Административное правонарушение

Тип работы:
Контрольная
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

СОДЕРЖАНИЕ

1. Обстоятельства, исключающие признание деяния административным правонарушением

2. Доказательства в административном процессе

Список использованных источников

1. Обстоятельства, исключающие признание деяния административным правонарушением

административное правонарушение протокол

Под административной ответственностью следует понимать наложение на нарушителей общеобязательных правил, действующих в государственном управлении и иных сферах, административных взысканий, которые влекут для этих лиц обременительные последствия материального или морального характера. Административная ответственность — один из видов юридической ответственности, которому присущи все признаки последней. Вместе с тем административная ответственность является составной частью административного принуждения и наделена всеми его признаками.

Основные черты административной ответственности состоят в том, что ее основанием выступает административное правонарушение (проступок). Привлечение к административной ответственности — обязанность государственных органов, которые являются субъектами исполнительной власти.

Обстоятельства, исключающие административную ответственность, играют важную роль в механизме административно-правового регулирования. Посредством их закрепления создаются необходимые юридические гарантии, обеспечивающие охрану граждан от необоснованного наложения административных взысканий за совершение деяний, внешне хотя и подпадающих под признаки административных проступков, но не имеющих общественно вредного характера. Наряду с этим такие обстоятельства имеют стимулирующее значение в сфере административно-правового регулирования, способствуют совершению правовых действий, отвечающих интересам государства и общества.

К числу обстоятельств, исключающих административную ответственность, относят, как правило, совершение деяния, подпадающего под признаки административного правонарушения, в состоянии крайней необходимости, необходимой обороны или невменяемости. Лицо, действовавшее в состоянии крайней необходимости, необходимой обороны либо находившееся в состоянии невменяемости, не подлежит административной ответственности. Наличие в числе обстоятельств, исключающих административную ответственность, крайней необходимости и необходимой обороны, не вызывает сомнений.

В Кодексе Республики Беларусь об административных правонарушениях про необходимую оборону крайнюю необходимость говорится Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 21. 04. 03 г. (c последующими изменениями и дополнениями) // Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2003. № 63. 2/946. :

— каждое физическое лицо имеет право на защиту от противоправного посягательства. Это право принадлежит ему независимо от возможности избежать посягательства либо обратиться за помощью к другим физическим лицам или уполномоченным государственным органам.

— не является административным правонарушением действие, совершенное в состоянии необходимой обороны, то есть при защите жизни, здоровья, прав обороняющегося или другого физического лица, интересов общества, государства или юридического лица от противоправного посягательства путем причинения посягающему вреда.

— не является административным правонарушением действие, совершенное в состоянии крайней необходимости, то есть для предотвращения или устранения опасности, непосредственно угрожающей личности, правам и законным интересам данного лица или других лиц, интересам общества или государства, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена другими средствами и если причиненный вред не является более значительным, чем предотвращенный.

— состояние крайней необходимости признается также в случае, если действия, совершенные с целью предотвращения опасности, не достигли своей цели и вред наступил, несмотря на усилия физического лица, добросовестно рассчитывавшего его предотвратить.

В этих случаях в действиях лица присутствуют все признаки административного проступка, и ответственность не наступает только в силу того, что такие действия совершены из общественно полезных побуждений (мотивов), вызванных наличием предусмотренных законодательством условий, исключающих общественно вредный и противоправный характер деяний. Посредством закрепления в законодательстве об административных правонарушениях необходимой обороны и крайней необходимости законодатель выражает свое положительное отношение к их использованию для защиты охраняемых правом отношений.

Непременным условием для признания лица виновным в совершении административного правонарушения является вменяемость. Ее отсутствие означает, что в действиях лица нет состава административного проступка как основания ответственности. Состояние невменяемости лица, совершившего деяние, подпадающее с точки зрения объективной стороны под признаки правонарушения, не устраняет общественной вредности действий указанного лица и, следовательно, не может свидетельствовать о правомерности его поведения. Кроме того, в отличие от необходимой обороны и крайней необходимости невменяемость указывает лишь на административно-ненаказуемый характер действий, но не дает никаких оснований говорить о заинтересованности государства и общества в их совершении. Сказанное позволяет сделать вывод, что невменяемость не входит в число обстоятельств, исключающих административную ответственность.

