столицу республики — Кишинев — и из него. Выборка по Кишиневу была представлена 50% всей совокупности мигрантов-гагаузов, что составило 450 человек. Аналогичная разработка материалов была проведена и за 1990 г.

3. Данные Всесоюзных переписей населения 1959, 1970, 1979, 1989 гг. и переписи населения России 2002 года, отражающие динамику численности и расселения гагаузов, а также материалы первых переписей населения Украины 2001 г. и Республики Молдова 2004 года об изменении их этнического состава, численности в них гагаузского населения, миграционных перемещениях жителей страны разных национальностей.

4. Материалы Российского государственного архива экономики (фонды Всесоюзных переписей населения), разработка которых позволила впервые ввести в научный оборот данные о трансформации расселения гагаузов в СССР за 1959−1989 гг.

5. Данные текущего учета естественного и миграционного движения населения Национального Бюро статистики Республики Молдова и Статистического управления Гагаузии за ряд лет.

6. Научная литература по проблеме

Программа и выборка этнодемографических и этносоциологических исследований. Этнодемографические и этносоциологические исследования, осуществленные автором, носили выборочный характер и проводились: первые два — в районах преимущественно компактного расселения гагаузов на юге Молдавии и в Кишиневе, третье исследование — в столице России, Москве.

В первом исследовании — 1989−90 гг. — выборка была многоступенчатой, стратифицированной, на последнем этапе случайной, представительной для всего гагаузского населения Молдавии. В выборку исследования 1989−90 гг. были включены 10 сел и три городских поселения территории компактного проживания гагаузов на юге Молдавии, а также столица республики — Кишинев. Выборочная совокупность опрошенных гагаузов составила 1070 человек.

Выборка сельского гагаузского населения осуществлялась в несколько этапов. На первом этапе были определены административные районы республики, где наиболее компактно проживало гагаузское население. По последнему административно-территориальному делению советской Молдавии таких районов в 1989 г. оказалось пять: Комратский, Чадыр-Лунгский, Вулканешт-ский, Бессарабский и Тараклийский. Общая численность гагаузов, проживавших на территории этих районов составила 90% всех сельских гагаузов Молдавии. Поскольку административно-территориальное деление республики было довольно динамично и подвергалось определенным изменениям, мы не сочли возможным отбирать населенные пункты для проведения исследования отдельно в каждом административном районе в соответствии с присущими тому или иному району признаками (этнический состав населения, доля сельского гагаузского населения, тип поселения по численности жителей и т. п.). По пяти названным районам был составлен список всех сел (в которых проживали гагаузы), находившихся на их территории, а затем осуществлена ти-пологизация сел по такому признаку как доля гагаузов в населении. В результате анализа было получено три типа сел: 1 тип — преимущественно однонациональные гагаузские села- 2 тип — национально-смешанные села, где доля гагаузов составляла от 15 до 40%- 3 тип — незначительное число гагаузов (менее 15%) в селах с преимущественно однонациональным (негагаузским) населением или населением двух доминирующих этнических групп. Распределение сельского гагаузского населения по названным типам сел показало следующее: 1 тип охватывал 90% всех сельских гагаузов- 2 тип — 6%- 3 тип — 4%. Выборка сельских поселений на этой ступени ограничилась двумя типами сел, в которых проживало 96% всех гагаузов названных районов, не включая в выборку третий тип, в котором 4% гагаузов были расселены в 23 селах, составляя в каждом из них от нескольких человек до нескольких десятков.

Итак, на этом этапе отбора в выборку было включено 35 сел.

Следующим шагом выборки стал отбор в каждом выделенном по доле гагаузов типе сел групп сельских поселений по второму признаку — численности населения. Из каждой группы сел, распределенных по численности и этническому составу населения, случайным образом отбирались поселения, в которых затем был проведен отбор и опрос респондентов в соответствии со структурой генеральной совокупности сельских гагаузов по двум демографическим признакам — полу и возрасту.

В итоге выборочную совокупность составили 10 сел (Дезгинжа, Н. Кон-газчик, Тараклийка, Бешалма, Кирсово, Гайдары, Казаклия, Светлый, Саль-чия, Етулия).

Аналогично этому проводился отбор городских поселений. В выборку были включены следующие городские поселения: Бессарабка, Вулканешты, Чадыр-Лунга и Кишинев.

Исследование 2004 года проводилось в тех же районах компактного проживания гагаузов на юге Республики Молдова, в Гагаузском ATO и в Кишиневе. Выборка формировалась на тех же принципах, что и в предыдущем исследовании. Отличие состояло в том, что выборочная совокупность составила половину от той, которая была представлена в 1989−90 гг. В итоге она насчитывала 670 человек гагаузской национальности.

Коротко остановимся лишь на некоторых основных положениях программы двух первых сопоставимых исследований.