Таким образом, предусматривается только два обстоятельства, исключающих административную ответственность, — совершение деяния, подпадающего под признаки административного проступка, в состоянии крайней необходимости или необходимой обороны. Это, однако, не означает, что данные кодифицированные акты устанавливают исчерпывающий перечень обстоятельств, исключающих административную ответственность.

Еще одно обстоятельство, исключающее административную ответственность, что действия граждан, направленные на пресечение преступных посягательств и задержание преступника, являются правомерными и не влекут уголовной или иной ответственности, даже если этими действиями вынужденно был причинен вред преступнику. Хотя это обстоятельство зафиксировано в нормативном акте об ответственности лишь за хулиганские действия, оно имеет для законодательства об административных правонарушениях не частное, а общее, принципиально важное значение.

В статье 5.2 Кодекса сказано, что не является административным правонарушением причинение вреда физическому лицу, совершившему преступление или административное правонарушение, при его задержании для передачи уполномоченным государственным органам и пресечения возможности совершения им новых преступлений или административных правонарушений, когда оно пытается или может скрыться от органа уголовного преследования, суда или органа, ведущего административный процесс, если иными средствами задержать такое лицо не представлялось возможным Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 21. 04. 03 г. (c последующими изменениями и дополнениями) // Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2003. № 63. 2/946.

Совершение при задержании преступника деяния, подпадающего под признаки административного проступка, во всех случаях, если не нарушены условия правомерности задержания, не является общественно опасным и не влечет наступления ответственности. Данное утверждение основано на том, что, запрещая применение аналогии при привлечении к ответственности, законодательство об административных правонарушениях не препятствует ее использованию при освобождении от административной ответственности.

2. Доказательства в административном процессе

При рассмотрении дел об административных правонарушениях деятельность органов, ведущих административный процесс, и судов должна подчиняться задачам и принципам административного процесса, изложенным в гл. 2 Процессуально-исполнительного кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006 (далее — ПИКоАП).

В соответствии со ст. 2.1 ПИКоАП административный процесс должен обеспечить защиту личности, ее прав, свобод и законных интересов, интересов юридических лиц, общества и государства путем быстрого и полного рассмотрения дел об административных правонарушениях.

Важное значение имеет закрепление в ПИКоАП в качестве основополагающего принципа презумпции невиновности. Лицо не может быть привлечено к административной ответственности, пока в порядке, установленном настоящим Кодексом, не будет установлена его виновность в совершении правонарушения, предусмотренного Кодексом Республики Беларусь об административных правонарушениях Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006 (с изменениями и дополнениями). (далее — КоАП). Обязанность доказывать виновность лица возлагается на должностное лицо органа, ведущего административный процесс. Лицо, в отношении которого ведется административный процесс, не обязано доказывать свою невиновность. Обстоятельства, излагаемые в протоколе об административном правонарушении, в постановлении о наложении административного взыскания, не могут основываться на предположениях. Сомнения в обоснованности вывода о виновности лица, в отношении которого ведется административный процесс, толкуются в его пользу.

В ст. 2. 10 ПИКоАП на суд, орган, ведущий административный процесс, возложена обязанность принимать все предусмотренные законом меры по всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств административного правонарушения, устанавливать как уличающие, так и оправдывающие, как смягчающие, так и отягчающие ответственность обстоятельства для правильного разрешения дела, защиты прав и законных интересов лиц, участвующих в административном процессе.

В ПИКоАП содержатся нормы, обеспечивающие процессуальное наполнение и реализацию этих задач и принципов. Ключевое значение имеют положения гл. 6 «Предмет доказывания. Доказательства. Оценка доказательств».

В соответствии со ст. 6.1 ПИКоАП доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, имеющих значение для законного, обоснованного и справедливого разрешения дела об административном правонарушении. В данной статье указывается на то, что обязанность доказывания оснований для административной ответственности, вины лица, в отношении которого ведется административный процесс, и обстоятельств, имеющих значение для дела об административном правонарушении, лежит на должностном лице органа, ведущего административный процесс.

Все это требует основательной поисково-аналитической работы, эффективной материально-правовой (сущностной) и документально-вещественной (процессуальной) фиксации совершенного административного правонарушения (всех значимых элементов деликта) либо установления обстоятельств, исключающих административный процесс (ст. 9.6 ПИКоАП).

Должностными лицами органа, ведущего административный процесс (а не судом), должны быть приняты исчерпывающие меры по сбору доказательств с использованием таких средств, как опросы, осмотры, экспертизы и другие процессуальные действия, установленные Кодексом, и с соблюдением предусмотренных в нем правил Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006(с изменениями и дополнениями).

Практика показывает, что данное требование не всегда должным образом выполняется. В частности, при составлении протоколов опроса лиц, в отношении которых ведется административный процесс, иногда не соблюдается правило о том, что объяснение опрашиваемого должно записываться в первом лице и максимально дословно. Нередко протоколы опроса содержат только вопросы и ответы на них. При этом вопросы касаются не фактов, а изначально несут в себе юридическую квалификацию вменяемого правонарушения, нацелены на выяснение у привлекаемого к ответственности лица его собственной оценки, мнения о своих действиях: «Ведете ли вы предпринимательскую деятельность?», «Как долго вы занимаетесь частным извозом?», «Вы систематически реализуете вещи (оказываете услуги)?» и т. п. Понятно, что на такие вопросы, как правило, следует отрицательный ответ. Результатом может быть и отказ от прежних пояснений о фактических обстоятельствах. Складывается впечатление, что должностные лица в подобных случаях берут на вооружение принцип «Признание — царица доказательств». Его же, но с противоположной целью используют и лица, привлекаемые к административной ответственности. В итоге доказательственная сила опроса может быть существенно снижена, если не сведена к нулю.

Не всегда надлежаще используется и такая процессуальная форма (действие), как осмотр. Применительно к административным правонарушениям в области предпринимательской деятельности значение осмотра наглядно проявляется при выявлении правонарушений, предусмотренных ч. 4 ст. 12. 17 КоАП, в частности, реализации товаров без документов, подтверждающих качество либо отпуск в реализацию Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 21 апреля 2003 г. № 194-З (с изменениями и дополнениями). (продажу). Осмотр и составленный по его результатам протокол (или запись в протоколе об административном правонарушении) должны подтвердить, что имела место именно реализация товара. Особенно это касается объектов розничной торговли (торговых мест на рынках, павильонов, киосков, магазинов и др.).

Суть проблемы в следующем. КоАП не раскрывает признаков реализации как противоправного (административно-наказуемого) деяния. Обратимся к другим нормативным актам. Так, в соответствии со ст. 31 Налогового кодекса Республики Беларусь (далее — НК) реализацией товаров (работ, услуг) признается отчуждение товара одним лицом другому лицу (выполнение работ одним лицом для другого лица, оказание услуг одним лицом другому лицу) на возмездной или безвозмездной основе, вне зависимости от способа приобретения прав на товары (результаты выполненных работ, оказанных услуг) или формы соответствующих сделок.

НК и другие акты законодательства используют также тождественное понятие «Фактическая реализация».

Реализация определяется через гражданско-правовое понятие «Отчуждение». Под таковым понимается передача собственником своего имущества в собственность другому лицу (п. 2 ст. 210 Гражданского кодекса Республики Беларусь).

В административно-деликтном наполнении понятие «Реализация» в русле судебной практики приобретает специфический, расширительный смысл. Нельзя не обратить внимания на неоднозначность трактовки данного деяния в постановлении Президиума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 13. 03. 2008 № 13 «О некоторых вопросах применения хозяйственными судами части 4 статьи 12. 17 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях». Так, в п. 9 данного постановления под реализацией понимается отчуждение товара. Субъектами данного правонарушения признается юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, осуществившие отчуждение товара. В то же время согласно постановлению реализация должна считаться оконченным правонарушением уже на этапе отпуска товара для реализации или тогда, когда товар еще только предложен для продажи. В свете изложенного протокол осмотра должен зафиксировать, где находится товар (торговый зал, витрина, прилавок или склад либо иное место хранения (размещения)), подготовлен ли товар и предлагается ли он к продаже, соответствует ли ассортимент (маркировка) на витрине остальному товару, находящемуся в торговом объекте. Если этого не сделано, нельзя говорить о достаточных доказательствах для привлечения лица к ответственности, применения конфискации к данному товару (его конкретным видам).