Изучение миграционного поведения гагаузов было одной из составных частей более широкой программы исследования демографического поведения гагаузского населения, включавшего, помимо миграции, брачное и репродуктивное поведение гагаузов. Выявление изменений в брачно-репродуктивном поведении (изменение в отношении к браку, детям, женщине, желаемому полу будущего ребенка, допустимости межэтнических брачных союзов, добрачного сексуального опыта у женщин, внебрачных связей и внебрачной рождаемости и пр.), сужение сферы одних и активизация других факторов, регулирующих процессы в этой сфере, т. е. изучение стереотипов и феноменов в демографическом поведении и их социальной и этнокультурной детерминации является одной из главных задач изучения демографического развития этнических групп----

Анализ брачного и репродуктивного поведения гагаузов в нашем исследовании основывался на базовых индикаторах, которые можно было замерить в ходе массового этносоциологического опроса, таких как возраст вступления в брак, продолжительность брака, его очередность, социально-демографическая и этническая гомогенность брака, возраст появления первого ребенка, количество детей, а также брачные и репродуктивные установки респондентов на оптимальный возраст вступления в брак, этнические предпочтения в браке, установки на идеальное и ожидаемое число детей и пр.

Миграционное поведение анализировалось на двух стадиях: ретроспективной и потенциальной миграции. На изучение ретроспективной миграции были направлены такие индикаторы как место рождения респондента и его родителей (статус населенного пункта, республика), количество совершенных миграций, длительность проживания в данном месте жительства, прежнее место жительства и пр. Потенциальная миграция замерялась при помощи вопросов о намерении сменить место жительства, предпочтительном месте будущего жительства, возможности перемещения в иноэтническую среду, предпочтительности той или иной республики (страны) как месте трудовой миграции, мотивации потенциальной миграции и т. п.

Определенное внимание в вопроснике было уделено сюжету & laquo-семья»-, ибо семья играет огромную роль в трансляции этнокультурной традиции, формируя в процессе социализации социокультурные свойства личности, помогая индивиду осваивать бытующие в данной среде культурные роли, ценности и нормы поведения, в том числе и демографического. Индикаторами здесь являлись такие показатели как семейное положение, размер и состав семьи, число детей в семье, доход и жилищные условия семьи.

Анкета содержала и сведения, дававшие возможность получения демографического и социального портрета человека: пол, возраст, образование, профессия^сфера занятости-------

Социально-демографический характер этого исследования, явившегося первой попыткой проведения подобного исследования гагаузского населения Молдавии, дал возможность выявить и проанализировать социальную и этнокультурную обусловленность демографического поведения гагаузов.

Этносоциологическое исследование в Москве в 2006 г., посвященное проблемам адаптации международных трудовых мигрантов к жизни в российской столице, базировалось на опросе гастарбайтеров из Молдавии, представленных двумя этническими группами — гагаузов и молдаван, что позволило провести сравнительный анализ особенностей их адаптивного поведения, миграционных стратегий гагаузских и молдавских гастарбайтеров и социально-культурных факторов, детерминирующих их выбор. Опрос мигрантов осуществлялся методом & laquo-снежного кома& raquo- и охватил 300 человек — по 150 представителей каждой национальности.

В ходе всех трех исследований использовалась стандартизованная анкета, включавшая в себя как закрытые, так и открытые вопросы. Научная новизна работы. Предлагаемая работа призвана восполнить существующие пробелы в исследовании закономерностей миграционных перемещений гагаузов, особенностей их миграционного поведения, пространственной эволюции гагаузского этноса, характера его расселения, которые во многом определяют этнодемографическую и этносоциальную структуру гагаузов, процессы этнического воспроизводства, межэтнического взаимодействия, сохранности этноса и перспектив его развития.

Научная новизна диссертационной работы состоит в том, что в ней впервые предпринята попытка комплексного анализа современного миграционного поведения гагаузов. Предлагаемая работа выполнялась на стыке нескольких наук, предметом которых могло выступать миграционное поведение этнической общности — демографии, этнологии, социологии и психологии. Рассмотрение миграционного поведения-гагаузов-осуществлено-по ряду& mdash- - конкретных направлений, ранее практически не изученных.

Так, впервые на обширном архивном материале и материалах переписей населения, часть из которых впервые введена автором в научный оборот, исследована полувековая динамика изменений в расселении гагаузов в СССР и на постсоветском пространстве.

Впервые сделана попытка анализа результатов вертикальной миграции населения, связанной с процессами урбанизации у гагаузов, когда переезды определяются не только изменением географии расселения, но и переменами, связанными с повышением или понижением статуса места жительства.

Впервые исследованы процессы современной миграции у гагаузов на трех ее стадиях — ретроспективной, реальной миграции и конечной стадии миграционного процесса — адаптации мигрантов к новым условиям жизни в иноэтничной среде, формировании решения о новой миграции (потенциальная миграция). Выявлены ее масштабы и направления, социально-демографическая структура миграционных потоков, определены факторы выталкивания и факторы стабильности населения, выраженные в миграционной мотивации гагаузов.

Впервые проведен анализ процессов международной трудовой миграции гагаузов Республики Молдова конца ХХ-начала XXI вв., выявлены причины и последствия этих процессов, структурные показатели миграции, мотивы миграционного поведения гагаузов.

На примере двух этнических групп — гагаузов и молдаван — дан сравнительный анализ процессов социально-культурной адаптации международных трудовых мигрантов из Молдавии в Москве и сделана попытка выявить условия и факторы, влияющие на ход адаптации групп мигрантов в иноэт-ничной среде, в преобладающей массе русского населения.: проанализированы социально-демографическая структура миграционных потоков, проблемы -трудоустройства мигрантов, влияние миграции на изменение социально-про- фессионального статуса мигрантов, успешность решения мигрантами своих миграционных целей, структура социальной идентичности мигрантов, тенденции в освоении и использовании русского языка, виды адаптивных практик, используемые мигрантами, а также дальнейшие миграционные стратегии мигрантов и их возможное влияние на воспроизводственные процессы гагаузского этноса.

Практическая значимость работы заключается в возможности использования ее материалов и выводов для написания обобщающих трудов по этноде-мографическому и этносоциальному развитию гагаузского народа, учебников и учебных пособий по этнодемографии, этносоциологии и пр. Работа может послужить основой для разработки курса лекций по этнодемографическим и этносоциальным процессам развития гагаузов.

Данные работы могут быть использованы при составлении программ социально-экономического развития, при корректировке региональной политики в социально-демографической сфере, реализации превентивных мер, направленных на улучшение миграционной ситуации в Гагаузии и Республике Молдова.

Материалы исследования возможно использовать также при подготовке программ этнокультурной и этнопсихологической поддержки национальных общин, проживающих в России, в программах социально-культурной адаптации мигрантов.

Апробация работы. Результаты исследований автора были опубликованы в монографии & laquo-Гагаузы: расселение, миграция, адаптация& raquo- (М., 2007, 280 с.) и ряде статей (см. список опубликованных работ), а также изложены в тезисах и докладах, подготовленных автором для VI Конгресса этнографов и антропологов России (Санкт-Петербург, июнь-июль 2005), I, II и Ш Российско-молдавских международных симпозиумов (Комрат, сентябрь 2006 г.- апрель -2007-г. --октябрь 2008-г.),-Международной конференции & laquo-Теоретические проблемы этнической и кросс-культурной психологии& raquo- (Смоленск, май 2008 г.), Международной конференции & laquo-Этносоциология в России: научный потенциал в процессе интеграции полиэтнического общества& raquo- (Казань, июнь 2008).

Основные положения и результаты исследования автора были изложены в 16 публикациях, общим объемом 50,5 печатных листов.

Список опубликованных по теме диссертации работ Монографии и брошюры:

1. Гагаузы: расселение, миграция, адаптация. М., 2007. 14 п.л.

2. Гагаузы: трансформация расселения и современные миграционные процессы. // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. М., 2005, N185. 2 п.л.

3. Молдавия: этнические модели адаптации к условиям трансформирующегося общества. //Исследования по прикладной и неотложной этнологии. М., 2004, N 175. 2 п.л.

4. Стратегия поведения русской молодежи в странах ближнего зарубежья. Молдавия. M 1998. 15,6 п.л.

Статьи

5. Гагаузы: динамика численности и изменения в расселении (вторая половина XX — начало XXI вв.) // Этнографическое обозрение, 2008, № 5.

1,1 п.л.

6. Динамика брачного и репродуктивного поведения гагаузов. // Этносоциология и этносоциологи. М., 2008. С. 120−135, 1,1 п.л.

7. Женское лицо гастарбайтерства. // Гастарбайтерство. Факторы адапта ции.М., 2008. С. 121−152. 1,2 п.л.

8. Трансформация ценностей и норм демографического поведения гагаузов. // Курсом развивающейся Молдовы. Т.4. Материалы Ш-го Российско-Молдавского симпозиума & laquo-Традиции и инновации в соционор& mdash- мативной культуре молдаван и гагаузов& raquo-. Комрат, 2008. С. 311−338. 1,2 п.л.

9. Новые и старые идентичности мигрантов. // Теоретические проблемы этнической и кросс-культурной психологии. Материалы Международной научной конференции 29−30 мая 2008 г. Смоленск, 2008, т.2. С. 203−208. 0,2 п.л.

10. Трудовые мигранты из Молдавии: этносоциальный портрет в московском интерьере. //Курсом развивающейся Молдовы. Т. З. Материалы П-го Российско-Молдавского симпозиума & laquo-Адаптация культуры и культура адаптации& raquo-, Комрат, 20−21 апреля 2007 г. С. 78−146. 3,4 п.л.

11. Новые миграционные стратегии и трансформации расселения гагаузов. // Гастарбайтерство. М., 2006. С. 37−86. 2,5 п.л.

12. Традиции трудовой миграции у гагаузов. // Курсом изменяющейся Молдовы. Материалы 1-го Российско-Молдавского симпозиума & laquo-Трансформационные процессы в Республике Молдова. Постсоветский пери од. »-, посвященного 40-летию этносоциологических исследований. 25−26 сентября 2006 г. г. Комрат. М., 2006. С. 72−118. 2,0 п.л.

13. Гагаузы Северного Кавказа: об истории переселения и численности. Поиски и находки. // Курсом изменяющейся Молдовы. Материалы 1-го Российско-Молдавского симпозиума & laquo-Трансформационные процессы в Республике Молдова. Постсоветский период. »-, посвященного 40-летию этносоциологических исследований. 25−26 сентября 2006 г. г. Комрат.

М., 2006.С. 232−245. 0,6 п.л.

14. Между Россией и Турцией: миграционные ориентации гагаузов Молдавии. // Русский язык в тюрко-славянских этнокультурных взаимодействиях. М., 2005. С. 269−300. 1,1 п.л.