Нельзя умалять и значение участия в административном процессе специалиста и эксперта. Например, по одному из рассмотренных судом дел индивидуальному предпринимателю вменялась в вину реализация товара (ковры шерстяные, синтетические, меховые) без документов, подтверждающих качество — удостоверений о государственной гигиенической регистрации. Был сделан вывод о нарушении предпринимателем требований постановления Министерства здравоохранения Республики Беларусь от 08. 10. 2003 № 44 «Об утверждении перечня химических и биологических веществ, материалов и изделий из них, продукции производственно-технического назначения, товаров для личных (бытовых) нужд, продовольственного сырья и пищевых продуктов, а также материалов и изделий, применяемых для производства, упаковки, хранения, транспортировки, продажи, иных способов отчуждения продовольственного сырья и пищевых продуктов и их использования, подлежащих государственной гигиенической регламентации и регистрации».

При проведении проверки и составлении протокола об административном правонарушении должностными лицами контролирующего органа не был надлежаще исследован и разрешен вопрос, все ли продаваемые изделия относились к группе 701 206 «Ковры и прочие текстильные напольные покрытия и изделия». При рассмотрении дела судом с учетом пояснений специалиста — сотрудника центра гигиены, эпидемиологии и общественного здоровья было установлено, что часть изделий данным признакам не отвечала и была включена в опись изъятого товара неправомерно.

По другому делу в отношении предпринимателя был составлен протокол о совершении правонарушения, предусмотренного ст. 12. 35 КоАП, выразившегося в реализации мужской обуви без нанесения на товар контрольных (идентификационных) знаков. Согласно п. 2.1 Указа Президента Республики Беларусь от 14. 09. 2004 № 444 «О введении маркировки товаров контрольными (идентификационными) знаками» запрещается хранение (за исключением хранения товаров их производителями) и реализация на территории Республики Беларусь юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями товаров, указанных в перечне, без нанесения на них контрольных (идентификационных) знаков Указ Президента Республики Беларусь от 14. 09. 2004 № 444 «О введении маркировки товаров контрольными (идентификационными) знаками».

В соответствии с Перечнем товаров, подлежащих маркировке контрольными (идентификационными) знаками, утвержденным постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 14. 10. 2004 № 1280 (в редакции от 27. 05. 2006) товар (в данном случае — обувь, соответствующая нескольким субпозициям ТН ВЭД) подлежит маркировке.

Предприниматель не признал нарушение, указав на то, что изъятый у него товар не соответствует кодам обуви, указанным в Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности, в отношении которой требуется маркировка. Проведенная по поручению суда экспертиза выявила, что только на часть изъятой обуви должны были наноситься контрольные (идентификационные) знаки.

Важным источником доказательств является сам протокол об административном правонарушении как документ, содержащий значимую информацию о правонарушении. Еще более важен он тем, что призван полно и системно отображать юридическую конструкцию (состав) совершенного наказуемого деяния.

Требования к фиксации правонарушения изложены в общей форме — указано на необходимость отражения в протоколе времени, места и обстоятельств совершения административного правонарушения со ссылкой на статью Особенной части КоАП, предусматривающую ответственность за данное правонарушение Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006(с изменениями и дополнениями).

Представляется, что такая общая формулировка недостаточна и в определенной мере способствует тому, что на практике протоколы составляются упрощенно. Должностными лицами контрольных и еще чаще правоохранительных органов (милиции) вопросам полноты, выверенности формулировок, юридической корректности протоколов не уделяется должного внимания.