15. Динамика численности и расселения гагаузов в СССР (50−90-е годы — XX в.) // Этносоциальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. М., 1993. 2 п.л.

16. Современные миграции гагаузов // Известия Академии наук Молдавской ССР. Серия история и искусствоведение. 1990, № 4. 0,5 п.л.

Заключение

Миграционное поведение гагаузов на современном историческом этапе детерминировано сложившимися в прошедшие десятилетия традициями миграции, рядом деструктивных процессов, происходящих на постсоветском пространстве, а также новыми открывшимися возможностями, которые обусловлены процессами глобализации, интернационализации всех сторон жизни.

Миграционные перемещения гагаузов в XIX в. носили сезонный, временный характер, определялись, в первую очередь, причинами экономического характера, являлись главным образом миграциями мужского населения, носившими локальный территориальный характер, редко выходящими за пределы территории традиционного расселения гагаузов в Буджаке. Для этого времени характерны были редкие миграционные & laquo-выплески»- гагаузского населения за пределы традиционного ареала расселения этноса (безвозвратные миграции), приводившие, как правило, к образованию на новых территориях сельских этнолокальных групп гагаузов (Северный Кавказ, Приазовье, Казахстан, Узбекистан). Эти миграционные перемещения не носили масштабного характера и их влияние на систему расселения и воспроизводство гагаузов было незначительным.

Депортации гагаузов из Молдавии в 1949 г., относящиеся к так называемым недобровольным миграциям, нанесли определенный урон численности и структуре гагаузского населения республики, положив начало процессам дисперсного расселения этноса по территории России.

Миграции гагаузов за пределы Буджака 1950−70-х годов, обусловленные экономическими факторами — трудоизбыточностью села, безработицей, низкой заработной платой — носили главным образом возвратный характер и мало влияли на систему расселения гагаузов в Молдавии, остававшуюся достаточно устойчивой и стабильной, не подрывали основ процессов воспроизводства этноса.

В последнее десятилетие существования Советского Союза (1979−89 гг.) в картине пространственного размещения гагаузов произошли существенные изменения. Именно в это десятилетие, накануне распада СССР, резко усилились центробежные тенденции в миграциях гагаузов. В этот период четко проявилась тенденция усиления рассредоточения этноса, & laquo-распыления»- гагаузов по территории СССР, что вело к расширению возможностей для межэтнического взаимодействия, межэтнических контактов на разных уровнях, могло способствовать усилению ассимиляционных процессов у гагаузов, смене этнической идентичности у части представителей гагаузского этноса. Эти тенденции в миграционном поведении гагаузов определялись, в первую очередь, проблемами трудоизбыточности села в южных районах Молдавии, ограниченными возможностями приема мигрантов малыми городскими поселениями территории компактного проживания гагаузов из-за их слабого промышленного и социально-культурного потенциала. Определенное влияние на миграционное поведение гагаузов в этот период оказали и изменения, происходившие в политической и социально-экономической жизни Молдавии, в усложнении межэтнических отношений.

Территориальные перемещения гагаузов конца 1970-х-1980-х гт. были той второй волной массовой трудовой миграции (после первой волны, которая имела место в межвоенный период, когда Бессарабия находилась в составе королевской Румынии), зачастую перераставшей в безвозвратную миграцию, которая привела к 2,5-кратному увеличению численности гагаузов в этот период только в России, не говоря о других союзных республиках. Эта вторая волна миграции гагаузов накануне распада СССР оставила на территории России мигрантскую сеть, ускорившую и облегчившую возможности переезда, трудоустройства и адаптации в новых местах следующей волне мигрантов-гагаузов. Демографические последствия этой второй волны миграции были не сразу ощутимы для самой Молдавии, ибо воспроизводственные процессы у гагаузов не были нарушены и определялись все еще достаточно высоким уровнем рождаемости. К началу XXI века в ходе воспроизводственных процессов у гагаузов произошли значительные изменения, которые, отчасти, были связаны и с безвозвратными миграциями молодого поколения, главным образом мужчин брачного возраста, за пределы Молдавии в предыдущий период. Увеличение масштабов миграции, в первуюочередь, между-народной, трудовой, в 1990-е годы при практически отсутствующем естественном приросте создало картину колоссального человеческого опустошения земли гагаузов.

В сложнейших условиях действия деструктивных факторов — социально-экономического кризиса в Молдавии в целом и в Гагаузии, в частности, безработицы, нищеты и социального расслоения общества — гагаузское население, чтобы адаптироваться к новым требованиям социальной среды, выбрало для себя активную миграционную стратегию. Сегодня использование как легитимных, так и нелегитимных форм миграции позволяет гагаузам в условиях социальной и экономической нестабильности, затрудняющей возможность долгосрочных адаптивных стратегий, положительно решать свои микроадаптивные ситуации, используя каналы временной международной миграции. Первое и, пожалуй, главное приобретение, получаемое в результате миграции, это успешная реализация основной миграционной мотивации гастарбайтеров — повышение материального статуса, мигрантов, позволяющее избежать обнищания, компенсировать резкое падение доходов, т. е. создание условий для физического выживания людей, а значит, для сохранения этноса.

Вторым несомненным плюсом миграции является возможность приумножить и реализовать в модернизированной социальной среде страны приема свой образовательный, профессиональный капитал, демографический потенциал, расширить выбор возможных жизненных стратегий, & laquo-стратегий успеха& raquo- - образовательной, брачной, карьерной, предпринимательской и пр.

Расширяя возможности выбора жизненных стратегий, трудовые миграции обогащают ресурсы адаптации мигрантов к новым социально-экономическим условиям существования.

Международная трудовая миграция гагаузов из Молдавии несет в себе не только позитивный, но и негативный потенциал, множественность социальных и демографических рисков. Успешное осуществление мигрантами из Молдавии своих материальных, социально-профессиональных, предпринимательских, брачных стратегий в странах приема, обогащающее их адаптационный потенциал, вместе с тем требует от них отказа от множества привычных социальных ролей, этнических и культурных атрибутов, что безусловно приводит к переменам в этнической и социальной идентичности, меняет нормы, ценности, стереотипы поведения, в том числе демографического. На пути к будущему успеху мигрантам приходится преодолевать множество потерь, среди которых одной из значимых является сознательное понижение своего социально-профессионального статуса, достигнутого на родине и далеко не всегда востребованного в стране приема мигрантов. Многолетнее пребывание трудовых мигрантов вне дома, вне семьи рушит привычное мировоззрение, меняет их моральные и этические установки и нормы поведения, трансформирует семейные ценности, разрушает саму семью, обрекая детей на фактическое сиротство.

Наибольшую опасность для сохранения этноса представляет выявленное в результате сопоставимых исследований усиление миграционных ориента-ций гагаузов со временной трудовой миграции на безвозвратную. Многолетние трудовые миграции гагаузов, постепенно перерастающие в окончательную эмиграцию, успешная реализация интеграционного сценария адаптации в странах приема, все возрастающий уровень потенциальной миграции, в том числе сельского, женского гагаузского населения, характерные для образованной гагаузской молодежи миграционные настроения, усиливающиеся ориентации на временный или безвозвратный отъезд из республики, создают серьезную угрозу снижения демографического, социального и интеллектуального потенциала гагаузского общества (особенно опасную своими последствиями для малочисленных народов), разрушения этнокультурной идентичности гагаузов.

ПоказатьСвернуть

Содержание

Глава 1. Динамика численности и трансформация расселения гагаузов.

§ 1. История расселения гагаузов в Буджаке (XVIII-XIX вв.).

§ 2. Динамика численности и изменения в расселении гагаузов в СССР.

§ 3. Изменения в естественном движении и расселении гагаузов на постсоветском пространстве.

3.1. Гагаузы в Молдавии.

3.2. Гагаузы на Украине.

3.3. Гагаузы в России.

Глава 2. Миграционное поведение гагаузов.

§ 1. Ретроспектива миграций гагаузов.

1.1. Традиции трудовой миграции.

1.2. Структура миграции гагаузов 1970—1980-х годов.

1.3. Социально-демографические характеристики гагаузских мигрантов.

1.4. Ретроспектива миграционных мотиваций.

§ 2. Изменения в миграционном поведении гагаузов в постсоветский период.

2.1. Бегство от нищеты.

2.2. Трудовая миграция из Молдавии (по материалам переписи населения РМ 2004 года).

3. Потенциальная миграция гагаузов.

Глава 3. Особенности социально-культурной адаптации трудовых мигрантов из Молдавии в Москве.

§ 1. Изменение этнического состава населения Москвы.

§ 2. Демографические и социально-профессиональные характеристики трудовых мигрантов из Молдавии.

§ 3. Удовлетворенность материальными условиями жизни.

§ 4. Трудоустройство мигрантов.

§ 5. Структура социальной идентичности мигрантов.

§ 6. Язык мигрантов.

§ 7. Этническая идентичность и межэтническая толерантность.

§ 8. Дискриминация.

§ 9. Новые стратегии миграционного поведения.

Список литературы

1. Российский государственный архив экономики РФ. Фонд 1562, оп. 336, ед. хр. 1566а-1566д, 3998−4185, 6174−6238.

2. Алексеев А. И., Зубаревич Н. В. Кризис урбанизации и сельская местность России // Миграции и урбанизация в СНГ и Балтии в 90-е годы. М., 1999.

3. Аманжолов A.C. О языке казахстанских гагаузов // Вопросы языкознания, 1960, № 3.

4. Аманжолов A.C. О гагаузах в Казахстане и их языке // Проблемы тюркологии и истории востоковедения. Казань, 1964.

5. Анцупов И. А. Русское население Бессарабии и Левобережного Подне-стровья в конце ХУШ- XIX вв. Кишинев, 1996.

6. Арутюнов С. А. Народы и культуры: развитие и взаимодействие. М., 1989.

7. Арутюнян Ю. В., Дробижева Л. М., Сусоколов A.A. Этносоциология. М., 1999.

8. Арутюнян Ю. В. Трансформация постсоветских наций. М., 2003.

9. Арутюнян Ю. В. Москвичи. Этносоциологическое исследование. М., 2007.

10. Банкова И. Д., Главчева А. Г. Русский язык в Гагаузии// Русский язык в тюрко-славянских этнокультурных взаимодействиях. М., 2005.

11. Белозеров В. Н., Турун П. П., Щитова H.A., Эшроков В. М. Этнические особенности миграционного поведения и адаптации населения в Ставропольском крае // Вестник МГУ. Серия геогр. 2003., № 4.