Например, по делам о занятии предпринимательской деятельностью без государственной регистрации (ч. 1 ст. 12.7 КоАП) существо правонарушения раскрывается не всегда. Это относится, например, к перевозке пассажира за плату или продаже вещей, продуктов питания. Как деятельность (фактически — ее выявленный фрагмент, свидетельствующий тем не менее об устоявшемся поведении лица, направленном на систематическое извлечение дохода) или как длящееся (продолжаемое) деяние, при котором получение такого дохода подтверждено, они, по существу, не квалифицируются. Некой попыткой восполнить данный пробел является составление нескольких актов контрольной закупки товара. Однако с учетом того, что эти закупки производятся, что называется, одна за другой, в течение нескольких минут, доказательствами систематического извлечения дохода в контексте предпринимательства как деятельности они вряд ли могут являться.

В таких ситуациях у суда возникает необходимость самому выявлять дополнительные обстоятельства дела, чтобы иметь достаточный объем надлежащих доказательств для вынесения постановления.

Следует также отметить, что в протоколах та или иная норма КоАП, предусматривающая ответственность за правонарушение в области предпринимательства, ошибочно указывается как норма законодательства, которая нарушена лицом, привлекаемым к ответственности. В ряде случаев в протоколах приводятся лишь нормы общего (отсылочного) характера, например, п. 1. 22 ст. 22 НК и не указываются нормативные акты и их конкретные предписания, которые не были соблюдены. Иногда требование указать в протоколе норму статьи Особенной части КоАП понимается буквально и исполняется механически в отношении правонарушений, совершенных до вступления КоАП в силу с 01. 03. 2007, в результате чего игнорируются правила ст. 1.5 КоАП о действии его норм во времени.

Из всего этого следует, что формулу «Обстоятельства совершения правонарушения» нужно видеть насыщенной по содержанию, сочетающей фактологические и квалификационно-юридические аспекты. Примечательно, что в ст. 235 КоАП 1984 г. предусматривалось изложение в протоколе существа административного правонарушения. Указ Президента Республики Беларусь от 06. 06. 2002 № 288 «О порядке рассмотрения хозяйственными судами дел об экономических правонарушениях, влекущих наложение штрафа и (или) конфискацию имущества» (далее — Указ № 288) оперировал понятием «Содержание правонарушения». В утвержденном Указом Президента Республики Беларусь от 15. 11. 1999 № 673 Порядке организации и проведения проверок (ревизий) финансово-хозяйственной деятельности (далее — Порядок организации и проведения проверок (ревизий) и применения экономических санкций для отражения в акте проверки использована конструкция «Характер правонарушения». Кроме того, данный Порядок обязал указывать акты законодательства, требования которых нарушены.

Возвращаясь к нормам ПИКоАП, следует отметить, что об обстоятельствах совершения правонарушения следует вести речь через призму положений ст. 6.2 Кодекса, определяющих обязательный предмет доказывания по делу, — наличие деяния, предусмотренного КоАП, виновность лица в совершении административного правонарушения, характер и размер причиненного вреда, иные обстоятельства, влияющие на вид и размер административного взыскания, налагаемого на лицо, совершившее административное правонарушение, а также имеющие значение для принятия правильного решения по делу об административном правонарушении Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006(с изменениями и дополнениями).

Размышления на тему реализации принципов административного процесса вызвали еще ряд вопросов. Можно ли протокол об административном правонарушении заменить другим документом и рассмотреть дело, вынести постановление, пусть даже о прекращении административного процесса? Ответ очевиден — нет. Процессуально-исполнительным законодательством об административных правонарушениях протоколу отводится исключительная роль документа, завершающего процесс доказывания и закрепляющего юридические признаки деяния как правонарушения для последующей их проверки на стадии рассмотрения дела уполномоченным органом или судом.

В русле такого подхода допустимо ли наличие наряду с протоколом иного документа (дублера), фиксирующего аналогичным образом правонарушение и имеющего некое самостоятельное значение для административного процесса? Однозначного ответа на данный вопрос практика не дает. Так, согласно действовавшему ранее Указу № 288 в акте о совершении правонарушения должно было указываться его содержание, нормативный правовой акт, предусматривающий ответственность за данное правонарушение Указ Президента Республики Беларусь от 06. 06. 2002 № 288 «О порядке рассмотрения хозяйственными судами дел об экономических правонарушениях, влекущих наложение штрафа и (или) конфискацию имущества». Акт подлежал направлению в хозяйственный суд с сопроводительным письмом уполномоченного государственного органа, в котором наряду с иными сведениями указывался характер выявленных правонарушений, то, какие требования актов законодательства не были соблюдены.