12. П. Берг Л. С. Бессарабия. Страна, люди, хозяйство. При, 1918.

13. Бернштейн C.B. Основные этапы переселения болгар в Россию в XVIII—XIX вв. // Советское славяноведение, 1980, № 1.

14. Бигаев Р. И., Данилов П. А., Умаров М. У. О гагаузах Средней Азии // Известия Академии наук Узбекской ССР. 1960, № 6.

15. Бромлей Ю. В. Этнос и этнография. М., 1973.

16. Вощинин В. П. Очерки нового Туркестана. Свет и тени русской колонизации. Спб., 1914.

17. Вендина О. Москва этническая: грозит ли городу геттоизация?// Демо-сш ^еек1%2004^Ш77−178.

18. Витковская Г. Основные результаты исследования незаконной мигра -ции в России в 2001—2002 гг. // Доклад на международном семинаре & laquo-Политика в области трудовой миграции и управление данными& raquo-. -Республика Молдова, Кишинев, 27−28 сентября 2004 г.

19. Витковская Г. С. Миграционное поведение нетитульного населения в странах Центральной Азии // Миграция русскоязычного населения из Центрально^ Азии: причины, последствия, перспективы. М., 1996.

20. Вихалемм Т., Массо А. Динамика идентичности русских Эстонии в период постсоветских трансформаций. // Диаспоры, 2005, № 3.

21. Вишневский А. Г. Распад СССР'. этнические миграции и проблема диаспор //Общественные науки и современность. М., 2000, № 3.

22. Ганеева Э. Восприятие этничности русскими, корейцами и узбеками (этнопсихологический анализ. // Диаспоры, М., 2006, № 2.

23. Гинс Г. К. Переселение и колонизация. Спб., 1913, вып.2.

24. Григоричев К. Русскоязычное население Центрального Казахстана, возрастные особенности формирования идентичности и жизненных стратегий. // Диаспоры, М., 2006, № 2.

25. Гриценко В. В. Русские среди русских: проблемы адаптации вынужденных мигрантов и беженцев из стран ближнего зарубежья в России.М., 1999.

26. Гриценко В. В. Социально-психологическая адаптация пере сел енцевв России. М., 2002.

27. Гришаев И. А., Курогло С. С. Семейно-бытовая сфера жизни гагаузов

28. Этносоциальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. Российский этнограф, 1993, вып. 17.

29. Губогло М. Н. Малые тюркоязычные народы Балканского полуострова (К вопросу о происхождении гагаузов) // Автореф. дисс. канд. истор. наук. М., 1967.

30. Губогло М. Н. Именем языка. М., 2006.

31. Губогло М. Н. К изучению идентичностей. Вопросы теории. // Этническая мобилизация и межэтническая интеграция. М., 1999.

32. Губогло М. Н. О религиозной (ли?) идентичности гагаузов. // Курсом изменяющейся Молдовы. М., 2006, т.1.

33. Губогло М. Н., Дубова H.A. Временные трудовые мигранты: созидание и/или разрушение? // Гастарбайтерство. Факторы выталкивания и притяжения. М., 2006.

34. Губогло М. Н., Дубова H.A. Социально-адаптивная и этноразрушитель-ная энергия гастарбайтерства. // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. М., 2004, N 174.

35. Демографический ежегодник России: 2005. М., 2005.

36. Деминцева Е. Второе поколение магрибинцев во Франции: станут ли они французами // Диаспоры, 2004, N 2.

37. Державин Н. С. Болгарские колонии в России. Таврическая, Херсонская и Бессарабская губернии. София, 1914.

38. Державин Н. С. О наименовании и этнической принадлежности гагаузов. Кишинев, 2005.

39. Дмитриев A.B. Миграция: конфликтогенное измерение. М., 2006.

40. Дробижева Л. М. Социальные проблемы межнациональных отношений в постсоветской России. М., 2003.

41. Зеленчук B.C. Население Бессарабии и Поднестровья в XIX в. Киши -нев, 1979. 44. 3емсков В. Н. Спецпоселенцы в СССР. 1930−1960. М., 2005.

42. Интерфакс, 16 сентября 2005 г. Демоскоп Weekly, 2005, N 215−216.

43. Ионцев В. А. Международная миграция. М., 2002.

44. Ионцев В. А., Хорев Б. С. Миграциология. М., 1996.

45. Кабузан В. М. Народонаселение Бессарабской области и левобережных районов Приднестровья (конец ХУШ — первая половина XIX в.) Кишинев, 1974.

46. Казьмина O.E., Пучков П. И. Основы этнодемографии. М., 1994.

47. Кауфман А. Д. Переселение и колонизация. Спб., 1905.

48. Квилинкова E.H. Традиционная духовная культура гагаузов: этнорегио-нальные особенности. Кишинев, 2007.

49. Квилинкова E.H. Религиозность гагаузов и формы проявления религиозной идентичности// Этнографические исследования в Республике Молдова. Кишинев, 2006.

50. Кеппен П. Хронологический указатель материалов для истории инородцев Европейской России. Спб., 1861.

51. Козлов В. И. Динамика численности народов. М., 1969.

52. Козлов В. И. Этническая демография. М., 1977.

53. Коков Дж.Н. Адыгская (черкесская) топонимика. Нальчик, 1974.

54. Космарская Н. П. & laquo-Дети империи& raquo- в постсоветской Центральной Азии. М., 2006.

55. Красинец Е. С. Международная миграция населения в России в условиях перехода к рынку. М., 1997.

56. Кузнецов И. М., Мукомель В. И. Адаптационные возможности и сетевые связи мигрантских этнических меньшинств. М., 2005.

57. Курогпо С. С. Семейная обрядность гагаузов в XIX — начале XX вв. Кишинев, 1980.l. Kypomo С.С., Маруневич М. В. Социалистические преобразования в быту и культуре гагаузского населения МССР. Кишинев, 1983.

58. Кушнер П. И. Этнические территории и этнические границы. М., 1956.

59. Лебедева Н. М. Новая русская диаспора. Социально-психологический анализ. М., 1995.

60. Мазур Л. Н. Сельское расселение на среднем Урале в XX в.: направления и варианты трансформации поселенческой сети. Автореф. дисс.. д-ра истор. наук. Екатеринбург, 2006.

61. Маликова Н. Р. Этносоциальные стратегии адаптации иммигрантов-азербайджанцев в столичном мегаполисе. // Этносоциология и этносо-циологи. М., 2008. С. 174−179.

62. Малькова В. К. Москва — многокультурный мегаполис. М., 2004.

63. Маруневич М. В. Материальная культура гагаузов, XIX — начало XX вв. Кишинев, 1988.

64. Мещерюк И. И. Социальное и экономическое развитие болгарских и гагаузских сел Южной Бессарабии (1808−1856 гт.). Кишинев, 1970.

65. Миграция и безопасность в России. М., 2000. 70.. Миграция сельского населения: цели, задачи и методы регулирования. Новосибирск, 1969.

66. Моисеенко В. М. Территориальное движение населения. М., 1985.

67. Мошков В. А. Гагаузы Бендерского уезда (Этнографические очерки и материалы). Кишинев, 2004.

68. Мошняга В. Молдавские строители в России: проблемы интеграции в принимающий социум. \4vv. demoscone. ru/weekh/2005/0223/print. php.

69. Мукомель В. И. Экономика нелегальной миграции в России. Демоскоп1. Weekly, 2005, N 207−208.

70. Мукомель В. И. Миграционная политика России: постсоветские контексты. М., 2005.

71. Мукомель В. И. Проблемы российской диаспоры в контексте внутриполитической борьбы. М., 1995.

72. Мультикультурализм и трансформация постсоветских обществ. Под ред. B.C. Малахова и В. А. Тишкова. М., 2002.

73. Остапенко JI.B., Субботина И. А. Русские в Молдавии: миграция или адаптация? М., 1998. 82. 0стапенко JI.B., Субботина И. А. Русские в Молдавии: потенциальные мигранты и стабильные жителиII Вынужденные мигранты: интеграция и возвращение. М., 1997.

74. Остапенко JI.B., Субботина И. А. Проблемы социально-экономической адаптации выходцев из Закавказья в Москве. // Диаспоры, 2001, N 1.

75. Папцова А. К. К вопросу об эволюции соотношения религиозной, этнической и языковой идентичностей гагаузов в Х1Х-ХХ вв. // http//turkolog. narod. ru.8 5. Переведенцев В. И. Современные миграции населения Западной Сибири. Новосибирск, 1965.

76. Переведенцев В. И. Методы изучения миграции населения. М., 1975.

77. Петров В. Н. Миграция населения и этнические мигранты в современной России. Ставрополь, 2001.

78. Покровская JI.A. Современный гагаузский язык (курс лекций). Комрат, 1997.

79. Покшишевский B.B. Заселение Сибири. Иркутск, 1951.

80. Попов Р. Урбанизированность регионов России во второй половине XX века // Россия и ее регионы в XX веке: территория, расселение, миграции. М., 2005.

81. Радова (Кар^настас) O.K. Гагаузы в составе задунайских переселенцеви их поселения в Буджаке (конец XVIII-первая четверть ХЕХ вв.). Кишинев-Комр^т, 2001.

82. РИА & laquo-Новости»-, 19 сентября 2005 г. Цит. по: Демоскоп Weekly, 2005, N 215−216.

83. Ромм М. В. Адаптация личности в социуме. Теоретико-методологический аспект. Новосибирск, 2002.

84. Россия — новая социальная реальность. Богатые, бедные, средний класс. М., 2004.

85. Рыбаковский JI. JI. Региональный анализ миграций. М., 1973.

86. Рыбаковски^ Л. Л. Миграция населения (вопросы теории). М., 2003.

87. Рыбаковский JI. JL, Шапиро В. Д. Методика социологического изучения демографического поведения. Вып. 1. Миграционное поведение. М., 1985.

88. Рынок труда в странах Содружества независимых государств. Статистический сборник. М., 2004.

89. Рязанцев С. Ц. Современный демографический и миграционный портрет Северного Кавказа. Ставрополь, 2003.

90. Савоскул С. С. Этносоциальные аспекты культурной жизни. //Этносо-циальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. Российский этнрграф, 1993, вып. 17.

91. Скальковский A.A. Болгарские колонии в Бессарабии и Новороссийском крае. Спб., 1848.