Указ № 288 предусматривал возврат хозяйственным судом акта и приложенных к нему документов, в том числе в случае отсутствия в сопроводительном письме всех сведений. Таким образом, сопроводительное письмо в нарушение принципов и самой логики юрисдикционного процесса получило некую процессуальную регламентацию и, более того, при наличии акта о правонарушении приобретало важное процессуальное значение с точки зрения движения дела.

В настоящее время, на наш взгляд, также имеется определенная коллизия между ПИКоАП и Порядком организации и проведения проверок (ревизий) касательно такого документа, как акт проверки.

В ПИКоАП акт проверки (ревизии) назван среди источников доказательств. Согласно ст. 6. 11 ПИКоАП акт проверки (ревизии) признается таковым, если он составлен в соответствии с требованиями законодательства Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006(с изменениями и дополнениями).

Акт проверки получил регламентацию в утвержденном Порядке организации и проведения проверок (ревизий) как документ, фиксирующий совершение экономического правонарушения, и как процессуальное основание для применения экономических санкций, если иное не вытекало из Указа № 288, предусматривавшего составление акта о совершении правонарушения для принятия решения хозяйственным судом.

Указом Президента Республики Беларусь от 01. 03. 2007 № 116 «О некоторых вопросах правового регулирования административной ответственности» в Порядок организации и проведения проверок (ревизий) внесены изменения и исключены положения, касающиеся материальных и процессуальных аспектов экономического правонарушения и экономической ответственности (санкций). Так, в п. 1 предусмотрено, что документ не распространяется на административный процесс Указ Президента Республики Беларусь от 01. 03. 2007 № 116 «О некоторых вопросах правового регулирования административной ответственности» в Порядок организации и проведения проверок (ревизий). В то же время в п. 17 содержится требование указывать в акте характер административного правонарушения, акты законодательства, требования которых нарушены, и (или) установленную законодательством ответственность за данный вид нарушения11. Таким образом, в акте проверки правонарушение по-видимому должно получить исчерпывающую правовую характеристику. Однако исходя из ст. 6. 11 ПИКоАП акт проверки следует рассматривать не более как один из источников доказательств, то есть фактических данных о нарушениях законодательства в экономической сфере. Характер административного правонарушения (совокупность объективных и субъективных элементов) может быть раскрыт с использованием инструментария (процессуальных форм) ПИКоАП в рамках начатого административного процесса. Это обеспечит и правильную материально-правовую оценку деяния.

Акт проверки, а тем более акт ревизии охватывает многие аспекты деятельности субъекта хозяйствования и направлен на установление законности и достоверности совершаемых хозяйственных и финансовых операций по ряду или всем направлениям. Им обеспечивается решение и других аналитических задач. Включение в документ еще и вопросов административно-правовой квалификации усложняет работу, приводит к ошибкам, которые потом механически переносятся в протокол.

Так, по одному из дел в акте проверки вопрос о квалификации деяния был решен следующим образом. Была сделана ссылка на п. 1.8 Указа Президента Республики Беларусь от 24. 03. 2005 № 148 «О неотложных мерах по поддержке предпринимательства», согласно которому индивидуальные предприниматели, являющиеся плательщиками единого налога и осуществляющие розничную торговлю, ведут учет движения товаров в книге, форма и порядок ведения которой определяются постановлением Министерства финансов и Министерства по налогам и сборам. Порядок ведения книги определен Инструкцией о порядке ведения книги учета движения товаров, утвержденной постановлением Министерства финансов Республики Беларусь и Министерства по налогам и сборам Республики Беларусь от 14. 04. 2005 № 51/49. Далее в акте констатировался факт: индивидуальный предприниматель не ведет книгу учета движения товаров. В итоге было постановлено: за неведение книги учета движения товаров предусмотрена административная ответственность в соответствии с ч. 1 ст. 12. 38 КоАП. Данные положения и выводы были перенесены в протокол об административном правонарушении. При этом никак не учитывалось, что в ч. 1 ст. 12. 38 КоАП ответственность предусмотрена за отсутствие книги учета или нарушение порядка ее ведения. По объективной стороне эти правонарушения, предусмотренные в данной статье, не совпадают с неведением книги.

Рассматривая вопросы доказывания в административном процессе, хотелось бы остановиться и на следующем. На стадии рассмотрении дела об административном правонарушении первым этапом является подготовительная работа судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело. Исчерпывающий перечень вопросов, подлежащих разрешению до рассмотрения дела, определен в ст. 11.1 ПИКоАП. В том числе сюда входит выяснение вопроса о наличии обстоятельств, исключающих административный процесс (ст. 9.6 ПИКоАП). Окончательно эти вопросы подлежат решению при рассмотрении дела об административном правонарушении (ст. 11.6 ПИКоАП).

Существенным элементом подготовки к рассмотрению дела является также установление оснований для его возврата. Согласно ч. 1 ст. 11.3 ПИКоАП дело подлежит возврату в случае несоблюдения требований к форме или содержанию протокола об административном правонарушении либо к перечню прилагаемых к нему материалов Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006(с изменениями и дополнениями).

Данные с точки зрения формы и содержания протокола указаны в ч. 2 и 3 ст. 10.2 ПИКоАП. Что касается формы, то проверка ее соблюдения затруднений не вызывает. Содержательная часть протокола включает изложение обстоятельств совершения административного правонарушения и указание нормы КоАП, предусматривающей ответственность. В ПИКоАП отсутствуют конкретные требования к содержанию протокола, исключая необходимость указания нормы, предусматривающей ответственность. Это несколько усложняет выработку единообразного подхода к анализу и оценке содержания протокола с точки зрения оснований для возврата. Однако решать эти задачи нужно, т.к. при последующем рассмотрении дела возникнут проблемы с вынесением постановления ввиду отсутствия достаточных оснований однозначно указать на наличие или отсутствие события или состава правонарушения. Это неизбежно повлечет отмену вынесенного постановления. Вряд ли можно считать приемлемым в этой ситуации и прекращение производства по делу по мотиву недоказанности виновности лица в совершении правонарушения.

Не может быть принят к рассмотрению протокол, содержащий явные недостатки и противоречия в изложении фактических обстоятельств дела, выводов о виновности лица.

В качестве примера можно привести следующую ситуацию. Согласно протоколу об административном правонарушении от 20. 02. 2008, составленному государственным налоговым инспектором, индивидуальному предпринимателю вменялось совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12. 38 КоАП, выразившегося в нарушении порядка ведения книги учета движения товаров.

Исходя из требований ч. 2 ст. 10.2 ПИКоАП в протоколе должны быть отражены обстоятельства правонарушения, т. е. изложено существо правонарушения Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006(с изменениями и дополнениями) (его фактические и юридические признаки). Однако протокол не содержал данных о том, в чем конкретно выразилось нарушение порядка ведения книги.

В акте выездной комплексной проверки предпринимателя было указано лишь на имевшее место неправильное отражение хозяйственных операций в учете без изложения конкретных обстоятельств. При этом акт указывал на нарушение предпринимателем порядка ведения учета доходов, расходов и хозяйственных операций. Однако согласно протоколу предпринимателю вменялось правонарушение, выражающееся в нарушении порядка ведения книги учета движения товаров.

Изложенное в протоколе объяснение предпринимателя о незнании порядка заполнения книги также не соответствовало существу правонарушения, являлось в действительности уклонением от пояснений своих действий.

Протокол опроса предпринимателя, который бы содержал конкретные вопросы, касающиеся выявленных нарушений, не составлялся.

При данных обстоятельствах суд сделал вывод о том, что требования процессуального закона налоговой инспекцией не были выполнены, что стало основанием для возврата материалов по ч. 1 ст. 11.3 ПИКоАП.

Можно привести и такой пример. Согласно протоколу об административном правонарушении от 05. 03. 2008 индивидуальному предпринимателю вменялось в вину совершение правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.7 КоАП, выразившегося в занятии запрещенным видом деятельности — оптовой торговлей непищевой спиртосодержащей продукцией в нарушение п. 2.2.4 Декрета Президента Республики Беларусь от 09. 09. 2005 № 11 «О совершенствовании государственного регулирования производства, оборота и рекламы пива, алкогольной, непищевой спиртосодержащей продукции и непищевого этилового спирта» (далее — Декрет № 11).