92. Содружество независимых государств в 2001 году. Статистический ежегодник, М., 2002.

93. ЮЗ. СолдатоваГ.У. Психология межэтнической напряженности. М., 1998.

94. Социальная и культурная дистанции. Опыт многонациональной России. М., 1998.

95. Социально-культурный облик советских наций. М., 1985.

96. Юб. Статистический ежегодник Республики Молдова: 2003. Кишинев, 2003^

97. Субботина И. А. Динамика численности и расселения гагаузов в СССР (50−90-е годы XX века) // Этносоциальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. Российский этнограф, 1993, вып. 17.

98. Субботина И. А. Гагаузы: трансформация расселения и современные миграционные процессы. Исследования по прикладной и неотложной этнологии. 180. М., 2005.

99. Субботина И. А. Новые миграционные стратегии и трансформация расселения гагаузов // Гастарбайтерство. Факторы выталкивания и притяжения. М, 2006.

100. Субботина И. А. Гагаузы Северного Кавказа. Об истории переселения и численности. Поиски и находки // Курсом изменяющейся Молдовы. М., 2006.

101. Субботина И. А. Гагаузы: расселение, миграция, адаптация. М., 2007.

102. Субботину И. А. Демографические перспективы русской диаспоры Молдавии. //Диаспоры, 1999, № 2−3.

103. Субботина И. А. Молдавия: этнические модели адаптации к условиям трансформирующегося общества. Исследования по прикладной и неотложной этнологии. № 175. М., 2004.

104. Субботина И. А. Между Россией и Турцией: миграционные ориентации гагаузов Молдавии // Русский язык в тюрко-славянских этнокультурных взаимодействиях. М., 2005.

105. Субботина И. А. Традиции трудовой миграции у гагаузов // Курсом изменяющейся Молдовы. М., 2006, т.1.

106. Тарасова H.B. Миграционное поведение населения России в новых социальных условиях. Программа социологического исследования. М., 1999.

107. Тишков В. А. Реквием по этносу. М., 2004.

108. Топилин A.B. Рынок труда России и стран СНГ: реалии и перспективы развития. М., 2004.

109. Топузлу Г. Н., Анцупов И. А. Очерки истории гагаузов в XIX веке. Кишинев, 1993.

110. Тощенко Ж. Т. Постсоветское пространство: суверенизация и интеграция: этносоциологические очерки. М., 1997.

111. Трудовая миграция и защита прав гастарбайтеров: практика посткоммунистических стран. Кишинев, 2003.

112. Трудовая миграция в СНГ: социальные и экономические эффекты. М., 2003.

113. Тюрюканова Е. В., Малышева М. М. Женщина. Миграция. Государство. М., 2001.

114. Халлик К., Саар Э., Хелемяэ Е. Этническая сегментация на рынке труда// Неэстонцы на рынке труда в новой Эстонии. М., 2001.

115. Хорев Б. С., Чапек В. Н. Проблемы изучения миграции населения. М., 1978.

116. Численность и миграция населения Российской Федерации в 2004 г. Статистический бюллетень. М., 2005.

117. Шабашов A.B. Гагаузы: система терминов родства и происхождение народа. Одесса, 2002.

118. Этносоциальные проблемы гагаузов. Опыт монографического описания. // Российский этнограф. М., 1993, вып. 17.

119. Юдина Т. Н. Социология миграции. М., 2004.

120. Юнусов А, Азербайджанцы в России смена имиджа и социальных ролей. // Диаспоры, 2005, № 3.

121. Ямзин И. Л., Вощинин В. П. Учение о колонизации и переселениях. М-Л., 1926.

122. Ямсков А. Н. Временные трудовые миграции за рубеж гагаузов села Чишмикиой // Русский язык в тюрко-славянских этнокультурных взаимодействиях. М., 2005.

123. Ямсков А. Н., Дубова Н. М. Свет и тени гастарбайтерства в с. Чишми-киой. //Гастарбайтерство. Факторы выталкивания и притяжения. М., 2006.

124. Ярмоленко М. И. Расселение и обустройство гагаузов в Бессарабии (XIX нач. XX ст.). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Львов, 2001.

125. Barth F. Introduction // Ethnie groups and boundaries. The social Organization of culture differences. (Ed by F. Barth). Universitetforlaget, Oslo-Bergen-Tromso. (reprint 1982).

126. Berry J.W., Kalin R. Multicultural and ethnic attitudes in Canada: Overviews of the 1991 survey. Canadian Journal of Behavioral Science. 1995. N27.

127. Градешлиев И. Гагаузите. Изд.2. Добрич, 1994.

128. Манов А. Потеклото на гагаузите: Техните обичаи и нрави. Варна, 1938. 139. NEWSru. com. 20. 12. 2006.

129. Reporter md, 23 июля 2005 г. Цит. по: Демоскоп Weekly, 2005, N 207−208.

130. Rona-Tas A. Path Dependence and Capital Theory: Sociology of the Post-Communist Economic Transformation// East European Politics and Societies. 1998. Vol. 12. N 1.

131. Zajaczkowski Wl. Jezyk i folklor gagauzow z Bulgarii // Polska Akademia nauk, Nr.5. Krakowie, 1966.

Заполнить форму текущей работой