Однако материалы в отношении предпринимателя не содержали доказательств того, что реализованный им товар относится к непищевой спиртосодержащей продукции по п. 2 Положения о государственном регулировании производства и оборота алкогольной, непищевой спиртосодержащей продукции и непищевого этилового спирта, утвержденного Декретом № 11.

Из приложений к накладным следовало, что реализовывался различный товар, в том числе моющие средства, подгузники и др. Однако в представленных суду материалах отсутствовали документы, подтверждающие, что доход в сумме 19 471 744 руб. определен именно в отношении спиртосодержащей продукции.

В данной ситуации представленное в суд дело об административном правонарушении также было возвращено органу, ведущему административный процесс.

Характерным примером ненадлежащего содержания протокола об административном правонарушении является следующий. В хозяйственный суд поступили материалы об административном правонарушении в отношении Ч. Согласно протоколу об административном правонарушении, составленному сотрудником РОВД, Ч следовало привлечь к ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.7 КоАП (незаконная предпринимательская деятельность), выразившегося в реализации в торговом киоске индивидуального предпринимателя С пива без государственной регистрации в качестве предпринимателя.

Из представленных документов следовало, что Ч ранее работала у данного предпринимателя продавцом, а позднее, без заключения трудового договора, оказывала ей помощь в уборке киоска. В момент проверки Ч реализовывала пиво, полученное предпринимателем С (договор, ТТН), т. е. принадлежащее владелице киоска.

Суд пришел к выводу, что органом, ведущим административный процесс, не приняты меры по получению доказательств того, что Ч вела фактическую предпринимательскую деятельность — продажу товара от своего имени с целью извлечения предпринимательского дохода, а не выполняла трудовую функцию (продавца) для предпринимателя С, в результате чего предприниматель нарушила запрет привлекать к своей предпринимательской деятельности лиц, не являющихся близким родственниками Указ Президента Республики Беларусь от 18. 06. 2005 № 285 «О некоторых мерах по регулированию предпринимательской деятельности»., установленный п. 2 Указа Президента Республики Беларусь от 18. 06. 2005 № 285 «О некоторых мерах по регулированию предпринимательской деятельности».

Из пояснений предпринимателя С и Ч следовало, что С разрешила торговать своим товаром в принадлежащем ей киоске на время отлучки в аптеку.

Проверяющими не выяснялось, как предпринимателем и Ч был решен вопрос о том, кому должна была поступать выручка от продажи.

Все это дало суду основания возвратить дело.

Приведенные здесь примеры наглядно показывают значимость и эффективность контроля на стадии принятия дела к рассмотрению в целях обеспечения административного процесса надлежащей доказательственной базой, реализации его задач и принципов.

Список использованных источников

1. Конституция Республики Беларусь 1994 года. Принята на республиканском референдуме 24 ноября 1996 года (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996 г. и 17 октября 2004 г.) Минск «Беларусь» 2004 г.

2. Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 20. 12. 2006 г. (c последующими изменениями и дополнениями)// Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2007. № 14. 2/1291.

3. Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях от 21. 04. 03 г. (c последующими изменениями и дополнениями) // Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2003. № 63. 2/946.

4. Указ Президента Республики Беларусь от 14. 09. 2004 № 444 «О введении маркировки товаров контрольными (идентификационными) знаками».

5. Указ Президента Республики Беларусь от 06. 06. 2002 № 288 «О порядке рассмотрения хозяйственными судами дел об экономических правонарушениях, влекущих наложение штрафа и (или) конфискацию имущества».

6. Указ Президента Республики Беларусь от 01. 03. 2007 № 116 «О некоторых вопросах правового регулирования административной ответственности» в Порядок организации и проведения проверок (ревизий).

7. Указ Президента Республики Беларусь от 18. 06. 2005 № 285 «О некоторых мерах по регулированию предпринимательской деятельности».

8. Крамник А. Н. «Административно-правовые основы государственного управления: Учеб. пособие" — Мн.: Тесей, 2004. — 704с.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой